ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Москва

16.12.2019                                                                              Дело № А40-175863/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 09.12.2019

Постановление в полном объеме изготовлено 16.12.2019

Арбитражный суд Московского округа

в составе:

председательствующего – судьи Петровой Е.А.

судей Зверевой Е.А. и Михайловой Л.В.

при участии в заседании:

от к/у ООО «ПанорамаПаркет» ФИО1 – не явился, извещен;

от ФИО2 – не явилась, извещена;

от ФИО3 – не явился, извещен;

от ФИО4 – ФИО5 по дов. от 11.01.2019,

рассмотрев в судебном заседании 09.12.2019 кассационную жалобу ФИО4

на определение от 14.06.2019 Арбитражного суда города Москвы,

постановление от 27.08.2019 Девятого арбитражного апелляционного суда,

принятые по заявлению конкурсного управляющего ООО «ПанорамаПаркет» ФИО1 о привлечении ФИО2, Малинаускаса Альгидраса Иозо, ФИО4 к субсидиарной ответственности

в рамках дела о банкротстве ООО «ПанорамаПаркет»,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 31.01.2018 общество с ограниченной ответственностью «Панорама-Паркет» (далее – ООО «Панорама-Паркет», должник) было признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника было открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1.

Сообщение об открытии конкурсного производства в отношении должника было опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 60 от 07.04.2018.

В рамках дела о банкротстве должника его конкурсный управляющий обратился 29.12.2018 в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам должника ФИО2 (далее – ФИО2), Малинаускаса Альгидраса Иозо (далее – ФИО3), ФИО4 (далее – ФИО4) в размере 54 754 078,08 рублей.

В обоснование заявления конкурсный управляющий указывал, что до настоящего времени в нарушение требований суда ФИО2 не исполнила обязанность по передаче бухгалтерской и иной документации должника конкурсному управляющему, что делает невозможным обнаружение имущества должника, оспаривание сделок должника, взыскание дебиторской задолженности и, как следствие, формирование и реализацию конкурсной массы и проведение расчетов с кредиторами, при этом у конкурсного управляющего отсутствуют сведения о том, что предыдущий руководитель передал ФИО2 все документы, связанные с ООО «Панорама-Паркет», в том числе первичную документацию.

Управляющий также указывал, что в период управления должником руководителем ФИО2 и единственным участником ФИО3 в течение 2014-2016 годов при наличии признаков банкротства ООО «Панорама-Паркет» были осуществлены переводы денежных средств на общую сумму 6 419 352,18 рублей в адрес ряда кредиторов, что подтверждается представленной ПАО «ТРАНСКАПИТАЛБАНК» выпиской по счету должника №40702810520020000756 за период с 13.09.2010 по 25.03.2018, что повлекло за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требования. Заявление должника о признании его банкротом никем из контролировавших лиц не подано.

В отношении ФИО4 конкурсный управляющий указывал, что данное лицо является фактическим руководителем должника и владельцем бизнеса в группе компаний с аналогичными должнику названиями, ссылался на показания сотрудников.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 14.06.2019 заявление конкурсного управляющего должника было удовлетворено в полном объеме, привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО2, ФИО3 и ФИО4 в размере 54 754 078,08 рублей.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 27.08.2019 определение суда первой инстанции в части привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствами должника в размере 54 754 078,08 рублей было отменено, в удовлетворении данной части требований было отказано.

При рассмотрении настоящего обособленного спора судами первой и апелляционной инстанций  было установлено, что в соответствии с реестром требований кредиторов должника общая сумма кредиторской задолженности, включенной в реестр требований должника, составляет 54 086 100,08 рублей, текущих обязательств должника - 667 978 рублей, в связи с чем пришли к выводу, что размер субсидиарной ответственности в данном случае равен 54 754 078,08 рублей, то есть совокупности суммы кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, и текущих обязательств должника.

Суды установили, что никаких бухгалтерских документов не было передано конкурсному управляющему должника.

При этом суд первой инстанции пришел к выводу, что обязанность по передаче бухгалтерской и иной документации должника конкурсному управляющему лежала на ФИО2, которая не исполнила её до настоящего времени, что в соответствии с пунктом 1 и 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве является самостоятельным основанием для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности. 

Отказывая в привлечении к субсидиарной ответственности только ФИО2, суд апелляционной инстанции исходил из следующего.

Суд апелляционной инстанции установил, что 07.06.2017 в ЕГРЮЛ была внесена запись о смене генерального директора должника на ФИО2, а 17.02.2017 в отношении должника была введена процедура наблюдения, т.е. ФИО2 вступила в должность генерального директора уже после введения в отношении должника процедуры наблюдения.

Суд также указал, что ФИО2 работала секретарем в ООО «Консалтинговая компания», что подтверждается копией трудовой книжки. Генеральным директором ООО «Консалтинговая компания» на тот момент и по сей день является ФИО4, являвшийся контролирующим должника лицом. 

Суд апелляционной инстанции принял во внимание показания ФИО2, которая указывала, что не имела возможности влиять на решения, принимаемые ФИО4, не подписывала никаких финансовых, бухгалтерских или налоговых документов, поскольку документационный и бухгалтерский учет хозяйственной деятельности, как и операции по счетам должника осуществлялись ФИО4 и его сотрудниками. Вся документация по хозяйственной деятельности должника хранилась у ФИО4

Суд установил, что при вступлении в должность генерального директора предшествующий генеральный директор ООО «Панорама-Паркет» ФИО6 не передала ФИО2 дела и документы, поскольку также, как и ФИО2, была «номинальным» директором и не имела доступа к документам хозяйственной деятельности.

Установив указанные обстоятельства, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отказе в привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В отношении остальных двух ответчиков выводы судов обеих инстанций были едиными.

Так, суды установили, что согласно представленной  конкурсным управляющим выписке по счету должника № 40702810520020000756 за период с 13.09.2010 по 25.03.2018 должником в пользу иных организаций были осуществлены перечисления денежных средств на общую сумму 6 419 352,18 рублей.

Суды установили, что согласно представленным в материалы дела выпискам из ЕГРЮЛ, ООО «Панорама-Паркет», ООО «Пан-Паркет», ООО «АРБОЛЬ» являются аффилированными лицами с ФИО4 и ФИО3 и заинтересованными лицами между собой, в том числе являлись заинтересованными лицами на момент совершения оспариваемых сделок.

Суды указали, что на момент совершения оспариваемых сделок у должника имелись неисполненные обязательства перед ООО «Ай Си Эйч Групп» в размере 2 283 044,40 рублей предоплаты за строительные материалы по счету № ПП00000553 от 30.05.2014, что подтверждается платежным поручением № 122 от 30.05.2014, подтверждено вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 15.02.2016 по делу № А40-221028/2015, в соответствии с которым с ООО «Панорама-Паркет» в пользу ООО «Ай Си Эйч Групп» была взыскана сумма 2 283 044 рублей неосновательного обогащения.

Суды указали, что ФИО4 и ФИО3, являясь заинтересованными лицами по отношению к ООО «Панорама-Паркет», ООО «Пан-Паркет», ООО «АРБОЛЬ», были осведомлены о наличии неисполненных денежных обязательств должника, однако в условиях фактической неплатежеспособности осуществили вывод активов должника в пользу заинтересованных лиц, заявления должника о признании его банкротом в арбитражный суд не подали.

Доказательств оснований перевода денежных средств в соответствии с назначениями платежей, указанными в представленной выписке, в том числе первичной документации, подтверждающей существование договорных отношений, в материалы дела не было представлено.

Не согласившись с принятыми по обособленному спору судебными актами, ФИО4 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции в части привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на нарушение судом норм процессуального и материального права, на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам и указывает, что не являлся контролирующим должника лицом, а документы должника были переданы им в ходе рассмотрения дела о банкротстве конкурсному управляющему.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о рассмотрении настоящей кассационной жалобы была размещена на общедоступных сайтах Арбитражного суда Московского округа http://www.fasmo.arbitr.ru и http://kad.arbitr.ru в сети «Интернет».

03.12.2019 посредством системы «Мой арбитр» в Арбитражный суд Московского округа от конкурсного управляющего поступил отзыв на кассационную жалобу ответчика, в котором управляющий возражает против удовлетворения кассационной жалобы, полагая постановление суда апелляционной инстанции законным.

В заседании суда кассационной инстанции представитель ФИО4 поддержала доводы кассационной жалобы, настаивая на том, что показания сотрудников являлись ненадлежащим доказательством в целях вывода о том, что ФИО4 был фактическим руководителем должника, просила определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции в части привлечения двух ответчиков (ФИО4 и ФИО3) к субсидиарной ответственности отменить и направить обособленный спор в указанной части на новое рассмотрение в суд первой инстанции, пояснив, что постановление суда апелляционной инстанции в части освобождения от субсидиарной ответственности ФИО2 не обжалует.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, надлежаще извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в судебное заседание суда кассационной инстанции не явились, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

Сведений о своевременной подаче кассационной жалобы иными лицами на момент судебного заседания не имеется.

Изучив материалы дела, выслушав представителя ФИО4, обсудив доводы кассационной жалобы и отзыва на нее, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции пришла к выводу об отсутствии у нее достаточных полномочий по отмене судебных актов по заявленным в жалобе доводам, направленным на установление судом кассационной инстанции иных обстоятельств, на иную оценку исследованных судами доказательств, что исключено из полномочий суда кассационной инстанции согласно положениям статьи 286 и части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На недопустимость отмен судебных актов судов первой и апелляционной инстанций судом кассационной инстанции в подобных ситуациях неоднократно указывал Верховный Суд Российской Федерации в своих определениях, в том числе по делам Арбитражного суда Московского округа №№ А40-161453/2012, А40-68167/2016, А40-184890/2015, А40-111492/2013 (по обособленному спору о признании недействительным договора поручительства от 15.08.2012) и судебная коллегия суда кассационной инстанции считает, что обязана действовать в строгом соответствии со своими полномочиями, предусмотренными статьей 286, частью 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом того толкования норм процессуального права о полномочиях суда кассационной инстанции, которое дано высшей судебной инстанцией.

В отношении применения судами норм материального права суд кассационной инстанции отмечает следующее.

Согласно пункту 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

В соответствии с абзацем 1 пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно подпункту 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии.

Пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусматривает, что если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с  подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

- документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

Согласно пункту 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности:

1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника;

2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

В соответствии с пунктом 6 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 4 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении единоличного исполнительного органа юридического лица, а также иных лиц, на которых возложены обязанности по составлению и хранению документов, предусмотренных законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами.

Указанная ответственность соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 17 Федерального закона от 21.11.1996 № 129-ФЗ №О бухгалтерском учете№) и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве). Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Указанная ответственность является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Указанная ответственность наступает независимо от используемой юридическим лицом системы налогообложения. В частности, в соответствии со статьей 346.24 Налогового кодекса Российской Федерации организации, применяющие упрощенную систему налогообложения, обязаны вести учет доходов и расходов для целей исчисления налоговой базы по налогу в книге учета доходов и расходов организации, форма и порядок заполнения которой утверждаются Министерством финансов Российской Федерации. Форма книг и порядок их заполнения утверждены приказом Министерства финансов Российской Федерации от 31.12.2008 № 154н «Об утверждении форм Книги учета доходов и расходов организаций и индивидуальных предпринимателей, применяющих упрощенную систему налогообложения, Книги учета доходов индивидуальных предпринимателей, применяющих упрощенную систему налогообложения на основе патента, и Порядков их заполнения».

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

- причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Согласно пункту 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 1 пункта 2 настоящей статьи применяются независимо от того, были ли предусмотренные данным подпунктом сделки признаны судом недействительными, если:

1) заявление о признании сделки недействительной не подавалось;

2) заявление о признании сделки недействительной подано, но судебный акт по результатам его рассмотрения не вынесен;

3) судом было отказано в признании сделки недействительной в связи с истечением срока давности ее оспаривания или в связи с недоказанностью того, что другая сторона сделки знала или должна была знать о том, что на момент совершения сделки должник отвечал либо в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Установив, что ФИО4 и ФИО3, являясь контролирующими должника лицами и заинтересованными лицами по отношению к ООО «Панорама-Паркет», ООО «Пан-Паркет», ООО «АРБОЛЬ», были осведомлены о наличии неисполненных денежных обязательств должника, однако в условиях фактической неплатежеспособности осуществили вывод активов должника в пользу заинтересованных лиц, суды пришли к правильному выводу о привлечении их к субсидиарной ответственности.

Доводы кассационной жалобы, в том числе о том, что ФИО4 не являлся контролировавшим должника лицом и не имел никакого отношения к должнику, не опровергают выводы судов первой и апелляционной инстанций, по существу направлены на переоценку доказательств, которые суды оценили с соблюдением норм главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и в целом повторяют доводы, которые были предметом исследования в суде апелляционной инстанций и им дана надлежащая правовая оценка с указанием в судебном акте мотивов их отклонения, с которой судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается.

Кроме того, данные доводы противоречат иным доводам того же лица о том, что именно он осуществил передачу конкурсному управляющему документов должника в ходе дела о банкротстве.

Действуя в пределах своих полномочий, из которых исключены установление обстоятельств, самостоятельное исследование доказательств, переоценка тех доказательств, которые были исследованы и оценены судами первой и апелляционной инстанции, решение вопросов преимущества одних доказательств перед другими, а также вопросов достаточности доказательств, судебная коллегия суда кассационной инстанции отмечает, что судами были установлены все имеющие значение для разрешения спора обстоятельства, исследованы все доказательства, которым дана оценка в совокупности, в судебных актах приведены подробные мотивы, по которым суды пришли к выводам о наличии достаточных доказательств, подтверждающих обоснованность требований конкурсного управляющего в отношении привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО3, ФИО4

Учитывая вышеизложенное и поскольку судами первой и апелляционной инстанций не было допущено таких нарушений норм материального и процессуального права  при рассмотрении обособленного спора, которые могут быть положены в основание отмены судебных актов при проверке их законности в порядке кассационного производства, то судебная коллегия суда кассационной инстанции, действующая строго в пределах своих полномочий, считает, что определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции в обжалуемой части отмене по доводам кассационной жалобы ФИО4 не подлежат.

Руководствуясь статьями 284, 286 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 14.06.2019 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 27.08.2019 по делу № А40-175863/2016 в обжалуемой части оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Председательствующий – судья                                                         Е.А. Петрова 

Судьи:   Е.А. Зверева

   Л.В. Михайлова