ПОСТАНОВЛЕНИЕ

  г. Москва

09.09.2019

                   Дело № А40-187422/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 02 сентября 2019 года  

Полный текст постановления изготовлен 09 сентября 2019 года 

 

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи Е.Л. Зеньковой, 

судей: Е.А. Зверевой, В.Я. Голобородько,  

при участии в заседании:

от общества с ограниченной ответственностью «Версоргунг» - ФИО1, по доверенности № 10К от 20.06.2019, срок до 31.12.2020,

от ПАО Банк «ЮГРА» в лице ГК «АСВ» - ФИО2, по доверенности от 21.12.2018, срок до 31.12.2020 № 77/486-н/77-2018-39-762, 

рассмотрев 02.09.2019 в судебном заседании кассационную жалобу 

общества с ограниченной ответственностью «Версоргунг» 

на постановление от 11.07.2019

Девятого арбитражного апелляционного суда,

принятое судьями Ю.Л. Головачевой, Д.Г. Вигдорчиком, С.А. Назаровой, 

об отмене определения Арбитражного суда города Москвы от 18.03.2019 и отказе обществу с ограниченной ответственностью «Версоргунг» в удовлетворении требований о включении требований в реестр требований кредиторов должника, 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «СТРОЙМОНОЛИТ»,  

 

установил:

решением Арбитражного суда города Москвы от 10.05.2018 должник – ООО «Строймонолит» признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющий должника утверждена ФИО3 

            ООО «Версоргунг» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 779 760 392, 75 рублей. 

            Определением Арбитражного суда города Москвы от 18.03.2019 указанное требование удовлетворено. 

            Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.07.2019 определение Арбитражного суда города Москвы от 18.03.2019 отменено, ООО «Версоргунг» отказано в удовлетворении требований о включении в реестр требований кредиторов должника. 

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «Версоргунг» обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.07.2019 и направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы. 

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает на неправильное применение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов суда апелляционной инстанции, изложенных в обжалуемом судебном акте, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.  

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

На основании статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к материалам дела приобщен отзыв, согласно которому ПАО Банк «Югра» просит обжалуемое постановление оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

В судебном заседании представитель ООО «Версоргунг» доводы кассационной жалобы поддержал в полном объеме по мотивам, изложенным в ней. 

Представитель ПАО Банк «Югра» возражал против доводов кассационной жалобы по мотивам, изложенным в отзыве. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.

Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела, заслушав явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судом  апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам. 

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования, исходил из следующего. 

13.04.2017 между ООО «Версоргунг» (покупатель) и ООО «Строймонолит» (поставщик) заключен договор поставки СМ/ВС/04-17. Согласно пункту 1.1 поставщик (должник) обязался поставить покупателю (кредитору) товарно-материальные ценности, наименование, количество, объем и стоимость которых будут устанавливаться Сторонами в Спецификациях к договору, которые будут являться его неотъемлемыми частями.

В соответствии с пунктом 2.1 договора и п. 5 спецификации кредитор (покупатель) произвел авансирование должника (поставщика) на сумму 1 100 000, 00 руб., что подтверждается платежным поручением от 28.09.2017 № 302.

Поставщик обязался произвести поставку товара в срок до 30.10.2017. Поставщик аванс не отработал, что привело к образованию задолженности в размере 1 100 000, 00 руб. что также усматривается из акта сверки взаимных расчетов за период с января 2013 - декабрь 2017.

Судом также установлено, что между ООО «ООО «Версоргунг» (покупатель) и ООО «Строймонолит» (поставщик) заключен договор поставки № СТМ-ВЕР от 10.07.2015. Согласно пункту 1.1 поставщик (должник) обязался поставить покупателю (кредитору) продукцию производственно - технического назначения, наименование, количество, объем и стоимость которых будут устанавливаться Сторонами в Спецификациях к договору, которые будут являться его неотъемлемыми частями. Согласно пункту 1.2 сроки и условия поставки согласовываются в спецификациях. Спецификацией № 2 предусмотрен авансовый порядок расчетов за поставляемый товар. В соответствии с условиями спецификации № 2 кредитор (покупатель) произвел авансирование должника (поставщика) на сумму 1 012 300, 00 руб., что подтверждается платежным поручением от 02.11.2015 № 138. Поставщик обязался произвести поставку товара в срок до 31.12.2015 года. Поставщик товар на сумму 1 012 300, 00 руб. не поставил, что привело к образованию задолженности в указанном размере, что также усматривается из акта сверки взаимных расчетов за период с января 2013 - декабрь 2017.

Кроме того, судами установлено, что 01.02.2017 между ООО «Комплекс-3К НПФ» и ООО «СТРОИМОНОЛИТ» был заключен договор купли-продажи векселя № КЗК/СМ/КПВ, в соответствии с которым ООО «Комплекс-3К НПФ» продал должнику вексель Серии и номера ЭМ-008/17 на сумму 364 000 000, 00 руб., за который должник обязался уплатить 363 800 000, 00 рублей. Факт передачи должнику векселя подтверждается актом приема-передачи векселя от 01.02.2017. Вместе с тем, оплата векселя произведена не была.

Судом также установлено, 04.09.2017 между ООО «Комплекс-3К НПФ» (цедент) и ООО «НафтаТраст» (цессионарий) заключен договор уступка права требования № КЗК/НТ-Ц-В, в соответствии с условиями которого цедент передал цессионарию право требования к должнику оплаты векселя по договору купли-продажи № КЗК/СМ/КПВ от 01.02.2017. В материалы дела представлен простой вексель серии СМ № 0008633 на сумму 363 800 000, 00 руб., выданный 04.09.2017 должником в пользу ООО «НафтаТраст» со сроком оплаты - 04.09.2018, вексель выдан должником в соответствии с соглашением об отступном от 04.09.2017, заключенным между должником и ООО «НафтаТраст». 

Суд пришел к выводу, что указанным соглашением стороны заменили ранее существовавшее между ними обязательство по оплате денежных средств в сумме 363 800 000, 00 руб., возникшего из договора купли продажи № КЗК/СМ/КПВ от 01.02.2017.

Суд также установил, что 25.01.2016 между ООО «ИНТЕКОСТРОЙ» (покупатель) и ООО «СТРОИМОНОЛИТ» (поставщик) заключен договор поставки № СМ - ИН/0116, в соответствии с условиями которого поставщик обязался поставить покупателю товарно-материальные ценности, наименование, количество, объем и стоимость которых будут устанавливаться Сторонами в Спецификациях к договору. ООО «ИНТЕКОСТРОЙ» произвело авансовый платеж в пользу должника за поставку товара в сумме 413 848 092, 75 руб. по платежному поручению. Вместе с тем, поставка товара не была произведена, в связи с чем на стороне должника образовалась задолженность перед ООО «ИНТЕКОСТРОЙ» в размере 413 848 092, 75 руб. 04.09.2017 между ООО «ИНТЕКОСТРОЙ» (цедент) и ООО «НафтаТраст» (цессионарий) заключен договор уступки прав требований № ИнС/НТ-Ц-В, в соответствии с условиями которого цедент передал цессионарию право требования к должнику оплаты аванса за поставку товара в размере 413 848 092, 75 руб. по договору поставки № СМ -ИН/0116 от 25.01.2016.

Судом указано, что в материалы дела представлен простой вексель серии СМ № 0008632 на сумму 413 848 092, 75 руб., выданный 04.09.2017 должником в пользу ООО «НафтаТраст», со сроком оплаты - 04.09.2018. Вексель выдан должником в соответствии с соглашением об отступном от 04.09.2017, заключенным между должником и ООО «НафтаТраст». Указанным соглашением стороны заменили ранее существовавшее между ними обязательство по оплате денежных средств в размере 413 848 092, 75 руб. по договору поставки № СМИН/0116 от 25.01.2016.

Судом установлено, что первоначальным векселедержателем ООО «НафтаТраст» по индоссаменту указанные векселя были переданы ООО «Версоргунг» на основании соглашения об отступном от 04.09.2017. 

С учетом вышеизложенного суд первой инстанции пришел к выводу, что указанные векселя предъявлены в установленный срок, в связи с чем посчитал обоснованными и доказанными требования кредитора к должнику в заявленном размере.

Суд апелляционной инстанции посчитал выводы суда первой инстанции ошибочными, поскольку пришел к выводу, что имеет место схема создания искусственной кредиторской задолженности.

            Так,  судом апелляционной инстанции принято во внимание, что ООО «Версоргунг» является заемщиком ПАО «Банк «ЮГРА» (сумма долга 1,5 млрд. руб.), деятельность ООО «Версоргунг» в Предписании Центрального Банка Российской Федерации от 17.03.2017 №ТЬ84-1-03/29141ДСП признана нереальной. ООО «Версоргунг» создано в 2014 одним физическим лицом с уставным капиталом 10 000 руб. и находится в стадии ликвидации с 04.06.2018,  ООО «Версоргунг» является кредитором и других заемщиков (должников) ПАО Банк «Югра», которые также признаны банкротами как ликвидируемые должники: кредиторское требование в размере 1,9 млрд. руб. 

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что покупка должником (ООО «Строймонолит») векселя по договору № КЗК/СМ/КПВ является ничтожной сделкой, совершенной путем злоупотребления правом, совершенной с целью искусственного создания кредиторской задолженности.

Суд апелляционной инстанции указал, что кредитор и должник не раскрыли обстоятельства, подтверждающие в чем была экономическая целесообразность покупки векселя, не доказали платежеспособность эмитента векселя, а также указал, что из материалов дела не следует - был ли вексель предъявлен к оплате, были ли получены денежные средства по векселю.

Кроме того, судом апелляционной инстанции сделан вывод о том, что сделка уступки между ООО «Комплекс-ЗК НПФ» и ООО «НафтаТраст», а также сделка об отступном между должником и ООО «НафтаТраст» являются ничтожными, притворными (ст. 170), прикрывающими прямую выдачу векселя между ООО «Стрйомонолит» и ООО «НафтаТраст», данные сделки направлены на искусственное создание кредиторской задолженности, что является злоупотреблением правом (ст.10 ГК РФ).

Так, судом апелляционной инстанции установлено, что первоначальным векселедержателем ООО «НафтаТраст» по индоссаменту вексель переданы ООО «Версоргунг» на основании соглашения об отступном от 04.09.2017. Все сделки являются безденежными, не опосредующими реальное движение материальных ценностей, совершенных лишь на бумаге для искусственного создания кредиторской задолженности. ООО «Комплекс-ЗК НПФ» (цедент) и ООО «НафтаТраст» (цессионарий) не обосновали экономическую целесообразность сделки. Оплата по договору уступки права требования № КЗК/НТ-Ц-В не подтверждена. Реальность экономических взаимоотношений между ООО «Версоргунг» и ООО «НафтаТраст» не подтверждена. Экономическая целесообразность получения ООО «Версоргунг» векселя ООО «Строймонолит» не обоснована.

Также судом апелляционной инстанции установлено, что 25.01.2016 между ООО «ИНТЕКОСТРОЙ» (покупатель) и ООО «СТРОИМОНОЛИТ» (поставщик) б заключен договор поставки № СМ - ИН/0116, в соответствии с условиями которого поставщик обязался поставить покупателю товарно-материальные ценности, наименование, количество, объем и стоимость которых будут устанавливаться Сторонами в Спецификациях к договору. ОО «ИНТЕКОСТРОЙ» произвело авансовый платеж в пользу должника за поставку товара в сумме 413 848 092, 75 руб. по платежному поручению. Вместе с тем, поставка товара не была произведена, в связи с чем на стороне должника образовалась задолженность перед ООО «ИНТЕКОСТРОЙ» в размере 413 848 092, 75 руб.

Судами установлено, что 04.09.2017 между ООО «ИНТЕКОСТРОЙ» (цедент) и ООО «НафтаТраст» (цессионарий) заключен договор уступки права требования № ИнС/НТ-Ц-В, в соответствии с условиями которого цедент передал цессионарию право требования к должнику оплаты аванса за поставку товара в размере 413 848 092, 75 руб. по договору поставки № СМ-ИН/0116 от 25.01.2016.

Суд апелляционной инстанции обоснованно в данном случае посчитал, что сделка по уступке права требования № ИнС/НТ-Ц-В между ООО «ИНТЕКОСТРОЙ» (цедент) и ООО «НафтаТраст» является ничтожной в силу мнимости (ст. 10, 170 ГК РФ), экономическая целесообразность уступки не раскрыта, реальность оплаты по договору уступки не подтверждена.   

Апелляционный суд при этом отметил, что Соглашением об отступном от 04.09.2017 ООО «Стрймонолит» передал ООО «НафтаТраст» простой вексель серии СМ № 0008632 на сумму 413 848 092, 75 руб., выданный 04.09.2017 должником в пользу ООО «НафтаТраст» со сроком оплаты - 04.09.2018. Векселедержатель ООО «НафтаТраст» по индоссаменту передал вексель ООО «Версоргунг» на основании соглашения об отступном от 04.09.2017, при этом реальность хозяйственных сделок между ООО «НафтаТраст» и ООО «Версоргунг» не доказана, экономическая целесообразность для ООО «Версоргунг» приобретения векселя ООО «Строймонолит» не раскрыта.

Также суд апелляционной инстанции отметил, что экономическая целесообразность приобретения векселей отсутствовала, поскольку в момент получения векселей кредитором в отношении эмитента векселей уже имелись признаки неплатежеспособности. 

Судом апелляционной инстанции относительно требования, основанному на авансовом платеже в размере 1 100 000, 00 руб. (п/п №302 от 28.09.2017) по договору поставки №СМ/ВС/04-17 от 13.04.2017, авансовом платеже в размере 1 012 300,00руб. (п/п№138 от 02.11.2015) по договору поставки №СТМ-ВЕР от 10.07.2015 установлено следующее. 

 

Договоры поставки апелляционный суд посчитал  мнимыми сделками, направленными на искусственное создание кредиторской задолженности, а оплату по договору поставки - притворными сделками, направленными на вывод активов должника, иные противоправные цели, а также суд указал, что не раскрыта экономическая целесообразность заключения договора поставки для ООО «Версоргунг», не обоснована экономическая целесообразность авансирования 28.09.2017 при том, что 04.09.2017 уже образовалась задолженность по 2 векселям на сумму свыше 700 млн. руб. а также не был исполнен договор поставки от 10.07.2015. 

При этом апелляционный суд отметил, что в материалы не представлены доказательства реальной возможности поставщика поставить товар, хранить товар, покупателем не предоставлено обоснование необходимости приобретения товара и его дальнейшего использования, кредитор не предпринимал никаких действий по взысканию задолженности в судебном порядке, в том числе штрафов и пеней с 02.11.2015 по договору поставки от 10.07.2015, подписание актов сверки с целью перерыва срока исковой давности суд посчитал злоупотреблением правом кредитором и должником с целью формирования искусственной кредиторской задолженности.

          Суд апелляционный инстанции также пришел к выводу, длительное непринятие мер по взысканию задолженности в рамках искового производства указывает на отсутствие у кредитора интереса в возврате суммы «долга» и отсутствие экономической целесообразности в заключении договора поставки, а также о том, что указанный договор заключен исключительно с намерением создать задолженность перед кредитором, что является злоупотреблением правом и нарушает имущественные права остальных кредиторов должника.

Суд апелляционной инстанции посчитал с учетом вышеизложенного, что недобросовестное поведение должника и кредитора свидетельствует об искусственном создании кредиторской задолженности, что является злоупотреблением правом и основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов должника в силу статьей 10, 167,168,170 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

При указанных выше обстоятельствах суд апелляционной инстанции отменил судебный акт суда первой инстанции и отказал во включении требования ООО «Версоргунг» в реестр требований кредиторов должника. 

Суд кассационной инстанции считает, что исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой установили все существенные для дела обстоятельства, которым дали надлежащую правовую  оценку и пришли к правильным выводам по следующим основаниям.   

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

            В силу положений Закона о банкротстве кредиторами признаются лица, имеющие по отношению к должнику права требования по денежным обязательствам и иным обязательствам, об уплате обязательных платежей, о выплате выходных пособий и об оплате труда лиц, работающих по трудовому договору (ст. 2); все требования кредиторов по денежным обязательствам, об уплате обязательных платежей, иные имущественные требования, за исключением требований о признании права собственности, о взыскании морального вреда, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о признании недействительными ничтожных сделок и о применении их недействительности, а также текущие обязательства, указанные в пункте 1 статьи 134 Закона, могут быть предъявлены только в ходе конкурсного производства (п. 1 ст. 126).

            На основании пункта 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

            В соответствии с пунктом 1 статьи 142 Закона о банкротстве установление размера требований кредиторов в процедуре конкурсного производства осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 настоящего Закона.

            В силу положений Закона о банкротстве, регулирующими порядок установления требований кредиторов кредиторы направляют свои требования к должнику в арбитражный суд с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований.

            Исходя из норм статей 71 , 100, 142 Закона о банкротстве, пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 35 от 22.06.12 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется арбитражным судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором, с другой стороны, требование кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.

            Целью такой проверки является установление обоснованности долга и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку включение таких требований приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также интересов должника.

В круг доказывания по спору об установлении размера требований кредиторов в деле о банкротстве в обязательном порядке входит исследование судом обстоятельств возникновения долга.

            С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только такие требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

            Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права. При этом каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

            Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

            В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

            Согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

            В условиях банкротства должника и высокой вероятности нехватки его имущества для погашения требований всех кредиторов между последними объективно возникает конкуренция по поводу распределения конкурсной массы, выражающаяся, помимо прочего, в доказывании обоснованности своих требований. Во избежание злоупотреблений в этой части законодательством установлено, что по общему правилу требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов должника только после судебной проверки, в ходе которой в установленном законом процессуальном порядке проверяется их обоснованность, состав и размер (пункт 6 статьи 16, статьи 71, 100 Закона о банкротстве). При этом установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности (пункт 26 постановления N 35).

            Это правило реализуется посредством предоставления кредиторам, требования которых включены в реестр требований кредиторов, и иным указанным в законе лицам права на заявление возражений, которые подлежат судебной оценке (пункты 2 - 5 статьи 71, пункты 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве). Кроме того, в силу разъяснений, данных в пункте 26 постановления N 35, суд не освобождается от проверки обоснованности и размера требований кредиторов и в отсутствие разногласий между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения.

            Критерии достаточности доказательств (стандарт доказывания), позволяющие признать требования обоснованными, устанавливаются судебной практикой. 

            В делах о банкротстве к кредиторам, заявляющим свои требования, предъявляется, как правило, повышенный стандарт доказывания. В то же время предъявление высокого стандарта доказывания к конкурирующим кредиторам считается недопустимым и влекущим их неравенство ввиду их ограниченной возможности в деле о банкротстве доказать необоснованность требования заявляющегося кредитора.

            При рассмотрении подобных споров конкурирующему кредитору достаточно заявить убедительные доводы и (или) представить доказательства, подтверждающие существенность сомнений в наличии долга. При этом заявляющемуся кредитору не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

            Как неоднократно отмечал Верховный Суд Российской Федерации, в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника - банкрота, предъявляются повышенные требования (п. 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», п. 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016). Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой по сравнению с обычным спором, тем более, если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле. Для этого требуется исследование не только прямых, но и косвенных доказательств и их оценка на предмет согласованности между собой и позициями, занимаемыми сторонами спора.

            Особо Верховный Суд Российской Федерации подчеркивает необходимость применения повышенного стандарта доказывания при оценке обоснованности требований заинтересованных по отношению к должнику кредиторов. Связано это, прежде всего, с тем, что в условиях конкуренции кредиторов должника-банкрота возможны ситуации, когда спор по задолженности между таким кредитором и должником, носит формальный характер и направлен на сохранение имущества должника за его бенефициарами - собственниками бизнеса (через аффилированных лиц), если должник юридическое лицо. Подобные споры характеризуются, в частности, предоставлением минимально необходимого и в то же время внешне безупречного набора доказательств о наличии задолженности у должника, обычно достаточного для разрешения подобного спора. В связи с совпадением интересов должника и такого кредитора их процессуальная активность не направлена на установление истины. 

            Согласно пунктам 1, 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения требований, арбитражный суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

            Как указано в пункте 13 Обзора практики Верховного суда Российской Федерации N 4 (2017) выбор подобной структуры внутригрупповых юридических связей (между должником и аффилированным с должником кредитором) позволяет создать подконтрольную фиктивную кредиторскую задолженность для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов при банкротстве каждого. Подобные факты могут свидетельствовать о подаче обществом заявления о включении требований в реестр исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (ст. 10 ГК РФ). При этом наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр (абзац четвертый п. 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы 111.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы 111.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Кроме того, при рассмотрении вопроса об обоснованности требования кредитора, основанного на векселях, недостаточно установления формального соответствия векселя требованиям к форме и содержанию, судом должны быть исследованы обстоятельства, связанные с приобретением кредитором вексельных нрав. Для выяснения обстоятельств в целях рассмотрения настоящего спора заявителем требования должны быть представлены доказательства, подтверждающие: - реальность сделок, лежащих в основании выдачи векселей; - реальность сделок совершенных с векселями; - наличие разумной экономической цели совершения сделок с векселями. Обязанность доказывания указанных оснований возлагается на заявителя.

В пункте 9 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.07.1997 №18 «Обзор практики разрешении споров, связанных с использованием векселя в хозяйственном обороте» также было обращено внимание судов на то, что, если доказаны отсутствие вексельного обязательства и известность этого факта кредитору по связывающей их гражданско-правовой сделке, оснований для взыскания средств по векселю не имеется. При отсутствии доказательств возникновения заемных, а равно иных правоотношений между должником и заявителем, формальное наличие векселей у лица, получившего его в отсутствие какого-либо обязательства, а также встречного предоставления должнику, не может являться основанием для признания вексельного долга обоснованным (ст. 10 ГК РФ, п. 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 №127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 ГК РФ»).

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. При этом характерной особенностью является то, что, совершая сделку лишь для вида, стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь создать реальных правовых последствий. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 N 305-ЭС16-2411).

В рассматриваемом случае суд апелляционной инстанции, повторно оценив имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи пришел к обоснованному выводу, что имеет место схема создания искусственной кредиторской задолженности, поскольку установил, что все сделки являются безденежными, не опосредующими реальное движение материальных ценностей, совершенных лишь на бумаге для искусственного создания кредиторской задолженности, договоры поставки являются мнимыми сделками, направленными на искусственное создание кредиторской задолженности, а оплата по договору поставки - притворные сделки, направленные на вывод активов должника, иные противоправные цели.

Оценив, правоотношения сторон в совокупности применительно к конкретным фактическим обстоятельствам спора, суд апелляционной инстанции указал, что фактически имеет место недобросовестное поведение должника, направленное на формирование искусственной кредиторской задолженности, соответственно, - недобросовестное поведение должника и кредитора свидетельствует об искусственном создании кредиторской задолженности, что является злоупотреблением правом и основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов должника в силу статей 10, 167,168,170 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

            Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Опровержения названных установленных судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств в материалах дела отсутствуют, в связи с чем суд кассационной инстанции считает, что выводы судов основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют конкретным фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства. 

Суды обеих инстанций правильно применили нормы материального права, не допустив нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта.

Таким образом, суд кассационной инстанции не установил оснований для изменения или отмены постановления суда апелляционной инстанции, предусмотренных в части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако, они подлежат отклонению, поскольку данные доводы основаны на неверном толковании норм права, с учетом установленных судом апелляционной инстанции фактических обстоятельств дела. 

Кроме того, указанные в кассационной жалобе доводы направлены на несогласие с выводами суда апелляционной инстанции и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судом обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

            Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной в том числе в Определении от 17.02.2015 №274-О, статей 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципа состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо. 

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований  для удовлетворения кассационной жалобы  по заявленным в ней доводам не имеется.  

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.07.2019 по  делу №А40-187422/17 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

 

Председательствующий-судья                          Е.Л. Зенькова                       

Судьи:                                                                     Е.А. Зверева 

                                                                                  В.Я. Голобородько