АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тюмень Дело № А45-21246/2017  

Резолютивная часть постановления объявлена 24 сентября 2025 года. Постановление изготовлено в полном объёме 29 сентября 2025 года.  

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе: председательствующего Глотова Н.Б., судей Доронина С.А., ФИО1 - 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Канбековой И.Р. рассмотрел в судебном заседании с использованием системы веб-конференции кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Парменид Финанс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), ФИО2, ФИО3 на определение Арбитражного суда Новосибирской области от 10.03.2025 (судья Красникова Т.Е.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 28.05.2025 (судьи Сбитнев А.Ю., Дубовик В.С., Иващенко А.П.) по делу № А45-21246/2017 о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Строй-Инверсия» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), принятые по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Парменид Финанс» (ОГРН 

<

***>) о включении требования в размере 5 708 670,80 руб. в реестр требований кредиторов должника.  

Путём использования системы веб-конференции в заседании участвовал ФИО4, а также представители: общества с ограниченной ответственностью «Нанс Финанс» - ФИО5 по доверенности от 10.10.2024, ФИО3 – ФИО6 по доверенности от 19.08.2021 № 78АВ0244940, ФИО2 - ФИО7 по доверенности от 27.09.2024, общества «Парменид Финанс» - ФИО8 по доверенности от 20.01.2025.  

В помещении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа после перерыва принял участие представитель общества с ограниченной ответственностью «ИТК» ФИО9 по доверенности от 22.09.2025.  

Суд установил: 

в деле о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Строй-Инверсия» (далее – компания, должник) его конкурсный управляющий ФИО10 26.09.2023 обратился в Арбитражный суд Новосибирской области с заявлением о пересмотре определений суда от 06.02.2019, 08.10.2019, 19.02.2021 по вновь  

открывшимся обстоятельствам, просил признать требование общества с ограниченной ответственностью «Парменид Финанс» (далее – общество «Парменид Финанс») подлежащим удовлетворению после погашения требований кредиторов должника, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (очерёдность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).  

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 06.08.2024 названные судебные акты отменены применительно к Главе 37 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее АПК - РФ) для целей проверки обстоятельств, свидетельствующих об иной очерёдности удовлетворения требования общества «Парменид Финанс».  

После отмены судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам определением суда от 10.03.2025, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 28.05.2025, требование общества «Парменид Финанс» в размере 5 708 670,80 руб., в том числе: основной долг 4 144 000 руб., проценты за пользование денежными средствами 1 564 670,80 руб. признано обоснованным и подлежащим удовлетворению в очерёдности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.  

Не согласившись с принятыми определением и постановлением судов, общество «Парменид Финанс», ФИО2, ФИО3 обратились с кассационными жалобами, в которых просят их отменить.  

В обоснование своей кассационной жалобы общество «Парменид Финанс» ссылается на то, что суды, понижая очерёдность удовлетворения его требования, не учли отсутствие у должника на дату оплаты по договору об участии в долевом строительстве от 15.10.2012 № 12 (далее – договор № 12) имущественного кризиса, предоставление встречного исполнения независимым контрагентом, не имеющим интереса в бизнесе компании; зачёт в качестве способа исполнения обязательства осуществлён первым контрагентом за два года до образования должника, не имел своей целью предоставления должнику дополнительного финансирования для преодоления тяжелой финансовой ситуации.  

По утверждению подателя жалобы, последующая аффилированность лиц, приобретших право требования к должнику, не является основанием для субординации требования; закрытое акционерное общество «Зенон-Эстейт» (далее – общество «Зенон- Эстейт») не являлось держателем контрольного пакета акций, не осуществляло управление должником, стало акционером только 10.02.2017.  

Кассатор также приводит доводы о том, что в настоящем случае субординация требования кредитора не соответствует своему предназначению, так как не защищает права независимых кредиторов, чьи требования на незначительную сумму учтены в третьей очереди реестр требований кредиторов должника.  

Общество «Парменид Финанс» считает, что вопреки позиции судов его залоговый статус не может быть ограничен лишь на том основании, что очерёдность удовлетворения требования понижена в реестре после пересмотра судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам. Вопреки выводам апелляционного суда, ГК РФ и Закон о банкротстве не предусматривают такого основания прекращения залога как нецелесообразность.  

ФИО2 со ссылкой на статью 10 ГК РФ в своей кассационной жалобе указывает на отсутствие оснований для учёта в реестре требования обязательства по выплате обществу «Парменид Финанс» процентов за пользование чужими денежными средствами, считает, что поведение кредитора следует расценить как заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав, вызванное влиянием ФИО11 на принятие должником управленческих решений.  

ФИО3 приводит доводы о том, что суды, нарушив принцип равенства кредиторов, не учли доводы о транзитном характере платежей, которые свидетельствуют о мнимости правоотношений, подтверждают отсутствие встречности исполнения по стороны правопредшественника общества «Парменид Финанс».  

По утверждению ФИО3, судам следовало отказать кредитору в удовлетворении его требования.  

В судебном заседании представители кассаторов поддержали свои кассационные жалобы.  

Иные присутствующие лица поддержали возражения, изложенные в отзывах на кассационные жалобы.  

Рассмотрев кассационные жалобы, проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции считает их подлежащими изменению в части вопроса о наличии у кредитора залогового статуса.  

Как следует из материалов дела, между закрытым акционерным обществом Финансово-строительной компанией «Новосибирская» (первоначальный застройщик) и акционерным обществом «Новосибирский сельский строительный комбинат» (первоначальный участник) заключён договор № 12, по условиями которого первоначальный застройщик обязался в предусмотренный настоящим договором срок своими силами и/или с привлечением других лиц, имеющих соответствующие лицензии, построить (создать) книжный магазин с офисными помещениями, кафе с организацией главного входа в сквер по улица Покрышкина в Ленинском районе города Новосибирска, расположенный на земельном участке площадью 3 283 кв. м с кадастровым номером 54:35:064225:49 и после получения разрешения на его ввод в эксплуатацию передать первоначальному участнику в собственность нежилые помещения площадью 103,6 кв. м (далее – нежилое помещение).  

Решением единственного акционера закрытое акционерное общество Финансово-строительная компания «Новосибирская» реорганизовано путём выделения общества «Строй-Инверсия».  

Из передаточного акта и приложения к передаточному акту следует, что права и обязанности по договору долевого участия № 12 перешли к вновь созданной компании.  

Между первоначальным участником и обществом с ограниченной ответственностью «Квистел» (далее – общество «Квистел») заключено соглашение от 18.06.2013 № 1 об уступке прав требования и переводе обязательств по договору № 12.  

Общество «Квистел» и общество с ограниченной ответственностью «Орлия» (далее – общество «Орлия») заключили соглашение об уступке права от 06.03.2014 № 2 и переводе обязательств по договору № 12.  

Общество «Орлия» 24.05.2017 направило компании уведомление об одностороннем отказе от договора № 12 в связи с нарушением сроков передачи объекта и потребовало возвратить уплаченную стоимость объекта, а также проценты за пользование денежными средствами.  

Ввиду того, что компания не исполнила обязательство, общество «Орлия» 10.09.2018 обратилось в арбитражный суд с заявлением о включении требования в размере 5 708 670,80 руб. в реестр требований кредиторов должника.  

Оценив представленные в материалы спора доказательства (первичные документы, подтверждающие поставку стройматериалов), исследовав доводы о безденежности договора № 12, руководствуясь разъяснениями, приведёнными в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дело банкротстве», суд пришёл к выводу о том, что оплата первоначальным участником застройщику цены договора подтверждается актом зачёта взаимных требований от 20.02.2014 № 3220, которым стороны зачли взаимные обязательства, возникшие по договору поставки от 04.10.2012 № 92.  

Определением суда от 06.02.2019 в реестр требований кредиторов компании включено требование общества «Орлия» в размере 5 708 670,80 руб., в том числе основной долг в сумме 4 144 000 руб., проценты за пользование денежными средствами в сумме 1 564 670,80 руб. с отнесением в третью очередь удовлетворения как обеспеченное залогом имущества должника.  

Между обществом «Орлия» и обществом «Зенон Эстейт» заключено соглашение о передаче прав от 07.07.2019 № 08-У/2019 по договору № 12.  

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 08.10.2019 произведена процессуальная замена общества «Орлия» его правопреемником обществом «Зенон Эстейт».  

В дальнейшем общество «Зенон Эстейт» и общество «Парменид Финанс» подписали соглашение о передаче прав и обязанностей от 01.12.2020 № 08-У/2020 по договору № 12.  

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 19.02.2021 произведена процессуальная замена общества «Зенон Эстейт» его правопреемником - обществом «Парменид Финанс».  

Обозначив в качестве вновь открывшегося обстоятельства определение Арбитражного суда Новосибирской области от 17.06.2023, которым установлено, что общество «Парменид Финанс», общество с ограниченной ответственностью «Нанс Финанс» (далее – общество «Нанс Финанс»), так и ранее включённые в реестр требований кредиторов должника (общество с ограниченной ответственностью Лемминг», общества  

«Орлия», «Зенон Эстейт»), впоследствии уступившие свои права настоящим кредиторам, являются взаимозависимыми лицами, конкурсный управляющий компанией ФИО10 (далее – конкурсный управляющий) обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением об отмене судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам и признании требования общества «Парменид Финанс» подлежащим удовлетворению в очерёдности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.  

Сочтя существенным для разрешения спора обстоятельством аффилированность и взаимосвязанность кредитора с должником, суд определением от 17.06.2023 отменил определения суда от 06.02.2019, от 08.10.2019, от 19.02.2021 по вновь открывшимся обстоятельствам.  

Руководствуясь пунктами 2, 3.1, 4 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор), суд первой инстанции, чьи выводы поддержал апелляционный суд, признавая требование общества «Парменид Финанс» подлежащим удовлетворению в очерёдности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, исходил из того, что общество «Квистел», выкупившее 18.06.2013 право требования о передаче нежилого помещения, и затем последовательно передавшее право обществу «Орлия» 06.03.2014, 07.07.2019 обществу «Зенон Эстейт», 01.12.2020 обществу «Парменид Финанс», до введения в отношении должника процедуры банкротства требования о возврате денежных средств не предъявляло, реальных попыток к истребованию долга не предпринимало, о наступлении у должника кризисной финансовой ситуации знало, в связи с чем подлежит субординации как предоставленное в целях преодоления неплатёжеспособности.  

При этом суды установили, что общества «Орлия», «Парменид Финанс» и иные лица через подконтрольного им акционера должника общество «Зенон Эстейт» с количеством акций 49 процентов осуществляли контроль над деятельностью компании.  

Между тем судами не учтено следующее. 

Применив положения, изложенные в пункте 1 Обзора, суды после отмены судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам, в рамках пересмотра заявления общества «Парменид Финанс», повторно исследовав представленные доказательства, пришли к выводу о реальности правоотношений при внесения первоначальным участником платы по договору № 12.  

Поскольку минимально необходимые доказательства, ставящие под сомнение реальность спорных отношений, не представлены, указанные отношения правомерно не квалифицированы судами в качестве мнимых (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).  

К тому же при обращении в суд с заявлением о пересмотре судебного акта конкурсным управляющим не подвергалась сомнению реальность правоотношений, ставился вопрос об изменении очерёдности.  

Оснований для переоценки выводов судов в данной части судом округа не установлено.  

Обзором также обобщены правовые подходы, применение которых позволяет сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очерёдности (субординации) требований кредиторов, предполагающие не формальный подход к анализу требований аффилированных с должником лиц, а выяснение наличия оснований для применения механизма субординации их требований.  

Так, в пункте 3.2 Обзора предусмотрено, что невостребование контролирующим лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, равно как отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом (например, пункт 2 статьи 811, статьи 813 ГК РФ), или подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа по существу являются формами финансирования должника.  

Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.  

В пункте 6.2 Обзора приведена ситуация, когда очерёдность удовлетворения требования кредитора, являющегося контролирующим должника лицом, понижается, если этот кредитор приобрел у независимого кредитора требование к должнику на фоне имущественного кризиса последнего, создав тем самым условия для отсрочки погашения долга, то есть фактически профинансировал должника.  

В пункте 9 Обзора предусмотрено, что основанием понижения очерёдности удовлетворения требования контролирующего должника лица о возврате займа, предоставленного в начальный период осуществления должником предпринимательской деятельности, может являться отсутствие иных целей выбора такой модели финансирования, кроме как перераспределение риска на случай банкротства.  

В свою очередь, в рамках дела о банкротстве общества «Орлия» по результатам оценки представленных в материалы обособленного спора доказательств в порядке статьи 71 АПК РФ в их совокупности и взаимосвязи, судами установлено, что фактически выделенная компания является организацией, образованной участниками долевого строительства первоначального застройщика – акционерного общества Финансово-строительной компаний «Новосибирская»; переданных в результате выделения юридическому лицу ликвидных активов изначально было недостаточно для надлежащего исполнения им обязательств по достройке и передаче участниками долевого строительства в собственность помещений в объекте. Распределение активов и пассивов между акционерным обществом Финансово-строительной компанией «Новосибирская» и компанией не может считаться добросовестным и справедливым, направлено на ущемление субъективных прав участников гражданского оборота.  

Общество «Зенон Эстейт» совместно с иными акционерами должника принимало участие в реорганизации первоначального застройщика, с ведома и согласия обществ «Орлия», «Нанс Финанс» произошло выделение компании, которой переданы активы  

заведомо меньше необходимых для достройки здания книжного магазина (постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 19.03.2019 по делу № А45-40831/2017).  

Таким образом, после проведённой реорганизации было заведомо известно, что образованная компания не имеет возможности вести нормальную предпринимательскую деятельность в сфере создания объектов недвижимости ввиду очевидного несоответствия полученного ею имущества объёму планируемых мероприятий (строительства нежилого помещения); переданных в результате выделения юридическому лицу ликвидных активов недостаточно для надлежащего исполнения ей обязательств по достройке и передаче участниками долевого строительства в собственность помещений в объекте.  

В условиях отсутствия объективных доказательств того, что длительное неистребование долга обусловлено объективными особенностями соответствующего рынка, у участника строительства имелись разумные ожидания исполнения должником своих обязательств в ближайшей перспективе, суды верно сочли, что поведение аффилированных с компанией лиц обусловлено тем, что изъятие платы по договору № 12, несмотря на её предоставление до имущественного кризиса, усугубило бы не без того тяжёлое положение должника, значительным образом увеличило дефолтные риски.  

Учитывая установленные обстоятельства, суды пришли к обоснованному выводу о том, что в данном случае длительное не истребование кредитором денежных средств является формой финансирования должника, наличие которой не может переносить предпринимательский риск на независимых кредиторов, требования которых учтены в третьей очереди реестра (акционерное общество «СИБЭКО», мэрия города Новосибирска, общество с ограниченной ответственностью «ИТК» и иные).  

Ввиду того, что субординация является следствием распределения рисков контролирующих должника лиц, а не наказанием за правонарушение или недобросовестное поведение, понижение судом очерёдности удовлетворения требования общества «Парменид Финанс» не лишает его право на получение процентов за просрочку исполнения действительного обязательства.  

Оснований для применения статьи 10 ГК РФ для целей снижения до нуля процентов, ранее учтённых в реестре требований кредиторов должника, судом округа не установлено.  

Вместе с тем суд округа не может согласиться с отказом судов в признании требования кредитора обеспеченным залогом, в доказательство заключения которого представлен соответствующий договор.  

В отличие от ситуации, когда залог обеспечивает требования внешнего кредитора, обеспечение залогом требований, подлежащих субординации, не даёт преимуществ перед другими внешними (независимыми) кредиторами залогодателя, а предоставляет приоритет только между субординированными требованиями (пункт 6.1 Обзора).  

Данное разъяснение не означает, что предоставивший компенсационное финансирование кредитор полностью утрачивает своё право на залог, а лишь раскрывает последствия понижения очерёдности удовлетворения требований такого кредитора: залоговое преимущество не действует перед кредиторами более высоких очерёдностей,  

но сохраняется перед кредиторами, требования которых подлежат удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.  

С учётом изложенного суд округа считает необходимым скорректировать резолютивную часть определения, дополнив её указанием на признание требования общества «Парменид Финанс» обеспеченным залогом имущества должника и подлежащими удовлетворению за счёт стоимости залогового имущества, оставшегося после погашения требований, включённых в реестр, преимущественно перед иными требованиями кредиторов очерёдности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.  

Руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа  

постановил:

определение Арбитражного суда Новосибирской области от 10.03.2025 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 28.05.2025 по делу № А45-21246/2017 изменить, дополнив резолютивную часть следующим содержанием.  

Признать требование общества с ограниченной ответственностью «Парменид Финанс» в размере 5 708 670,80 руб., из которых: основной долг 4 144 000 руб., проценты за пользование денежными средствами 1 564 670,80 руб. обеспеченным залогом имущества должника - книжный магазин с офисными помещениями, кафе с организацией главного входа в сквер по улице Покрышкина в Ленинском районе городе Новосибирске, расположенный на земельном участке площадью 3 283 кв. м с кадастровым номером 54:35:064225:49 и подлежащими удовлетворению за счёт стоимости залогового имущества должника, оставшегося после погашения требований, включённых в реестр, преимущественно перед иными требованиями кредиторов очерёдности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.  

В остальной части судебные акты оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.  

Председательствующий Н.Б. Глотов 

Судьи С.А. Доронин 

 ФИО1