ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45 

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности судебного акта

Дело № А65-37758/2017

г. Самара

28 сентября 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21 сентября 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 28 сентября 2022 года.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

Председательствующего судьи Гольдштейна Д.К., 

судей Львова Я.А., Машьяновой  А.В., 

при ведении протокола судебного заседания 

секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда по адресу: 

<

...>, апелляционные жалобы финансового управляющего ФИО2, конкурсного управляющего ФИО3 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.12.2021 по заявлению конкурсного управляющего ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА» о признании сделок должника недействительными и применении последствий их недействительности (вх.59511, вх.59515)

по делу о несостоятельности (банкротстве) Общества с ограниченной ответственностью «Авиакомпания «ВИМ-АВИА», ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>

при участии заинтересованных лиц: ООО «Домодедово Фьюэл Сервисиз», ООО «Лукойл-Аэро», Межрегионального управления Росфинмониторинга по ЦФО, временного управляющего ООО «Технополис» ФИО4

 

В судебном заседании, открытом 19.09.2022 в соответствии со статьей 163 АПК РФ, объявлялся перерыв до 21.09.2022 до 14 часов 05 минут, информация о котором размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по веб-адресу: https://11aas.arbitr.ru.

при участии в судебном заседании: представитель учредителей (участников) ООО Авиакомпания «ВИМ-АВИА» ФИО5 – протокол от 18.03.2019,

представитель ООО «Технополис» – ФИО6, доверенность от 19.07.2022,

конкурсный управляющий ФИО7 – лично, паспорт.

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.10.2018 ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО8.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.03.2020 ФИО8 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 11.01.2022 ФИО3 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА».

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.02.2022 конкурсным управляющим ООО «Авиакомпания «Вим-Авиа» утверждена ФИО7.

Ранее, в Арбитражный суд Республики Татарстан 26.12.2018 поступило заявление (вх.59515) конкурсного управляющего ООО «ВИМ-Авиа» ФИО8 о признании недействительным договора поставки нефтепродуктов № ВИМ- 16.01.15/05 от 16.01.2015, заключенного ООО «ВИМ-Авиа» и ООО «Фьюил Трейдинг Интернешнл», и применении последствий недействительности сделки.

Кроме того, в Арбитражный суд Республики Татарстан 26.12.2018 поступило заявление (вх.59511) конкурсного управляющего ООО «ВИМ-Авиа» ФИО8 о признании недействительным договора поставки нефтепродуктов № ВИМ-13.01.16/004, заключенного между ООО «ВИМ-Авиа» и ООО «Технополис» 15.01.2016, и агентского договора № ВИМ-27.11.15/311 от 27.11.2015, заключенного между ООО «ВИМ-Авиа» и ООО «Технополис», и применении последствий недействительности сделок.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 08.10.2019 заявление (вх.59511) и заявление (вх.59515) объединены для совместного рассмотрения в судебном заседании.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.05.2019 к участию в деле в качестве заинтересованных лиц привлечены: ООО «Домодедово Фьюэл Сервисиз», ООО «Лукойл-Аэро».

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.11.2019 к участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечено: Межрегиональное управление Росфинмониторинг по ЦФО.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.11.2020 заявления конкурсного управляющего оставлены без удовлетворения.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.01.2021 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.11.2020 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 15.04.2021 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.11.2020 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.01.2021 в части отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА» о признании недействительными договора поставки нефтепродуктов от 15.01.2016 № ВИМ-13.01.16/004 и агентского договора от 27.11.2015 № ВИМ-27.11.15/311, заключенных между ООО «ВИМ-Авиа» и ООО «Технополис», и применении последствий недействительности сделок, отменены. В отмененной части обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Татарстан. В остальной части судебные акты оставлены без изменения.

По результатам нового рассмотрения обособленного спора Арбитражный суд Республики Татарстан вынес определение от 15.12.2021 следующего содержания:

«В удовлетворении ходатайств конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Авиакомпания «Вим-Авиа» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), об истребовании доказательств, об отложении судебного заседания и о назначении судебной экспертизы, отказать.

Заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Авиакомпания «Вим-Авиа» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), о признании недействительными сделками договор поставки нефтепродуктов от 15.01.2016 года №ВИМ-13.01.16/004 и агентского договора № ВИМ-27.11.15/311 от 27.11.2015г. заключенных между обществом с ограниченной ответственностью «ВИМ-Авиа» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), и обществом с ограниченной ответственностью «Технополис» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), и применении последствий недействительности сделок, оставить без удовлетворения.».

Конкурсный управляющий должника обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.12.2021. Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2022 апелляционная жалоба оставлена без движения. Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.02.2022 вышеуказанная апелляционная жалоба принята к производству. 

ФИО2 финансовый управляющий ФИО9, ФИО10 также обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.12.2021. Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.05.2022 апелляционная жалоба оставлена без движения. Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.06.2022 вышеуказанная апелляционная жалоба принята к производству. 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд определением от 10.08.2022 произвел замену судей Александрова А.И., Гадеевой Л.Р. на судей Львова Я.А., Машьянову А.В. в судебном составе, рассматривающем апелляционную жалобу, после замены судей рассмотрение апелляционной жалобы начато сначала.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании апелляционного суда конкурсный управляющий должника поддержал доводы апелляционной жалобы, представитель участников должника возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, представитель ответчика позицию по спору не сформулировал.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как установил суд первой инстанции, между должником (ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА») и ответчиком (ООО «Технополис») был заключен договор поставки нефтепродуктов № ВИМ-13.01.16/004 от 15.01.2016г., согласно условиям, которого Поставщик (ООО «Технополис») обязался в порядке и на условиях, определенных указанным договором, передавать в собственность Покупателя (ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА») топливо для реактивных двигателей марки ТС-1/РТ (далее - Продукция), а покупатель обязался принимать Продукцию и оплачивать ее стоимость Поставщику (т.1 л.д.14-23).

Согласно п. 1.4. Договора количество, цена и периоды поставки партий Продукции определяются Сторонами в Дополнениях и приложениях к Договору, являющихся неотъемлемой частью Договора.

В период с 19.01.2016г. по 30.06.2017г., согласно заключенным сторонами приложений, Поставщик осуществлял поставку топлива для реактивных двигателей Покупателю, что подтверждается:

-  приложение № 1 от 19.01.2016г. объемом до 4 000 тонны, стоимостью 30 970 руб./тн.

-  приложение № 2 от 19.02.2016г. объемом до 3 500 тонны, стоимостью 29 370 руб./тн.

-  приложение № 3 от 15.03.2016г. объемом до 6 500 тонны, стоимостью 29 355 руб/тн.

-  приложение № 5/1 от 06.06.2016г. объемом до 8 500 тонны, стоимостью 28 555 руб/тн.

-  приложение № 5/2 от 20.06.2016г. объемом до 5000 тонн, стоимостью 31 941 руб/тн.

-  приложение № 7 от 27.06.2016г. объемом до 2 000 тонн, стоимостью 30 285 руб/тн.

-  приложение № 9 от 01.08.2016г. объемом до 10000 тонн, стоимостью 32 441 руб/тн.

-  приложение № 10 от 09.08.2016г. объемом до 9000 тонн, стоимостью 32 305 руб/тн.

-  приложение № 12 от 05.11.2016г. объемом до 470 тонн, стоимостью до 34 505 руб/тн.

-  приложение № 13 от 16.11.2016г. объемом до 5 000 тонн, стоимостью 34 455 руб/тн.

-  приложение № 14 от 01.12.2016г. объемом до 4 500 тонн, стоимостью 34 405 руб/тн.

-  приложение № 15 от 27.12.2016г. объемом до 5 000 тонн, стоимостью 35 780 руб/тн.

-  приложение № 16 от 08.02.2017г. объемом до 3 500 тонн, стоимостью 35 355 руб/тн.

-  приложение № 17 от 09.03.2017г. объемом до 9 360 тонн, стоимостью 35 335 руб/тн.

-  приложение № 18 от 17.04.2017г. объемом до 8 700 тонн, стоимостью 33 855 руб/тн.

-  приложение № 19 от 04.05.2017г. объемом до 10320 тонн, стоимостью 33 755 руб/тн.

-  приложение № 20 от 01.06.2017г.. объемом до 15 000 тонн, стоимостью 33 755 руб/тн.

Также, как установил суд первой инстанции, между должником (ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА») и ответчиком (ООО «Технополис») был заключен Агентский договор № ВИМ-27.11.15/311 от 27.11.2015г., в соответствии с п. 1.1 которого Агент (ООО «Технополис») обязуется за вознаграждение совершить юридические и иные действия от своего имени и за счет Клиента, связанные с организацией наземного обслуживания воздушных судов Клиента в аэропортах Российской Федерации, включая обеспечение авиаГСМ, а клиент обязуется выплатить Агенту вознаграждение, в размере и сроки, предусмотренные настоящим договором (т.1 л.д.24,25).

В соответствии с п. 5.1 указанного Договора, агентское вознаграждение составляет сумму равную 0,1 % от фактической стоимости осуществленного наземного обслуживания и обеспечения авиаГСМ.

Обращаясь в суд первой инстанции конкурсный управляющий ссылался на то, что указанные сделки совершены по заведомо завышенным ценам, поскольку в ходе хозяйственной деятельности общества были иные поставщики топлива, цены у которых при аналогичных условиях были ниже, указывал на наличие аффилированных связей между Должником и Ответчиком, полагал оспариваемые сделки мнимыми, совершенными с целью вывода имущества Должника без получения встречного исполнения, в связи с чем полагал их недействительными на основании п.2 ст.61.2 Закона о банкротстве, и ст.10 и ст.174 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Направляя спор на новое рассмотрение, в постановлении от 15.04.2021 кассационный суд указал на необходимость оценки реальности поставки топлива от ООО «Брокеройл» к ООО «Технополис» и от ООО «Технополис» к должнику, а также проверки экономической целесообразности поставки топлива ООО «Технополис» должнику через ООО «Брокеройл», оценки доводов конкурсного управляющего об заинтересованности должника и ООО «Технополис» и об отсутствии встречного предоставления. 

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно п. 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

- сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

- в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В соответствии с п.2 ст.61.4 Закона о банкротстве сделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 и статьи 61.3 настоящего Федерального закона, если цена имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам, или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении ООО «Авиакомпания ВИМ-АВИА» следует, что основным видом деятельности должника является перевозка воздушным пассажирским транспортом, подчиняющимся расписанию (т.1 л.д.54).

Суд первой инстанции указал, что из открытых источников сети «Интернет» следует, что у должника имелся флот воздушных судов, который по состоянию на 01 сентября 2017г., насчитывал 26 воздушных судна и указанные обстоятельства ни кем из лиц, участвующих в деле не оспаривался.

В этой связи суд первой инстанции посчитал, что сама по себе поставка авиационного топлива, необходимого должнику для осуществления воздушных перелетов относится к обычной хозяйственной деятельности должника.

В соответствии с разъяснениями пункта 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23 декабря 2010 г. N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» Согласно пункту 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве сделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 или статьи 61.3 Закона о банкротстве, если цена имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам, или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период. Бремя доказывания того, что сделка была совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, лежит на другой стороне сделки. Бремя доказывания того, что цена сделки превысила один процент стоимости активов должника, лежит на оспаривающем сделку лице.

При определении того, была ли сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности должника, следует учитывать, что таковой является сделка, не отличающаяся существенно по своим основным условиям от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до этого должником в течение продолжительного периода времени. К таким сделкам, в частности, с учетом всех обстоятельств дела, могут быть отнесены платежи по длящимся обязательствам (возврат очередной части кредита в соответствии с графиком, уплата ежемесячной арендной платы, выплата заработной платы, оплата коммунальных услуг, платежи за услуги сотовой связи и интернет, уплата налогов и т.п.). Не могут быть, по общему правилу, отнесены к таким сделкам платеж со значительной просрочкой, предоставление отступного, а также не обоснованный разумными экономическими причинами досрочный возврат кредита.

Таким образом, исходя из вышеуказанных разъяснений следует, что к сделкам совершенным в процессе обычной хозяйственной деятельности могут быть отнесены сделки, не отличающиеся существенно по своим основным условиям от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до этого должником в течение продолжительного периода времени.

Суд первой инстанции отметил, что поставка авиационного топлива должнику осуществлялась на протяжении всей деятельности должника, и эти правоотношения с ответчиками являются длящимися и относятся к обычной хозяйственной деятельности.

Договор поставки нефтепродуктов заключен должником с ООО «Технополис» 15.01.2016г., агентский договор – 27.11.2015. При этом, согласно информации, содержащейся в бухгалтерских балансах ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА» за 2014 год и за 2015 года:

-   за 2014 год организацией была получена чистая прибыль (строка 2400) а размере 39 434 тыс. руб., балансовая стоимость активов (строка 1600) составляла 13 162 024 тыс. руб.

-   за 2015 год организацией была получена чистая прибыль (строка 2400) в размере 516 265 тыс. руб., балансовая стоимость активов (строка 1600) составляла 8 947 217 тыс. руб.

Суд первой инстанции указал, что данные цифры подтверждаются в отчете временного управляющего ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА» ФИО11 по результатам анализа финансового состояния организации-должника ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА» размещенном в свободном доступе на сайте ЕФРСБ.

Таким образом, согласно данным, содержащимся в бухгалтерской документации и годовых отчетах организации за 2014 и 2015 годы, которые были предназначены для доведения информации о деятельности должника, включая финансово-хозяйственную деятельность, в том числе, до сведения органов управления должника, должник действительно испытывал финансовые трудности, между тем, осуществлял предпринимательскую деятельность, от которой получал выручку в значительном объеме. При этом, ни наличия признаков неплатежеспособности, ни наличие признаков недостаточности имущества в указанных документах не отражено, и на основании их данных невозможно сделать вывод о предстоящем банкротстве ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА».

В этой связи суд первой инстанции посчитал, что у должника отсутствовали признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества на дату заключения оспариваемых сделок.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Отсюда следует, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно (тем более, если решение суда по спорной сделке влияет на принятие решений в деле о банкротстве, в частности, о включении в реестр требований кредиторов).

Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В отношении доводов конкурсного управляющего должника о мнимости оспариваемых договоров, суд первой инстанции указал, что неоднократно заявлялись и рассматривались ходатайства лиц об истребовании в порядке статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательств с целью проверки указанных доводов конкурсного управляющего.

Так, определениями Арбитражного суда Республики Татарстан 21 февраля 2019г., 03 апреля 2019г., 14 августа 2019г., 03 октября 2019г., 19 ноября 2019г., и 21 января 2021 года, ходатайства лиц об истребовании доказательств удовлетворялись, в порядке статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации были истребованы:

- у Инспекции Федеральной налоговой службы №30 по г. Москва представить сведения об открытых/закрытых счетах общества с ограниченной ответственностью «Фьюил Трейдинг Интеренешнл» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).

- у АКБ «Держава» (119435, 

<

...>) представить выписки по расчетным счетам общества с ограниченной ответственностью «Фьюил Трейдинг Интернешнл» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) за период с 16.01.2015 г. по 26.09.2018 г.

- у Инспекции Федеральной налоговой службы №43 по г. Москва сведения об открытых/закрытых счетах общества с ограниченной ответственностью «Технополис» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).

- у АКБ «Держава» (119435, 

<

...>) выписку по расчетному счету общества с ограниченной ответственностью «Технополис» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) за период с 15.01.2015 г. по 26.09.2018 г.

- у АО Банк «Северный морской путь» (ИНН 

<

***>, адрес: 1150353, 

<

...>), ПАО «Сбербанк России» (ИНН 

<

***>, адрес: 115035, 

<

...>), АКБ «Авангард» (ИНН 

<

***>, адрес: 115035, 

<

...>) выписки по расчетным счетам общества с ограниченной ответственностью «Фьюил Трейдинг Интернешнл» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) за период с 16.01.2015 г. по 26.09.2018 г.

- у АКБ «Северный морской путь» (ИНН 

<

***>, адрес: 115035, 

<

...>), выписку по расчетному счету общества с ограниченной ответственностью «Технополис» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) за период с 15.01.2015 г. по 26.09.2018 г.;

- у ОАО «Банк Российский кредит» (ИНН 

<

***>, адрес: 125252, 

<

...>), выписку по расчетному счету общества с ограниченной ответственностью «Технополис» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) за период с 15.01.2015 г. по 26.09.2018 г.;

- у ПАО «АМБ Банк» (ИНН 

<

***>, адрес: 123242, 

<

...>), выписку по расчетному счету общества с ограниченной ответственностью «Технополис» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) за период с 15.01.2015 г. по 26.09.2018 г.;

- у ПАО «Сбербанк России» (ИНН 

<

***>, адрес: 109544, 

<

...>), выписку по расчетному счету общества с ограниченной ответственностью «Технополис» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) за период с 15.01.2015 г. по 26.09.2018 г.;

- у КБ «Компания розничного кредитования» (ИНН 

<

***>, адрес: 123242, 

<

...>), выписку по расчетному счету общества с ограниченной ответственностью «Технополис» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) за период с 15.01.2015 г. по 26.09.2018 г.; 

- у АО Банк «Национальный стандарт» (ИНН 

<

***>, адрес: 115093, 

<

...>, стр.2,3), выписки по расчетным счетам общества с ограниченной ответственностью «Технополис» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) за период с 15.01.2015 г. по 26.09.2018 г.;

- у АКБ «Абсолютбанк» (ИНН 

<

***>, адрес: 127051, 

<

...>), выписку по расчетному счету общества с ограниченной ответственностью «Технополис» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) за период с 15.01.2015 г. по 26.09.2018 г.;

- у АКБ «Авангард» (ИНН 

<

***>, адрес: 115035, 

<

...>) выписку по расчетному счету общества с ограниченной ответственностью «Технополис» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) за период с 15.01.2015 г. по 26.09.2018 г.

- у общества с ограниченной ответственностью «Домодедово Фьюэл Сервисиз»:

- карточки хранения (учета) топлива в резервуарах общества с ограниченной ответственностью «Домодедово Фьюэл Сервисиз», составленные в отношении общества с ограниченной ответственностью «Технополис» и общества с ограниченной ответственностью «Авиакомпания «ВИМ-Авиа» за период 2015-2017 годов;

- письменные распоряжения общества с ограниченной ответственностью «Лукойл-Аэро», общества с ограниченной ответственностью «Фьюэл Трейдинг Интернешнл», общества с ограниченной ответственностью Брокеройл» о переводе топлива на карточку хранения общества с ограниченной ответственностью «Технополис» за период 2015-2017 гг.;

- письменные распоряжения общества с ограниченной ответственностью «Технополис» о переводе топлива на карточку хранения общества с ограниченной ответственностью «Авиакомпания «ВИМ-Авиа» за период 2015-2017 гг.;

- информацию о том, какой объем услуг по заправке топливом самолетов общества с ограниченной ответственностью «Авиакомпания «ВИМ-Авиа» был оказан в период 2015-2017 гг., на основании Договора оказания услуг № НП/683-3 от 21.07.2010 и/или на основании других договоров;

- акты приема-передачи продукции в резервуарах общества с ограниченной ответственностью «Домодедово Фьюэл Сервисиз» за период 2015-2017 гг., подписанные между обществом с ограниченной ответственностью «Домодедово Фьюэл Сервисиз» и обществом с ограниченной ответственностью «Технополис»;

- паспорта качества продукции, поставляемой по Договору № ВИМ-13.01.16/004 от 15.01.2016 за период 2015-2017 гг., выданные лабораторией общества с ограниченной ответственностью «Домодедово Фьюэл Сервисиз» (п.3.4 Договора № ВИМ-13.01.16/004 от 15.01.2016);

- документы, связанные с исполнением Договора оказания услуг № НП/683-3 от 01.07.2010 между обществом с ограниченной ответственностью «Домодедово Фьюэл Сервисиз» и обществом с ограниченной ответственностью «Лукойл-Аэро» (акты приема-передачи по форме № МХ-1, справки о движении авиатоплива и др.);

- договоры оказания услуг со всеми приложениями и дополнительными соглашениями, заключенные между обществом с ограниченной ответственностью «Домодедово Фьюэл Сервисиз» с одной стороны, и с кем-либо из следующих лиц, с другой стороны - обществом с ограниченной ответственностью «Авиакомпания «ВИМ-Авиа», обществом с ограниченной ответственностью «Технополис», обществом с ограниченной ответственностью «Фьюил Трейдинг Интернешнл».

- у общества с ограниченной ответственностью «Лукойл-Аэро»:

- Договор поставки нефтепродуктов № НП/973-Н от 28.12.2011, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Лукойл-Аэро» и обществом с ограниченной ответственностью «Авиакомпания «ВИМ-Авиа», со всеми дополнительными соглашениями и приложениями к нему, а также первичными документами, подтверждающими поставку топлива в период 2015-2017 гг.;

- Договор поставки № НП/516-3 от 09.04.2009, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Лукойл-Аэро» и обществом с ограниченной ответственностью «Авиакомпания «ВИМ-Авиа», со всеми дополнительными соглашениями и приложениями к нему, а также первичными документами, подтверждающими поставку топлива в период 2015-2017 гг.;

- Документы, подтверждающие поставку топлива от общества с ограниченной ответственностью «Лукойл-Аэро» к обществу с ограниченной ответственностью «Фьюил Трейдинг Интернешнл» по Договору поставки № НП/1143-Н от 26.12.2014 года;

- Генеральное соглашение № НП/1202-Н/Б/СБ от 07.07.2015 года, заключенное между обществом с ограниченной ответственностью «Лукойл-Аэро» и обществом с ограниченной ответственностью «Брокеройл», со всеми дополнительными соглашениями и приложениями к нему, а также первичными документами, подтверждающими поставку топлива в период 2015-2017 гг.

- у общества с ограниченной ответственностью «РН-Аэро» товарные накладные и иную документацию о поставке топлива на территорию аэропорта Домодедово в пользу общества с ограниченной ответственностью «Авиакомпания «ВИМ-Авиа» в период 2015-2017 гг.

- у акционерного общества «Газпромнефть-Аэро» договоры на поставку топлива в пользу общества с ограниченной ответственностью «Авиакомпания «Вим-Авиа», товарные накладные и иную документацию о поставке топлива на территорию аэропорта Домодедово в пользу общества с ограниченной ответственностью «Авиакомпания «Вим-Авиа» в период 2015-2017 гг.

- у общества с ограниченной ответственностью «Домодедово Фьюэл Сервисиз» заявки (требования) общества с ограниченной ответственностью «Авиакомпания «ВИМ-Авиа» в адрес общества с ограниченной ответственностью «Домодедово Фьюэл Сервисиз» на отпуск топлива из резервуаров в целях заправки самолетов за период 2015-2017 гг..

- у публичного акционерного общества «Банк Зенит» платежные поручения общества с ограниченной ответственностью «Авиакомпания «Вим-Авиа» о списании денежных средств со счетов, открытых в публичном акционерном обществе «Банк Зенит»,  в пользу общества с ограниченной ответственностью «РН Аэро», общества с ограниченной ответственностью «Лукойл-Аэро», акционерного общества «Газпромнефть-Аэро», компаний аэропорта Домодедово, включая (но не ограничиваясь) платежными поручениями от 08.12.2016 на сумму 68 300 000 рублей в пользу а/п Домодедово, от 13.12.2016 на сумму 750 000 рублей в пользу общества с ограниченной ответственностью «РН-Аэро», от 13.12.2016  на сумму 800 000 рублей в пользу общества с ограниченной ответственностью «РН-Аэро», от 14.12.2016  на сумму 5 000 000 рублей в пользу а/п Домодедово, от 15.12.2016 года на сумму 5 000 000 рублей в пользу а/п Домодедово, от 21.12.2016 на сумму 500 000 руб. в пользу общества с ограниченной ответственностью «РН-Аэро», от 21.12.2016 на сумму 5 000 000 руб. в пользу а/п Домодедово, от 22.12.2016 на сумму 750 000 руб. в пользу общества с ограниченной ответственность «РН-Аэро», от 22.12.2016 на сумму 2 500 000 руб. в пользу а/п Домодедово, от 23.12.2016 на сумму 350 000 руб. в пользу общества  с ограниченной ответственностью «РН-Аэро», от 02.03.2017 на сумму 600 000 руб. в пользу общества с ограниченной ответственностью «РН-Аэро», от 03.03.2017 на сумму 500 000 руб. в пользу общества с ограниченной ответственностью «РН-Аэро», от 20.03.2017 на сумму 300 000 руб. в пользу общества с ограниченной ответственностью «РН-Аэро», от 20.03.2017 на сумму 800 000 руб. в пользу общества с ограниченной ответственностью «РН-Аэро», от 24.03.2017 на сумму 300 000 руб. в пользу общества с ограниченной ответственностью «РН-Аэро». 

- у общества с ограниченной ответственностью «Домодедово Фьюэл Сервисиз», общества с ограниченной ответственностью «ДОМОДЕДОВО ЭРФИЛД», общества с ограниченной ответственностью «ДОМОДЕДОВО КОММЕРШЛ СЕРВИСИЗ» документы и информацию о поставке (продаже) топлива в пользу общества с ограниченной ответственностью «Авиакомпания «ВИМ-Авиа» и оплатах за топливо в период 2015-2017 гг.

- у общества с ограниченной ответственностью «ДОМОДЕДОВО КОММЕРШЛ СЕРВИСИЗ» сведения об осуществлении выдачи авиатоплива обществом с ограниченной ответственностью «ДОМОДЕДОВО КОММЕРШЛ СЕРВИСИЗ» для заправки воздушных судов общества с ограниченной ответственностью «Авиакомпания «ВИМ-Авиа» в период с 2015 года по август 2017 года, а также на основании каких данных общество с ограниченной ответственностью «ДОМОДЕДОВО КОММЕРШЛ СЕРВИСИЗ» делало вывод о приобретении обществом с ограниченной ответственностью «Авиакомпания «ВИМ-Авиа» топлива у поставщиков и выдавало топливо для заправки (в период с 2015 года по август 2017 года);

- сведения об осуществлении доставки авиатоплива службами общества с ограниченной ответственностью «ДОМОДЕДОВО КОММЕРШЛ СЕРВИСИЗ» из резервуаров и заправки воздушных судов общества с ограниченной ответственностью «Авиакомпания «ВИМ-Авиа»;

- сведения о том, каким образом и в каком объеме топливо, поставленное обществом с ограниченной ответственностью «Лукойл-Аэро» в резервуары общества с ограниченной ответственностью «ДОМОДЕДОВО ФЬЮЭЛ СЕРВИСИЗ», учаитывалось и выдавалось из резервуаров для заправки воздушных судов общества с ограниченной ответственностью «Авиакомпания «ВИМ-Авиа» в период с 1 января 2015 года по 31 августа 2017 года.

В соответствии с пунктами 1.2. и 1.3. оспариваемого Договора поставки нефтепродуктов «ВИМ-13.01.16/004 от 15.01.2016, в соответствии с которым Поставщик принял на себя обязательство передавать в собственность Покупателя топливо для реактивных двигателей марки ТС-1/Республики Татарстан, к моменту поставки авиационное топливо находилось и передавалось в резервуарах ЗАО «ЦФС» (в настоящее время ООО «ДФС»).

Суд первой инстанции указал, что из представленных в материалы дела документов следует, что в целях исполнения вышеуказанного договора с ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА» и осуществления поставок топлива иным организациям, ООО «Технополис», не являясь производителем авиационного топлива, осуществляло закупку топлива у более крупных организаций занимающихся доставкой и оптовой продажей топлива на территории Аэропорта «Домодедово».

Так, для указанных целей между ООО «Технополис» и ООО «Брокеройл» был заключен Договор на оказание брокерских услуг №103/1/17-БД от 01.03.2017, в соответствии с которым ООО «Брокеройл» приняло на себя обязательство совершать биржевые сделки по покупке авиатоплива (т.2).

В рамках исполнения указанного договора ООО «Брокеройл» осуществляло закупки авиационного топлива для ООО «Технополис» у крупного оператора - ООО «Лукойл-Аэро» осуществляющими хранение топлива в резервуарах ООО «ДФС» на постоянной основе в целях его дальнейшей продажи, в том числе посредством услуг брокеров, иным компаниям.

К моменту передачи топлива покупателю (ООО «Технополис») топливо уже находилось в резервуарах ООО «ДФС». В подтверждение данного факта в материалы дела представлены товарные накладные за все периоды поставки, подписанные ООО «Брокеройл» с ООО «Лукойл-Аэро» и ООО «ДФС» (т.26-31).

Суд первой инстанции установил, что передача ООО «Технополис» топлива должнику через ООО «Брокеройл» подтверждается представленными в материалы дела товарными накладными (т.80-86).

В указанных товарных накладных непосредственно отражено, что грузоотправителем и грузополучателем топлива, которое ООО «Брокеройл» передавало ООО «Технополис», выступало ООО «ДФС».

Суд первой инстанции указал, что отметил, что подобная форма взаимоотношений контрагентов в рамках поставки является обычной и объясняет факт отсутствия между ООО «Технополис» и ООО «ДФС» прямых договоров на хранение топлива. ООО «ДФС», как предприятие Аэропорта «Домодедово», непосредственно взаимодействует в первую очередь с крупными операторами-поставщиками авиатоплива, осуществляющими хранение топлива в резервуарах ООО «ДФС» на постоянной основе (в том числе и ООО «Лукойл-Аэро») в целях его последующей продажи, в том числе посредством услуг брокеров, иным компаниям.

Кроме того, до момента установления договорных отношений поставки с ООО «Лукойл-Аэро» (через ООО «Брокеройл»), ООО «Технополис» закупало также уже находящееся в резервуарах ООО «ДФС» топливо у иных организаций.

Непосредственный учет и выдача топлива из резервуаров ООО «ДФС» производились на основе специальных карточек учета, ведением которых также занимаются службы ООО «ДФС» и ООО «Лукойл-Аэро» на основе полученных данных о закупках топлива.

Суд первой инстанции указал, что согласно ответу ООО «Лукойл-Аэро» от 29.04.2019 №01-1942 авиатопливо, поставленное ООО «Лукойл-Аэро» в резервуар ООО «ДФС», учитывалось на карточке хранения ООО «Лукойл-Аэро» в рамках договора оказания услуг №НП/683-3 от 01.07.2010, заключенного между ООО «Лукойл-Аэро» и ООО «ДФС» (т.3).

Кроме того, как установил суд первой инстанции, в материалы дела ООО «Лукойл-Аэро» представлены документы по поставке топлива в резервуары ООО «Домодедово Фьюэл Сервисиз» для ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА» по договорам поставки нефтепродуктов с ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА»№НП/873-Н от 28.12.2011, с ООО «Фьюил Трейдинг Интернешнл» №НП/1143-Н, генеральному соглашению с ООО «Брокеройл» №НП/1202-Н/Б/СБ от 07.07.2015.

Из представленных документов следует, что всего поставлено 258 770,00 т. топлива, в том числе по договору НП/873-Н от 28.12.2011 между ООО «Лукойл-Аэро» и ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА» поставлено - 24 700,00 т.; по договору № НП/1143-Н от 26.12.2014 между ООО «Лукойл-Аэро» и ООО «ФТ-Интернешнл» поставлено - 96 960,00 т.; через ООО «Брокеройл» поставлено (в пользу ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА» по договору с ООО «Технополис») - 137 040,00 т.

Также, в материалы дела ООО «Домодедово Фьюил Сервисиз» представлен реестр прихода топлива в период с 01.01.2015 по 31.12.2017, из которого видно, что в адрес ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА» было поставлено топлива в размере 298 541 т. топлива (т.40 л.д.112-122). Из них только около 15,5 тыс. т. поставлено иными компаниями.

Кроме того, согласно представленным ООО «ДФС» документам, в крыло самолетов ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА» было залито за указанный период - 320 416 т. топлива (т.18-21, т.42-60 и т.73,74).

При этом поставка топлива по всем договорам осуществлялась в различные периоды времени за исключением последних месяцев полетов ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА» где наблюдалась острая кризисная ситуация связанная с приостановкой полетов и необходимостью обратных вывозных рейсов пассажиров ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА».

Так, по договору НП/873-Н от 28.12.2011 между ООО «Лукойл-Аэро» и ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА» поставка топлива осуществлялась в периоды январь-май 2015 г., май-июль 2017 г.;

По договору № НП/1143-Н от 26.12.2014 между ООО «Лукойл-Аэро» и ООО «ФТ-Интернешнл» поставка топлива осуществлялась в период май 2015 г. - июль 2016 г.;

При этом через ООО «Брокеройл» поставка (в пользу ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА» по договору с ООО «Технополис») осуществлена в период август 2016 г. - сентябрь 2017 г.

Кроме того, в материалы дела представлен ответ аэропорта Домодедово и Росавиации о совершенных в оспариваемый период должником авиарейсах, из которых путем сопоставления данных суд первой инстанции посчитал возможным сделать вывод о нуждаемости в поставленных объемах топлива со стороны должника для совершения им полетов, в том числе и топливом поставляемых иными лицами ООО «РН-АЭРО», АО «ГазпромАэро», ООО «Лукойл АЭРО» и непосредственно аэропортом Домодедово (т.8, т.39).

Также, ООО «РН-АЭРО» (т.36), АО «ГапромНефтьАэро» (т.37) и ООО «Лукойл АЭРО» (т.6-20) представили документы и сведения об объемах поставленного должнику авиатоплива.

При этом, суд первой инстанции посчитал, что довод конкурсного управляющего о том, что всего топлива ответчиками и иными поставщиками было поставлено в объемах больше необходимого для полетов опровергается, в том числе определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 08 мая 2018г. по настоящему делу о включении требования ООО «Домодедово Коммершл Сервисиз» в реестр требований кредиторов, в том числе на основании задолженности за поставленное авиационное топливо в последние месяцы полетов самолетов должника и взысканной по решению Арбитражного суда Московской области по делу № А41-92430/2017.

Суд первой инстанции указал также, что из представленных в материалы дела пояснений отобранных в рамках уголовного дела №11702009608000042 в отношении деятельности компаний ООО «Фьюил Трейдин Интернешнл» и ООО «Технополис» следует, что указанные компании были созданы с целью извлечения прибыли при продаже топлива в связи с наличием возможности приобретать и перепродавать топливо по более низким ценам, чем у конкурентов на рынке (т.40).

При этом, суд первой инстанции отметил, что довод представителя учредителей должника о причинах создания и работы ООО «Фьюил Трейдин Интернешнл» и ООО «Технополис» с должником по инициативе ООО «Лукойл АЭРО» и отказом напрямую поставлять топливо должнику в объемах необходимых для осуществления необходимого количества полетов, конкурсным управляющим достоверными доказательствами не опровергнут.

С учетом перечисленного, суд первой инстанции посчитал, что довод конкурсного управляющего ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА» о мнимости оспариваемых сделок опровергается, в том числе представленными в материалы дела документами ООО «Лукойл-Аэро» и ООО «Домодедово Фьюил Сервисиз» (т.18-21, т.42-60, т.73,74).

При этом, суд первой инстанции посчитал, что указанными документами также подтверждается факт исполнения ответчиком (ООО «Технополис») условий Агентского договора №ВИМ-27.11.15/311 от 27.11.2015г., связанных с организацией работ по обеспечению должника авиаГСМ, в том числе в аэропортах городов России в частности Самары, Нижнего Новгорода, Волгограда, Нижневартовска, Челябинска (т.12,13).

В отношении доводов конкурсного управляющего должника о совершении оспариваемых сделок между аффилированными лицами суд первой инстанции отметил, что оспариваемый Договор поставки нефтепродуктов с ООО «Технополис» заключен 15 января 2016 года, а агентский договор – 27.11.2015.

При этом, согласно информации, содержащейся в выписке из Единого государственного реестра юридических лиц, 23 сентября 2015 года была внесена запись о том, что участниками ООО «Технополис» с размером доли 99,99% является ООО «Премьер Ойл» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>) и с размером доли 0,01% является гражданин ФИО12

Как установил суд первой инстанции, указанное свидетельствует о том, что на момент совершения оспариваемой сделки ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА» не являлось участником ООО «Технополис» и не могло повлиять на заключаемые Ответчиком сделки.

Суд первой инстанции отметил, что доказательства аффилированности участников ООО «Технополис» и должника в материалы дела также не представлены, при этом довод о заключении ответчиком ООО «Технополис» обеспечительных сделок в интересах должника не свидетельствует об обратном и не выходит за рамки обычно деятельности хозяйствующих субъектов.

Суд первой инстанции указал, что признаки аффилированности должника и ООО «Технополис» образовались в даты последующие дате заключения оспариваемой сделки и как пояснил представитель учредителей было сделано с целью обеспечения стабильности поставки  топлива должнику.

При этом следует отметить, что сам по себе факт аффилированности должника и ответчика не является достаточным основанием для признания сделок недействительными при установлении факта реальности предоставления должнику топлива.

Обсуждая доводы конкурсного управляющего о причинении оспариваемыми сделками вреда кредиторам, суд первой инстанции отметил следующее.

Участник ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА» ФИО10 07.08.2018 обращалась в Арбитражных суд Республики Татарстан с исковыми заявлениями к ООО «Технополис» о признании недействительным Договора поставки нефтепродуктов №ВИМ-13.01.16/004 от 15.01.2016 и Агентского договора №ВИМ-27.11.15/311 от 27.11.2015.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.03.2019 по делу №А65-24522/2018 в удовлетворении иска к ООО «Технополис» судом было отказано.

В рамках дела №А65-24522/2018 определением суда от 30.10.2018 была назначена судебная экспертиза для определения вопроса о соответствии цены, содержащейся в Договоре поставки нефтепродуктов №ВИМ-13.01.16/004 от 15.01.2016 рыночным ценам.

В Заключении эксперта №5977 (т.2) сделан вывод о том, что цены на нефтепродукты на все даты по приложениям к Договору поставки нефтепродуктов №ВИМ-13.01.16/004 от 15.01.2016 существенно ниже рыночных. Среднее отклонение от рыночных цен -13%, минимальное отклонение от рыночных цен -6%, максимальное отклонение - 26%.

Суд первой инстанции отметил, что экспертное заключение кем-либо из лиц, участвующих в деле, не оспорено, в том числе и конкурсным управляющим ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА», участвовавшим в рассмотрении дела №А65-24522/2018. 

В Решении Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.03.2018 по делу №А65-24522/2018 (т.2 и т.32) суд установил, что заключение эксперта является надлежащим доказательством по делу, полным и обоснованным.

При этом, как указано выше, довод представителя участников должника о причинах создания и работы ООО «Технополис» с должником по инициативе ООО «Лукойл АЭРО» и отказом напрямую поставлять топливо должнику в объемах необходимых для осуществления необходимого количества полетов, конкурсным управляющим достоверными доказательствами, не опровергнут.

Также суд первой инстанции отметил, что реальность поставки топлива от ООО «Брокеройл» к ООО «Технополис» и от ООО «Технополис» к должнику подтверждается, в том числе представленными товарными накладными и счетами-фактурами, где продавцом указан ООО «Технополис», покупателем должник, а грузоотправителем ООО «ДФС» (т.80-86).

При этом, документооборот между должником и ответчиком велся через электронный документооборот посредствам оператора ЭДО ЗАО «ПФ «СКБ Контур».

Относительно доводов конкурсного управляющего об отсутствии экономической целесообразности поставки топлива ООО «Технополис» к должнику через ООО «Брокеройл» суд первой инстанции указал следующее.

В обоснование необходимости заключения договора с ООО «Брокеойл» представитель участников ссылался на Приказ Федеральной антимонопольной службы №3/15 и Министерства энергетики Российской Федерации №3 от 12.01.2015г. об утверждении требований к торгам по размеру минимальной величины продаваемых нефтепродуктов (топливо для реактивных двигателей – 10%).

Суд первой инстанции указал, что ООО «Брокеройл» является профессиональным участником рынка приобретения нефтепродуктов в том числе топлива для реактивных двигателей.

Кроме того, дополнительно в опровержение довода конкурсного управляющего об отсутствии экономической обоснованности приобретения топлива через ООО «Брокеройл» представитель участников должника указал, что у ООО «Брокеройл» топливо приобреталось по цене значительно ниже, чем по прямому договору заключенным между должником и ООО «ЛУКОЙЛ-АЭРО», в обоснование чего представлены товарные накладные в сопоставимый период. Так, в июне-июле 2017г. у ООО «Брокеройл» топливо приобреталось по цене 28 194 рублей за тонну, а по прямому договору с ООО «ЛУКОЙЛ-АЭРО» должник приобретал топливо по цене 35 220 рублей за тонну.

В части доводов конкурсного управляющего о недействительности оспариваемых сделок в соответствии с п.2 ст.174 Гражданского кодекса Российской Федерации суд первой инстанции отметил следующее.

Согласно п.2 ст.174 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

Суд первой инстанции посчитал, что условия признания сделки недействительной, предусмотренные п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве и п. 2 ст. 174 ГК РФ, в данном случае отсутствуют, поскольку, сделки, вопреки утверждениям конкурсного управляющего, была заключены на рыночных условиях, по рыночным ценам и, следовательно, не причинили вред как имущественным интересам общества, так и кредиторов должника.

Суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности причинения вреда кредиторам должника или должнику оспариваемыми сделками, с учетом отсутствия доказательств завышения сторонами цен при заключении договоров.

Суд первой инстанции пришел к выводу о необоснованности ссылок конкурсного управляющего на статью 10 Гражданского кодекса Российской Федерации и обстоятельства злоупотребление сторонами сделок правами вследствие аффилированности сторон, и заключения сделок по заведомо завышенной цене.

Согласно разъяснениям, данным в абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума от 23.12.2010 N 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума от 30.04.2009 N 32), исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ (в редакции, действующей на момент возникновения спорных правоотношений) не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Положения указанной нормы предполагают недобросовестное поведение (злоупотребление) правом с обеих сторон сделки, а также осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Исходя из положений названной статьи о презумпции добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений и общего принципа доказывания в арбитражном процессе, лицо, от которого требуется разумность или добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное. 

В то же время согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 и определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, в разъяснениях, содержащихся в абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума от 23.12.2010 № 63, речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

При этом как было указано выше сам по себе факт аффилированности должника и ответчика не является основанием для признания сделок недействительными при установлении факта реальности предоставления должнику топлива, кроме того, топливо поставлялось должнику по цене ниже рыночной.

Суд первой инстанции посчитал, что в данном случае конкурсным управляющим не представлены доказательства наличия пороков в действиях сторон при заключении оспариваемых договоров, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.

С учетом перечисленного, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что конкурсным управляющим не доказана совокупность обстоятельств, предусмотренных п.2 ст.61.2 Закона о банкротстве, ст.10, ст.170 и ст.174 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

Арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая), ничтожна.

По смыслу данной статьи и разъяснений, изложенных в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», для признания сделки мнимой необходимо установить, что обе стороны сделки не имели намерения совершить сделку в действительности. При заключении такой сделки волеизъявление сторон не совпадает с их внутренней волей, а сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

Доказательства фактического формального заключения сторонами договора и участия должника и ответчика в схеме по формальному документообороту, подтверждающему реализацию работ по этому договору, с целью получения вывода денежных средств или получения необоснованной налоговой выгоды с целью оптимизации налогообложения в материалы дела не представлены.

Напротив, суд первой инстанции установил факт исполнения сторонами условий спорного договора после его заключения, включая длительность его действия, поставку, приемку и оплату товара. 

Согласно объяснениям конкурсного управляющего должником в адрес ООО «Технополис» в период с 14.10.2015 по 18.09.2017 были перечислены денежные средства в сумме 4 820 649 039 руб. 93 коп., из которых в период с 14.03.2017 по 29.08.2017 денежные средства в сумме 1 271 478 705 руб. были перечислены в счет  поставок топлива ООО «БрокерОйл», а в сумме 3 202 880 136 руб. 30 коп. в период с 14.10.2015 по 18.08.2017 в счет  поставок топлива ООО «ФТ Интернешенл».

Также согласно объяснениям и расчетам конкурсного управляющего ООО «Технополис» фактически осуществляло поставки топлива, точные объемы которых не установлены вследствие недостатков в составе первичных документов (конкурсным указано, что по данным имеющихся товарных накладных поставлено 43 938.000 тонн топлива, по данным ООО «Домодедово Фьюэл Сервисиз» – 23 327.653 тонн топлива, по данным информации базы данных «1С: Предприятие» ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА» – 141 418.000 тонн топлива). Указанные обстоятельства, несмотря на установленные расхождения, свидетельствуют о фактическом исполнении сторонами оспариваемых договоров.

Как установил суд первой инстанции,  реальность поставки топлива от ООО «Брокеройл» к ООО «Технополис» и от ООО «Технополис» к должнику подтверждается, в том числе представленными товарными накладными и счетами-фактурами, где продавцом указан ООО «Технополис», покупателем должник, а грузоотправителем ООО «Домодедово Фьюэл Сервисиз». Указанные документы были получены и оценены надлежащим образом судом первой инстанции при новом рассмотрении (т.80-86).

Общее количество топлива поставленного должнику в крыло сторонней организацией ООО «Домодедово Фьюил Сервисиз» подтвержден представленным реестром прихода топлива в период с 01.01.2015 по 31.12.2017, из которого видно, что в адрес ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА» было поставлено топлива в размере 298 541 тонн топлива. Из них только около 15,5 тыс. т. поставлено иными компаниями. Кроме того, согласно представленным ООО «ДФС» документам, в крыло самолетов ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА» было залито за указанный период - 320 416 тонн топлива.

При таких обстоятельствах, вывод суда первой инстанции о том, что оспариваемые договоры не могут быть признаны мнимыми, является правильным, поскольку исполненный (частично исполненный) договор не может являться мнимым.

Выявленные конкурсным управляющим разночтения сами по себе не свидетельствуют о мнимости сделок, а демонстрируют прежде всего недостатки имеющихся в распоряжении конкурсного управляющего информации и документов должника, учитывая, что подобного рода разночтения (отличия показателей объема поставки по товаросопроводительным документам, сведениям ООО «Домодедово Фьюэл Сервисиз» и сведениям электронных баз данных) отмечены конкурсным управляющим в письменных объяснениях относительно почти всех поставщиков топлива ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА», включая  лиц, сомневаться в независимости которых, оснований не имеется (ООО «РН-Аэро», ООО «Лукойл-Аэро», ООО «Домодедово Коммершл Сервисиз»).

Конкурсный управляющий должника, обращаясь в суд с рассматриваемым требованием, просил признать недействительными сами договор поставки нефтепродуктов от 15.01.2016 № ВИМ-13.01.16/004 и агентский договор от 27.11.2015 № ВИМ-27.11.15/311, тогда как вопрос о действительности договора подлежит разрешению на дату его совершения. Из материалов дела не следует, что на дату своего заключения упомянутые договоры отвечали признакам недействительных сделок, тогда как иные действия (в том числе исполнительские сделки по указанным договорам) конкурсным управляющим не оспаривались.

В соответствии с пунктом 1 статьи 429.1 Гражданского кодекса Российской Федерации рамочным договором (договором с открытыми условиями) признается договор, определяющий общие условия обязательственных взаимоотношений сторон, которые могут быть конкретизированы и уточнены сторонами путем заключения отдельных договоров, подачи заявок одной из сторон или иным образом на основании либо во исполнение рамочного договора.

В пунктах 30-31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» разъяснено, что исходя из положений пунктов 1 и 2 статьи 429.1 ГК РФ в их взаимосвязи с положениями пункта 1 статьи 432 ГК РФ рамочным договором могут быть установлены организационные, маркетинговые и финансовые условия взаимоотношений, условия договора (договоров), заключение которого (которых) опосредовано рамочным договором и предполагает дальнейшую конкретизацию (уточнение, дополнение) таких условий посредством заключения отдельных договоров, подачи заявок и т.п., определяющих недостающие условия. Условия рамочного договора являются частью заключенного впоследствии отдельного договора, если такой договор в целом соответствует намерению сторон, выраженному в рамочном договоре, и иное не указано сторонами или не вытекает из существа обязательства (пункт 2 статьи 429.1 ГК РФ).

Как указано выше, конкурсный управляющий должника, обращаясь в суд с рассматриваемым требованием, просил признать недействительными сам договор поставки нефтепродуктов от 15.01.2016 № ВИМ-13.01.16/004, который однако, по существу, является рамочным и не содержит каких-либо условий, свидетельствующих о его мнимости, намерении его сторон причинить вред должнику или его кредиторам.

Финансовая сторона спорного обязательства, включая стоимость поставляемого топлива урегулирована приложениями к договору поставки нефтепродуктов от 15.01.2016 № ВИМ-13.01.16/004, которыми устанавливалась стоимость единицы поставки (тонна) и объем поставляемого топлива.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств признается, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В то же время, по смыслу разъяснений, содержащихся в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Как указано в абз. 7 п. 5 вышеназванного Постановления № 63, при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Приводя доводы о неравноценности встречного предоставления, а также убытке от исполнения договора поставки нефтепродуктов от 15.01.2016 № ВИМ-13.01.16/004 и агентского договора от 27.11.2015 № ВИМ-27.11.15/311, конкурсный управляющий должника не представил какие-либо разумные аргументы и доказательства указанных тезисов.

Цена поставляемого топлива оговорена сторонами договора в приложениях к договору поставки. При этом конкурсным управляющим не приведены какие-либо доказательства того, что данная цена была завышена относительно существовавшей в соответствующую дату рыночной цены топлива, не представлены сведения о более выгодных предложениях со стороны ведущих поставщиков рынка на реализацию соответствующих объемов топлива.

С учетом указаний кассационного суда, относительно необходимости исследования экономической обоснованности приобретения топлива через ООО «Брокеройл», суд первой инстанции констатировал, что у ООО «Брокеройл» топливо приобреталось по цене существенно более низкой, чем по прямому договору заключенному между должником и ООО «ЛУКОЙЛ-АЭРО», в обоснование чего представлены товарные накладные в сопоставимый период. Так, в июне-июле 2017г. у ООО «Брокеройл» топливо приобреталось по цене 28 194 рублей за тонну, а по прямому договору с ООО «ЛУКОЙЛ-АЭРО» должник приобретал топливо по цене 35 220 рублей за тонну.

Суд первой инстанции установил, что ООО «Брокеройл» является профессиональным участником рынка приобретения нефтепродуктов в том числе топлива для реактивных двигателей и экономическая целесообразность  его участи в снабжении топливом объясняется содержанием Приказа Федеральной антимонопольной службы №3/15 и Министерства энергетики Российской Федерации №3 от 12.01.2015г. об утверждении требований к торгам по размеру минимальной величины продаваемых нефтепродуктов (топливо для реактивных двигателей – 10%).

В пункте 7 Постановления № 63 разъяснено, что в силу первого абзаца пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом.

В соответствии со статьей 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также: руководитель должника, в том числе освобожденный от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце 2 настоящего пункта, в следующих отношениях: его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Обсуждая, с учетом указаний кассационного суда, вопрос об аффилированности сторон оспариваемых сделок суд первой инстанции указал, что с 23 сентября 2015 года участниками ООО «Технополис» являлись ООО «Премьер Ойл» и гражданин ФИО12, то есть на момент совершения оспариваемой сделки ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА» не являлось участником ООО «Технополис» и не могло повлиять на заключаемые ответчиком сделки.

Суд первой инстанции отметил, что доказательства аффилированности участников ООО «Технополис» и должника в материалы дела также не представлены, а довод о заключении ответчиком ООО «Технополис» обеспечительных сделок в интересах должника не свидетельствует об обратном и не выходит за рамки обычно деятельности хозяйствующих субъектов.

Суд первой инстанции также установил, что юридическая аффилированность должника и ООО «Технополис» была реализована позднее заключения оспариваемой сделки в целях обеспечения стабильности поставок  топлива должнику.

При этом суд первой инстанции обоснованно отметил, что сам по себе факт аффилированности должника и ответчика не является достаточным основанием для признания сделок недействительными при установлении факта реальности исполнения спорных сделок.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

В данном случае, конкурсным управляющим не приведены доводы об условиях оспариваемых сделок, которые каким-либо образом существенно отличались бы от условий аналогичных сделок, заключенных должником ранее, либо характерных для данного рынка.

При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно не нашел оснований для удовлетворения заявленных требований.

Апелляционным судом были отклонены в порядке статьи 66 АПК РФ в ходе судебного процесса ряд ходатайств конкурсного управляющего и ответчика об истребовании доказательств, учитывая неподтвержденность последними того, что истребуемые доказательства фактически подтверждают имеющие для дела значение обстоятельства, а также принимая во внимание такие доказательства преимущественно истребовались уже судом первой инстанции, повторное их истребование не устранит имеющиеся противоречия в документах. Также апелляционным судом отклонено ходатайство о приостановлении производства по апелляционной жалобе до вступления в законную силу приговора Мещанского районного суда г.Москвы от 09.06.2021 по уголовному делу №01-0003/2021 с учетом недоказанности препятствий для продолжения рассмотрения апелляционной жалобы (п. 1 ч. 1 ст. 143 АПК РФ). Кроме того, апелляционным судом отклонены ходатайства о вызове свидетелей как не соответствующие требованиям статьи 268 АПК РФ о пределах рассмотрения дела апелляционным судом.

Также апелляционным судом отклонено ходатайство конкурсного управляющего должника о назначении по делу судебной экспертизы, аналогичное заявленному указанным лицом в суде первой инстанции.

По смыслу части 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации назначение экспертизы является правом, а не обязанностью суда; судебная экспертиза назначается судом в случаях, если вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания. В данном случае апелляционный суд не усматривает оснований для проведения экспертизы, установив недоказанность значимости точного объема поставленного топлива по спорному договору и возможность разрешения спора по имеющимся доказательствам, признанным достаточными для принятия обоснованного судебного акта.

Поставленные заявителем вопросы не требуют специальных познаний для их разрешения, являются расчетными. При этом конкурсный управляющий фактически уже осуществил указанный расчет представив его апелляционному суду с письменными пояснениями. В то же время, намерение конкурсного управляющего установить в целом нуждаемость должника в определенном объеме топлива за значительный промежуток времени (почти три года), не согласуется с обстоятельствами, подлежащими выяснению в конкретном споре.

Апелляционным судом принята к производству  апелляционная жалоба ФИО2 – финансового управляющего ФИО9, ФИО10 в рамках дела об их банкротстве (№А40-167541/2020), в которой заявитель полагал, что имеются основания для перехода к рассмотрению спора по правилам, установленным в суде первой инстанции, ввиду неразрешения судом первой инстанции вопроса о привлечении финансового управляющего ФИО2 к участию в деле. Также заявитель просил привлечь его к участию в споре.

Апелляционный суд оснований для отмены судебного акта по  безусловным основаниям в данном случае не установил.

ФИО9, ФИО10 – участники ООО «Авиакомпания «ВИМ-АВИА» к участию в рассмотрении обособленного спора не привлекались, безусловных оснований для обеспечения такого их участия применительно к положениям статей 46, 51 АПК РФ, апелляционный суд не усматривает, судебный акт по спору непосредственно не создает для указанных лиц каких-либо прав или обязанностей, не является для них значимым преюдициально.

Финансовый управляющий в ходе процедуры реализации имущества должника от имени должника ведет в судах дела, касающиеся его имущественных прав, в том числе об истребовании или о передаче имущества гражданина либо в пользу гражданина, о взыскании задолженности третьих лиц перед гражданином (абзац пятый пункта 6 статьи 213.25 Закона о банкротстве). Указанные положения в данном случае также не обеспечивают обязательность участия финансового управляющего ФИО9, ФИО10  в обособленном споре.

Круг лиц, участвующих в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, определен в статьях 34 и 35 Закона о банкротстве.

В силу абзаца четвертого пункта 1 статьи 35 Закона о банкротстве в арбитражном процессе по делу о банкротстве участвует представитель учредителей (участников) должника.

В ходе конкурсного производства представителю участников должника предоставлены права лица, участвующего в деле о банкротстве (пункт 3 статьи 126 Закона о банкротстве).

Согласно статье 2 Закона о банкротстве, представитель учредителей (участников) должника - председатель совета директоров (наблюдательного совета) или иного аналогичного коллегиального органа управления должника, либо лицо, избранное советом директоров (наблюдательным советом) или иным аналогичным коллегиальным органом управления должника, либо лицо, избранное учредителями (участниками) должника для представления их законных интересов при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве. 

Представитель участников должника, действующий на основании протокола собрания участников от 18.03.2019, в рассмотрении спора участвовал, имел возможность изложить свои доводы и аргументы.

При указанных обстоятельствах, оснований для отмены судебного акта и привлечения финансового управляющего ФИО9, ФИО10 к участию в споре не имеется.

Однако, учитывая правовую позицию, сформулированную в Постановлении Конституционного Суда РФ от 16.11.2021 N 49-П «По делу о проверке конституционности статьи 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 34 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в связи с жалобой гражданина ФИО13», апелляционный суд считает, возможным рассмотреть апелляционную жалобу ФИО2 – финансового управляющего ФИО9, ФИО10 по существу. 

В то же время, упомянутая апелляционная жалобы каких-либо доводов по существу рассматриваемого спора не содержит.

Несогласие заявителей апелляционных жалобы с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта.

Доводы заявителей, изложенные в апелляционных жалобах, основаны на неверном толковании норм права, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалоб и удовлетворения апелляционных жалоб не имеется.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

1. Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.12.2021 по делу №А65-37758/2017 оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.

2. Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его вынесения, через арбитражный суд первой инстанции.

 

ПредседательствующийД.К. Гольдштейн

 

СудьиЯ.А. Львов

 

А.В. Машьянова