ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru, 

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8(87934) 6-09-16, факс: 8(87934) 6-09-14 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А20-1531/2021

г. Ессентуки

23 сентября 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 19 сентября 2022 года. Полный текст постановления изготовлен 23 сентября 2022 года. 

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  председательствующего Бейтуганова З.А., судей: Годило Н.Н., Джамбулатова С.И., при  ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии в судебном заседании в здании Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики представителя Управления ФНС России по Кабардино-Балкарской Республике – ФИО2 (доверенность от 18.01.2022), в отсутствие  иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте  судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации на  официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном  заседании в режиме видеоконференц-связи, при содействии Арбитражного суда  Кабардино-Балкарской Республики, апелляционную жалобу Управления ФНС России по  Кабардино-Балкарской Республике на определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 04.08.2022 по делу № А20-1531/2021, принятое по заявлению  Федеральной налоговой службы России в лице Управления ФНС России по Кабардино-Балкарской Республике к обществу с ограниченной ответственностью «Налкат Трейд»  (ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>), к ФИО3, к ФИО4, к обществу с ограниченной ответственностью «Мерседес-Бенц  Файненшл Сервисес Рус» (ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>) о признании сделки  недействительной и применении последствий недействительности сделки, в рамках дела о  признании несостоятельным (банкротом) по признакам отсутствующего должника  

общества с ограниченной ответственностью «Ультрамет» (ОГРН 1150718000223ИНН  0701016055),  

УСТАНОВИЛ:

Управление ФНС России по Кабардино-Балкарской Республике обратилось 06.04.2021 в  арбитражный суд КБР с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общества  с ограниченной ответственностью «Ультрамет» по признакам отсутствующего должника.  

Решением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 15.06.2021  общество с ограниченной ответственностью «Ультрамет» признано несостоятельным  (банкротом) по признакам отсутствующего должника, открыто конкурсное производство,  конкурсным управляющим утвержден ФИО5 – член  Саморегулируемой межрегиональной общественной организации «Ассоциация  антикризисных управляющих».  

Информация о введении в отношении должника процедуры конкурсного  производства опубликована в газете «Коммерсантъ» № 104(7066) от 19.06.2021.  

07.12.2021 в электронном виде уполномоченный орган обратился в Арбитражный  суд Кабардино-Балкарской Республики с заявлением к ООО «Налкат-Трейд», к ФИО3, к ФИО4, в котором просит: -признать договор перевода долга   № 10641/2019/50737 к договору лизинга № 2017-06/FL10641 от 27.06.2017, заключенный  01.07.2019 между ООО «Мерседес-Бенц Файненшл Сервисес Рус», ООО «Ультрамет» и  ООО «Налкат Трейд», недействительным; -признать договор купли-продажи   № 2019/ДКП/36363, заключенный 21.11.2019 между ООО «Мерседес-Бенц Файненшл  Сервисес Рус» и ООО «Налкат Трейд», недействительным; -признать договор купли- продажи, заключенный 05.12.2019 между ООО «Налкат Трейд» и ФИО3, недействительным; -признать договор купли-продажи, заключенный  23.07.2020 между ФИО3 и ФИО4,  недействительным; -применить последствия недействительности сделок между ООО  Мерседес-Бенц Файненшл Сервисес Рус», ООО «Ультрамет» и ООО «Налкат Трейд»;  между ООО Мерседес-Бенц Файненшл Сервисес Рус» и ООО «Налкат Трейд»; между  ООО «Налкат Трейд» и ФИО3; между ФИО3 и ФИО4 и обязать последнюю вернуть в  конкурсную массу должника транспортное средство - МЕРСЕДЕС-БЕНЦ Е 200 (2017 года  выпуска, VIN 

<

***>, гос. номер 

<

***>), либо денежный эквивалент  в размере 2853 014,75 000рублей (с учетом уточнения заявленных требований).  

 Определением Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 04.08.2022  в удовлетворении заявленных требований отказано. Судебный акт мотивирован  отсутствием оснований для признания оспариваемых сделок недействительными.  

 Не согласившись с принятым по делу судебным актом, налоговый орган обратился в  Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просил  определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.  Апеллянт ссылается на то, что отчуждение имущества должником фактически  произведено по стоимости в размере оставшегося долга по договору лизинга, что  свидетельствует о занижении встречного исполнения. Кроме того, указанное  свидетельствует о наличии оснований для признания оспариваемой сделки  недействительной на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской  Федерации. Также оспариваемые сделки имеют признаки недействительности,  предусмотренные пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

В судебном заседании представитель Управления ФНС России по Кабардино-Балкарской Республике поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил  определение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.  

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и  месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании  не направили, в связи с чем, на основании статьи 156 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в их отсутствие.  

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом  размещена 23.08.2022 в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет»  http://arbitr.ru/ в соответствии с положениями статьи 121 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации.  

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзывов,  заслушав представителя налогового органа и проверив законность обжалуемого судебного  акта в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что  определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 04.08.2022 по делу   № А20-1531/2021 подлежит оставлению без изменения, исходя из следующего.  

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции,  01.07.2019 (л.д.25 т.2) между ООО «Мерседес-Бенц Файненшл Сервисес Рус» (кредитор),  ООО «Ультрамет» (должник) и ООО «Налкат Трейд» (преемник) заключен договор  перевода долга № 10641/2019/50737 к договору лизинга № 2017-06/FL-10641 от 27.06.2017,  по условиям которого должник с согласия кредитора переводит преемнику все свои прав  

и обязательства перед кредитором, в том числе, сумму задолженности по оставшимся  лизинговым платежам, выкупную стоимость (п.1.1.).  

Общая сумма долга должника по оставшимся лизинговым платежам и выкупной  стоимости сформированная на дату подписания договора составляет 1001907,45рублей  (п.1.2.).  

Платой по договору за перевод долга выступает размер обязательств,  пережданных должником преемнику, а также уступка права на получение предмета  лизинга в собственность преемника по завершении основного договора. Должник и  преемник подтверждают, что кредитор не участвует в расчетах между должником и  преемником в рамках настоящего договора (п.1.3.).  

С момента заключения соглашения, преемник осуществляет права и несет  обязанности должника (лизингополучателя по основному договору (п.1.1.).  

Согласно перечню, новому преемнику переданы все документы согласно  приложению № 2 (л.д.27-28 т.1).  

 Согласно графику к договору перевода долга сумма лизингового платежа  составляет 3857922,20рублей, выкупная стоимость составляет 2 033, 90рублей. (л.д.29  т.1).  

По мнению заявителя, право на получение спорного транспортного средства  стоимостью 3857922,2 рубля перешло от ООО «Ультрамет» к ООО «Налкат Трейд» по  стоимости равной сумме задолженности по оставшимся лизинговым платежам на  01.07.2019 в размере 1001907,45рублей. Сумма нанесенного ущерба кредиторам ООО  «Ультрамет» в результате заключения договора перевода долга составила сумма  выплаченных лизинговых платежей в размере 2 853 014,75рублей. (3857922,21001907,45).  

Заявитель указывает, что на момент заключения договора перевода долга  01.07.2019, ООО «Ультрамет» отвечал признакам неплатежеспособности или  недостаточности имущества. По состоянию на 15.08.2019 просроченная задолженность по  обязательным платежам составила 185 564,3 тыс.руб., в том числе, основной долг162683тыс.руб. Более того, решением АС КБР от 09.09.2020 по делу № А20-3777/2019,  требования уполномоченного органа признаны обоснованными и в отношении должника  введена процедура конкурсного производства.  

По мнению заявителя, отчуждение транспортного средства осуществлено в  отсутствии равноценного встречного исполнения другой стороной сделки. В соответствии  с общедоступным Интернет сайтом объявлений, как Avito.ru, стоимость аналогичного  

транспортного средства в Северо-Кавказском регионе составляет 2000-2500 тыс.рублей  (л.д.24 т.1).  

Факт отсутствия оплаты цены договора купли-продажи автомобиля  свидетельствует о наличии дополнительного основания признания недействительности  сделки, предусмотренной пунктом 2 статьи 170 ГК РФ, поскольку договор, на основании  которого произошло отчуждение транспортного средства является притворной сделкой,  совершенной с целью прикрыть другую сделки – фактическое дарение.  

21.11.2019 заключен договор купли-продажи № 2019/ДКП/36363 между ООО  «Мерседес-Бенц Файненшл Сервисес Рус» и ООО «Налкат Трейд» в связи с досрочным  завершением договора лизинга № 2017-06/FL-10641 от 27.06.2017 (л.д.32 т.2), согласно  условиям которого, ООО «Налкат Трейд» в полном объеме погашена выкупная стоимость  в размере 601177,11 руб. Спорное транспортное средство передано в собственность ООО  «Налкат Трейд» по акту приема передачи от 28.11.2019, претензии по комплектности,  качеству и другим характеристикам отсутствует (л.д.34 т.2). Регистрация указанного ТС  по данной сделке купли-продажи произведена 25.09.2019 на ООО «Налкат Трейд»  согласно карточке учета (л.д.22 т.1).  

05.12.2019 заключен договор купли-продажи спорного транспортного средства  между ООО «Налкат Трейд» (продавец) и ФИО3 (покупатель),  согласно условиям которого автомашина продана по цене 250 000рублей (л.д.31 т.2).  

Регистрация указанного ТС по данной сделке купли-продажи произведена  06.12.2019 на ФИО3 согласно карточке учета (л.д.22 т.1).  

23.07.2020 заключен договор купли-продажи спорного транспортного средства  между ФИО3 и ФИО4, согласно  условиям которого автомашина продана по цене 240000рублей.  

Регистрация указанного ТС по данной сделке купли-продажи произведена  23.07.2020 на ФИО4 согласно карточке учета (л.д.22 т.1).  

Полагая, что указанные выше действия должника совершены в период  подозрительности, установленной нормами статей 61.1, 61.2, 61.3, 61.6 Закона о  банкротстве, а также со ссылкой на нормы статей 10, 167, 170 Гражданского кодекса  Российской Федерации, налоговый орган обратился в арбитражный суд с  рассматриваемым заявлением  

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции  обоснованно исходил из следующего.  

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223  

Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности  (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным  настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами,  регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

В силу статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки  должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и  подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника. По результатам рассмотрения  заявления об оспаривании сделки должника суд выносит одно из следующих  определений: о признании сделки должника недействительной и (или) применении  последствий недействительности ничтожной сделки; об отказе в удовлетворении  заявления о признании сделки должника недействительной.  

Лица, уполномоченные подавать заявления об оспаривании сделки должника,  определены в статье 61.9 Закона о банкротстве  

Согласно пункту 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании  сделки должника может быть подано в арбитражный суд наряду с лицами, указанными в  пункте 1 настоящей статьи, конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если  размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований  кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской  задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера  требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных  лиц.  

Таким образом, поскольку налоговый орган является кредитором, чья  задолженность составляет более десяти процентов общего размера кредиторской  задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, следовательно, заявление  подано уполномоченным на то лицом.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки,  совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны  недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а  также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.  

Из материалов дела следует, что дело о банкротстве в отношении должника  возбуждено 14.04.2021 (с учетом определения об оставлении заявления без движения),  оспариваемые сделки заключены 01.07.2019, 21.11.2019, 05.12.2019, 23.07.2020, то есть в  период подозрительности, предусмотренный пунктом 1 и 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве.  

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или  после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом  недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой  стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия  существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий,  при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки  (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет  признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств,  если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им  иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного  встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств  такого встречного исполнения обязательств.  

При оспаривании сделки на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве  одним из обстоятельств, подлежащих доказыванию при рассмотрении спора, является  установление факта неравноценности встречного исполнения обязательств другой  стороной сделки.  

Оспаривание сделки по основаниям статьи 61.2 Закона о банкротстве направлено  на защиту имущественного положения должника с целью наиболее полного  удовлетворения требований кредиторов в процедуре банкротства, в связи с чем сделка  может быть признана недействительной при наличии доказательств того, что она  причинила явный ущерб ввиду совершения ее на заведомо и значительно невыгодных для  должника условиях.  

Таким образом, неравноценным встречным исполнением обязательств,  являющимся одним из оснований для признании сделки недействительной в соответствии  с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, является предоставление, полученное по  сделке, значительно ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента.  

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд приход к выводу о  том, что налоговый орган не доказал совокупность оснований, необходимых для  признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о  банкротстве, принимая во внимание нижеследующее.  

В соответствии с положениями статей 2 и 19 Федерального закона от 29.10.1998   № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее - Закон о лизинге) по договору  финансовой аренды (лизинга) лизингодатель обязуется приобрести в собственность  указанное лизингополучателем имущество у определенного им продавца и предоставить  

лизингополучателю это имущество за плату во временное владение и пользование, с  возможностью перехода права собственности на имущество к лизингополучателю по  истечении срока договора лизинга или до его истечения на условиях, предусмотренных  соглашением сторон.  

Согласно пункту 1 статьи 28 Закона о лизинге в общую сумму платежей по  договору лизинга за весь срок действия договора лизинга входит возмещение затрат  лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга  лизингополучателю, возмещение затрат, связанных с оказанием других предусмотренных  договором лизинга услуг, а также доход лизингодателя.  

Из приведенных положений закона следует, что в договоре выкупного лизинга  имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем  возврате с прибылью денежных средств, а имущественный интерес лизингополучателя - в  приобретении предмета лизинга в собственность за счет средств, предоставленных  лизингодателем, и при его содействии. Лизинговые платежи являются возмещением  инвестиционных затрат лизингодателя и обязательны к уплате независимо от получения  предмета лизинга во владение. Надлежащее исполнение лизингополучателем обязательств  по уплате всех лизинговых платежей, предусмотренных договором лизинга, означает  реализацию им права на выкуп полученного в лизинг имущества (пункт 2 постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 "Об  отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга", постановления  Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.07.2014 №  4664/13, от 21.01.2014 № 6878/13, от 22.03.2012 № 16533/11, от 25.07.2011 № 3318/11).  

Таким образом, денежное обязательство лизингополучателя в договоре  выкупного лизинга состоит в возмещении затрат лизингодателя, связанных с  приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю (возврат вложенного  лизингодателем финансирования) и выплате причитающегося лизингодателю дохода  (платы за финансирование). Соответственно, лизинговые платежи невозможно разделить  на плату за пользование предметом лизинга и его выкупную стоимость.  

При уплате лизинговых платежей должник по сути возвращал полученное от  лизинговой компании финансирование и вносил плату за пользование финансированием,  то есть погашал свой долг.  

Заявитель не учел, что выбытие лизингополучателя из договора лизинга в связи с  передачей его прав и обязанностей иному лицу не тождественно последствиям  расторжения договора.  

Расторжение договора лизинга влечет за собой необходимость возврата предмета  лизинга лизингодателю и определение завершающей обязанности сторон путем  сопоставления встречных предоставлений: сравнения ранее уплаченных  лизингополучателем платежей и стоимости возвращенного имущества с величиной  оставшихся непогашенными требований лизинговой компании в отношении возврата  вложенного финансирования и платы за пользование им, начисленных неустоек и  подлежащих возмещению убытков. Передача прав и обязанностей лизингополучателя по  договору лизинга (передача договора) в силу статьи 392.3 Гражданского кодекса,  напротив, означает, что обязательства сторон договора сохраняются и подлежат  исполнению на будущее время, но с учетом произошедшей замены стороны в договоре.  

На основании пункта 3 статьи 423 Гражданского кодекса в гражданских  отношениях действует презумпция возмездности договора: договор предполагается  возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа договора не  вытекает иное. В связи с этим отсутствие в договоре, на основании которого производится  уступка, условия о цене передаваемого требования само по себе не является основанием  для признания его недействительным или незаключенным. В таком случае цена  требования, в частности, может быть определена по правилу пункта 3 статьи 424  Гражданского кодекса. Договор, на основании которого производится уступка, может  быть квалифицирован как дарение только в том случае, если будет установлено намерение  цедента одарить цессионария (пункт 3 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 "О некоторых вопросах применения  положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в  обязательстве на основании сделки").  

В данном случае должник, заключив договор перевода долга, утратил право на  приобретение в собственность предмета лизинга, передав его ООО «Налкат Трейд», но,  одновременно, освободило себя от имущественной обязанности по возврату оставшейся  части финансирования и платы за пользование финансированием. Это свидетельствует о  взаимном удовлетворении имущественных интересов сторон при передаче договора и,  соответственно, позволяет рассматривать данную сделку как возмездную, пока иное не  доказано заинтересованным лицом.  

Суд первой инстанции обоснованно отметил, что у лизингодателя имелось право  на отказ от исполнения договора в одностороннем внесудебном порядке без каких-либо  выплат должнику, поскольку общими правилами финансовой аренды (лизинга) такое  право предусмотрено в случае, если лизингополучатель заявит о приостановлении или  прекращении своей деятельности (ликвидации), банкротстве, в случае ухудшения  

финансового состояния лизингополучателя, при котором он не способен удовлетворить  требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанности по  уплате обязательных платежей, которые в совокупности составляют не менее ста тысяч  рублей, и если такие обязательства не исполнены в течение трех месяцев с даты, когда они  должны были быть исполнены, а также в случае, если судом будет принято к  рассмотрению заявление о признании лизингополучателя банкротом.  

Учитывая вышеизложенные положения о составе лизинговых платежей,  принимая во внимание факт пользования должником имуществом, за что им и были  внесены лизинговые платежи, и отсутствие каких-либо прав (кроме предполагаемого  права выкупа) при установленном факте перехода обязанности по оплате лизинговых  платежей, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии доказательств того, что у  ответчика перед должником должна была возникнуть обязанность встречного  предоставления.  

В силу положений статьи 622 Гражданского кодекса Российской Федерации,  статьи 19 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)"  и условиями договоров финансовой аренды лизинга), собственником предмета лизинга  являлось ООО «Мерседес-Бенц Файненшл Сервисес Рус».  

Право собственности у должника могло возникнуть только после полной оплаты  лизинговых платежей и выкупной стоимости предмета лизинга.  

Однако, из обстоятельств дела следует, что по состоянию на дату подписания  договора о переводе долга, полная стоимость предмета лизинга должником не была  оплачена.  

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу о  недоказанности заявителем того, что в результате заключения договора о переводе долга  должник не получил равноценного встречного предоставления, равно как и того, что  транспортной средство принадлежало должнику и выбыло из его собственности.  

Следовательно, оснований для признания сделки недействительной, как  совершенной при неравноценном встречном предоставлении (пункт 1 статьи 61.2 Закона о  банкротстве) не имеется.  

Проверив основания, предусмотренные пунктом 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве для признания оспариваемых сделок недействительными, суд первой  инстанции обосновано исходил из следующего.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка,  совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов,  может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была  

совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом  или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен  вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной  цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается,  что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если  она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о  признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если  на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или  недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении  заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе  должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей  (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:  

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких  взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности  составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для  кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов  должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю  отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;  

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления  кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо  скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы,  документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение  которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате  ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению  бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;  

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал  осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания  его собственнику об определении судьбы данного имущества.  

В соответствии с пунктом 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63  «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), пункт 2 статьи 61.2  Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки,  совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов  (подозрительная сделка).  

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному  основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие  совокупности всех следующих обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам  кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели  должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в  признании сделки недействительной по данному основанию.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду,  что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение  стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных  требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или  юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или  частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по  обязательствам должника за счет его имущества.  

В соответствии с пунктом 6 Постановления № 63, согласно абзацам второму -  пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным  правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:  

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку  неплатежеспособности или недостаточности имущества;  

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами  вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не  доказано другой стороной сделки.  

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности  имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать  третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения  содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства,  указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия  признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.  

Из материалов основного дела о банкротстве должника усматривается, что на  момент заключения оспариваемого договора перевода долга, у должника имелись  неисполненные обязательства, в том числе перед налоговым органом по обязательным  платежам перед бюджетом. Денежные обязательства перед указанными кредиторами до  настоящего времени не исполнены, задолженность не погашена, включены в реестр  требований кредиторов должника с учетом последующих долгов.  

Таким образом, на момент совершения оспариваемой сделки должник обладал  признаками неплатежеспособности.  

Между тем, доказательств того, что ответчик ООО «Мерседес-Бенц Файненшл  Сервисес Рус» и ООО «Налкат Трейд» осведомлены о наличии обязательств должника  перед кредиторами и о том, что в отношении должника возбуждено дело о банкротстве не  представлено.  

В силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что  другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред  имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья  19 данного Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов  кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности  имущества должника (пункт 7 Постановления N 63).  

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об  указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя  разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность,  установить наличие этих обстоятельств.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если  стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных  сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать  и более процентов балансовой стоимости активов должника (абзац 3 пункта 2 статьи 61.2  Закона о банкротстве).  

Однако правовой состав пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве в  совокупность необходимых условий для квалификации сделки по данному основанию  включает информированность другой стороны сделки о преследуемой должником цели и  намерении со стороны должника причинить вред имущественным правам кредиторов.  

Кроме того, оценивая действия сторон как добросовестные или  недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника  гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны,  содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации (абзац 3 пункта 1  

постановления Пленума ВС РФ № 25 от 23.06.2015 "О применении судами некоторых  положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").  

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам  должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по  отношению к нему аффилированными.  

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда  Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве  факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение  аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе  компаний через корпоративное участие), но и фактической.  

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение  лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и  последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым)  участникам рынка.  

Так в материалы дела не представлены доказательства, подтверждающие наличие  между сторонами заинтересованности.  

Следовательно, фак аффилированности сторон не установлен. Ссылка апеллянта  об обратном документально не подтверждена.  

С учетом изложенного, поскольку имущество в собственность должника не  перешло, заключение оспариваемых договоров не привело к уменьшению конкурсной  массы, то спорное имущество никогда не находилось в собственности должника и не  могло быть включено в конкурсную массу. Следовательно, заключая договор о переводе  долга имущественным правам кредиторов вред не причинен.  

Таким образом, оспаривающее сделку лицо не доказало наличия совокупности  всех обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной по основанию,  предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, оснований для признания  сделки недействительной по указанному основанию у суда не имеется.  

Рассматривая требования в части признания последующих сделок купли-продажи  спорного автомобиля с ООО «Налкат Трейд», с ФИО3 и ФИО4, суд  первой инстанции обоснованно исходил из следующего.  

В определении от 31.07.2017 по делу № 305-ЭС15-11230 Верховный Суд  Российской Федерации, отменяя постановление суда округа, сформулировал следующие  правовые позиции:  

- цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным  составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества  

первым продавцом последнему покупателю. Наличие доверительных отношений  позволяет отсрочить юридическое закрепление прав на имущество в государственном  реестре, объясняет разрыв во времени между притворными сделками и поэтому не может  рассматриваться как обстоятельство, исключающее ничтожность сделок. Само по себе  осуществление государственной регистрации перехода права собственности на  недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации  данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ;  

- при признании судом цепочки сделок притворными как прикрывающими сделку  между первым продавцом и последним покупателем возврат имущества от конечного  покупателя ее первоначальному продавцу осуществляется с использованием  реституционного механизма, а не путем удовлетворения виндикационного иска;  

- в рамках дела о банкротстве по требованию о признании нескольких сделок  единой сделкой (пункта 2 статьи 170 ГК РФ), совершенной в целях причинения вреда  имущественным правам кредиторов банка (пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве),  течение срока исковой давности начинается с того момента, когда временная  администрация, конкурсный управляющий реально имели возможность узнать не только о  самом факте совершения оспариваемых сделок, но и том, что они являются  взаимосвязанными, притворными и действительно совершены в целях причинения вреда  кредиторам;  

- споры о признании недействительной сделки, которую прикрывает цепочка  последовательно совершенных сделок, по основаниям, предусмотренным положениями  Закона о банкротстве, относятся к компетенции арбитражного суда, рассматривающего  дела о банкротстве.  

Судебной практикой выработаны определенные критерии, применяемые для  квалификации сделок в качестве взаимосвязанных, к которым, в частности, относятся:  преследование единой хозяйственной цели при заключении сделок, в том числе общее  хозяйственное назначение проданного (переданного во временное владение или  пользование) имущества, консолидация всего отчужденного (переданного во временное  владение или пользование) по сделкам имущества у одного лица, непродолжительный  период между совершением нескольких сделок (абзац первый пункта 14 постановления  Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 "Об оспаривании  крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность").  

По смыслу приведенных разъяснений взаимосвязанными могут быть признаны  такие сделки, которыми опосредуется ряд хозяйственных операций, направленных на  

достижение одной общей (генеральной) экономической цели (определение Верховного  Суда Российской Федерации от 21.11.2019 № 306-ЭС19-12580).  

При отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и  последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от  первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок возможна ситуация, когда  создается лишь видимость широкого вовлечения имущества должника в гражданский  оборот, иллюзия последовательного перехода права собственности на него от одного  собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности  совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по выводу активов во  избежание обращения взыскания со стороны кредиторов.  

Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем  бенефициара данной сделки, он принимает решения относительно данного имущества.  

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции  обоснованно пришел к выводу о том, что оспариваемые сделки не могут быть  квалифицированы как цепочка сделок применительно к правовой позиции, изложенной в  определении Верховного Суда РФ от 02.07.2020 № 307-ЭС19-18598 (3). Заявителем не  представлено доказательств, подтверждающих нахождение спорного имущества, после  его реализации, под контролем должника, отсутствуют доказательства, подтверждающие  наличие между ООО «Налкат Трейд», ФИО3 и ФИО4  заинтересованности, как и наличие заинтересованности между ФИО4 и  должником.  

С учетом изложенного, оснований полагать, что договоры купли-продажи были  оформлены исключительно для создания формального прикрытия сохранения Должником  контроля за спорным имуществом, отсутствуют.  

Таким образом, оснований для признания договоров купли-продажи  недействительными не имеется.  

Ссылка налогового органа об обратном документально не подтверждена.  Доказательств недобросовестности ответчиков не представлено, как и не представлено  доказательств формального отчуждения спорного имущества, что исключает возможность  квалификации указанной сделки как единой.  

С учетом изложенного, в удовлетворении заявленных требований обоснованно  отказано.  

Рассмотрев доводы налогового органа о признании сделок недействительными на  основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд пришел к  следующему выводу.  

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело  должны быть представлены доказательства того, что, заключая оспариваемый договор,  стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.  

Между тем, ни одни из таких доказательств суду не представлено, также  отсутствуют доказательства, подтверждающие наличие в оспариваемых сделках пороков,  выходящих за пределы подозрительной сделки.  

Учитывая изложенное, суд первой инстанции отказал в удовлетворении  заявленных требований налогового органа.  

Довод апеллянта о том, что отсутствие оплаты цены договора купли-продажи  спорного имущества свидетельствует о том, что отчуждение имущества должником  фактически произведено безвозмездно, то есть в результате дарения, что свидетельствует  о наличии дополнительного основания недействительности сделки, предусмотренной  частью 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, судом апелляционной  инстанции отклоняется, поскольку в результате заключения спорного договора перевода  долга ООО «Налкат Трейд» приобрел не только право требования получения лизингового  имущества в собственность, но и сопутствующие этому праву обязанности по оплате либо  оставшихся лизинговых платежей за длительный период времени, а также выкупной  стоимости имущества, а также обязанность по погашению числящейся на момент  заключение договора перевода долга в размере, установленном этим договором. Между  тем, в связи с надлежащим исполнением ООО «Налкат Трейд» всех обязательств по  договору лизинга, предусмотренных при досрочном выкупе, а также погашением  задолженности, предмет лизинга является собственностью ООО «Налкат Трейд» на  основании акта приема-передачи. Стоимость транспортного средства не была выплачена  должником по договору лизинга, оснований для передачи предмета лизинга в  собственность должника в процессе исполнения договора лизинга не возникло. Возврат  предмета лизинга в конкурсную массу должника невозможен, поскольку в силу норм ст.  608 Гражданского кодекса российской Федерации, ст. 11 Федерального закона «О  финансовой аренде (лизинге)» от 29.10.1998 № 164-ФЗ предмет лизинга, переданный во  временное владение и пользование лизингополучателю, до исполнения  лизингополучателем всех обязательств по договору лизинга является собственностью  лизингодателя и, следовательно, не может формировать конкурсную массу  лизингополучателя-должника. С учетом изложенного, не имеется оснований для возврата  в конкурсную массу должника любого денежного эквивалента такого имущества.  

При таких обстоятельствах оснований для переоценки выводов суда первой  инстанции у суда апелляционной инстанции не имеется.  

Иные доводы, приведенные в апелляционной жалобе, не могут служить  основанием для отмены обжалованного судебного акта, поскольку не опровергают  сделанных судом выводов и направлены по существу на переоценку доказательств и  обстоятельств, установленных судом первой инстанций. Оснований для переоценки  фактических обстоятельств дела или иного применения норм материального права у суда  апелляционной инстанции не имеется.  

Учитывая изложенное, оценив в совокупности материалы дела и доводы  апелляционной жалобы, судебная коллегия считает, что выводы, изложенные в  обжалуемом судебном акте, соответствуют обстоятельствам дела, судом применены  нормы права, подлежащие применению, вследствие чего апелляционная жалоба не  подлежит удовлетворению.  

Принимая во внимание изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к  выводу о том, что доводы апелляционной жалобы основаны на неверном толковании норм  материального права и не влияют на правильность принятого по делу судебного акта, в  связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.  

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и являющихся  безусловными основаниями для отмены судебного акта, судом первой инстанции также не  допущено.  

Руководствуясь статьями 110, 266, 268, 271, 272, 275 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный  апелляционный суд,  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 04.08.2022 по делу   № А20-1531/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через  арбитражный суд первой инстанции.  

Председательствующий З.А. Бейтуганов 

Судьи Н.Н. Годило 

С.И. Джамбулатов