ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

г. Москва

Дело № А40-253089/22-41-973 

Резолютивная часть решения объявлена 13.04.2023.

Решение в полном объеме изготовлено 11.05.2023.

Арбитражный суд г. Москвы в составе судьи Березовой О. А., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, при участии представителей сторон согласно протоколу судебного заседания, рассмотрев в судебном заседании суда первой инстанции, проведенном в зале судебных заседаний 4010 в здании Арбитражного суда г. Москвы по адресу: 

<

...>, - дело по иску Прокуратуры г. Москвы (ОГРН 

<

***>) в интересах Российской Федерации в лице Росимущества (ОГРН 

<

***>) и ФГБУ «ДОД Росимущества» (ОГРН 

<

***>) к  ООО «Клиника Крафтвэй» (ОГРН 

<

***>), АО «Квант-Н» (ОГРН 

<

***>) об истребовании имущества,  взыскании 5 505 187 руб. 83 коп., установил:

Заявитель просит суд взыскать с АО «Квант-Н» в доход федерального бюджета 5 505 187 руб. 83 коп. – сумму арендной платы, полученной от ООО «Клиника Крафтвэй» за аренду нежилых помещений площадью 663, 9 кв. м по адресу: 

<

...> (этаж 1, пом. I, комн. 35-54, 54а, 55-57, 57а, 58-61, 64-68, 68а, 68б, 68в, этаж 2, пом. I, комн. 1, 1а, 1б, 2-3, 5-14, 14а, 15, 22), - и истребовать у ООО «Клиника Крафтвэй» указанные нежилые помещения путем их передачи ФГБУ «ДОД Росимущества».

Иск мотивирован тем, что вступившим в законную силу решением Арбитражного суда г. Москвы от 26.02.2016 по делу № А40-177094/2015 на недвижимое имущество по адресу: 

<

...>, 7, 8,  14, 16, 21Б, 25, 32, 34, 35, 47, 51. 52, 59, 60, 61, 66, - признано право собственности Российской Федерации, указанное недвижимое имущество истребовано у АО «Квант-Н» в собственность Российской Федерации. Решение суда вступило в законную силу 24.05.2016, государственная регистрация права собственности Российской Федерации на указанное имущество произведена 16.10.2019, 06.07.2020 на указанное имущество зарегистрировано право оперативного управления ФГБУ «ДОД Росимущества».

Заявитель сослался на ст. 608 ГК Российской Федерации, согласно которой право сдачи имущества в аренду принадлежит его собственнику; арендодателями могут быть также лица, управомоченные законом или собственником сдавать имущество в аренду.

АО «Квант-Н» собственником спорных нежилых помещений не являлось, однако на основании договора аренды от 20.04.2018 № 3959А-05/18, заключенного ответчиками на неопределенный срок, передало нежилые помещения площадью 663, 9 кв. м в стр. 3 по адресу: 

<

...>, - в аренду ООО «Клиника Крафтвэй», которое за период с 24.01.2019 по 19.06.2020 перечислило АО «Квант-Н» арендную плату в размере 5 505 187 руб. 83 коп.

Заявитель считает, что АО «Квант-Н», заключая договор аренды, действовало недобросовестно, поскольку принимало участие в деле № А40-177094/2014, а потому вне зависимости от наличия в ЕГРН записи о государственной регистрации его права собственности на помещения на дату заключения договора аренды не могло не знать об отсутствии правомочий на передачу помещений в аренду.

Требование к ООО «Клиника Крафтвэй» основано на ст. 303 ГК Российской Федерации и п. 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22.

Заявитель считает заключенный ответчиками договор недействительной (ничтожной) сделкой, поскольку он заключен в отношении имущества, собственником которого арендодатель не является, в отсутствие согласия собственника в лице Росимущества, которое в соответствии с Положением о Федеральном агентстве по управлению государственным имуществом, утв. постановлением Правительства Российской Федерации от 05.06.2008 № 432, является уполномоченным органом исполнительной власти, осуществляющим полномочия собственника непосредственно и через свои территориальные органы, за исключением случаев, когда указанные полномочия в соответствии с законодательством Российской Федерации осуществляют иные органы исполнительной власти, с нарушением требований Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции», который устанавливает, что заключение договоров аренды в отношении государственного недвижимого имущества, которое принадлежит на праве оперативного управления государственным бюджетным учреждениями, производится только по результатам проведения конкурсов или аукционов на право заключения этих договоров.

Ответчик АО «Квант-Н» иск в части требования о взыскании арендной платы в размере 2 044 387 руб. 93 коп., полученной от арендатора за период с 16.10.2019 до 20.06.2020, признал, в остальной части против иска возразил, сослался на то, что в момент заключения спорного договора аренды согласно сведениям ЕГРН собственником нежилых помещений являлось АО «Квант-Н», заявил о пропуске срока исковой давности, поскольку после рассмотрения Арбитражным судом г. Москвы дела № А40-177094/2014 неоднократно направлял письма представителям собственника, в которых уведомлял о наличии договора аренды и просил указаний относительно зачисления арендной платы, уплачиваемой арендатором.

Ответчик ООО «Клиника Крафтвэй» против иска возразил, сослался на то, что является добросовестным арендатором, поскольку не обладал сведениями о наличии спора в отношении арендованных нежилых помещений, не являлся участником дела № А40-177094/2014, в связи с чем не знал и не мог знать о том, что у АО «Квант-Н» отсутствуют полномочия на заключение договора аренды помещений.

Исследовав письменные доказательства, представленные сторонами, заслушав объяснения представителей заявителя, истцов и ответчиков, суд установил, что 20.04.2018 АО «Квант-Н» в качестве арендодателя и ООО «Клиника Крафтвэй» в качестве арендатора заключили договор аренды недвижимого имущества № 3959А-05/18, по которому арендодатель обязуется предоставить арендатору во временное владение и пользование нежилые помещения площадью 712, 4 кв. м в указанном здании  (этаж 1, пом. I, комн. 1-3, 35-54, 54а, 55-57, 57а, 58-61, 64-68, 68а, 68б, 68в, этаж 2, пом. I, комн. 1, 1а, 1б, 2-3, 5-14, 14а, 15, 22-23).

В соответствии с п. 1.4 договора последний заключен на неопределенный срок, согласно п. 1.5 договора срок аренды установлен с 01.05.2018.

Помещения переданы в аренду по акту от 01.05.2018.

Дополнительным соглашением от 01.10.2019 № 2 стороны уменьшили площадь арендованных помещений до 663, 9 кв. м, установив, что в аренду передаются помещения - этаж 1, пом. I, комн. 35-54, 54а, 55-57, 57а, 58-61, 64-68, 68а, 68б, 68в, этаж 2, пом. I, комн. 1, 1а, 1б, 2-3, 5-14, 14а, 15, 22.

В соответствии  с договором аренды размер арендной платы составлял 359 517 руб. 15 коп. в месяц с учетом НДС; по дополнительному соглашению от 15.10.2018 № 1 арендная плата составляла 365 610 руб. 66 коп. в месяц с учетом НДС, по дополнительному соглашению от 01.10.2019 № 2 – 340 721 руб.  06 коп. в месяц с учетом НДС.

В п. 1.3 договора указано, что арендодатель является собственником помещений, его право собственности зарегистрировано в ЕГРП 23.08.2004.

Вместе с тем из представленной в дело выписки из ЕГРН от 25.01.2023 № КУВИ-001/2023-15195965 следует, что первоначально право собственности Российской Федерации на здание регистрировалось 23.08.2004 на основании распоряжений Минимущества России от 21.06.2003 № 2701-р и от 06.02.2004 № 505-р, а из выписки из ЕГРН от 24.01.2023 № КУВИ-001/2023-15188943 следует, что 16.10.2019 в ЕГРН внесена запись о прекращении  права собственности АО «Квант-Н» на основании судебного акта.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда г. Москвы от 26.02.2016 по делу № А40-177094/2014 на недвижимое имущество по адресу: 

<

...> (в том числе на стр.  3), - признано право собственности Российской Федерации, указанное недвижимое имущество истребовано у АО «Квант-Н» в собственность Российской Федерации. Решение суда вступило в законную силу 24.05.2016, однако государственная регистрация права собственности Российской Федерации на указанное имущество произведена 16.10.2019, а 06.07.2020 на указанное имущество зарегистрировано право оперативного управления ФГБУ «ДОД Росимущества».

Из искового заявления следует, что основанием для признания в судебном порядке права собственности Российской Федерации на недвижимое имущество по адресу: 

<

...>, - явилось признание недействительными (ничтожными) сделок, в результате которых право собственности на имущество зарегистрировано за ОАО «Квант-Н», которое являлось ответчиком по делу.

В соответствии со ст. 166 ГК Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). В силу ст. 167 Кодекса недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Ст. 168 Кодекса устанавливает, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В п. 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что спор о возврате имущества, вытекающий из договорных отношений или отношений, связанных с применением последствий недействительности сделки, подлежит разрешению в соответствии с законодательством, регулирующим данные отношения. В случаях, когда между лицами отсутствуют договорные отношения или отношения, связанные с последствиями недействительности сделки, спор о возврате имущества собственнику подлежит разрешению по правилам ст. 301, 302 ГК Российской Федерации.

Согласно ст. 301 ГК Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения. В соответствии со ст. 303 Кодекса при истребовании имущества из чужого незаконного владения собственник вправе также потребовать от лица, которое знало или должно было знать, что его владение незаконно (недобросовестный владелец), возврата или возмещения всех доходов, которые это лицо извлекло или должно было извлечь за все время владения; от добросовестного владельца возврата или возмещения всех доходов, которые он извлек или должен был извлечь со времени, когда он узнал или должен был узнать о неправомерности владения или получил повестку по иску собственника о возврате имущества.

Согласно ст. 608 ГК Российской Федерации право сдачи имущества в аренду принадлежит его собственнику; арендодателями могут быть также лица, управомоченные законом или собственником сдавать имущество в аренду.

В п. 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 17.11.2011 № 73 «Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды» разъяснено, что при рассмотрении споров по искам собственника, имущество которого было сдано в аренду неуправомоченным лицом, о взыскании стоимости пользования этим имуществом за период его нахождения в незаконном владении судам необходимо учитывать, что они подлежат разрешению в соответствии с положениями ст. 303 Кодекса, которые являются специальными для регулирования отношений, связанных с извлечением доходов от незаконного владения имуществом, и в силу ст. 1103 Кодекса имеют приоритет перед общими правилами о возврате неосновательного обогащения; указанная норма о расчетах при возврате имущества из чужого незаконного владения подлежит применению как в случае истребования имущества в судебном порядке, так и в случае добровольного возврата имущества во внесудебном порядке невладеющему собственнику лицом, в незаконном владении которого фактически находилась вещь.

В связи с изложенным собственник вещи, которая была сдана в аренду неуправомоченным лицом, при возврате ее из незаконного владения вправе на основании ст. 303 Кодекса предъявить иск к лицу, которое заключило договор аренды, не обладая правом собственности на эту вещь и не будучи управомоченным законом или собственником сдавать ее в аренду, и получало платежи за пользование ею от арендатора, о взыскании всех доходов, которые это лицо извлекло или должно было извлечь, при условии, что оно при заключении договора аренды действовало недобросовестно, то есть знало или должно было знать об отсутствии правомочий на сдачу вещи в аренду. От добросовестного арендодателя собственник вправе потребовать возврата или возмещения всех доходов, которые тот извлек или должен был извлечь со времени, когда он узнал или должен был узнать о неправомерности сдачи имущества в аренду.

Такое же требование может быть предъявлено собственником к арендатору, который, заключая договор аренды, знал об отсутствии у другой стороны правомочий на сдачу вещи в аренду. В случае если и неуправомоченный арендодатель, и арендатор являлись недобросовестными, они отвечают по указанному требованию перед собственником солидарно.

В ходе судебного разбирательства судом установлено, что договор аренды от 20.04.2018 № 3959А-05/18 со стороны арендодателя заключен АО «Квант-Н» - лицом, которое с 2016 года знало о том, что право собственности на здание, в котором находятся спорные помещения, зарегистрировано за ним в отсутствие законных оснований, и о том, что в судебном порядке право собственности на это на здание признано за Российской Федерацией. Суд отмечает, что договор аренды заключен на неопределенный срок, что исключало как необходимость его государственной регистрации, так  и  возможность для собственника (Российской Федерации) узнать о заключении этого договора.

Такое поведение арендодателя суд расценивает как злоупотребление правом.

Согласно ст. 10 ГК Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом); в случае  несоблюдения этих требований суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

То обстоятельство, что записи о прекращении права собственности АО «Квант-Н» на  здание и о государственной регистрации права собственности Российской Федерации на здание внесены в ЕГРН лишь 16.10.2019, не влияет на оценку судом поведения арендодателя как злоупотребления правом.

Между лицами, в интересах которых предъявлен иск, и ответчиком ООО «Клиника Крафтвэй» договорные отношения, отношения, связанные с применением последствий недействительности сделки, отсутствуют.

Таким образом, на основании ст. 301 ГК Российской Федерации с учетом п. 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 и на основании ст. 303 ГК Российской Федерации с учетом п. 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 17.11.2011 № 73 суд удовлетворяет иск в полном объеме, как в части взыскания с АО «Квант-Н» арендной платы, полученной от ООО «Клиника Крафтвэй» по договору аренды от 20.04.2018 № 3959А-05/18 за период с 24.01.2019 по 19.06.2020, так и в части истребования у ООО «Клиника Крафтвэй»  нежилых помещений площадью 663, 9 кв. м по адресу: 

<

...> (этаж 1, пом. I, комн. 35-54, 54а, 55-57, 57а, 58-61, 64-68, 68а, 68б, 68в, этаж 2, пом. I, комн. 1, 1а, 1б, 2-3, 5-14, 14а, 15, 22), - путем передачи помещений ФГБУ «ДОД Росимущества».

Довод ответчика АО «Квант-Н» о том, что исковое заявление подано в суд за пределами срока исковой давности, судом отклоняется.

В соответствии со ст. 196 ГК Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 Кодекса; согласно ст. 199 Кодекса исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения, истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске; п. 1 ст. 200 Кодекса устанавливает, что если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно п. 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» срок исковой давности по требованиям публично-правовых образований в лице уполномоченных органов исчисляется со дня, когда публично-правовое образование в лице таких органов узнало или должно было узнать о нарушении его прав, в частности, о передаче имущества другому лицу, совершении действий, свидетельствующих об использовании другим лицом спорного имущества, например, земельного участка, и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. В п. 5 названного постановления разъяснено, что при обращении в суд органов государственной власти, органов местного самоуправления, организаций или граждан с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц в случаях, когда такое право им предоставлено законом (в том числе в случае, предусмотренном ст. 52 АПК Российской Федерации), начало течения срока исковой давности определяется исходя из того, когда о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, узнало или должно было узнать лицо, в интересах которого подано такое заявление.

Договор аренды от 20.04.2018 № 3959А-05/18 заключен после рассмотрения Арбитражным судом г. Москвы дела № А40-177094/2014; доказательства того, что АО «Квант-Н» уведомляло собственника  в лице Росимущества о заключении указанного договора аренды и о передаче нежилых помещений в аренду ООО «Клиника Крафтвэй», в деле отсутствуют, при этом письма, на которые в ходе судебного разбирательства неоднократно ссылалось АО «Квант-Н», такими доказательствами суд не рассматривает, так как в этих письмах не указан спорный договор аренды, копия его к письмам не прилагалась.

Ни в одном из представленных в дело протоколов совещаний с участием ОАО «Квант-Н», Росимущества и др. органов и организаций не имеется сведений о заключенном договоре аренды от 20.04.2018 № 3959А-05/18.

Вместе с тем суд не соглашается с мнением заявителя о том, что срок исковой давности следует исчислять с даты составления акта осмотра помещений от 14.10.2022, которым установлено, что помещения фактически используются ООО «Клиника Крафтвэй» на основании договора аренды от 20.04.2018 № 3959А-05/18.

Из представленного в дело письма ФГБУ «ДОД Росимущества» от 19.06.2020 № 825, адресованного ООО «Клиника Крафтвэй», следует, что по состоянию на указанную дату  ФГБУ «ДОД Росимущества» знало о заключении договора аренды от 20.04.2018 № 3959А-05/18, в связи с чем суд считает, что срок исковой давности следует исчислять с даты этого письма.

Исковое заявление подано в суд 18.11.2022, то есть в пределах срока исковой давности.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 301, 303, 608 ГК Российской Федерации, п. 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22, п. 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 17.11.2011 № 73, ст. 110-112, 167-171 АПК Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

иск удовлетворить;

взыскать с АО «Квант-Н» в доход федерального бюджета 5 505 187 руб. 83 коп. неосновательного обогащения;

взыскать с АО «Квант-Н» в доход федерального бюджета 50 526 руб.  государственной пошлины;

истребовать у ООО «Клиника Крафтвэй» нежилые помещения площадью 663, 9 кв. м по адресу: 

<

...> (этаж 1, пом. I, комн. 35-54, 54а, 55-57, 57а, 58-61, 64-68, 68а, 68б, 68в, этаж 2, пом. I, комн. 1, 1а, 1б, 2-3, 5-14, 14а, 15, 22), - путем передачи помещений ФГБУ «ДОД Росимущества» в течение 3-х месяцев со дня вступления решения суда в законную силу;

взыскать с ООО «Клиника Крафтвэй» в доход федерального бюджета государственную пошлину 6 000 руб.

Решение может быть обжаловано в Девятый арбитражный апелляционный суд  в течение месяца со дня принятия.

 

 

Судья                                                                                                      О.А. Березова