АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, 

<

...>, тел. 

<

***>

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-2541/2021

Дело № А12-70406/2016

г. Казань

23 июля 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 15 июля 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 23 июля 2025 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Третьякова Н.А.,

судей Ивановой А.Г., Советовой В.Ф.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Насыртдиновой Р.И., 

при участии в судебном заседании путем использования системы веб-конференции представителя:

Федеральной налоговой службы – ФИО1, доверенность от 10.12.2024,

в отсутствие иных лиц, участвующих в обособленном споре, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу арбитражного управляющего ФИО2

на определение Арбитражного суда Волгоградской области от 15.01.2025 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.05.2025

по делу № А12-70406/2016

по заявлению Федеральной налоговой службы о взыскании с арбитражного управляющего ФИО2 убытков в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Элоя Маркет»,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью  «Элоя Маркет» (далее – общество «Элоя Маркет», должник) Федеральная налоговая служба (далее - ФНС России,  уполномоченный орган, кредитор) обратилась в Арбитражный суд Волгоградской области с заявлением о взыскании с конкурсного управляющего должником ФИО2 (далее – арбитражный  управляющий) убытков в размере 81 696 258,50 руб.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 21.02.2023, оставленным без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.04.2023, заявление удовлетворено, с конкурсного управляющего в пользу уполномоченного органа взысканы убытки в размере 81 696 258,50 руб.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 29.08.2023 указанные судебные акты отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Волгоградской области.

В ходе нового рассмотрения обособленного спора уполномоченный  орган, уточнив заявленные требования с учетом результатов проведенной судебной экспертизы, просил взыскать с ФИО3 убытки в размере 62 069 784,39 руб. 

Уточнения приняты судом первой инстанции в соответствии со статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

По итогам нового рассмотрения спора  определением Арбитражного суда Волгоградской области от 15.01.2025, оставленным без изменения  постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.05.2025, заявление уполномоченного органа удовлетворено, с арбитражного управляющего ФИО2 в пользу ФНС России взысканы убытки в размере 62 069 784,39 руб. 

Не согласившись с принятыми судебными актами, арбитражный управляющий обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение от 15.01.2025 и постановление от 19.05.2025 отменить, направив обособленный  спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы заявитель приводит доводы о том, что выводы судов не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, судами  неправильно применены нормы материального права, нарушены нормы процессуального права, а также требования к оценке доказательств, что в совокупности привело к принятию незаконных и необоснованных судебных  актов.

Как указывает арбитражный управляющий, судами неправомерно при определении размера убытков учтены рыночная стоимость   принадлежавшей ФИО4 квартиры, расположенной в г. Москве (данная квартира обладает исполнительским иммунитетом),   принадлежащих  ФИО5 автомобиля ТОЙОТА LAND CRUISER 150 (PRADO) (автомобиль находится в лизинге и на праве собственности ФИО5 не принадлежит) и автомобиля ГАЗ 2705 (указанное имущество не могло быть приобретено и зарегистрировано за последним  в связи с невозможностью регистрации собственности и нецелесообразностью  приобретения имущества при наложении ареста), а также суммы доходов, отраженных в налоговых декларациях индивидуального предпринимателя ФИО5 Отмечает, что реальность пополнения конкурсной массы должна была оцениваться за период с 01.12.2017 по 01.12.2018. 

В отзыве на кассационную жалобу ФНС России, ссылаясь на законность и обоснованность принятых судебных актов, просит оставить их без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

В судебном заседании представитель уполномоченного органа возражал против удовлетворения жалобы.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной  жалобы, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, явку своих представителей  не обеспечили.

При этом арбитражный управляющий ФИО2, по ходатайству которого в соответствии с частью 1 статьи 153.2 АПК РФ судебное заседание назначено с использованием систем веб-конференции, к участию в судебном заседании не подключился, заявил ходатайство о рассмотрении жалобы в его отсутствие.

Суд кассационной инстанции счел возможным рассмотреть  кассационную жалобу в отсутствие арбитражного управляющего ФИО2 

Проверив законность судебных актов в соответствии со статьей 286 АПК РФ, обсудив доводы кассационной жалобы, отзыва на нее, судебная коллегия считает кассационную жалобу не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

Как установлено судами, 10.08.2018 конкурсный управляющий  ФИО2 обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 19.11.2018 производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении ФИО6 к субсидиарной ответственности приостановлено до вступления в законную силу судебного акта по уголовному делу № 1-354/2018.

26 ноября 2019 года в суд от конкурсного управляющего ФИО2 по требованию ФНС России поступило заявление о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, в котором он просил привлечь солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО5 и ФИО4

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 05.11.2020, оставленным без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2021, признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Элоя Маркет». Производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности привлеченных лиц приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 03.06.2021 определение Арбитражного суда Волгоградской области от 05.11.2020 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2021 отменены, обособленный спор  направлен  на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Отменяя судебные акты, суд кассационной инстанции указал, что при новом рассмотрении необходимо проверить соблюдение конкурсным управляющим должником срока исковой давности при предъявлении требований о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 и ФИО5

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 21.04.2022, оставленным без изменения постановлениями Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.07.2022 и  Арбитражного суда Поволжского округа от 20.09.2022, признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. В удовлетворении требований конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 и ФИО5 отказано. Производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6 приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Отказывая при новом рассмотрении в удовлетворении заявления о  привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 и ФИО5, суды пришли к  выводу о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности предъявления требования, определив начало течения субъективного срока исковой давности исходя из даты вынесения налоговым органом решения о привлечении должника к ответственности за совершение налогового правонарушения от 01.12.2017 № 12-11/747.

Ссылаясь на то, что в результате пропуска срока исковой давности подачи заявления о привлечении ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности ФНС России, как единственному конкурсному кредитору в деле о банкротстве должника, причинены убытки в сумме не поступивших в конкурсную массу денежных средств, уполномоченный орган обратился в арбитражный суд с заявлением о взыскании с ФИО2 убытков в сумме 62 069 784,39 руб. (с учетом уточнения заявленных требований при новом рассмотрении спора).

При повторном рассмотрении спора определением суда первой инстанции от 13.05.2024 по ходатайству арбитражного управляющего  назначена судебная экспертиза по определению рыночной стоимости ранее принадлежащих и принадлежащих в настоящее время ФИО4 и ФИО5 транспортных средств и объектов недвижимости на момент их продажи  и на дату проведения оценки.

В материалы дела поступило заключение эксперта от 30.08.2024 №Э-009/24, которое принято судом первой инстанции в качестве допустимого доказательства.

Суд первой инстанции признал экспертное заключение   соответствующим требованиям процессуального законодательства, федеральным стандартам оценки и заключил, что экспертом даны полные, конкретные и ясные ответы на поставленные вопросы, не допускающие противоречивых выводов или неоднозначного толкования; выводы эксперта в достаточной степени мотивированны. Эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения; его образование и квалификация подтверждены представленными документами. Каких-либо нарушений, повлиявших на выводы эксперта, судом первой инстанции  не установлено.

Также судом первой инстанции по ходатайству уполномоченного органа из кредитных организаций были истребованы сведения о движении денежных средств по счетам ФИО4 и ФИО5

Во исполнение определения суда в материалы дела поступили сведения о банковских счетах указанных лиц и выписки о движении денежных средств по их счетам.

Удовлетворяя заявленные требования в полном объеме при новом рассмотрении обособленного спора, суд первой инстанции   руководствовался положениями статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статей 20.3, 20.4 Федерального закона от 26.10.2002 №  127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и исходил из доказанности причинно-следственной связи между бездействием бывшего конкурсного управляющего должником ФИО2 и причинением убытков  единственному кредитору должника – уполномоченному органу,  указав на несоответствие поведения управляющего, не принявшего своевременные меры по обращению в суд с заявлением о привлечении ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности. 

Определяя размер убытков, причиненных уполномоченному органу, как единственному кредитору должника, суд первой инстанции исходил из фактических обстоятельств спора, результатов проведенной оценки рыночной стоимости принадлежащих ФИО4 и ФИО5 транспортных средств и объектов недвижимости и анализа движения денежных средств по их расчетным счетам, признав доказанным материалами дела наличие реальной возможности взыскания с указанных лиц денежных средств при своевременном обращении арбитражного управляющего с заявлением о привлечении их к субсидиарной ответственности.

Как указал суд первой инстанции, за счет реализации ранее принадлежащего ФИО5 имущества имелась реальная возможность пополнения конкурсной массы на сумму 16 444 023,64 руб. 

Так, судом первой инстанции установлено, что за ФИО5 было зарегистрировано следующее имущество:

- транспортное средство ФИАТ ДОБЛО, 2014 года выпуска, на дату снятия с регистрации (10.12.2019) его рыночная стоимость составляла  470 000 руб.; 

- транспортное средство ГАЗ 2705, 2016 года выпуска, на дату снятия с регистрации (17.12.2019) рыночная стоимость - 750 000 руб.; 

- трактор Беларус-82.1, 2012 года выпуска, на дату снятия с регистрации (06.12.2019)  рыночная стоимость - 1 140 000 руб.;

- трактор Беларус-82.1, 2014 года выпуска, на дату снятия с регистрации (06.12.2019) рыночная стоимость - 1 380 000 руб.; 

- машина уборочно-погрузочная МУП-320-01 ГАРАНТ, 2013 года выпуска, на дату снятия с регистрации (06.12.2019) рыночная стоимость - 560 000 руб.; 

- машина уборочно-погрузочная МУП-320-01 ГАРАНТ, 2013 года выпуска, на дату снятия с регистрации (06.12.2019)  рыночная стоимость - 560 000 руб.; 

- машина уборочно-погрузочная МУП-320-01 ГАРАНТ, 2013 года выпуска, на дату снятия с регистрации (06.12.2019)  рыночная стоимость - 560 000 руб.; 

- машина коммунальная МКСМ-800Н, 2008 года выпуска, на дату снятия с регистрации (06.12.2019) рыночная стоимость - 850 000 руб.; 

- машина коммунальная МКСМ-800Н, 2008 года выпуска, на дату снятия с регистрации (06.12.2019) рыночная стоимость - 850 000 руб.; 

- машина уборочная МУП-351 ТМ, 2007 года выпуска, на дату снятия с регистрации (06.12.2019) рыночная стоимость - 880 000 руб.; 

- машина уборочная МУП-351 ТМ, 2006 года выпуска, на дату снятия с регистрации (06.12.2019) рыночная стоимость - 880 000 руб.; 

- экскаватор-погрузчик JOHN DEERE 325К, 2012 года выпуска, на дату снятия с регистрации (06.12.2019)  рыночная стоимость – 3 100 000руб. 

Судом первой инстанции указано, что за ФИО5 также было зарегистрировано транспортное средство, в отношении которого оценка не проводилась ввиду наличия в материалах дела сведений о цене продажи:  ХОНДА CR-V, 2013 года выпуска, согласно договору купли-продажи от 22.11.2019 транспортное средство реализовано за 1 100 000 руб. 

При определении размера убытков судом первой инстанции учтена и рыночная стоимость принадлежащего ФИО5 автомобиля  ТОЙОТА LAND CRUISER 150 (PRADO), 2016 года выпуска, в размере 4 030 000 руб., который с 17.05.2020 находится в залоге у АО «Юникредит Банк» (далее – банк)  на основании заключенного между ФИО5 и банком  договора о залоге от 14.05.2020, за вычетом оставшихся неисполненных  обязательств перед банком - 665 976,36 руб. (общая задолженность по кредитному соглашению).

Также суд  первой инстанции, проанализировав движение денежных средств по счету ФИО5, установил, что у него имелись денежные средства в размере 17 636 718,23 руб., на которые могла быть реально пополнена конкурсная масса должника.

При этом судом первой инстанции  из расчета убытков исключены денежные средства в размере установленной величины прожиточного минимума для ФИО5 и находящихся на его иждивении детей, а также денежные средства, перечисленные на расчетный счет в банк  для погашения кредитных обязательств (в залоге ТОЙОТА LAND CRUISER 150 (PRADO)).

Отклоняя довод арбитражного управляющего о невозможности включения в расчет убытков рыночной стоимости автомобиля  ТОЙОТА LAND CRUISER 150 (PRADO), находящегося в лизинге, суд первой инстанции отметил, что в материалах дела отсутствуют сведения о нахождении его в финансовой аренде (лизинге), в карточке учета транспортного средства от 19.04.2024 указана форма собственности - частная собственность, владелец транспортного средства – ФИО5, какие-либо примечания о лизинге отсутствуют. 

Довод ФИО2 о том, что при определении размера убытков  подлежит исключению определенная экспертом рыночная стоимость автомобиля ГАЗ 2705, 2016 года выпуска в размере 750 000 руб., поскольку данное транспортное средство было зарегистрировано за ФИО5 25.02.2019, после истечения срока на подачу заявления о привлечении его к субсидиарной ответственности (с 01.12.2017 по 01.12.2018), отклонен судом первой инстанции.

Как указал суд, отсутствие указанного транспортного средства в собственности у ФИО5 в указанный арбитражным управляющим  период (с 01.12.2017 по 01.12.2018), приобретение его после истечения срока на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, не препятствовало бы обращению на него взыскания  после привлечения к субсидиарной ответственности при добросовестном  исполнении арбитражным управляющим ФИО2 своих обязанностей и  своевременном  обращении  в суд с соответствующим заявлением.

Отклоняя довод ФИО2 о необходимости исключения из расчета убытков полученного ФИО5 дохода от его предпринимательской деятельности, суд первой инстанции отметил, что сумма поступивших на расчетные счета ФИО5 денежных средств, включенных уполномоченным органом в расчет размера убытков, более чем на 10 млн. руб. ниже задекларированных ИП ФИО5 доходов.

Так,  по данным налоговых  деклараций  ИП ФИО5 по налогу, уплачиваемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения (объект налогообложения - доходы), полученный им доход составил: за 2017 год - 24 621 340 руб. (за декабрь 2017 года - 2 051 778 руб.), за 2018 год - 13 564 876 руб., за 2019 год - 12 344 985 руб., за 2020 год - 617 786 руб., а всего 28 579 425 руб., тогда как уполномоченным органом по результатам анализа выписок об операциях по расчетным счетам ФИО5 рассчитана сумма денежных средств, на которую могло быть обращено взыскание в случае привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности, в размере  17 636 718,23 руб.  

В отношении ФИО4 суд первой инстанции указал, что при  привлечении ее к субсидиарной ответственности конкурсная масса должника  реально могла быть пополнена на сумму 27 989 042, 52 руб.

Судом первой инстанции установлено, что ФИО4 являлась собственником следующего имущества:

- квартиры площадью 83,8 кв.м, расположенной по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 77:08:0002008:11894, актуальная кадастровая стоимость 12 434 112,43 руб., на дату отчуждения (07.11.2019) рыночная стоимость составляла 15 910 000 руб.

- машино-места площадью 13 кв.м, расположенного по адресу: 

<

...>, актуальная кадастровая стоимость 564 603,52 руб., на дату отчуждения (02.06.2020) его  рыночная стоимость  составляла 390 000 руб.; 

- доли в размере 10% в уставном капитале общества «Элоя-Сервис»,  номинальной стоимостью 10 000 руб., на дату проведения оценки рыночная стоимость - 500 руб. 

Также, как отметил суд первой инстанции, за ФИО4 были зарегистрированы квартиры, в отношении которых оценка не проводилась ввиду наличия в материалах дела сведений о цене их продажи: 

- квартира площадью 64,80 кв.м, расположенная по адресу: 

<

...>, кад. номер 34:34:030075:1275, по  договору купли-продажи от 30.04.2019 продана за  2 900 000 руб.; 

- квартира площадью 57,10 кв.м, расположенная по адресу: 

<

...>, кад. номер 34:00:000000:51628, которая в рамках дела о банкротстве ФИО4 реализована на торгах (сообщение на сайте ЕФРСБ № 13358350 от 09.01.2024) по цене 4 406 700 руб. Данная квартира в период с 13.12.2019 до 18.03.2024 являлась для ФИО4 единственным пригодным для проживания жилым помещением и была обременена залогом в пользу банка, размер обязательств перед которым превышал стоимость объекта залога, что следует из определения Арбитражного суда города Москвы от 15.08.2024 по делу № А40-251062/2021.

В связи с этим суд первой инстанции счел, что в случае реализации ранее принадлежавшего ФИО4 имущества имелась реальная возможность пополнения конкурсной массы  на сумму  19 200 500 руб. 

Также суд первой инстанции, проанализировав движение денежных средств по счетам ФИО4, установил, что у нее имелись денежные средства в размере 8 788 542,52 руб.

Судом первой инстанции  из расчета убытков исключены денежные средства в размере установленной величины прожиточного минимума для ФИО4 и находящегося на ее иждивении несовершеннолетнего ребенка, а также денежные средства, перечисленные на расчетный счет в ПАО «Банк СОЮЗ» для погашения кредитных обязательств (правопреемник – АО «Ингосстрах Банк», в залоге квартира по адресу: 

<

...>, кад. номер 34:00:000000:51628).

Довод арбитражного управляющего относительно невозможности включения в размер убытков стоимости квартиры, расположенной в г. Москве, ранее принадлежавшей ФИО4 (рыночная стоимость которой на дату отчуждения 07.11.2019 составила 15 910 000 руб.), поскольку данная квартира обладала  исполнительским иммунитетом и являлась единственным пригодным для проживания ФИО4 и ее несовершеннолетнего ребенка жилым помещением, отклонен судом первой инстанции исходя из следующего.

Как установил суд первой инстанции, ФИО4 с 11.12.2018 была зарегистрирована по  месту нахождения  данной квартиры  в г. Москве. На даты приобретения и отчуждения указанной квартиры, а также изменения места регистрации, в собственности ФИО4 находились еще две квартиры в г. Волгограде, которые были сняты с регистрационного учета   в связи с прекращением права собственности 13.12.2019 и 18.03.2024.

В период с 17.06.2011 до 11.12.2018 ФИО4 была зарегистрирована  в  г. Волгограде.

Суд первой инстанции отметил, что единственным пригодным для проживания жилым помещением, находящимся в собственности ФИО4, в период с 13.12.2019 до 18.03.2024 являлась квартира, расположенная по адресу: 

<

...>, кад. номер 34:00:000000:51628.

Судом первой инстанции учтено, что договор дарения между ФИО4 и ее несовершеннолетним сыном ФИО7 квартиры, находящейся в г. Москве, был заключен 07.11.2019, то есть после получения конкурсным управляющим требования уполномоченного органа о направлении заявления о привлечении ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности (25.10.2019). Квартира отчуждена по договору дарения в течение трех лет до возбуждения 07.12.2021 в отношении ФИО4 дела о банкротстве № А40-251062/2021.

Как указал суд первой инстанции, факт совершения должником в преддверии собственного банкротства в условиях своей неплатежеспособности сделки (цепочки сделок) по отчуждению принадлежащего ему имущества в пользу заинтересованного лица в достаточной степени подтверждает факт направленности такой сделки (цепочки сделок) на причинение вреда имущественным правам и законным интересам его кредиторов.

Имея в собственности несколько жилых помещений и изначально не намереваясь использовать ни одно из них в качестве единственно пригодного для собственного проживания жилья, должник производил их последовательную реализацию, не направляя вырученные денежные средства ни на погашение требований кредиторов, ни на покупку нового жилья. Должник не вправе, обладая более чем одним жильем, отчуждать иную жилую недвижимость с целью наделения единственной квартиры исполнительским иммунитетом. В случае совершения указанных действий отсутствие у должника жилья, свободного от исполнительского иммунитета, будет являться исключительно результатом совершенных им действий.

В таком случае исполнительским иммунитетом единственное жилье наделяться не будет, а указанные сделки будут признаны недействительными (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.08.2021 № 307-ЭС21-8025 по делу № А56-7844/2017).

Исполнительский иммунитет может быть преодолен не только в деле о банкротстве физического лица, но и в ходе исполнительного производства на основании соответствующего решения суда.

 При таких обстоятельствах суд первой инстанции  пришел к выводу о том, что  общая сумма причиненных конкурсным управляющим убытков уполномоченному органу, как единственному  кредитору должника,  равна размеру утраченной к взысканию субсидиарной ответственности с ФИО4, ФИО5 и составляет 62 069 784,39 руб. (16 444 023,64 руб. (стоимость имущества ФИО5) + 19 200 500 руб. (стоимость имущества ФИО4) + 17 636 718,23 руб. (денежные средства, поступившие на счета ФИО5) + 8 788 542,52 руб. (денежные средства, поступившие на счета ФИО4)).

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев обособленный спор по правилам главы 34 АПК РФ, согласился с выводами суда первой инстанции и не нашел оснований для удовлетворения апелляционной жалобы  арбитражного управляющего.

Довод арбитражного управляющего об отсутствии реальных перспектив пополнения конкурсной массы должника за счет взыскания с ФИО5 и ФИО4 денежных средств в случае  привлечения  их к субсидиарной ответственности по причине банкротства ФИО4 и ограничения финансово – хозяйственной деятельности ФИО5 отклонен апелляционным судом как опровергающийся материалами дела.

Как указал суд апелляционной инстанции, в материалы дела представлены выписки об операциях по расчетным счетам, из которых усматривается поступление денежных средств на счет ФИО5 в 2020-2021 годах, при этом ФИО5 прекратил предпринимательскую деятельность 28.04.2020, спустя более 4 месяцев после принятия обеспечительных мер; в отношении ФИО4 процедура реструктуризации введена 21.04.2022, процедура реализации – 10.02.2023, а в сумму убытков включены денежные средства, поступившие на ее расчетные счета в период с декабря 2018 года по 2 квартал 2022 года.

Довод ФИО2 о необоснованном определении размера убытков из расчета поступивших на счета ФИО5 и ФИО4 денежных средств после 02.12.2018 со ссылкой на постановление  суда округа от 29.08.2023 отклонен судом апелляционной инстанции как противоречащий содержанию указанного постановления. 

Арбитражный суд Поволжского округа считает, что выводы, содержащиеся в судебных актах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судами, имеющимся в нем доказательствам, спор разрешен без нарушения либо неправильного применения норм материального права и норм процессуального права.

В силу пункта 4 статьи 20.3, пункта 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества. Арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

В пункте 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.

Ответственность арбитражного управляющего, установленная пунктом 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ.

Применение данной меры ответственности возможно лишь при наличии условий наступления ответственности, предусмотренных законом. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать наличие и размер убытков, причинно-следственную связь между наличием убытков и противоправностью поведения ответчика.

Согласно позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 11 Информационного письма от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих», под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий (бездействия) конкурсного управляющего, при этом права должника и конкурсных кредиторов считаются нарушенными всякий раз при причинении убытков.

В соответствии со статьей 129 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан принимать меры по формированию конкурсной массы должника, выявлять и истребовать имущество из чужого, незаконного владения, оспаривать сделки должника, производить взыскание дебиторской задолженности, использовать иные механизмы предусмотренные Законом о банкротстве, в том числе привлекать контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, принимать меры по взысканию убытков, причиненных должнику его учредителями (участниками) или его органами управления (членами его органов управления).

Меры, направленные на пополнение конкурсной массы, планирует и реализует, прежде всего, сам арбитражный управляющий как профессионал, которому доверено текущее руководство процедурой банкротства.

Арбитражный управляющий обязан принимать данные меры в силу прямого указания закона по собственной инициативе вне зависимости от того, обращались к нему кредиторы с какими-либо предложениями либо нет, а также независимо от мнения собрания кредиторов по данному вопросу. Согласования таких мер с собранием кредиторов должника не требуется.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, приняв во внимание обстоятельства, установленные вступившими в законную силу судебными актами, установив, что в случае подачи заявления о привлечении ФИО5 и ФИО4 к субсидиарной ответственности в пределах срока исковой давности требования конкурсного  управляющего были бы удовлетворены,  а также то, что существовала реальная возможность взыскания с указанных лиц денежных средств в общей сумме 62 069 784,39 руб. в порядке субсидиарной ответственности с последующим пополнением за счет взысканной суммы конкурсной массы и погашением требований  единственного кредитора, суды пришли к выводу о доказанности совокупности условий, необходимых для привлечения управляющего к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения  уполномоченному органу убытков в размере 62 069 784,39 руб.,  в связи с чем правомерно взыскали  данную сумму с арбитражного управляющего.

Разрешая настоящий обособленный спор, суды действовали  в рамках предоставленных им полномочий и оценили обстоятельства по внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ.

Изложенные в кассационной жалобе доводы подлежат отклонению, так как выводов судов не опровергают, не свидетельствуют о допущении судами нарушений норм материального права и (или) процессуального права и не могут служить основаниями для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку, по сути, эти возражения сводятся к несогласию с произведенной судами первой и апелляционной инстанций оценкой обстоятельств спора; все доводы заявителя кассационной жалобы тождественны доводам, являвшимся предметом тщательного исследования судов первой и апелляционной инстанций при повторном рассмотрении спора, получившим надлежащую правовую оценку; иных доводов, опровергающих установленные судами обстоятельства и выводы, в кассационной жалобе не приведено.

В силу 286 АПК РФ кассационная инстанция не имеет полномочий исследовать и устанавливать новые обстоятельства дела, а также не вправе переоценивать доказательства, которые были предметом исследования в суде первой и апелляционной инстанций.

Поскольку неправильного применения судами норм материального права, а также нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено, суд кассационной инстанции оснований для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы не находит.

Учитывая, что жалоба арбитражного управляющего, которому предоставлялась отсрочка уплаты государственной пошлины при ее подаче, оставлена без удовлетворения, на основании статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина в размере 20 000 руб. жалобы подлежит взысканию с ФИО2  в доход федерального бюджета.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Волгоградской области от 15.01.2025 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.05.2025 по делу № А12-70406/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 20 000 руб. за рассмотрение кассационной жалобы.

Поручить Арбитражному суду Волгоградской области выдать исполнительный лист.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья                                              Н.А. Третьяков

Судьи                                                                                    А.Г. Иванова                                                                                               В.Ф. Советова