ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А21-1627/20211-8

19 июня 2022 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена     07 июня 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  19 июня 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Титовой М.Г.,

судей  Герасимовой Е.А., Тойвонена И.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания  секретарем ФИО1,

при участии лиц согласно протоколу судебного заседания,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер  13АП-11370/2022, 13АП-8850/2022) ООО «АТЭК», ООО «Юридическое бюро «Пальцев, ФИО3 и партнеры» на определение Арбитражного суда Калининградской области от 25.02.2022 по обособленному спору № А21-1627/2021/-8 (судья А.Н. Чепель), принятое по заявлению ООО «Юридическое бюро «Пальцев, ФИО3 и партнеры» о включении требования в реестр требований кредиторов должника, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Экоинвестгрупп»,  

установил:

Решением арбитражного суда Калининградской области от 31.05.2021 года по делу А21-1627/2021 ликвидируемый должник ООО «Экоинвестгрупп» признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура банкротства конкурсное производство. 

Определением суда от 28.06.2021 года конкурсным управляющим ООО «Экоинвестгрупп» утверждена ФИО2 член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Меркурий». Объявление о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсант» № 119 (7081) 10 июля 2021 года, № 77033707671, сообщение в ЕФРСБ размещено 02 июля 2021 года № 6929764.

 ООО «Юридическое бюро «Пальцев, ФИО3 и партнеры» (далее - заявитель) обратилось 18 августа 2021 г. в Арбитражный суд Калининградской области с требованием кредитора о включении в реестр требований кредиторов ООО «Экоинвестгрупп» (далее - должник) с суммой задолженности 1 000 000 руб. (с учетом уточнения требований в порядке статьи 49 АПК РФ).

Определением Арбитражного суда Калининградской области от 25.02.2022 требование ООО «Юридическое бюро «Пальцев, ФИО3 и партнеры» к ООО «Экоинвестгрупп» в сумме 1 000 000 руб. признано обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, и требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

ООО «АТЭК» и ООО «Юридическое бюро «Пальцев, ФИО3 и партнеры» обжаловали указанное определение в апелляционном порядке.

ООО «Юридическое бюро «Пальцев, ФИО3 и партнеры» в апелляционной жалобе просит обжалуемое определение в части субординирования требования отменить, принять новый судебный акт, которым включить требование в реестр, ссылаясь на недоказанность фактической аффилированности кредитора и должника.

В обоснование доводов своей апелляционной жалобы ООО «АТЭК» ссылается на наличие в действиях кредитора и должника признаков злоупотребления правом, мнимость договора на оказание юридических услуг, в связи с чем полагает ошибочным вывод суда первой инстанции об обоснованности требования ООО «Юридическое бюро «Пальцев, ФИО3 и партнеры», полагает, что в удовлетворении заявления указанного лица должно быть отказано.

ООО «АТЭК» в отзыве на апелляционную жалобу ООО «Юридическое бюро «Пальцев, ФИО3 и партнеры» просит в удовлетворении жалобы отказать.

ООО «Юридическое бюро «Пальцев, ФИО3 и партнеры» в отзыве на апелляционную жалобу ООО «АТЭК» полагает изложенные в ней доводы необоснованными и несоответствующими фактическим обстоятельствам.

В настоящем судебном заседании представители подателей жалоб поддержали доводы своих апелляционных жалоб, возражали против удовлетворения апелляционных жалоб друг друга.

Представитель кредитора ООО «Калининградская буровая компания» поддержал позицию ООО «АТЭК».

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

 Как следует из материалов обособленного спора и установлено судом первой инстанции, 20.11.2020 года между ООО «Юридическое бюро «Консулы групп» и ООО «Экоинвестгрупп» был заключен договор на оказание юридических услуг, предметом которого являлось представление интересов должника в Арбитражном суде Республики Башкортостан по делу № А07-24964/2020 по исковому заявлению ООО «АТЭК» о взыскании с должника задолженности по договору займа и процентов в общем размере 75 454 179, 77 рублей. 

Стоимость услуг по договору складывалась из фиксированной стоимости услуг в размере 500 000 руб., которые подлежали оплате независимо от результата рассмотрения дела и гонорара успеха в размере 1 500 000 руб., который подлежал оплате при отказе истцу в удовлетворении исковых требований. 

Оплата за оказанные услуги должна была быть произведена должником в срок не позднее трех банковских дней с момента вынесения по делу решения суда первой инстанции. 

29 января 2021 года между сторонами заключено дополнительное соглашение к договору на оказание юридических услуг от 20.11.2020, которым стороны изменили порядок оплаты по договору, а также внесли в договор изменения в части наименования исполнителя в связи с переименованием последнего. 

Согласно дополнительному соглашению пункт 2.1 договора был изложен в следующей редакции: 2.1 «Стоимость услуг по договору составляет 2 000 000 рублей, которые заказчик оплачивает следующим образом: 2.1.1 оплата за оказание юридических услуг в размере 1 000 000 (один миллион) рублей, которые оплачиваются Заказчиком независимо o т результата рассмотрения дела в срок не позднее десяти календарных дней с момента подписания настоящего дополнительного соглашения: 2.1.2 «гонорар успеха» в размере 1 000 000 (один миллион) рублей, которые оплачиваются Заказчиком в случае вынесения судом первой инстанции решения об отказе истцу в удовлетворении исковых требований, в срок не позднее трех банковских дней с момента вынесения по делу решения суда первой инстанции. 

Согласно акту приемки выполненных работ (оказанных услуг) от 29.01.2021 услуги были оказаны должнику надлежащим образом, однако, оплата должником за оказанные услуги не произведена.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, кредитор обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции признал требование в сумме 1 000 000 руб обоснованным и документально подтвержденным  и, применив пункт 3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29 января 2020 г., далее по тексту - Обзор от 29.01.2020), признал требование ООО «Юридическое бюро «Пальцев, ФИО3 и партнеры» подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.  

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266 - 272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, определенном статьями 71, 100 Закона о банкротстве, в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.

По смыслу названной нормы, арбитражный суд проверяет обоснованность предъявленных требований к должнику и выясняет наличие оснований для включения в реестр требований кредиторов, исходя из подтверждающих документов.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При этом необходимо иметь в виду, что целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Основываясь на процессуальных правилах доказывания (статьи 65 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), заявитель обязан подтвердить допустимыми доказательствами правомерность своих требований, вытекающих из неисполнения другой стороной ее обязательств.

В связи с изложенным, при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

При проверке обоснованности требования кредитора арбитражный суд оценивает доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, регулирующими неисполненные должником обязательства, по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

Согласно статьям 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

В силу части 1 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Согласно статье 781 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

В соответствии с частями 1, 3 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

 Факт реального исполнения сторонами договора на оказание юридических услуг и наличие задолженности в предъявленном размере установлен судом первой инстанции на основе полного и всестороннего исследования представленных в материалы дела доказательств и  подателем жалобы ООО «АТЭК» относимыми и допустимыми доказательствами не опровергнуто.

Довод о мнимости заключенного сторонами договора об оказании юридических услуг отклонен судом первой инстанции как необоснованный и противоречащий представленным в материалы дела документам.

В пункте 1 статьи 170 ГК РФ определено, что мнимая сделка - это сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Мнимая сделка ничтожна.

Согласно правовой позиции, сформированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 N 305-ЭС16-2411, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168 и 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Из изложенного следует, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

При этом стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации"» (далее по делу - Постановление № 25).

            Оценив в соответствии с положениями статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства в совокупности суд первой инстанции установил, что кредитором в подтверждение заявленных требований представлены достаточные доказательства, подтверждающие  реальность взаимоотношений сторон и наличие долга.

Суд апелляционной инстанции с учетом доводов жалобы не находит оснований для переоценки указанных выводов суда первой инстанции.

Вопреки доводам жалобы ООО «АТЭК», представленные кредитором документы, подтверждают реальное исполнение сторонами договора оказания юридических услуг, что исключает вывод подателя жалобы о мнимости договора. Ходатайств о фальсификации или проведении судебной экспертизы в отношении представленных кредитором документов, в том числе договора, в порядке статьи 161 АПК РФ заявлено не было.

            Должником размер задолженности, равно как и лицами, участвующими в деле, не оспорен.

При указанных обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции пришел к правильному выводу об обоснованности заявленного требования по праву и размеру.

Между тем, исходя из положений статьи 2 Закона о банкротстве, в  рамках дела о несостоятельности ограничиваются права кредиторов, являющихся заинтересованными лицами по отношению к требованиям иных, независимых кредиторов.

Указанное положение нашло отражение в правовой позиции, приведенной в пункте 3 Обзора от 29.01.2020, в соответствии с которым требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.

Указанное правило применяется независимо от вида финансирования должника и степени имущественного кризиса.

Согласно пункту 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника, лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. 

Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Соответствующая правовая позиция изложена в определении Верховного Суда РФ от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056 (6) по делу N А12-45751/2015.

Значение категории заинтересованного лица, содержащееся в статье 19 Закона о банкротстве, состоит не только в наличии у двух и более лиц формальных признаков, предусмотренных в том числе законодательством о защите конкуренции и корпоративным законодательством, но и в личном доверительном характере отношений между такими лицами, при котором создается возможность заключения сделок, недоступных независимым участникам гражданского оборота.

Как установлено судом первой инстанции, ФИО3 является директором и участником с долей в размере 50% в уставном капитале ООО «Юридическое Бюро «Пальцев, ФИО3 и Партнеры», ФИО4 является вторым участником заявителя с долей в размере 50%. 

В 2016-2017 годах ФИО3 (21% доли, директор), ФИО4 (20% доли), ФИО5 (44% доли), а также ФИО6 (5?% доли) одновременно являлись участниками ООО «П Групп». ФИО5 с 01.08.2018 по 14.02.2020 являлась участником должника с долей участия 60% уставного капитала, а также супругой ФИО7, который в свою очередь является сыном ФИО8, а также генеральным директором должника (согласно данным ЕГРЮЛ до 13.03.2013), а в последующем исполнительный директор ООО «Экоинвестгрупп». ФИО8 – единственный участник должника с 15.02.2020 и бывший директор должника. При этом ФИО4 в рассматриваемом деле о банкротстве, а также иных делах представляет личные интересы ФИО8. Кроме того, ФИО4 представляет интересы ООО «Калининградская калийная компания», 100% доли в уставном капитале которой в период с 21.04.2020 (с даты регистрации) по 08.09.2020 принадлежали должнику, а в настоящее время 40,5% доли в уставном капитале ООО «Калининградская калийная компания» принадлежит ФИО5.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в совокупности,  суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что  должник и кредитор обладают признаками фактической аффилированности.

В соответствии с правовой позицией Верховного суда Российской Федерации, данной в пункте 2 Обзора от 29.01.2020, очередность удовлетворения требования кредитора не может быть понижена лишь на том основании, что он относится к числу аффилированных с должником лиц, в том числе его контролирующих. Если внутреннее финансирование с использованием конструкции договора займа осуществляется добросовестно, не направлено на уклонение от исполнения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве и не нарушает права и законные интересы иных лиц - других кредиторов должника, не имеется оснований для понижения очередности удовлетворения требования, основанного на таком финансировании.

При этом согласно пункту 3.3 Обзора от 29.01.2020 разновидностью финансирования по смыслу пункта 1 статьи 317.1 ГК РФ является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом (пункт 1 статьи 486 ГК РФ), об оплате работ после окончательной сдачи их результатов (пункт 1 статьи 711 ГК РФ), о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (пункт 1 статьи 614 ГК РФ) и т.п.). Поэтому в случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа. При этом контролирующее лицо, опровергая факт выдачи компенсационного финансирования, вправе доказать, что согласованные им условия (его действия) были обусловлены объективными особенностями соответствующего рынка товаров, работ, услуг (статья 65 АПК РФ).

Кроме того, осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

В пункте 3.4 Обзора от 29.01.2020 отражено, что неустраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов. 

Согласно пункту 3.1 Обзора от 29.01.2020 под компенсационным финансированием понимается финансирование, предоставляемое лицу, находящемуся в состоянии имущественного кризиса. 

Под имущественным кризисом подразумевается трудное экономическое положение, имеющее место при наличии любого из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В частности, имущественный кризис имеет место в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Как верно указал суд первой инстанции, договор на оказание юридических услуг от 20.11.2020 был заключен в условиях очевидной неплатежеспособности должника, о чем заявителю было известно, поскольку это следовало из содержания самого договора, предметом которого являлось оказание услуг при взыскании с должника в пользу ООО «АТЭК» задолженности в размере, превышающем 75 млн. рублей.

Проанализировав содержание рассматриваемой сделки, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что для заявителя является нетипичной сумма его услуг в размере 2 000 000 рублей, учитывая, что материалами дела подтверждается, что средняя стоимость юридических услуг, предоставляемых заявителем другим заказчикам, значительно меньше.

Вместе с тем, несмотря на предусмотренные договором сроки оплаты услуг – десять дней с момента заключения дополнительного соглашения от 29.01.2021, кредитор  не предпринимал никаких мер по взысканию задолженности, возникшей в рамках указанного договора, не расторгал его, а напротив, продолжая исполнять обязательства без получения оплаты (письменные возражения поступили в суд от представителя должника в рамках дела А 07-24964/2020 19.07.2021, 03.06.2021, 22.06.2021),  и обратился с требованием к должнику только после введения в отношении должника процедуры банкротства.

Какого-либо разумного объяснения подобному поведению лица, целью предпринимательской деятельности которого является извлечение прибыли, кредитор не привел.

Следует также учесть, что заявитель, будучи представителем единственного участника должника в рамках иных обособленных споров, связанных  с делом о его банкротстве, не мог не знать об установленных судами обстоятельствах того, что прибыль и выручка по итогам деятельности у должника отсутствовала, чистый убыток составил за 2017 год - 84 000 руб., за 2018 год - 12 413 000 руб. и за 2019 год - 7 647 000 руб., чистые активы должника за указанный период являлись отрицательными, остаток денежных средств на его расчетном счете по состоянию на 30.04.2019 и 01.05.2019 года составлял 3 531 руб. 89 коп. В этой связи указанный кредитор знал, что у должника какой-либо финансово-хозяйственной деятельности, приносящей доход и позволяющей осуществлять деятельность без привлечения заемных средств, которые являлись для должника единственным источником получения прибыли и позволяли покрывать текущие затраты, не имелось. 

В данном случае суд апелляционной инстанции полагает, что аффилированному кредитору было очевидно, что должник, исходя из своего имущественного положения, не может исполнять обязательства. 

Кроме того, сумма задолженности должника перед кредитором по рассматриваемому договору оказания услуг являлась существенной, поэтому неистребование кредитором задолженности  позволяло должнику продолжать предпринимательскую деятельность,  отклоняясь от заданного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения.

Таким образом, следует признать, что кредитор не принимал мер к истребованию в разумный срок задолженности, возникшей  в период имущественного кризиса должника, тем самым предоставило ему компенсационное финансирование, что свидетельствует о наличии всех необходимых условий для признания  его требования подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты. 

 Оснований для применения к спорным правоотношениям разъяснений пункта 2 Обзора от 29.01.2020 и включения требования кредитора в реестр требований кредиторов должника без понижения очередности удовлетворения,  апелляционным судом не установлено, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства того, что финансирование осуществлялось добросовестно, не направлено на уклонение от исполнения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве и не нарушает права и законные интересы иных лиц - других кредиторов должника.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, о признании обоснованным требования ООО «Юридическое бюро «Пальцев, ФИО3 и партнеры» в размере 1 000 000 руб., и подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Изложенные в апелляционных жалобах доводы не нашли документального подтверждения, не опровергают выводов суда и не свидетельствуют о неправильном применении судом норм права, в связи с чем не могут являться основанием к отмене судебного акта и подлежат отклонению.

Несогласие подателей жалоб с произведенной судом оценкой фактических обстоятельств дела не свидетельствует о неправильном применении норм материального права и не может быть положено в обоснование отмены обжалуемого судебного акта.

Фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора по существу, установлены судом на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, отвечающих признакам относимости, допустимости и достаточности.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено. Оснований для отмены обжалуемого судебного акта не имеется. Апелляционные  жалобы удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда Калининградской области от 25.02.2022 по обособленному спору № А21-1627/2021/-8 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

М.Г. Титова

 

Судьи

 

Е.А. Герасимова

 

И.Ю. Тойвонен