ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

29.05.2019

Дело № А40-220309/2016

 

Резолютивная часть постановления объявлена 22.05.2019 

Полный текст постановления изготовлен  29.05.2019

 

Арбитражный суд Московского округа

в составе: 

председательствующего-судьи  Голобородько В.Я.,

судей Зверевой Е.А., Савиной О.Н.

при участии в заседании:

от ФИО1 – ФИО2 по дов. от 20.05.2019

от финансового управляющего ФИО3 – ФИО4 по дов. от 15.01.2018 

рассмотрев 22.05.2019 в судебном заседании кассационную жалобу

ФИО5, ФИО1 

на постановление от 05.03.2019

Девятого арбитражного апелляционного суда

принятое судьями Назаровой С.А., Вигдорчиком Д.Г., Комаровым А.А.,

по заявлению финансового управляющего ФИО3 о признании недействительной сделкой договора купли-продажи № 0019710 от 11.03.2016 г., заключенного между ФИО6 и ФИО1, и применении последствий недействительности сделки

по делу о признании несостоятельным (банкротом) ФИО6,

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москвы 09.11.2016 принято заявление ООО "СтройМосКомплект" о признании несостоятельным (банкротом) гражданина-должника ФИО6 и возбуждено производство по делу N А40-220309/16.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 11.08.2017 г. ФИО6 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3, член Ассоциации СРО ОАУ "Лидер".

Сообщение о введении в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина опубликовано в газете "Коммерсантъ" N 152 от 19.08.2017 г.

Финансовый управляющий должника обратился в суд с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи N 0019710 от 11.03.2016 г., заключенного между ФИО6 и ФИО1, применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу должника действительной стоимости автомобиля АУДИ А6, 2008 года выпуска, VIN 

<

***>, государственный регистрационный знак O572OX199, на дату совершения сделки - 11.03.2016, в обоснование ссылаясь на статьи 10, 168, 170 Гражданского кодекса РФ и пункты 1, 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" N 127-ФЗ от 26.10.2002 г.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 30.10.2018 отказано в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО3 о признании недействительной сделкой договора купли-продажи N 0019710 от 11.03.2016 г., заключенного между ФИО6 и ФИО1, и применении последствий недействительности сделки.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 05.03.2019 Определение Арбитражного суда г. Москвы от 30.10.2018 по делу N А40-220309/16 - отменено. Признан недействительным договор купли-продажи N 0019710 от 11.03.2016 г. автомобиля АУДИ А6, 2008 года выпуска, государственный регистрационный знак O572OX199, заключенный между ФИО6 и ФИО1. Применены последствия недействительности сделки, взыскано с ФИО1 в конкурсную массу должника ФИО6 810 000 рублей.

 Не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции, ФИО5, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить постановление суда апелляционной инстанции. Заявитель в кассационной жалобе указывает, что выводы суда апелляционной инстанции не соответствуют фактическим материалам дела. 

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о принятии кассационной жалобы к производству, о месте и времени судебного заседания была размещена на официальном Интернет-сайте суда: http:www.fasmo.arbitr.ru.

Иные лица, участвующие в деле, надлежаще извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, согласно ч. 3 ст. 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Изучив материалы дела, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, обсудив доводы кассационной жалобы и возражения на нее, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалуемого судебного акта, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены постановления по доводам кассационной жалобы, поскольку они основаны на неправильном толковании заявителем норм материального права и направлены на переоценку исследованных судом апелляционной инстанции доказательств, что, в силу норм статьи 286 и части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 32 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу положений п. 1 ст. 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В соответствии с п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Судом первой инстанции установлено и подтверждается материалами дела, что 11.03.2016 заключен договор купли-продажи N 0019710 автомобиля АУДИ А6, 2008 года выпуска, VIN 

<

***>, государственный регистрационный знак O572OX199, между ФИО6 (продавец, должник, супруг дочери ответчика) и ФИО1 (покупатель), по цене 850 000 рублей.

В материалы дела представлена расписка от 11.03.2016 о получении ФИО6 денежных средств в размере 850 000 рублей за указанный автомобиль.

Финансовый управляющий обратился с заявлением о признании вышеуказанной сделки должника недействительной на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса РФ и пунктов 1, 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" N 127-ФЗ от 26.10.2002 г.

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции исходил из того, что управляющим не представлены доказательства неравноценности встречного исполнения, а также того, что условия оспариваемого договора существенно в худшую для должника сторону отличается от иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки как самим должником, так и иными участниками оборота, поскольку автомобиль отчужден за 850 000,00 руб. т.е. по цене выше рыночной стоимости имущества, отраженной в отчете N 06.09.018-8 от 06.09.2018 г. об оценке (810 000,00 руб.). При этом, ФИО1 в полном объеме исполнил принятые на себя по указанному договору обязательства, о чем имеется расписка 11.03.2016 г., выражающая действительную волю сторон сделки по осуществлению реальной передачи денег. Также, судом первой инстанции сделан вывод о том, что безубыточный характер сделки является достаточным основанием, исключающим возможность признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Изучив имеющиеся в деле доказательства и дополнительно представленные суду апелляционной инстанции, с выводами суда первой инстанции, апелляционный суд не согласился в силу следующего.

В соответствии с п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую сторону для должника отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Принимая во внимание дату возбуждения дела о банкротстве должника (09.11.2016), время заключения договора купли-продажи (11.03.2016), судом первой инстанции обоснованно сделка отнесена к подозрительной.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется (п. 9 названного Постановления Пленума).

Согласно п. 2 ст. 61.2 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Как разъяснено в п. 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 г. N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" для признания сделки недействительной по основаниям п. 2 ст. 61.2 Закона необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом п. 7 данного Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абз. 2 - 5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на лицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абз. 2 - 5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве (п. 6 Постановления Пленума от 23.12.2010 N 63).

В предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

В п. 8 Постановления от 23.12.2010 года N 63 Пленум Высшего Арбитражного суда Российской Федерации разъяснил, что в соответствии с абз. 1 п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота. Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

Материалами дела подтверждается, что 10 ноября 2015 года ООО "СтройМосКомплект" (заявитель по делу о банкротстве) обратился в Таганский районный суд г. Москвы о взыскании с должника ФИО6 денежных средств, рассмотрение которого определением от 18 января 2016 года назначено к судебному разбирательству.

Решением Таганского районного суда г. Москвы от 11 марта 2016 года по делу N 2-689-16/10 в пользу Общества с ограниченной ответственностью "СтройМосКомплект" с должника взысканы денежные средства в общей сумме 18 721 087,50 руб., которое и явилось основанием для обращения ООО "СтройМосКомплект" в арбитражный суд заявлением о признании ФИО6 несостоятельным (банкротом).

Кроме того, по состоянию на 24.10.2018 г. согласно реестру требований кредиторов задолженность ФИО6 составляет 46 234 202,05 руб., из них пени - 2 847 899,74 руб.

Также, из материалов дела следует, что на момент заключения спорной сделки должником не исполнялись обязательства: по договору займа от 02.07.2015 г. со сроком до 30.09.2015 перед кредитором ФИО7 задолженность составляет 3 206 000 рублей (определение Арбитражного суда г. Москвы от 23.06.2017 требования включены в реестр); задолженность перед Федеральной налоговой службой о неуплате транспортного налога (определение Арбитражного суда г. Москвы от 28.06.2017 о включении в реестр) с 2009 года; требования ВТБ 24 (ПАО) в размере 2 189 310,91 рублей - основного долга, 331 848,61 рублей - неустойки (определение Арбитражного суда г. Москвы от 28.06.2017 о включении в реестр) по кредитным договорам N 625/3303-0002915 от 14.11.2013 г., N 625/3303-0002931 от 18.11.2013, N 625/3303-0003524 от 12.11.2014.

Таким образом, на момент заключения спорного договора, должник имел неисполненные обязательства, и ему было известно о наличии судебного производства по делу N 2-689-16/10.

Кроме того, согласно сведениям ЕГРЮЛ ФИО6 является учредителем (участником), руководителем ООО "ТД ГК СТРОЙ-ИНВЕСТ" (ОГРН 

<

***>), ООО "УРАЛМЕТ-М" (ОГРН 

<

***>, исключено из ЕГРЮЛ на основании п. 2 ст. 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ запись ГРН 7177749581079). В отношении ООО "ТД ГК СТРОЙ-ИНВЕСТ" определением Арбитражного суда г. Москвы 09.06.2016 возбуждено дело о банкротстве, и Решением Арбитражного суда города Москвы от 24.01.2017 г. по делу N А40-117539/2016 Общество признано несостоятельным (банкротом).

Судом первой инстанции сделан выводов о том, что ФИО1 в полном объеме исполнил принятые на себя по спорному договору обязательства, сославшись на расписку от 11.03.2016 г., которая, по мнению суда, выражает действительную волю сторон спорной сделки по осуществлению реальной передачи денег должнику.

Однако с данным выводом апелляционный суд согласился, в силу следующего.

В суде апелляционной инстанции ФИО1 пояснил, что с 2007 года получает пенсию по старости.

Объявляя перерыв в порядке ст. 163 АПК РФ, судом апелляционной инстанции было предложено представить доказательства наличия финансовой возможности передать денежные средства в размере, указанном в расписке от 11.03.3016.

Представленные в материалы дела стороной ответчика договор срочного банковского вклада "универсальный" от 05.09.2013 на 700 000 рублей, открытый на имя супруги ответчика, и приходный кассовый ордер от 05.09.2013 апелляционным судом обоснованно не отнесены к числу доказательства наличия денежной массы на момент заключения спорной сделки, поскольку не свидетельствует о снятии со счета в соответствующем периоде суммы, равной размеру, указанному в расписке.

Сведения о размере получаемой ответчиком пенсии, материалы дела не содержат.

Исследовав вопрос о наличии финансовой возможности у ФИО1 по расписке от 11.03.2016 передать денежные средства в размере 850 000 рублей должнику, апелляционный суд пришел к выводу о том, что финансовое положение ответчика с учетом его доходов (получает пенсию по старости) за период, предшествующий заключению сделки) не позволяло рассчитаться с должником денежными средствами в указанном размере.

Также, стороной должника не представлены в материалы дела доказательства того, каким образом полученные от ответчика средства были истрачены должником.

Как следует из материалов дела, в соответствии с определением Арбитражного суда г. Москвы от 09.04.2018 г. по настоящему делу на ФИО6 возложена обязанность представить доказательства получения и расходования денежных средств от реализации транспортного средства.

В судебном заседании 06.06.2018 г. представителем ответчика устно заявлено о внесении полученных за автомобиль денежных средств в бухгалтерию ООО "ТД ГК СТРОЙ-ИНВЕСТ", без предоставления подтверждающих указанный довод доказательств.

Однако, как следует из сообщения конкурсного управляющего ООО "ТД ГК СТРОЙ-ИНВЕСТ" от 18.10.2018 г. исх. N 200, по данным финансового анализа деятельности ООО "ТД ГК СТРОЙ-ИНВЕСТ" ФИО6 не вносил ни в кассу, ни на расчетный счет, ни во взнос в уставный капитал, ни другим способом сумму в размере 850 000 руб.

Кроме того, в связи с неисполнением бывшим руководителем ООО "ТД ГК СТРОЙ-ИНВЕСТ" ФИО6 обязанности по передаче бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему, 30.05.2017 г. Арбитражным судом г. Москвы выдан исполнительный лист серии ФС N 017588290, однако документы о передаче должнику ФИО6 денежных средств в сумме 850 000 руб., якобы полученных за проданный автомобиль не выявлено, исполнительное производство N 95892/17/77055-ИП (акт от 14.04.2018 г. и постановление об окончании исполнительного производства от 14.04.2018 г.).

ФИО6 был привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "ТД ГК СТРОЙ-ИНВЕСТ", что подтверждается определением Арбитражного суда г. Москвы от 19.09.2018 г. по делу N А40-117539/16-101-112Б, в связи с не исполнением обязанности по передаче конкурсному управляющему документов о финансово-хозяйственной деятельности и имущества ООО "ТД ГК СТРОЙ-ИНВЕСТ", установлением причинения вреда кредиторам при совершении должником сделок.

В пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что имело место формальное исполнение сделки со стороны должника, в результате которой произошло безвозмездное отчуждение имущества должника заинтересованному лицу, к которому относится ответчик (покупатель) в соответствии со ст. 19 Закона о банкротстве, и ответчик не мог не знать о финансовом положении должника, и о том, что должник производит отчуждение имущества в ущерб кредиторам.

Наличие причинения имущественным правам кредиторов оспариваемой сделкой свидетельствует обстоятельство того, что средства от реализации спорного имущества должны были быть направлены на погашение удовлетворения требований кредиторов, тогда как данное имущество было отчуждено безвозмездно, что свидетельствует об утрате конкурсными кредиторами должника возможности получения удовлетворения своих требований по обязательствам должника за счет данного имущества.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Если будет установлено - недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или не наступившим (пункт 3 статьи 157 Гражданского кодекса Российской Федерации); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Учитывая установленные по делу обстоятельства, апелляционный суд пришел к обоснованному выводу о том, что целью заключения сделки является уменьшение конкурсной массы должника и сокрытие имущества от обращения на него взыскания, поскольку при совершении сделки должник уже осознавал неотвратимость предъявленных к нему требований со стороны кредиторов, обладая признаками неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", а также положениями действующего законодательства, апелляционный суд пришел к выводу о том, что установленные обстоятельства свидетельствуют о том, что спорная сделка совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, и такой вред причинен в результате ее заключения, в результате которой уменьшилось имущество должника.

Принимая во внимание вышеизложенное, оспариваемое определение правомерно отменено, а сделка признана недействительной по заявленным управляющим основаниям.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 29 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" в случае, если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указание на это в заявлении об оспаривании сделки.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2 статьи 167 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротства в случае признания сделки в соответствии с настоящей главой недействительной все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по такой сделке подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Материалами дела подтверждается, что ответчиком спорное имущество отчуждено 22 октября 2016 года в пользу третьего лица, которое в свою очередь 28 октября 2016 года произвело отчуждение иному лицу.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда города Москвы от 16.08.2018 в рамках настоящего спора назначена судебная экспертиза по определению рыночной стоимости спорного имущества, по результатам проведения которой в материалы дела представлено заключение эксперта ООО "Независимая экспертная оценка Вега" ФИО8 N 06.09.018-8 от 06.09.2018 г. о том, что действительная (рыночная) стоимость автомобиля АУДИ А6, 2008 года выпуска, VIN 

<

***>, государственный регистрационный знак O572OX199 на дату составления спорного договора купли-продажи N 0019710-11 марта 2016 года составляла 810 000,00 руб., действительная (рыночная) стоимость данного автомобиля на дату проведения исследования экспертом составляет 710 000,00 руб.

При изложенных обстоятельствах, апелляционный суд, отменяя судебный акт в соответствии со ст. 270 АПК РФ, обоснованно принял решение об удовлетворении требований финансового управляющего, и признании сделки недействительной, с применением последствий недействительности исходя из положений статьи 167 ГК РФ, статьи 61.6 Закона о банкротстве, и Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу должника ФИО6 810 000 рублей, с учетом заключения эксперта ООО "Независимая экспертная оценка Вега" ФИО8 N 06.09.018-8 от 06.09.2018 г., и обстоятельства отчуждения ответчиком спорного имущества 22 октября 2016 года в пользу третьего лица, и отчуждения 28 октября 2016 года данным лицом спорного имущества.

Судом апелляционной инстанции правильно применены нормы процессуального права, выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В соответствии с положениями статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суду кассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрении, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать установленными обстоятельства, которые не были установлены в определении или постановлении, либо были отвергнуты судами первой или апелляционной инстанции.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Суд правильно применил нормы материального права, не допустив нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебных актов, в связи с чем оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 05.03.2019 по делу № А40-220309/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

 

Председательствующий-судья                                      В.Я. Голобородько

 

Судьи:                                                                                  Е.А. Зверева 

 

                                                                                              О.Н. Савина