ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-2618/2024

г. Челябинск

24 апреля 2024 года

Дело № А76-42795/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 15 апреля 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 24 апреля 2024 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Румянцева А.А.,

судей Курносовой Т.В., Кожевниковой А.Г., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания Маркиной А.Е., 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «МПК СетьМегаТранс» - ФИО1 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 30.01.2024 по делу № А76-42795/2021 об отказе в признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки (сделка № 2).

В судебное заседание явились:

ФИО2 (паспорт);

конкурсный управляющий бщества с ограниченной ответственностью «МПК СетьМегаТранс» - ФИО1 (паспорт);

слушатель – ФИО3 (паспорт).

 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 07.12.2021 по заявлению кредитора общества с ограниченной ответственностью «Магнитогорский энергетический комплекс» возбуждено производство по делу о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «МПК СетьМегаТранс» (далее – должник).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 13.04.2022 заявление ООО «Магнитогорский энергетический комплекс» о признании несостоятельным (банкротом) ООО «МПК СетьМегаТранс» признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения; временным управляющим должника утвержден ФИО1.

Информационное сообщение о введении в отношении должника процедуры банкротства опубликовано в официальном издании – газете «Коммерсантъ» № 72(7273) от 23.04.2022.

Решением от 12.10.2022 ООО «МПК СетьМегаТранс» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1

Информационное сообщение о введении процедуры конкурсного производства опубликовано в официальном издании «Коммерсантъ» № 197(7398) от 22.10.2022.

Конкурсный управляющий должника ФИО1 (далее – заявитель, податель жалобы) 23.01.2023 обратился в арбитражный суд с заявлением (сделка № 2), в котором просит признать недействительным договор купли-продажи транспортного средства от 20.04.2021 по продаже транспортного средства – Газель (2824DH), VIN – 

<

***>, 2017г.в., гос.рег.знак 

<

***> от 20.04.2021, заключенный между ООО «МПК СетьМегаТранс» и ФИО2 (далее – ответчик); применить последствия недействительности договора купли-продажи транспортного средства от 20.04.2021, путем внесения ФИО2 в кассу ООО «МПК СетьМегаТранс» цену разницы стоимости по договору от 14.06.2021 и от 20.04.2021 в размере 160 000 руб.

Судом к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО4.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 30.01.2024 в удовлетворении требования отказано.

Не согласившись с принятым судом определением, конкурсный управляющий должника ФИО1 обратился в апелляционный суд с жалобой, в которой просил отменить обжалуемый судебный акт, заявленные требования удовлетворить, ссылаясь на неравноценность встречного представления, фактическую аффилированность сторон. 

Судом на основании ст.ст. 262, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приобщен к материалам дела отзыв ФИО2 с доказательством его направления в адрес лиц, участвующих в деле.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтового отправления, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились.

В соответствии со ст.ст. 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие  представителей неявившихся лиц.

Присутствующие участники процесса в судебном заседании заявили суду свои позиции относительно доводов апелляционной жалобы (согласно протоколу судебного заседания).

     Законность и обоснованность судебного акта проверена судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и правильно установлено судом первой инстанции, согласно выписки из ЕГРЮЛ по ООО «МПК СетьМегаТранс» от 27.09.2023 ФИО2 является участником должника, с размером доли – 35%, ФИО5 является участником должника, с размером доли – 30%, ФИО6 является участником должника, с размером доли – 35%. Также ФИО2 являлся заместителем генерального директора ООО «МПК СетьМегаТранс» в период с 03.07.2017 (приказ о приеме на работу).

Как следует из материалов обособленного спора, 20.04.2021 между ООО  «МПК СетьМегаТранс» (далее  – продавец) и  ФИО2 (далее – покупатель) заключен договор купли-продажи транспортного средства – Газель (2824DH), VIN – 

<

***>, 2017г.в., гос.рег.знак 

<

***> (л.д. 25-27).

Цена согласно п. 3.1 договора составляет 700 000 руб.

Между сторонами договора составлен и подписан акт приема-передачи транспортного средства от 20.04.2021 (л.д. 28), в соответствии с которым продавец продал, а покупатель принял технически исправный легковой автомобиль Газель (2824DH), VIN – 

<

***>, 2017г.в., гос.рег.знак 

<

***>; деньги внесены покупателем в кассу продавца полностью при заключении упомянутого договора купли-продажи, претензий к продавцу, в том числе имущественных, покупатель не имеет.

Договор, акт от 20.04.2021 содержит подписи ФИО6, ФИО2 и оттиск печати организации должника.

Вышеуказанные копии договора, акта представлены в суд в том числе Отделом МВД РФ по Абзелиловскому району по Республике Башкортостан по запросу суда (л.д. 23).

Впоследствии спорное транспортное средство продано ФИО2 ФИО4 и далее – находится в собственности ФИО7, как следует из карточки учета транспортного средства (л.д. 52).

Ответчик уплатил стоимость транспортного средства на общую сумму 752 508 руб. 22 коп., - в размере большем, чем предусмотрено сторонами в договоре (700 000 руб.), что подтверждается представленными в материалы дела платежными поручениями № 5 от 26.04.2021 на сумму 593 188 руб. 85 коп., № 6 от 26.04.2021 на сумму 134 354 руб. 36 коп., №7 от 27.04.2021 на сумму 24 965 руб. 01 коп. (л.д. 8).

Судом в качестве подтверждения оплаты по договору принимается также письмо руководителя должника ФИО6 от 20.04.2021, которым просил ФИО2 в счет оплаты по спорному договору оплатить лизинговые платежи по договору № АЛВР104887/05-19 МГН от 24.06.2019 и выкупной платеж по лизингу по договору №АЛВР104887/05-19МГН от 21.04.2021 за автомобиль Рено Каптюр, что и было сделано на общую сумму 752 508 руб. 22 коп., что подтверждается платежными поручениями в адрес АО ВТБ Лизинг.

В подтверждение финансовой возможности оплатить стоимость спорного автомобиля ФИО2 представлена выписка из ЕГРИП, подтверждающая, что ответчик является индивидуальным предпринимателем (л.д. 72-76), выписку операций по лицевому счету №…3201 в ПАО Сбербанк за период с 01.01.2021 по 30.07.2021 (л.д. 77-88), договор купли-продажи автомобиля Газель Некст за 750 000 руб. (л.д. 89).

Полагая, что оспариваемая сделка между должником и ответчиком заключена при неравноценном встречном исполнении и направлена на причинение вреда кредиторам должника, управляющий обратился с настоящим заявлением в арбитражный суд по основаниям предусмотренным п. 2 ст. 61.2. Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции исходил из того, что необходимая совокупность оснований для признания сделки недействительной в соответствии с пунктами 1 и 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве материалами дела не подтверждается, не представлены доказательства причинения вреда имущественным правам кредиторов, факт расхождения цены продажи, указанной в договоре с рыночной стоимостью автомобиля не может безусловно свидетельствовать о занижении сторонами договора купли-продажи цены имущества, определенной в результате их свободного волеизъявления. Суд первой инстанции также исходил из того, что аффилированность должника и ответчика на момент совершения сделки, наличие признаков неплатёжеспособности у должника, не является безусловным основанием для признания сделки недействительной, поскольку представлены доказательства оплаты по сделки.

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Полномочия на оспаривание сделок должника предоставлены конкурсному управляющему статьями 61.9, 129 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Статья 61.2 Закона о банкротстве допускает возможность признания недействительными подозрительных сделок, совершенных при неравноценном встречном предоставлении, либо с причинением вреда кредиторам.

Разъяснения по порядку применения названных положений даны в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63).

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума № 63 по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Согласно пунктам 8, 9 постановления Пленума № 6,  в соответствии с абзацем 1 пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки, а если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в названном пункте, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

При определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Судом установлено, что оспариваемая сделка совершена 20.04.2021, а производство по делу о признании должника банкротом возбуждено 07.12.2021, следовательно, оспариваемая сделка совершена в сроки, предусмотренные пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от   цены   и   (или)   иных   условий,   при   которых   в   сравнимых   обстоятельствах   совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Вместе с тем, сделка имела возмездный характер, доказательств умышленного безвозмездного вывода активов в отсутствие встречного предоставления, в материалы дела не представлено, равно как не представлено доказательств отчуждения спорного имущества по заниженной стоимости.

Отклоняя доводы управляющего относительно совершения сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, поскольку сделка совершена по заниженной цене суд первой инстанции исходит из следующего.

Согласно п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Данная норма применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения, при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

Согласно п. 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" при рассмотрении споров следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение.

Исходя из содержания п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Вместе с тем, в материалы дела такие доказательства представлены не были.

В обоснование нерыночности цены конкурсным управляющим представлены консультационные справки частнопрактикующего оценщика ФИО8, в соответствии с которыми рыночная стоимость автомобиля Газель составляла на 10.11.2020 – 889 000 руб., на 20.04.2021 – 906 000 руб., на 14.06.2021 – 963 000 руб. (л.д. 98-99).

Доказательств, свидетельствующих об иной цене реализуемого имущества, арбитражному суду не представлено.

Цена реализации в соответствии со спорным договором составила 700 000 руб., следовательно, отклонение цены от рыночной стоимости, установленной конкурсным управляющим, не превышает 28%.

Между тем, факт расхождения цены продажи, указанной в договоре с рыночной стоимостью автомобиля не может безусловно свидетельствовать о занижении сторонами договора купли-продажи цены имущества, определенной в результате их свободного волеизъявления.

Ходатайства о проведении судебной экспертизы на предмет определения рыночной стоимости автомобиля участниками обособленного спора не заявлено. Стоимость, определенная конкурсным управляющим, иным образом не оспорена (п. 3.1 ст. 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При этом, судом учитывается, что рыночная стоимость варьируется в зависимости от значений ценообразующих факторов у конкретного объекта. Наиболее существенные ценообразующие факторы, оказывающие влияние на величину рыночной стоимости автомобилей: технические характеристики, техническое состояние, год выпуска, пробег и прочее.

Любая оценка рыночной стоимости вещи, произведенная независимым оценщиком/экспертом, является сильно субъективной с учетом тех подходов и критериев, которые избраны оценщиком/экспертом для ее определения. Более объективной является стоимость вещи, определенная в результате открытых торгов при публичном предложении вещи к продаже неограниченному кругу лиц. Стоимость в таком случае определяется исходя из экономического или потребительского интереса покупателей к данной вещи, с учетом характеристик вещи, а применительно к транспортному средству, его пробега, технического состояния, износа узлов и агрегатов   и т.д.

Суд указал, что рыночная стоимость, установленная в ходе составления консультационных справок, не является реальной стоимостью транспортного средства, поскольку определена с учетом множества допущений и субъективных факторов, без реального осмотра транспортного средства и без реальной оценки его технического состояния.

Кроме того, как указано выше, ответчик уплатил стоимость транспортного средства на общую сумму 752 508 руб. 22 коп., - в размере большем, чем предусмотрено сторонами в договоре (700 000 руб.), что подтверждается представленными в материалы дела платежными поручениями № 5 от 26.04.2021 на сумму 593 188 руб. 85 коп., № 6 от 26.04.2021 на сумму 134 354 руб. 36 коп., №7 от 27.04.2021 на сумму 24 965 руб. 01 коп. (л.д. 8).

Судом в качестве подтверждения оплаты по договору принимается также письмо руководителя должника ФИО6 от 20.04.2021, которым просил ФИО2 в счет оплаты по спорному договору оплатить лизинговые платежи по договору № АЛВР104887/05-19 МГН от 24.06.2019 и выкупной платеж по лизингу по договору №АЛВР104887/05-19МГН от 21.04.2021 за автомобиль Рено Каптюр, что и было сделано на общую сумму 752 508 руб. 22 коп., что подтверждается платежными поручениями в адрес АО ВТБ Лизинг.

Довод конкурсного управляющего о том, что впоследствии автомобиль был по договору купли-продажи от 14.07.2021 (л.д. 66-68) продан ФИО2 ФИО4 за 860 000 руб., следовательно, общество понесло убыток на 160 000 руб. также отклонен судом ввиду вышеуказанных установленных судом фактов и обстоятельств.

Таким образом, с учетом указанных выше обстоятельств, в данном конкретном деле суд приходит к выводу, что стоимость автомобиля в размере 700 000 руб. (фактически уплаченная в размере 752 508 руб. 22 коп.) соответствовала его рыночной стоимости на момент заключения договора купли-продажи от 20.04.2021.

Оснований для признания сделки недействительной на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, судом также не установлено.

Из положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и разъяснений по порядку ее применения следует, что в силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Цель причинения           вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Согласно пункту 6 постановления Пленума № 63 при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве, в силу которых под недостаточностью имущества должника понимается превышение размераденежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежейдолжника     над     стоимостью     его     имущества     (активов),     а      под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Из материалов дела следует, что на дату совершения договора от 20.04.2021 у должника имелись не погашенные обязательства перед кредиторами:

- ООО «Урал Металл Трейд» по договору денежного займа № 4 от 13.11.2019 г. в размере суммы основного долга 1 250 000,0 руб.;

- ООО «Магнитогорский энергетический комплекс» в размере 400 486 руб. 75 коп. по договору субподряда на выполнение работ №82 от 26.08.2020 в сумме основного долга (по актам КС-2 №760.20 от 30.09.2020, №760.20-1 от 07.12.2020);

- ИП ФИО9 - по Акту сверки за 2020г. задолженность Должника перед ИП ФИО9 составляла – 1 015 353,90 руб.:

- требование ФИО5 по не выплаченной заработной плате на сумму 440 525,88 руб. за период с июля 2020г. по июнь 2021г.;

- 10 работников должника, с невыплаченной заработной платой за июль – октябрь 2020г. на сумму долга 1 048 038,0 руб.

Таким образом, на период с 01.01.2020 по 31.12.2020 должник обладал признаками неплатежеспособности, о чем генеральный директор ФИО6, учредители ФИО5, ФИО2 должника знали и должны были знать.

Однако, как установлено арбитражным судом, договор является возмездным, условие о цене соответствует рынку, а, соответственно, отсутствует факт причинения вреда кредиторам, равно как и цель причинения такого вреда со стороны ответчика.

В подтверждение финансовой возможности оплатить стоимость спорного автомобиля ФИО2 представлена выписка из ЕГРИП, подтверждающая, что ответчик является индивидуальным предпринимателем (л.д. 72-76), выписку операций по лицевому счету №…3201 в ПАО Сбербанк за период с 01.01.2021 по 30.07.2021 (л.д. 77-88), договор купли-продажи автомобиля Газель Некст за 750 000 руб. (л.д. 89).

 

Относительно аффилированности сторон сделки суд первой инстанции пришел к следующим выводам.

Из материалов дела следует, что ФИО2 является участником должника, с размером доли – 35%, следовательно, ответчик и должник являются аффилированными лицами. 

Заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон о конкуренции) входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника (п. 1 ст. 19 Закона банкротстве).

Согласно пункту 2 статьи Закона о банкротстве, заинтересованными лицами по отношению         к должнику - юридическому лицу признаются       также: 

- руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника;

- лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи;

- лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Сама по себе аффилированность сторон сделки не свидетельствует о ее мнимости, однако согласно сложившейся правоприменительной практике (Определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 23.08.18 N 305-ЭС18-3533 по делу N А40-247956/2015, от 10.12.18 N 308-ЭС17-10337 по делу N А32-16352/2016), при наличии сведений об аффилированности должника и кредитора, к заявленным требованиям должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве.

Такой кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления     кредитором     внешне     безупречных     доказательств     исполнения     по     существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу "дружественного" кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (Определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.17 N 306-ЭС16-20056 (6), от 11.09.17 N 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав.

В соответствии с п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся, поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

Между тем, судом сделан вывод, что управляющим не доказано, в чем конкретно выразился вред от оспариваемой сделки, размер вреда, поскольку автомобиль реализован по рыночной стоимости, не доказан факт причинения вреда кредиторам.

На основании изложенного, судом сделан обоснованный вывод об отсутствии у договора признаков мнимости.

Доказательством того, что спорный договор заключен с намерением причинить вред кредиторам, с намерением достичь цель, отличную от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суду не представлено.

Доказывая неравноценность встречного предоставления конкурсный управляющий указал, что приобретя автомобиль за 700 000 рублей, ответчик спустя непродолжительный промежуток времени реализовал данное транспортное средство за 860 000 рублей, что свидетельствуют о заниженной стоимости отчуждения имущества должником.

В то же время, из обстоятельств дела следует, что оплата ФИО2 произведен в размере 752 508 руб. 22 коп.,  что на 107 491,78 ниже, чем последующая продажа транспортного средства за 860 000 руб. Более того, из объяснений ФИО2 следует, что им произведен ремонт транспортного средства без привлечения услуг специализированных сервисов, что соотносится по стоимости с разницей покупки и продажи. Соответственно данная разница покупки и продажи имущества, несмотря на незначительное время владения, не свидетельствует об отчуждении имущества с причинением вреда должнику. Более того, суд апелляционной инстанции полагает, что как  цена покупки, так и продажи находится в пределах рыночной стоимости транспортного средства.

С учетом изложенного, доводы апеллянта о аффилированности должника и ответчика, не принимаются во внимание, поскольку фактор заинтересованности, аффилированность сторон спорной сделки не является безусловным основанием для признания недействительной (не влечет ничтожность сделки). 

Следовательно, оснований для отмены определения суда и удовлетворения жалобы не имеется. Доводы жалобы не опровергают выводов суда, исходя из конкретных обстоятельств рассматриваемого дела.

Судебные расходы по государственной пошлине распределены в соответствии с требованиями ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании ч. 4 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

Судебные расходы, связанные с уплатой государственной пошлины по апелляционной жалобе, подлежат распределению между сторонами по правилам, установленным ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 30.01.2024 по делу № А76-42795/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «МПК СетьМегаТранс» - ФИО1 - без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «МПК СетьМегаТранс» в доход федерального бюджета государственную пошлину по апелляционной жалобе в размере 3 000 руб.

 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья                                    А.А. Румянцев

Судьи:                                                                          Т.В. Курносова

                                                                                     А.Г. Кожевникова