ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-4032/2021

г. Челябинск

09 июня 2021 года

Дело № А07-40937/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 03 июня 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 09 июня 2021 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Забутыриной Л.В.,

судей Калиной И.В., Поздняковой Е.А.,      

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «СКЦ «Геопроммаркет» ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 23.12.2020 по делу № А07-40937/2017 об отказе в удовлетворении заявления о признании трудового договора недействительным.

 

В заседании приняли участие конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Сервисный консалтинговый центр Геопроммаркет» - ФИО2 (паспорт).

 

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 15.01.2018 по заявлению Федеральной налоговой службы в лице Межрайонной ИФНС России № 2 по Республике Башкортостан (далее – уполномоченный орган, ФНС России) возбуждено дело о признании общества с ограниченной ответственностью СКЦ «Геопроммаркет» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – ООО СКЦ «Геопроммакет», должник) несостоятельным (банкротом). 

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 12.04.2018 заявление уполномоченного органа признано обоснованным, в отношении ООО СКЦ «Геопроммаркет» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3, член Союза Арбитражных управляющих «Возрождение». 

Сведения о введении в отношении должника процедуры наблюдения и порядке предъявления требований кредиторов опубликованы в официальном издании газеты «Коммерсантъ» № 65 от 14.04.2018. 

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 31.10.2018 в отношении ООО СКЦ «Геопроммаркет» открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден арбитражный управляющий управляющего ФИО2 (далее – ФИО2, конкурсный управляющий, заявитель), член Ассоциации «Евросибирская саморегулируемая организация арбитражных управляющих». 

Информационное сообщение о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства и о порядке предъявления требований кредиторов опубликованы в издании «Коммерсантъ» № 90 от 03.11.2018.

На рассмотрение арбитражного суда поступило заявление (с учетом уточнения) конкурсного управляющего ФИО2 о признании пункта 3.1 трудового договора 14/12 от 01.08.2012, заключенного между должником и ФИО4 (далее - ФИО4, ответчик), недействительным.

Определением суда от 23.12.2020 (резолютивная часть от 16.12.2020) в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просил судебный акт отменить, направить дело на новое рассмотрение в арбитражный суд.

В обоснование доводов жалобы указано следующее.  Конкурсный управляющий обратился с заявлением 29.11.2019, процедура конкурсного производства введена в отношении должника 24.10.2018, трудовой договор с ФИО4 передан конкурсному управляющему 27.10.2018, но при этом конкурсному управляющему не было известно  о реальном исполнении трудового договора в натуре о начислении, выплате  и (или) задолженности по нему, на основании которого, в дальнейшем, 17.12.2018 ФИО4 получила судебный приказ и включена в реестр текущих платежей и реестр требований кредиторов должника. Таким образом, конкурсный управляющий не мог знать, что указанная сделка действительно совершена в целях причинения вреда кредиторам.  

Определением суда от 19.03.2021 апелляционная жалоба принята к производству суда, судебное заседание назначено на 04.05.2021.

Определением суда от 28.04.2021 дата проведения судебного заседания по рассмотрению апелляционной жалобы конкурсного управляющего ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 23.12.2020 по делу № А07-40937/2017 перенесена на 03.06.2021, поскольку Указом Президента Российской Федерации от 23.04.2020 № 242 «Об установлении на территории Российской Федерации нерабочих дней в мае 2021 года» в целях сохранения тенденции сокращения распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19), укрепления здоровья граждан Российской Федерации в период с 04.05.2021 по 07.05.2020 установлены нерабочие дни.

В судебном заседании 03.06.2021 конкурсный управляющий поддержал доводы апелляционной жалобы.

 Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, представителей не направили, отзывы не представили.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассматривалось судом апелляционной инстанции в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, их представителей.

Арбитражный суд апелляционной инстанции проверил законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Как установлено судом и следует из материалов дела, согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц (ЕГРЮЛ), ООО СКЦ «Геопроммаркет» зарегистрировано в качестве юридического лица 03.02.2012 за номером 

<

***> и поставлено на налоговый учет в Межрайонной ИФНС России № 2 по Республике Башкортостан.

В соответствии с трудовыми договорами от 15.06.2012, 01.08.2012 ФИО4 исполняла обязанности ведущего инженера ООО СКЦ «Геопроммаркет», а в последующем, начиная с 04.04.2016 исполняла обязанности заместителя директора по общим вопросам ООО СКЦ «Геопроммаркет».

15.06.2012 между должником и ФИО4 заключен трудовой договор №12/12, согласно которому ФИО4 принята на должность ведущего инженера с установлением размера заработной платы-0,5 ставки, при этом, размер заработной платы составляет 34 500 рублей, 0,5-17 500 рублей в месяц.

01.08.2012 между должником и ФИО4 заключен трудовой договор 14/12, согласно которому ФИО4 принята на работу в качестве ведущего инженера с 01.08.2012 установлением должностного оклада в размере 34 500 рублей, плюс доплаты, надбавки и поощрительные выплаты, а также премии. 

02.10.2012 между должником и ФИО4 подписано дополнительное соглашение к трудовому договору №14/12 от 01.08.2012, согласно которому ФИО4 переведена на должность директора Московского филиала с 02.10.2012 на 0,4 ставки (должностной оклад по целой ставке 72 000 рублей в месяц; 0,4 ставки составляет 28 800 рублей).

 01.01.2013 между должником и ФИО4 подписано дополнительное соглашение к трудовому договору №14/12 от 01.08.2012, согласно которому с 01.01.2013 ФИО4 переведена на 0,5 ставки (должностной оклад 28 000 рублей; 0,5 ставки составляет 14 000 рублей).

09.01.2014 между должником и ФИО4 подписано дополнительное соглашение к трудовому договору №14/12 от 01.08.2012, согласно которому с 01.01.2014 ФИО4 установлен должностной оклад в размере 29 900 рублей. 

04.04.2016 между должником и ФИО4 подписано дополнительное соглашение к трудовому договору №14/12 от 01.08.2012, согласно которому с 04.04.2016 ФИО4 переведена на должность заместителя директора по общим вопросам в головную организацию ООО СКЦ «Геопроммаркет». 

Конкурсный управляющий, полагая, что в результате установления данной заработной платы, в период отсутствия какой-либо хозяйственной деятельности должника, причинен имущественный вред должнику и кредиторам, что вышеуказанная сделка направлена на злоупотребление правом, обратился с настоящим заявлением в суд по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, арбитражный суд первой инстанции исходил из того, что конкурсным управляющим пропущен срок исковой давности.

Оснований для отмены судебного акта не имеется.

В соответствии со статьей 223 АПК РФ, пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом. 

Согласно статье 61.9 и пункту 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий имеет право предъявлять в арбитражный суд от имени должника требования о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником.

Заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (часть 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве).

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом РФ (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве).

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве правила настоящей главы могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих, в том числе в соответствии с трудовым законодательством, в том числе к оспариванию соглашений или приказов об увеличении размера заработной платы, о выплате премий или об осуществлении иных выплат в соответствии с трудовым законодательством РФ и к оспариванию самих таких выплат.

Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность оспаривания подозрительных сделок должника (при неравноценном встречном исполнении либо с причинением вреда кредиторам).

Разъяснения порядка применения данной нормы приведены в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).

Согласно разъяснениям, данным в пунктах 5-9  постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (5).

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества (6).

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Согласно абзацу второму пункта 3 статьи 28 Закона о банкротстве сведения о введении наблюдения, финансового оздоровления, внешнего управления, о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства подлежат обязательному опубликованию в порядке, предусмотренном названной статьей.

В связи с этим при наличии таких публикаций в случае оспаривания на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделок, совершенных после этих публикаций, надлежит исходить из следующего: если не доказано иное, любое лицо должно было знать о том, что введена соответствующая процедура банкротства, а значит и о том, что должник имеет признаки неплатежеспособности (7).

Пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

Судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи (8).

При определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (9).

Кроме того, из разъяснений, данных в пункте 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 следует, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статья 10 и 168 Гражданского кодекса РФ).

Ответчик заявил о пропуске срока исковой давности для оспаривания сделки (л.д. 122).

Судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности (статья 195 ГК РФ). 

В силу разъяснений, данных в пункте 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63, судам следует иметь в виду, что предусмотренные статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве основания недействительности сделок влекут оспоримость, а не ничтожность соответствующих сделок. В связи с этим в силу статьи 166 ГК РФ такие сделки по указанным основаниям могут быть признаны недействительными только в порядке, определенном главой III.1 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год, при этом течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. 

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. 

В пункте 32 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 разъяснено, что заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ). 

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Если основание недействительности сделки связано с нарушением совершившим ее от имени должника арбитражным управляющим Закона о банкротстве, исковая давность по заявлению о ее оспаривании исчисляется с момента, когда о наличии оснований для ее оспаривания узнал или должен был узнать следующий арбитражный управляющий.

Исходя из названных разъяснений, следует, что срок исковой давности для оспаривания сделки на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве подлежит исчислению в любом случае не ранее, чем с даты утверждения первого конкурсного управляющего, поскольку право оспаривать сделки по названному основанию возникает с даты введения конкурсного производства. 

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 31.10.2018 (резолютивная часть от 24.10.2018) в отношении ООО СКЦ «Геопроммаркет» открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2 

Пунктом 2 статьи 20.3 Закона о банкротстве установлена обязанность арбитражного управляющего анализировать финансовое состояние должника и результаты его финансовой, хозяйственной и инвестиционной деятельности. 

Согласно двухстороннему акту приема-передачи от 27.10.2018 бывший руководитель должника ФИО5 передал, а ФИО2 принял бухгалтерскую и иную должника, в том числе трудовой договор, заключенный с ФИО4

Сам управляющий указывал, что названные сделки явились основанием для обращения  в суд ФИО4 для получения судебного акта (приказа).

Анализ документов, учитывая их состав, а также характер обязательств, не представлял какой-либо особой правовой и фактической сложности. 

Таким образом, непосредственно после введения конкурсного производства утвержденный управляющий, действуя разумно и осмотрительно, своевременно получив документацию должника, приняв дополнительные меры к запросу, получению и анализу документации последнего, должен был быть осведомлен о совершении спорных сделок. 

В связи с чем, срок исковой давности по требованию о признании сделки должника недействительной следует исчислять с даты открытия конкурсного производства и утверждения конкурсного управляющего – 31.10.2018. 

Между тем, ФИО2 обратился первоначально в Советский районный суд г. Уфы Республики Башкортостан (поступило 02.12.2019), в последующим данный спор передан в арбитражный суд (поступило 18.02.2020), то есть за пределами годичного срока исковой давности с даты утверждения конкурсного управляющего должника.

Поскольку заявление об оспаривании сделки подано конкурсным управляющим более чем через 2,5 после открытия конкурсного производства, суд первой инстанции правомерно признал обоснованными доводы ответчика о пропуске годичного срока исковой давности для оспаривания сделки.

В пунктах 2, 3  постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм ГК РФ об исковой давности» разъяснено, что в случае нарушения прав физических лиц, не обладающих полной гражданской или гражданской процессуальной дееспособностью (например, малолетних детей, недееспособных граждан), срок исковой давности по требованию, связанному с таким нарушением, начинается со дня, когда об обстоятельствах, указанных в пункте 1 статьи 200 ГК РФ, узнал или должен был узнать любой из их законных представителей, в том числе орган опеки и попечительства.

В исключительных случаях, когда пропуск срока исковой давности имел место, например, ввиду явно ненадлежащего исполнения законными представителями таких лиц возложенных на них законодательством полномочий, пропущенный срок исковой давности может быть восстановлен по заявлению представляемого или другого уполномоченного лица в его интересах (статья 205 ГК РФ).

Если нарушение прав названных лиц совершено их законным представителем, срок исковой давности по требованиям к последнему, в том числе о взыскании убытков, исчисляется либо с момента, когда о таком нарушении узнал или должен был узнать иной законный представитель, действующий добросовестно, либо с момента, когда представляемому стало известно либо должно было стать известно о нарушении его прав и он стал способен осуществлять защиту нарушенного права в суде, то есть с момента возникновения или восстановления полной гражданской или гражданской процессуальной дееспособности (статья 21 ГК РФ, статья 37 Гражданского процессуального кодекса РФ).

Течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 ГК РФ). Изменение состава органов юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности.

Согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В силу разъяснений, данных в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43, истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). 

Следовательно, вывод о пропуске срока исковой давности является верным.

Доводы заявления не содержат обоснования выхода за пределы пороков подозрительности, установленных статьей 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, ссылки на злоупотребление правом подлежат отклонению.

Подлежат отклонению доводы о том, что конкурсному управляющему не было известно  о реальном исполнении трудового договора в натуре о начислении, выплате  и (или) задолженности по нему, на основании которого, в дальнейшем, 17.12.2018 ФИО4 получила судебный приказ и включена в реестр текущих платежей и реестр требований кредиторов должника. Документального подтверждения фактического принятия конкурсным управляющим мер к установлению данных обстоятельств в разумные сроки с момента получения информации о трудовых правоотношениях с ответчиком в деле не имеется (статьи 9, 65 АПК РФ). 

 Доводы о том, что ответчик уклоняется от передачи имущества (автомобиль по сделке, признанной недействительной), правового значения не имеют, поскольку не влияют на порядок исчисления сроков исковой давности по заявленному требованию (дополнительные соглашения к трудовому договору).

Следовательно, в удовлетворении требований отказано правомерно, оснований для отмены определения и удовлетворения жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 статьи 270 АПК РФ, не установлено.  

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в силу статьи 110 АПК РФ относятся на должника.

         Руководствуясь статьями 176, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 23.12.2020 по делу № А07-40937/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «СКЦ «Геопроммаркет» ФИО2    – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции. 

 

Председательствующий судья                                            Л.В. Забутырина 

 

Судьи                                                                          И.В. Калина       

 

                                                                                                    Е.А. Позднякова