г. Владимир

«27» сентября 2022 года                                              Дело № А11-1066/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 20.09.2022.

Полный текст постановления изготовлен 27.09.2022.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Гущиной А.М., 

судей Кастальской М.Н., Москвичевой Т.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Владимирской таможни на решение Арбитражного суда Владимирской области от 14.07.2022 по делу № А11–1066/2022, 

принятое по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Грайнер Пэкэджин» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании недействительным решения Владимирской таможни от 24.01.2022 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10103080/011119/0070574.

В судебном заседании приняли участие представители:

Владимирской таможни – ФИО2 по доверенности от 29.12.2021 №05-54/131 сроком действия до 31.12.2022; ФИО3 по доверенности от 10.01.2022 №05-54/146 сроком действия до 31.12.2022, специалист; ФИО4 по доверенности от 05.09.2022 №05-54/200 сроком действия до 31.12.2022, специалист;

общества с ограниченной ответственностью «Грайнер Пэкэджин» – ФИО5 по доверенности от 16.08.2021 Исх. №8 сроком действия до 31.12.2022.

Изучив материалы дела, выслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле, Первый арбитражный апелляционный суд установил следующее.

Обществом с ограниченной ответственностью «Грайнер Пэкэджин» (далее – Общество, декларант) в рамках внешнеторгового договора поставки от 27.03.2017 № 1105, заключенного с «GREINER PACKAGING SP. Z-О.О.», Польша, (поставщик), на территорию Евразийского экономического союза (далее - ЕАЭС) на условиях поставки FCA ввезен товар - контейнер (стакан) с этикеткой с надписью «Масло топленое 99% PRESIDENT», в количестве 126 600 штук.

Обществом 01.11.2019 во Владимирскую таможню (далее – Таможня, таможенный орган) подана декларация на товар (далее – ДТ) № 10103080/011 119/0070574, в которой указаны сведения о товаре: контейнер (стакан) с этикеткой с надписью «Масло топленое 99% PRESIDENT», производитель «GREINER PACKAGING SP. Z О.О.», количество 126 600 штук, цена товара 8 416,37 Евро.

Таможенная стоимость ввезенных товаров по ДТ №10103080/011119/0070574 определена декларантом по стоимости сделки с ввозимыми товарами в соответствии со статьей 39 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС) и заявлена в размере 667 912 руб. 21 коп. с учетом расходов по их перевозке (транспортировке) до места прибытия на таможенную территорию ЕАЭС.

Заявленная декларантом таможенная стоимость принята таможенным органом, произведен выпуск товара в соответствии с таможенной процедурой.

В соответствии со статьей 332 ТК ЕАЭС Таможней проведена камеральная таможенная проверка в отношении Общества по вопросу достоверности сведений, заявленных в таможенных декларациях и (или) содержащихся в документах, подтверждающих сведения, заявленные в таможенных декларациях, в том числе о включении в структуру таможенной стоимости лицензионных и иных платежей, результаты которой оформлены актом от 20.07.2021 № 10103000/210/200721/А000110/001.

По результатам проверки Таможней выявлены нарушения международных договоров и актов, составляющих право Евразийского экономического союза в сфере таможенного регулирования, и (или) законодательства Российской Федерации со стороны участника ВЭД - Общества, выразившееся в заявлении недостоверных сведений о таможенной стоимости товаров в части не включения в таможенную стоимость ввезенных товаров части лицензионных платежей (приходящихся на ввезенные товары), уплачиваемых Обществом за право использования товарного знака (номер международной регистрации 852036). В период до 01.04.2020 неисключительная лицензия на право пользования товарным знаком была предоставлена Обществом на основании лицензионного договора от 24.10.2005 № 1 (с учетом дополнительных соглашений), заключенного с правообладателем товарного знака.

Таможней 24.01.2022 принято решение о внесении изменении (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ 10103080/011119/0070574.

Таможенная стоимость товаров определена таможенным органом в размере 741 172 руб. 68 коп., исходя из цены сделки 599 176 руб. 53 коп., расходов по доставке в размере 126 668 руб. 72 коп. и лицензионных платежей в размере 15 327 руб. 43 коп. Указанным решением Обществу доначислены таможенные платежи.

Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным решения Таможни от 24.01.2022 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10103080/011119/0070574.

Решением от 14.07.2022 Арбитражный суд Владимирской области удовлетворил заявленное Обществом требование.

Таможня обратилась в арбитражный суд с апелляционной жалобой, в которой просила решение суда отменить.

Заявитель жалобы настаивает на том, что уплата лицензионных платежей по спорной ДТ относится к ввозимым товарам и предусмотрена положениями дополнительного соглашения от 23.04.2018 № 4 к лицензионному договору от 24.10.2022 № 1.

Таможня поясняет, что при наличии у таможенного органа информации об использовании товарного знака и отсутствии каких-либо пояснений со стороны Общества в соответствии с пунктом 2 статьи 315 ТК ЕАЭС база для исчисления подлежащих уплате таможенных пошлин, налогов, специальных антидемпинговых, компенсационных пошлин определяется на основании имеющихся у таможенного органа сведений.

Представители Таможни в судебном заседании поддержали доводы апелляционной жалобы.

Общество в отзыве на апелляционную жалобу просило апелляционную жалобу оставить без удовлетворения, решение суда первой инстанции – без изменения.

Представитель Общества в судебном заседании поддержал позицию, изложенную в отзыве на апелляционную жалобу.

Проверив обоснованность доводов, изложенных в апелляционной жалобе, отзыве на апелляционную жалобу, Первый арбитражный апелляционный суд считает, что обжалуемый судебный акт подлежит оставлению без изменения по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 2 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию Союза (далее в настоящей главе - ввозимые товары), определяется в соответствии с настоящей главой, если при ввозе на таможенную территорию Союза товары пересекли таможенную границу Союза и в отношении таких товаров впервые заявляется иная таможенная процедура, чем указанные в пункте 3 настоящей статьи.

Пунктами 10, 11 статьи 38 ТК ЕЭАС установлено, что таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

Процедуры определения таможенной стоимости товаров должны быть общеприменимыми, то есть не различаться в зависимости от источников поставки товаров, в том числе от происхождения товаров, вида товаров, участников сделки и других факторов.

В силу пункта 15 статьи 38 ТК ЕАЭС основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 настоящего Кодекса.

Пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС определено, что таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 ТК ЕАЭС.

Согласно пункту 3 статьи 39 ТК ЕАЭС, ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

Согласно пункту 7 части 1 статьи 40 ТК ЕАЭС при определении таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за эти товары, добавляются дополнительные начисления, в частности лицензионные и иные подобные платежи за использование объектов интеллектуальной собственности, включая роялти, платежи за патенты, товарные знаки, авторские права, которые относятся к ввозимым товарам и которые прямо или косвенно произвел или должен произвести покупатель в качестве условия продажи ввозимых товаров для вывоза на таможенную территорию Союза, в размере, не включенном в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за эти товары.

Аналогичные положения закреплены в статье 8 Соглашении по применению статьи VII Генерального соглашения по тарифам и торговле 1994 года.

В пункте 3 статьи 8 Соглашения определено, что добавления к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате, производятся согласно настоящей статье лишь на основе объективных и поддающихся количественному определению данных.

В Пояснительных примечаниях к пункту 3 статьи 8 Соглашения определено, что в случае отсутствия объективных и поддающихся количественному определению данных в отношении добавлений, требуемых согласно положениям статьи 8, цена сделки не может быть определена согласно положениям статьи 1. Например, роялти уплачено на основе цены при продаже в импортирующей стране литра определенного продукта, который был ввезен в килограммах и превращен в раствор после ввоза. Если роялти частично основано на импортируемых товарах, а частично - на других факторах, которые не имеют ничего общего с импортируемыми товарами (например, когда импортируемые товары смешиваются с отечественными ингредиентами и больше не могут быть раздельно идентифицированы или когда роялти не может быть выделено из специальных финансовых договоренностей между покупателем и продавцом), было бы неуместно пытаться производить добавление за роялти. Однако если сумма этого роялти основывается лишь на импортируемых товарах и легко поддается количественной оценке, то к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате, может быть произведено добавление.

На основании главы 5 ТК ЕАЭС, Соглашения по применению статьи VII Генерального соглашения по тарифам и торговле 1994 года, включая Пояснительные примечания к нему, а также Комментария 25.1 и Консультативных заключений Технического комитета по таможенной оценке Всемирной таможенной организации Коллегией Евразийской экономической комиссии разработано Положение о добавлении лицензионных и иных подобных платежей за использование объектов интеллектуальной собственности к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары (Рекомендации от 15.11.2016 № 20) (далее - Положение № 20), пунктом 7 которого предусмотрено, что в целях проверки выполнения условий, предусмотренных абзацем первым подпункта 7 пункта 1 статьи 40 Кодекса, и решения вопроса о том, подлежат ли лицензионные платежи добавлению к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, должны быть проанализированы условия лицензионного договора и внешнеэкономического договора (контракта), в соответствии с которым осуществляется продажа товаров для вывоза на таможенную территорию Союза, а также иные документы, имеющие отношение к продаже товаров и уплате лицензионных платежей.

В случае, когда лицензионные платежи не включены в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за ввозимые товары, и уплачиваются отдельно от счета на оплату оцениваемых (ввозимых) товаров, при решении вопроса о необходимости включения лицензионных платежей в таможенную стоимость этих товаров следует принимать во внимание следующие ключевые факторы: относятся ли лицензионные платежи к оцениваемым (ввозимым) товарам; является ли уплата лицензионных платежей условием продажи оцениваемых (ввозимых) товаров. При анализе указанных факторов необходимо учитывать, что под продажей оцениваемых (ввозимых) товаров понимается их продажа для вывоза на таможенную территорию Союза.

В соответствии с пунктом 8 указанного Положения при определении того, относятся ли лицензионные платежи к оцениваемым (ввозимым) товарам, ключевым вопросом является не то, как рассчитывается сумма лицензионных платежей, а то, почему они уплачиваются и что именно покупатель (лицензиат) получает в обмен на их уплату, а также то, какие права на использование рассматриваемого объекта интеллектуальной собственности предоставлены лицензиату в соответствии с лицензионным договором и каким образом предоставленные права используются лицензиатом.

Таким образом, одного того факта, что ввозимые товары содержат объект интеллектуальной собственности недостаточно для решения вопроса об отнесении уплачиваемых лицензионных платежей к ввозимым товарам.

Согласно пункту 9 Положения № 20 при определении того, является ли уплата лицензионных платежей условием продажи оцениваемых (ввозимых) товаров, основным критерием является отсутствие у покупателя (лицензиата) возможности приобрести оцениваемые (ввозимые) товары без уплаты лицензионных платежей. Об отсутствии у покупателя (лицензиата) возможности  приобрести  оцениваемые  (ввозимые)  товары  без  уплаты лицензионных платежей свидетельствует наличие во внешнеэкономическом договоре (контракте), в соответствии с которым товары продаются для вывоза на таможенную территорию Союза, указания на то, что покупатель должен уплатить лицензионные платежи в качестве условия такой продажи. Подобное указание является решающим при определении того, были ли лицензионные платежи уплачены в качестве условия продажи оцениваемых (ввозимых) товаров. Зависимость продажи оцениваемых (ввозимых) товаров от уплаты лицензионных платежей может иметь место и в случаях, когда внешнеэкономический договор (контракт), в соответствии с которым товары продаются для вывоза на таможенную территорию Союза, не содержит прямого указания об уплате лицензионных платежей как условия продажи оцениваемых (ввозимых) товаров, особенно когда правообладатель и продавец являются разными лицами. Во всех случаях решение о том, является ли уплата лицензионных платежей условием продажи оцениваемых (ввозимых) товаров, следует принимать с учетом анализа всех факторов и обстоятельств, сопутствующих продаже и ввозу этих товаров. В качестве таких факторов могут учитываться следующие: наличие во внешнеэкономическом договоре (контракте), в соответствии с которым оцениваемые (ввозимые) товары продаются для вывоза на таможенную территорию Союза, или в иных документах, связанных с продажей таких товаров, положений, касающихся уплаты лицензионных платежей; наличие в лицензионном договоре положений, касающихся продажи оцениваемых (ввозимых) товаров; наличие во внешнеэкономическом договоре (контракте), в соответствии с которым оцениваемые (ввозимые) товары продаются для вывоза на таможенную территорию Союза, и (или) в лицензионном договоре положения о возможности расторжения внешнеэкономического договора (контракта) в случае неуплаты покупателем (лицензиатом) правообладателю лицензионных платежей; наличие в лицензионном договоре условия, запрещающего производителю (продавцу) изготавливать и (или) продавать покупателю товары, созданные с использованием объектов интеллектуальной собственности правообладателя, в случае неуплаты последнему соответствующего вознаграждения; наличие в лицензионном договоре условия, позволяющего правообладателю осуществлять контроль за производством товаров или их продажей производителем (продавцом) покупателю (продажей товаров для вывоза на таможенную территорию Союза), который выходил бы за рамки контроля качества.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации.

Таким образом, использование товарного знака путем его размещения на реализуемых товарах и использование товарного знака путем его размещения на ввозимых на территорию России товарах являются самостоятельными формами использования товарного знака.

Судом первой инстанции по материалам дела установлено, что между Обществом - лицензиат и обществом «Рундпак АГ» - лицензиар, заключен лицензионный договор от 24.10.2005 № 1 (с учетом дополнительного соглашения от 23.03.2007 № 2).

По названному лицензионному договору Обществу предоставлена неисключительная лицензия на право пользования товарным знаком на территории Российской Федерации в отношении всех товаров 16, 20, 21 классов МКТУ, указанных в свидетельстве о международной регистрации № 852036.

Указанный договор зарегистрирован Федеральной службой по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам Российской Федерации 31.08.2006 № РД0011730.

В силу пункта 2.1 лицензионного договора за пользование товарным знаком лицензиат (Общество) выплачивает лицензиару лицензионное вознаграждение в виде: фиксированного платежа (в соответствии с пунктами 2.2, 2.3 настоящего договора); и роялти (в соответствии с пунктами 2.4, 2.5 настоящего договора). С учетом дополнительного соглашения к нему от 23.04.2018 № 4) роялти в размере 1,2% чистого оборота лицензиата плюс НДС 18%, подлежащий уплате в бюджет Российской Федерации, выплачивается ежеквартально в течение срока действия договора.

Пунктом 2.2 лицензионного договора установлено, что фиксированный платеж в размере 10000 долларов США производится ежегодно в течение первых 5 (пяти) лет с момента подписания настоящего договора, начиная с 2005 года.

Согласно пункту 2.4 лицензионного договора (размер роялти рассчитывается лицензиатом на последний день последнего месяца каждого календарного кварта на основании данных его бухгалтерской отчетности (форма № 2 строка 10 «выручка от реализации»).

В соответствии с пунктом 3.4 лицензионного договора лицензиат имеет право использовать товарный знак на изготавливаемой и/или импортируемой продукции, ее упаковке, в рекламе, сопроводительной и иной деловой документации, как отдельно, так и совместно со своим товарным знаком.

В силу пункта 4.2 лицензионного договора лицензиат гарантирует, что качество выпускаемых им товаров и оказываемых услуг будет не ниже качества соответствующих товаров и услуг лицензиара. Лицензиар обязуется осуществлять контроль за выполнением этого условия и оказывать лицензиату необходимую для этого техническую помощь.

За неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств по настоящему договору стороны несут имущественную ответственность в соответствии с действующими законодательством Российской Федерации и условиями настоящего договора (пункт 5.1 лицензионного договора).

Согласно пункту 5.2 лицензионного договора лицензиат несет ответственность за несвоевременную и неполную выплату лицензионного вознаграждения по настоящему договору.

В случае задержки оплаты лицензиат уплачивает лицензиару пеню в размере 0,1 процентов от неоплаченной суммы за каждый день просрочки, но не более 10 процентов от общей суммы.

Соглашением от 31.03.2020 между Грайнер ФИО6, Австрия, (лицензиар) и Обществом (лицензиат) лицензионный договор от 24.10.2005 № 1 расторгнут.

Задекларированный по спорной ДТ товар ввезен Обществом в рамках договора поставки от 27.03.2017 № 1105, заключенного с фирмой «GREINER PACKAGING SP. Z.О.О.», Польша (продавец).

В силу пункта 01 данного договора продавец продает, а покупатель покупает согласно положению ИНКОТЕРМС полимерную упаковку из ПС и ПП, далее именуемую товар, в количестве не более 30 млн. штук на сумму не более 2 000 000 Евро.

Производитель – «GREINER PACKAGING SP. Z X)» (пункт 02 указанного договора поставки).

В силу пункта 05 названного договора условия поставки согласовываются продавцом и покупателем отдельно для каждой партии товара и указываются в спецификации и инвойсе на каждую поставку отдельной партии. Датой поставки считается дата таможенной очистки товара.

Условия оплаты - в течение 60 дней с даты поставки товара (пункт 06 договора от 27.03.2017 № 1105).

В соответствии с пунктом 11 договора от 27.03.2017 № 1105 он вступает в силу после подписания обеими сторонами. Изменения и дополнения к этому договору будут действенны только тогда, когда они буду подготовлены в письменной форме и подписаны обеими сторонами.

Согласно пункту 12 названного договора  срок его действия: 01.02.2017 - 31.12.2018. Предусмотрена неоднократная пролонгация договора.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к обоснованным выводам о том, что в договоре поставки от 27.03.2017 № 1105 отсутствуют какие-либо указания на то, что покупатель должен уплатить лицензионные платежи в качестве условия продажи (ввоза товара на территорию Российской Федерации).

Отсутствуют такие условия и в лицензионном договоре от 24.10.2005 № 1.

В договоре поставки от 23.07.2017 № 1105 и лицензионном договоре от 24.10.2005 № 1 отсутствуют положения о возможности их расторжения в случае неуплаты лицензионных платежей.

В лицензионном договоре от 24.10.2005 № 1 отсутствуют какие-либо условия, запрещающие Обществу изготавливать и (или) продавать товары, маркированные товарным знаком, в случае неуплаты соответствующего вознаграждения, а также отсутствуют условия, позволяющие лицензиару контролировать производство товара или их продажу. Предусмотрен контроль только за качеством товара, иных условий контроля не предусмотрено. То есть в лицензионном договоре факт уплаты лицензионных платежей никак не связан с фактом приобретения товаров.

Более того, обязанность оплаты лицензионных платежей возникает у Общества не при поставке (ввозе) товаров в рамках заключенных договоров поставки, а только по факту получения выручки (пункт 2.2 лицензионного договора в редакции дополнительного соглашения от 23.04.2018 № 4).

Доказательства того, что Общество без уплаты лицензионных платежей не имеет возможности приобрести (ввезти) товары материалы дела не содержат.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно посчитал, что в рассматриваемой ситуации уплата лицензионных платежей не связана с ввозом товаров на территорию Российской Федерации, кроме того, уплата таких платежей не является и условием продажи ввозимых товаров, а, следовательно, такие платежи не подлежат включению в таможенную стоимость ввозимых товаров.

При этом, в силу пункта 3.4 лицензионного договора от 24.10.2005 № 1 Общество имеет право использовать товарный знак на изготовляемой и/или импортируемой продукции, ее упаковке, в рекламе, сопроводительной и иной деловой документации. Лицензионное вознаграждение за пользование товарным знаком составляет 1,2% от чистого оборота Общества (пункт 2.2 лицензионного договора в редакции дополнительного соглашения от 23.04.2018 № 4).

То есть роялти в размере 1,2% от выручки лицензиата, полученной от реализации товара, маркированного товарным знаком, не может в полном объеме относится к товарам, поскольку включает в себя, в том числе, вознаграждение за использование товарного знака в рекламе, сопроводительной и деловой документации.

Необходимо также отметить, что в материалах дела отсутствуют безусловные, достаточные и достоверные доказательства того, что товары, ввезенные по ДТ № 10103080/0111 19/0070574, промаркированы товарным знаком № 852036.

Как установлено судом первой инстанции по материалам дела, к ДТ № 10103080/0111 19/0070574 Обществом, в том числе, был приложен чертеж декларируемого товара -контейнер (стакан) светло-желтого цвета, 400 мл, из полипропилена с самоклеющейся напечатанной этикеткой с надписью «Масло топленое 99% PRESIDENT».

Из представленного чертежу усматривается наличие слова «greiner» на донышке стакана, изображение товарного знака № 85036 отсутствует.

В акте таможенной проверки наличие такого знака на чертеже стакана полипропиленового установлено Таможней в отношении товара, задекларированного по иной ДТ - № 10131010/240221/0107838.

Обозначение «greiner packaging» также является охраняемым товарным знаком, номер международной регистрации 852037. Лицензионный договор на право пользования данным товарным знаком Общества не заключался, уплата лицензионных платежей за использование данного товара знака не производится.

Ссылка таможенного органа на исследование образцов ввозимой продукции и установление наличия на образцах товарного знака № 85036 признана судом несостоятельной.

Согласно видеозаписи, приобщенной к материалам дела, таможенным органом не исследовался товар, задекларированный по спорной ДТ. Таможенным органом выборочно осмотрены образцы продукции без их привязки к конкретной поставке (к конкретному договору и ДТ). 

Таким образом, материалами таможенной проверки не подтверждается, что товары, ввезенные по ДТ № 10103080/0111 19/0070574, были маркированы товарным знаком № 85036.

Исследовав материалы дела в совокупности и взаимосвязи, проанализировав условия заключенных Обществом договоров, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что уплата лицензионных платежей не связана с ввозом товаров на территорию Российской Федерации, уплата таких платежей не являлась условием продажи ввозимых товаров (условиями договора поставки не предусмотрена оплата лицензионных платежей при продаже контрагентом товаров в адрес Общества), а, следовательно, такие платежи не подлежали включению в таможенную стоимость ввозимых товаров.

В рассматриваемом деле уплата Обществом лицензионных платежей является условием отдельного лицензионного соглашения, не связанного с обязательствами Общества по договору поставки от 23.07.2017 № 1105. Уплата Обществом этих платежей не влияет на возникновение, изменение или прекращение обязательств продавца и покупателя по договору поставки от 23.07.2017 № 1105. В этих условиях само по себе наличие лицензионного соглашения не является основанием для включения лицензионных платежей в таможенную стоимость ввезенных товаров.

Принимая во внимание положения подпункта 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС, только при наличии всех указанных в данной норме условий возникает обязанность покупателя (импортера) добавлять стоимость вознаграждения лицензионных платежей к стоимости товара при его декларировании. В отсутствие хотя бы одного из условий покупатель (импортер) не имеет оснований для увеличения стоимости товара.

Суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что таможенный орган не доказал наличие законных оснований для включения Обществом размера лицензионных платежей в цену товара.

Ссылка заявителя апелляционной жалобы на статью 315 ТК ЕАЭС подлежит отклонению.

   Статьей 315 ТК ЕАЭС регламентированы особенности исчисления таможенных пошлин, налогов, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин в случае, если таможенному органу при проведении таможенного контроля после выпуска товаров не представлены документы, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации.

   Так, в части 1 названной статьи предусмотрено, что по результатам проведения таможенного контроля после выпуска товаров в форме, предусмотренной статьей 326 или статьей 331 настоящего Кодекса, таможенный орган исчисляет таможенные пошлины, налоги, специальные, антидемпинговые, компенсационные пошлины в соответствии с настоящей статьей, если таможенному органу:

1) не представлен ни один из документов, сведения о которых указаны в таможенной декларации, запрошенных (истребованных) таможенным органом для проверки заявленных в таможенной декларации сведений, влияющих на размер уплаченных таможенных пошлин, налогов, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин;

2) представлены документы, сведения о которых указаны в таможенной декларации, запрошенные (истребованные) таможенным органом для проверки заявленных в таможенной декларации сведений, влияющих на размер уплаченных таможенных пошлин, налогов, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин, но такие документы не подтверждают проверяемые сведения.

  Между тем, материалы настоящего дела не свидетельствуют о том, что Обществом не представлены какие-либо документы для проверки заявленных в таможенной декларации сведений, влияющих на размер уплаченных таможенных пошлин, запрошенные Таможней по конкретному требованию.

 Напротив, Таможней в порядке статьи 322 ТК ЕАЭС от декларанта 20.07.2021 получены объяснения. На видеозаписи зафиксированы пояснения Общества относительно уплаты лицензионных платежей в процентном отношении от выручки Общества в целом, а не в отношении выручки, полученных от реализации товаров, маркированных товарным знаком, о том, что ведение учета не предусмотрено условиями лицензионного договора. 

Изложенные пояснения Общество расценивает как ответы на вопросы 7-9, заданные Таможней при получении объяснений декларанта. 

Дополнительных требований о представлении документов Таможней в адрес Общества не направлялось.

 В этой связи оснований для применения положений статьи 315 ТК ЕАЭС у таможенного органа не имелось.

 Суд первой инстанции правомерно удовлетворил заявленное Обществом требование.

 Суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы Таможни по приведенным в ней доводам.

 Доводы апелляционной жалобы подлежат отклонению как противоречащие установленным по делу обстоятельствам.

 Арбитражный суд Владимирской области полно и всесторонне выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда соответствуют обстоятельствам дела, нормы материального права применены правильно. 

  Нарушений норм процессуального права, являющихся  в силу  части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Таможня от уплаты государственной пошлины освобождена.

Руководствуясь статьями 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Владимирской области от 14.07.2022 по делу                № А11–1066/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу Владимирской таможни – без удовлетворения.

Постановление

 вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в двухмесячный срок со дня принятия.

Председательствующий судья                    А.М. Гущина

Судьи                                                                                  М.Н. Кастальская

                                                                                             Т.В. Москвичева