ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИе

Дело №А08-2257/2020

г. Воронеж

10 марта 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 05 марта 2021 года

Постановление в полном объеме изготовлено 10 марта 2021 года

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи

Письменного С.И.,

судей

Афониной Н.П.,

ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО2,

при участии:

от общества с ограниченной ответственностью проектно-строительная фирма «Стальконструкция»: ФИО3, представитель по доверенности от 28.10.2020;

от общества с ограниченной ответственностью «Проектно-строительная компания «БелЭнергоСтрой»: Нелепа А.В., представитель по доверенности от 28.10.2020;

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью проектно-строительная фирма «Стальконструкция» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) на решение Арбитражного суда Белгородской области от 20.10.2020 по делу №А08-2257/2020 по иску общества с ограниченной ответственностью проектно-строительная фирма «Стальконструкция» к обществу с ограниченной ответственностью «Проектно-строительная компания «БелЭнергоСтрой» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о взыскании задолженности в сумме 3 882 571 руб. 10 коп. и встречному иску общества с ограниченной ответственностью «Проектно-строительная компания «БелЭнергоСтрой» к обществу с ограниченной ответственностью проектно-строительная фирма «Стальконструкция» о взыскании неустойки в размере 3 882 571 руб. 81 коп.,

установил:

общество с ограниченной ответственностью проектно-строительная фирма «Стальконструкция» (далее – ООО ПСФ «Стальконструкция», истец) обратилось в Арбитражный суд Белгородской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Проектно-строительная компания «БелЭнергоСтрой» (далее – ООО «ПСК «БелЭнергоСтрой», ответчик) о взыскании 3 882 571,10 руб. задолженности по возврату гарантийного платежа по договору подряда №02/0037 от 29.04.2016.

Определением от 19.05.2020 для совместного рассмотрения с первоначальным иском принято встречное исковое заявление ООО «ПСК «БелЭнергоСтрой» к ООО ПСФ «Стальконструкция» о взыскании неустойки в размере 3 882 571,081 руб.

Решением Арбитражного суда Белгородской области от 20.10.2020 по делу №А08-2257/2020 в удовлетворении первоначального иска отказано, встречные исковые требования удовлетворены в полном объеме.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО ПСФ «Стальконструкция» обратилось в суд апелляционной инстанции с жалобой, в которой просило решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении первоначального иска в полном объеме и отказе в удовлетворении встречного иска. Заявитель жалобы полагает, что содержание пункта 17.1 договора не позволяет считать гарантийный срок установленным. Также заявитель отмечает, что в силу положений пункта 19.11 договора возможность реализации права на взыскание неустойки поставлена в зависимость от совершения стороной юридически значимого действия в виде направления уведомления, однако заказчик своевременно не обращался с требованием о выплате неустойке. Кроме того, как указывает заявитель, расчет неустойки произведен исходя из общей стоимости всех работ по договору.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ООО ПСФ «Стальконструкция» поддержал доводы апелляционной жалобы, считая обжалуемое решение незаконным и необоснованным, просил суд его отменить.

Представитель ООО «ПСК «БелЭнергоСтрой» в судебном заседании и в отзыве возражал против доводов апелляционной жалобы, считая решение суда первой инстанции законным, обоснованным и не подлежащим отмене, а доводы апелляционной жалобы несостоятельными, просил обжалуемое решение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Арбитражный суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело в порядке статей 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), исследовав имеющиеся доказательства, оценив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, заслушав объяснения представителей сторон, считает необходимым решение арбитражного суда области отменить в части отказа в удовлетворении первоначального иска и изменить в части удовлетворения встречного иска.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 29.04.2016 между ООО ПСФ «Стальконструкция» (подрядчик) и ООО «ПСК «БелЭнергоСтрой» (заказчик) заключен договор подряда №02/0037 (далее – договор), согласно которому подрядчик принял на себя обязательства выполнить строительно-монтажные работы по монтажу несущих стальных конструкций фасада, покрытия над фойе и трибунами в рамках реализации проекта «Строительство стадиона на 45 000 зрительских мест, 

<

...> передать их результат заказчику, а последний обязался принять выполненные подрядчиком работы и оплатить их в порядке и сроки, предусмотренные договором.

Пунктом 4.1.3 договора определено, что окончательный расчет за выполненные работы в размере 5% от цены договора, что является выплатой гарантийного удержания, производится в следующем порядке: сумма гарантийного удержания выплачивается подрядчику в течение 45 календарных дней после истечения гарантийного срока, указанного в пункте 17.1 договора, либо в течение пяти рабочих дней, следующих за датой предоставления подрядчиком банковской гарантии (по форме приложения №10) на сумму гарантийного удержания в соответствии с пунктом 16.1.1 договора либо иного дополнительно согласованного сторонами документа, обеспечивающего исполнения гарантийных обязательств по договору.

Согласно пункту 17.1 договора, гарантийный срок на выполненные по договору работы прекращается по истечении 24 месяцев с даты подписания государственным заказчиком акта приемки законченного строительства объекта (форма КС-2,3) по государственному контракту, на материалы распространяется гарантия завода-изготовителя.

Из представленных в материалы дела актов ф.КС-2: №1 от 15.06.2016, №2 от 15.07.2016, №3 от 15.08.2016, №4 от 20.09.2016, №5 от 15.11.2016, №6 от 15.04.2017, №7 от 30.04.2017, №8 от 01.08.2017, №9 от 01.08.2017 и справок ф.КС-3: №1 от 15.06.2016, №2 от 15.07.2016, №3 от 15.08.2016, №4 от 20.09.2016, №5 от 15.11.2016, №6 от 15.04.2017, №7 от 30.04.2017, №8 от 01.08.2017, №9 от 01.08.2017 следует, что истцом в рамках исполнения договора выполнены работы на общую сумму 77 651 421,63 руб.

Указав на выполнение предусмотренных договором работ, истечение гарантийных сроков и невыполнением ответчиком обязательств по возврату гарантийного платежа, предусмотренного пунктом 17.1 договора, подрядчик направил заказчику претензию от 11.11.2019 №1573.

Неисполнение в добровольном порядке требований претензии послужило основанием для обращения ООО ПСФ «Стальконструкция» в арбитражный суд с настоящим иском.

В свою очередь, ссылаясь на ненадлежащее исполнение предусмотренных договором обязательств, ООО «ПСК «БелЭнергоСтрой» заявило встречные исковые требования о взыскании неустойки.

Рассматривая спор по существу, суд первой инстанции правомерно исходил из того, что правоотношения сторон сложились в рамках исполнения договора подряда, правовое регулирование которого определено главой 37 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

В соответствии со статьей 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Из статьи 711 ГК РФ следует, что если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно.

В силу статьи 740 ГК РФ по договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену. Договор строительного подряда заключается на строительство или реконструкцию предприятия, здания (в том числе жилого дома), сооружения или иного объекта, а также на выполнение монтажных, пусконаладочных и иных неразрывно связанных со строящимся объектом работ. Правила о договоре строительного подряда применяются также к работам по капитальному ремонту зданий и сооружений, если иное не предусмотрено договором.

На основании пункта 4 статьи 753 ГК РФ сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами. При отказе одной из сторон от подписания акта в нем делается отметка об этом и акт подписывается другой стороной. Односторонний акт сдачи или приемки результата работ может быть признан судом недействительным лишь в случае, если мотивы отказа от подписания акта признаны им обоснованными.

Факт выполнения истцом работ на общую сумму 77 651 421,63 руб. подтверждается материалами дела и ответчиком не оспаривается.

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик ссылался на то, что денежные средства в размере 3 882 571,10 руб. (5%) удержаны им в счет обеспечения исполнения договора на основании положений пункта 4.1.3 договора. Как указал ответчик, оснований для возвращения истцу удержанных в обеспечение исполнения обязательств по договору сумм не имеется, поскольку акт окончательной сдачи-приемки выполненных работ не подписан.

Срок возврата гарантийного удержания согласован сторонами в пунктах 4.1.3 и 17.1 договора с учетом их взаимосвязи и совокупности фактически привязан к истечению гарантийного срока, продолжительность которого закреплена в пункте 17.1 договора.

В силу пункта 17.1 договора гарантийный срок на выполненные по договору работы устанавливается с даты подписания сторонами акта окончательной сдачи-приемки выполненных работ по договору и прекращается по истечении 24 месяцев с даты подписания государственным заказчиком акта приемки законченного строительства объекта (форма КС-2,3) по государственному контракту, на материалы распространяется гарантия завода-изготовителя.

Согласно пункту 1.4 договора, акт приёмки законченного строительством объекта (форма №КС-11) – подписанный представителями государственного заказчика, заказчика и членами приёмочной комиссии документ приёмки законченного строительством объекта при его полной готовности, согласно утверждённой в производство работ рабочей документации и условиям государственного контракта по форме, соответствующей требованиям законодательства Российской Федерации, технических регламентов, документов в области стандартизации, а также положениям действующих в Российской Федерации нормативных документов и правил.

Настаивая на удовлетворении исковых требований, истец заявляет о том, что срок оплаты суммы гарантийного платежа определен в договоре с нарушением действующего законодательства, а именно: статьи 190 ГК РФ, и, как следствие, срок исполнения обязанности по возврату гарантийного удержания, который в договоре определен как по истечении 24 месяцев с даты подписания государственным заказчиком акта приемки законченного строительством объекта (форма КС-2,3) по государственному контракту является несогласованным сторонами.

Статьей 190 ГК РФ предусмотрено, что по общему правилу установленный законом, иными правовыми актами, сделкой или назначаемый судом срок определяется календарной датой или истечением периода времени, который исчисляется годами, месяцами, неделями, днями или часами. Срок может определяться также указанием на событие, которое должно неизбежно наступить.

Вместе с тем, согласно пункту 1 статьи 314 ГК РФ исчисление срока исполнения обязательства допускается, в том числе с момента исполнения обязанностей другой стороной или наступления иных обстоятельств, предусмотренных законом или договором.

Подобным же образом, в силу статьи 327.1 ГК РФ, исполнение обязанностей, а равно и осуществление, изменение и прекращение определенных прав по договорному обязательству, может быть обусловлено совершением или не совершением одной из сторон обязательства определенных действий либо наступлением иных обстоятельств, предусмотренных договором, в том числе полностью зависящих от воли одной из сторон.

В рамках заключенного договора стороны, отступив от диспозитивных положений статьи 711 ГК РФ, согласовали условие, отличное от закрепленного в ней в качестве общего правила, согласовав, что срок возникновения у генподрядчика обязательства по оплате 5% стоимости выполненных работ возникает в течение 45 банковских дней после истечения гарантийного срока, который, в свою очередь, прекращается по истечении 24 месяцев с даты подписания государственным заказчиком акта приемки законченного строительства объекта (форма КС-2,3) по государственному контракту.

Таким образом, доводы ответчика о том, что исполнение обязанностей, а равно и осуществление, изменение и прекращение определенных прав по договорному обязательству, не может быть обусловлено совершением одной из сторон обязательства определенных действий либо наступлением иных обстоятельств, предусмотренных договором, в том числе полностью зависящих от воли одной из сторон, основаны на неверном толковании норм действующего законодательства.

Как разъяснено в пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 №49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ, другими положениями ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 ГК РФ).

При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела. Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ).

Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование). Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Рассматривая спор по существу, суд области посчитал, что исходя из буквального толкования положений 4.1.3 и 17.1 договора с учетом их взаимосвязи с пунктом 1.4 договора, гарантийный срок на выполненные работы устанавливается с даты подписания акта окончательной сдачи-приемки выполненных работ по договору. 

Акт окончательной сдачи-приемки выполненных работ по договору между сторонами не подписан, однако, сторонами не оспаривается, что работы по договору выполнены в полном объеме 01.08.2017, что подтверждается последним актом КС-2, подписанным в рамках договора. 

Исходя из буквального толкования данного условия в порядке статьи 431 ГК РФ по правилам орфографии русского языка и условий пунктов 4.1.3, 17.1 суд области посчитал, что момент начала гарантийного срока определен 01.08.2017, момент окончания гарантийного срока наступает по истечении 24 месяцев с даты подписания государственным заказчиком акта приемки законченного строительством объекта (форма КС-2,3). Как указал суд, в договоре, очевидно, допущена опечатка в указании фразы «форма КС-2,3», поскольку согласно пункту 1.4 договора, акт приёмки законченного строительством объекта (форма №КС-11) – это подписанный представителями государственного заказчика, заказчика и членами приёмочной комиссии документ приёмки законченного строительством объекта при его полной готовности. 

Как подтверждается материалами дела, акт КС-11 подписан генеральным заказчиком ФГПУ «Спорт-Ин» 16.10.2019. Возражений по акту КС-11 от 16.10.2019 ответчиком не представлено, о фальсификации не заявлено. Более раннего акта КС-11 в материалах дела не имеется. 

С учетом положений пункта 17.1 договора, суд области пришел к выводу о том, что гарантийный срок на выполненные подрядчиком работы истекает по истечении 24 месяцев с момента подписания акта приёмки законченного строительством объекта, т.е. 16.10.2021.

Между тем, судом первой инстанции не было принято во внимание следующее.

В силу пункта 5 статьи 724 ГК РФ, если иное не предусмотрено договором подряда, гарантийный срок начинает течь с момента, когда результат выполненной работы был принят или должен был быть принят заказчиком.

Действительно, указанный выше акт подписан 16.10.2019, вместе с тем неподписание до указанной даты генеральным заказчиком акта ф.КС-11 в данном случае нельзя рассматривать как отсутствие возникновения гарантийных обязательств, поскольку фактическое выполнение работ в полном объеме, предусмотренном договором, подтверждается подписанными сторонами актами о приемке выполненных работ КС-2 и справками КС-3.

До подписания генеральным заказчиком акта КС-11, но при наличии актов КС-2, подтверждающих объем выполненных работ, создается ситуация, когда фактически исполненное истцом в полном объеме обязательство не является таковым по смыслу положений вышеуказанных пунктов договора, что создает неопределенность в части выполнения сторонами встречных обязательств (например, оплата выполненных работ, гарантийные обязательств и др.), как остается неопределенным и статус объекта подрядных работ, что противоречит существу подрядных работ. 

Суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что подписание 16.10.2019 генеральным заказчиком ФГУП «Спорт-Ин» итогового акта КС-11 произошло по истечении более двух лет с даты подписания сторонами последнего акта КС-2 от 01.08.2017.

С учетом даты подписания сторонами итогового акта приемки выполненных работ, предусмотренные договором гарантийные сроки на момент рассмотрения дела истекли. Отсутствие в рассматриваемом случае отсутствие подписанных заказчиком по государственному контракту итоговых актов не может служить основанием для дальнейшего удержания ответчиком гарантийных сумм с учетом истечения гарантийных сроков с момента фактической сдачи работ истцом.

Исходя из изложенного довод заказчика о том, что обязательство по возврату истцу гарантийного удержания не наступило, нельзя признать состоятельным.

Также апелляционным судом принято во внимание следующее.

Из материалов дела следует, что договор №02/0037 от 29.04.2016 заключен сторонами во исполнение договора подряда №ЧИМ-283/16 от 26.04.2016, подрядчиком по которому выступает ООО «ПСК «БелЭнергоСтрой», а заказчиком – ООО «СПК-Чимолаи». Данный договор, в свою очередь, заключен во исполнение государственного контракта №25-11-01 от 25.11.0214, заключенного между Министерством спорта Российской Федерации и ОАО «Стройтрансгаз» в рамках реализации проекта «Строительство стадиона на 45 000 зрительских мест, 

<

...>».

При этом, в договоре №ЧИМ-283/16 от 26.04.2016 содержатся аналогичные условия в части порядка и условий оплаты гарантийного удержания. Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Челябинской области от 05.08.2020 по делу №А76-3322/2020 были удовлетворены исковые требования ООО «ПСК «БелЭнергоСтрой» о взыскании с ООО «СПК-Чимолаи» задолженности по оплате гарантийного удержания по договору подряда №ЧИМ-283/16 от 26.04.2016. Названным решением установлено наличие действий ООО «ПСК «БелЭнергоСтрой» по передаче результатов работ и оформляющих их документов ООО «СПК-Чимолаи».

Гражданское законодательство основывается на необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, а также добросовестности участников гражданских правоотношений при осуществлении гражданских прав и исполнении гражданских обязанностей. Закон запрещает кому-либо извлечение преимущества из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии с пунктом 3 статьи 307 ГК РФ при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В соответствии с пунктом 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Таким образом, добросовестное поведение характеризуется постоянством и непротиворечивостью, а также соответствием предъявляемых к такому поведению требованиям закона и договора.

Толкование понятия добросовестности дано в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума №25). Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Совокупность действий ответчика свидетельствует о таком его поведении, которое не относится к постоянному и последовательному поведению в обороте, что, в свою очередь, не может характеризоваться как поведение, подлежащее правовой защите по инициативе суда. Более того, выбор способа защиты судом расценивается как исключительное право стороны, от которого зависит оценка процессуальной добросовестности и желание реализации процессуальных прав.

Лица, желающие воспользоваться механизмами правовой защиты в государственном суде, должны вести себя по отношению к суду открыто и честно, в том числе раскрывая запрашиваемую судом информацию.

Уклонение от подобной модели поведения не может не порождать сомнений в добросовестности и законности намерений участников процесса, в связи с чем предоставляют суду, в том числе возможность применения соответствующих правовых последствий (эстоппель, невозможность предоставления стороне защиты в большем объеме, чем последней заявлено, переквалификации правового основания требований и возражений, отказ в защите права и др.).

В соответствии с пунктом 1 Постановления Пленума №25, если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

С учетом изложенного, а также того, что судом установлены фактические обстоятельства наступления со стороны заказчика денежного обязательства по оплате подрядчику выполненных работ, у ответчика отсутствуют основания для не оплаты истцу суммы гарантийного удержания.

При указанных обстоятельствах исковые требования о взыскании суммы основного долга в размере 3 882 571,10 руб. заявлены правомерно и подлежали удовлетворению.

По встречному иску заказчиком заявлены требования о взыскании неустойки в сумме 3 882 571,081 руб.

Согласно расчету неустойки, представленному ответчиком, общий размер пени (штрафов) за неисполнение и/или ненадлежащее исполнение подрядчиком своих обязательств составляет 99 075 052,42 руб., из которых: за нарушение подрядчиком срока завершения работ по договору - 11 337 723,83 руб.; за нарушение промежуточных сроков выполнения работ - 11 337 723,83 руб.; за нарушение срока окончания выполнения работ по договору, установленного пунктом 5.1 договора, более чем на 30 календарных дней - 441 500,15 руб.; за несвоевременное представление документов, установленных пунктом 13.1 договора, - 3 400 000 руб.; за нарушение срока передачи заказчику комплектной исполнительной документации - 11 337 723,83 руб.; за нарушение сроков и условий, предусмотренных пунктами 5.4, 7.1.6, 7.1.6.1 договора, по предоставлению/актуализации «Планового календарно-сетевого графика» выполнения работ - 61 220 380,81 руб.

При этом ответчик учел максимальное ограничение пени в 5% от цены договора (пункт 19.13 договора), ввиду чего размер неустойки, заявленной к взысканию, составил 3 882 571,081 руб. (0,05×77 651 421,63 руб.).

Удовлетворяя встречные исковые требования заказчика к подрядчику в полном объеме, суд исходил из того, что максимальное ограничение размера пени в 5 процентов от цены договора достигается уже по первому из представленных в расчете оснований (нарушение срока завершения работ). 

При этом суд области отклонил доводы ООО ПСФ «Стальконструкция» о том, что ООО «ПСК «БелЭнергоСтрой» при начислении неустойки применяет несколько мер ответственности за одно нарушение. Как указал суд, основанием для начисления пени по каждому из обязательств, приведенных в расчете, является конкретный пункт договора (пункты 19.4.1, 19.4.3, 19.4.4, 19.4.2, 19.4.5, 19.5.1).

Между тем, при проверке обоснованности заявленных ООО «ПСК «БелЭнергоСтрой» встречных исковых требований и произведенных им расчетов, судом апелляционной инстанции были выявлены ошибки при исчислении пени, а также установлено, что основания для взыскания с ООО ПСФ «Стальконструкция» части начисленных неустоек отсутствовали.

Так, ООО «ПСК «БелЭнергоСтрой» начислило ООО ПСФ «Стальконструкция» пени за нарушение сроков выполнения работ. Из представленных в материалы дела расчетов следует, что сумма неустойки была пересчитана истцом с 11 337 723,83 руб. до 1 653 391,24 руб. (с учетом применения срока исковой давности). Между тем, об уточнении исковых требований ООО «ПСК «БелЭнергоСтрой» не заявляло, отмечая, что общая сумма начисленных неустоек превышает максимальное ограничение размера пени в 5% от цены договора.

В силу статей 329, 330 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой (штрафом, пеней), т.е. определенной законом или договором денежной суммой, которую должник должен уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Согласно пункту 19.3 договора в случае просрочки исполнения подрядчиком обязательств, предусмотренных договором, а также в иных случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения подрядчиком обязательств, предусмотренных договором, заказчик вправе потребовать уплаты неустоек (штрафов пеней).

В соответствии с пунктом 19.3.1 договора пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения подрядчиком обязательства, предусмотренного договором, и устанавливается в размере одной трехсотой действующей на дату уплаты пени ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации от цены договора, уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных договором и фактически исполненных подрядчиком, и определяется по формуле:

П=(Ц-В)×С, где:

Ц - цена контракта;

В - стоимость фактически исполненного в установленный срок поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательства по контракту, определяемая на основании документа о приемке товаров, результатов выполнения работ, оказания услуг, в том числе отдельных этапов исполнения контрактов;

С - размер ставки.

Размер ставки определяется по формуле:

С=СЦБ×ДП, где:

СЦБ - размер ставки рефинансирования, установленной Центральным банком Российской Федерации на дату уплаты пени, определяемый с учётом коэффициента К;

ДП - количество дней просрочки.

Коэффициент К определяется по формуле:

К=ДП/ДК×100%, где:

ДП - количество дней просрочки;

ДК - срок исполнения обязательства по контракту (количество дней).

При К, равном 0 - 50 процентам, размер ставки определяется за каждый день просрочки и принимается равным 0,01 ставки рефинансирования, установленной Центральным банком Российской Федерации на дату уплаты пени.

При К, равном 50 - 100 процентам, размер ставки определяется за каждый день просрочки и принимается равным 0,02 ставки рефинансирования, установленной Центральным банком Российской Федерации на дату уплаты пени.

При К, равном 100 процентам и более, размер ставки определяется за каждый день просрочки и принимается равным 0,03 ставки рефинансирования, установленной Центральным банком Российской Федерации на дату уплаты пени.

Срок начала и окончания работ закреплен в пункте 5.1 договора, согласно которому работы должны быть полностью завершены 31.12.2016.

В силу пункта 4 статьи 753 ГК РФ сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами.

Как подтверждается имеющимися в материалах дела актами приемки выполненных работ КС-2 и справками о стоимости выполненных работ и затрат КС-3, работы по договору были завершены 01.08.2017, что сторонами не оспаривается.

Доводы подрядчика о позднем подписании актов КС-2, справок КС-3 и передаче исполнительной документации по причине бухгалтерских разногласий были отклонены судом, поскольку доказательств более раннего завершения отраженных в названных актах работ в материалы дела не представлено.

Последние акт сдачи-приемки выполненных работ по договору (по форме КС-2) и справка о стоимости выполненных работ и затрат (по форме КС-3) были подписаны 01.08.2017 (КС-2 №9 от 01.08.2017 и КС-3 №9 от 01.08.2017), именно с этой даты работы считаются переданными заказчику.

Таким образом, просрочка выполнения работ по договору составила 214 календарных дней (01.01.2017 – 01.08.2017).

В отзыве на встречное исковое заявление заявлено о пропуске срока исковой давности.

Согласно статье 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности устанавливается в три года.

В соответствии со статьей 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – Постановление Пленума №43) содержатся разъяснения о том, что срок исковой давности по требованию о взыскании неустойки (статья 330 ГК РФ) или процентов, подлежащих уплате по правилам статьи 395 ГК РФ, исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу, определяемому применительно к каждому дню просрочки.

Таким образом, неустойка подлежит взысканию с момента нарушения исполнения основного обязательства до момента его исполнения за период в пределах трех лет, предшествующих дате предъявления иска о взыскании неустойки. За период, который входит в трехлетний срок, предшествующий дате предъявления иска о взыскании неустойки, срок исковой давности нельзя признать истекшим (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.01.2013 №10690/12).

Указанный вывод также согласуется с правовой позицией, изложенной в постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10.02.2009 №11778/08, от 21.12.2010 №11236/10, от 05.03.2013 №13374/12, определении Верховного Суда Российской Федерации от 10.11.2016 №309-ЭС16-9411.

Довод истца о том, что вышеприведенные положения неприменимы к настоящему спору, поскольку они относятся лишь к неустойке по денежному обязательству, основан на неверном толковании норм материального права.

Верховный Суд Российской Федерации в определении №305-ЭС18-21546 от 04.03.2019 подтвердил, что положения пункта 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 №43 применяются к неустойке, связанной с нарушением сроков поставки, что также не относится к денежным обязательствам.

Как разъяснено в пункте 17 Постановления Пленума №43, днем обращения в суд считается день, когда исковое заявление сдано в организацию почтовой связи либо подано непосредственно в суд, в том числе путем заполнения в установленном порядке формы, размещенной на официальном сайте суда в сети «Интернет».

Согласно почтовому штемпелю на конверте, ООО «ПСК «БелЭнергоСтрой» обратилось в Арбитражный суд Белгородской области с встречным иском 14.05.2020.

Таким образом, срок исковой давности не пропущен относительно требования о взыскании пени за период с 14.05.2017 (три года, предшествующие обращению в суд).

Следовательно, период, подлежащий включению в расчет неустойки – с 14.05.2017 по 01.08.2017, количество дней просрочки в котором составляет 80 дней.

Ответчик неоднократно пересчитывал размер подлежащей взысканию неустойки, указывая, что даже если не учитывать при ее расчете стоимость работ по актам №6 от 15.04.2017 и №7 от 30.04.2017, сумма пени превышает максимальный размер пени по договору (3 882 571,081 руб.).

Ответчиком в суд апелляционной инстанции был представлен мотивированный расчет пени за нарушение срока завершения работ (с учетом исковой давности). Согласно данному расчету, произведенному исходя из стоимости работ 17 440 835,35 руб., выполненных с просрочкой, размер пени за 79 дней (с 15.05.2017 по 01.08.2017) составляет 1 653 391,24 руб.

При этом при расчете коэффициента К в формуле, заказчик исходит из периода просрочки 214 дней, а сам расчет производит исходя из 79 дней просрочки (с учетом заявления истца о пропуске срока исковой давности).

Апелляционный суд полагает необоснованным применение при расчете пени количества дней просрочки 214, поскольку ввиду истечения срока исковой давности заказчик утратил право начисления неустойки за нарушение сроков выполнения работ за период, предшествующий 14.05.2017.

С представленным истцом в суд апелляционной инстанции контррасчетом пени судебная коллегия не соглашается ввиду применения 79 дней просрочки вместо 80.

Судом апелляционной инстанции произведён перерасчёт подлежащей уплате подрядчиком неустойки.

Размер пени за несвоевременное исполнение истцом обязательства по договору за период с 14.05.2017 по 01.08.2017 составляет 837 160,12 руб., согласно расчёту:

К=ДП/ДК×100%=80/247×100%=32%=0,01

СЦБ=К×ставка ЦБ=0,01×6%=0,06%

С=СЦБ×ДП=0,06%×80=0,048

П=(Ц–В)×С=(77 651 412,63 руб. - 60 210 585,78 руб.)×0,048=837 160,12 руб.

Таким образом, заявленные ООО «ПСК «БелЭнергоСтрой» требования о взыскании с ООО ПСФ «Стальконструкция» неустойки за нарушение сроков завершения работ являются обоснованными в части начисления пени за период с 14.05.2017 по 01.08.2017 в размере 837 160,12 руб.

Также ООО «ПСК «БелЭнергоСтрой» начислило ООО ПСФ «Стальконструкция» пени за нарушение промежуточных сроков выполнения работ (сумма неустойки пересчитана истцом с 11 337 723,83 руб. до 1 653 391,24 руб.).

Согласно пункту 19.4.2 договора за нарушение промежуточных сроков выполнения работ, предусмотренных приложением №4, подрядчик уплачивает заказчику неустойку в виде пени в размере согласно пункту 19.3 договора за каждый день просрочки до даты фактического завершения соответствующих работ.

Расчет пени ООО «ПСК «БелЭнергоСтрой» также производит за период с 15.05.2017 по 01.08.2017 (с учетом заявления истца о пропуске срока исковой давности) в отношении работ, указанных в актах КС-2 от 01.08.2017 №8 и №9, по приведенной выше формуле.

Возражая против удовлетворения встречных исковых требований в указанной части, подрядчик указывает на то, что заказчик заявляет о взыскании неустойки по дублирующим основаниям.

Суд апелляционной инстанции соглашает с данным доводом, поскольку основанием для начисления неустойки послужила просрочка одних и тех же видов работ за одинаковый период.

Между тем, ни статья 708 ГК РФ, ни условия договора не предусматривают возможности применения одновременно неустойки за нарушение промежуточных сроков выполнения работ и окончательного срока сдачи работ за один и тот же период, то есть, ситуации, когда названные меры ответственности хронологически накладываются друг на друга и применяются в отношении одних и тех же работ. Поскольку после наступления конечного срока выполнения работ, в случае если работы не выполнены в полном объеме или выполнены с нарушением срока, имеет место нарушение подрядчиком срока окончания работ, а не нарушение срока выполнения отдельного этапа работы.

При указанных обстоятельствах начисление пени за нарушение промежуточных сроков выполнения работ является необоснованным.

ООО «ПСК «БелЭнергоСтрой» заявило о взыскании с ООО ПСФ «Стальконструкция» штрафа в сумме 174 408,39 руб. за нарушение срока окончания выполнения работ более чем на 30 дней. Из представленных в материалы дела расчетов следует, что сумма штрафа пересчитана с 441 500,15 руб. до 174 408,39 руб.

В силу пункта 19.4.3 договора за нарушение срока окончания выполнения работ, установленного пунктом 5.1 договора, более чем на 30 календарных дней субподрядчик уплачивает подрядчику единовременный штраф в размере 1% от цены не завершенного в срок объема работ.

Согласно пункту 1 статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. 

Поскольку о праве на получение данного штрафа в размере 1% ответчик узнал 02.02.2017, когда стало очевидно, что срок выполнения работ нарушен более чем на 30 дней, в отношении данного требования заказчиком пропущен срок исковой давности.

Кроме того, ООО «ПСК «БелЭнергоСтрой» начислило ООО ПСФ «Стальконструкция» пени за нарушение сроков и условий, предусмотренных пунктами 5.4, 7.1.6, 7.1.6.1 договора, по представлению/актуализации «Планового календарно-сетевого графика» выполнения работ (сумма неустойки уменьшена (пересчитана) с 61 220 380,81 руб. до 1 653 391,24 руб.)

В силу пункта 19.4.4 договора за нарушение сроков и условий, предусмотренных пунктами 5.4, 7.1.6, 7.1.6.1 договора, по предоставлению/актуализации «Планового календарно-сетевого графика выполнения работ» подрядчик уплачивает заказчику неустойку в виде пени в размере согласно пункту 19.3 договора за каждый день просрочки до даты фактического предоставления/актуализации планового календарно-сетевого графика.

Согласно пункту 5.4 договора, в целях планирования и контроля заказчиком выполнения работ и в соответствии с требованиями приложения №3 к договору подрядчик:

- разрабатывает и представляет на утверждение заказчику «Плановый календарно-сетевой график» выполнения работ в соответствии с пунктом 7.1.2 договора (пункт 5.4.1);

- актуализирует «Плановый календарно-сетевой график» (с предоставлением фактических данных о выполнении работ) к договору в ежемесячном и еженедельном режимах, а также в любое время по дополнительному запросу заказчика и/или государственного заказчика, в сроки, указанные в таком дополнительном запросе (пункт 5.4.2 договора);

- предоставляет заказчику отчет подрядчика о ходе работ по форме приложения №6 к договору (пункт 5.4.3 договора).

На основании пункта 7.1.2 подрядчик обязан разработать и представить заказчику:

- при подписании договора календарный график производства работ (укрупненный) приложение №2 к договору, который становится неотъемлемой частью договора до момента введения в действие «Планового календарно-сетевого графика выполнения работ» (приложением №4 к договору) согласно пункту 7.1.2.2 договора;

- до 20 мая – «Плановый календарно-сетевой график» согласно требованиям приложения №3 к договору, который после его утверждения заказчиком становится неотъемлемой частью договора (приложением 4 к договору);

- в течение 25 календарных дней, следующих за датой заключения договора – «Планово-календарный график использования строительной техники заказчика» по форме приложения №4.1 к договору.

Ссылки подрядчика на необоснованность применения мер ответственности ввиду отсутствия сроков исполнения указанных в данных пунктах обязательств отклоняются судом апелляционной инстанции, так как положениями пункта 5.4.2 договора предусмотрена обязанность подрядчика актуализировать «Плановый календарно-сетевой график» к договору в ежемесячном и еженедельном режимах, однако доказательств своевременного исполнения данной обязанности в деле не содержится.

По изложенному основанию также не могут быть признаны состоятельными доводы подрядчика об истечении срока исковой давности в отношении данного требования с истечением срока исковой давности по основному требованию (01.01.2020).

Согласно пункту 1 статьи 207 ГК РФ с истечением срока исковой давности по главному требованию считается истекшим срок исковой давности и по дополнительным требованиям (проценты, неустойка, залог, поручительство, требование о возмещении неполученных доходов при истечении срока исковой давности по требованию о возвращении неосновательного обогащения и т.п.), в том числе возникшим после начала течения срока исковой давности по главному требованию.

В рассматриваемом случае обязательство подрядчика по актуализации «Планового календарно-сетевого графика выполнения работ» в ежемесячном и еженедельном режимах связано с выполнением конкретных объемов работ, в связи с чем у суда отсутствуют основания для вывода о прекращении данного обязательство при истечении срока выполнения работ по договору.

Приведенные подрядчиком доводы о том, что обязанности подрядчика, предусмотренные пунктами 5.4, 7.1.6, 7.1.6.1 договора, носят неимущественный характер и не подлежат оценке, поэтому определить базу для начисления неустойки невозможно, не принимаются апелляционным судом.

В силу статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

В данном случае, руководствуясь положениями статьи 421 ГК РФ, стороны прямо предусмотрели, что в случае нарушения сроков передачи предоставлению/актуализации «Планового календарно-сетевого графика выполнения работ», подрядчик оплачивает неустойку в виде пени в размере согласно пункту 19.3 договора, т.е. исходя из стоимости работ, по которым данное обязательство не исполнено в установленный срок.

Доказательства принуждения подрядчика к заключению договора в данной редакции в материалы дела не представлены.

Заказчиком была начислена неустойка в виде пени в порядке, аналогичном расчету неустойки за нарушение сроков завершения работ (по формуле) за период с 15.05.2017 по 01.08.2017.

Апелляционный суд находит произведенный заказчиком расчет ошибочным по изложенным выше основаниям (применение при расчете коэффициента количества дней просрочки 214). Судом апелляционной инстанции был произведен перерасчет пени за нарушение сроков и условий, предусмотренных пунктами 5.4, 7.1.6, 7.1.6.1 договора, по предоставлению/актуализации «Планового календарно-сетевого графика выполнения работ» за период с 14.05.2017 по 01.08.2017 в размере 837 160,12 руб., согласно расчёту:

К=ДП/ДК×100%=80/247×100%=32%=0,01

СЦБ=К×ставка ЦБ=0,01×6%=0,06%

С=СЦБ×ДП=0,06%×80=0,048

П=(Ц–В)×С=(77 651 412,63 руб. - 60 210 585,78 руб.)×0,048=837 160,12 руб.

Кроме того, ООО «ПСК «БелЭнергоСтрой» начислило ООО ПСФ «Стальконструкция» пени за нарушение срока передачи заказчику комплектной исполнительной документации. Из представленных в материалы дела расчетов следует, что сумма неустойки уменьшена (пересчитана) с 11 337 723,83 руб. до 1 653 391,24 руб.

В соответствии с пунктом 19.4.5 договора за нарушение срока передачи заказчику комплектной исполнительной документации, установленного статьей 13 договора, субподрядчик уплачивает подрядчику неустойку в виде пени в размере согласно пункту 19.3 договора за каждый день просрочки договора до даты фактической передачи комплектной исполнительной документации.

Статьей 13 договора предусмотрено, что исполнительная документация передается при сдаче-приемке работ совместно с иными установленными данной статьей договора документами.

В силу пункта 13.1 договора сдача-приемка выполненных работ по договору производится ежемесячно в порядке, предусмотренном настоящей статьей. Подрядчик обязан не позднее 15 числа текущего месяца предоставить заказчику следующую исполнительную и первичную учетную документацию, составленную в соответствии с видами, объемами и расценками работ протокола согласования договорной цены (приложение №1 к договору):

- журнал учета выполненных работ (форма КС-6а), заполненный на отчетную дату – в 2 копиях, в том числе в электронном виде формата Microsoft Excel;

- акт о приемке выполненных работ (форма КС-2) – на бумажном носителе в 2 экземплярах и в электронном виде (в формате Excel), с приложением в 7 экземплярах полного промежуточного (за отчетный период) комплекта исполнительной документации на выполненный объем работ;

- справку о стоимости выполненных работ и затрат (форма КС-3) – оригинал, оформленный в 2 экземплярах на бумажном носителе и в электронном виде;

- «Отчет об использовании материалов поставки заказчика за месяц» (по форме приложения №13.1) и «Отчет о монтаже оборудования поставки заказчика» (по форме приложения №14.1).

Ссылки подрядчика на отсутствие доказательств исполнения вышеуказанных обязательств в пределах срока исковой давности опровергаются представленными суду документами. Материалами дела подтверждено, что комплектная исполнительная документация была представлена 01.08.2017 при сдаче работ, т.е. срок её предоставления был нарушен на 214 дней.

Заказчиком была начислена неустойка в виде пени в порядке, аналогичном расчету неустойки за нарушение сроков завершения работ (по формуле), исходя из 79 дней просрочки за период с 15.05.2017 по 01.08.2017.

Апелляционный суд находит произведенный заказчиком расчет ошибочным по изложенным выше основаниям (применение при расчете коэффициента количества дней просрочки 214). Судом апелляционной инстанции также был произведен перерасчет пени за нарушение сроков и условий, предусмотренных пунктом 13.1 договора, по предоставлению исполнительной и первичной учетной документации за период с 14.05.2017 по 01.08.2017 в размере 837 160,12 руб., согласно расчёту:

К=ДП/ДК×100%=80/247×100%=32%=0,01

СЦБ=К×ставка ЦБ=0,01×6%=0,06%

С=СЦБ×ДП=0,06%×80=0,048

П=(Ц–В)×С=(77 651 412,63 руб. - 60 210 585,78 руб.)× 0,048=837 160,12 руб.

Кроме того, ООО «ПСК «БелЭнергоСтрой» начислило ООО ПСФ «Стальконструкция» штраф за нарушение обязательств по предоставлению документов, установленных в пункте 13.1 договора, (снижен (пересчитан) с 3 400 000 руб. до 1 200 000 руб.).

Согласно пункту 19.5.1 договора за нарушение обязательств (две просрочки подряд на срок более чем 10 рабочих дней каждая) по предоставлению не позднее 18 числа текущего месяца документов, установленных пунктом 13.1 договора, подрядчик уплачивает заказчику штраф в размере 100 000 руб. однократно за каждое нарушение.

С учетом истечения срока исковой давности, заказчиком в расчёт включены акты КС-2 №8 от 01.08.2017, №9 от 01.08.2017.

В соответствии с пунктом 13.1.1 договора подрядчик обязан не позднее 15 числа текущего месяца предоставлять заказчику журнал учета выполненных работ (форма КС-6а), заполненный на отчетную дату – в 2 копиях, подписанных представителем технического надзора заказчика, в том числе в электронном виде формата Microsoft Excel.

Поскольку подрядчик не представлял в установленный срок журнал учета выполненных работ (форма КС-6а) в отношении работ, заказчиком начислен штраф в размере 100 000 руб. за каждое нарушение, что составляет 200 000 руб. 

Доводы подрядчика об отсутствии доказательств исполнения основного обязательства в пределах срока исковой давности отклоняются судом апелляционной инстанции как основанные на неверном толковании норм действующего гражданского законодательства.

Согласно пункту 13.1.2 подрядчик обязан не позднее 15 числа текущего месяца предоставлять заказчику два экземпляра акта КС-2 на бумажном носителе, а также в электронном виде, с приложением в 7 экземплярах полного промежуточного (за отчетный период) комплекта исполнительной документации на выполненный объем работ.

Подрядчик не представлял в установленный срок акты КС-2 и экземпляры полного промежуточного (за отчетный период) комплекта исполнительной документации, в этой связи, заказчиком начислен штраф в размере 100 000 руб. за каждое нарушение, что составляет 400 000 руб.

В силу пункта 13.1.3 договора подрядчик обязан не позднее 15 числа текущего месяца предоставлять заказчику два экземпляра справки о стоимости выполненных работ и затрат (форма КС-3) – оригинал, оформленный в 2 (двух) экземплярах на бумажном носителе и в электронном виде.

Подрядчик не представлял в установленный срок справки КС-3, в этой связи подрядчик обязан оплатить штраф в размере 100 000 руб. за каждое нарушение, что составляет 200 000 руб.

На основании пункта 13.1.4 договора подрядчик обязан не позднее 15 числа текущего месяца предоставлять заказчику отчет об использовании материалов поставки заказчика за месяц (по форме приложения №13.1) и отчет о монтаже оборудования поставки заказчика за месяц (по форме приложения №14.1) – каждый из отчетов в 2 экземплярах на бумажном носителе и в электронном виде.

Подрядчик указанные отчеты не представлял, поэтому заказчиком начислен штраф в размере 100 000 руб. за каждое нарушение, что составляет 400 000 руб. (по 100 000 руб. за непредставление отчетов по форме приложения №13.1 и по 100 000 руб. за непредставление отчетов о монтаже оборудования поставки заказчика за месяц по форме приложения №14.1 в отношении каждого акта КС-2).

Общая сумма начисленного штрафа составляет 1 200 000 руб.

Приведенные подрядчиком доводы о пропуске срока исковой давности по данным требованиям отклоняются судом апелляционной инстанции.

Как указывает истец (ответчик по встречному иску), с учетом срока выполнения работ по договору – 31.12.2016, датой возникновения обязанности по предоставлению предусмотренных пунктом 13.1 договора документов необходимо, соответственно, считать 15 или 18 декабря 2016 года.

Между тем, соответствующая документация подлежала представлению при сдаче работ, поскольку работы были сданы 01.08.2017, доводы истца о том, что документы подлежали передаче в срок 15 или 18 декабря 2016 года, являются необоснованными.

Таким образом, общая сумма подлежащих начислению подрядчику штрафов и пени составляет 3 711 480,36 руб.: 837 160,12 руб. + 837 160,12 руб. + 837 160,12 руб. + 1 200 000 руб.

Приведенные ООО ПСФ «Стальконструкция» доводы о том, что с учетом пункта 19.11 договора ООО «ПСК «БелЭнергоСтрой» утратил право на предъявление требований о взыскании неустойки, отклоняются апелляционным судом.

В силу положений пункта 19.11 договора суммы неустоек и пеней, оплата которых предусмотрена настоящей статьей, уплачиваются сторонами в течение 10 календарных дней с даты получения соответствующей претензии/уведомления. Сторона, которая принимает решение о предъявлении другой стороне требования уплаты неустоек и пеней, предусмотренных настоящей статьей, обязана немедленно в письменном виде уведомить об этом другую сторону, описав причину (акт несоответствия, предписание и т.д.) и пункт договора, согласно которому предъявляются требования, но не позднее трех рабочих дней с даты наступления таких обстоятельств. Несвоевременное уведомление о наступлении права требования неустоек и пеней лишает соответствующую сторону права ссылаться на них в будущем.

Вместе с тем, в силу пункта 2 статьи 9 ГК РФ отказ граждан и юридических лиц от осуществления принадлежащих им прав не влечет прекращения этих прав, за исключением случаев, предусмотренных законом. Следовательно, положения пункта 19.11 договора сами по себе не являются основанием для отказа в удовлетворении заявленных во встречном исковом заявлении требований о взыскании неустойки.

В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции ООО ПСФ «Стальконструкция» заявило о несоразмерности начисленной неустойки последствиям нарушения обязательства.

При рассмотрении данного заявления суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления истца о применении статьи 333 ГК РФ, исходил из того, что истцом не представлено доказательств, подтверждающих явную несоразмерность неустойки последствиям нарушенного обязательства, ставка пени согласована сторонами в договоре без замечаний, к тому же договором предусмотрен её максимальный предел в 5% от цены договора, который достигается при расчете пени за нарушение сроков завершения работ.

Однако вывод суда о достижении максимального предела неустойки при исчислении пени за просрочку срока окончания работ (а также иных заявленных к взысканию неустоек) сделан без надлежащей проверки произведенных заказчиком расчетов.

Рассматривая заявленные подрядчиком доводы о необходимости применения положений статьи 333 ГК РФ, судебная коллегия апелляционной инстанции исходит из следующего.

Если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку (статья 333 ГК РФ). В силу положений статьи 330 ГК РФ неустойка носит компенсационный характер и она должна быть соразмерна последствиям нарушения обязательств.

В соответствии с пунктом 69 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление Пленума №7) подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае её явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке.

В силу пункта 77 Постановления Пленума №7 снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 ГК РФ).

В подтверждение доводов о несоразмерности начисленной заказчиком неустойки последствиям нарушения обязательств подрядчик указывает на то, что встречные исковые требования заявлены в отсутствие фактического интереса к исполнению обязательств, за нарушение которых начислена неустойка. Как указывает подрядчик, на протяжении более трех лет заказчиком не предъявлялось никаких претензий, требования о взыскании неустоек были направлены только после обращения ООО ПСФ «Стальконструкция» в суд с иском о взыскании задолженности, а предъявление встречного иска продиктовано исключительно возможностью уклониться от исполнения обязанности по возврату суммы гарантийного удержания путем зачета. По мнению истца, действия ООО ПСФ «Стальконструкция» по предъявление встречного иска в отсутствие интереса в защите права должны быть квалифицированы как злоупотребление правом (статья 10 ГК РФ), что является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Исходя из правового подхода, сформулированного в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 №263-О, положения статьи 333 ГК РФ, закрепляющие право суда уменьшить размер подлежащей уплате неустойки, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, по существу, предписывают суду устанавливать баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и размером действительного ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения. Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае её чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, т.е., по существу, на реализацию требования части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств, длительность неисполнения обязательства.

Таким образом, применяя статью 333 ГК РФ, суд должен установить реальное соотношение предъявленной неустойки и последствий невыполнения должником обязательства по договору с целью реализации правового принципа возмещения имущественного ущерба, согласно которому не допускается применение явно излишних санкционных мер за нарушение договорных обязательств.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.07.2014 №5467/14, превращение института неустойки в способ обогащения кредитора недопустимо и противоречит ее компенсационной функции. Следует также учитывать, что неустойка по своей природе носит компенсационный характер, является способом обеспечения исполнения обязательства и не должна служить средством обогащения. 

Степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, оценка указанного критерия относится к исключительной компетенции суда.

При этом, как разъяснено в пункте 70 Постановления Пленума №7, по смыслу статей 332, 333 ГК РФ, установление в договоре максимального или минимального размера (верхнего или нижнего предела) неустойки не являются препятствием для снижения ее судом.

При оценке соразмерности заявленной к взысканию неустойки последствиям нарушения обязательства апелляционным судом принято во внимание то, что заказчик не обращался к подрядчику с требованиями о предоставлении документации по договору. При расчете неустойки по отдельным требованиям заказчик не указал, когда именно были представлены конкретные документы (в частности, акт ф.КС-6а) и были ли они представлены.

Также апелляционным судом учтено, что до обращения подрядчика в арбитражный суд с иском о взыскании гарантийного удержания заказчик не заявлял претензий относительно исполнения истцом своих обязательств по договору, не предъявлял требований, связанных с отсутствием каких-либо документов, в том числе требований об уплате неустоек, предусмотренных договором.

Помимо изложенного, судебной коллегией было принято во внимание поведение ООО «ПСК «БелЭнергоСтрой», взыскавшего с ООО «СПК-Чимолаи» в судебном порядке гарантийное удержание по договору №ЧИМ-283/16 от 26.04.2016, условия которого в соответствующей части аналогичны спорному договору подряда, о чем было указано выше.

Исходя из обстоятельств дела, учитывая отсутствие доказательств наличия каких-либо существенных негативных последствий для заказчика в связи с несвоевременным исполнением подрядчиком обязательств по представлению/актуализации «Планового календарно-сетевого графика», по предоставлению документов, установленных в пункте 13.1 договора, по передаче заказчику комплектной исполнительной документации, судебная коллегия апелляционной инстанции приходит к выводу, что взыскиваемая сумма неустойки является несоразмерной последствиям нарушения обязательств.

При рассмотрении дела судом апелляционной инстанции было учтено, что разъяснения об ограничении снижения неустойки двукратной или однократной учетной ставкой Банка России, изложенные в пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 №81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», в данном случае неприменимы, так как обязательство, за нарушение которых заказчик просит взыскать неустойку, носит не денежный характер.

Исходя из изложенных выше обстоятельств, суд апелляционной инстанции считает необходимым снизить размер заявленной к взысканию пени за несвоевременное исполнением подрядчиком обязательств по представлению/актуализации «Планового календарно-сетевого графика», по предоставлению документов, установленных в пункте 13.1 договора, по передаче заказчику комплектной исполнительной документации до 140 000 руб. (по 10 000 руб. за каждое нарушение).

Принимая во внимание характер неисполненных ответчиком надлежащим образом обязательств, судебная коллегия полагает, что указанная сумма компенсирует потери заказчика в связи с несвоевременным исполнением обязательств подрядчиком и является справедливой, достаточной и соразмерной, поскольку неустойка служит средством, обеспечивающим исполнение обязательства, а не средством обогащения за счет должника.

Оснований для снижения суммы пени за нарушение сроков завершения работ в размере 837 160,12 руб. апелляционным судом не усматривается.

Таким образом, общая сумма неустойки в виде пени и штрафов составляет 977 160,12 руб.

При указанных обстоятельствах судебная коллегия полагает встречные исковые требования ООО «ПСК «БелЭнергоСтрой» о взыскании неустойки подлежащими удовлетворению частично в сумме 977 160,12 руб.

На основании пункта 2 статьи 269 АПК РФ по результатам рассмотрения апелляционной жалобы арбитражный суд апелляционной инстанции вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции полностью или в части и принять по делу новый судебный акт.

В силу пункта 3 части 1 статьи 270 АПК РФ несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела является основанием для изменения или отмены решения арбитражного суда первой инстанции.

При изложенных обстоятельствах, судебная коллегия находит доводы апелляционной жалобы частично обоснованными и приходит к выводу о том, что решение Арбитражного суда Белгородской области от 20.10.2020 по делу №А08-2257/2020 следует отменить в части отказа в удовлетворении первоначального иска и изменить в части удовлетворения встречного иска.

В силу части 5 статьи 170 АПК РФ при полном или частичном удовлетворении первоначального и встречного исков в резолютивной части решения указывается денежная сумма, подлежащая взысканию в результате зачета.

В результате зачета удовлетворенных требований по первоначальному иску (3 882 571,10 руб.) и встречному иску (977 160,12 руб.) с ООО «ПСК «БелЭнергоСтрой» в пользу ООО ПСФ «Стальконструкция» подлежит взысканию 2 905 410,98 руб.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

При обращении в суд с иском ООО ПСФ «Стальконструкция» по платежному поручению от 25.02.2020 №85 уплачена государственная пошлина в размере 42 423 руб., что соответствует сумме заявленных требований. 

В пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее – Постановление Пленума №1) разъяснено, что при неполном (частичном) удовлетворении имущественных требований, подлежащих оценке, судебные издержки присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику - пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано (статьи 98, 100 ГПК РФ, статьи 111, 112 КАС РФ, статья 110 АПК РФ).

Поскольку исковые требований ООО ПСФ «Стальконструкция» удовлетворены в полном объеме, судебные расходы по уплаты государственной пошлины относятся на ООО «ПСК «БелЭнергоСтрой» и подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

При цене встречного иска 3 882 571,081 руб. также подлежала уплате государственная пошлина в размере 42 423 руб. При подаче встречного иска ООО «ПСК «БелЭнергоСтрой» уплачена государственная пошлина в размере 42 423 руб. по платежному поручению от 08.05.2020 №7931.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 21 Постановления Пленума №1, положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статья 110 АПК РФ) не подлежат применению, в том числе при разрешении требования о взыскании неустойки, которая уменьшается судом в связи с несоразмерностью последствиям нарушения обязательства, получением кредитором необоснованной выгоды (статья 333 ГК РФ).

Таким образом, при исчислении подлежащей отнесению на истца государственной пошлины апелляционный суд исходит из того, что заявленные ООО «ПСК «БелЭнергоСтрой» требования подлежат частичному удовлетворению в сумме 3 711 480,36 руб., что составляет 95,59% (3 711 480,36/3 882 571,081). Следовательно, с учетом частичного удовлетворения требований ООО «ПСК «БелЭнергоСтрой», заявленных к ООО ПСФ «Стальконструкция», на последнее подлежат отнесению судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 40 552,15 руб.

В результате зачета уплаченной государственной пошлины, с ответчика в пользу истца надлежит взыскать 1870,85 руб.

С учетом результатов рассмотрения первоначального иска, уплаченная истцом при подаче апелляционной жалобы государственная пошлина относятся на ответчика в полном объеме, в размере 3000 руб.

Руководствуясь статьями 9, 41, 65, 110, 266 – 271 АПК РФ, Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью проектно-строительная фирма «Стальконструкция» удовлетворить.

Решение Арбитражного суда Белгородской области от 20.10.2020 по делу №А08-2257/2020 отменить в части отказа в удовлетворении первоначального иска и изменить в части удовлетворения встречного иска.

Первоначальный иск общества с ограниченной ответственностью проектно-строительная фирма «Стальконструкция» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Проектно-строительная компания «БелЭнергоСтрой» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о взыскании задолженности в сумме 3 882 571 руб. 10 коп. удовлетворить.

Встречный иск общества с ограниченной ответственностью «Проектно-строительная компания «БелЭнергоСтрой» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью проектно-строительная фирма «Стальконструкция» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в части взыскания 977 160 руб. 12 коп. неустойки удовлетворить. В остальной части встречного иска отказать.

В результате зачета удовлетворенных требований взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Проектно-строительная компания «БелЭнергоСтрой» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью проектно-строительная фирма «Стальконструкция» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 2 905 410 руб. 98 коп. основного долга и 1870 руб. 85 коп. государственной пошлины.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Проектно-строительная компания «БелЭнергоСтрой» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью проектно-строительная фирма «Стальконструкция» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 3000 руб. в возмещение расходов по оплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в двухмесячный срок через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья     С.И. Письменный

Судьи                                                           Н.П. Афонина

                                                                                                    ФИО1