Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru

 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А56-26488/2022

21 июля 2022 года

г.Санкт-Петербург

Резолютивная часть решения объявлена  11 июля 2022 года.

Полный текст решения изготовлен  21 июля 2022 года.

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе:судьи  Евдошенко А.П.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з ФИО1

рассмотрев в судебном заседании дело по иску:

истец: ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ТРЕТИЙ ПИН" (адрес:Россия 197022, Санкт-Петербург, Санкт-Петербург, ПРОСПЕКТ. АПТЕКАРСКИЙ, ДОМ 18, ЛИТЕРА А, КВАРТИРА 151, ОГРН: 

<

***>)

ответчик: ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "РЕЗОНАНС" (адрес:  Россия 194156, Санкт-Петербург, Спб, пр-кт Энгельса,, д./27, литера К, помещ. 1-н, ком. 60, ОГРН: 

<

***>)

о взыскании 

при участии

- от истца: представитель ФИО2 (доверенность)

- от ответчика: представитель ФИО3 (доверенность)

установил:

Общество с ограниченной ответственностью "Третий пин" (далее – истец) обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью "Резонанс" (далее – ответчик) о взыскании 10 218 904 руб. 40 коп. неосновательного обогащения, 1 038 268 руб. 68 коп. процентов по статье 395 ГК РФ за период с 15.07.2021 по 11.07.2022, а далее – процентов за пользование чужими денежными средствами, начиная с 12.07.2022 по день фактического исполнения обязательств по возврату неосновательного обогащения (с учетом принятых судом уточнений в порядке статьи 49 АПК РФ).

Определением суда от 29.03.2022 исковое заявление принято к производству, дело назначено к рассмотрению. 

Истец в судебном заседании 11.07.2022 заявил ходатайство об уточнении исковых требований в части увеличения суммы процентов исходя из перерасчета на дату судебного заседания до суммы 1 038 268 руб. 68 коп. В остальной части требования оставил без изменения.

В порядке статьи 49 АПК РФ суд принял данные уточнения. 

В обоснование исковых требований истец ссылался на возникновение на стороне ответчика неосновательного обогащения. Истец в рамках договора № 130820 от 13.08.2020 выполнил для ответчика работы на сумму 21 608 256 руб. Дополнительным соглашением №2 от 15.07.2021 стороны изменили условия Договора и исключили из-под его действия работы на сумму 10 218 904 руб. 40 коп., тогда как к моменту его заключения работы были выполнены истцом в полном объеме и не были оплачены ответчиком. Так как спорные работы были исключены из-под действия Договора, на стороне ответчика возникло неосновательное обогащение на сумму принятых, но не оплаченных работ. 

Ответчик по существу спора возражал по мотивам, изложенным в отзыве, ссылаясь на отсутствие нарушений в связи со следующим. Ответчик надлежащим образом исполнил свои обязательства в соответствии с условиями Договора. Истец вышел за пределы Договора при выполнении спорных работ, не согласованных с ответчиком, в связи с чем у ответчика не возникла обязанность оплатить такие работы. Истец должен был выполнить работы в измененном объеме, руководствуясь дополнительным соглашением №2 от 15.07.2021. Истцу следует отказать на основании пункта 1 статьи 10 ГК РФ. Стороны осуществили сторнацию актов на спорный объем работ, что также является основанием для отказа истцу в полном объеме. 

Кроме того, ответчик сослался на введенный мораторий на начисление финансовых санкций за период с 01.04.2022 по 01.10.2022.

Истец, в свою очередь, сослался на злоупотребление правом со стороны ответчика и просил не применять положения о моратории.

В арбитражный суд от истца поступили дополнительные документы, а также возражения на отзыв ответчика. Истец в возражениях указал, что ответчик ошибочно полагает, что требование истца основано на Договоре. Ответчик не отрицает, что спорные работы были приняты и выполнены в полном объеме, но не были оплачены. К моменту подписания дополнительного соглашения №2 от 15.07.2021 все работы по Договору были выполнены истцом в полном объеме. Ответчик, как и истец, воспринимают сторнировочную запись как исправление документов бухгалтерского учета, а не отказ от права на получение оплаты за выполненные работы. Сторнирование актов было необходимо для исключения наличия двойной записи в бухгалтерской книге на стороне ответчика.

При отсутствии возражений сторон, суд подготовил дело к судебному разбирательству, завершил предварительное судебное заседание и открыл судебное заседание в суде первой инстанции.

С учетом совокупности установленных по делу обстоятельств и исследованных доказательств применительно к предмету настоящего спора, суд полагает возможным завершить предварительное заседание и перейти к рассмотрению дела в качестве суда первой инстанции в настоящем судебном заседании по имеющимся материалам дела. 

Заслушав пояснения представителей сторон, исследовав и оценив материалы дела, суд установил следующие обстоятельства. 

Между истцом (исполнитель) и ответчиком (заказчик) был заключен договор № 130820 от 13.08.2020 на выполнение работ (далее по тексту – Договор) по прошивке, калибровке и тестированию устройств управления и контроля модуля СВЧ КЖУМ.468332.004 (далее по тексту – Устройства). 

Дополнительным соглашением №1 к Договору от 11.09.2020 номер договора изменен на № 2022187308521412208203446/130820.

Согласно пункту 1.1 Договора и приложениям 2 и 3 к Договору истец должен был выполнить работы в отношении 2 400 Устройств, а ответчик - оплатить эти работы в размере 21 608 256 руб., из расчета 9 003 руб. 44 коп. за одно Устройство. 

К 16.06.2021 истец в соответствии с условиями Договора выполнил работы в отношении 2 400 Устройств и передал результат работ ответчику, что подтверждается подписанными истцом и ответчиком актами №51 от 02.12.2020, №54 от 10.12.2020, №55 от 17.12.2020, №56 от 22.12.2020, №1 от 11.01.2021, №2 от 15.01.2021, №4 от 25.01.2021, №6 от 18.02.2021, №21 от 16.06.2021 и не оспаривается ответчиком. 

Истец и ответчик также подписали товарные накладные №35 от 02.12.2020, №38 от 10.12.2020, №39 от 17.12.2020, №40 от 22.12.2020, №1 от 11.01.2021, №2 от 15.01.2021, №3 от 25.01.2021, №4 от 18.02.2021, № 13 от 16.06.2021 на аналогичный объем работ. 

В подписанных ответчиком актах указано, что работы выполнены полностью и в срок, ответчик претензий по объему и качеству выполнения работ не имеет. 

Судом установлено, что к 16.06.2021 истец надлежащим образом исполнил обязательство по передаче результата работ ответчику по Договору на 2 400 Устройств в полном объеме. 

Согласно пункту 5.3 Договора расчеты за выполненные работы осуществляются не позднее 5 банковских дней со дня подписания акта приема-передачи выполненных работ. 

Ответчик выплатил истцу аванс в размере 9 363 577 руб. 60 коп., платежами от 14.10.2020 и 03.11.2020, дальнейшая оплата поступила 24.09.2021 на сумму 2 025 774 руб. согласно акту сверки взаимных расчетов, предоставленному истцом, что также подтверждено ответчиком в отзыве. 

Таким образом, ответчик осуществил оплату 1 265 Устройств на сумму 11 389 351 руб. 60 коп.

Обязательство ответчика по оплате выполненных работ в отношении 1 135 Устройств на сумму 10 218 904 руб. 40 коп. исполнено не было, доказательств обратного в материалы дела не представлено. 

Как указывал истец в исковом заявлении, в июне 2021 года ответчик обратился к истцу с предложением исключить 1 135 Устройств из-под действия Договора и заключить новый договор, которым будут регулироваться договорные отношения сторон в отношении исключенных 1 135 Устройств. Ответчиком указанные обстоятельства опровергнуты не были. 

Согласно представленной в материалы дела электронной переписке между истцом и ответчиком, истец 29.06.2021 направил ответчику подтверждение принятия предложения ответчика. 

15.07.2021 истец и ответчик заключили дополнительное соглашение №2 к Договору (далее по тексту - Дополнительное соглашение), которым согласовали сокращение объема работ по Договору до 1 265 Устройств, повторно подписали акт сдачи-приемки работ к Договору на 1 265 Устройств. 

Как следует из материалов дела, 01.09.2021 ответчик, направил истцу заявку № 104 на заключение нового договора на выполнение работ в отношении 1 135 Устройств, ранее  исключенных из-под действия Договора сторонами.

01.09.2021 истец направил ответчику письмо о сторнировании актов в отношении выполненных работ по актам №01 от 11.01.2021 (в части, на 179 Устройств), №02 от 15.01.2021, №04 от 25.01.2021, №06 от 18.02.2021, №21 от 16.06.2021 на 1135 Устройств. 

Письмом на электронную почту ответчика от 08.09.2021, истец направил пакет документов для заключения нового договора на 1135 Устройств, указывая, что работы оказаны в полном объеме и истец переносит их на новый договор. 

28.10.2021 ответчик отозвал заявку на новый договор в письме по электронной почте в адрес ответчика. Новый договор в отношении работ на 1135 Устройств между истцом и ответчиком заключен не был. 

Переписка между истцом и ответчиком за период с 01.09.2021 по 29.10.2021 по электронной почте в отношении спорных 1135 Устройств представлена истцом в материалы дела и принята судом во внимание. Ответчик не оспаривал содержание переписки, не возражал против ее приобщения в материалы дела. 

24.01.2022 истец направил ответчику заказным письмом (идентификатор 80111667915203) претензию с требованием выплатить сумму неосновательно сбереженных за счет истца средств, не уплаченных за выполнение работ в отношении 1 135 Устройств. 

03.02.2022 от ответчика поступил ответ на претензию на электронную почту истца, согласно которому ответчик отказал в удовлетворении претензии, со ссылкой на то, что ответчиком исполнено обязательство по оплате в рамках Договора в редакции Дополнительного соглашения, а в отношении 1 135 Устройств акты сторнированы истцом и требование истца является безосновательным.

Оставление претензии истца без удовлетворения послужило основанием для обращения истца в суд с настоящим иском. 

Согласно пункту 4 статьи 453 ГК РФ в случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства.

Согласно статье 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ. 

В соответствии со статьей 1103 ГК РФ, поскольку иное не установлено ГК РФ, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные главой 60 ГК РФ, подлежат применению также к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством.

В пункте 9 "Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с добровольным страхованием имущества граждан" утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 27.12.2017 применительно к пункту 1103 ГК РФ разъяснено, что неосновательным обогащением следует считать то, что получено стороной в связи с этим обязательством и выходит за рамки его содержания.

Согласно пункту 2 статьи 1105 ГК РФ лицо, неосновательно временно пользовавшееся чужим имуществом без намерения его приобрести либо чужими услугами, должно возместить потерпевшему то, что оно сберегло вследствие такого пользования, по цене, существовавшей во время, когда закончилось пользование, и в том месте, где оно происходило. 

Правила, предусмотренные главой 60 ГК РФ, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Таким образом, нормы о неосновательном обогащении применяются как в случаях перечисления денежных средств без установленных законом или сделкой оснований (статья 1102 ГК РФ), так и к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством (пункт 3 статьи 1103 ГК РФ).

В пункте 19 "Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018)", утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 04.07.2018 разъяснено, что прекращение договора подряда не должно приводить и к неосновательному обогащению заказчика - к освобождению его от обязанности по оплате выполненных до прекращения договора работ, принятых заказчиком и представляющих для него потребительскую ценность. 

С учетом положений пункта 3.1 статьи 70 АПК РФ обстоятельства, на которые ссылается истец в обоснование своих требований, считаются признанными ответчиком, поскольку прямо не оспорены последним и несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, которые в обоснование возражений относительно существа заявленных требований, представлены не были.

Материалами дела подтверждается и не оспаривается ответчиком, что до изменения Договора ответчик принял работы истца в полном объеме в отношении всех 2 400 Устройств без каких-либо возражений относительно качества, объема и стоимости работ, на основании актов приема-передачи и товарных накладных, однако выполненные работы оплатил лишь в отношении 1 265 Устройств. Ответчик не представил доказательств оплаты работ на 1 135 спорных Устройств. Прекращение действия Договора на 1 135 Устройств не может освобождать ответчика от обязанности по оплате выполненных работ, которые представляют для него ценность. 

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, оценив их в соответствии со статьей 71 АПК РФ, установив факт принятия ответчиком выполненных работ на 1 135 спорных Устройств, исключенных из объема работ по Договору, факт неоплаты ответчиком спорных работ, суд приходит к выводу, что неуплата ответчиком стоимости принятых работ приводит к его неосновательному обогащению за счет выполнившего работы истца в размере стоимости работ в отношении 1 135 Устройств на сумму 10 218 904 руб. 40 коп. (из расчета 9 003 руб. 44 коп. за 1 Устройство в соответствии с условиями Договора).

Доводы ответчика о том, что им были исполнены надлежащим образом обязательства в соответствии с условиями Договора; у истца отсутствовало согласие ответчика на выполнение спорных работ в отношении 1 135 Устройств; часть актов приема-передачи работ были сторнированы сторонами, основаны на неверном толковании норм права и не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, а потому - не освобождают ответчика от обязанности возместить истцу стоимость принятых, но не оплаченных работ в качестве неосновательного обогащения. 

Аргументы ответчика о том, что обязанность по оплате спорных работ не возникла у ответчика в силу того, что истец не согласовал выполнение работ на 1 135 Устройств и не давал поручения на их выполнение, отклоняются судом ввиду следующего. 

Судом установлено, что на момент передачи ответчику 1135 Устройств отношения регулировались Договором и согласие ответчика на выполнение работ было явным образом выражено. От ответчика не поступали возражения в отношении принятых работ. Ответчиком были подписаны акты приема-передачи на весь объем выполненных работ. Исходя из установленных судом обстоятельств дела, истцом не были изменены условия по объему работ в одностороннем порядке. Кроме того, ответчик не оспаривает получение работ от истца в отношении 1135 Устройств. 

При этом, спорные работы не являются дополнительными, а были изначально согласованы в рамках Договора в объеме 2 400 Устройств.

Ответчиком исполнены обязательства по оплате 1 265 Устройств в рамках Договора в редакции Дополнительного соглашения, что подтверждается материалами дела и не оспаривается истцом. 

Истец предъявил требование к ответчику не на основании Договора, а на основании возникновения на стороне ответчика неосновательного обогащения. 

Суд не соглашается со ссылкой ответчика на обязанность истца выполнить работы в объеме, установленном сторонами в Дополнительном соглашении, так как на момент изменения Договора обязательство истца по выполнению работ на 2400 Устройств было исполнено в полном объеме. Суд отклоняет ссылку ответчика на статью 309, пункт 1 статьи 702 ГК РФ и положения Договора, регулирующие порядок изменения объема работ, ввиду того, что Дополнительным соглашением стороны ограничили действие Договора в отношении работ на 1135 Устройств. Прекращение действия Договора в отношении работ на 1135 Устройств не освобождают ответчика от обязанности оплатить выполненные работы, так как ответчик получил неосновательное обогащение в размере стоимости таких работ. Подписание дополнительного соглашения не связано с изменением (уменьшением) цены на выполненные работы в объеме 2 400 Устройств.

Ответчик в отзыве сослался на Приказ Минфина России от 16.04.2021 № 62н «Об утверждении Федерального стандарта бухгалтерского учета ФСБУ 27/2021 «Документы и документооборот в бухгалтерском учете», регулирующий стандарты бухгалтерского учета. Ответчик указывал на то, что сторнирочная запись направлена на исправление в регистре бухгалтерского учета, аналогичная позиция была изложена в исковом заявлении истцом. 

Суд приходит к выводу, что сторнировочная запись как истцом, так и ответчиком была воспринята как корректировочная запись в бухгалтерском учете, которая не отменяет юридический факт передачи спорных работ ответчику или отказ истца от получения оплаты за выполненные работы. Доказательств обратного суду не представлено.

Установив имеющие значение для дела обстоятельства, оценив доводы истца и ответчика в обоснование заявленных требований и возражений, исследовав представленные доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, суд признает исковые требования в части неосновательного обогащения ответчика доказанными по прав и по размеру, подлежащими удовлетворению.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1107 ГК РФ на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395 ГК РФ) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

Истец на основании статьи 395 ГК РФ начислил на сумму неосновательного обогащения проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 15.07.2021 по 11.07.2022, размер которых согласно расчету последнего, составил 1 038 268 руб. 68 коп. (с учетом принятых судом уточнений в порядке статьи 49 АПК РФ). 

Поскольку основания для получения работ на 1135 Устройств у ответчика отпали в связи с заключением Дополнительного соглашения (дата заключения – 15.07.2021), с этого момента ответчик, как получатель выполненных, но неоплаченных работ, уклоняющийся от возврата суммы в размере стоимости выполненных работ истцу, является лицом, неосновательно удерживающим денежные средства.

Расчет начисленных истцом процентов за пользование денежными средствами за период с 15.07.2021 по 11.07.2022 проверен, признан обоснованным, арифметически правильным и соразмерным. 

Следовательно, истец вправе в качестве компенсации за допущенное нарушение денежного обязательства претендовать на получение процентов по статье 395 ГК РФ в размере 1 038 268 руб. 68 коп. за период с 15.07.2021 по 11.07.2022.

Согласно пункту 48 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам статьи 395 ГК РФ, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору. Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 3 статьи 395 ГК РФ). При этом день фактического исполнения обязательства, в частности уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета процентов.

Учитывая компенсационную природу процентов для надлежащего исполнения сторонами возникших гражданско-правовых обязательств, истец вправе требовать уплаты процентов за пользование чужими денежными средствами по день фактического исполнения обязательства. Принимая во внимание приведенные положения закона, а также установленные судом фактические обстоятельства, требование истца о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами с 12.07.2022 по день фактического исполнения денежного обязательства является обоснованным и подлежит удовлетворению.

Ответчик, возражая против заявленной суммы процентов, ссылается на Постановление Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 "О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами", согласно которому с 01.04.2022 на территории Российской Федерации сроком на 6 месяцев введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, в отношении юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей. 

По мнению ответчика, с учетом положений, предусмотренных пунктом 3 статьи 9.1, абзацем 10 пункта 1 статьи 63 Федерального закона № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", неустойка не подлежит начислению за период с 01.04.2022 по 01.10.2022.

Судом данный довод ответчика рассмотрен, оценен по правилам ст. ст. 64, 67, 68, 71 АПК РФ и отклонен в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 44 "О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" целью введения моратория, предусмотренного статьей 9.1 Закона о банкротстве, является обеспечение стабильности экономики путем оказания поддержки отдельным хозяйствующим субъектам.

Согласно абзацу 1 пункту 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 44 "О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" в период действия моратория проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 ГК РФ), неустойка (статья 330 ГК РФ), пени за просрочку уплаты налога или сбора (статья 75 Налогового кодекса Российской Федерации), а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве). В частности, это означает, что не подлежит удовлетворению предъявленное в общеисковом порядке заявление кредитора о взыскании с такого лица финансовых санкций, начисленных за период действия моратория.

В абзаце 2 пункта 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 44 "О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что если при рассмотрении спора о взыскании неустойки или иных финансовых санкций, начисленных за период действия моратория, будет доказано, что ответчик, на которого распространяется мораторий, в действительности не пострадал от обстоятельств, послуживших основанием для его введения, и ссылки данного ответчика на указанные обстоятельства являются проявлением заведомо недобросовестного поведения, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий поведения ответчика может удовлетворить иск полностью или частично, не применив возражения о наличии моратория (пункт 2 статьи 7 ГК РФ).

Таким образом, при рассмотрении вопроса о возможности освобождения ответчика от начисления такой финансовой санкции в период моратория необходимо установить, что ответчик действительно пострадал от обстоятельств, послуживших основанием для установления моратория.

В рассматриваемом случае истец указывал, что ответчик не пострадал от обстоятельств, послуживших основанием для введения моратория, и, заявляя о действии моратория, действует недобросовестно.

Истцом в материалы дела представлена бухгалтерская отчетность ответчика за периоды, предшествующие введению моратория, в том числе за период действия моратория, связанного с распространением коронавирусной инфекции (за 2019, 2020 и 2021 год). Согласно информации из государственного информационного ресурса бухгалтерской отчетности за 2020 и 2022 года, размещенной на официальном сайте ФНС России, выручка ответчика начиная с 2019 года (начало кризисного периода в период распространения коронавирусной инфекции) возросла до 713 млн руб., в 2020 году составила 588 млн руб., в 2021 – 674 735 млн руб. Чистая прибыль ответчика в 2021 году составила 137 млн руб., а в 2019 – 107 млн руб. На основании представленной информации, суд приходит к выводу, что финансовое состояние ответчика является стабильным. 

Истцом также представлены в материалы дела доказательства, подтверждающие, что после введения моратория (с 01.04.2022 по 15.06.2022) ответчик размещал информацию об актуальных вакансиях на сайте компании "HeadHunter", где указывал, что расширяет штат компании. 

Доводы истца о том, что ответчик не пострадал от обстоятельств, послуживших основанием для введения моратория, ответчиком не оспорены, бухгалтерскую отчетность ответчик за 2022 год не предоставил. 

Ответчик, заявляя о необходимости применения моратория, в нарушение положений ст. ст. 9, 65 АПК РФ, не представил никаких доказательств в обоснование необходимости освобождения его от ответственности по мотиву применения моратория. 

Приведенные истцом доказательства свидетельствуют о злоупотреблении ответчиком своим правом, так как не имеется оснований полагать, что ответчик пострадал от обстоятельств, послуживших основанием для введения моратория, в связи с чем суд не усматривает оснований для освобождения ответчика от уплаты санкций в указанный период. 

При таких обстоятельствах, иск подлежит удовлетворению в полном объеме.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

решил:

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью "Резонанс" в пользу Общества с ограниченной ответственностью "Третий пин" 10 218 904 руб. 40 коп. неосновательного обогащения, 1 038 268 руб. 68 коп. процентов за период с 15.07.2021 по 11.07.2022, а далее – проценты за пользование чужими денежными средствами по правилам статьи 395 ГК РФ, начиная с 12.07.2022 по день фактического исполнения обязательства, а также 76 574 руб. расходов по оплате госпошлины.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью "Резонанс" в доход федерального бюджета 2 712 руб. государственной пошлины.

 

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия Решения.

 

Судья                                                                                                  Евдошенко А.П.