АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-17550/2015

г. Краснодар

16 июня 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 08 июня 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 16 июня 2023 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Сороколетовой Н.А., судей Резник Ю.О. и Соловьева Е.Г. при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Даниловой А.В., при участии в судебном заседании с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседание) от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ЮНК-Агропродукт» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 21.12.2022), от ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 31.01.2023), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ЮНК-Агропродукт» ФИО1 на постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.04.2023 по делу № А32-17550/2015, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ЮНК-Агропродукт» (далее – должник) конкурсный управляющий должника (далее – конкурсный управляющий) обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника бывшего руководителя должника ФИО3 (далее – ответчик) в размере 4 986 833 844 рублей 63 копеек.

Определением суда от 01.12.2022 ФИО3 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, производство по вопросу об определении размера субсидиарной ответственности приостановлено до полного формирования конкурсной массы, ее реализации и расчетов с кредиторами.

Постановлением суда апелляционной инстанции от 19.04.2023, определение от 01.12.2022 отменено, в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий просит постановление апелляционного суда отменить, оставить в силе определение суда первой инстанции. Податель жалобы указывает, что выводы суда об отсутствии у ФИО3 возможности передать документацию должника, об изъятии документов правоохранительными органами не соответствуют обстоятельствам дела; документы, указанные в описях и протоколе обыска (выемки) как изъятые, отсутствуют в материалах уголовного дела; материалы дела содержат доказательства наличия существенного затруднения проведения конкурсного производства, вызванного, в частности, непередачей правоустанавливающих документов на имущество, сведений об обременении имущества обязательствами перед третьими лицами, электронных информационных баз 1С.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО3 указал на законность и обоснованность постановления апелляционного суда, просил в удовлетворении кассационной жалобы отказать.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего поддержал доводы кассационной жалобы, просил обжалуемый судебный акт отменить, кассационную жалобу – удовлетворить.

Представитель ФИО3 возражал против доводов жалобы по основаниям, изложенным в отзыве, просил постановление апелляционного суда оставить без изменения.

Кассационная жалоба рассмотрена на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, в порядке, установленном главой 35 вышеназванного Кодекса.

Изучив материалы дела и доводы, изложенные в кассационной жалобе, выслушав участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела и установили суды, определением суда от 23.06.2015 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО5

Решением от 11.11.2016 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО6

Определением суда от 28.02.2017 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО7 Определением суда от 06.12.2022 конкурсным управляющим должника утверждена ФИО1

Вступившим в законную силу определением от 30.05.2017 суд обязал бывшего генерального директора должника ФИО3 передать конкурсному управляющему оригиналы документов, а также печати, штампы, материальные и иные ценности. Судом 20.06.2017 выдан исполнительный лист серии ФС № 016499215.

Конкурсный управляющий, полагая, что имеются оснований для привлечения бывшего руководителя должника ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательства должника за непередачу конкурсному управляющему документации общества, что свидетельствует о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов, обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника в размере 4 986 833 844 рублей 63 копеек.

Признавая доказанным наличие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и приостановлении производства по заявлению в части определения размера ответственности, суд первой инстанции исходил из того, что бывший руководитель должника в нарушение положений пункта 2 статьи 126 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) не передал конкурсному управляющему бухгалтерскую и иную документацию должника, печати, штампы, материальные и иные ценности. Указанное не позволило конкурсному управляющему выявить дебиторов, взыскать задолженность, определить коэффициент абсолютной и текущей ликвидности, показатель обеспеченности обязательств должника его активами, степень платежеспособности по текущим обязательствам, провести анализ сделок должника за весь необходимый период, провести иные мероприятия по формированию конкурсной массы, в том числе по оспариванию сделок должника, выявить причины наступления неплатежеспособности на основании конкретных документов.

Суд указал, что в материалах уголовного дела отсутствуют учредительные документы и связанные с управлением обществом документы (в том числе решения собраний учредителей); отсутствуют документы, позволяющие установить состав имущества должника (по недвижимому, движимому, ценным бумагам, имущественным правам); отсутствуют договоры, лицензии, сертификаты, и прочие документы, позволяющие установить кредиторскую и дебиторскую задолженность, реальный оборот общества.

Отменяя определение суда первой инстанции, и отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд апелляционной инстанции руководствовался статьями 65, 69, 71 и 223 Кодекса, статьями 2, 126 Закона о банкротстве, статьей 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, статьей 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53), правовой позицией, указанной в пункте 18 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019, определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.07.2019 № 306-ЭС19-2986.

Суд апелляционной инстанции обоснованно исходил из следующего.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, применимой к спорным правоотношениям, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в частности, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (абзац четвертый пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Требования четвертого абзаца пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве применяется в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника (абзац шестой пункта 4 статьи 10 Закона).

Аналогичная норма права содержится в подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, которая введена в действий Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума № 53, лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Кодекса имеющиеся в материалах дела доказательства, апелляционный суд установил, что документация должника изъята сотрудниками ОЭБ и ПК ОМВД России по Краснодарскому краю, а также сотрудниками ОВД СЧ СУ УМВД России по г. Краснодару. Выемка документации подтверждается протоколами обыска (выемки) от 13.02.2015, 29.04.2015, 15.07.2015, 11.12.2015, 25.01.2016, 16.02.2016, протоколом осмотра места происшествия от 13.03.2015, протоколами осмотра предметов (документов) от 14.05.2015, 23.03.2016, 17.02.2016, 18.07.2015, 01.04.2016, протоколом наложения ареста от 21.01.2016, копии которых представлены в материалы дела.

Суд отметил, что в материалах дела имеется обвинительное заключение в отношении ФИО3, в котором указаны протоколы обыска и изъятия документов должника, в том числе: от 29.04.2015, 15.07.2015, 16.02.2016, 18.03.2016, протоколы осмотра документов: от 18.07.2015, 17.02.2016, 13.03.2015, а также имеется ссылка на том лист дела, в котором находятся вышеуказанные протоколы.

В соответствии с протоколом от 10.05.2016 ФИО3 задержан и заключен под стражу. Постановлением Октябрьского районного суда г. Краснодара от 14.05.2016 в отношении ФИО3 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. После 13.02.2015 ФИО3 утратил доступ к документам, относящимся к деятельности должника, а после 11.03.2015 – утратил доступ к помещению, в котором находилась документация должника, в связи с чем он не имел фактической возможности передать документацию конкурсному управляющему. Протоколом от 21.01.2016 наложен арест на имущество должника, которое передано на ответственное хранение потерпевшему –                ОАО «Банк Москвы» в лице заместителя начальника Управления проблемных активов ФИО8, который предупрежден об ограничениях, которым подвергнуто арестованное имущество, и об ответственности за его сохранность.

Суд апелляционной инстанции указал, что в материалы дела не представлены доказательства, что у ФИО3 в распоряжении имелись какие-либо иные документы, которые не изъяты правоохранительными органами, равно как и доказательства того, что изъятая правоохранительными органами документация должника возвращена ответчику.

Суд пришел к выводу о том, что указанные обстоятельства свидетельствуют о невозможности передать документацию должника конкурсному управляющему, по причине ее изъятия правоохранительными органами в рамках возбужденного уголовного дела в отношении, в том числе ФИО3, и приобщения ее к материалам уголовного дела в качестве вещественных доказательств.

Апелляционный суд отметил, что исполнительное производство                                    № 23035/17/212712, возбужденное на основании исполнительного листа серии                        ФС № 016499215, выданного судом для принудительного исполнения определения                     от 30.05.2017, прекращено определением суда от 09.11.2020. Прекращая исполнительное производство, суд первой инстанции исходил из того, что ФИО3 утратил возможность исполнения требований исполнительного документа, поскольку согласно материалам дела и протоколу обыска от 15.07.2015 печать должника изъята старшим оперуполномоченным УЭБиПК МВД РФ по Краснодарскому краю, майором полиции ФИО9

Таким образом, в обжалуемом определении суд первой инстанции опроверг свои выводы, изложенные в ранее принятом судебном акте, определении от 09.11.2020, что в силу действующего процессуального законодательства недопустимо.

Совокупность установленных фактических обстоятельств позволила апелляционному суду прийти к выводу о том, что факт непередачи документации бывшим руководителем должника обусловлен объективными причинами. Вина ФИО3 в непередаче документов конкурсному управляющему материалами дела не доказана.

В отношении довода конкурсного управляющего о том, что отсутствие документации должника существенно повлияло на проведение процедуры банкротства должника, суд указал, что сам факт непередачи руководителем управляющему документов не создал существенных затруднений проведения процедур банкротства и не препятствовал поиску имущества должника и составлению соответствующего анализа. При этом суд принял во внимание, что из отчета конкурсного управляющего должника             от 13.03.2023 следует, что в рамках процедуры банкротства должника конкурсным управляющим осуществлены меры по реализации имущества, включенного в конкурсную массу, выручка от реализации которого составила 1 566 799 572 рубля 26 копеек.

Учитывая факт изъятия документации должника правоохранительными органами, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что в материалах обособленного спора отсутствуют доказательства того, что в распоряжении бывшего руководителя должника находятся иные документы, не позволившие сформировать конкурсную массу, которые не переданы управляющему и находятся у ответчика. Причинно-следственная связь между вменяемым ответчику бездействием и невозможностью формирования конкурсной массы должника судом не установлена.

Принимая во внимание изложенное, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по заявленному основанию - непередача документов конкурсному управляющему.

Оснований не согласиться с указанными выводами суда апелляционной инстанции у суда кассационной инстанции не имеется.

Приведенные в кассационной жалобе доводы подлежат отклонению, так как выводов суда не опровергают, не свидетельствуют о допущении судом апелляционной инстанции нарушений норм материального и (или) процессуального права и не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, поскольку по своей сути касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по спору и вопросов их оценки, основаны на ином толковании норм права, подлежащих применению при рассмотрении спора. 

Нормы права при разрешении спора применены правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Кодекса безусловным основанием для отмены судебного акта, судом округа не установлено.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия не усматривает оснований для удовлетворения кассационной жалобы и отмены судебного акта.

Руководствуясь статьями 284, 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.04.2023 по делу № А32-17550/2015 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                                 Н.А. Сороколетова

Судьи                                                                                                                Ю.О. Резник

Е.Г. Соловьев