ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-108197/2020

24 января 2023 года

г. Санкт-Петербург

/сд.1

Резолютивная часть постановления объявлена     18 января 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  24 января 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Тойвонена И.Ю.

судей  Слоневской А.Ю., Сотова И.В.

при ведении протокола судебного заседания: секретарем ФИО1,

при участии:  

от ФИО2: ФИО3 по доверенности от 16.11.2022,

от ФИО4: ФИО5 по доверенности от 22.01.2022,

ФИО4 лично, по паспорту,

От АО «ЮБ Факториус»: ФИО6 по доверенности от 29.12.2022, посредством системы «веб-конференция»,

от иных лиц: не явились, извещены,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-29802/2022) ФИО2 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.08.2022 по делу № А56-108197/2020/сд.1 (судья  Мигукина Н.Э.), принятое по заявлению финансового управляющего ФИО7 к ФИО2 об оспаривании недействительной сделки и применении последствия недействительности сделки в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО8,

третье лицо: ФИО9,

установил:

в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области поступило заявление ФИО8 о признании его несостоятельным (банкротом). 

Определением суда первой инстанции от 09.12.2020 указанное заявление принято к производству.

Решением суда первой инстанции от 20.03.2021 ФИО8 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО7.

Соответствующие сведения опубликованы 27.03.2021 в газете «Коммерсантъ» N 78230107974 стр. 46 N 6 (6968).

18.10.2021 в суд первой инстанции от финансового управляющего поступило заявление об оспаривании договора дарения транспортного средства от 22.10.2019, заключенного между должником и ФИО2, и применении последствия недействительной сделки. 

Определением от 13.07.2022 суд первой инстанции привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора - ФИО9

Определением суда первой инстанции от 16.08.2022 признан недействительным договор дарения автотранспортного средства от 22.10.2019, заключенный между ФИО8 и ФИО2; применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу должника денежных средств в размере 2 767 500 руб.

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО2 обратилась с апелляционной жалобой, в которой, ссылаясь на нарушение норм материального и процессуального материального права, а также несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит обжалуемое определение отменить. В обоснование указывает, что наличие кредиторской задолженности само по себе, не подтверждает тяжелое материальное положение такого лица. Отметила, что должник оформил транспортное средство в кредит на себя, однако, фактически денежные средства на оплату кредита за автомобиль давала ФИО2 Указывает, что одна из причин совершения оспариваемой сделки является сохранение имущества за супругой от дальнейшего притязания наследников по закону должника, по причине ухудшения состояния здоровья. Кроме того, ФИО2 пояснила, что, несмотря выбытие имущества (автомобиля) из владения должника в пользу заявителя по договору дарения, однако, далее под залог данного транспортного средства были получены денежные средства, использованные для погашения кредиторской задолженности должника.

От финансового управляющего и конкурсного кредитора ФИО4 поступили отзывы, в которых они просят обжалуемый судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. 

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе.

ФИО4 лично, ее представитель и представитель АО «ЮБ Факториус» против удовлетворения апелляционной жалобы возражали.

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили,  в связи с чем, в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов обособленного спора и подтверждается свидетельством о заключении брака, ФИО2 является супругой должника с 03.04.2019.

22.10.2019 между ФИО8 и ФИО2 заключен договор дарения, по условиям которого должник передал ФИО2 автомобиль Toyota Land Cruiser 150 (Prado), идентификационный номер (VIN) - 

<

***>, 2016 года изготовления.

Обращаясь с настоящим заявлением, финансовый управляющий указал, что оспариваемый договор был совершен должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, в пользу заинтересованного лица и в период возникновения задолженности.

Суд первой инстанции, оценив представленные в материалы спора доказательства и доводы лиц, усмотрел наличие оснований для признания оспариваемой сделки недействительной в силу положений пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266 - 272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого определения.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Банкротство гражданина регулируется специальными нормами главы X Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе. 

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

В соответствии с пунктом 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением Федерального закона. 

Дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО8 возбуждено 09.12.2020, тогда как оспариваемый договор заключен 22.10.2019, то есть в период подозрительности, установленный пунктом 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Между тем, в силу положений пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве и пункта 8 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление № 63), договор дарения как сделка, в предмет которой не входит встречное исполнение, не может оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с пунктом 5 постановления № 63 для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно пункту 7 постановления № 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Таким образом, при оспаривании сделки по специальным основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо доказать наличие у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения сделки, наличие цели и фактическое причинение вреда имущественным правам кредиторов, информированность контрагента об указанных обстоятельствах.

Судом первой инстанции установлено и материалами дела подтверждается, что ФИО2 (супруга должника) в силу положений части 3 статьи 19 Закона о банкротстве является заинтересованным лицом по отношению к должнику, что презюмирует осведомленность ответчика о финансовом положении должника, а также о цели совершения оспариваемой сделки в ущерб интересам кредиторов.

В обоснование наличия на момент заключения оспариваемой сделки у должника признаков неплатежеспособности, финансовый управляющий указал, что сделка совершена в период возникновения задолженностей по кредитным обязательствам. 

При этом, как следует из заявления самого должника, у должника уже имелись обязательства перед ФИО10, возникшие на основании займа, выданного по расписке от 01.05.2016 (800 000 руб.), а также перед кредитором ФИО4, возникшие в связи с неисполнением обязательств по договору займа от 01.02.2017 (1 540 000 руб.; период возвращения денежных средств  до 01.02.2020).

Вопреки доводам апелляционной жалобы, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной, в частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях, при доказанности наличия обстоятельств, которые в своей совокупности являются обстоятельствами, достаточными для определения того, что у должника имелась цель причинения вреда своим кредиторам в результате совершения названной сделки, что следует из пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве следует.

Следует отметить и то, что в соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2019 N 304-ЭС15-2412(19), положения статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимы, в первую очередь, для того, чтобы посредством аннулирования подозрительных сделок ликвидировать последствия вреда, причиненного кредиторам должника после вывода активов последнего, то есть квалифицирующим признаком таких сделок является именно наличие вреда кредиторам, уменьшение конкурсной массы в той или иной форме, а в целях определения того, повлекла ли сделка вред, поведение должника может быть соотнесено с предполагаемым поведением действующего в своем интересе и в своей выгоде добросовестного и разумного участника гражданского оборота.

Так, если сделка, скорее всего, не могла быть совершена таким участником оборота, в первую очередь, по причине ее невыгодности (расточительности для имущественной массы), то наиболее вероятно, что сделка является подозрительной. И напротив, если есть основания допустить, что разумным участником оборота могла быть совершена подобная сделка, то предполагается, что условий для ее аннулирования не имеется.

Необходимо также учитывать, что кроме стоимостных величин при квалификации сделки во внимание должны приниматься и все иные обстоятельства ее совершения, указывающие на возможность получения взаимной выгоды сторонами, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся убедительным и обоснованным (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2019 N 305-ЭС18-8671(2)).

При этом в силу правовых подходов, сформулированных в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.07.2020 N 310-ЭС18-12776(2), гражданское законодательство основывается на презюмируемой разумности действий участников гражданских правоотношений.

Разумность стороны гражданско-правового договора при его заключении и исполнении означает проявление этой стороной заботливости о собственных интересах, рациональность ее поведения исходя из личного опыта данной стороны, в той ситуации, в которой она находится, существа правового регулирования заключенной ею сделки и сложившейся практики взаимодействия таких же участников гражданского оборота при сходных обстоятельствах.

В частности, апелляционная коллегия полагает необходимым принять во внимание, что перед заключением оспариваемого договора дарения, должником, в период с 30.05.2019 по 11.09.2019, с рядом кредитных организаций заключены кредитные договоры на выдачу денежных средств на общую сумму более 10 000 000 руб., в связи с неисполнением обязательств перед которыми на момент закрытия реестра (27.05.2021) в третью очередь реестра требований кредиторов включены требования следующих Банков:

- ПАО «Банк Уралсиб» 932641,62 руб.;

- АО «Альфа-Банк» 2350401,92 руб.;

- Банк ВТБ (ПАО) 2850754,16 руб.;

- АО «ЮРИДИЧЕСКОЕ БЮРО ФАКТОРИУС» 3527611,04 руб.

Указанная задолженность составляет более 84% от общего размера задолженности, включенной в реестр кредиторов. 

При этом каких-либо доказательств, что денежные средства, полученные от кредитных организаций, были направлены на погашение имеющейся у должника задолженности перед кредиторами, в материалы спора не представлено. Как и не раскрыта экономическая цель безвозмездного отчуждения ликвидного имущества должника в пользу заинтересованного лица при наличии у должника кредитных обязательств в значительном размере и отсутствия сведений об ином имуществе, в результате реализации которого могли быть удовлетворены требования кредиторов. 

Между тем, безвозмездное отчуждение имущества должника в целях вывода актива из конкурсной массы должника свидетельствует о совершении сделки в целях причинения вреда должнику и его кредиторам, о чем супруге должника, как заинтересованному по отношению к должнику лицом, должно было быть известно в силу пункта 7 постановления № 63.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, последующая передача транспортного средства в залог ФИО9 для погашений кредитных обязательств на общую сумму 1 800 000 руб., что составляет примерно 16% от общей суммы кредитных обязательств, а также свидетельствует об отсутствии у должника возможности на момент совершения оспариваемой сделки погасить имеющиеся долговые обязательства, при рыночной стоимости аналогичных транспортных средств - более 3 000 000 руб., что в 1.5 раза выше полученных от ФИО9 денежных средств, не может свидетельствовать о правомерном поведении должника в рассматриваемом случае.

Доводы о наличии у должника заболеваний и наследников не свидетельствуют о необходимости дарения транспортного средства, которое в последующем было отчуждено в пользу третьего лица, и не изменяют вывода суда о причиненном имущественном ущербе кредиторам должника в связи с утратой ликвидного актива и возможности соразмерного удовлетворения требований. 

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции поддерживает позицию суда первой инстанции о том, что безвозмездная передача ликвидного имущества в пользу заинтересованного лица была направлена на отчуждение имущества должника аффилированному лицу с целью вывода этого актива из конкурсной массы должника, причинили ущерб правам и законным интересам кредиторов, то есть обладают всеми квалифицирующими признаками недействительной сделки в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом суд первой инстанции установил наличие оснований для признания оспариваемой сделки недействительной на основании положений статей 10, 168 ГК РФ, как сделки, совершенной со злоупотреблением права.

Апелляционный суд находит указанный вывод суда первой инстанции неверным, поскольку ссылаясь на совершение сделки в отношении заинтересованного лица, с целью причинения вреда кредиторам, заявитель фактически указывает обстоятельства, которые охватываются диспозицией специальных положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. В чем состоят пороки оспариваемых сделок, которые могут указывать именно на злоупотребление правом ее сторон, без признаков недействительности, предусмотренных специальными положениями статьи 61.2 Закона о банкротстве, заявитель должным образом не раскрыл, при отсутствии достаточных оснований полагать совершенные сделки фиктивными. Вместе с тем, данное суждение не повлияло на правильность итогового вывода суда о наличии оснований для удовлетворения заявления финансового управляющего.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения апелляционной жалобы, доводы которой не опровергают правомерности выводов суда, а лишь выражают несогласие с ними, в связи с чем не могут служить основанием для отмены состоявшегося судебного акта.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины распределены в соответствии с положениями статьи 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, пунктом 1 статьи 269 АПК РФ, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 16.08.2022 по делу №  А56-108197/2020/сд.1 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.   

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

И.Ю. Тойвонен

Судьи

А.Ю. Слоневская

 И.В. Сотов