АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-13/22 

Екатеринбург

01 июня 2022 г.

 

Дело № А60-14518/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 26 мая 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 01 июня 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Новиковой О. Н.,

судей Шершон Н. В., Плетневой В. В.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО3 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 17.08.2021 по делу № А60-14518/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.03.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие:

представитель ФИО3 – ФИО1  (доверенность от 27.10.2020);

представитель общества с ограниченной ответственностью «УКС Груп» – Дрожащих О.С. (доверенность от 11.03.2021 № 1).

конкурсный управляющий  обществом с ограниченной ответственностью «Уральская строительно-торговая компания «Юран» ФИО2 (лично, паспорт). 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 13.11.2020 общество с ограниченной ответственностью «Уральская строительно-торговая компания «Юран» (далее – общество «УСТК «Юран», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, исполнение обязанностей конкурсного управляющего должника возложено на ФИО2

Исполняющий обязанности конкурсного управляющего ФИО2  обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора о передаче полномочий единоличного исполнительного органа управляющему от 02.07.2018 (далее – договор от 02.07.2018), заключенного между обществом «УСТК «Юран» и ФИО3 (далее – ответчик), а также о признании недействительными перечислений денежных средств должником в пользу ФИО3 на общую сумму 15 102 600 руб. 44 коп.; применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ФИО3 в пользу должника денежных средств в размере 14 788 300 руб. 44 коп. (с учетом уточнения требований).

Определением Арбитражного суда Свердловской области суда от 17.08.2021 заявление исполняющего обязанности конкурсного управляющего ФИО2 удовлетворено частично, договор от 02.07.2018, заключенный между обществом «УСТК «Юран» и ФИО3, и перечисления денежных средств ФИО3 признаны недействительными сделками, применены последствия недействительности в виде взыскания с ФИО3 в пользу должника денежных средств в размере 13 721 620 руб.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.03.2022 определение суда первой инстанции от 17.08.2021 изменено; в удовлетворении требований о признании недействительным договора от 02.07.2018, заключенного между обществом «УСТК «Юран» и ФИО3, отказано, признаны недействительными сделками перечисления денежных средств обществом «УСТК «Юран» в пользу ФИО3 в общем размере 6 371 000 руб.,  в удовлетворении остальной части требований отказано.

Не согласившись с указанными судебными актами, ФИО3 обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на неправильное применение норм материального права и несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам и материалам дела, просит указанные судебные акты в части признания недействительными перечислений на сумму 5 344 415 руб. 58 коп. отменить и принять новый судебный акт. 

В обоснование кассационной жалобы ответчик указывает на то, что выводы суда апелляционной инстанции о недействительности перечислений по договору от 02.07.2018 не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. 

Заявитель кассационной жалобы полагает, что делая вывод об обоснованности вознаграждения в период с июля 2018 года по ноябрь 2019 года, апелляционный суд не привел мотивов определения указанного периода, с учетом того, что полномочия руководителя выполнялись ответчиком по ноябрь 2020 года. 

Ответчик отмечает, что признавая недействительными платежи по договору от 02.07.2018 в размере 50 000 руб. (из 150 000 руб.) за использование транспортного средства, апелляционный суд не принял во внимание, что договор подразумевал как выплату в размере 50 000 руб. за сам факт использования транспортного средства, так и возмещение расходов, фактически понесенных ответчиком по автосервису транспортного средства и его содержанию, то есть два разных элемента. 

Кассатор указывает на то, что выводы апелляционного суда относительно необоснованности премий за 3, 4 кварталы 2018 года в связи с отрицательной динамикой не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, поскольку согласно анализу финансового состояний должника, подготовленному ФИО4, показатель чистой прибыли вырос более чем на 5 %. 

Ответчик полагает, что апелляционный суд не мотивировал, в чем именно заключалась недобросовестность его действий, отмечает,  что признаки неплатежеспособности должника наступили не ранее октября 2019 года, в обоснование чего были представлены соответствующие доказательства, не получившие надлежащей оценки суда. 

Кроме того, кассатор указывает, что суд апелляционной инстанции не дал оценки его доводам о расходовании 1 471 000 руб. на нужды должника.

Конкурсный управляющий ФИО2 в отзыве на кассационную жалобу по доводам ответчика возражает, просит в удовлетворении кассационной жалобы отказать, обжалуемые судебные акты оставить без изменения.

Поступившие в Арбитражный суд Уральского округа 26.05.2022 от ответчика пояснения на отзыв конкурсного управляющего на кассационную жалобу судом округа во внимание не принимаются, поскольку в нарушение части 1 статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не содержат доказательств их направления или вручения лицам, участвующим в деле. К материалам дела представленные пояснения не приобщаются, но фактическому возврату на бумажном носителе не подлежат, поскольку представлены в электронном виде посредством системы «Мой Арбитр».

В соответствии со статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции проверяет законность постановления суда апелляционной инстанции, которым изменено определение суда первой инстанции, в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе.

Как установлено судами, следует из материалов дела и общедоступной информации, размещенной в картотеке арбитражных дел, определением Арбитражного суда Свердловской области от 26.03.2020 на основании заявления общества с ограниченной ответственностью «УКС Груп» возбуждено дело о признании несостоятельным (банкротом) общества «УСТК «Юран».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.07.2021 требование кредитора признано обоснованным, в отношении общества «УСТК «Юран» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО2

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 13.11.2020 в отношении общества «УСТК «Юран» введена процедура конкурсного производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО2

Как следует из материалов дела, 02.07.2018 между обществом «УСТК «Юран» (должник) и индивидуальным предпринимателем ФИО3 (управляющий) был заключен договор передачи полномочий единоличного исполнительного органа управляющему, согласно которому должник передает управляющему полномочия (права и обязанности) единоличного исполнительного органа общества, а управляющий обязуется за определенное настоящим договором вознаграждение добросовестно и разумно осуществлять полномочия (права и обязанности) единоличного исполнительного органа общества в соответствии с условиями настоящего договора.

В силу пункта 7.1 указанного договора за услуги по управлению обществом управляющему выплачивается вознаграждение в размере, предусмотренном приложением.

Согласно Приложению № 1 к договору вознаграждение складывается из двух частей: постоянной в размере 150 000 руб. в месяц; переменной в размере 1% от выручки.

Постоянная часть вознаграждения включает в себя: 100 000 руб. – возмещение управляющему расходов, связанных с выполнением полномочий руководителя; 50 000 руб. – возмещение управляющему расходов, связанных с использованием личного автомобиля.

Переменная часть вознаграждения выплачивается управляющему при условии, что показатель чистой прибыли за последние 3 месяца, включая расчетный, имел положительную динамику и вырос за этот период не менее, чем на 5%.

Конкурсным управляющим в ходе своей деятельности выявлено перечисление денежных средств в период с 18.12.2017 по 21.10.2019 со счетов должника в пользу ФИО3 на общую сумму 14 788 300 руб. 44 коп., с учетом поступивших от ответчика платежей (которые управляющим не оспариваются).

Полагая, что договор передачи полномочий единоличного исполнительного органа управляющему от 02.07.2018 заключен и указанные платежи произведены в период подозрительности, при наличии у должника признаков неплатежеспособности, в отношении заинтересованного лица (единственного участника должника), в целях причинения вреда конкурсным кредиторам должника, со злоупотреблением правом, конкурсный управляющий обратился с рассматриваемым заявлением о признании их недействительными на основании пунктов 1, 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ  «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, применении последствий их недействительности в виде взыскания с ответчика необоснованно полученных 14 788 300 руб. 44 коп. (с учетом уточнения требований).

Рассматривая заявленные требования, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной подозрительной сделки, совершенной в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом.

В силу разъяснений, изложенных в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). 

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 Постановления № 63 указано, что согласно абзацам 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

На основании статьи 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. Под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

В соответствии с положениями пункта 7 Постановления № 63 в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо, если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Рассматривая заявленные требования, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что оспариваемый договор заключен 02.07.2018, оспариваемые платежи совершены в пределах периода подозрительности, определенного пунктами 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Кроме того, по результатам исследования и оценки всех имеющихся в материалах дела доказательств суды установили, что ФИО3 на основании пункта 2 статьи 19 Закона о банкротстве является заинтересованным по отношению к должнику лицом, в связи с чем презюмируется его осведомленность о финансовом состоянии должника.

Как указал конкурсный управляющий и следует из материалов дела всего ФИО3 по договору о передаче полномочий получены денежные средства в размере 8 071 000 руб. 

Из заявления конкурсного управляющего (с учетом уточнений) также следовало, что он оспаривает иные перечисления в пользу ФИО3 на сумму 6 717 300 руб. 44 коп., куда включаются следующие платежи: 

- 4 200 000 руб. – исполнение договора по возврату займа, выданного ФИО3 должнику; 

- 860 457 руб. 54 коп. – выплаченные дивиденды; 

- 206 222 руб. 90 коп. – отпускные. 

- 1 450 620 руб. – денежные средства, переведенные в подотчет. 

Исследовав материалы дела и установив наличие у должника неисполненных обязательств перед обществом с ограниченной ответственностью «Битумекс» на сумму 65 867 руб. 40 коп. на основании УПД от 28.12.2017 № 382, товарной накладной от 15.05.2018 № 130, а также перед обществом с ограниченной ответственностью ТК «Бауштайн» на сумму68 400 руб. на основании решения Арбитражного суда Свердловской области от 14.02.2020 по делу № А60-69511/2019 (задолженность образовалась за периоды октябрь - декабрь 2017 года, январь - сентябрь 2018 года), суд первой инстанции сделал вывод о том, что на момент совершения оспариваемых сделок должник отвечал признаку неплатежеспособности.

Удовлетворяя частично заявленные требования, суд первой инстанции признал договор передачи полномочий единоличного исполнительного органа управляющему от 02.07.2018 и выплаты по нему в сумме 8 071 000 руб., а также перечисление денежных средств должником в пользу ответчика в сумме 4 200 000 руб. по возврату займа, выданного ФИО3 должнику; денежные средства, переведенные ответчику в подотчет в размере 1 450 000 руб. недействительными по пунктам 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Кроме того, суд усмотрел злоупотребление правом при подписании спорного договора от 02.07.2018 и совершении платежей по нему. 

Суммы выплаченных ответчику дивидендов (860 457 руб. 54 коп.) и отпускных (206 222 руб. 90 коп.) суд признал обоснованными и не подлежащими оспариванию. В удовлетворении требований в соответствующей части отказано, выводы суда в указанной части не оспариваются.

Повторно исследовав материалы дела, доводы и возражения сторон в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд пришел к следующим выводам.

Так, удовлетворяя заявление в части признания договора передачи полномочий единоличного исполнительного органа управляющему от 02.07.2018 недействительной сделкой, суд первой инстанции исходил, в частности, из того, что он был заключен при наличии у должника признаков неплатежеспособности.

Повторно исследовав фактические обстоятельства и материалы дела в указанной части, апелляционный суд признал указанный вывод ошибочным, поскольку при рассмотрении в рамках настоящего дела обособленного спора по заявлению арбитражного управляющего об оспаривании сделки должника по перечислению денежных средств в пользу общества с ограниченной ответственностью УСТК «Юран» (ИНН 

<

***>) судом в определении Арбитражного суда Свердловской области от 10.06.2021, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции, признаков неплатежеспособности у должника на период 2017-2018 годы не установлено (пункт 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Апелляционный суд также отметил, что в рамках рассмотрения иных заявлений в деле о признании недействительными сделок должника (определения от 14.05.2021 об отказе в признании недействительными платежей должника в пользу обществ «Автотех», «Промтех-Урал») установлено, что должник совершал оплаты в марте и июне 2020 года за товар (строительные материалы), и строительную технику, необходимые для выполнения работ для заказчика – общества с ограниченной ответственностью «Проперши энд Девелопмент», на строительном объекте Патриса Лумумбы, 2; более того, из первичных документов, которые были представлены в материалы дела указанными лицами, следовало, что должник еще вплоть до сентября 2020 года выполнял строительные работы на указанном объекте. Кроме того, согласно данным финансовой отчетности показатели чистой прибыли предприятия составляли в 2017 году – 84 тыс. руб., 2018 году – 346 тыс. руб., в 2019 году убыток составил 25 млн руб.;  на дату совершения оспариваемых перечислений (февраль 2018 – октябрь 2018), и в последующем у должника имелись денежные средства значительно превышающие размер задолженности перед кредиторами, а также прочие активы; должник исполнял обязательства перед иными контрагентами, не имел задолженности по оплате заработной платы, налогам и сборам, также как и отсутствовала картотека по расчетным счетам, аресты на имущество и денежные средства должника отсутствовали.

Таким образом, отказывая в признании договора от 02.07.2018 недействительной сделкой на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве, апелляционный суд исходил из того, что на дату заключения названного договора должник признаками неплатежеспособности не обладал, вел активную хозяйственную деятельность, в том числе на строительном объекте общества «Проперти энд Девелопмент» - ул. Патриса Лумумбы, 2, с завершением работ в 2020 году, при этом суд отметил, что наличие признаков неплатежеспособности у должника на момент совершения сделки и заинтересованность лица по сделки по отношению к должнику сами по себе не являются безусловным основанием для признания сделки недействительной, поскольку не свидетельствуют о намерении сторон причинить вред кредиторам. Для признания сделки недействительной необходимо установить также наличие вреда, наступившего в результате сделки, то есть факт нарушения прав кредиторов должника вследствие ее совершения и цель причинения вреда.

Повторно исследовав обстоятельства перечисления ответчику 8 071 000 руб. в рамках договора передачи полномочий единоличного исполнительного органа управляющему от 02.07.2018 и доводы конкурсного управляющего об отсутствии экономической целесообразности в заключении указанного договора и его притворность, апелляционный суд отметил следующее.

Из материалов дела следует, что общество «УСТК «Юран» зарегистрировано в качестве юридического лица 05.06.2014, основным видом деятельности общества является строительство жилых и нежилых зданий.

Единственным его учредителем является ФИО3, функции руководителя общества исполнял также ФИО3 в период с 05.06.2014по 29.06.2018 на основании трудового договора от 05.06.2014 № 1.

Исследовав материалы дела и установив, что доказательств того, что ФИО3 не исполнял свои обязанности по договору о передаче полномочий единоличного исполнительного органа, с учетом функциональных обязанностей, не представлено (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), а вопреки тому из представленных в материалы дела доказательств (выписка из ЕГРЮЛ, договоры с приложениями, акт сверки взаимных расчетов) следует, что договор управления сторонами исполнялся, в период действия договора ФИО3, в качестве управляющего должника заключал договоры, подписывал акты выполненных работ, производил выплаты заработной платы работникам общества и т.п., при том, что отдельные недостатки оформленной документации не свидетельствуют об отсутствии правоотношений, апелляционный суд констатировал реальность оспариваемого договора и отсутствие оснований для признания его недействительным по признаку притворности и злоупотребления правом.

Рассматривая спор в части обоснованности выплат в произведенном размере, апелляционный суд учел, что согласно представленному расчету среднего заработка, заработная плата ФИО3 составляла ежемесячно за июнь - сентябрь 2017 года – 22 000 руб.; октябрь 2017 года – 40 230 руб.; январь - май 2018 года – 69 000 руб.

Как указывалось выше, по договору от 02.07.2018 вознаграждение управляющего в постоянной части составляет 150 000 руб., в том числе 100 000 руб. в возмещение расходов, связанных с выполнением полномочий руководителя, 50 000 руб. – использование транспортного средства.

Из пояснений ответчика следует, что при подписании договора от 02.07.2018 должник уже не должен был производить ежемесячное начисление и уплату взносов и налогов в бюджет за ФИО3, как своего работника. Выплаты с дохода, полученного от должника ФИО3 по договору управления от 02.07.2018 стали бременем самого ФИО3

В противном случае, отчисления в бюджет составили бы до 43% от суммы ежемесячного дохода ФИО3, а именно, НДФЛ 13%, взносы в пенсионный фонд 22%, взносы в фонд мед. страхования 5,1%, фонд соц. страхования 2,9%, ФСС (взносы на несчастные случаи) 0,2%.

Рассмотрев представленные пояснения, апелляционный суд установил, что размер заработной платы ФИО3 (66 000 руб.), с учетом обязательных отчислений (43%) составлял бы 94 380 руб., что сопоставимо с утвержденным договором управления размером вознаграждения (100 000 руб.) за выполнение полномочий руководителя общества.

Исходя из соотносимости вознаграждения управляющего по договору управления с размером заработной платы ФИО3, получаемой им ранее по трудовому договору с учетом обязательных отчислений в бюджет в качестве директора общества, апелляционный суд признал обоснованным получение ответчиком вознаграждения за выполнение полномочий руководителя общества в размере 100 000 руб. ежемесячно.

Вместе с тем, исходя из того, что оспариваемые платежи по договору о передаче полномочий совершены за период с июля 2018 года по октябрь 2019 года, при этом порядок сдачи услуг по управлению обществом предусматривает ежемесячное подписание сторонами актов об оказанных услугах (п. 8.1 договора), в распоряжении конкурсного управляющего имеются акты об оказанных услугах (в условиях непередачи ответчиком конкурсному управляющему приложений к договору от 02.07.2018, устанавливающих размер вознаграждения управляющего, а также части актов об оказанных услугах), за период с 31.08.2018 по 29.11.2019 на сумму 4 359 487 руб. 03 коп., при том что акт № 39 на сумму 1 232 902 руб. 61 коп. и акт № 25 на сумму 1 026 584 руб. 42 коп. имеют ссылки на оплату услуг за 3 и 4 кварталы 2018 года соответственно, апелляционный суд заключил, что указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что услуги управляющего оказывались должнику и выплата вознаграждения производилась в период с июля 2018 года по ноябрь 2019 года включительно (17 месяцев).

Установив период оказания ответчиком услуг (17 месяцев) и размер вознаграждения за выполнение аналогичных полномочий (100 000 руб. ежемесячно), апелляционный суд признал платежи в сумме 1 700 000 руб. (17 мес. x 100 000) обоснованными.

Относительно выплаты в размере 50 000 руб., установленной договором в возмещение управляющему расходов, связанных с использованием личного автомобиля, суд апелляционной инстанции отметил, что в приложении № 1 к договору от 02.07.2018 предусмотрено условие о принятии автомобиля обществом на учет по акту приема-передачи, а также несение обществом расходов по автосервису и его содержанию; бухгалтерией должен быть утвержден лимит по топливу для управляющего, заключены договоры с обслуживающими компаниями.

Вместе с тем, исходя из того, что доказательств принятия обществом автомобиля, установления лимита по топливу в материалы дела не предоставлено, какие-либо доказательства и свидетельства того, что транспортное средство использовалось управляющим в служебных целях и указанный факт отражался в бухгалтерской отчетности должника и документах первичного учета отсутствуют, апелляционный суд признал соответствующие выплаты ответчику произведенными в отсутствие соответствующих оснований и равноценного встречного предоставления.

В отношении выплаты ответчику переменной части вознаграждения в размере 1% от выручки суд апелляционной инстанции сделал следующие выводы.

Так, установив, что согласно договору переменная часть вознаграждения выплачивается управляющему при условии, что показатель чистой прибыли за последние 3 месяца, включая расчетный, имел положительную динамику и вырос за этот период не менее, чем на 5%, а также то, что из пояснений ФИО3 следует, что за 3 квартал 2018 года  размер выручки должника составил 37 589 723 руб., а в декларации указана выручка нарастающим итогом в размере 98 479 072 руб., при этом выручка за 4 квартал 2018 года  по расчету ответчика составила 34 219 481 руб., а кредитором (обществом «УКС Груп») приведен свой расчет, исходя из данных бухгалтерской отчетности, согласно которому выручка за 4 квартал 2018 года  составляет 34 055 515 руб., апелляционный суд сделал выводы об отрицательной динамике, и, соответственно, отсутствии оснований для такой выплаты. 

Кроме того, суд апелляционной инстанции отметил, что указанные выплаты не могут быть признаны обоснованными, поскольку у должника с февраля 2018 года имелась задолженность перед рядом кредиторов, на конец 2018 года (и по настоящее время) она не была погашена, ввиду чего, исходя из обязанности руководителя действовать разумно и добросовестно, в интересах организации, денежные средства должника могли и должны были быть направлены на погашение указанной задолженности перед независимыми кредиторами, а не на выплату переменной части вознаграждения заинтересованному по отношению к должнику ФИО3

Относительно требований конкурсного управляющего о признании перечислений денежных средств должником в размере 4 200 000 руб. (05.07.2018 на сумму 200 000 руб., 29.06.2018 на сумму 2 000 000 руб., 05.07.2018 на сумму 2 000 000 руб.) в пользу ФИО3 в качестве исполнение обязательств по возврату займа, выданного ФИО3 должнику, суды установили, что поскольку  реальность договора займа и факт получения денежных средств должником по нему сторонами не оспаривается, факт предоставления ответчиком займа подтверждается выпиской по счету должника, при этом в материалы дела представлена распечатка со счета 67.03 об отражении получения и возврата займа в бухгалтерской отчетности должника, суды сделали вывод о том, что при указанных обстоятельствах с учетом того, что на момент заключения договора займа, перечислений по нему и на момент возврата должником займа (июнь и июль 2018 года) должник не обладал признаками неплатежеспособности, оснований для признания указанных платежей недействительными не имеется.

Рассмотрев заявление конкурсного управляющего в части признания недействительными перечислений в адрес ответчика в размере 1 450 620 руб. (переведенные в подотчет денежные средства), и установив, что представленные ФИО3 в подтверждение расходования денежных средств на нужды должника авансовые отчеты не могут являться надлежащими доказательствами, поскольку такие документы не соответствуют требованиям действующего законодательства, изготовлены подписаны и представлены заинтересованным по отношению к должнику лицом, не отражают реальных фактов финансово-хозяйственной жизни должника, экономически не обоснованы, суд первой инстанции сделал вывод о том, что факт расходования полученных денежных средств на нужды должника не подтвержден ответчиком, и, соответственно, указанная сумма получена ФИО3 безосновательно.

Повторно исследовав материалы дела в указанной части, и установил, что при рассмотрении спора об истребовании документов у ФИО3, представлены кассовые книги за 2017, 2018, 2019, 2020 года и сведения бухгалтерских регистров, которые отражают факт наличия кассы на предприятии должника; авансовые отчеты с приложением первичных документов (частично) о расходовании денежных средств были представлены конкурсному управляющему.

Проанализировав в совокупности кассовые книги за 2017, 2018, 2019, 2020 года, сведения бухгалтерских регистров, карточки счета и авансовые отчеты, представленные ответчиком в суд первой инстанции, представленную ответчиком по запросу апелляционного суда сводную информацию по получению и расходованию денежных средств (сводная таблица к пояснениям от 12.01.2022), карточку счета 70 за период январь 2017 года - январь 2020 года, данные 1С Бухгалтерия, суд апелляционной инстанции констатировал, что представленные доказательства в совокупности позволяют прийти к выводу о расходовании 1 450 620 руб. на хозяйственные нужды предприятия, что также согласуется с установленным фактом ведения должником хозяйственной деятельности и выполнения строительных работ по сентябрь 2020 года, и выплату заработной платы работникам должника (нанятых со стороны и находящихся в штате должника).

Ввиду того, что спорные платежи на сумму 1 450 620 руб. произведены при равноценном встречном предоставлении и не свидетельствуют о цели их вывода в личных интересах ответчика в ущерб должнику и его кредиторам, апелляционный суд сделал вывод об отсутствии оснований для признания их недействительными.

С учетом вышеизложенного, суд апелляционной инстанции признал обоснованными перечисления следующих денежных средств, помимо признанных судом первой инстанции обоснованными дивидендов (860 457,54 руб.) и отпускных (206 222,90 руб.):

1 700 000 руб., выплаченных в качестве вознаграждения по договору от 02.07.2018 о передаче полномочий единоличного исполнительного органа управляющему, заключенному между обществом «УСТК «Юран» и ФИО3 в возмещение управляющему расходов, связанных с выполнением полномочий руководителя;

4 200 000 руб., выплаченных в качестве исполнение обязательств по возврату займа, выданного ФИО3 должнику;

1 450 620 руб., перечисленных ответчику и переведенных последним в подотчет.

Удовлетворяя требования в остальной части в размере 6 371 000 руб. (14 788 300 руб. 44 коп. - 1 700 000 руб.  - 4 200 000 руб. - 1 450 620  руб.  - 206 222 руб. 90 коп. - 860 457 руб. 54 коп. = 6 371 000 руб.), апелляционный суд исходил из того, что платежи по перечислению указанной суммы (из которых 1471000 руб. признаны ответчиком, как полученные безосновательно) являются недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку совершены должником без соответствующих оснований в пользу заинтересованного лица в целях причинения вреда должнику и конкурсным кредиторам должника, привели к уменьшению активов должника.

Рассматривая вопрос о применении последствий недействительности сделок, руководствуясь положениями пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве и пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым применение последствий недействительности сделки, направлено на приведение сторон оспоренной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения, суд апелляционной инстанции в качестве применения последствий недействительности сделок возложил на ФИО3 обязанность возвратить в конкурсную массу должника безосновательно полученные денежные средства в размере 6 371 000 руб.

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела, оценки доводов и возражений участвующих в споре лиц находит выводы суда апелляционной инстанции достаточно обоснованными, соответствующими конкретным фактическим обстоятельствам рассматриваемого спора и основанными на верном применении норм права, регулирующих спорные правоотношения.

Приведенные в кассационной жалобе доводы тождественны доводам, которые являлись предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций, по существу сводятся к несогласию кассатора с оценкой, данной судами, представленными в дело доказательствами и сделанными судами выводами, основанными на установленных по делу обстоятельствах, оснований для непринятия либо изменения которой у суда кассационной инстанции не имеется в силу части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Материалы дела исследованы судом апелляционной инстанции полно, всесторонне и объективно, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалуемом судебном акте выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

С учетом изложенного обжалуемый судебный акт подлежит оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.03.2022 по делу № А60-14518/2020 Арбитражного суда Свердловской области оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                               О.Н. Новикова 

 

Судьи                                                                            Н.В. Шершон 

 

                                                                                             В.В. Плетнева