Дело № А43-28847/2023

08 апреля 2024 года

г. Владимир

 

Первый арбитражный апелляционный суд в составе судьи Ковбасюка А.Н., рассмотрев апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя Косенкова Александра Борисовича на решение Арбитражного суда Нижегородской области от 16.01.2024 по делу № А43-28847/2023, принятое в порядке упрощенного производства, 

 

по иску индивидуального предпринимателя Косенкова Александра Борисовича (ИНН: 780500891098, ОГРНИП: 304780527100132) к индивидуальному предпринимателю Кузнецову Андрею Васильевичу (ОГРНИП: 320527500087027, ИНН: 523300846075) о взыскании компенсации за нарушение исключительного права,

 

без вызова сторон,

 

установил.

 

Индивидуальный предприниматель Косенков Александр Борисович (далее – ИП Косенков А.Б., истец) обратился в арбитражный суд с исковым заявлением, уточненным в порядке статьи 49 АПК РФ, к индивидуальному предпринимателю Кузнецову Андрею Васильевичу (далее- ИП Кузнецов А.В., ответчик) о  взыскании компенсации за нарушение  исключительных прав на товарный знак № 359303 в виде словесного обозначения «KAIZER» в сумме 92 857 руб., а также 60 руб. расходов на приобретение спорного товара, 125 рублей почтовых расходов, 8000 руб. расходов на фиксацию правонарушения и 200 руб. расходов по уплате госпошлины за получение выписки из ЕГРИП.

Решением от 16.01.2024 Арбитражный суд Нижегородской области ходатайство истца об уточнении исковых требований до 92 857 руб. коп. принял в порядке ст. 49 АПК РФ. Иск удовлетворил частично,  взыскал с ответчика в пользу истца 1092 руб. 44 коп. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 359303, а также 00 руб. 70 коп. расходов на приобретение спорного товара, 01 руб. 47 коп. почтовых расходов,  94 руб. 11 коп. расходов на фиксацию правонарушения, 23 руб. 52 коп. расходов по государственной пошлине. Взыскал с ИП Кузнецова  А.В. в доход федерального бюджета 20 руб. 17 коп. государственной пошлины и с ИП Косенкова А.Б. в доход федерального бюджета 1 693 руб. 83 коп. государственной пошлины.

Не согласившись с принятым по делу решением, ИП ФИО1 обратился в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемый судебный акт на основании положений статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В обоснование жалобы Общество  указывает на то, что суд произвольно и безосновательно определил цену, которая при сравниваемых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, приняв во внимание территориальный принцип.

В соответствии с частью 1 статьи 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционные жалобы на решения арбитражного суда по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства, рассматриваются в суде апелляционной инстанции судьей единолично без вызова сторон по имеющимся в деле доказательствам.

Законность и обоснованность принятого по делу решения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с учетом особенностей, предусмотренных статьей 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ИП ФИО1 является обладателем исключительных прав на товарный знак № 359303 «KAIZER», что подтверждено свидетельством на товарный знак, зарегистрированным 08.09.2008, срок действия исключительного права продлен до 19.10.2025.

В ходе закупки, произведенной 05.04.2022 в торговой точке, принадлежащей ответчику, расположенной по адресу: 

<

...>  установлена реализация товара – «маникюрный инструмент» с размещением обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком  № 359303.

Претензией истец обратился к ответчику с требованием о выплате компенсации за нарушение исключительных авторских прав, однако ответчик от выплаты компенсации в добровольном порядке уклонился, что послужило основанием для обращения заявителя с настоящим иском.

В обоснование приведенного расчета компенсации истец представил в материалы дела лицензионный договор о предоставлении права использования товарного знака от 06.04.2021, по условиям которого истец (лицензиар) предоставляет ООО Торговый дом КЬЮТ-КЬЮТ право использовать товарный знак № 359303 в отношении товаров и услуг по семи классам МКТУ путем его размещения 4 способами.

Суд первой инстанции установил факт принадлежности истцу исключительного права на товарный знак, а также факт его нарушения ответчиком, что в совокупности является основанием для взыскания компенсации.

Определяя подлежащий взысканию размер компенсации, суд первой инстанции, проанализировав условия лицензионного договора от 06.04.2021, а также учитывая, что материалами дела доказан только один факт реализации контрафактного товара, относящегося к 8-му классу, в одном субъекте Российской Федерации, пришел к выводу о необходимости учета территориального фактора в формуле расчета компенсации и взыскал компенсацию в размере  1092 руб. 44 коп., а также отнес на ответчика обязанность по возмещению истцу понесенных в связи с рассмотрением настоящего спора расходов на приобретение спорного товара, почтовых расходов, расходов на фиксацию и  расходов по оплате государственной пошлины, пропорционально удовлетворенным исковым требованиям.

Повторно исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел выводу о наличии оснований для изменения обжалуемого решения, при этом суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

В силу статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью) являются, в частности, товарные знаки и знаки обслуживания, а также произведения искусства.

В соответствии со статьей 1226 ГК РФ, на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

Согласно пункту 1 статьи 1229 ГК РФ, гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 ГК РФ), если этим Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных этим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными этим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ.

В соответствии со статьей 1250 ГК РФ, интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ, в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения

В силу пункта 1 статьи 1477 ГК РФ под товарным знаком понимается обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей.

Статьей 1484 ГК РФ установлено, что лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 этой статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак (пункт 1). Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: 1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; 2) при выполнении работ, оказании услуг; 3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; 4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; 5) в сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2). Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3).

В силу статьи 1515 ГК РФ, товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными (пункт 1). Правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака (пункт 4).

По смыслу статьи 1515 ГК РФ, нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

С учетом пункта 1 статьи 1477 и статьи 1484 ГК РФ использованием товарного знака признается его использование для целей индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей. Согласно пункту 3 статьи 1484 ГК РФ, никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения. Для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак. Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения. Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства. Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается. Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется (пункты 157, 162).

Материалами дела подтверждается, что истец обладает исключительным правом на товарный знак в виде словесного обозначения «KAIZER» по свидетельству на товарный знак № 359303, зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков, знаков обслуживания Российской Федерации 08.09.2008, срок действия исключительного права продлен до 19.10.2025, правовая охрана предоставлена в отношении товаров и услуг по семи классам МКТУ путем его размещения 4 способами. Спорный товар классифицируется как «маникюрный инструмент».

В подтверждение факта купли-продажи названного товара истец представил кассовый чек от 05.04.2022 с указанием реквизитов ответчика, сам приобретенный товар, также в материалы дела представлена видеозапись приобретения товара. При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что из указанной видеозаписи следует, что кассовый чек выдан именно за продажу спорного контрафактного товара стоимостью 60 руб. На упаковке приобретенного товара нанесено обозначение «KAIZER».

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии со статьями 1229, 1484 ГК РФ, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что факт нарушения ответчиком права истца на товарный знак путем реализации контрафактного товара подтвержден совокупностью представленных в материалы дела доказательств.

Исходя из правовой позиции, содержащейся в пункте 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 N 122 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности", вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы.

Таким образом, право истца на защиту путем предъявления требования о взыскании компенсации следует признать подтвержденным.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. 

Возможность взыскания компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак предусмотрена статьей 1515 ГК РФ.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – 

Постановление

 № 10), размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ предусмотрено, что правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 47 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015 (далее - Обзор от 23.09.2015), суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств. 

При определении размера подлежащей взысканию компенсации суд не вправе по своей инициативе изменять вид компенсации, избранный правообладателем (пункт 35 Обзора от 23.09.2015, определения Верховного Суда Российской Федерации от 11.07.2017 № 308-ЭС17-3088, № 308-ЭС17-4299). Аналогичное положение о том, что суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации, изложено в пункте 59 Постановления № 10.

Вместе с тем в пункте 61 Постановления № 10 разъяснено, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 7 части 2 статьи 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или третьих лиц.

Поскольку формула расчета размера компенсации, определяемого исходя из двукратной стоимости права использования соответствующего результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, императивно определена законом, доводы ответчика (если таковые имеются) о несогласии с заявленным истцом расчетом размера компенсации могут основываться на оспаривании указанной истцом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование права, и подтверждаться соответствующими доказательствами, обосновывающими иной размер стоимости этого права. 

Определение обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, является обязанностью арбитражного суда на основании части 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

При определении стоимости права использования соответствующего результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации необходимо учитывать способ использования нарушителем объекта интеллектуальных прав, в связи с чем за основу расчета размера компенсации должна быть взята только стоимость права за аналогичный способ использования (например, если ответчик неправомерно использовал произведение путем его воспроизведения, то за основу размера компенсации может быть взята стоимость права за правомерное воспроизведение).

Суд на основании имеющихся в материалах дела доказательств и доводов лиц, участвующих в деле устанавливает стоимость, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. 

В случае если размер компенсации рассчитан истцом на основании лицензионного договора, суд соотносит условия указанного договора и обстоятельства допущенного нарушения: срок действия лицензионного договора; объем предоставленного права; способы использования права по договору и способ допущенного нарушения; перечень товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам); территория, на которой допускается использование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации, населенный пункт); иные обстоятельства. 

Само по себе отличие обстоятельств допущенного нарушения от условий лицензионного договора не является основанием для признания указанного договора не относимым доказательством. 

Суд может определить другую стоимость права использования соответствующего результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации тем способом и в том объеме, в котором его использовал нарушитель, и, соответственно иной размер компенсации по сравнению с размером, заявленным истцом.

Как следует из материалов дела, в обоснование требований о взыскании компенсации в размере 92 857 руб.в качестве двукратной стоимости права использования товарного знака истец представил лицензионный договор от 06.04.2021, по условиям которого за использование товарного знака подлежит уплате разовый паушальный платеж – 1 000 000 руб., и последующие ежемесячные платежи в форме роялти в размере 300 000 руб.

Принимая обстоятельства нарушения, ИП ФИО1 просил взыскать 92 857 руб. как двукратную стоимость права использования товарного знака за месяц за использования знака одним способом, а именно из расчета, (1 300 000 /1 товарный знак / 7 класса МКТУ /4 способа применения / 12 месяцев) * 2. 

Суд первой инстанции усмотрел основания для определения компенсации в сумме 1092 руб. 44 коп., с учетом территориального принципа распределения, поскольку по условиям лицензионного договора стоимость права использования товарного знака предоставлена в расчете на всю территорию Российской Федерации.

Действительно, при определении компенсации в двукратном размере стоимости права использования объекта интеллектуальной собственности, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование такого объекта, рассчитанной истцом на основании цены лицензионного договора, следует учитывать не только срок использования исключительного права, количество товара, маркированного товарным знаком, но и другие критерии, на основе которых определяется цена, которая при сравнимых условиях взыскивается за правомерное использование объекта интеллектуальной собственности, в частности: объем предоставленного права; способы использования права по договору и способ допущенного нарушения; перечень товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам); территория, на которой допускается использование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации, населенный пункт).

При определении размера компенсации суд первой инстанции привел следующий расчет: заявленная сумма компенсации (92 857) была поделена на количество субъектов Российской Федерации (85), поскольку спорное нарушение было совершено в одном субъекте – в Нижегородская области. 

Вместе с тем апелляционный суд полагает такой подход к определению сравнимых обстоятельств неверным.

Ссылаясь на то, что названный лицензионный договор распространяется на всю территорию Российской Федерации, в то время как в материалах дела отсутствуют доказательства того, что спорное обозначение использовалось более чем в одном субъекте Российской Федерации, суд не учитывал, что данный договор не предусматривает какие-либо ограничения и условия использования спорного товарного знака в субъектах Российской Федерации. Поэтому, в условиях установленного в Российской Федерации единого экономического пространства, свободного передвижения товаров и услуг, производить расчет суммы компенсации исходя из деления на действие договоров в пределах одного субъекта Российской Федерации является необоснованным.

Суд апелляционной инстанции также принимает во внимание сложившуюся правоприменительную практику, указывающую на невозможность подобного деления вознаграждения по лицензионному договору от 11.08.2021 на количество субъектов Российской Федерации при расчете суммы компенсации (Постановление Суда по интеллектуальным правам от 28.12.2023 № С01-2353/2023 по делу № А13-2897/2023, Постановление Суда по интеллектуальным правам от 16.10.2023 № С01- 1822/2023 по делу № А36-11038/2022).

На основании изложенного Первый арбитражный апелляционный суд соглашается с доводом заявителя апелляционной жалобы о необоснованности размера компенсации, определенной судом. В рассматриваемом случае компенсация за нарушение исключительного права на товарный знак не подлежит делению на количество субъектов Российской Федерации как способ определения соразмерной последствиям нарушения размера компенсации исходя из цены, которая при сравниваемых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использования товарного знака. 

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о неправильном применении судом первой инстанции норм материального права, регламентирующих взыскание компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак (пункт 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Исходя из расчета размера компенсации, отсутствие ходатайства ответчика о снижении компенсации, а также заявления об ином размере компенсации, за допущенное ответчиком правонарушение с него в пользу истца подлежит взысканию компенсация в заявленном размере 92 857 руб. 

Суд учитывает, что взыскание компенсации является средством восстановления прав, а не обогащения правообладателя, в связи с чем определение компенсации исходя из приведенных расчетов с учетом способов использования товарного знака и классов МКТУ направлено именно на восстановление прав правообладателя.

Удовлетворение исковых требований в полном объеме служит основанием для изменения выводов суда по вопросу о распределении судебных расходов, понесенных в суде первой инстанции. 

Учитывая исход рассмотрения спора, руководствуясь положениями статей 101, 106, 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом подтвержденности несения соответствующих расходов, которые являлись необходимыми для участия в процессе истца, суд апелляционной инстанции относит на ответчика обязанность по возмещению истцу понесенных в связи с рассмотрением настоящего спора расходов на приобретение спорного товара, почтовых расходов, расходов на фиксацию, и расходов по оплате государственной пошлины за рассмотрение иска и апелляционной жалобы. А также с учетом увеличения истцом размера иска, суд взыскивает недостающую часть госпошлины с ответчика в доход федерального бюджета.

Кроме того, судом апелляционной инстанции установлено и следует из искового заявления и уточнения к нему, ИП ФИО1 было заявлено требование о компенсации расходов, связанных с получением выписки из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей в отношении ответчика в сумме 200 руб., указанная сумма была включена общую сумму судебных расходов в просительной части уточенного иска и указана в иске, однако обжалуемый судебный акт не содержит решения по указанному требованию, в резолютивной части судом отражен отказ в удовлетворении остальных исковых требований.

Расходы истца, связанные с получением выписки из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей в сумме 200 руб. документально подтверждены, в связи с чем, подлежат возмещению ответчиком (пункт 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела").

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В силу пункта 2 статьи 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации исполнительный лист выдает арбитражный суд первой инстанции.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 270, 271, 2721 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Нижегородской области от 16.01.2024 по делу № А43-28847/2023 изменить в части определения размера компенсации и распределения судебных расходов, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 удовлетворить.

Резолютивную часть решения изложить в следующей редакции:

«Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП: 

<

***>, ИНН: 

<

***>)  в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП 

<

***> ИНН 

<

***>) 92 857 рублей  компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 359303, а также 60 рублей расходов на приобретение спорного товара, 125 рублей почтовых расходов,  8000 рублей расходов на фиксацию правонарушения, 200 расходов по уплате госпошлины за получение выписки из ЕГРИП, 5000 рублей расходов по уплате государственной пошлины за подачу искового заявления и апелляционной жалобы.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) в доход федерального бюджета Российской Федерации 1714 рублей государственной пошлины за рассмотрение уточненного иска.»

В остальной части решение Арбитражного суда Нижегородской области от 16.01.2024 по делу № А43-28847/2023 оставить без изменения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в двухмесячный срок со дня его принятия.

 

Судья 

 

ФИО3