АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, г. Владивосток, ул. Октябрьская, 27

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А51-4890/2019

г. Владивосток

27 декабря 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена 23 декабря 2019 года. 

Полный текст решения изготовлен 27 декабря 2019 года.

Арбитражный суд  Приморского края в составе судьи Н.В.Колтуновой, при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата регистрации 22.06.2016) 

к Находкинской таможне (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата регистрации 26.05.1951)

о признании незаконным решения;

при участии: 

от заявителя - не явились, извещены;

от ответчика – ФИО3 служебное удостоверение, доверенность от  08.10.2019 №336, диплом; 

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее - заявитель, предприниматель, декларант, ИП ФИО2) обратился в суд с заявлением к Находкинской таможне (далее - ответчик, таможенный орган, таможня) о признании незаконным решения от 16.01.2019 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары 10714040/151218/0031249 (далее – спорная ДТ); о взыскании 300 руб. судебных расходов за оплату  государственной пошлины и 21000 руб. судебных издержек на оплату услуг представителя.

Заявитель в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом, представителей в судебное заседание не направил, в связи с чем, судебное заседание проведено в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), в его отсутствие, по имеющимся в материалах дела доказательствам. 

От ИП ФИО2 поступило ходатайство об отложении судебного заседания, мотивированное намерением обратиться в суд кассационной инстанции с жалобой по аналогичному делу №А51-9587/2019.

Согласно части 3 статьи 158 АПК РФ в случае, если лицо, участвующее в деле и извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, заявило ходатайство об отложении судебного разбирательства с обоснованием причины неявки в судебное заседание, арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает причины неявки уважительными. На основании пункта 5 статьи 158 АПК РФ суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий. 

Данная норма не носит императивного характера, а ни одна из причин, указанных в ходатайстве, не является для суда безусловно уважительной. Вопрос об удовлетворении или неудовлетворении ходатайства об отложении слушания дела решается судом с учетом всех обстоятельств дела и представленных заявителем ходатайства документов по своему внутреннему убеждению. 

В заявленном ходатайстве не содержится сведении о предоставлении заявителем дополнительных доказательств, или пояснений, имеющих существенное значение для рассмотрения настоящего спора, суд не обязывал явку представителя заявителя в судебное заседание. 

Учитывая изложенные обстоятельства, ходатайство ИП ФИО2 в соответствии со статьей 159 АПК РФ подлежит отклонению как безосновательное ввиду отсутствия объективной необходимости к отложению судебного разбирательства и оснований, предусмотренных статьей 158 АПК РФ. 

В заявлении в обоснование своих требований предприниматель 0указал, что при подаче спорной ДТ и в ходе проведения таможенного контроля таможенной стоимости представил таможне документы, содержащие достоверные и достаточные сведения для определения заявленной таможенной стоимости, определенной по первому методу «по стоимости сделки с ввозимыми товарами», соответственно, в полном объеме выполнена обязанность по ее подтверждению, в связи с чем полагает, что у таможни отсутствовали правовые основания для отказа в принятии заявленной таможенной стоимости. Полагает, что таможня необоснованно пришла к выводу о наличии оснований для внесения изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной ДТ, что повлекло за собой доначисление таможенных платежей по спорной ДТ, чем нарушены права и законные интересы заявителя в сфере внешнеэкономической деятельности. Просит признать незаконным оспариваемое решение. В части судебных расходов заявитель полагает, что факт оказания и оплаты правовых услуг на сумму 21000 руб. подтверждается документами, представленными в материалы дела.

Представитель ответчика в судебном заседании не согласился с требованиями заявителя по доводам, изложенным в письменных отзывах. Полагает, что декларант в ходе таможенного контроля спорной ДТ не воспользовался правом доказать правомерность избранного им метода определения таможенной стоимости товаров и достоверность предоставляемых им документов. В связи с чем, считает, что решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной ДТ, принято законно и обоснованно. Изложенные обстоятельства, по мнению таможни, свидетельствует об отсутствии оснований для удовлетворения требований заявителя. В части ходатайства о взыскании судебных расходов на представителя, считает, что заявленная сумма судебных издержек является чрезмерной, неразумной, необоснованной, учитывая сложность дела и незначительные трудовые затраты представителя по делу.

В судебном заседании в соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса РФ объявлялся перерыв до 23.12.2019 до 16 часов 30 минут. Об объявлении перерыва лица, участвующие в деле, уведомлены в соответствии с Постановлением Президиума ВАС РФ от 25.12.2013 № 99 «О процессуальных сроках» путем размещения на официальном сайте суда информации о времени и месте продолжения судебного заседания.

После перерыва судебное заседание продолжено в отсутствие представителей сторон.

При рассмотрении дела суд установил, что в декабре 2018 года на территорию ЕАЭС предпринимателем во исполнение внешнеторгового контракта от 17.10.2018 RU17102018 на условиях FОВ ЙОКОГАМА из Японии были ввезены товары 16 наименований, общей суммой по счету     13870 долларов США, в целях таможенного оформления которого с применением системы электронного декларирования подал в таможню ДТ № 10714040/151218/0031249, определив таможенную стоимость товаров по первому методу таможенной оценки «по стоимости сделки с ввозимыми товарами».

В подтверждение заявленной таможенной стоимости декларант представил соответствующие документы в формализованном виде: контракт от 17.10.2018 RU17102018, инвойс от 02.12.2018 № 085-021, валютное платежное поручение от 07.12.2018, коносамент от 03.12.2018 № MCPUMCB 606067, счет за фрахт от 11.12.2018 № 1211-0003 и платежное поручение от 13.12.2018 № 50 по его оплате, а также другие документы согласно сведений, указанных в графе 44 спорной ДТ и дополнениях к ней.

Декларантом оформлена и направлена 15.12.2018 в таможню декларация таможенной стоимости по форме ДТС-1, в которой в графах 3, 4, 5 указаны сведения о внешнеэкономическом контракте и инвойсе, об условиях поставки FOB ЙОКОГАМА, аналогичные со сведениями, указанными в спорной ДТ, в графе 17 и 20 указаны расходы по перевозке (транспортировке) товаров, которые включены в структуру таможенной стоимости.

В целях проверки полноты заявленных в спорной ДТ сведений и правомерности определения декларантом таможенной стоимости товара таможня 15.12.2018 запросила документы и (или) сведения, предложив декларанту в целях выпуска товаров внести обеспечение уплаты таможенных пошлин, налогов.

Во исполнение требований таможенного органа о предоставлении дополнительных документов и сведений, декларант предоставил таможне письменную информацию по запрашиваемым таможенным органом дополнительным документам, предоставив дополнительное соглашение от 01.12.2018 к контракту, проформу-инвойс от 26.11.2018 № 085-021, переписку с инопартнером о запросе у последнего экспортной декларации.

Посчитав, что сведения, использованные декларантом при заявлении таможенной стоимости товаров, не основаны на количественно определенной и документально подтвержденной информации, 16.01.2019 таможня приняла решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной ДТ. 

Полагая, что первоначально представленный пакет документов, а также предоставленные дополнительно испрашиваемые таможней документы подтверждали заявленную таможенную стоимость товаров, определенную по первому методу таможенной стоимости, а решение таможни о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной ДТ не соответствует требованиям действующего законодательства и нарушает права и законные интересы, предприниматель обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Исследовав материалы дела, оценив доводы сторон, проанализировав законность оспариваемого решения, суд полагает, что заявленное требование не подлежит удовлетворению в силу следующего.

Согласно части 1 статьи 198, части 4 статьи 200, частям 2 и 3 статьи 201 АПК РФ для признания недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов и их должностных лиц необходимо наличие в совокупности двух условий: несоответствия оспариваемого ненормативного правового акта, решений и действий (бездействия) закону или иному нормативному правовому акту и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

По правилам пункта 2 статьи 38 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС) таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию Союза, определяется в соответствии с настоящей главой, если при ввозе на таможенную территорию Союза товары пересекли таможенную границу Союза. 

Таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации (пункт 10 статьи 38 ТК ЕАЭС).

Пунктом 15 этой же статьи предусмотрено, что основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса, при выполнении следующих условий: 1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые: 2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено; 3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу; 4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи.

Согласно пункту 3 статьи 39 ТК ЕАЭС ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

Как установлено пунктом 1 статьи 104 ТК ЕАЭС, товары подлежат таможенному декларированию при их помещении под таможенную процедуру.

В декларации на товары подлежат указанию сведения о заявляемой таможенной процедуре, о таможенной стоимости товаров (величина, метод определения таможенной стоимости товаров) и о документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, указанных в статье 108 настоящего Кодекса (подпункты 1, 4, 9 пункта 1 статьи 106 ТК ЕАЭС).

К документам, подтверждающим сведения, заявленные в таможенной декларации, относятся документы, подтверждающие заявленную таможенную стоимость товаров, в том числе ее величину и метод определения таможенной стоимости товаров (подпункт 10 пункта 1 статьи 108 Кодекса).

По правилам пункта 2 названной статьи, в случае если в документах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, не содержатся сведения, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации, такие сведения подтверждаются иными документами.

В силу пункта 1 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

Пунктом 2 этой же статьи предусмотрено, что при проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

Если подача таможенной декларации не сопровождалась представлением документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, таможенный орган вправе в отношении проверяемых сведений запросить у декларанта документы, сведения о которых указаны в таможенной декларации (пункт 1 статьи 325 ТК ЕАЭС).

Согласно пункту 4 указанной статьи таможенный орган вправе запросить коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, в следующих случаях: 1) документы, представленные при подаче таможенной декларации либо представленные в соответствии с пунктом 2 настоящей статьи, не содержат необходимых сведений или должным образом не подтверждают заявленные сведения; 2) таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений настоящего Кодекса и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов, в том числе недостоверности сведений, содержащихся в таких документах.

На основании пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии с настоящей статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений настоящего Кодекса, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 настоящего Кодекса.

Для изменения (дополнения) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, применяется корректировка декларации на товары (пункт 4 статьи 112 ТК ЕАЭС).

Судом установлено, что в обоснование принятия 16.01.2019 решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной ДТ таможня указала на низкий уровень таможенной стоимости задекларированного товара №№ 3, 4, 5, 8, 9, 10, 11, 12, 15, 16 и на наличие признаков ее недостоверности, сославшись на отсутствие документального подтверждения ее определения,  величины и структуры, не предоставление запрошенного оригинала спецификации, экспортной декларации и других документов и сведений, в том числе, полученных от иных лиц, включая лиц, имеющих отношение к производству, перемещению и реализацию ввозимых (ввезенных) товаров, учитывая, что в открытом доступе в сети интернет были обнаружены результаты аукционных торгов, по результатам анализа которых усматривается наличие существенных условий сделки, не учтенных при заявлении сведений о таможенной стоимости, которые повлияли на существенное снижение контрактной стоимости товара от фактически выплаченной на аукционных торгах, поскольку согласно данных с сайта www.asia-moto.ru: 

товар № 3 ЛОТ от 23.10.2018 мотоцикл бывший в эксплуатации: F800ST BMW 2007 г.в. VIN:WB10234J87ZR02168 - был продан на японском автомобильном аукционе за 1919,27 долл. США, тогда как заявлена стоимость 796,24 долл. США;

товар № 4 ЛОТ от 08.11.2018 мотоцикл бывший в эксплуатации: F800S BMW 2008г.в. VIN:WB10216018ZP24002 - был продан на японском автомобильном аукционе за 1866,44 долл. США, тогда как заявлена стоимость 894,14 долл. США;

товар № 5 ЛОТ от 19.10.2018 мотоцикл бывший в эксплуатации: F800GT BMW 2013г.в. VIN: 

<

***> - был продан на японском автомобильном аукционе за 4401,49 долл. США, тогда как заявлена стоимость 1194,14 долл. США;

товар № 8 ЛОТ от 30.10.2018 мотоцикл бывший в эксплуатации: K1200GT BMW 2008г.в. VIN: 

<

***> - был продан на японском автомобильном аукционе за 2324,25 долл. США, тогда как  заявлена стоимость 1093,05 долл. США;

товар № 9 ЛОТ от 19.10.2018 мотоцикл бывший в эксплуатации: K1200GT BMW 2006 г.в. VIN: 

<

***> - был продан на японском автомобильном аукционе за 2905,31 долл. США, тогда как заявлена стоимость 980,95 долл. США;

товар № 10 ЛОТ от 19.10.2018 мотоцикл бывший в эксплуатации: K1200GT BMW 2006 г.в. VIN: 

<

***> - был продан на японском автомобильном аукционе за 2623,59 долл. США, тогда как заявлена стоимость 1013,05 долл. США;

товар № 11 ЛОТ от 02.11.2018 мотоцикл бывший в эксплуатации: K1200GT BMW 2007 г.в. VIN: 

<

***> - был продан на японском автомобильном аукционе за 2201,05 долл. США, тогда как заявлена стоимость 1 043,05 долл. США;

товар № 12 ЛОТ от 19.10.2018 мотоцикл бывший в эксплуатации: R1150R BMW 2004 г.в. VIN: 

<

***> - был продан на японском автомобильном аукционе за 1619,93 долл. США, тогда как  заявлена стоимость 852,54 долл. США.;

товар № 15 ЛОТ от 13.11.2018 мотоцикл бывший в эксплуатации: R1150R 2001 г.в. VIN: 

<

***> - был продан на японском автомобильном аукционе за 1778,4 долл. США, тогда как заявлена стоимость 794,64 долл. США;

товар № 16 ЛОТ от 16.112018 мотоцикл бывший в эксплуатации: FLHR1340 HARLEYDAVIDSON 1995 г.в. VIN: 

<

***> - был продан на японском автомобильном аукционе за 3609,63 долл. США, тогда как заявлена стоимость 769,36 долл. США.

Оценивая выводы таможни, положенные в основу принятия оспариваемого решения, суд учитывает следующее.

Подпунктом 15 пункта 1 статьи 2 ТК ЕАЭС регламентировано, что коммерческими документами, используемыми при осуществлении внешнеторговой деятельности, а также для подтверждения  совершения сделок, связанных  с перемещением товаров через таможенную границу союза являются; счет-фактура (инвойс), спецификации, отгрузочные и упаковочные листы и другие документы, при этом согласно подпункту 48 пункта 1 статьи 2 ТК ЕАЭС транспортными (перевозочными) документами являются документы, подтверждающие наличие договора перевозки товаров и сопровождающие их при такой перевозке (коносамент, накладная, документ, подтверждающий заключение договора транспортной экспедиции, и иные документы).

Судом установлено, что в подтверждение заявленной стоимости общество представило таможне в ходе таможенного контроля заявленной таможенной стоимости контракт, дополнение к нему, проформу-инвойс, инвойс, банковские документы, коносамент, счет на оплату фрахта и платежное поручение по его оплате.

Доводы таможни в оспариваемом решении о не предоставлении декларантом оригинала спецификации, что повлекло документальное не подтверждение согласования сторонами условий декларируемой поставки и уклонение от подтверждения таможенной стоимости всеми обязательными документами, судом не принимается, поскольку пунктами 3.1, 3.4 внешнеторгового контракта согласовано, что поставки осуществляются отдельными партиями в соответствии с проформами-инвойсов и инвойсами. 

Таким образом, спецификация не предусмотрена условиями контракта, и требование о ее предоставлении является необоснованным. 

Кроме того, в части формирования структуры таможенной стоимости при добавлении к цене сделки дополнительных начислений в виде расходов на доставку товара (пункт 1 статьи 39, подпункт 4 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС), таможенный орган не установил.

Между тем, из материалов дела судом установлено, что по итогам сравнительного анализа с использованием информационных ресурсов, баз данных таможенных органов были выявлены значительные расхождения между заявленными в спорной ДТ сведениями о величине таможенной стоимости со сведениями по идентичным и однородным товарам, имеющимися в распоряжении таможенного органа.

Так, отклонения по товарам №№ 3, 4, 5, 8, 9, 10, 11, 12, 15, 16, заявленным в рассматриваемой ДТ составили по ФТС – 62,47 - 85,75 %, по ДВТУ – 12,70 - 59,55 %.

На основе информации, полученной с использованием ИСС «Малахит» о средних уровнях цен товаров того же класса или вида, ввозимых иными участниками ВЭД и выявлении отклонения в меньшую сторону заявленного уровня ИТС товаров (долларов США за шт.) от среднего уровня ИТС (долларов США за шт.) идентичных/однородных товаров, таможенным органом принято решение, которым у декларанта запрошены документы и (или) сведения с целью проверки обстоятельств заключения внешнеторговой сделки, исполнения ее сторонами всех необходимых условий по поставке конкретной партии товаров, а также формирование структуры задекларированной таможенной стоимости. 

Выявленные таможней отклонения в меньшую сторону стоимости спорных товаров от уровня цен на однородные товары в зоне деятельности ДВТУ и ФТС России в целом расцениваются судом как значительные, в связи с чем, у таможенного органа имелись основания для проведения проверки заявленной таможенной стоимости по спорной ДТ.

Во исполнение указанного решения таможенного органа о запросе документов и (или) сведений от 15.12.2018 декларант представил таможне запрошенные документы, имеющиеся в его распоряжении, указав причины невозможности представить иные документы и сведения.

Таким образом, во исполнение обязанности, предусмотренной пунктом 7 статьи 325 ТК ЕАЭС, декларант совершил действия, в том числе направленные на получение отдельных документов у контрагента, представил имеющиеся документы, запрашиваемые таможенным органом, а также соответствующие объяснения объективной невозможности представления прочих документов.

Тем не менее, как следует из материалов дела при проведении таможенного контроля для определения таможенной стоимости товара, задекларированного в спорной ДТ, метод по стоимости сделки с ввозимыми товарами неприменим, так как таможенным органом было установлено, что продажа товаров или их цена зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено, что является ограничением, установленным пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС в силу следующего.

Из оспариваемого решения следует, что основанием для его принятия послужил проведенный таможенным органом анализ сравнения стоимости товара по спорной ДТ с данными сайта www.asia-moto.ru по поведению аукционных торгов и заявленной стоимостью, указав, что для сопоставления затрат на поставку товаров в Россию (на разборку, транспортировку, оплату сборов в связи с аукционом и т.п.), таможенный орган не мог воспользоваться данными, которые предоставил декларант, и не имеет в своем распоряжении документально подтвержденных сведений о таковых в связи с чем, усматривает наличие существенных условий сделки, не учтенных при заявлении сведений о таможенной стоимости, которые повлияли на существенное снижение контрактной стоимости товара от фактически выплаченной на аукционных торгах.

Данный довод таможни о существенном занижении декларантом заявленной таможенной стоимости, исходя из сведений, указанных в аукционных листах, со сведениями заявленными по товарам №№ 3, 4, 5, 8, 9, 10, 11, 12, 15, 16 в спорной ДТ, положенный в основание принятия оспариваемого решения, суд считает обоснованным.

Перечисленные обстоятельства в своей совокупности указывают на наличие обоснованных сомнений таможенного органа относительно достоверности определения величины таможенной стоимости товаров, задекларированных декларантом в спорной ДТ.

В данных обстоятельствах именно на декларанта возложена обязанность по документальному подтверждению задекларированной им таможенной стоимости товаров, которая не должна быть основана на использовании произвольной или фиктивной таможенной стоимости товаров при ее определении (пункт 9 статьи 38 ТК ЕАЭС).

Из разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенных в пункте 7 Постановления от 12.05.2016 №18 «О некоторых вопросах применения судами таможенного законодательства» следует, что признаки недостоверности сведений о стоимости сделки могут проявляться, в частности, в ее значительном отличии от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов, по сделкам с идентичными или однородными товарами, ввезенными при сопоставимых условиях, а в случае отсутствия таких сделок - данных иных официальных и (или) общедоступных источников информации, включая сведения изготовителей и официальных распространителей товаров, а также товарноценовых каталогов.

Как следует из материалов дела, в рамках дополнительной проверки у декларанта была запрошена экспортная таможенная декларация, которая могла бы позволить определить стоимость товара по спорной ДТ, заявляемую в стране отправления. 

Предпринимателем предоставлена таможне переписка с инопартнером, исходя из которой следует, что, продавец запросил экспортную декларацию на товары в таможенном органе и предоставит ее сразу по получению, тем не менее, на момент принятия решения о внесении изменений (дополнений) в сведения спорной ДТ, экспортная декларация страны вывоза так и не была представлена декларантом.

Суд полагает, что в условиях  выявленного таможней значительного отклонения уровня стоимости задекларированного в спорной ДТ товара от стоимости аналогичных товаров по результатам аукционных торгов, могла позволить таможенному органу убедиться в подтверждении факта поставки инопартнером того товара, сведения о характеристиках и цене которого указаны в коммерческих документах, представленных при его таможенном оформлении по его прибытию на территорию ЕАЭС. 

Доводы заявителя со ссылкой на отказ продавца товара предоставить  указанный документ суд отклоняет, поскольку с учетом примененного сторонами рассматриваемой внешнеэкономической сделки условий поставки FOB, принимая во внимание, что указанные условия в силу Международных правил толкования торговых терминов «Инкотермс 2010» (далее – Правила  «Инкотермс 2010») возлагают на продавца обязанность выполнить, все таможенные формальности, необходимые для вывоза товара, получив экспортную лицензию (правило А2). При этом в силу правила А10 Правил «Инкотермс 2010» определена обязанность продавца товара по оказанию содействия покупателю в получении документов выдаваемых в стране вывоза, необходимых для ввоза товара. 

Заявитель не представил надлежащих доказательств того, что он принимал меры к понуждению инопартнера исполнить обязанность по представлению ему экспортной декларации страны вывоза по его запросу до установленных таможней в решении от 18.12.2018 о предоставлении дополнительных документов в порядке пункта 4 статьи 325 ТК ЕАЭС сроков.

Суд полагает, что на декларанте лежит ответственность за достоверное заблаговременное документальное подтверждение цены внешнеторговой сделки. Предприниматель, действуя в собственном экономическом интересе, осуществляет деятельность на свой страх и риск и должно предполагать возможное наступление для него негативных последствий. 

Исходя из предоставленных в материалы дела доказательств, суд считает необходимым отметить, что со стороны декларанта отсутствовала должная степень раскрытия информации, позволившая таможенному органу в ходе контрольного мероприятия удостовериться в наличии всех необходимых сведений, подтверждающих обоснованность в рассматриваемом случае первого метода определения таможенной стоимости товаров по спорной ДТ.

Изложенные обстоятельства позволяют сделать вывод о том, что декларант не устранил сомнения таможенного органа относительно правомерности выбора метода по стоимости сделки с возимыми товарами, следовательно, основания для принятия решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной ДТ у таможенного органа имелись.

Таким образом декларант не воспользовался правом доказать правомерность использования избранного им метода определения таможенной стоимости товаров и достоверность представленных им документов и сведений.

Для определения таможенной стоимости оцениваемых товаров на основании статьи 41 ТК ЕАЭС должна использоваться стоимость сделки с идентичными товарами, проданными на том же коммерческом уровне и по существу в том же количестве, что и ввозимые товары. В случае, если такие продажи не выявлены, используется стоимость сделки с идентичными товарами, проданными на ином коммерческом уровне или в иных количествах с соответствующей поправкой, учитывающей различия в коммерческом уровне продажи или в количестве товаров. Указанная поправка осуществляется на основе сведений, документально подтверждающих обоснованность и точность корректировки, независимо приводит ли она к увеличению или уменьшению стоимости сделки с идентичными товарами. При отсутствии таких сведений метод по стоимости сделки с идентичными товарами для определения таможенной стоимости ввезенных товаров не используется.

Аналогичные требования к определению таможенной стоимости ввозимых товаров устанавливает и статьи 42 ТК ЕАЭС (метод 3).

Анализ базы данных ТД не нашел декларирование идентичных товаров и однородных товаров, ввезенных в период не ранее 90 дней до ввоза спорного товара и максимально сопоставимых товаров с товарами по спорной ДТ по описанию и характеристикам, в связи с чем статьи 41 и 42 ТК ЕАЭС таможней применены не были.

Метод вычитания (метод 4) также в рассматриваемом случае правомерно не применен таможенным органом, так как у таможни отсутствовала информация, позволяющая использовать обозначенный метод определения таможенной стоимости с соблюдением условий и требований, регламентированных статьей 43 ТК ЕАЭС.

В связи с отсутствием у таможни возможности рассчитать стоимость ввезенного товара ввиду отсутствия данных о расходах, указанных в подпунктах 4 - 6 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС, а также с учетом пункта 6 статьи 4 ТК ЕАЭС, таможенная стоимость товара не могла быть определена методом сложения (метод 5).

В соответствии с пунктом 1 статьи 45 Кодекса, если таможенная стоимость ввозимых товаров не может быть определена в соответствии со статьями 39 и 41 - 44 Кодекса, таможенная стоимость таких товаров определяется исходя из принципов и положений главы 5 Кодекса на основе сведений, имеющихся на таможенной территории ЕАЭС.

Согласно пункту 2 статьи 45 Кодекса методы определения таможенной стоимости товаров, используемые в соответствии со статьей 45 Кодекса, являются теми же, что и предусмотренные статьями 39 и 41 - 44 Кодекса, однако при определении таможенной стоимости в соответствии со статьей 45 Кодекса допускается гибкость при их применении.

В этой связи таможенная стоимость задекларированных по спорной ДТ товаров была правомерно определена таможней согласно статье 45 ТК ЕАЭС (метод 6).

Выбор источника ценовой информации должен быть произведен таможней из числа источников, отраженных в системах специальной таможенной статистики (подпункт 7 пункта 3 статьи 351 ТК ЕАЭС), которая ведется таможенными органами в целях обеспечения задач, возложенных на таможенные органы, а не любых базах данных, формирование которых таможенными органами не контролируется, а потому достоверность которых не может быть обеспечена.

При выборе источника ценовой информации в целях применения иного метода таможенной оценке таможенному органу следовало учитывать в первую очередь сопоставимость характеристик товаров, описываемых в источниках, коммерческого уровня их продаж и количества товаров.

Для определения стоимостной основы в рассматриваемой ситуации таможенный орган выбрал стоимость ввезенного товара также, как и спорный товар, в Дальневосточном регионе деятельности.

Оцениваемые и сравниваемые товары сопоставимы по периоду оформления, по характеристикам, что позволяет их рассматривать в качестве однородных товаров и соответствует определенному статьей 45 ТК ЕАЭС условию.

Пунктом 15 статьи 38 ТК ЕАЭС также определено, что в целях обоснованного выбора стоимостной основы для определения таможенной стоимости ввозимых товаров, соответствующей статьям 41 и 42 настоящего Кодекса могут быть проведены консультации между таможенным органом и декларантом. В процессе консультаций таможенный орган и декларант могут обмениваться имеющейся у них информацией при условии соблюдения законодательства государств членов о коммерческой тайне.

Иных источников для определения стоимостной основы для определения скорректированной таможенной стоимости декларант в ходе таможенного контроля ответчику не представил.

Реализация права на получение консультации по выбору метода определения таможенной стоимости (абзац 3 пункта 15 статьи 38 ТК ЕАЭС) поставлена в зависимость от волеизъявления заинтересованного в этом декларанта, который, не используя предоставленные ему таможенным законодательством инструменты по взаимодействию с таможенными органами, принимает на себя риск реализации последними предусмотренных законом полномочий, в том числе по самостоятельному совершению действий, связанных с проведением таможенных проверок.

Доказательств наличия причин отсутствия объективной возможности инициировать проведение консультаций по выбору источника ценовой информации либо предоставить таможне имеющиеся у него в распоряжении сведения об оформлении товаров с идентичными или однородными характеристиками спорному товару до принятия оспариваемого решения заявитель в материалы дела не представил.

При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии со стороны таможни нарушений требования статьи 45 ТК ЕАЭС в выборе источника для расчета стоимостной основы корректируемой стоимости спорного товара.

Таким образом, поскольку у таможни имелись правовые основания для принятия оспариваемого решения, доводы заявителя о нарушении его прав и законных интересов оспариваемым решением суд отклоняет.

В соответствии с частью 3 статьи 201 АПК РФ в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Таким образом, установив отсутствие совокупности обстоятельств, предусмотренных нормами статей 198, 201 АПК РФ, суд не находит оснований для удовлетворения требования о признании незаконным решения таможни от 16.01.2019 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары 10714040/151218/0031249.

В связи с отсутствием оснований для удовлетворения требований заявителя судебные расходы по государственной пошлине, а также расходы на оплату услуг представителя относятся судом на заявителя.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Отказать индивидуальному предпринимателю ФИО2 в удовлетворении требований о признании незаконным решения Находкинской таможни от 16.01.2019 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары 10714040/151218/0031249, проверенного на соответствие Таможенному кодексу ЕАЭС.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения апелляционной инстанции через арбитражный суд Приморского края.

Судья                     Н.В. Колтунова