АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ МАРИЙ ЭЛ

424002, Республика Марий Эл, г. Йошкар-Ола, Ленинский проспект 40

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

арбитражного суда первой инстанции

«

Дело № А38-11350/2018

г. Йошкар-Ола

1» августа 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена 26 июля 2019 года.

Полный текст решения изготовлен 1 августа 2019 года.

Арбитражный суд Республики Марий Эл

в лице судьи Вопиловского Ю.А.

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО1

рассмотрел в открытом судебном заседании дело

по заявлению акционерного общества «Марийский машиностроительный завод» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

к ответчику государственному учреждению - региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации по Республике Марий Эл 

о признании недействительным ненормативного акта

с участием представителей:

от заявителя – ФИО2 по доверенности от 09.01.2018, 

от ответчика – ФИО3 по доверенности от 18.04.2017 

УСТАНОВИЛ:

Акционерное общество «Марийский машиностроительный завод» (далее –заявитель, общество, АО «ММЗ») обратилось в Арбитражный суд Республики Марий Эл с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 АПК РФ, к ответчику, государственному учреждению – региональному отделению Фонда социального страхования Российской Федерации по Республики Марий Эл, о признании незаконным решения № 624 от 12.10.2018 о привлечении страхователя к ответственности за совершение нарушения законодательства РФ об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в части уплаты недоимки по страховым взносам в сумме 19 843 руб. 65 коп. и соответствующих указанной недоимке пени и штрафов.

В обоснование заявления общество сослалось на то, что заключенные с физическими лицами договоры являются гражданско-правовыми и не соответствуют условиям трудового договора. 

Заявитель указывает, что исполнители не подчинялись трудовому распорядку и самостоятельно организовывали свой труд, им не выплачивались денежные средства в зависимости от квалификации, сложности и качества выполняемой работы, оказываемые по спорным договарам услуги не являлись по своей природе необходимыми при осуществлении основного вида деятельности общества, в штатном расписании отсутствуют должности, предусматривающие выполнение работ, в отношении которых заключены спорные договоры.

Кроме того, заявитель сообщил, что оспаривает выводы Фонда социального страхования о занижении базы по страховым взносам на сумму 4 840 руб. (ФИО4 – 1 931 руб., ФИО5 – 762 руб., ФИО6 – 870 руб., ФИО7 – 1 277 руб.), составляющим  финансовое обеспечение предупредительных мер по сокращению производственного травматизма и профессиональных заболеваний работников страхователя. В списках прошедших периодический медицинский осмотр, предоставленных в ходе проведения проверки, содержались описки в дате рождения указанных работников. Между тем ФИО4 (дата рождения – ДД.ММ.ГГГГ), ФИО5 (дата рождения – ДД.ММ.ГГГГ), ФИО7 (дата рождния – ДД.ММ.ГГГГ) в действительности являются работниками предприятия и прошли в 2016 году медицинский осмотр. ФИО6 в отчетных документах заявителя отсутствует, его указание при составлении акта выездной проверки является ошибкой ответчика.

Решение Фонда, по мнению заявителя, вынесено без учета указанных обстоятельств, в силу чего является незаконным и нарушает права страхователя в сфере социального обеспечения (т.1, л.д. 5-17, т.2, л.д. 27-28, т.4, л.д. 1-2, 78-80, т.5, л.д. 58-59, 67, 79-81, 85, протокол и аудиозапись судебного заседания от 26.07.2019). 

Ответчик, ГУ-РО ФСС РФ по Республике Марий Эл, в отзыве на заявление, в дополнениях к отзыву и в судебном заседании требование организации не признал. По мнению Фонда, физические лица, с которыми были заключены спорные гражданско-правовые договоры, были непосредственно вовлечены в производственную деятельность общества, в договорах отражено условие о праве организации осуществления контроля, отношения по договорам носили длительный характер и работа со стороны физического лица всегда выполнялась посредством личного труда. В отдельных договорах указано на обязанность исполнителей соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, правила техники безопасности и должностные инструкции.

Участник спора пояснил, что не были приняты к зачету средства, подтверждающие их целевое использование на финансовое обеспечение предупредительных мер, поскольку было выявлено, что работники ФИО4, ФИО5, ФИО7 и ФИО6, указанные в списке как прошедшие медицинский осмотр, в кадровой службе организации не значатся, поэтому страхователем представлены недостоверные сведения.

В связи с этим, Фонд социального страхования полагает, что заявленное требование удовлетворению не подлежит, так как оспариваемое решение принято законно и обоснованно (т.2, л.д. 32-39, 133-137, т.4, л.д. 57-61, 65-69, т.5, л.д. 46-55, протокол и аудиозапись судебного заседания от 13.06.2019).

Рассмотрев материалы дела, исследовав доказательства, выслушав объяснения сторон, арбитражный суд считает, что заявленное требование подлежит удовлетворению частично по следующим правовым и процессуальным основаниям.

Из материалов дела следует, что акционерное общество «Марийский машиностроительный завод» включено в Единый государственный реестр юридических лиц 27.02.2002, основной государственный регистрационный № 

<

***>, зарегистрировано в качестве страхователя в ГУ – РО ФСС РФ по РМЭ (т.1, л.д. 33-50). 

ГУ-РО ФСС РФ по Республике Марий Эл проведена выездная проверка правильности исчисления, полноты и своевременности уплаты (перечисления) обществом страховых взносов на обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, а также правомерности произведенных расходов на выплату страхового обеспечения за период с 01.01.2015 по 31.12.2017.

В ходе проверки Фонд пришел к выводу, что фактически между обществом и физическими лицами, указанными в акте № 624 осс/р от 18.09.2018, сложились трудовые, а не гражданско-правовые отношения, в связи с чем, денежные средства, выплаченные в их пользу подлежат обложению страховыми взносами. Кроме того, при проверке расходов страхователя по проведению периодических медицинских осмотров работников установлено, что списки застрахованных работников, занятых с вредными и (или) опасными производственными факторами, прошедших медицинский осмотр в 2016 году в счет страховых взносов на обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, содержит недостоверную информацию, а именно: при проверке в кадровой службе организации личных данных ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 выявлено отсутствие таких работников.

По результатам проверки органом социального страхования составлен акт выездной проверки, в котором, в числе прочего, отражено занижение АО «Марийский машиностроительный завод» базы на сумму 3 963 888 руб. для начисления страховых взносов по обязательному социальному страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в ФСС на суммы выплат по договорам гражданско-правового характера с физическими лицами, фактически регулирующими трудовые отношения, а также базы по страховым взносам на оплату услуг по медицинскому осмотру на сумму 4 840 руб. 

12.10.2018 управляющим Фонда принято решение № 624 о привлечении страхователя к ответственности, предусмотренной статьей 26.29 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (далее - Закон № 125-ФЗ), в виде взыскания штрафа в размере 2561 руб. 15 коп. Кроме того, указанным решением заявителю начислены пени за несвоевременную уплату страховых взносов в размере 5 023 руб. 44 коп., а также страхователю предложено уплатить доначисленные взносы на обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в Фонд социального страхования в сумме 20 105 руб. 88 коп. (т.1, л.д. 56-67).

Не согласившись с решением ответчика, АО «Марийский машиностроительный завод» обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании его незаконным в части.

Законность и обоснованность оспариваемого ненормативного акта проверены арбитражным судом по правилам статей 197-201 АПК РФ. 

В соответствии с частью 1 статьи 198 АПК РФ организации вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Предмет судебной проверки и оценки представленных сторонами доказательств определен частью 4 статьи 200 АПК РФ, согласно которой при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. Обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, наличия у органа надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, возлагается на орган, который принял акт (часть 5 статьи 200 АПК РФ).

Между участниками спора имеются существенные правовые и доказательственные разногласия по вопросу квалификации договоров гражданско-правового характера, заключенных АО «Марийский машиностроительный завод» с наемными работниками за 2015-2017 годы.

Согласно статье 1 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (далее - Закон № 125-ФЗ) обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний является видом социального страхования и предусматривает возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью застрахованного при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях, путем предоставления застрахованному в полном объеме всех необходимых видов обеспечения по страхованию, в том числе оплату расходов на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию.

Пунктом 1 статьи 5 Закона № 125-ФЗ предусмотрено, что обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний подлежат, в том числе:

- физические лица, выполняющие работу на основании трудового договора, заключенного со страхователем;

- физические лица, выполняющие работу на основании гражданско-правового договора, если в соответствии с указанным договором страхователь обязан уплачивать страховщику страховые взносы.

В соответствии со статьей 4 Закона № 125-ФЗ одним из основных принципов обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний является обязательность уплаты страхователями страховых взносов.

Согласно пункту 2 статьи 12 Федерального закона от 16.07.1999 № 165-ФЗ «Об основах обязательного социального страхования» (далее - Закон № 165-ФЗ) страхователи обязаны уплачивать в установленные сроки и в надлежащем размере страховые взносы; предъявлять страховщику для проверки документы по учету и перечислению страховых взносов, расходованию средств обязательного социального страхования в случаях, предусмотренных федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования.

В силу пункта 2 статьи 11 Закона № 165-ФЗ страховщики обязаны обеспечивать сбор страховых взносов в случаях, предусмотренных федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования (подпункт 2), обеспечивать контроль за правильным начислением, своевременными уплатой и перечислением страховых взносов страхователями в случаях, предусмотренных федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования (подпункт 4).

Пунктом 1 статьи 11 Закона № 165-ФЗ определено право страховщика проверять документы по учету и перечислению страховых взносов (подпункт 2), взыскивать со страхователей в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, недоимку по страховым взносам, а также налагать штрафы, начислять пени в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 20.1 Закона № 125-ФЗ объектом обложения страховыми взносами признаются выплаты и иные вознаграждения, начисляемые страхователями в пользу застрахованных в рамках трудовых отношений и гражданско-правовых договоров, предметом которых являются выполнение работ и (или) оказание услуг, договора авторского заказа, если в соответствии с указанными договорами заказчик обязан уплачивать страховщику страховые взносы.

База для начисления страховых взносов определяется как сумма выплат и иных вознаграждений, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, начисленных страхователями в пользу застрахованных, за исключением сумм, указанных в статье 20.2 настоящего Федерального закона (пункт 2 статьи 20.1 Закона № 125-ФЗ).

Из материалов дела следует, что в течение 2015-2017 годов страхователем привлекались физические лица в количестве 19 человек, в том числе ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13 и др. по гражданско-правовым договорам для следующих видов работ: уборка в гостиничных номерах, уборка снега, уборка территории, погрузка-разгрузка лотков с выпечкой, торговля выпечкой, составление калькуляций и проведение документов, консультационные услуги, регулировка, сдача ОТК и ПЗ блоков Л50 всех модификаций и их составных частей, составление отчетности по реализации, списание материалов, заключение договоров с поставщиками и покупателями и т.д. (т.1, л.д. 70-150, т.2, л.д. 1-2). 

Расшифровка по конкретным работникам, содержащая сведения о договорах, видах работ, периодах действия договоров с работниками изложена ответчиком в табличной форме (т.2, л.д. 42-43). Приведенные в расшифровке сведения заявителем доказательно не опровергнуты. 

Указанные договоры гражданско-правового характера, по мнению контролирующего органа, фактически регулируют трудовые отношения между работником и работодателем, поскольку выполнение работы по договорам возмездного оказания услуг носит длительный, систематический характер с регулярной оплатой в установленном договорами размере, что свидетельствует о постоянной потребности страхователя в должностях, обязанности по которым исполнялись в рамках договоров гражданско-правого характера, и необходимости оформления с работниками трудовых отношений на постоянной основе, а также о наличии завуалированных страхователем трудовых отношений, но без определенных законодательством социальных гарантий исполнителям.

В обоснование заявленных требований АО «Марийский машиностроительный завод» указывает, что контролирующий орган, делая вывод о наличии трудовых отношений между работником и работодателем по спорным договорам, не учел следующие обстоятельства:

- оказываемые по спорным договарам услуги не являлись по своей природе необходимыми при осуществлении основного вида деятельности общества;

- спорные договоры гражданско-правового характера не содержат условий о соблюдении физическими лицами определенного режима труда и отдыха, социальные гарантии, установленные Трудовым кодексом Российской Федерации, спорными договорами не предусмотрены;

- физические лица-исполнители по спорным договорам не принимались на должности, указанные в штатном расписании, а привлекались по мере необходимости исключительно для выполнения возникающего объема работ;

- отсутствует необходимость в заключении трудовых договоров на продолжительный (неопределенный) период времени для выполнения определенной трудовой функции по специальности;

- стоимость услуг исполнителя определена не по правилам исчисления оплаты труда, отсутствовали периодические выплаты, условиями спорных договоров не предусматривалось ежемесячное вознаграждение в фиксированном размере, критерием, определяющим размер вознаграждения привлекаемого физического лица, являлся объем работ, выполненный им в период действия гражданско-правового договора;

- большинство физических лиц привлекалось для выполнения работ по договорам гражданско-правового характера на непродолжительный период времени в отсутствие систематического заключения с ними таких договоров.

Вместе с тем, указанные доводы заявителя подлежат отклонению арбитражным судом ввиду следующего.

Согласно статье 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации определяет трудовые отношения как отношения, основанные на соглашении между работниками и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В соответствии со статьей 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с Кодексом, а также в результате назначения на должность или утверждения в должности.

Из приведенных норм права следует, что объектом обложения страховыми взносами признаются выплаты, являющиеся оплатой труда.

Согласно статье 129 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата (оплата труда работника) - это вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Как следует из статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовой договор - это соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Учитывая изложенное, основными признаками трудового договора являются личностный признак (выполнение работы личным трудом и включение работника в производственную деятельность предприятия), организационный признак (подчинение работника внутреннему трудовому распорядку; его составным элементом является выполнение в процессе труда распоряжений работодателя, за ненадлежащее выполнение которых работник может нести дисциплинарную ответственность), выполнение работ определенного рода, а не разового задания, гарантии социальной защищенности.

По гражданско-правовым договорам гражданин не подчиняется внутреннему распорядку предприятия, подрядчик самостоятельно устанавливает время и порядок работы; на нем лежит обязанность сдать результат работы заказчику, ему оплачивается лишь выполненное поручение (определенная работа). Заказчик обязуется оплатить выполненные работы или оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре; предметом договора является результат работы исполнителя, а не выполнение им определенной трудовой функции, как в трудовом договоре; оплата производится обычно после окончания работы и составления акта выполненных работ (оказанных услуг). Исполнитель, выполняя свои обязанности по договору, не подчиняется заказчику. Заказчик имеет возможность использовать труд исполнителя исключительно в рамках конкретной, указанной в договоре услуги (работы).

В отличие от трудового договора, заключаемого с работником для выполнения им определенной трудовой функции, гражданско-правовой договор заключается для выполнения определенной работы, целью которой является достижение ее конкретного конечного результата. Достижение же конкретного, обусловленного договором результата влечет за собой прекращение этого договора.

Статьей 431 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

При этом наименование договора не может рассматриваться в качестве достаточного основания для безусловного отнесения его к гражданско-правовому договору. 

В целях обеспечения эффективной защиты работников посредством национальных законодательства и практики, разрешения проблем, которые могут возникнуть в силу неравного положения сторон трудового правоотношения, Генеральной конференцией Международной организации труда 15 июня 2006 года принята Рекомендация № 198 о трудовом правоотношении (далее - Рекомендация МОТ о трудовом правоотношении). 

В пункте 2 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении указано, что характер и масштабы защиты, обеспечиваемой работникам в рамках индивидуального трудового правоотношения, должны определяться национальными законодательством или практикой либо и тем, и другим, принимая во внимание соответствующие международные трудовые нормы. 

В пункте 9 этого документа предусмотрено, что для целей национальной политики защиты работников в условиях индивидуального трудового правоотношения существование такого правоотношения должно в первую очередь определяться на основе фактов, подтверждающих выполнение работы и выплату вознаграждения работнику, невзирая на то, каким образом это трудовое правоотношение характеризуется в любом другом соглашении об обратном, носящем договорный или иной характер, которое могло быть заключено между сторонами. Пункт 13 Рекомендации называет признаки существования трудового правоотношения (в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; выполнение работы лично работником и исключительно или главным образом в интересах работодателя; выполняется с графиком или на рабочем месте, которое указывается или согласовывается с работодателем; выполнение работы имеет определенную продолжительность; требует присутствия работника; предполагает предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов). 

В целях содействия определению существования индивидуального трудового правоотношения государства-члены должны в рамках своей национальной политики рассмотреть возможность установления правовой презумпции существования индивидуального трудового правоотношения в том случае, когда определено наличие одного или нескольких соответствующих признаков (пункт 11 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении).

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, арбитражный суд делает вывод о том, что заключенные обществом с физическими лицами спорные договоры, трактуемые заявителем как гражданско-правовые договоры, обладают признаками трудовых договоров и фактически регулируют трудовые отношения, при этом работы по названным договорам носят не гражданско-правовой, а трудовой характер.

Так, представленные к проверке договоры носят длительный и систематический характер с фиксированной ежемесячной оплатой и не определяют конечный результат работы. При этом в ряде договоров пунктом 3.2 предусмотрено обязательное составление и подписание актов об оказании услуг, содержащие сведения о видах, объеме работ и услуг. 

Однако судом установлено, что акты выполненных работ общество составило формально, что подтверждается отсутствием в них указания на объемы выполненных работ, от чего напрямую зависит оплата при осуществлении подрядных работ (т.1, л.д. 71, 73, 75, 77, 79, 81, 83, 85, 87, 89, 92, 94, 96, 98, 100, 102, 104, 107, 109, 111, 113, 115, 118, 120). 

Договоры с работниками перезаключались систематически. Так, с работником ФИО14 в 2016 году было заключено 4 договора: от 01.06.2016, от 19.07.2016, от 01.08.2016, от 04.10.2016 (т.1, л.д. 108-113, т.2, л.д. 77); с ФИО12 в 2015-2017 гг. заключено 12 договоров: от 05.02.2015, от 29.07.2015, от 31.08.2015, от 30.09.2016, от 01.02.2017, от 30.06.2017, от 27.07.2017, от 01.08.2017, от 01.09.2017, от 02.10.2017, от 01.11.2017, от 25.12.2017 (т.2, л.д. 50, 53, 54, 65, 78-87); с ФИО13 в 2015-2017 гг. заключено 5 договоров: от 01.04.2015, от 01.09.2015, от 31.10.2015, от 01.03.2016, от 01.04.2016 (т.2, л.д. 55-57, 65-66). 

Договоры со сроком от 4 месяцев и более заключались с ФИО10, ФИО11, ФИО9, ФИО8, у которых также установлен ежемесячный фиксированный размер оплаты за выполненные работы (т.1, л.д. 121-138). Договоры заключены с применением в течение продолжительного периода времени одного размера расценок. По правилам статьи 150 ТК РФ оплата труда по единым расценкам выполняемой работы является элементом сдельной оплаты труда.

Выполнение работ по спорным договорам гражданско-правового характера, заключенным с физическими лицами, носит длительный, систематический характер с регулярной оплатой в установленном договором размере, что свидетельствует о потребности страхователя в должностях, обязанности по которым исполнялись в рамках договоров гражданско-правового характера, необходимости оформления с работниками трудовых отношений на постоянной основе, наличии фактических трудовых отношений без определенных законодательством социальных гарантий.

По мнению заявителя, данные, полученные посредством выписки из электронной системы входа/выхода граждан с территории предприятия, подтверждают, что спорные работники самостоятельно определяли порядок исполнения своей работы и время нахождения на территории заказчика. 

Однако в соответствии с условиями ряда договоров подряда физические лица как исполнители обязались соблюдать правила внутреннего распорядка предприятия, правила техники безопасности, правила противопожарной безопасности и должностную инструкцию (пункт 8 договоров) – (т. 1, л.д. 90, 105, 116, т.2, л.д. 50-51, 55). То есть, характер оказываемых услуг по указанным договорам требовал определенный допуск на территорию организации, в соответствии с его режимом работы, с выполнением требований правил охраны труда, техники безопасности, санитарной и пожарной безопасности и соблюдением правил внутреннего трудового распорядка (статья 56 ТК РФ). 

Перечисленные условия и порядок оказания услуг, подтверждает подчинение исполнителя внутреннему трудовому распорядку организации, что не соответствуют указанию страхователя в заявлении о выполнении указанными физическими лицами работы на условиях неподчинения трудовой дисциплине общества. 

Применительно к работе (уборка территории, уборка гостиничных номеров, загрузка и разгрузка выпечки), не требующей постоянного нахождения на рабочем месте, установление свободного графика работы не является определяющим обстоятельством в целях квалификации отношений между этими лицами и заявителем.

При этом спорные работы в соответствии с условиями договоров (пункт 1.4) выполнялись физическими лицами - исполнителями лично, данное обстоятельство является одним из оснований для переквалификации гражданско-правового договора в трудовой.

В договорах подряда предусмотрено также, что исполнитель обязан выполнить работу в соответствии с его квалификацией (пункт 6 – т.1, л.д. 90, 105, 116). То есть из представленных в материалы дела доказательств  следует, что физическим лицам давались поручения выполнить работу как представителю определенной профессии, прописывались квалификационные требования к исполнителю.

По условиям спорных договоров общество обязалось обеспечивать исполнителей необходимыми материалами и создавать условия, необходимые для выполнения работ (т.1, л.д. 70-150, т.2, л.д. 1-2). Кроме того, заказчик имел право осуществлять контроль за оказанием услуг исполнителем (пункт 2.4.1) 

С учетом изложенных обстоятельств суд считает, что контроль со стороны работодателя и обеспечение работодателем работнику условий труда является дополнительным признаком, свидетельствующим о фактическом наличии трудовых отношений.

Согласно пояснениям страхователя, основная направленность организации – разработка, производство, модернизация, реализация, распространение, ремонт гарантийного обслуживания военной техники; проведение научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ по созданию перспективных изделий специального и гражданского назначения, в связи с чем, по его мнению, услуги, оказанные по спорным договорам, не включаются в непосредственную производственную деятельность организации. 

Между тем из представленных в материалы дела договоров следует, что такие работники как ФИО11, ФИО9, ФИО10, ФИО8 оказывали услуги по консультированию в области изготовления крупногабаритных деталей профессии сверловщика и слесаря механосборочных работ, регулировщиков РЭА и приборов, регулировки, сдачи ОТК и ПЗ блоков Л50 всех модификаций и их составных частей, в области аккредитации метрологической службы, а также услуги по руководству работы кладовой основных материалов по приему, хранению и отпуску товарно-материальных ценностей, по своей специфике указанные услуги непосредственно связаны с основной деятельностью организации и включены в нее.

Стороны договоров не определили условия досрочного окончания договора в случае выполнения исполнителем всей работы по заданию заказчика, что свидетельствует о заинтересованности страхователя в исполнении обязанностей исполнителем по договору прежде всего в течение определенного времени, а не в достижении результата работы.

Само по себе отсутствие в штатном расписании указанных должностей не исключает возможности признания в каждом конкретном случае отношений между работником, заключившим договор и исполняющим трудовые обязанности с ведома или по поручению работодателя или его представителя, трудовыми – при наличии в этих отношениях признаков трудового договора (пункт 15 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2018) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 14.11.2018).

Обязанности исполнителя по договору предусматривали сам процесс труда по определенной трудовой функции, что свойственно трудовым отношениям и не соответствует требованиям статьи 702 ГК РФ, которой предусмотрено, что по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Таким образом, суд приходит к выводу, что по спорным договорам имеет место исполнение работником определенных трудовых функций (одной и той же рабочей операции). Составление актов приема-сдачи работ по договору оказания услуг при том, что сумма вознаграждения не зависела от объема выполненной работы, подтверждает формальность составленных актов, а также заинтересованность общества в непрерывном процессе труда, а не в достижении конечного результата, что является признаком трудовых отношений.

Анализ договоров, заключенных между АО «ММЗ» и спорными физическими лицами за период с 01.01.2015 по 31.12.2017, позволяет сделать вывод, что они носят признаки трудового договора:

- физическим лицом выполнялась не какая-то конкретная разовая работа, а систематически исполнялись определенные функции, входящие в обязанности работника, в соответствии с предметами и видами деятельности, установленными договором и включенными в общую деятельность организации;

- потребность в данных услугах носит постоянный характер, о чем свидетельствует регулярное перезаключение таких договоров на одних и тех же физических лиц, выполняющих данные работы из месяца в месяц;

- отношения по договору носят длительный характер и работа со стороны физического лица всегда выполнялась посредством личного труда;

- заказчик создавал условия для осуществления физическими лицами деятельности;

- объем выполняемых работ в договорах не конкретизирован и не предусмотрен конечный результат работ (указаны лишь общие их наименования), а потому работодателя интересовал не конечный результат в виде конкретной оказанной услуги с указанием количества, объема или иных конкретизирующих характеристик, а само осуществление работниками трудовой функции;

- сумма вознаграждения не зависит от объема выполненной работы.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что выплата по указанным договорам являлись скрытой формой оплаты труда, в нарушение пунктов 1, 2 статьи 20.1 Федерального закона № 125-ФЗ обществом неправомерно занижена база для начисления страховых взносов. Доказательств существенных нарушений законодательства при проведении выездной проверки и принятии решения обществом не представлено; из материалов дела таких нарушений не усматривается.

Отсутствие трудовых споров и разногласий между обществом и привлеченными физическими лицами, отказ от прав и гарантий, установленных законодательством о труде, правового значения для целей определения прав и обязанностей страхователя, исходя из подлинного экономического содержания соответствующих операций, не имеет.

Выводы суда по данному делу подтверждаются сложившейся судебной практикой, в том числе Определением Верховного Суда РФ от 20.06.2017 № 303-КГ17-7182 по делу № А51-16751/2016, Определением Верховного суда РФ от 10.10.2016 № 309-КГ16-12092 по делу № А60-56199/2015, Определением Верховного Суда РФ от 17.01.2017 № 307-КГ16-18609 по делу № А42-7389/2015.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, арбитражный суд не находит оснований для признания оспариваемого акта в указанной части недействительным.

Между участниками спора имеются также существенные разногласия о прохождении периодического медицинского осмотра застрахованными работниками ФИО4, ФИО5, ФИО7 и ФИО6 

В соответствии с пунктом 1 статьи 1 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний является видом социального страхования и предусматривает, в том числе обеспечение предупредительных мер по сокращению производственного травматизма и профессиональных заболеваний.

В соответствии с частью 1 статьи 46 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ) медицинский осмотр представляет собой комплекс медицинских вмешательств, направленных на выявление патологических состояний, заболеваний и факторов риска их развития.

При этом видом медицинских осмотров является, в том числе, периодический медицинский осмотр, проводимый с установленной периодичностью в целях в целях динамического наблюдения за состоянием здоровья работников, своевременного выявления начальных форм профессиональных заболеваний, ранних признаков воздействия вредных и (или) опасных производственных факторов рабочей среды, трудового процесса на состояние здоровья работников в целях формирования групп риска развития профессиональных заболеваний, выявления медицинских противопоказаний к осуществлению отдельных видов работ.

На основании положений статьи 212 Трудового кодекса в случаях, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, работодатель обязан организовывать проведение за счет собственных средств обязательных предварительных (при поступлении на работу) и периодических (в течение трудовой деятельности) медицинских осмотров, других обязательных медицинских осмотров, обязательных психиатрических освидетельствований работников, внеочередных медицинских осмотров, обязательных психиатрических освидетельствований работников по их просьбам в соответствии с медицинскими рекомендациями с сохранением за ними места работы (должности) и среднего заработка на время прохождения указанных медицинских осмотров, обязательных психиатрических освидетельствований.

Статьей 213 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что вредные и (или) опасные производственные факторы и работы, при выполнении которых проводятся обязательные предварительные и периодические медицинские осмотры (обследования), и порядок их проведения определяются нормативными правовыми актами, утверждаемыми в порядке, установленном уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

Приказом Минздравсоцразвития России 12.04.2011 N 302н утвержден Перечень работ, при выполнении которых проводятся предварительные и периодические медицинские осмотры (обследования). В приложении 1 к названному приказу Минздравсоцразвития России указан Перечень вредных и (или) опасных производственных факторов, при наличии которых проводятся обязательные предварительные и периодические медицинские осмотры (обследования), в который включены альдегиды алифатические (предельные и непредельные) и ароматические (формальдегидАКР, ацетальдегид, акролеин, бензальдегид, фталевый альдегид и прочие) (пункт 1.2.2), производственный шум (пункт 3.5), физические перегрузки (физическая динамическая нагрузка, масса поднимаемого и перемещаемого груза вручную, стереотипные рабочие движения, статическая нагрузка, рабочая поза, наклоны корпуса, перемещение в пространстве) (пункт 4.1).

На основании пункта 31 Приказа № 302н по окончании прохождения работником периодического осмотра медицинской организацией оформляется медицинское заключение в порядке, установленном пунктами 12 и 13 Приказа № 302н.

В соответствии с пунктом 42 Приказа № 302н по итогам проведения осмотров медицинская организация не позднее чем через 30 дней после завершения периодического медицинского осмотра обобщает результаты проведенных периодических осмотров работников и совместно с территориальными органами федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на осуществление государственного контроля и надзора в сфере обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения и представителями работодателя, составляет заключительный акт.

Заключительный акт утверждается председателем врачебной комиссии и заверяется печатью медицинской организации. Заключительный акт составляется в четырех экземплярах, которые направляются медицинской организацией в течение 5 рабочих дней с даты утверждения акта работодателю, в центр профпатологии субъекта Российской Федерации, территориальный орган федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на осуществление государственного контроля и надзора в сфере обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения (пункт 45 Приказа №302н).

Приказом Минтруда России от 10.12.2012 № 580н утверждены Правила финансового обеспечения предупредительных мер по сокращению производственного травматизма и профессиональных заболеваний работников и санаторно-курортного лечения работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными производственными факторами, которые определяют порядок и условия финансового обеспечения страхователем предупредительных мер (далее - Правила), в силу пункта 2 которых финансовое обеспечение предупредительных мер осуществляется страхователем за счет сумм страховых взносов на обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, подлежащих перечислению в установленном порядке страхователем в Фонд в текущем финансовом году.

На основании пункта 12 Правил страхователь ведет в установленном порядке учет средств, направленных на финансовое обеспечение предупредительных мер в счет уплаты страховых взносов, и ежеквартально представляет в территориальный орган фонда отчет об их использовании. После завершения запланированных мероприятий страхователь представляет в фонд документы, подтверждающие произведенные расходы.

В ходе проведения проверки заявителем к отчету страхователя об использовании сумм страховых взносов на финансовое обеспечение предупредительных мер по сокращению производственного травматизма и профессиональных заболеваний приложен список застрахованных работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными производственными факторами, прошедших медицинский осмотр в 2016 году. Из которого следовало, что медицинский осмотр прошли в том числе следующие работники страхователя: ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ г.р. (уборщик литейных цехов), ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ г.р. (токарь-расточник), ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ г.р. (наладчик холодно-штамповочного оборудования) (т.4, л.д. 84, 104). 

Установив, что физические лица с указанными датами рождения не значатся в списке работников предприятия, органом социального страхования было отказано в принятии к зачету средств, потраченных на проведенеи мер по сокращению профессиональных заболеваний, в связи с недостоверностью представленных сведений в отношении ФИО4, ФИО5, ФИО7 и ФИО6

Из представленных в материалы дела доказательств судом установлено, что ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ г.р., являющаяся уборщиком литейного цеха, прошла в 2016 году периодический медицинский осмотр, данное обстоятельство подтверждается заключительным актом ГБУ «Медико-санитарная часть № 1» от 11.10.2016 и актом, являющимся приложением к договору № 069-11-474/16 от 25.04.2016 (т.3, л.д. 106-107, 146-147). Сведения об ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ г.р. в качестве работника АО «ММЗ» отражены в личной карточке работника, представленной в материалы дела (т.5, л.д. 1).

Приказом № 678кпр от 09.12.2014 принят на работу токарем-расточником ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ г.р. (т.5, л.д. 32). В 2016 году он прошел периодический медицинский осмотр, что подтверждается заключительным актом ГБУ «Медико-санитарная часть № 1» от 11.10.2016 и актом, являющимся приложением к договору № 069-11-474/16 от 25.04.2016 (т.3, л.д. 69 на обороте, 113). Сведения о ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ г.р. в качестве работника АО «ММЗ» отражены в личной карточке работника, представленной в материалы дела (т.5, л.д. 4).

ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ г.р. также прошел в 2016 году периодический медицинский осмотр, что подтверждается актом, являющимся приложением к договору № 069-11-474/16 от 25.04.2016 (т.3, л.д. 110-114). Сведения о ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ г.р. в качестве работника АО «ММЗ» отражены в личной карточке работника, представленной в материалы дела (т.5, л.д. 87).

Судом установлено, что представленные в материалы дела заключительные акты от 11.10.2016 свидетельствует о проведении периодических медицинских осмотров в отношении работников ФИО4 (дата рождения – ДД.ММ.ГГГГ), ФИО5 (дата рождения – ДД.ММ.ГГГГ), ФИО7 (дата рождения – ДД.ММ.ГГГГ).

Таким образом, выявленные Фондом ошибки в документах, касающихся даты рождения указанных работников, сами по себе не опровергают факт прохождения в 2016 году работниками страхователя ФИО4, ФИО5, ФИО7 периодического медицинского осмотра. Вывод ответчика в оспариваемом решении об отсутствии у страхователя указанных работников, опровергается представленными в дело доказательствами, при том что, как пояснил представитель общества неправильное указание сведений о дате рождения спорных работников является технической ошибкой (опиской). 

Следовательно, при наличии доказательств реальных трудовых отношений между обществом и ФИО4, ФИО5, ФИО7 и доказательств прохождения ими в 2016 году периодического медицинского осмотра, отсутствуют основания для не принятия к зачету страхового возмещения.

Ответчик в судебном заседании признал необоснованное включение им в базу для начисления страховых взносов в отношении ФИО6, поскольку указанное лицо в списках прошедших медицинский осмотр заявителем не указывалось, упомнинание в оспариваемом ненормативно-правовом акте сведений в отношении ФИО6 являются технической ошибкой органа социального страхования (протокол и аудиозпись судебного заседания от 18.07.2019, т.5, л.д. 82).

Согласно части 2 статьи 201 АПК РФ арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, полностью не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

По итогам рассмотрения спора, арбитражный суд признает незаконным решение государственного учреждения - регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации по Республике Марий Эл от 12.10.2018 № 624 в части начисления недоимки по страховым взносам на обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в сумме 24 руб. 20 коп., соответствующих ей пени, штрафа.

При распределении государственной пошлины арбитражный суд применяет специальные правила статьи 110 АПК РФ, согласно которым судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Заявитель платежным поручением от 09.11.2018 № 20694 уплачена государственная пошлина в сумме 3000 руб. (т., л.д. 18). Понесенные судебные расходы на основании статьи 110 АПК РФ подлежат взысканию в полном размере с ответчика, не в пользу которого принят судебный акт.

Определением арбитражного суда от 19.11.2018 действие решения государственного учреждения - регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации по Республике Марий Эл от 12.10.2018 № 624 было приостановлено (т.2, л.д. 23-24). Частичный отказ в удовлетворении требований заявителя является основанием для отмены принятых обеспечительных мер с момента вступления в силу судебного акта. 

Согласно пункту 76 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 57 указание на отмену принятых обеспечительных мер фиксируется в резолютивной части решения.

Резолютивная часть решения объявлена 26 июля 2019 года. Полный текст решения изготовлен 1 августа 2019 года, что в соответствии со статьей 176 АПК РФ считается датой принятия судебного акта.

Руководствуясь статьями 167-170, 176, 201 АПК РФ, арбитражный суд 

РЕШИЛ:

1. Заявление акционерного общества «Марийский машиностроительный завод» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) удовлетворить частично.

Признать недействительным решение Государственного учреждения - региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации по Республике Марий Эл от 12.10.2018 № 624 в части начисления недоимки по страховым взносам на обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в сумме 24 руб. 20 коп., соответствующих ей пени, штрафа.

В остальной части в удовлетворении заявленных требований отказать.

2. Взыскать с Государственного учреждения - региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации по Республике Марий Эл в пользу акционерного общества «Марийский машиностроительный завод» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) расходы по уплате государственной пошлины в сумме 3 000 руб. 

3. Определение Арбитражного суда Республики Марий Эл от 19.11.2018 о принятии мер по обеспечению иска в виде приостановления в части действия решения Государственного учреждения - региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации по Республике Марий Эл от 12.10.2018 № 624 отменить после вступления решения в законную силу.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Республики Марий Эл.

Судья                                                                                             Ю.А. Вопиловский