АРБИТРАЖНЫЙ СУД СМОЛЕНСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Большая Советская, д. 30/11, г. Смоленск, 214001

http:// www.smolensk.arbitr.ru; e-mail: info@smolensk.arbitr.ru

тел.8(4812)24-47-71; 24-47-72; факс 8(4812)61-04-16

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Р Е Ш Е Н И Е

город Смоленск

24.07.2024                                                          Дело № А62-9516/2023

Резолютивная часть решения оглашена 10.07.2024

                                           Полный текст решения изготовлен 24.07.2024

 

Арбитражный суд Смоленской области в составе судьи  Донбровой Ю.С., при ведении протокола судебного заседания  секретарем судебного заседания Грозой Т.Н., рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению 

ФИО1 

к акционерному обществу "Дисплей компонент" (ОГРН 

<

***>,  ИНН 

<

***>)

о взыскании задолженности по договору займа, процентов за пользование займом и неустойки за нарушение сроков возврата денежных средств,

и встречному исковому заявлению

акционерного общества "Дисплей компонент" (ОГРН 

<

***>,                           ИНН 

<

***>)

к ФИО1, ФИО2

о признании недействительным  договора займа от 06.09.2022 и дополнительного соглашения от 23.01.2023 № 1, 

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: Федеральная служба по финансовому мониторингу (Росфинмониторинг), 

Прокуратура Смоленской области,

при участии:

от ФИО1 – ФИО3, представителя по доверенности, паспорт;

от АО "Дисплей компонент" – ФИО4, представителя по доверенности, удостоверение;

от ФИО2 – ФИО5, представителя по доверенности, паспорт;

в отсутствие иных лиц участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 (далее по тексту – истец) обратился в Промышленный районный суд г. Смоленска с иском к акционерному обществу "Дисплей компонент" (далее по тексту – ответчик, общество, АО «Дисплей компонент») о взыскании задолженности по договору процентного займа от 06.09.2022, процентов за пользование займом, а также проценты за пользование чужими денежным средствами. 

26.07.2023 Промышленным районным судом г. Смоленска по делу № 2-1958/2023 принято встречное исковое заявление АО «Дисплей компонент» к ФИО1, ФИО2 о признании недействительными договора займа от 06.09.2022 и дополнительного соглашения № 1 от 23.01.2023.

Определением Промышленного районного суда г. Смоленска от 26.07.2023 указанное дело передано на рассмотрение  в Арбитражный суд Смоленской области.

В ходе рассмотрения дела, истец в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уточнил исковые требования, согласно которым просил взыскать с ответчика 36 950 909,30 руб., в том числе: основной долг в размере 28 778 000 руб., проценты за пользование займом  в размере 6 837 610,10 руб., пени за нарушение срока возврата суммы займа в размере 1 335 299,20 руб.

Уточненное исковое заявление принято судом к рассмотрению (протокольное определение от 06.06.2024). 

Дело рассмотрено с участием третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Федеральной службы по финансовому мониторингу (Росфинмониторинг), а также Прокуратуры Смоленской области. 

Представитель истца по первоначальному иску  в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, в удовлетворении встречных исковых требований  просила отказать.

Представитель ответчика по первоначальному иску  в судебном заседании в удовлетворении  исковых требований просит отказать, встречные исковые требования просит удовлетворить, признать недействительным  договор займа от 06.09.2022 и дополнительное соглашение от 23.01.2023 № 1. При этом, согласно дополнению (без уточнения требований) от 29.05.2024 (т. 3 л.д. 7-9), отражающему окончательную позицию стороны, просит признать спорный договор недействительным в части траншей, произведенных 20.09.2022 платежным поручением № 50873 на сумму 15 000 000 руб., 22.09.2022 платежным поручением № 132458 на сумму 20 000 000 руб. 

Позиция третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора Федеральной службы по финансовому мониторингу (Росфинмониторинг), указана в пояснениях от 06.12.2023 № 22-04-11/18570  (л.д. 80-81 том дела № 2).

Прокуратура Смоленской области не возражала против удовлетворения исковых требований о взыскании задолженности в указанном размере, при этом полагает, что основания для удовлетворения встречных исковых требований  отсутствуют (т. 3 л.д. 21-22), указав следующее:

по результатам оценки представленных доказательств в их совокупности достаточных признаков, указывающих на намерение истца и ответчика создать внешне легальные основания осуществления передачи денежных средств или иного имущества, в том числе для легализации доходов, полученных незаконным путем, не выявлено.

Приведенные доводы АО «Дисплей компонент» доводы об аффилированности сторон сделки, о фактическом перераспределении посредством заключения договора займа денежных средств между входящими в одну группу лиц (транзитном характере их перечисления) несостоятельны и не влекут безусловное основание для признания сделки по займу нереальной. 

С учетом доказательств, подтверждающих фактическую передачу денежных средств, частичный их возврат, достаточных оснований для признания сделки недействительной не имеется.

Правовая позиция ФИО2, изложена  отзыве на встречное исковое  заявление, в удовлетворении  требований  просит отказать  (л.д. 26-31 том дела № 2).

В соответствии с положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации неявка в судебное заседание участвующих в деле лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, не являются препятствием к рассмотрению дела в их отсутствие. 

Оценив доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определив относимость, допустимость и достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к следующему. 

В обоснование заявленных первоначальных требований истец указал, что  06.09.2022 между ФИО1 (заимодавец) и АО «Дисплей компонент» (заемщик) заключен договор процентного займа траншами (далее - договор),  в редакции дополнительного соглашения от 23.01.2023 № 1, согласно которому займодавец передает заемщику денежные средства в размере не превышающем 100 000 000 руб. траншами, а заемщик обязуется вернуть сумму займа (транша) и начисленные на него проценты в порядке и срок, предусмотренные договором.

Во исполнение своих обязательств истцом были перечислены денежные средства в размере 58 798 000 руб., что подтверждается банковской выпиской со счета истца от 15.03.2023 за период с 12.09.2022 по 23.09.2022.

Пункт 1.2. договора гласит, что за пользование суммой займа (транша) заемщик выплачивает заимодавцу проценты из расчета            12 % годовых.

Согласно пункту 2.4. договора заемщик обязуется вернуть заимодавцу сумму займа (транш) не позднее 28.02.2023г., либо в срок, указанный в заявке, но не позднее 28.02.2023.

Ответчик возвратил частично часть суммы основного долга  в размере  30 020 000 рублей.

01.03.2023 истец обратился к ответчику с требованиями о возврате суммы займа, процентов за пользование денежными средствами и процентов по ст. 395 ГК РФ, в срок 5 дней с момента получения претензии. 

Претензия ответчиком получена  02.03.2023, однако обязательства ответчика не исполнены.

Ссылаясь на ненадлежащее исполнение заемщиком своих обязательств по договору займа,  истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

В свою очередь АО "Дисплей компонент" обратилось в суд со встречным исковым заявлением  к  ФИО1, ФИО2 о признании недействительным  договора займа от 06.09.2022 и дополнительного соглашения от 23.01.2023 № 1.

В обоснование встречных требований, а также возражений по существу первоначальных требований общество указало следующие обстоятельства:

06.09.2022 года между ФИО1 (займодавец) и АО “Дисплей компонент” (заемщик) в лице генерального директора ФИО2 заключен договор процентного займа траншами.

В обоснование иска указано, что ФИО1 со своего банковского счета в ПАО Банк ВТБ были перечислены денежные средства обществу в сумме 58 798 000 руб., в т.ч.: 12.02.2022 платежным поручением №60859 - 23 798 000 руб.; 20.09.2022 платежным поручением №50873 - 15 000 000 руб.; 22.09.2022 платежным поручением №132458 - 20 000 000 руб.

По мнению общества, фактически денежными средствами, переданными ФИО1 во исполнение вышеуказанного договора займа, являются 23 798 000 руб., перечисленные им 12.09.2022 платежным поручением №60859. Тогда как денежные средства, перечисленные обществу с банковского счета ФИО1: 20.09.2022 платежным поручением №50873 в размере 15 000 000 руб.; 22.09.2022 платежным поручением №132458 в размере 20 000 000 руб., не являются денежными средствами, переданными ФИО1 во исполнение вышеуказанного заемного обязательства.

Это денежные средства, фактически переданные ФИО6 наличными ФИО7 для пополнения расчетного счета АО “Дисплей компонент”.

ФИО7 по поручению ФИО6 и на основании доверенности, выданной ему ФИО1 12.09.2022, внес полученные наличными от ФИО6 денежные средства на банковский счет ФИО1: 20.09.2022 по приходному кассовому ордеру №96330631 в размере 15 000 000 руб., 22.09.2022 по приходному кассовому ордеру №963367119 в размере 20 000 000 руб.

Непосредственно после пополнения ФИО7 банковского счета ФИО1, денежные средства в аналогичных размерах переведены на счет общества.

В материалы дела представлена банковская выписка по счету ФИО6 в банке ПАО Банк ВТБ за период с 01.01.2022 по 30.09.2022, подтверждающая наличие у него денежных средств в соответствующем размере наличными. А из выписки операций по счету ФИО1 в ПАО Банк ВТБ за период с 12.09.2022 по 23.09. 2022 усматривается, что во исполнение заемного обязательства ФИО1 передавились денежные средства в размере 23 798 000 руб., которые он предварительно вносил на свой банковский счет. А по состоянию на 20 и 22 сентября 2022 года остаток денежных средств на банковском счете ФИО1 не позволял ему исполнить заемное обязательство, передав Обществу 15 000 000 руб. и 20 000 000 руб.

С учетом отсутствия доказательств налиичия у ФИО6 перед ФИО1 неисполненных денежных обязательств, ФИО1 не приобрел права требования в части данных траншей на основании заемного обязательства, поскольку фактически исполнено поручение ФИО6 по передаче денежных средств АО “Дисплей компонент”, а потому права требования в отношении указанных траншей приобрел ФИО6

При этом ссылка на спорный договор займа в платежных поручениях №50873 от 20.09.2022 и №132458 от 22.09. 2022, на основании которых со счета ФИО1 переведены денежные средства в АО “Дисплей компонент”, сама по себе не имеет правового значения.

Общество ссылается на разъяснения, содержащиеся в пункте 7  постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 “О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации”, согласно которым если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункт 1 или пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

Общество указывает на аффилированность, общий экономический интерес ФИО1 и генерального директора ФИО2 Поскольку заинтересованные стороны не намеревались создать правовые последствия, предусмотренные статьей 807 Гражданского кодекса Российской Федерации, то спорный договор займа в части траншей от 20 и 22 сентября 2022 года в размере 15 000 000 руб. и 20 000 000 руб. соответственно подлежат признанию мнимой и ничтожной сделкой в силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В части требования о взыскании процентов за пользование займом общество отмечает следующее: в своем иске ФИО1 указывает, что Общество во исполнение своих обязательств по возврату денежных средств перечислило ему 30 020 000 руб., в том числе: 12.12.2022 - 20 000 000 руб., 26.12.2022 - 300 000 руб., 29.12.2022 – 3 000 000  руб., 30.12.2022 - 6 420 000 руб., 18.01.2023 - 300 000 руб.

Согласно представленному обществом расчету, размер процентов за пользование займом в размере 23 798 000 руб. за период с 13.09.2022 по 30.12.2022 составляет 733 079,02 руб.

В связи с чем, у общества имеется переплата в пользу ФИО1 в размере 5 488 920,98 (30 020 000 - 23 798 000 - 733 079,02) руб., а, следовательно, в удовлетворении его требований к обществу о взыскании задолженности в размере 28 778 000 руб. и процентов за пользование займом в размере 6 837 610,10 руб. надлежит отказать.

В части требования о взыскании неустойки общество указывает, что согласно условиям договора займа заемщик обязуется вернуть Займодавцу займ не позднее 31.12.2023.

Общество считает незаконным и необоснованным исчисление неустойки (пени) за просрочку в исполнении им заемного обязательства за период с 01.03.2023, которое основано на положениях дополнительного соглашения №1 от 23.01.2023.

Указанное дополнительное соглашение, которым стороны изменили срок возврата займа с “не позднее 31 декабря 2023 года” на “не позднее 28 февраля 2023 года”, по мнению общества является недействительным на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу следующего.

С ноября 2022 ФИО1 зарегистрирован по месту жительства ФИО2 по адресу: 

<

...> (подтверждается реквизитами дополнительного соглашения №1 от 23 января 2023 года к договору займа от 06 сентября 2022 года); а с 15 февраля 2023 года ФИО1 зарегистрирован в жилом помещении, принадлежащем ФИО2 по адресу: 

<

...> (подтверждается копией паспорта ФИО1).

В связи с чем, общество отмечает правовую позицию, изложенную ФНС России в письме от 16 августа 2017 года №СА-4-18/16148 “О применении налоговыми органами положений главы Ш.2 Федерального закона от 26 октября 2002 года №127-ФЗ” о том, что основаниями фактического контроля могут служить любые неформальные личные отношения, например совместное проживание (состояние в так называемом гражданском браке), длительная совместная служебная деятельность (военная служба, гражданская служба), совместное обучение (одноклассники, однокурсники) и т.п. (п. 2.2 письма).

16.01.2023 ФИО2 в связи с конфликтом интересов с собственником общества ФИО8 было написано заявление об увольнении с 31 января 2023 года по собственному желанию в связи с выходом на пенсию, в котором он отдельно указывал, что все новые договоры им будут подписаны только при наличии личного решения ФИО8

20.01.2023  указанное заявление ФИО2 завизировано ФИО8, а ФИО2 за его подписью составлен приказ (распоряжение) №5 о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) с 31 января 2023 года на основании пункта 3 части 1 статьи 77 ТК РФ (по инициативе работника в связи с выходом на пенсию).

Вместе с тем, 23.01.2023 генеральный директор ФИО9 единолично, злоупотребляя свои правом и в нарушение содержащегося в его заявлении об увольнении обязательства, касающегося подписания всех новых договоров только при наличии личного решения ФИО8, подписал с ФИО1 дополнительное соглашение №1 к договору займа от 06 сентября 2022 года, которым изменили срок возврата займа с 31 декабря 2023 года на не позднее 28 февраля 2023 года.

31.01. 2023 генеральный директор АО “Дисплей компонент” ФИО2 ознакомлен с приказом №5 от 20 января 2023 года об увольнении, о чем свидетельствует его подпись в приказе.

28.02.2023 ФИО2 трудоустроен в ООО “Экситон” (ИНН 

<

***>), зарегистрированный в качестве юридического лица 16 июня 2022 года, юридический адрес: 140105 

<

...>, ком. 1, с аналогичным АО “Дисплей компонент” основным видом деятельности: Торговля оптовая производственным электротехническим оборудованием, машинами, аппаратурой и материалами.

Одним из Участником (учредителем) ООО “Экситон” с размером (долей) участия в уставном капитале 51% является ФИО1 Данные обстоятельства свидетельствуют об их взаимозависимости, общности экономических интересов и подконтрольности ФИО2 ФИО1 Действия последних по заключению дополнительного соглашения №1 к договору займа не отвечают интересам юридического лица, поскольку сводились лишь к фактическому оставлению после себя долговых обязательств в свою пользу.

В связи с чем, общество полагает, что действия Почуфарова А.Н. по заключению дополнительного соглашения №1 от 23 января 2023 года являются заведомо недобросовестным осуществлением гражданских прав (злоупотребление правом), что недопустимо в силу закона. Своими действиями Почуфаров А.Н. фактически причинил обществу убытки.

Ответчики по встречному иску возражали  против предъявленных требований. Так, ФИО2 указал на отсутствие необходимости согласования сделки с ФИО8, поскольку  она не являлась крупной и была связана с процессом обычной уставной деятельности на условиях существенно не отличающихся от условий совершения аналогичных сделок. Договор займа был исполнен. Доказательства фактического перечисления денежных средств ФИО1 АО «Дисплей компонент», а равно, как и возврата обществом части суммы основного долга, представлены в материалы дела. 

Предъявление обществом требования о недействительности сделки после предъявления к нему иска о взыскании задолженности по договору займа,   является злоупотреблением правом с целью уйти от исполнения своих обязательств по возвращению денежных средств, что соответствует позиции Верховного Суда Российской Федерации в определении от 08.10.2019 № 5-КГ19-152 по делу №№ 2-3511/2018.

Доказательств недобросовестных действий генерального директора, повлекших причинение убытков обществу, не представлено. 

Полученные  от ФИО1 денежные средства были направлены на оплату товара поставщикам за комплектующие изделия, что подтверждается выписками по расчетному счету общества, представленными в материалы дела. Указанные выписки также подтверждают отсутствие возможности у общества оплатить поставленный поставщиками и уже реализованный товар без предоставленных заемных средств.

В свою очередь АО «Дисплей компонент» не указывает, что именно является убытками для общества, а также не представлены сведения о его размере. Ответчик полагает, что основания для признания действий генерального директора недобросовестными,  а также признания сделки недействительной, отсутствуют. 

В ходе рассмотрения дела, по ходатайству общества,  в качестве свидетеля опрошен ФИО7 (протокол судебного заседания от 01.04.2024), который является водителем  ООО «Техноконтроль», пояснивший, что действительно выполнял отдельные поручения по внесению наличных денежных средств на счет ФИО1, в рамках выданной доверенности на совершение операций с его банковским счетом 20 и 22 сентября 2022 года, в том числе полученных от ФИО6 Вместе с тем, цели внесения данных денежных средств на расчетный счет ФИО1, а также сведения о наличии/отсутствии  каких либо обязательственных отношений между указанными лицами, ему неизвестны. 

В соответствии со статьей 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

В соответствии с пунктом 1 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделке недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). 

В соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В пункте 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", пунктом 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации установлены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации должны быть установлены: сговор (совместные действия) представителя и другое стороны сделки в ущерб интересам представляемого либо совершение представителей сделки в ситуации отсутствия доказательств сговора (или совместных действий), но с причинением явного и очевидного для контрагента в момент совершения сделки ущерба интересам представляемого.

В обоснование встречных требований  общество ссылается на положения статей 78, 79 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» указывая, что данная сделка является крупной на совершение которой согласие единственного акционера получено не было. Кроме того, указывает на наличие оснований для признании сделки недействительной по статье 10 и пунктам 1 или 2 статьи 168 ГК РФ

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

 В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25) разъяснено, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 того же Кодекса).

В силу пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (абзац 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25).

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Согласно разъяснениям, данным в пункта 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25, при разрешении спора о мнимости сделки следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства, в том числе договор займа от 06.09.2022, в редакции дополнительного соглашения № 1 от 23.01.2023, а также представленные первичные учетные документы АО «Дисплей компонент», банковские выписки и иные, имеющиеся в материалах дела документы, суд пришел в выводу об отсутствии оснований для удовлетворения встречных требований общества, ввиду следующего.

Судом установлено, что  06.09.2022 между ФИО1 (заимодавец) и АО «Дисплей компонент» (заемщик) заключен договор процентного займа траншами, в редакции дополнительного соглашения от 23.01.2023 № 1, согласно которому займодавец передает заемщику денежные средства в размере не превышающем 100 000 000 руб. траншами, а заемщик обязуется вернуть сумму займа (транша) и начисленные на него проценты в порядке и срок, предусмотренные договором.

За пользование суммой займа (транша) заемщик выплачивает заимодавцу проценты из расчета 12 % годовых (пункт 1,2 договора).

Согласно пункту 2.4. договора заемщик обязуется вернуть заимодавцу сумму займа (транш) не позднее 28.02.2023г., либо в срок, указанный в заявке, но не позднее 28.02.2023.

В соответствии с пунктом 3.1 договора займа в случае нарушения заемщиком срока возврата суммы займа (транша), установленного пунктом 2.4 настоящего договора, займодавец вправе потребовать от заемщика уплаты пени в размере 0,01% от невозвращенной суммы займа за каждый день просрочки до дня ее возврата займодавцу.

Во исполнение своих обязательств истцом были перечислены денежные средства в размере 58 798 000 руб., что подтверждается банковской выпиской со счета истца от 15.03.2023 за период с 12.09.2022 по 23.09.2022.

В свою очередь ответчик возвратил частично часть суммы основного долга  в размере  30 020 000 руб.

Общество указывает на отсутствие согласия на совершение сделки.

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 N 27 "Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность" (далее - постановление N 27), для квалификации сделки как крупной необходимо одновременное наличие у сделки на момент ее совершения двух признаков (пункт 1 статьи 78 Закона об акционерных обществах, пункт 1 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью):

1) количественного (стоимостного): предметом сделки является имущество, в том числе права на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (далее - имущество), цена или балансовая стоимость (а в случае передачи имущества во временное владение и (или) пользование, заключения лицензионного договора - балансовая стоимость) которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату;

2) качественного: сделка выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности, т.е. совершение сделки приведет к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов (пункт 4 статьи 78 Закона об акционерных обществах, пункт 8 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). Например, к наступлению таких последствий может привести продажа (передача в аренду) основного производственного актива общества. Сделка также может быть квалифицирована как влекущая существенное изменение масштабов деятельности общества, если она влечет для общества существенное изменение региона деятельности или рынков сбыта.

Устанавливая наличие данного критерия, следует учитывать, что он должен иметь место на момент совершения сделки, а последующее наступление таких последствий само по себе не свидетельствует о том, что их причиной стала соответствующая сделка и что такая сделка выходила за пределы обычной хозяйственной деятельности. При оценке возможности наступления таких последствий на момент совершения сделки судам следует принимать во внимание не только условия оспариваемой сделки, но также и иные обстоятельства, связанные с деятельностью общества в момент совершения сделки. Например, сделка по приобретению оборудования, которое могло использоваться в рамках уже осуществляемой деятельности, не должна была привести к смене вида деятельности.

Любая сделка общества считается совершенной в пределах обычной хозяйственной деятельности, пока не доказано иное (пункт 8 статьи 46 Закона N 14-ФЗ). Бремя доказывания совершения оспариваемой сделки за пределами обычной хозяйственной деятельности лежит на истце.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2011 N 722/11 сформирована правовая позиция, согласно которой к сделкам, совершаемым в процессе обычной хозяйственной деятельности, судебная арбитражная практика относит обусловленные разумными экономическими причинами сделки, не отличающиеся существенно по своим основным условиям от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до этого должником в течение продолжительного периода времени, и необходимые для осуществления его хозяйственной деятельности.

Под обычной хозяйственной деятельностью следует понимать любые операции, которые приняты в текущей деятельности соответствующего общества либо иных хозяйствующих субъектов, сходных по размеру активов и объему оборота, независимо от того, совершались ли такие сделки данным обществом ранее.

К сделкам, совершенным в процессе обычной хозяйственной деятельности, могут относиться сделки по приобретению обществом сырья и материалов, необходимых для осуществления производственно-хозяйственной деятельности, реализации готовой продукции, получению кредитов для оплаты текущих операций.

В свою очередь, доказательства того, что данная сделка являлась крупной для общества, в материалы дела представлены не были.

Суд признает обоснованным довод ответчика ФИО2 о том, что полученные заемные  денежные средства были направлены на оплату товара поставщикам за комплектующие изделия, что подтверждается выписками по расчетному счету общества, представленными в материалы дела. Указанные выписки также подтверждают отсутствие возможности у общества оплатить поставленный поставщиками и уже реализованный товар без предоставленных заемных средств.

Общество, заявляя требование о признании договора недействительной сделкой, по основаниям изложенным выше,  указывает при этом на возможность признания полученных от ФИО1 денежных средств в размере 23 798 000 руб. согласно платежному поручению от 12.09.2022 № 60859 в качестве заемных в рамках спорного договора займа, в целях пополнения оборотных средств (дополнение АО «Дисплей компонент» т. 3 л.д. 7-9). 

Согласно пункту 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

Пункт 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации гласит, что заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся па недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

В данном случае факт перечисления обществом денежных средств с указанием основание платежа - оплата по договору займа траншами б/н от 06.09.2022, подтвержден документально. 

В материалы дела, а также на обозрение суда представлены доказательства, подтверждающие наличие у ФИО1 финансовой возможности предоставить обществу денежные средства в заявленном размере в качестве займа.

Финансирование предприятия с целью поддержания его хозяйственной деятельности, осуществляемое посредством предоставления денежных средств по договорам займа не отменяет ни срочного характера, ни возвратности, ни возмездности договора, т.е. существенных условий договора займа.

Кроме этого, представлены доказательства частичного возврата долга.

Довод о мнимости сделки, судом также признается необоснованным.

В силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Однако в рассматриваемом деле очевидно получение и пользование ответчиком полученной от истца суммой займа.

Между тем, заявляя о мнимой характере оспариваемого договора и его совершения в обход закон, общество не представило в материалы дела каких-либо объективных доказательств в обоснование своей позиции по делу.

С учетом изложенного, требование о взыскании задолженности по договору займа траншами от 06.09.2022 в редакции дополнительного соглашения № 1 от 23.01.2023  в сумме 28 778 000 руб. признается судом правомерным и подлежащим удовлетворению.

В силу части 1 статьи 809 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором.

В соответствии со статьей 811 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором займа, в случаях, когда заемщик не возвращает в срок сумму займа, на эту сумму подлежат уплате проценты в размере, предусмотренном пунктом 1 статьи 395 настоящего Кодекса, со дня, когда она должны быть возвращена, до дня ее возврата займодавцу независимо от уплаты процентов, предусмотренных пунктом 1 статьи 809 настоящего Кодекса.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 13, Пленума ВАС РФ № 14 от 08.10.1998 «О практике применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о процентах за пользование чужими денежными средствами», при рассмотрении споров, связанных с исполнением договоров займа, а также с исполнением заемщиком обязанностей по возврату банковского кредита, следует учитывать, что проценты, уплачиваемые заемщиком на сумму займа в размере и в порядке, определенных пунктом 1 статьи 809 Кодекса, являются платой за пользование денежными средствами и подлежат уплате должником по правилам об основном денежном долге.

Проценты, предусмотренные пунктом 1 статьи 811 Гражданского кодекса Российской Федерации, являются мерой гражданско-правовой ответственности. 

Статьями 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Доказательств возврата займа, а также процентов за пользование займом в установленный договором срок, обществом не представлено.

Арифметический расчет процентов, а также пени судом проверен, признан верным, соответствующим условиям договора.

При этом оснований для снижения неустойки по правилам статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации судом не установлены.

Учитывая изложенное, требования истца о взыскании процентов за пользование денежными средствами в размере 6 837 610,10 руб., неустойки в сумме 1 335 299,20 руб., также являются обоснованными и подлежат удовлетворению.   

По результатам разрешения спора между сторонами подлежат распределению судебные расходы.

Согласно части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. 

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации сумма государственной пошлины, подлежащая уплате при цене иска в сумме 36 950 909,30 руб., составляет 200 000 руб.

При обращении в Промышленный районный суд г. Смоленска ФИО1 уплачена государственная пошлина в размере 60 000 руб. согласно чеку-ордеру от 17.03.2023(т. 1 л.д. 12).

Принимая во внимание разъяснения, данные  в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2021 N 46 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции", недоплаченную государственную пошлину в размере 140 000 руб. следует взыскать с акционерного общества "Дисплей компонент" в доход федерального бюджета в соответствии со статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110, 167 - 171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

Взыскать с акционерного общества "Дисплей компонент" (ОГРН 

<

***>,  ИНН 

<

***>) в пользу ФИО1 36 950 909,30 руб., в том числе: долг в размере 28 778 000 руб., проценты за пользование денежными средствами в размере 6 837 610,10 руб., неустойка в сумме 1 335 299,20 руб., а также  60 000 руб. в возмещение судебных расходов.

В удовлетворении встречного иска отказать.

Взыскать с акционерного общества "Дисплей компонент" (ОГРН 

<

***>,  ИНН 

<

***>)  в доход федерального бюджета       140 000 руб. государственной пошлины.

Исполнительные листы выдать после вступления решения в законную силу.

В соответствии с частью 3 статьи  319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации исполнительный лист выдается по письменному ходатайству взыскателя или по его ходатайству направляется для исполнения непосредственно арбитражным судом.

Лица, участвующие в деле, вправе обжаловать настоящее решение суда в течение месяца после его принятия в апелляционную инстанцию – Двадцатый арбитражный апелляционный суд (г. Тула), в течение двух месяцев после вступления решения суда в законную силу в кассационную инстанцию – Арбитражный суд Центрального округа (г. Калуга) при условии, что решение суда было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.  Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Смоленской области.

Судья      Ю.С. Донброва