﻿

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А15-1213/2020

г. Краснодар

26 мая 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 25.05.2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 26.05.2021 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Малыхиной М.Н., судей Бабаевой О.В. и Трифоновой Л.А., при участии от истца – общества с ограниченной ответственностью «Лаборатория цифрового зрения» – Агеева А.В. (доверенность от 09.04.2021) и Кавинского И.Н. (доверенность от 09.04.2021), в отсутствие ответчика – Государственного казенного учреждения Республики Дагестан «Служба вызова экстренных оперативных служб по единому номеру "112"» Республики Дагестан» и третьих лиц: Министерства по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидаций последствий стихийных бедствий Республики Дагестан, Правительства Республики Дагестан, Министерства финансов Республики Дагестан, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Лаборатория цифрового зрения» на решение Арбитражного суда Республики Дагестан от 27.11.2020 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.02.2021 по делу № А15-1213/2020, установил следующее.

ООО «Лаборатория цифрового зрения» (далее – общество) обратилось в Арбитражный суд Республики Дагестан с исковым заявлением к ГКУ РД «Безопасный Дагестан» о взыскании основного долга по государственному контракту от 29.12.2018 № 1 в сумме 99 999 900 рублей 00 копеек.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Министерство по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидаций последствий стихийных бедствий Республики Дагестана (далее – МЧС), Правительство Республики Дагестан (далее - правительство), Министерство финансов Республики Дагестан (далее – минфин). 

Решением суда от 27.11.2020, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 17.02.2021, в удовлетворении исковых требований отказано. Судебные акты мотивированы тем, что при заключении государственного контракта, сторонами не соблюдены обязательные конкурентные процедуры, предусмотренные Федеральным законом от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон № 44), в связи с чем контракт является ничтожной сделкой, оказание услуг по нему не может влечь на стороне исполнителя неосновательного обогащения, соответственно отсутствуют основания для взыскания истребуемой задолженности. 

В порядке процессуального правопреемства суд апелляционной инстанции заменил ответчика на ГКУ РД «Служба вызова экстренных оперативных служб по единому номеру "112"» Республики Дагестан» (далее – учреждение) с учетом произведенной реорганизации в форме присоединения.

Общество обжаловало указанные судебные акты в порядке главы 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, просило отменить решение и постановление и принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить исковые требования в полном объеме.

Общество, ссылаясь на нормы гражданского законодательства о кондикции, отмечает, что решением Арбитражного суда Республики Дагестан по делу № А15-2159/2019 исполнение спорного контракта прекращено только на будущее время, в исполненной части действие контракта не прекращено, ввиду чего учреждение обязано оплатить услуги, оказанные до даты вынесения судом решения о признании контракта недействительным.

В отзывах на жалобу учреждение, правительство, МЧС указали на необоснованность ее доводов, просили оставить обжалуемые судебные акты без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

Обществом направлены возражения на отзыв 

Правительство и МЧС ходатайствовали о рассмотрении жалобы в отсутствие своих представителей.

Минфин отзыв на жалобу не направил, явку представителя в судебное заседание не обеспечил.

Кассационная жалоба рассмотрена в порядке части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представители общества поддержали доводы, изложенные в жалобе и возражениях на отзыв, полагали необоснованным вывод о недобросовестности общества, сделанный без исследования доказательств, отметили, что услуги оказаны по просьбе учреждения и правительства, частично оплачены, правоотношения имели длительный характер.

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению, по следующим основаниям.

Как установлено судами первой и апелляционной инстанции, 29.12.2018 ГКУ РД «Безопасный Дагестан» (заказчик) и ООО «Лаборатория цифрового зрения» (исполнитель) заключили государственный контракт № 1, согласно пункту 1.1 которого исполнитель обязуется оказать заказчику услуги по представлению информации в области дорожного движения, полученной посредством применения специальных технических средств, имеющих функции фото- и видеозаписи, техническому оформлению и организации рассылки постановлений о нарушениях правил дорожного движения в объеме и с характеристиками согласно техническому заданию, а заказчик обязуется принять и оплатить указанные услуги. 

Оказание услуг осуществляется исполнителем на территории Республики Дагестан (пункт 1.2 контракта). В соответствии с пунктом 2.1 цена контракта составляет 158 241 600 рублей, в том числе НДС 24 138 549 рублей 15 копеек. 

Исполнение государственного контракта на заявленную в иске сумму общество подтверждает актами сдачи-приемки оказанных услуг за январь-март 2019 года на сумму 64 610 тыс. рублей, подписанными сторонами без претензий и не подписанными ответчиком актами за май 2019 года на сумму 35 389 900 рублей.

Поскольку в добровольном порядке ГКУ РД «Безопасный Дагестан» оказанные услуги не оплатило, общество обратилось с иском в суд.

Учитывая субъектный состав спорного правоотношения, суды правомерно указали на необходимость применения при разрешении спора норм Закона № 44-ФЗ.

Согласно Закону № 44-ФЗ правоотношения сторон, связанные с выполнением работ для государственных (муниципальных) нужд, должны быть урегулированы посредством заключения контракта в порядке, предусмотренном данным законом. 

В силу пункта 8 статьи 3 Закона № 44-ФЗ под государственным или муниципальным контрактом понимается договор, заключенный от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации (государственный контракт), муниципального образования (муниципальный контракт), государственным или муниципальным заказчиком для обеспечения соответственно государственных нужд, муниципальных нужд. 

Руководствуясь положениями статей 6, 24, 93 указанного закона, правовой позицией, выраженной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2013 №18045/12, и принимая во внимание цену контракта, суды пришли к выводу, что заключение контракта должно было осуществляться с применением конкурентных процедур, оснований для закупки у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя) не имелось, истец не доказал как соблюдения конкурентных процедур, установленных нормами Закона № 44-ФЗ, так и наличия чрезвычайной ситуации, позволяющей осуществить закупку без соблюдения таковых, ввиду чего контракт является ничтожной сделкой, что исключает возможность взыскания задолженности вне зависимости от факта оказания услуг.

Аналогичные правовые выводы сделал арбитражный суд при рассмотрении дела№ А15-2159/2019, что было также принято во внимание при рассмотрении настоящего дела (статья 16, часть 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Так, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда республики Дагестан от 03.07.2020 по указанному делу № А15-2159/2019 указанный контракт был признан недействительным, были применены последствия недействительности сделки путем прекращения исполнения контракта на будущее время в неисполненной части. Суд пришел к выводу о том, что у заказчика отсутствовали основания для заключения контракта в соответствии частью 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ. Оспариваемый государственный контракт от 29.12.2018 заключен при явно выраженном запрете, установленном Законом № 44-ФЗ, в обход конкурентных способов, предусмотренных названным законом, без использования которых нарушены права неопределенного круга третьих лиц – потенциальных участников торгов. ГКУ РД «Безопасный Дагестан» не представил такие доказательства, которые свидетельствуют о возникновении аварии либо иных чрезвычайных ситуаций природного или техногенного характера, непреодолимой силы, вследствие которых у учреждения возникла необходимость заключения контракта с единственным исполнителем. 

Согласно статье 6 Закона № 44-ФЗ открытость, прозрачность информации о контрактной системе в сфере закупок, обеспечение конкуренции отнесены к принципам контрактной системы в сфере закупок. При этом согласно статье 8 Закона № 44-ФЗ под принципом обеспечения конкуренции понимается создание равных условий для обеспечения конкуренции между участниками закупок, при которых любое заинтересованное лицо имеет возможность в соответствии с законодательством Российской Федерации и иными нормативными правовыми актами о контрактной системе в сфере закупок стать поставщиком (подрядчиком, исполнителем). К созданию равных условий при выявлении лучших условий поставок товаров, выполнения работ, оказания услуг относится запрет на совершение заказчиками, участниками закупок любых действий, которые противоречат требованиям данного Федерального закона, в том числе приводят к ограничению конкуренции, к необоснованному ограничению числа участников закупок. 

В силу части 1 статьи 24 Закона № 44-ФЗ заказчики при осуществлении закупок используют конкурентные способы определения поставщиков (подрядчиков, исполнителей) или осуществляют закупки у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя). 

Конкурентными способами определения поставщиков (подрядчиков, исполнителей) являются конкурсы (открытый конкурс, конкурс с ограниченным участием, двухэтапный конкурс, закрытый конкурс, закрытый конкурс с ограниченным участием, закрытый двухэтапный конкурс), аукционы (аукцион в электронной форме, закрытый аукцион), запрос котировок, запрос предложений (часть 2 статьи 24 Закона № 44-ФЗ). 

В силу части 5 статьи 24 Закона № 44-ФЗ заказчик выбирает способ определения поставщика (подрядчика, исполнителя) в соответствии с положениями главы 3 данного закона. При этом он не вправе совершать действия, влекущие за собой необоснованное сокращение числа участников закупки. 

Закупка у единственного поставщика не относится к конкурентным способам закупки, а, следовательно, применение такого метода закупок должно осуществляться исключительно в случаях, установленных законом

Пунктом 9 части 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ предусмотрено, что закупка у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя) может осуществляться заказчиком в случае закупки определенных товаров, работ, услуг вследствие аварии, иных чрезвычайных ситуаций природного или техногенного характера, непреодолимой силы, в случае возникновения необходимости в оказании медицинской помощи в экстренной форме либо в оказании медицинской помощи в неотложной форме, в том числе при заключении федеральным органом исполнительной власти контракта с иностранной организацией на лечение гражданина Российской Федерации за пределами территории Российской Федерации (при условии, что такие товары, работы, услуги не включены в утвержденный Правительством Российской Федерации перечень товаров, работ, услуг, необходимых для оказания гуманитарной помощи либо ликвидации последствий чрезвычайных ситуаций природного или техногенного характера) и применение иных способов определения поставщика (подрядчика, исполнителя), требующих затрат времени, нецелесообразно. 

Заказчик вправе заключить в соответствии с указанным пунктом контракт на поставку товара, выполнение работы или оказание услуги соответственно в количестве, объеме, которые необходимы для ликвидации последствий, возникших вследствие аварии, иных чрезвычайных ситуаций природного или техногенного характера, непреодолимой силы, либо для оказания медицинской помощи в экстренной форме или неотложной форме. 

Суды правомерно учли отсутствие доказательств того, что исполнение контракта носило экстренный (неотложный) характер, имела место чрезвычайная ситуация, позволяющая осуществлять закупку услуг у единственного поставщика. 

Кроме того, отсутствие обстоятельств, позволяющих заключить спорный контракт без проведения публичных конкурентных процедур, преюдициально (часть 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) установлено при рассмотрении дела № А15-2194/2019.  

Принимая во внимание цели законодательного регулирования Закона № 44-ФЗ, а именно: обеспечение единства экономического пространства, расширение возможностей участия юридических и физических лиц в закупке товаров, работ, услуг для нужд заказчиков, развитие добросовестной конкуренции, обеспечение гласности и прозрачности закупки, предотвращение коррупции и других злоупотреблений, а также принципы и основные положения закупки, суды пришли к правомерному выводу, что государственный контракт от 29.12.2018 № 1 является недействительным (ничтожным), поскольку совершен с нарушением требований Закона № 44-ФЗ и посягает на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Доводы заявителя жалобы сводятся к тому, что фактически оказанные им учреждению услуги подлежат оплате в порядке кондикции вне зависимости от недействительности контракта.

Однако указанные доводы основаны на неправильном толковании норм материального права.

Отказывая в удовлетворении иска, суды правомерно учли правовую позицию, выраженную в постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2013 №18045/12, от 04.06.2013 №37/13 в отношении недопустимости оплаты выполненных работ в отсутствие государственного контракта в случае, когда его заключение является для сторон обязательным. 

В определении Верховного Суда Российской Федерации  от 21.01.2015№ 308-ЭС14-2538 по делу № А77-602/2013 подтверждена правильность ранее данного Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации толкования применимых норм права и дополнительно указано на необходимость учитывать продолжительность длящихся и регулярных договорных правоотношений сторон, а также принимать во внимание вытекающую из иных законов обязанность обеспечения публичных интересов.

Как разъяснено в названном определении Верховного Суда Российской Федерации, фактическое выполнение работ для государственных нужд без государственного контракта влечет возникновение неосновательного обогащения у государственного заказчика лишь в случае, если отношения между заказчиком и подрядчиком носят длящийся и регулярный характер, работы не терпят отлагательства, деятельность подрядчика направлена на защиту охраняемого публичного интереса, нет претензий со стороны заказчика относительно объема и качества выполненных работ.

Однако, вопреки доводам общества, в рамках настоящего дела обстоятельств, позволяющих применить к спорным правоотношениям правовую позицию, выраженную в указанном определении Верховного Суда Российской Федерации, обществом не доказано, судами не установлено.

Кроме того, на исследовании обстоятельств заключения спорного контракта основаны судебные акты по делам № А15-2194/2019 и № А15-2159/2019. Преюдициальность означает не только отсутствие необходимости доказывать установленные ранее обстоятельства, но и запрещает их опровержение лицами, участвовавшими в рассмотрении предыдущего дела. 

Таким образом, принцип генеральной кондикции к спорным правоотношениям в данном случае неприменим. Вне зависимости от факта оказания спорные услуги не подлежат оплате. Обратное толкование приводило бы к возможности обхода установленного императивно порядка заключения контрактов для государственных и муниципальных нужд.

Доводы о том, что суд указал на недобросовестность общества без исследования доказательств, противоречат содержанию судебного акта. Согласно приведенной судебной практике недобросовестность усматривается в заключении контракта с нарушением закона в отсутствие конкурентных процедур, что судами было установлено.

Довод общества о том, что прекращение исполнения контракта на будущее время позволяет отыскивать плату за услуги оказанные до вынесения решения суда, оценен и правомерно отклонен судом апелляционной инстанции как основанный на ошибочном понимании заявителем приведенных норм материального права и правовых позиций Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Верховного Суда Российской Федерации. 

По результатам рассмотрения кассационной жалобы суд округа признает, что суды первой и апелляционной инстанций верно определили круг обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения настоящего спора, им дана правовая оценка, приведенные сторонами спора доводы и возражения исследованы в полном объеме с указанием в обжалуемых судебных актах мотивов, по которым они были приняты или отклонены, выводы судов соответствуют установленным им фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на верном применении норм права, регулирующих спорные правоотношения.

Соответственно доводы жалобы отклоняются судебной коллегией как несостоятельные.

Таким образом, основания для отмены обжалуемых судебных актов по доводам, приведенным в кассационной жалобе, отсутствуют. Нарушения норм процессуального права, влекущие отмену судебных актов по безусловным основаниям (часть 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлены.

Руководствуясь статьями 274, 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Дагестан от 27.11.2020 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.02.2021 по делу № А15-1213/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий							М.Н. Малыхина

Судьи										О.В. Бабаева

Л.А. Трифонова