АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА ул. Якубовича, 

<

...> http://fasszo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

23 октября 2025 года Дело № А56-54713/2024 

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Тарасюка И.М., судей Казарян К.Г. и Троховой М.В.,  

при участии от арбитражного управляющего ФИО1 представителя ФИО2 (доверенность от 16.07.2025),  

рассмотрев 16.10.2025 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО3 на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.11.2024 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.05.2025 по делу № А56-54713/2024,  

у с т а н о в и л:

ФИО3 (далее – заявитель) обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области к ФИО1 (далее также – ответчик) о взыскании 300 000 убытков, причиненных ненадлежащим осуществлением своих обязанностей арбитражного управляющего в деле № А31-7400/2014.  

Решением от 28.11.2024, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.05.2025, арбитражный суд отказал заявителю в удовлетворении исковых требований.  

В Арбитражный суд Северо-Западного округа поступила кассационная жалоба ФИО3, в которой он просит отменить решение суда первой инстанции от 28.11.2024, постановление суда апелляционной инстанции от 11.05.2025 и направить дело на новое рассмотрение.  

Заявитель полагает, что суды ошибочно посчитали установленным то обстоятельство, что предъявление конкурсным управляющим иска к своему правопредшественнику о взыскании убытков, является необоснованным; настаивает на том, что отказ ответчика от оспаривания сделок с ФИО4 и ФИО5 должен быть признан ненадлежащим исполнением обязанностей конкурсного управляющего ООО «Автопрофи» независимо от того, что такой отказ сделан в присутствии заявителя; налоговый орган, при совершении списаний со счета должника в ноябре 2017 года, был осведомлен о состоянии текущих расчетов должника и достоверно знал о том, что нарушает очередность погашения обязательств ООО «Автопрофи», ответчик имел основания для возврата в конкурсную массу и последующей выплаты кредиторам приоритетной очереди неосновательно списанных налоговым органом денежных средств; ответчик должен был обжаловать действия своего правопредшественника – конкурсного управляющего ФИО6, связанные с погашением требований налогового органа в ноябре 2016 г.  

В судебном заседании представитель ФИО1 просила оставить решение от 28.11.2024 и постановление от 11.05.2025 без изменения.  

В связи с болезнью податель жалобы не возражал рассмотреть кассационную жалобу в его отсутствие.  

Остальные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и  

месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ, Кодекс), не является препятствием для ее рассмотрения.  

Исследовав материалы дела, проверив доводы кассационной жалобы, суд приходит к следующему выводу.  

Решением Арбитражного суда Костромской области от 17.03.2015 по делу № А31-7400/2014 общество с ограниченной ответственностью «Автопрофи» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО7.  

Определением от 22.12.2016 конкурсным управляющим утвержден ответчик. Определением от 14.05.2021 конкурсное производство в отношении 

ООО «Автопрофи» завершено. Требования кредиторов, не удовлетворенные по причине недостаточности имущества должника, признаны погашенными.  

Заявитель являлся кредитором ООО «Автопрофи» по текущим обязательствам в размере 300 000 руб.  

Полагая, что в результате действий (бездействия) ответчика обязательства перед заявителем не исполнены, первый обратился в суд с настоящим заявлением.  

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

В силу пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.  

В отношении арбитражного управляющего принцип разумности означает соответствие его действий определенным стандартам, установленным, помимо законодательства о банкротстве, правилами профессиональной деятельности арбитражного управляющего, утверждаемыми постановлениями Правительства Российской Федерации, либо стандартам, выработанным правоприменительной практикой в процессе реализации законодательства о банкротстве. Добросовестность действий арбитражного управляющего выражается в действиях, не причиняющих вреда кредиторам, должнику и обществу.  

Разрешая вопрос о том, соотносились ли те или иные действия (бездействие) управляющего с принципом добросовестности, следует принимать во внимание разъяснения, изложенные в абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации». По смыслу указанных разъяснений, несмотря на то, что управляющий обладает определенной дискрецией, оценивая его действия как добросовестные или недобросовестные, суд должен соотнести их с поведением, ожидаемым от любого независимого профессионального управляющего, находящегося в сходной ситуации и учитывающего права и законные интересы гражданско-правового сообщества кредиторов, а не отдельных лиц.  

Кроме того, по смыслу разъяснений, приведенных в пунктах 1 и 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", лицо, входящее в состав органов юридического лица, а также внешний и конкурсный управляющий обязаны действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее – ГК РФ); в случае нарушения этой обязанности указанные лица по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом  

предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должны возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.  

Под убытками, причиненными кредиторам, понимается в том числе и утрата возможности увеличения конкурсной массы, которая произошла вследствие неправомерных действий (бездействия) конкурсного управляющего. Права конкурсных кредиторов считаются нарушенными всякий раз при причинении убытков (пункт 11 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150, определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.10.2017 № 305-ЭС17-8225).  

В силу пункта 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в третьем абзаце пункта 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.  

В силу пункта 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения причинителя вреда, наличие убытков и их размер, а также причинную связь между допущенным правонарушением и возникшими убытками.  

Исходя из указанных правовых норм, заявитель в соответствии со статьей 65 АПК РФ, должен доказать наличие совокупности условий, необходимых при заявлении иска о возмещении убытков, которая включает в себя противоправное поведение (действия, бездействие) причинителя убытков, наличие убытков, причинную связь между противоправными действиями (бездействием) и убытками, размер таких убытков.  

По мнению заявителя, по вине ответчика был пропущен срок исковой давности о признании недействительным сделок в виде выдачи денежных средств ФИО8 в период с 09.01.2012 по 05.07.2013.  

Данный довод является ошибочным, поскольку первоначальный конкурсный управляющий должником был назначен 16.03.2015.  

Ответчик был назначен конкурсным управляющим должником только определением от 22.12.2016, то есть, после истечение установленного Законом о банкротстве срока для оспаривания сделок.  

Довод истца о том, что управляющий должен был предъявить иск к бывшему конкурсному управляющему должнику с целью взыскания с него убытков является необоснованным и неосуществление такого процессуального действия не образуют необходимую совокупность обстоятельств для привлечения его к ответственности.  

При таких обстоятельствах у конкурсного управляющего отсутствовала обязанность по обращению с соответствующими заявлениями повторно.  

При этом, фактически ФИО9 являлся единственным реестровым кредитором должника.  

Касательно довода истца о неисполнении ответчика обязанностей конкурсного управляющего в части невзыскания с ФИО4 и ФИО10 денежных средств арбитражный суд принимает во внимание, что соответствующий отказ был принят судом определением от 13.07.2018.  

Непредъявление требований к единственному кредитору должника ФИО9 также должным образом не может являться основанием для привлечения ответчика к  

ответственности.  

Ссылка истца на то, что ответчиком преждевременно подано ходатайство о завершении конкурсного производства, поскольку не все мероприятия были проведены в процедуре банкротства с должной степенью достоверности в рамках настоящего дела не подтверждена, тогда как вступившим в законную силу определением от 14.05.2021 по делу № А31-7400/2014 установлено, что все необходимые мероприятия в процедуре банкротства ООО «Автопрофи» совершены, что послужило основанием для завершения процедуры банкротства.  

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что требования истца относились к более приоритетной очереди удовлетворения его требований, учитывая, что как пояснил ответчик, соответствующие акты об оказании должнику юридических услуг в спорный период не были выставлены и обязанность по их оплате в период списания не возникла.  

Таким образом, совокупности обстоятельств (противоправность действий ответчика, наличие неблагоприятных последствий для истца и причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступившими последствиями), при наличии которых в силу статьи 15 ГК РФ у ответчика могла возникнуть ответственность, не имеется.  

Доводы истца о том, что последний узнал о нарушении своих прав только после заключения договора цессии от 02.08.2021, несостоятельны, равно как и то, что период рассмотрения спора о взыскании задолженности с УФНС России по Костромской области и ФИО9 (с сентября 2021 года по январь 2023 года) должен быть исключен из общего срока исковой давности.  

По договору цессии от 02.08.2021 ФИО1 передал в пользу ФИО3 будущее право требования к УФНС по Костромской области, возникшее на основании пункта 11 статьи 142 Закона о банкротстве в связи с неосновательным получением денег со счета ООО «Автопрофи» с нарушением очередности удовлетворения требований кредиторов.  

Сумма требования составляет 780 000 рублей вознаграждения конкурсного управляющего ООО «Автопрофи» и 24 000 рублей некомпенсированных расходов цедента, а всего 804 000 рублей (пункт 1.3).  

В качестве расчета за уступаемое право требования цессионарий отказывается от права требования к цеденту об оплате услуг и расходов цессионария в качестве доверенного лица цедента в процессе конкурсного производства ООО «Автопрофи» в период с 21.11.2017 по 03.02.2021.  

Из разъяснений, содержащихся в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», следует, что по смыслу статей 390, 396 ГК РФ невозможность перехода требования, например, по причине его принадлежности иному лицу или его прекращения, сама по себе не приводит к недействительности договора, на основании которого должна была производиться такая уступка, и не освобождает цедента от ответственности за неисполнение обязательств, возникших из этого договора. Например, если стороны договора продажи имущественного права исходили из того, что названное право принадлежит продавцу, однако в действительности оно принадлежало иному лицу, покупатель вправе потребовать возмещения причиненных убытков (подпункты 2 и 3 статьи 390, статьи 393, пункт 4 статьи 454, статьи 460 и 461 ГК РФ), а также применения иных предусмотренных законом или договором мер гражданско-правовой ответственности.  

Равным образом, если иное не вытекает из существа соглашения между цедентом и цессионарием, цедент, обязавшийся уступить будущее требование, отвечает перед цессионарием, если уступка не состоялась по причине того, что в предусмотренный договором срок или в разумный срок уступаемое право не возникло или не было  

приобретено у третьего лица.  

В рассматриваемом случае ФИО3 (цессионарий) не смог получить удовлетворение своих требований не по вине ответчика (цедента), а по причине несвоевременного обращения в суд с заявлением о взыскании судебных расходов, что следует из определения Арбитражного суда Костромской области от 25.01.2023 по делу  

 № А31-7400/2014, который прекратил производство по заявлению ФИО3 о взыскании с УФНС по Костромской области, ФИО9 (привлечен соответчиком) в свою пользу 1 108 379 рублей, основанное на договоре от 02.08.2021, поскольку ФИО3 отказано в восстановлении срока на подачу соответствующего заявления о возмещении расходов по делу.  

Названный судебный акт ФИО3 не обжалован, вступил в законную силу. 

Договор уступки от 02.08.2021 недействительным не признан.  

Обязательство ФИО1 перед ФИО3 об оплате услуг и расходов цессионария в качестве доверенного лица цедента в процессе конкурсного производства ООО "Автопрофи" в период с 21.11.2017 по 03.02.2021 прекратилось, поскольку оно выступало в качестве условия расчета за уступаемое право требования (пункт 2.2 договора).  

Тот факт, что ФИО3 несвоевременно заявлены в суд требования, переданные по договору цессии от 02.08.2021, не образует оснований для взыскания убытков с цедента-ответчика.  

Все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда округа не имеется (статья 286 Кодекса).  

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа  

п о с т а н о в и л:

решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.11.2024 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.05.2025 по делу № А56-54713/2024 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО3 – без удовлетворения.  

Председательствующий И.М. Тарасюк  

Судьи К.Г. Казарян 

 М.В. Трохова