АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

22 февраля 2024 года

Дело №

А13-4495/2020

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Яковлева А.Э., судей Мирошниченко В.В., Яковца А.В.,

при участии от публичного акционерного общества «Россетти Северо-Запад» представителя ФИО1 (доверенность от 01.03.2023), от ФИО2 представителя ФИО3 (доверенность            от 06.05.2022),

рассмотрев 14.02.2024 в открытом судебном заседании кассационную жалобу публичного акционерного общества «Россетти Северо-Запад» на определение Арбитражного суда Вологодской области от 12.09.2023 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда                          от 03.11.2023 по делу № А13-4495/2020,  

 

у с т а н о в и л:

индивидуальный предприниматель (далее – ИП) ФИО4 13.04.2020 обратился в Арбитражный суд Вологодской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Сокол», адрес: 162130, 

<

...>, ОГРН 

<

***>,    ИНН 

<

***> (далее – Общество). 

Определением суда от 17.04.2020 заявление принято к производству, возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) должника и назначено судебное заседание по проверке обоснованности заявления о признании должника банкротом. 

Определением суда от 20.11.2020 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО5 

Определением суда от 06.04.2021 признано установленным и включено требование публичного акционерного общества «Россети Северо-Запад» (далее – Организация, ранее – ПАО «МРСК «Северо-Запада») в                     размере 3 773 055 руб. основного долга в третью очередь реестра требований кредиторов должника. 

Решением суда от 26.04.2021 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении его введена процедура конкурсного производства; исполнение обязанностей конкурсного управляющего Общества возложено на временного управляющего ФИО5 до утверждения судом конкурсного управляющего должника. 

Определением суда от 06.10.2021 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО5 

Организация 14.04.2022 обратилась в суд с заявлением о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества и взыскании с него 12 393 448 руб. (сумма реестровых платежей) и 459 643 руб. (непогашенные требования по текущим платежам). 

Определением суда от 06.07.2022 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Гранула» (далее – Компания). 

Определением суда от 09.02.2023 принято к производству заявление Организации о привлечении Компании к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскании 12 948 249 руб., заявления кредитора о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 и Компании по обязательствам Общества объединены в одно производство для совместного рассмотрения. 

Определением суда от 06.06.2023 в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) приняты уточнения требований заявителя к ФИО2 до суммы 12 948 249 руб.; к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Федеральная налоговая служба в лице Управления Федеральной налоговой службы по Вологодской области. 

Организация в судебном заседании суда первой инстанции заявила об уточнении заявленных требований, просила установить основания для привлечения ФИО2 и Компании к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по статье 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), просила приостановить производство по спору в части определения размера субсидиарной ответственности до завершения расчетов с кредиторами. Уточнения требований приняты судом в порядке статьи 49 АПК РФ. 

Определением суда от 12.09.2023 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда             от 03.11.2023 определение от 12.09.2023 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе Организация просит отменить определение                от 12.09.2023 и постановление от 03.11.2023, установить основания для привлечения ФИО2 и Компании к субсидиарной ответственности по обязательствам должника согласно статье 61.11 Закона о банкротстве, приостановить производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности.

По мнению подателя кассационной жалобы, выводы судов первой и апелляционной инстанций о причинах банкротства должника ничем не мотивированы и противоречат материалам дела, суды, ссылаясь на не подкрепленные какими-либо доказательствами письменные объяснения ответчиков, отклонили доводы кредитора о переводе бизнеса должника на Компанию, подтвержденные объективными доказательствами (копии договоров, материалы гражданских дел, участниками которых являлись должник и             ФИО2, сведения, представленные налоговым органом и т.д.).

Организация указывает, что суды не провели анализ имущества должника, задействованного в его производственной деятельности, а также достоверно не установили, на каких производственных площадях должник осуществлял свою деятельность, уклонились от анализа самостоятельных доводов кредитора о том, что комплекс сделок, заключенных между должником и Компанией в 2019 году, прикрывает фактические отношения по продаже предприятия (бизнеса) Общества.

Податель кассационной жалобы считает, что суды необоснованно отклонили доводы кредитора о том, что в 2019 году ФИО2 был совершен комплекс действий по переводу бизнеса должника на вновь учрежденную Компанию; выводы судов о том, что производственная деятельность должника и Компании велась параллельно в двух разных зданиях и на разном оборудовании, ничем не подтверждены.

Организация также полагает, что суды необоснованно уклонились от анализа доводов кредитора о наличии признаков фактической аффилированности ФИО2 и Компании, кредитор привел достаточные и убедительные косвенные доказательства, которые в своей взаимосвязи свидетельствуют о наличии признаков фактической аффилированности ФИО2 и Компании.

По мнению Организации, судами допущено нарушение принципа распределения бремени доказывания.

В отзыве, поступившем в суд в электронном виде, ФИО2 возражает против удовлетворения кассационной жалобы.

В судебном заседании представитель Организации поддержала доводы кассационной жалобы, а представитель ФИО2 возражала против ее удовлетворения.

Иные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в соответствии со статьей 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела, согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) Общество зарегистрировано в качестве юридического лица 05.02.2009. 

Основным видом деятельности должника является распиловка и строгание древесины; дополнительные виды деятельности: предоставление услуг по пропитке древесины, производство изделий из дерева, пробки, соломки и материалов для плетения, производство прочих деревянных строительных конструкций и столярных изделий, деятельность агентов по оптовой торговле лесоматериалами и строительными материалами и др. 

Учредителем и руководителем должника являлся ФИО2 

Компания зарегистрирована в ЕГРЮЛ 19.04.2019, руководителем и учредителем Компании является ФИО6; основным видом деятельности юридического лица является распиловка и строгание древесины. 

Общество и Компания заключили 20.05.2019 договор на аренду гидравлического пресса для склеивания бруса SL200-6GRP, 2018 года выпуска; 08.08.2019 – договор купли-продажи производственного оборудования – матрицы GRAF для SZLH508/120, 6,0х75/40; 15.08.2019 – договор купли-продажи производственного оборудования – пресса гидравлического для склеивания бруса SL200-6GRP, 2018 года выпуска и гидравлического брикетировочного пресса, 2010 года выпуска; 02.09.2019 – договор купли-продажи материалов. 

Общество и Компания заключили соглашение о переводе прав и обязанностей по договору финансовой аренды (лизинга) от 01.06.2019            (предмет – автомобиль Lexus № X200). ФИО2 на праве собственности принадлежит здание по адресу: 

<

...>, и производственное оборудование. 

ФИО2 и Компания 15.05.2019 заключили договор аренды данного здания и 20.05.2019 договор аренды оборудования. 

Общество и Компания заключили договор, согласно которому должник от своего имени приобретает коммунальные услуги по отпуску электроэнергии у гарантирующего поставщика с 01.01.2019 для энергоснабжения материального склада по адресу: 

<

...>, а Компания приняла на себя обязанность возместить должнику соответствующие расходы.

Общество изготавливало следующую продукцию: мебельный щит, брикеты топливные, гранулы топливные, пиломатериал обрезной еловый. 

Топливные гранулы, мебельный щит, обрезной пиломатериал производились должником на арендуемом у ИП ФИО2 оборудовании. Топливные брикеты являлись продукцией с наименьшей стоимостью реализации. 

ФИО2, оценив ситуацию, складывающуюся в регионе относительно производства брикетов, принял решение о прекращении данного производства. По мнению ответчика, экономически выгодным в спорный период стало производство топливных гранул. 

Для реализации плана по расширению производства гранул ФИО2 вел переговоры о покупке и установке оборудования. 

В феврале 2020 года на производственных площадях, где планировался запуск производственной линии, произошел пожар.

Конкурсный кредитор в обоснование заявленных требований о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 и Компании указал на то, что в 2019 году ФИО2 совершил намеренные действия по переводу производственного комплекса должника на вновь учрежденное – Компанию, что привело к прекращению производственной деятельности Общества.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления о привлечении к ответственности Компании и ФИО2, пришел к выводу, что причина банкротства должника обусловлена внешними факторами: неблагоприятной ситуацией на рынке, последующим пожаром и ограничениями, связанными с пандемией коронавируса; какой-либо взаимосвязи между ФИО2 и Компанией не установлено.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.

В соответствии с частью 1 статьи 286 АПК РФ арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, если иное не предусмотрено названным Кодексом.

Проверив законность обжалуемых судебных актов исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и в возражениях относительно указанной жалобы, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

Субсидиарная ответственность контролирующего лица, предусмотренная пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, по своей сути является ответственностью данного лица по собственному обязательству – обязательству из причинения вреда имущественным правам кредиторов, возникшего в результате неправомерных действий (бездействия) контролирующего лица, выходящих за пределы обычного делового риска, которые явились необходимой причиной банкротства должника и привели к невозможности удовлетворения требований кредиторов (обесцениванию их обязательственных прав). Правовым основанием иска о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности выступают, помимо прочего, правила о деликте. Соответствующий подход сформулирован в  пунктах 2, 6, 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление № 53).

Предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного или недобросовестного поведения руководителя должника, является контролирующим должника лицом (подпункт три пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Применительно к разъяснениям, сформулированным в пункте 28 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве)                за 2022 г. (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 26.04.2023), к недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельств дела может быть отнесено также избрание участником корпорации таких моделей ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц и (или) способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства перед независимыми участниками оборота (например, перевод бизнеса на вновь созданное юридическое лицо в целях исключения ответственности перед контрагентами и т.п.). Участник корпорации или иное контролирующее лицо могут быть привлечены к ответственности по обязательствам юридического лица, которое в действительности оказалось не более чем их «продолжением», в частности, когда самим участником допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица, приводящее к смешению имущества участника и общества (например, использование участником банковских счетов юридического лица для проведения расчетов со своими кредиторами), если это создало условия, при которых осуществление расчетов с кредитором стало невозможным. В подобной ситуации правопорядок относится к корпорации так же, как и она относится к себе, игнорируя принципы ограниченной ответственности и защиты делового решения.

В рассматриваемом случае в отношении должника, ФИО2 и Компании указано лишь на договоры купли-продажи имущества, арендные правоотношения, договор займа, а также на сходство видов осуществляемой деятельности Общества и Компании и переход работников. Однако должных доказательства принятия мер по переводу обязательств, контрагентов и пр. в суд не представлены. ФИО2 и Общество представили в суд исчерпывающие пояснения по мотивам совершения таких действий и расходовании денежных средств от продажи имущества. Более того, фактическая аффилированность Компании и ФИО2 судами не установлена, при этом произведен достаточный анализ взаимоотношения сторон с учетом приведенных Организацией доводов.

В пункте 23 постановления № 53 указано, что презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход. В силу разъяснений, приведенных в пункте 18 постановления № 53, контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац второй пункта 10                статьи 61.11 Закона о банкротстве).

При рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено, что если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В данном случае ответчики привели достаточные и допустимые доказательства, подтверждающие, что все спорные сделки, перечисленные Организацией, имели под собой экономическое обоснование и были связаны с хозяйственной деятельностью должника, при этом причинение должнику существенного вреда соответствующими сделками не доказано.

Организация в рамках настоящего обособленного спора не провела анализ влияния совершенных должником сделок на возникновение у должника признаков банкротства и не доказала причинение существенного вреда кредиторам Общества в результате совершения спорных сделок, что могло бы служить основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности. Соответственно, Организация не опровергла и довод ответчиков о том, что банкротство Общества вызвано внешними причинами, в частности пожаром.

При этом суд кассационной инстанции отмечает, что заявитель не доказал злоупотребление правом при совершении Компанией названных сделок с Обществом и из материалов дела не усматривается, что ответчики были взаимозависимыми лицами.

При таких обстоятельствах суды пришли к заключению об отсутствии надлежащих доказательств, свидетельствующих о совершении ответчиками противоправных действий, причинивших имущественный вред должнику и повлекших его неплатежеспособность и последующее банкротство, при этом ответчики раскрыли обстоятельства спорных сделок.

В результате оценки доказательств, представленных участвующими в рассмотрении настоящего обособленного спора лицами в обоснование своих требований и возражений, суд первой инстанции, с которым согласился и апелляционный суд, не усмотрел оснований для удовлетворения заявленных требований о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в порядке статьи 61.12 Закона о банкротстве. По мнению суда кассационной инстанции, указанные выводы соответствуют представленным при рассмотрении настоящего обособленного спора доказательствам и основаны на правильном применении норм Закона о банкротстве.

Суд кассационной инстанции считает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, установлены судами правильно, доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями          статьи 71 АПК РФ.

Нарушений судом норм материального или процессуального права, являющихся в силу статьи 288 АПК РФ основанием для отмены судебных актов первой и апелляционной инстанций, судом кассационной инстанции не установлено.

Доводы, приведенные в кассационных жалобах, отклоняются судом кассационной инстанции как основанные на неверном толковании норм материального права, свидетельствуют о несогласии заявителей с установленными по делу фактическими обстоятельствами и оценкой судами первой и апелляционной инстанций представленных доказательств.

В силу процессуальной компетенции оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда округа не имеется (статья 286 АПК РФ).

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

 

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Вологодской области от 12.09.2023 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.11.2023 по делу № А13-4495/2020 оставить без изменения, а кассационную жалобу публичного акционерного общества «Россетти Северо-Запад» – без удовлетворения.

 

Председательствующий

А.Э. Яковлев

Судьи

 

В.В. Мирошниченко

А.В. Яковец