АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

город Тюмень                                                                                            Дело № А46-6765/2016

 

Резолютивная часть постановления объявлена 16 июня 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 21 июня 2022 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

 

председательствующего                                  Мельника С.А.,

судей                                                                  Качур Ю.И.,

ФИО1

при ведении протокола судебного заседания с использованием системы веб-конференции помощником судьи Рожковой Г.Р. рассмотрел кассационную жалобу ФИО2 на определение от 24.11.2021 Арбитражного суда Омской области (судья Хвостунцев А.М.) и постановление от 21.03.2022 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Аристова Е.В., Брежнева О.Ю., Дубок О.В.) по делу № А46-6765/2016 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью Транспортно-экспедиционного предприятия «Держава» (644052, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), принятые по заявлению ФИО2 (город Красноярск) о включении требования в размере  4 241 433 руб. 40 коп. в реестр требований кредиторов должника.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, - ФИО3, общество с ограниченной ответственностью «ТК «Сириус».

Путём использования системы веб-конференции в заседании участвовали представители: ФИО2 ФИО4 по доверенности от 28.01.2020, ФИО5 ФИО6 по доверенности от 09.10.2017.

Суд установил:

в деле о банкротстве общества с ограниченной ответственностью Транспортно-экспедиционного предприятия «Держава» (далее – предприятие, должник) ФИО2 06.10.2020 обратился в Арбитражный суд Омской области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов предприятия обеспеченного залогом имущества должника требования в размере 4 241 433 руб. 40 коп.

Определением суда от 14.08.2020, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 25.12.2020, во включении требования в реестр отказано.

Постановлением суда округа от 12.03.2021 определение арбитражного суда от 14.08.2020 и постановление апелляционного суда от 25.12.2020 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции

При повторном рассмотрении ФИО2 в порядке, предусмотренном статьёй 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), уточнил предмет заявления, просил включить в реестр требований кредиторов должника требование в размере 4 241 433 руб. 40 коп., включающее в себя 1 153 649 руб. 49 коп. основного долга, 491 873 руб. 21 коп. процентов за пользование кредитом, 2 468 237 руб. 03 коп. процентов за несвоевременный возврат кредита и 127 673 руб. 67 коп. неустойки.

Определением суда от 24.11.2021, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 21.03.2022, в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе ФИО2 просит определение арбитражного суда от 24.11.2021 и постановление апелляционного суда от 21.03.2022 отменить, принять новый судебный акт о включении требования в заявленном размере в реестр требований кредиторов должника.

По мнению заявителя кассационной жалобы, в материалы обособленного спора представлены исчерпывающие доказательства, подтверждающие обоснованность требования; судами не приняты во внимание фактические обстоятельства погашения приобретателем права требования к должнику задолженности предприятия перед кредитной организацией; не применены положения статей 313 и 387 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) о переходе прав кредитора к лицу, исполнившему обязательство; сделаны ошибочные выводы о заинтересованности Кима Д.Л. по отношению к должнику  и о его участии в согласованных действиях, преследующих цель причинения вреда имущественным правам кредиторов.

В судебном заседании представитель заявителя доводы, изложенные в кассационной жалобе, поддержал.

Представитель конкурсного кредитора ФИО5 выразил согласие с выводами судов первой и апелляционной инстанций.

Изучив материалы дела, проверив в соответствии со статьями 274, 286 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не нашёл оснований для их отмены.

Как следует из материалов дела, между публичным акционерным обществом коммерческим банком «Енисей» (далее - банк) и ФИО7 (заёмщик) заключён кредитный договор от 06.07.2011 № 8042-001-244 (далее – кредитный договор), в соответствии с условиями которого банк предоставил заёмщику кредит в размере 7 000 000 руб. со сроком возврата до 05.07.2016.

В обеспечение исполнения принятых на себя заёмщиком обязательств предприятие (залогодатель) на основании договора залога недвижимого имущества от 06.07.2011 № 8042-001-244/3 (далее – договор залога) передало в залог банку нежилое помещение общей площадью 654,90 кв. м и доли в праве собственности на здание общей площадью 654,90 кв. м и земельный участок площадью 7271 кв. м. (далее – объекты недвижимости).

Пунктом 2.4 договора залога общая стоимость заложенного имущества определена в размере 8 262 898 руб.

Денежные средства, полученные заёмщиком по кредитному договору, переданы им предприятию на основании договора займа от 06.07.2011 № 1 (далее – договор займа).

В соответствии с договором о переводе долга от 10.08.2015 ФИО8 (новый должник) приняла на себя обязательства по договору займа перед ФИО7; пунктом 2.3 названного договора установлен порядок исполнения данного обязательства: оплата задолженности заёмщика перед банком по кредитному договору.

На основании договора купли-продажи от 10.08.2015 ФИО8 (покупатель) приобрела объекты недвижимости у предприятия (продавец), в связи с чем между банком и ФИО8 заключено дополнительное соглашение от 23.11.2015 № 1 к договору залога, в соответствии с которым статус залогодателя перешёл к покупателю объектов недвижимости.

Впоследствии на основании договора от 30.06.2016 № 2/РЦп-ЮКО (далее – договор цессии) банк уступил права требования по кредитным договорам и договорам, обеспечивающим выполнение заёмщиком принятых на себя обязательств, обществу с ограниченной ответственностью «Юридическая компания «Оптимус» (далее – компания).

В свою очередь, компания в соответствии с договором уступки от 04.07.2016 № 1 (далее – договор уступки) уступила названные права Киму Д.Л. (цессионарий).

Соглашением о порядке исполнения обязательств от 16.03.2017, заключённым между ФИО7, ФИО8 и Кимом Д.Л., стороны признали:

наличие обязательств ФИО7 перед Кимом Д.Л. по кредитному договору;

факт обеспеченности данного обязательства залогом принадлежащих ФИО8 объектов недвижимости;

наличие обязательств ФИО8 перед ФИО7 по договору займа

и предусмотрели в качестве способа частичного прекращения данных обязательств уплату ФИО8 Киму Д.Л. денежных средств в размере 2 330 000 руб. и обращение последнего в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Красноярскому краю для погашения регистрационной записи об ипотеке.

Определением суда от 19.05.2016 принято заявление о признании предприятия несостоятельным (банкротом).

Решением от 18.01.2017 предприятие признано банкротом, открыто конкурсное производство.

Определением суда от 08.08.2019, оставленным без изменения постановлениями апелляционного суда от 26.11.2019 и суда округа, договор купли-продажи от 10.08.2015, заключённый между предприятием и ФИО8, признан недействительным применены последствия его недействительности в виде возврата объектов недвижимости в конкурсную массу.

Кроме того, в рамках дела № А33-4262/2017 Арбитражного суда Красноярского края о несостоятельности (банкротстве) банка был оспорен договор цессии, заключённый банком с компанией. Определением суда от 07.08.2018, оставленным без изменения постановлениями апелляционного суда от 16.11.2018 и суда округа от 19.02.2019, данный договор признан недействительным; применены последствия его недействительности, в том числе в виде восстановления ранее утраченных прав требования.

Обращаясь в суд с настоящим заявлением, ФИО2 указал на обстоятельства уплаты им банку денежных средств в размере 2 374 323 руб. 18 коп. и перехода к нему в порядке статей 313 и 387 ГК РФ исполнения заёмщиком и залогодателем принятых на себя обязательств.

Отказывая в признании требования обоснованным, суд первой инстанции исходил из недоказанности наличия у предприятия перед кредитором неисполненного денежного требования и наличия серьёзных сомнений в реальном характере сделок, совершённых аффилированными лицами.

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции.

Суд кассационной инстанции считает, что судами приняты правильные судебные акты.

В соответствии с положениями статей 71 и 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) арбитражный суд проверяет обоснованность требований кредиторов.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Применительно к настоящему спору заявитель должен был доказать действительность своего требования к должнику, при том, что данное требование приобретено на основании договора уступки, заключённого с лицом (компанией), получившей это требование по недействительной сделке.

Согласно общему правилу пункта 2 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка недействительна с момента её совершения и не влечёт юридических последствий.

Тем самым компания по договору цессии уступила Киму Д.Л. не принадлежавшее ей право требования к ФИО7, вытекающее из кредитного договора.

В пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» разъяснено, что невозможность перехода требования, например, по причине его принадлежности иному лицу сама по себе не приводит к недействительности договора, на основании которого должна была производиться такая уступка, и не освобождает цедента от ответственности за неисполнение обязательств, возникших из этого договора.

По смыслу правовой позиции, приведённой в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.04.2022 № 48-КГ22-9-КГ, если объектом уступки является ничтожное (несуществующее) на момент цессии право, это означает отсутствие какого-либо распорядительного эффекта цессии. При этом действительность обязательственных последствий самого договора, на основании которого осуществляется уступка, не ставится под сомнение.

Соответственно, по общему правилу цедент должен по требованию цессионария возместить ему убытки за нарушение договора и вернуть цену, полученную за уступку, если вопреки условиям договора требование к цессионарию не перешло.

Тем самым, поскольку предметом договора уступки являлось не принадлежащее цеденту право требования, ФИО2 также не приобрёл названное право, что, в свою очередь, по сути, лишило соглашение о порядке исполнения обязательств от 16.03.2017 его предмета.

Ссылка заявителя кассационной жалобы на приходный кассовый ордер от 11.08.2016 № 51462, согласно которому Кимом Д.Л. (плательщик) на счёт банка (получатель) внесены денежные средства в размере 2 374 323 руб. 18 коп., не может быть принята во внимание судом кассационной инстанции. Исходя из указанного в ордере назначения платежа, данные денежные средства внесены в качестве оплаты за право требования, уступленное банком компании.

С учётом недействительности договора цессии платёж может быть квалифицирован в качестве неосновательного обогащения банка (статья 1102, подпункт 1 статьи 1103 ГК РФ), но не как основание для возникновения у плательщика денежного требования к предприятию.

Кроме того, суд округа считает необходимым отметить следующее.

Сложившейся судебной практикой выработан подход, согласно которому к отношениям, складывающимся в связи с рассмотрением арбитражным судом требований кредиторов в деле о банкротстве, подлежит применению повышенный стандарт доказывания кредитором обстоятельств, положенных в основание требований, существенно отличающийся от обычного бремени доказывания в сходном частноправовом споре.

Это обусловлено публично-правовым характером процедур банкротства, который неоднократно отмечался Конституционным Судом Российской Федерации (постановления от 22.07.2002 № 14-П, от 19.12.2005 № 12-П).

В настоящем деле судами установлено, что все юридически значимые действия, связанные с использованием полученных от банка кредитных денежных средств, неоднократно осуществлявшимися заменами лиц в обязательствах, попыткой отчуждения принадлежащих должнику объектов недвижимости и т.д. совершались аффилированными друг с другом лицами.

Так, ФИО7 являлся единственным участником предприятия, а ФИО8 - родной сестрой его супруги; судами также дана надлежащая оценка поведению Кима Д.Л., выдавшего 18.01.2017 доверенность на имя ФИО7 на совершение юридически значимых действий, в том числе по снятию обременения с объектов недвижимости.

Соглашаясь с выводом судов об аффилированности Кима Д.Л. с должником, суд кассационной инстанции также полагает необходимым указать на то, что сама по себе описанная в настоящем деле схема взаимоотношений исключает возможность участия в ней постороннего («случайного») лица; её осуществление безусловно предполагает доверительный характер такого участия.

Вывод судов о недоказанности наличия реальной задолженности предприятия перед Кимом Д.Л. соответствует установленным обстоятельствам обособленного спора, сделан при правильном применении надлежащих норм права в их толковании, данном высшими судебными инстанциями.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, выражают несогласие её заявителя с выводами судов об оценке установленных обстоятельств, не указывают на неправильное применение судами положений законодательства о проверке обоснованности требований кредиторов в деле о банкротстве и подлежат отклонению.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьёй 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение от 24.11.2021 Арбитражного суда Омской области и постановление от 21.03.2022 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А46-6765/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                 С.А. Мельник

 

Судьи                                                                                              Ю.И. Качур

 

ФИО1