ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тула

Дело № А09-1383/2023

20АП-8120/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 15.01.2024

Постановление в полном объеме изготовлено 22.01.2024

 

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Волковой Ю.А. судей Волошиной Н.А. и Тучковой О.Г., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии в судебном заседании представителя общества с ограниченной ответственностью «Дятьковский хрустальный завод плюс» - ФИО2 (доверенность от 09.01.2024), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Дятьковский хрустальный завод плюс» на решение Арбитражного суда Брянской области от 10.10.2023 по делу                             № А09-1383/2023 (судья Частикова О.В.), принятое по заявлению акционерного общества «Ижевский механический завод» к обществу с ограниченной ответственностью «Дятьковский хрустальный завод плюс» о взыскании 131 000 руб., 

 

УСТАНОВИЛ:

акционерное общество «Ижевский механический завод» (далее – истец, правообладатель, АО «Ижевский механический завод») обратилось в Арбитражный суд Брянской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Дятьковский хрустальный завод плюс» (далее – ответчик, ООО «Дятьковский хрустальный завод плюс») о взыскании 131 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на общеизвестный товарный знак № 232 и товарный знак № 710447.

Определением суда от 14.02.2023 исковое заявление было принято к рассмотрению в порядке упрощенного производства без вызова сторон в соответствии со статьей 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Определением суда от 14.03.2023 суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

Решением Арбитражного суда Брянской области от 10.10.2023 по делу                             № А09-1383/2023 исковые требования удовлетворены. С общества с ограниченной ответственностью «Дятьковский хрустальный завод плюс» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу акционерного общества «Ижевский механический завод» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) взыскано 131 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав, а также 4 930 руб. в возмещение судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «Дятьковский хрустальный завод плюс» обратилось с апелляционной жалобой в Двадцатый арбитражный апелляционный суд, в которой, ссылаясь на незаконность и необоснованность обжалуемого судебного акта, просило решение суда первой инстанции отменить.

В апелляционной жалобе заявитель настаивал на том, что на сайте предлагалась к продаже 1 единица товара, а в счёте указано, что наличие товара на складе не гарантировано и ответчиком не предлагался к продаже товар в количестве 10 штук. В связи с чем полагает, что расчет компенсации должен производиться исходя из стоимости сувенира «пистолет» в количестве 1 шт. стоимостью 6 550 руб. в двукратном размере (6550*2= 13 100 руб.).

АО «Ижевский механический завод» представило отзыв, в котором возражало против доводов апелляционной жалобы, просило оставить обжалуемое решение без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ООО «Дятьковский хрустальный завод плюс» поддержал доводы апелляционной жалобы, просил решение суда отменить, а апелляционную жалобу – удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, представителей в судебное заседание не направили.

В соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) жалоба рассмотрена в отсутствие иных неявившихся участников арбитражного процесса, их представителей, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.

Обжалуемый судебный акт проверен судом апелляционной инстанции в порядке статей 266, 268 АПК РФ в пределах доводов жалобы.

Изучив материалы дела и доводы жалобы, Двадцатый арбитражный апелляционный суд считает, что решение не подлежит отмене по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции,                           АО «Ижевский механический завод» является правообладателем исключительных прав на общеизвестный товарный знак по свидетельству РФ № 232, а также на товарный знак по свидетельству РФ № 710447 (объемный знак) в отношении, в том числе товаров 14, 21 классов МКТУ: художественные из благородных металлов; изделия ювелирные; статуэтки из благородных металлов; изделия из стекла художественные; статуэтки из стекла.

Истцом в сети Интернет выявлено незаконное использование ответчиком товарных знаков правообладателя, а также предложения к продаже на интернет-сайте с доменным именем https://dcrystal.ru/ следующего изделия: Сувенир «Пистолет». Артикул С201/86.

АО «Ижевский механический завод» не давало согласия ответчику на использование товарных знаков, что исключает возможность использования данных знаков.

В связи с выявлением факта нарушения исключительных прав, истец в адрес ответчика 28.09.2022 направил претензию с требованием перечислить в пользу                           АО «Ижевский механический завод» 150 000 рублей в качестве компенсации за незаконное использование товарных знаков, прекратить любое дальнейшее незаконное использование вышеуказанных товарных знаков в своей деятельности, в том числе, вводить в гражданский оборот на территории РФ товары, маркированные обозначениями, схожими до степени смешения, с вышеуказанным товарным знаком правообладателя, в том числе: осуществлять ввоз на территорию РФ, предложение к продаже, продажу, хранение для цели продажи, перевозку для цели продаж таких товаров, использовать на документации, связанной с введением таких /товаров в гражданский оборот, в предложениях о продаже таких товаров, а также в объявлениях на вывесках и в рекламе, в сети «Интернет» (том 1, л. 

<

...>).

Ответчиком в добровольном порядке требования истца не исполнены, что послужило основанием для обращения АО «Ижевский механический завод» в арбитражный суд с иском о взыскании компенсации за незаконное использование товарных знаков.

Удовлетворяя заявленные требований, суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

Пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 ГК РФ), если названным Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным Кодексом.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак).

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак. Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 Кодекса).

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения.

При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ предусмотрено, что правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление от 23.04.2019 № 10), компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Исходя из положений части 1 статьи 65 АПК РФ, а также разъяснений, изложенных в пунктах 57, 59 - 62, 154, 162 постановления от 23.04.2019 № 10, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения, в отношении товаров (услуг), для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров (услуг), если в результате такого использования возникнет вероятность смешения. В свою очередь ответчик обязан доказать выполнение им требований закона при использовании товарного знака или сходного с ним обозначения, в противном случае он признается нарушителем исключительного права на данное средство индивидуализации и для него наступает гражданско-правовая ответственность.

Как установлено судом первой инстанции, АО «Ижевский механический завод» является правообладателем исключительных прав на общеизвестный товарный знак по свидетельству РФ № 232, а также на товарный знак по свидетельству РФ № 710447 (объемный знак) в отношении в числе прочего товаров 14, 21 классов МКТУ:

- художественные из благородных металлов;

- изделия ювелирные; статуэтки из благородных металлов; изделия из стекла художественные; статуэтки из стекла.

Доказательствами введения ответчиком в гражданский оборот товара, включая изготовление товара в виде товарного знака, в рекламе, при предложении к продаже, при продаже, сходного до степени смешения с товарными знаками, исключительными правами на которые обладает истец, являются скриншоты страниц сайта https://dcrystal.ru/, и выставленный ответчиком счет на оплату от 20.09.2022 № 543 на сумму 65 500 руб.

Согласно пункту 55 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 ГК РФ, статья 64 АПК РФ). Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 ГК РФ, статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети «Интернет».

Допустимыми доказательствами являются, в том числе сделанные и заверенные лицами, участвующими в деле, распечатки материалов, размещенных в информационно-телекоммуникационной сети (скриншот), с указанием адреса интернет-страницы, с которой сделана распечатка, а также точного времени ее получения. Такие распечатки подлежат оценке судом при рассмотрении дела наравне с прочими доказательствами (статья 67 ГК РФ, статья 71 АПК РФ).

Верховный Суд Российской Федерации отмечал (определения Верховного Суда Российской Федерации от 13.09.2016 по делу № 305-ЭС16-7224 и от 15.08.2016 № 305-ЭС16-7224 по делу № А40-26249/2015), что вопросы о наличии у истца исключительного права и об использовании его ответчиком (нарушении ответчиком исключительного права) являются вопросами факта, которые устанавливаются в судах первой и апелляционной инстанций в пределах полномочий, предоставленных им Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, на основании исследования и оценки представленных сторонами в обоснование своих требований и возражений доказательств.

Изучив представленные истцом доказательства, в том числе, скриншоты страниц интерент-сайта https://dcrystal.ru/ и счет на оплату от 20.09.2022 № 543 на сумму 65 500 руб., позволяющие идентифицировать нарушение ответчиком исключительных прав истца, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что данные доказательства являются допустимыми, отвечающими требованиям статьи 68 АПК РФ.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации.

Из смысла данной нормы следует, что под иным введением в гражданский оборот понимается не только продажа или обмен, но и производство, предложение к продаже, демонстрация на выставках и ярмарках. При этом, перечень, способов введения в гражданский оборот товаров с использованием результатов интеллектуальной деятельности, не является исчерпывающим.

Кроме того, по смыслу статьи 492 ГК РФ под реализацией (продажей) товаров по договору розничной купли-продажи понимается как непосредственная передача товара, так и предложение к продаже.

В соответствии с пунктом 1 статьи 437 ГК РФ реклама и иные предложения неопределенному кругу лиц рассматриваются как приглашения делать оферты, если иное прямо не указано в предложении (правовая позиция изложена в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 09.12.2015 по делу № А67-4453/2014).

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: 1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; 2) при выполнении работ, оказании услуг; 3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; 4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; 5) в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство – сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Судом области проведен сравнительный анализ, целью которого являлось определение степени однородности товаров, для которых предоставлена правовая охрана по товарному знаку истца и товарами, которые ответчик предлагает к продаже на сайте.

Используемое ответчиком обозначение является сходным до степени смешения с товарными знаками истца в силу как общего зрительного впечатления, так и сходства (идентичности отдельных элементов присущих товару ответчика): боковая часть затвора имеет выступ относительно верхней части затвора и рукоятки; спусковой крючок имеет закруглённую форму; спусковая скоба имеет закругленную форму, какие-либо углы отсутствуют; рукоятка пистолета является рифленой, за исключением верхней части рукоятки; верхняя часть рукоятки выполнена в виде гладкого овала, без рельефа с небольшим углублением во внутрь; нижняя часть рукоятки со стороны спускового крючка выступает относительно рукоятки; нижняя часть рукоятки со стороны курка имеет закругленную форму; нижняя задняя часть рукоятки имеет закругленную форму; рамка в задней части пистолета и затвор выполнены удлинёнными; рукоятка имеет S-образную форму; курок имеет закругленную форму.

При этом истец не передавал ответчику права на использование товарных знаков     № 232, № 710447, доказательств обратного суду не представлено.

Ответчик использовал без согласования товарные знаки истца в реализуемом товаре, чем создавал у потребителей данной продукции ложное представление о наличии договорных отношений с правообладателем.

Выступая в качестве субъекта предпринимательской деятельности, ответчик при той степени разумности и осмотрительности, какая от него требовалась при данных обстоятельствах, мог и должен был осуществлять проверку предлагаемых к продаже в интернет-магазине обозначений на предмет неправомерного использования интеллектуальной собственности и принимать меры по недопущению такого использования.

Вследствие указанного, оценив в соответствии со статьей 71 АПК РФ в совокупности и взаимосвязи все приведенные сторонами доводы и представленные в материалы дела достаточные доказательства, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о доказанности факта нарушения ответчиком исключительных прав истца на товарные знаки № 232, № 710447, а требование АО «Ижевский механический завод» о выплате компенсации за неправомерное использование товарных знаков обоснованным.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ, в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В статье 1301 ГК РФ установлено, что в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных названным Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 этого Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда.

Аналогичное правило закреплено в пункте 4 статьи 1515 ГК РФ применительно к защите нарушенного исключительного права на товарный знак.

Истцом при обращении в суд с настоящим исковым заявлением избран вид компенсации за нарушение его исключительных авторских прав, предусмотренный подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ из расчета компенсации в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, предложенных к продаже, и заявлено о взыскании компенсации за нарушение права на товарные знаки               № 232, № 710447 в размере 131 000 руб. (65 500 руб. * 2).

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть обоснован. При определении размера компенсации суд, учитывая, в частности, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 59 постановления № 10, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 47 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015 (далее - Обзор от 23.09.2015), суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

Как разъяснено в пункте 61 постановления № 10 заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ).

При определении размера подлежащей взысканию компенсации суд не вправе по своей инициативе изменять вид компенсации, избранный правообладателем (пункт 35 Обзора от 23.09.2015, определения Верховного Суда Российской Федерации от 11.07.2017 № 308-ЭС17-3088, № 308-ЭС17-4299). Аналогичное положение о том, что суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации, изложено в пункте 59 постановления № 10.

Соответственно, при избранном истцом виде компенсации и учитывая, что суд не может по своему усмотрению изменять выбранный истцом вид компенсации, в предмет доказывания по данной категории дел входит представление истцом расчета и обоснования взыскиваемой суммы. При этом определение обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, является обязанностью арбитражного суда на основании части 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В обоснование размера компенсации, определяемой в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, истец представил выставленный ответчиком счет на оплату от 20.09.2022 № 543 на сумму 65 500 руб.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), то при определении размера компенсации за основу следует принимать ту стоимость этих экземпляров (товаров), по которой они фактически продаются или предлагаются к продаже третьим лицам.

После установления судом на основании имеющихся в материалах дела доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, цены экземпляров (товаров), по которой они фактически продаются или предлагаются к продаже третьим лицам, указанная сумма в двукратном размере составляет размер компенсации за соответствующее нарушение, определяемый по правилам подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ.

Определяя размер компенсации за допущенные ответчиком нарушения, арбитражный суд первой инстанции  исходил из стоимости предлагаемых ответчиком к продаже товаров, количества незаконно используемых результатов интеллектуальной деятельности, и с учетом принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения  пришел к обоснованному  выводу о наличии оснований для взыскания компенсации в общем размере 131 000 рублей.

Ответчиком заявлено несогласие с размером компенсации, определенном истцом, а также представлен контррасчет компенсации.

Вместе с тем, суд первой инстанции правомерно не принял во внимание расчет размера компенсации, предложенной ответчиком, поскольку истец обратился в суд за защитой нарушенного исключительного права на товарный знак, нарушенного определенным способом, а именно предложением к продаже товара, тогда как ответчик производит расчет компенсации исходя из количества единиц уже реализованного товара, что не отвечает установленного судом способу нарушения в виде предложения к продаже продукции в сети интернет.

Ответчиком не представлено доказательств того, что нарушение не носит грубый характер, что размер компенсации многократно превышает размер причиненных убытков, что ответчик предпринимал попытки проверки предлагаемых к продаже товаров на предмет нарушения исключительных прав третьих лиц.

Довод ответчика о том, что на сайте предлагалась к продаже 1 единица товара, а в счёте указано, что наличие товара на складе не гарантировано и ответчиком не предлагался к продаже товар в количестве 10 штук, в связи с чем полагает, что расчет компенсации должен производиться исходя из стоимости сувенира «пистолет» в количестве 1 шт. стоимостью 6 550 руб. в двукратном размере (6550*2= 13 100 руб.), правового значения не имеет в виду доказанности того обстоятельства, что ответчик предлагал к продаже в сети Интернет по указанному выше адресу десять  единиц  товара, незаконно используя товарный знак истца. Доказательства правомерного использования товарного знака ответчиком не представлены.

Истцом рассчитана компенсация на основании пп. 2 п. 4 ст. 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, которая составила 65 500 руб. (контрольная закупка 10 штук контрафактных товаров, каждый из которых предложен к продаже истцом на сумму 6550 руб.).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Постановлении Суда по интеллектуальным правам от 08.06.2020 № СО 1-640/2020 по делу № А51-16799/2019, а также иных судебных актах, под реализацией (продажей) товаров по договору розничной купли-продажи понимается как непосредственная передача товара, так и предложение к продаже.

В соответствии с п. 61 Постановления № 10, если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), то при определении размера компенсации за основу следует принимать ту стоимость этих экземпляров (товаров), по которой они фактически продаются или предлагаются к продаже третьим лицам.

В счёте, выставленном ответчиком (о чём свидетельствует реквизиты Ответчика, печать ответчика на счёте) указано именно 10 штук изделий, то есть именно 10 штук было предложено к продаже. На сайте не было указано, что в наличие имеется только одна единица изделия, а оговорка в счёте, что наличие товара не гарантировано, относится исключительно к своевременности оплаты счёта, но не свидетельствует об отсутствии товара на складе.

Суд апелляционной инстанции соглашается с позицией истца, что контррасчёт, представленный ответчиком, не может быть принят во внимание, так как предложение к продаже является самостоятельным нарушением, а выставление счёта фактически приравнивается к реализации изделий, то есть фактически ответчик осуществил реализацию 10 изделий.

Довод апелляционной жалобы о несоответствии внешнего вида изделия (сувенир пистолет), зарегистрированному истцом товарному знаку, подлежит отклонению на основании следующего.

В силу п. 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков (утв. Приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015      № 482) (далее - Правила), обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Изобразительные и объемные обозначения сравниваются с изобразительными, объемными и комбинированными обозначениями, в композиции которых входят изобразительные или объемные элементы. Сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков: 1) внешняя форма; 2) наличие или отсутствие симметрии; 3) смысловое значение; 4) вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и тому подобное); 5) сочетание цветов и тонов.

Признаки, указанные в настоящем пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях, (п. 43 Правил).

В силу абз. 2 п. 162 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019                  № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак, (подробный анализ сходства до степени смешения приведён в возражениях истца на дополнения к отзыву ответчика  (исх. 7-3-10/41 от 05.06.2023)

С учётом разъяснений в абз. 2 п. 162 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» несмотря на отдельные отличия товара ответчика по сравнению с товарными знаками истца, в товаре ответчика использованы товарные знаки (обозначения сходные до степени смешения) с товарными знаками истца. Внешний вид товара ответчика производит одинаковое впечатление с товарными знаками, сходны до степени смешения по всем сравниваемым признакам (сходная внешняя формы, наличие симметрии, аналогичное смысловое значение, схожий вид и характер обозначения, сходное сочетание цветов и тонов).

Товар ответчика имеет натуралистическое изображение, изображение пистолета со всеми характерными для пистолета составляющими частями (кожух-затвор, спусковая скоба, спусковой крючок, целик, мушка, курок, рукоятка).

Таким образом, изделие ответчика и товарные знаки истца являются сходными до степени смешения и в действиях ответчика имеется нарушение исключительных прав на товарные знаки истца, а доводы ответчика в этой части являются несостоятельными и не влияют на квалификацию данную судом  первой инстанции по настоящему делу в части сходства до степени смешения.

Материалами дела подтверждается, что товарный знак в виде объемного изображения пистолета ФИО3 используется ответчиком, как указывает правообладатель, при вводе товаров в гражданский оборот, включая внешний вид товара (изготовление товара в виде товарного знака), в рекламе, при предложении к продаже, при продаже, все вышеуказанные действия являются самостоятельными нарушениями исключительных прав правообладателя.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, действия истца направлены на защиту своего права и на восстановление имущественного положения. 

В соответствии с п. 2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 16.03.2013 № 1229-0, установленный в ст. 10 ГК РФ запрет злоупотребления правом в любых формах не предполагает его произвольного применения судами, решения которых должны основываться на исследовании и оценке конкретных действий и поведения участников гражданско-правовых отношений с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом суд должен установить, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей), злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений.

Исходя из положений пункта 5 статьи 10 ГК РФ, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. Обращение за защитой исключительных прав на принадлежащие объекты интеллектуальной собственности не может являться злоупотреблением правом или интерпретироваться как таковое. В рассматриваемом случае ответчиком не доказано, что обращаясь за судебной защитой, истец преследовал какие-либо недобросовестные цели.

Сведения о наличии зарегистрированных товарных знаков в РФ являются открытыми, помимо реестра Роспатента. Ответчик имел возможность получить информацию из реестров посредством сети интернет или направления запроса в регистрирующий орган, однако не реализовал своего права и допустил к продаже товар без проверки.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы, приведенные заявителем в ее обоснование, не соответствуют нормам действующего законодательства и фактическим обстоятельствам дела, они не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают лишь несогласие с ними, дают иную правовую оценку установленным обстоятельствам и по существу сводятся к переоценке доказательств, положенных в обоснование содержащихся в обжалуемом судебном акте выводов.

Оценив имеющиеся в материалах дела доказательства по правилам, установленным статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Оснований для отмены определения суда первой инстанции, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

Государственная пошлина относится на заявителя жалобы в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Брянской области от 10.10.2023 по делу № А09-1383/2023 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

 

Постановление может быть обжаловано в  Суд по  интеллектуальным правам  в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с пунктом 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья

Судьи

Ю.А. Волкова 

Н.А. Волошина

О.Г. Тучкова