ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А82-5924/2019

г. Киров

16 марта 2023 года

16 марта 2023 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 15 марта 2023 года.      

Полный текст постановления изготовлен 16 марта 2023 года.

 

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Шаклеиной Е.В.,

судей Кормщиковой Н.А., Хорошевой Е.Н.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

без участия представителей в судебном заседании,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2

на определение Арбитражного суда Ярославской области от 18.09.2022 по делу № А82-5924/2019, 

по заявлению ФИО2

о включении в реестр требований кредиторов закрытого акционерного общества «Ярмарка» требования в размере 4 400 000 руб., 

 

установил:

ФИО2 обратился в Арбитражный суд Ярославской области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов закрытого акционерного общества «Ярмарка» (далее – ЗАО «Ярмарка», должник) требования в размере 4 400 000 руб.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 18.09.2022 в удовлетворении заявленных требований отказано.

ФИО2 с принятым определением суда не согласился, обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить заявленные требования.

Заявитель жалобы указывает, что ООО «Сладкий дом» как и ЗАО «Ярмарка», как и арбитражный управляющий не были участниками дела № А40-52851/2017. Обстоятельства аффилированности по предварительному договору купли-продажи недвижимого имущества от 23.01.2017 не рассматривались в рамках дела №А40-52851/2017 и не были предметом рассмотрения. Иных доказательств аффилированности должник не представляет. ФИО3 и ФИО4  заинтересованными лицами в силу статьи 19 Закона о банкротстве не являются. В связи с отсутствием аффилированности судами не правильно распределено бремя доказывания, что является процессуальным нарушением. Фактически суд лишил заявителя возможности оспаривания результатов экспертизы в нарушение основных принципов судопроизводства. Заявитель уведомлял суд, что планируется воспользоваться своим правом на вызов своего эксперта при удовлетворении ходатайства о вызове эксперта, однако суд отказал заявителю. Вывод суда о неотносимости платежей и свободное движение денежных средств внутри группы кампаний не соответствует фактическим обстоятельствам и нарушает нормы материального права. В материалы дела представлены распорядительные письма, в соответствии с которыми производилась оплата по предварительному договору платежными поручениями. Предварительный договор  не является мнимой сделкой. В материалы дела представлены доказательства - распорядительные письма ЗАО «Ярмарка» с указанием о перечислении денежных средств в счет взаиморасчетов по предварительному договору купли-продажи недвижимого имущества. Предварительный договор заключен 23.01.2017. Согласно условиям договора размер аванса составлял 4 400 000 руб., которые были окончательно внесены 07.11.2017. В материалы дела представлены доказательства, согласно которым Ленинским районным судом г. Ярославля по иску ФИО5 к ЗАО «Ярмарка» 26.01.2017г. были применены обеспечительные меры дело №2-369/2017. Впоследствии, в удовлетворение исковых требований ФИО5 к ЗАО «Ярмарка» было отказано, однако, решение вступило в законную силу 07.06.2018. Таким образом, в период с 26.01.2017. по 07.06.2018 заключение основного договора и проведение государственной регистрации договора было невозможно. На дату заключения предварительного договора единственным акционером и генеральным директором в одном лице являлась ФИО3 Следовательно, именно ФИО3 принимала решения относительно судьбы принадлежащего Обществу имущества. Для принятия решения о продаже имущества требуется желание и волеизъявление собственника этого имущества, а не наличие или отсутствие каких-либо обязательств. Воля единственного акционера на продажу имущества была реализована путем заключения предварительного договора. Указанный договор ничьи права не нарушал. Одобрение сделки фактически получено путем подписания договора, так как единственный акционер одновременно являлся исполнительным органом. Вывод суда об отсутствие экономической целесообразности нарушает основные принципы по распоряжению имуществом, находящимся в собственности, на свободу договора, принятие решений и управление хозяйствующим обществом. Согласно бухгалтерскому балансу (находится в материалах основного банкротного дела) у должника стоимость активов превышает пассивы общества. Таким образом, должник не обладает признаками неплатежеспособности, обладает значительным активом недвижимого имущества, за счет которого возможно погашение задолженности.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 23.11.2022 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 24.11.2022.

И.о. конкурсного управляющего ЗАО «Ярмарка» считает, предварительный договор купли-продажи недвижимого имущества от 23.01.2017 является мнимой сделкой. Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадет с их внутренней волей. Из имеющихся доказательств следует: отсутствие доказательств реального намерения сторон исполнить предварительный договор купли-продажи в установленный договором срок: на протяжении периода времени с 23.01.2017 по 08.02.2018 стороны не предприняли никаких мер, направленных на заключение основного договора; отсутствие экономической целесообразности заключения и исполнения договора купли-продажи; нерыночные условия договора, не относимость платежей к исполнению договора; нерациональное поведение покупателя по сделке. Более подробно доводы изложены в отзыве на апелляционную жалобу. Просит в удовлетворении апелляционной жалобы отказать, обжалуемый судебный акт оставить без изменения. 

Судебное заседание в порядке статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации откладывалось до 09.02.2023, до 09.03.2023. В судебном заседании в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлен перерыв до 15.03.2023. 

Информация об отложении/перерыве в судебном заседании размещена в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (система КАД Арбитр).

Определением Второго арбитражного апелляционного суда от 08.02.2023 произведена замена судьи Караваева И.В. на судью Хорошеву Е.Н. Рассмотрение дела начинается с самого начала. 

В судебное заседание (09.03.2023 с перерывом до 15.03.2023) лица, участвующие в деле, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

И.о. конкурсного управляющего ЗАО «Ярмарка» заявлено ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы без его участия. 

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие представителей сторон.

Заявленное апеллянтом ходатайство о вызове экспертов рассмотрено судом апелляционной инстанции в порядке статей 159, 184 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и отклонено протокольным определением. 

Законность определения Арбитражного суда Ярославской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Исходя из материалов дела судом установлено следующее.

Как указывалось ФИО2, 23.01.2017 между ЗАО «Ярмарка» в лице генерального директора ФИО3 (продавец) и ООО «Сладкий дом» в лице генерального директора ФИО4 (покупатель) был заключен предварительный договор купли-продажи следующего  недвижимого имущества:

- здания стоянки для автомашин, 1-этажное, общей площадью 621,80 кв.м., расположенное по адресу: Ярославская область, г. Тутаев, Промскладская зона, д. 11;

- здания спортивно-оздоровительного центра 2-этажное, общая площадь 185,90 кв.м., расположенное по адресу: Ярославская область, г. Тутаев, Промскладская зона, д. 11 (пункт 1.1. договора).

Общая стоимость продаваемых помещений определена в размере 4 842 000 руб.

Пунктом 1.4. предварительного договора предусмотрено, что основной договор подлежал заключению сторонами до 01.12.2017.

В соответствии с пунктом 3.1. предварительного договора покупатель обязался оплатить продавцу аванс за объект в размере 4 400 000 руб. до 01.12.2017, при этом стороны договорились, что остаток 442 000 руб. покупатель оплачивает в течение пяти рабочих дней после государственной регистрации основного договора.

В подтверждение оплаты ООО «Сладкий дом» аванса по предварительному договору от 23.01.2017 в материалы дела были представлены:

- платежные поручения об оплате ООО «Сладкий дом» обязательств за должника в период с 26.01.2017 по 08.11.2017 на общую сумму 4 400 000 руб.;

-  распорядительные письма должника;

- акты сверки взаимных расчетов, подписанные между ЗАО «Ярмарка» и его контрагентами, в пользу которых ООО «Сладкий дом» перечисляло денежные средства;

- акт сверки взаимных расчетов за период с 01.01.2017 по 01.03.2018, подписанный директором должника ФИО3 и директором ООО «Сладкий дом» ФИО4

09.02.2018 ООО «Сладкий дом» уведомило ЗАО «Ярмарка» о расторжении предварительного договора купли-продажи недвижимого имущества от 23.01.2017 в соответствии с пунктом 5.4 указанного договора, которым предусмотрено, что в случае невыполнения одной из сторон своих обязательств другая сторона справе расторгнуть договор в одностороннем порядке, уведомим об этом за 14 дней.

15.03.2018 между ООО «Сладкий дом» (цедент) и ФИО2 (цессионарий) заключен договор уступки права требования (цессии), в соответствии с которым цедент уступает, а цессионарий принимает права (требования) по предварительному договору купли-продажи недвижимости от 23.01.2017, заключенному между ООО «Сладкий дом» и ЗАО «Ярмарка», в сумме 4 400 000 руб.

Пунктом 1.3 договора цессии  предусмотрено, что право требования переходит от цедента к цессионарию с момента подписания договора.

В ходе рассмотрения дела представитель заявителя пояснил, что стоимость приобретенного ФИО2 права требования к должнику составила 2 200 000 руб.

В подтверждение оплаты права требования по договору ФИО2 представил в материалы дела квитанции к приходно-кассовому ордерам № 115 от 15.03.2018 на сумму 1 200 000 руб. и № 121 от 28.03.2018на сумму 1 000 000 руб.

ЗАО «Ярмарка» уведомлено о произведенной уступке 15.03.2018.

16.03.2021 ООО «Сладкий дом» было исключено из ЕГРЮЛ.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 09.10.2019 в отношении ЗАО «Ярмарка» введена процедура наблюдения.

Решением Арбитражного суда Ярославской области от 24.07.2021 ЗАО «Ярмарка» прознано несостоятельным (банкротом), в отношении имущества должника открыта процедура конкурсного производства.

Изложенные обстоятельства послужили основанием для обращения ФИО2 в суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, рассмотрев заявленные требования, счел их не подлежащими удовлетворению.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Установление размера требований осуществляется в порядке, определенном статьями 71 и 100 Закона о банкротстве.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление № 35) разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Приведенные разъяснения направлены на предотвращение в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов необоснованных требований к должнику и нарушения тем самым прав кредиторов, поэтому к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования. Целью такой проверки являются установление обоснованности долга и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

Таким образом, при рассмотрении вопроса обоснованности требований кредитора суд должен проверить реальность совершения и исполнения сделки, действительное намерение сторон создать правовые последствия, свойственные соответствующим правоотношениям.

Как следует из правовой позиции, выраженной в Определении Верховного Суда РФ от 23.08.2018 по делу за № 305-ЭС18-3533, нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому в случае признания каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность.

Этим объясняется установление в делах о банкротстве повышенного стандарта доказывания при рассмотрении заявления кредитора о включении в реестр, то есть установление обязанности суда проводить более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. В таком случае основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга (пункт 26 Постановления № 35, определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 № 305-ЭС18-413, от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197).

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.07.2019, постановлением Арбитражного суда Московского округа от 07.11.2019 по делу № А40-52851/2017 установлена фактическая и юридическая аффилированность ЗАО «Ярмарка» с ООО «Сладкий дом».

Высшая судебная инстанция неоднократно (в частности, в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 29.03.2016 № 305-ЭС15-16362, от 27.01.2017 № 305-ЭС16-19178, от 24.03.2017 № 305-ЭС17-1294) высказывала правовую позицию, согласно которой, если в двух самостоятельных делах дается оценка одним обстоятельствам, оценка, данная судом обстоятельствам, которые установлены в деле, рассмотренном ранее, принимается во внимание судом, рассматривающим второе дело. В том случае, если суд, рассматривающий второе дело, придет к иным выводам, он должен мотивировать такой вывод. При этом иная оценка может следовать, например, из иного состава доказательств по второму делу, нежели те, на которых основано решение по первому делу.

ФИО2, опровергая наличия аффилированности по причине отсутствия преюдиции, не привел доказательств и обстоятельств, которые бы опровергли ранее установленную фактическую аффилированность данных лиц.

При таких обстоятельствах аффилированность ЗАО «Ярмарка» и ООО «Сладкий дом» является установленной.

Исходя из сложившейся судебной практики при рассмотрении требований в ситуации включения в реестр аффилированного кредитора выработаны критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, - на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Указанное распределение бремени доказывания обусловлено необходимостью установления обоснованности и размера спорного долга, возникшего из договора, и недопущением включения в реестр необоснованных требований (созданных формально с целью искусственного формирования задолженности с целью контролируемого банкротства либо имевшихся в действительности, но фактически погашенных (в ситуации объективного отсутствия у арбитражного управляющего документации должника и непредставлении такой документации аффилированным лицом)), поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

Рассматривая обособленный спор об установлении требования кредитора при наличии возражений, мотивированных тем, что лежащая в основе этого требования сделка направлена на создание искусственной задолженности, суд в силу положений статей 71, 100 Закона о банкротстве должен осуществить проверку обоснованности такого требования, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке (пункт 13 «Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства», утв. Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016).

Целью такой проверки является недопущение включения в реестр необоснованных требований, что в ситуации недостаточности имущества должника приводило бы к нарушению прав и законных интересов кредиторов, конкурирующих между собой за получение удовлетворения требований, а также должника и его учредителей (участников), законный интерес которых состоит в наиболее полном и справедливом погашении долгов.

По общему правилу действия кредиторов по искусственному наращиванию подконтрольной кредиторской задолженности с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, следует квалифицировать как злоупотребление правом.

Соответствующая правовая позиция отражена в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556, от 15.02.2018 № 305-Эс17-17208, от 21.02.2018 № 310-ЭС17-17994 (1, 2).

Возражения относительно реальности требования ФИО2 были заявлены исполняющим обязанности конкурсного управляющего должника, конкурсным кредитором ООО «Филинг», соответственно, ФИО2, как правопреемник аффилированного с должником лица, обязан раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки.

В силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Данная норма применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения, при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей.

Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как мнимой и ничтожной.

В заключении экспертов Федерального бюджетного учреждения Ярославской лаборатории судебной экспертизы Министерства Юстиции Российской Федерации ФИО6 и ФИО7 №№ 1470/1-3-3.2, 1509/1-3-.1 от 13.09.2021, составленном в рамках назначенной судебной экспертизы:

- экспертом ФИО7 указывается, что установить соответствует ли время выполнения подписи от имени ФИО3 в предварительном договоре купли-продажи недвижимого имущества от 23.01.2017 дате, указанной в документе, не представляется возможным, время выполнения оттиска печати ЗАО «Ярмарка» не соответствует дате, указанной в договоре, оттиск печати нанесен не ранее июня 2018 года;  хранение документа в огнеупорном сейфе в файле не влияет на динамику процесса естественного старения материалов документа, а установить, может ли хранение документа в неотапливаемом помещении без доступа прямых солнечных лучей в файле замедлить старение документа, не представилось возможным;

- экспертом ФИО6 указывается, что время нанесения оттиска печати ЗАО «Ярмарка» в предварительном договоре от 23.01.2017 не соответствует дате, указанной в документе, оттиск печати общества нанесен не ранее 16.11.2017.

В опровержение доводов, изложенных в заключении эксперта, ФИО2 представил в материалы дела заключение специалиста негосударственного образовательного частного учреждения дополнительного профессионального образования «Институт судебных экспертиз и криминалистики» ФИО8, в котором указывается на необоснованность выводов экспертов ФИО6 и ФИО7  

Вместе с тем, представленное в материалы дела заключение специалиста не может являться доказательством, опровергающим выводы данной экспертизы. Рецензия содержит лишь субъективную оценку действий эксперта, в то время как доказательства по делу подлежат судебной оценке. 

Представленная рецензия не содержит каких-либо выводов, которые бы опровергали по существу, выводы, сделанные в заключении эксперта.

Как верно отметил суд первой инстанции, выводы специалиста в рецензии доказательственной базой не подкреплены; представленная рецензия специалиста составлена лицом, не привлеченным к участию в деле, не предупреждавшимся судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, квалификация данного лица не проверялась в установленном порядке.

Эксперты ФИО7 и ФИО6 предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, о чем в экспертном заключении имеются подписки; лица, участвующие в деле, отводов экспертам не заявляли, ФИО7 и ФИО6 имеют надлежащую квалификацию; компетентность данных экспертов не опровергнута допустимыми доказательствами. Надлежащих доказательств, опровергающих выводы экспертов, не представлено. 

Вопреки доводам заявителя, надлежащих доказательств нарушения ФИО7 либо ФИО6 при проведении исследования требований действующего законодательства не установлено, экспертами описана методика проведенного исследования.

Таким образом, судебная экспертиза проведена лицом, обладающим специальными познаниями, исследованию был подвергнут необходимый и достаточный материал, проведенное исследование и методы, использованные экспертом, а также сделанные на их основе выводы обоснованы, в связи с чем у суда первой инстанции отсутствовали основания не доверять выводам, сделанным по результатам судебной экспертизы.

Доводы заявителя о том, что суд первой инстанции неправомерно отказал в вызове экспертов в судебное заседание, подлежит отклонению, поскольку вопрос о необходимости вызова эксперта относится к компетенции суда, разрешающего дело по существу, и является правом, а не обязанностью суда, которое он может реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления такого процессуального действия для правильного разрешения спора.

Более того, ФИО2 представил вопросы экспертам в письменном виде, на указанные вопросы экспертами были предоставлены ответы, которые недопустимыми доказательствами не являются, могли быть оценены в качестве письменных доказательств (статья 75 АПК РФ).

При таких обстоятельствах, нарушение процессуальных прав заявителя не установлено.

С учетом вопросов экспертам и данных на них ответов, основания усомниться в результатах экспертизы у суда первой инстанции отсутствовали. 

Таким образом, приняв во внимание результаты экспертизы, судом первой инстанции правомерно установлено, что договор, положенный в основу заявленного требования, возник позднее платежей, на которые ссылается заявитель в подтверждение наличия долга, о чем ООО «Сладкий дом» и ЗАО «Ярмарка», как аффилированные лица, не могли не знать.

Также суд первой инстанции сделал верный вывод о неотносимости платежей, на которые ссылается заявитель, к исполнению договора, поскольку платежные поручения, представленные в материалы дела, не имеют указания на заключенный предварительный договор купли-продажи, и, по сути, являются платежами за должника, что указывает на свободное движение денежных средств внутри группы компаний.

Кроме того, доказательств направления распорядительных писем должника в адрес ООО «Сладкий дом», которые бы соотносились с датами осуществления платежей в материалы дела не представлено. Отметки о получении писем на самих документах отсутствуют.

При этом судом первой инстанции были установлены следующие обстоятельства, свидетельствующие о мнимости предварительного договора купли-продажи:

- стоимость приобретаемого имущества являлась фиксированной, что было выгодно для ООО «Сладкий дом» как покупателя, однако обосновать экономические мотивы внесения аванса в значительном размере практически сразу после заключения предварительного договора, а не непосредственно перед заключением основного, заявитель не смог;

- в материалах дела отсутствует подтверждение того, что стороны действительно намеревались исполнить предварительный договор купли-продажи в установленный договором срок: на протяжении периода времени с 23.01.2017 по 09.02.2018 стороны не предприняли никаких мер, направленных на заключение основного договора (принятие корпоративных решений, направленных на заключение договора, совершение действий по подготовке проектов договора и направления его текста другой стороне и т.п.);

- отсутствие экономической целесообразности заключения и исполнения договора купли-продажи, поскольку на дату заключения предварительного договора ЗАО «Ярмарка» владело комплексом недвижимого имущества (8 нежилых зданий и 2 земельных участка, на котором расположено здания, в котором подлежали продаже ООО «Сладкий дом» помещения, и являлось единственным активом общества), которое сдавалось в аренду аффилированным лицам;

- у должника отсутствовали какие-либо обязательства, для исполнения которых обществу необходимо было получить денежные средства за счет продажи объекта недвижимости; обществом не совершались мероприятия, направленные на изменение профиля деятельности (от сдачи объектов недвижимости в аренду к производству или т.п.).

Вышеуказанные обстоятельства заявителем не были опровергнуты, разумные экономические мотивы совершения сделки не раскрыты.

Доводы заявителя о том, что заключение договора было невозможно в период с 26.01.2017 по 07.06.2018 в силу действия обеспечительных мер, не оправдывают установление сторонами столь продолжительного срока между заключением предварительного договора и основного договора купли-продажи.

ФИО2 заявлено ходатайство о вызове свидетеля ФИО3 

Согласно положениям части 1 статьи 88 АПК РФ арбитражный суд вызывает свидетеля для участия в деле по ходатайству лица, участвующего в деле. Лицо, ходатайствующее о вызове свидетеля, обязано указать, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, может подтвердить свидетель, и сообщить его фамилию имя, отчество и место жительства (часть 2).

Из содержания вышеуказанной статьи следует, что вызов лица в качестве свидетеля является правом, а не обязанностью суда.

Заявителем жалобы не указаны обстоятельства, позволяющие апелляционному суду сделать вывод о необоснованном отклонении судом первой инстанции ходатайства о вызове свидетеля.

Кроме того, ФИО3 входила в одну группу лиц с ООО «Сладкий дом» и ЗАО «Ярмарка», что подтверждается представленными в материалы дела судебными актами.

Суд апелляционной инстанции учитывает, что материалами дела в достаточной степени не подтверждается экономическая целесообразность заключения предварительного договора, подтверждающие реальность сделки документы не были представлены, в связи с чем показания аффилированного лица не могут заменить письменные документальные доказательства, необходимые для подтверждения позиции ответчика.

Судебная коллегия обращает внимание, что заявитель не лишен был возможности представить дополнительные письменные сведения в отношении спорной задолженности от ФИО3

При таких обстоятельствах, в удовлетворении ходатайства о вызове свидетеля было отказано правомерно.

Таким образом, суд первой инстанции, приняв во внимание фактическую аффилированность ООО «Сладкий дом» и ЗАО «Ярмарка», установив отсутствие разумных экономических мотивов к заключению предварительного договора купли-продажи, совершение договора после совершения платежей, неотносимость совершенных ООО «Сладкий дом» платежей к предварительному договору купли-продажи, пришел к обоснованному выводу о том, что предварительный договор купли-продажи является мнимой сделкой, а заключение данного договора имело целью создать видимость денежного требования к должнику, тем самым искусственно увеличить кредиторскую задолженность должника.

При таких обстоятельствах права требования по мнимому договору не могли быть переданы ФИО2 по договору цессии.

Оснований для переквалификации спорной задолженности судебная коллегия не усматривает.

Доказательств  уступки  ФИО2 прав  требований к  должнику, основанных на платежах ООО «Сладкий дом» за должника в пользу контрагентов последнего, в материалы дела не представлено.

При таких обстоятельствах, поскольку существование уступленного права не  доказано,  суд  первой  инстанции  правильно  отказал  в  удовлетворении заявленного требования.

С учетом того, что ЗАО «Ярмарка», ООО «Сладкий дом» являлись аффилированными лицами, в силу статьи 65 АПК РФ на предъявившем требование ФИО2 лежало бремя доказывания того, что в рассматриваемых отношениях должник и ООО «Сладкий дом» действовали самостоятельно, независимо друг от друга, в отсутствие соглашения между ними, а их поведение не являлось скоординированным, продиктованным интересами контролирующих лиц.

Однако, поскольку таких доказательств в материалы дела представлено не было, позиция о существовании скрытого договора о покрытии не опровергнута.

Отказывая во включении в реестр требований кредиторов должника, суд первой инстанции также исходил из того, что презумпция разумности поведения ФИО2 была опровергнута. Его поведение не соответствовало типичной модели поведения обычного гражданина - участника гражданского оборота, находящегося в схожих обстоятельствах, оно противоречило интересам самого ФИО2 и логически не вытекало из ситуации, в которой он находился. Выдвинутая заявителем версия развития событий является неправдоподобной.

Суд принял во внимание отсутствие экономических мотивов заключения договора уступки права требования к ЗАО «Ярмарка», отметил, что требование к ЗАО «Ярмарка», переданное ФИО2 связано с тем ООО «Сладкий дом» оплачивало длительный период за должника коммунальные услуги, что должно было озадачить заявителя относительно платежеспособности, учел, что ФИО2 в ходе рассмотрения дела не подтвердил, что анализировал финансовое состояние должника, приобретая требование к нему, что нельзя отнести к разумному поведению лица, ранее не имеющего опыта в подобном заработке, а также суд первой инстанции констатировал, что вложение денежных средств, вырученных от продажи недвижимого имущества в возможное получение эфемерной выгоды по договору уступки от лица, платежеспособность и порядочность в правоотношениях которого должна была вызвать сомнения, поскольку долг перед правопредшественником заявителя возник в связи с осуществлением оплаты коммунальных услуг за длительный период и на значительную сумму, не является разумным.

Основания не согласиться с указанными выводами у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

При этом суд апелляционной инстанции полагает, что вопрос о наличии у заявителя финансовой возможности произвести оплату по договору уступки права требования не имеет правового значения при установленных обстоятельствах, в частности, мнимости договора предварительной купли-продажи, поскольку представленные  в  материалы  дела документы  не  опровергают обоснованности  вывода  суда  первой  инстанции  о  приобретении  заявителем отсутствующего права и об отказе в удовлетворении заявления.

При таких обстоятельствах судебный акт принят судом первой инстанции при правильном применении норм материального и процессуального права, с учетом конкретных обстоятельств дела, оснований для его отмены или изменения не имеется.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Согласно статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче апелляционной жалобы по данной категории дел государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 258, 268 – 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Ярославской области от 18.09.2022 по делу № А82-5924/2019 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Ярославской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

 

Председательствующий                               

Судьи

Е.В. Шаклеина

 

Н.А. Кормщикова

 

Е.Н. Хорошева