№ 09АП-24596/2020

Дело № А40-21919/17

г. Москва

31 июля 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 20 июля 2020 года 

Постановление

 изготовлено в полном объеме 31 июля 2020 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи С.А.Назаровой,

судей Ж.Ц. Бальжинимаевой, Д.Г.Вигдорчика,  

при ведении протокола секретарем судебного заседания Л.И.Кикабидзе,

рассмотрев в открытом судебном  заседании апелляционные жалобы  конкурсного управляющего АО АКЦИОНЕРНЫЙ КОММЕРЧЕСКИЙ БАНК "СЕВЕРО-ВОСТОЧНЫЙ АЛЬЯНС" и ФИО2

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 27.03.2020 по делу № А40-21919/17

вынесенное судьей А.А. Пешехоновой,

о признании недействительным договор купли-продажи недвижимого имущества (жилого дома) от 25.04.2016 года, заключенного между ФИО1 и ФИО2 по объекту недвижимости: жилой дом, назначение: жилое, подвал, 2- этажный, а общая площадь 302,6 кв. м., инв. №11487, лит. А (далее - Объект), адрес Объекта: Республика Башкортостан, 

<

...>, кадастровый номер 02:47:110206:117, признании недействительным договора залога (ипотеки) № 

<

***> 16-з-2 с физическим лицом от 30.11.2016г., заключенного между АКБ «СВА» (АО) и ФИО2, в отношении объекта недвижимости с кадастровым номером 02:47:110206:117, признании отсутствующим обременение в пользу АКБ «СВА» (АО) в виде ипотеки по договору залога (ипотеки) № 

<

***> 16-з-2 с физическим лицом от 30.11.2016г., заключенного между АКБ «СВА» (АО) и ФИО2

в рамках дела о банкротстве ФИО1            

при участии в судебном заседании:

от ГК АСВ к/у КБ «Инвестиционный союз» - ФИО3 по дов.от 13.04.2018,

от ГК АСВ – ФИО4 по дов.от 29.03.2019,

ф/у ФИО5 – лично, паспорт, решение АСГМ от 25.06.2018,

Иные лица не явились, извещены. 

 

У С Т А Н О В И Л:

06.02.2017г. в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление ООО «Аспект-Менеджмент» о признании несостоятельным (банкротом) гражданина ФИО1 (дата рождения: 20.07.1968г.р.; место рождения: с. Квардал, Курахского р-она, респ. Дагестан, ИНН 

<

***>), которое определением от 13.02.2017 принято к производству.

 Определением Арбитражного суда города Москвы от 29.11.2017 в отношении должника была введена процедура реструктуризации долгов гражданина. 

Решением Арбитражного суда города Москвы от 25.06.2018 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества, утвержден финансовый управляющий ФИО5 

Финансовый управляющий должника обратился в суд с  заявлением  о признании недействительной сделкой – договора купли-продажи недвижимого имущества (жилого    дома)     от    25.04.2016    года, зарегистрированного в     Росреестре     10.05.2016     г., заключенного между     ФИО1 и ФИО2 (жилой дом, назначение: жилое, подвал, 2-этажный, а общая площадь 302,6 кв. м., инв. №11487, лит. А (далее - Объект), адрес Объекта: Республика Башкортостан, Уфимский р-н, д.Суровка, кадастровый номер 02:47:110206:117 и применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 15.01.2020 к участию в споре в качестве соответчика привлечено АКБ «СВА» в лице конкурсного управляющего ГК «Агентство по страхованию вкладов».

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 27.03.2020 признан недействительным договор купли-продажи недвижимого имущества (жилого дома) от 25.04.2016 года, зарегистрированный в Росреестре 10.05.2016 г., заключенный между ФИО1 и ФИО2 по объекту недвижимости: жилой дом, назначение: жилое, подвал, 2-этажный, а общая площадь 302,6 кв. м., инв. №11487, лит. А (далее - Объект), адрес Объекта: Республика Башкортостан, Уфимский р-н, д.Суровка, кадастровый номер 02:47:110206:117. Применены последствия недействительности сделки, на ФИО2 возложена  обязанность возвратить в конкурсную массу должника ФИО1 объект недвижимости.

Признан недействительным договор залога (ипотеки) № 

<

***> 16-з-2 с физическим лицом   от    30.11.2016г.,    заключенный    между   АКБ    «СВА»   (АО)    и    ФИО2, в отношении объекта недвижимости с кадастровым номером 02:47:110206:117. Применены последствия недействительности сделки, признано отсутствующим обременение в пользу АКБ «СВА» (АО) в виде ипотеки по договору залога (ипотеки) № 

<

***> 16-з-2 с физическим лицом от 30.11.2016г., заключенному между АКБ «СВА» (АО) и ФИО2. Определение суда является основанием для погашения регистрационной записи об ипотеке № 02-04/101-04/301/008/2016-5481/1 от 19.12.2016г. в пользу АКБ «СВА» (АО) в Едином государственном реестре недвижимости в отношении объекта недвижимости с кадастровым номером 02:47:110206:117. Взысканы с ФИО2 в пользу финансового управляющего ФИО5 расходы по уплате государственной пошлины в размере 6 000 рублей.

Не согласившись с вынесенным определением, конкурсный управляющий АО АКЦИОНЕРНЫЙ КОММЕРЧЕСКИЙ БАНК "СЕВЕРО-ВОСТОЧНЫЙ АЛЬЯНС" и ФИО2 обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят определение суда отменить, принять по делу новый судебный акт, в обоснование указывая  на нарушение норм материального и процессуального права.

По мнению апеллянта АО АКЦИОНЕРНЫЙ КОММЕРЧЕСКИЙ БАНК "СЕВЕРО-ВОСТОЧНЫЙ АЛЬЯНС", суд первой инстанции не учел статус добросовестного залогодержателя.

По мнению апеллянта ФИО2, судом первой инстанции не учтено, что  он не является  аффилированным лицом по отношению к должнику, и оплата по сделке осуществлена за счет совместно нажитого имущества с  супругой. Кроме того, спорный объект является единственным жильем  для семьи  ответчика,  что в соответствии со ст. 446 ГК РФ  является самостоятельным основанием  к отказу в иске.

В судебном заседании представитель апеллянта настаивал на удовлетворении жалобы.

Финансовый управляющий и представитель кредитора  в судебном заседании возражали против удовлетворения жалоб.

Представитель КБ «Инвестиционный союз» в материалы дела  представил письменные  объяснения в порядке  ст. 81  АПК РФ.

Иные лица, участвующие в деле в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежаще. 

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266 и 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, проверив законность и обоснованность определения, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закона о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела, из полученных в управлении Росреестра сведений, должником заключен договор купли продажи недвижимости (жилого дома) от 25.04.2016 года, зарегистрирован 10.05.2016 года, рег. № 02-04/101-04/371/002/2016-5511/1, согласно которому ФИО6 (Продавец, должник) передает в собственность ФИО2 (Покупатель, ответчик) объект недвижимости - жилой дом, назначение: жилое, подвал, 2-этажный, а общая площадь 302,6 кв. м., инв. №11487, лит. А, адрес Объекта: Республика Башкортостан, Уфимский р-н, д.Суровка, кадастровый номер 02:47:110206:117,  а ФИО2 (Покупатель) оплачивает сумму по договору в размере 4 700 000,00 рублей.

Из содержания заявления финансового управляющего следует, что основанием заявления о признании вышеуказанной сделки должника недействительной являются статьи 10 и 168, 170 ГК РФ, ст. 61.2  Закона о банкротстве, как заключенной аффилированными лицами со злоупотреблением правом, и с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, вывода имущества из конкурсной массы должника и недопущения обращения взыскания на имущество.

В соответствии с п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве. 

В силу положений п. 1 ст. 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Положения пункта 2 статьи 213.32 (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 N 154-ФЗ) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 N 154-ФЗ).

В соответствии со статьей 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

Пунктом 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны.

Обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов и наличие в действиях сторон умысла на причинение вреда кредиторам при совершении оспариваемых действий. Вместе с тем, для признания сделки недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить признаки злоупотребления правом не только со стороны поручителя, но и со стороны кредитора.

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что стороны имели умысел на реализацию какой-либо противоправной цели.

Согласно ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна.

 В соответствии со ст. 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательство того, что, заключая оспариваемый договор, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Учитывая приведенные выше обстоятельства и приведенные нормы права именно финансовый управляющий должника обязан доказать суду наличие злоупотребления правом обеими сторонами оспариваемой сделки (продавцом и покупателем), у которых имелось намерение причинить вред другой стороне сделки либо у сторон сделки имелось намерение причинить вред кредиторам должника.

В соответствии с п. 1 ст. 61.2. ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. п. 8 и 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

Судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

При определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

По смыслу правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации от 17.10.2016 № 307-ЭС15-17721 (4), для соотнесения даты совершения сделки, переход права на основании которой подлежит государственной регистрации, с периодом подозрительности учету подлежит дата такой регистрации.

Принимая во внимание время совершения сделки и возбуждения дела о банкротстве, суд  первой инстанции правомерно отнес сделку  к подозрительной. 

Суд  первой инстанции, признавая сделку недействительной, исходил из того, должником отчуждено ликвидное имущество без наличия встречного представления со стороны ответчика менее чем за год до обращения с заявлением о признании должника банкротом.

С выводами суда первой инстанции, апелляционный суд соглашается, в силу следующего.

Как следует из условий содержания сделки, встречное исполнение со стороны покупателя должно последовать в виде оплаты в размере 4 700 000 рублей, однако достоверных доказательств оплаты по договору, с учетом повышенного стандарта доказывания в банкротных делах,   в материалы дела  не представлено.

Так, согласно выписке со счета должника в АО «Альфа-Банк» (№40817810306260024708) денежные средства в счет оплаты по оспариваемому договору не поступали.

По сообщению МИФНС №1 по Республике Дагестан №1106 от 25.11.2019 года сведения о доходах ФИО2 за период 2013 - 2016 годы отсутствуют.

Таким образом, в материалах дела отсутствуют доказательства финансовой возможности ответчика исполнить обязательство по оплате имущества по сделке.

Ссылки апеллянта на расписку, апелляционным судом признаются несостоятельными, поскольку не доказана  финансовая возможность передачи денежных средств должнику.

В соответствии с п. 2 ст. 61.2. ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. п. 5, 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а)           сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б)   в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а)            на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым- пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка,   условия  которой  формально  предусматривают  равноценное  встречное   исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

Судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

Как следует из материалов дела, в обоснование требования, управляющий  указывает должник с 01 июля 2015 прекратил исполнение денежных обязательств по кредитным договорам, заключенным с КБ «Инвестиционный Союз», а именно: по кредитному договору № 

<

***> от 04.02.2015 года на сумму 3 000 000 руб.; по кредитному договору 

<

***> от 18.02.2015 года на сумму 1 400 000 руб.; по кредитному договору 

<

***> от 21.04.2015 года на сумму 100 000 руб. 

Так, определением Арбитражного суда города Москвы от 21.03.2018 года требования КБ «Инвестиционный Союз»  включены в реестр требований кредиторов ФИО1

Также, должник имел задолженность перед ООО «Аспект-Менеджмент» (заявителем по делу о банкротстве) в размере 20 609 941,10 руб. (решение Тверского районного суда города Москвы от 21.10.2016 и определение Тверского районного суда города Москвы от 14.12.2016 по делу № 2-6445/16).

В обоснование довода об аффилированности финансовый управляющий указывает, что ответчик не оспорил  обстоятельство того, что члены семьи ответчика были зарегистрированы по месту жительства и проживали в одном из принадлежащих должнику домов в Московской области. Также, фактическая аффилированность подтверждается тем, что ФИО2 предоставил приобретенный дом в залог АКБ «СВА» по кредитному договору, заключенному между АКБ «СВА» и компанией, в которой должник ФИО1 являлся генеральным директором и единственным участником (ООО «Промстройимпэкс», ИНН 

<

***>).

Суд  первой инстанции, указав на отсутствие доказательств аффилированности ФИО2 и ФИО1 по смыслу ст. 19 Закона о банкротстве, тем  не менее пришел  к выводу об осведомленности ФИО2 о неплатежеспособности должника либо возможности такой осведомленности, об ущербе для должника, невыгодных условиях оспариваемой сделки.

Однако приведенные  выше обстоятельства, свидетельствуют о фактической   аффилированности сторон сделки.

Доказательств наличия  у ответчика статуса добросовестного приобретателя в материалы дела  не представлено, тогда как действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, должен был установить наличие  обстоятельств, заявленных  к признанию сделки  недействительной. 

Не усматривает апелляционный суд  и нарушений  судом первой инстанции при  применении положений ст. 10  ГК РФ, поскольку материалами дела  подтверждено, что безвозмездно отчуждено должником имущество при наличии неисполненных денежных обязательств, с  целью причинения вреда кредиторам.

Отклоняя довод ФИО2 о том, что спорный объект недвижимости является для него и его семьи единственным жильем, суд  первой инстанции исходил из того, что согласно сведениям, полученным финансовым управляющим, члены семьи ответчика были зарегистрированы по месту жительства и проживали в одном из принадлежащих должнику домов в Московской области.

 Разрешая  требование в  отношении договора залога (ипотеки) № 

<

***> 16-з-2 с физическим лицом от 30.11.2016г., заключенного между АКБ «СВА» (АО) и ФИО2, предметом которого являлся объект недвижимости с кадастровым номером 02:47:110206:117, суд  первой инстанции установил, что ФИО2 предоставил приобретенный дом в залог АКБ «СВА» по кредитному договору, заключенному между АКБ «СВА» и компанией, в которой должник ФИО1 являлся генеральным директором и единственным участником (ООО «Промстройимпэкс», ИНН 

<

***>, определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 25.01.2017 возбуждено дело о банкротстве №А07-29315/2016).

Как следует из материалов дела, ФИО1 является  обязанным лицом перед АКБ «СВА» (АО) на основании договора поручительства № 

<

***> 16-з-2 с физическим лицом от 30.11.2016, заключенного в обеспечение исполнения кредитных обязательств ООО «Промстройимпэкс», ИНН 

<

***> перед Банком по Кредитному договору № 

<

***> 16-к от 03.03.2016.

В обеспечение исполнения обязательств заемщика по кредитному договору между Банком и ФИО1 заключены договоры залога: № 

<

***> 16-3 с оставлением имущества у залогодателя от 21.03.2016; (ипотеки) № 

<

***> 16-3-2 прав аренды земельного участка с физическим лицом от 30.11.2016.

Согласно пункту 2 статьи 335 Гражданского кодекса РФ залогодателем вещи может быть ее собственник либо лицо, имеющее на нее право хозяйственного ведения.

Ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем.

В соответствии со ст. 334 ГК РФ, в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя).

Согласно п.2 ст. 346 ГК РФ залогодатель не вправе отчуждать предмет залога без согласия залогодержателя, если иное не предусмотрено законом или договором и не вытекает из существа залога.

Суд первой инстанции, применяя последствия недействительности сделки, исходил из того, что материалами дела подтверждено, что должником нарушены требования гражданского законодательства, регулирующих порядок отчуждения предмета залога.

Согласно разъяснениям, данным в абзаце 4 пункта 52 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 10/22 от 29.04.2010, оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним (ЕГРП). В случаях, когда запись в ЕГРП нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами, право собственности на движимое имущество зарегистрировано как на недвижимое имущество, ипотека или иное обременение прекратились), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими.

Принимая во внимание обстоятельство недействительности договора купли-продажи, сделка  ответчика с  Банком  является  ничтожной, поскольку фактически ответчик не являлся  собственником объекта.    

В силу положений абз. 2 п. 2 ст. 335 ГК РФ если вещь передана в залог залогодержателю лицом, которое не являлось ее собственником или иным образом не было надлежаще управомочено распоряжаться имуществом, о чем залогодержатель не знал и не должен был знать (добросовестный залогодержатель), собственник заложенного имущества имеет права и несет обязанности залогодателя, предусмотренные настоящим Кодексом, другими законами и договором залога.

Исходя из позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 28.04.2016 г. N 301-ЭС15-20282 по делу N А43-5100/2014, в случае признания сделки недействительной суду следует установить, сохранился ли до настоящего времени залог и, если да, решить, является ли залогодержатель добросовестным.

Как следует из материалов дела, АКБ «Северо-Восточный Альянс» и ООО «Промстройимпэкс» (ИНН 

<

***>), в котором должник ФИО1 являлся  генеральным директором и единственным участником, был заключен кредитный договор № 

<

***> 16-к от 03.03.2016, по условиям которого Банк открыл компании кредитную линию и в марте 2016 года перечислил компании на расчетный счет 19 млн.руб.

Должник в  свою очередь выступил перед АКБ «Северо-Восточный Альянс» поручителем за ООО «Промстройимпэкс» по вышеуказанному кредиту, приняв   солидарную ответственность (раздел 4 кредитного договора) с марта 2016 года, т.е. задолго до заключения договора залога от 30.11.2016.

Таким образом, АКБ «Северо-Восточный Альянс» как залогодержатель должен был знать о фактической аффилированности ФИО1 (первоначального собственника дома) и ФИО2 (последующего собственника дома), поскольку ФИО2 предоставил в залог Банку свой дом в обеспечение не своих обязательств, а обязательств третьего лица – ООО «Промстройимпэкс», т.е. компании, принадлежащей ФИО1

Залог в данном случае предоставлен не в момент заключения кредитного договора между Банком и ООО «Промстройимпэкс» (март 2016 года), а намного позднее (в ноябре 2016 года), т.е. после возникновения у ООО «Промстройимпэкс» просрочки по кредиту (июнь 2016 года), что свидетельствует о предоставлении залога в условиях повышенного риска обращения на  него взыскания.

ФИО2 не раскрыт экономический смысл предоставления залога по обязательствам третьего лица.

Таким образом, АКБ «Северо-Восточный Альянс» являясь залогодержателем, не мог не знать, что ранее предоставленный в залог жилой дом принадлежал ФИО1, исходя  из той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, поскольку ФИО2 приобрел спорный дом и ФИО1, и придал ему статус залога.

Наличие просрочки ООО «Промстройимпэкс» и ФИО1 как солидарного должника (поручителя) по основному обязательству перед Банком –Кредитному договору № 

<

***> 16-к от 03.03.2016, наступила в июне 2016 года, следовательно на дату заключения договора залога (30.11.2016) АКБ «Северо-Восточный Альянс» знал о неплатежеспособности должника ФИО1

Кроме того, как следует из материалов дела, АКБ «Северо-Восточный Альянс» предоставил ООО «Промстройимпэкс» кредит в размере 19 млн.руб. несколькими траншами (последний транш – 16.03.2016), который должен был быть возвращен в течение 90 дней, то есть не позднее 16.06.2016 (п. 1.1.6 кредитного договора).

Тогда как, Общество, в  котором руководитель являлся должник, не смогло вернуть кредит в установленные договором сроки, допустив, соответственно, просрочку, погасив лишь малую часть долга.

В связи с допущенной просрочкой, АКБ «Северо-Восточный Альянс» и ООО «Промстройимпэкс» неоднократно подписывали дополнительные соглашения к кредитному договору, пролонгировав срок возврата траншей и увеличения обеспечения по кредиту. На дату подписания договора залога (30.11.2016) размер просроченного ООО «Промстройимпэкс» кредита составил 15 млн.руб.

Таким образом, на момент заключения с ФИО2 договора залога, Банк не мог не знать о неплатежеспособности ФИО1 как солидарного должника – поручителя ООО «Промстройимпэкс» по кредиту.

Не усматривает апелляционный суд  и нарушений судом первой инстанции при применении последствий недействительности сделки исходя из положений  ст. 167  ГК РФ, ст. 61.11 Закона о банкротстве, с учетом приведенных  разъяснений, и положений ст. 29 ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», ст. 25 ФЗ «Об ипотеке».

Таким образом, в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов, поскольку из собственности должника безвозмездно выбыло недвижимое имущество, с целью не допущения обращения взыскания на дом со стороны кредиторов должника.

Довод ФИО2 со ссылкой на статус единственного жилья, апелляционным судом отклоняется, поскольку  не исключает признание сделки недействительной, совершенной со злоупотреблением правом.  

     При установленных обстоятельствах, с учетом совокупности представленных доказательств суд первой  инстанции пришел к правильному выводу о недействительности сделки по заявленным управляющим основаниям.

Исходя из вышеизложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что совокупность всех установленных обстоятельств и собранных по делу доказательств свидетельствует о том, что оспариваемая сделка является подозрительной, действия ее сторон были направлены на причинение вреда имущественным правам кредиторов должника, в связи с чем, она подлежит признанию недействительной по основаниям, заявленным арбитражным управляющим. 

Оснований для отмены определения и удовлетворения жалобы, исходя из доводов жалоб, апелляционный суд не  усматривает. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено. 

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации 

 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 27.03.2020 по делу № А40- 21919/17 оставить без изменения, а апелляционные жалобы конкурсного управляющего АО АКЦИОНЕРНЫЙ КОММЕРЧЕСКИЙ БАНК "СЕВЕРО-ВОСТОЧНЫЙ АЛЬЯНС" и ФИО2    – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                     С.А. Назарова                      

Судьи:                                                                                                          Ж.Ц.Бальжинимаева                        

 

Д.Г.Вигдорчик