Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А40-29586/24-189-223

г. Москва

24 июля 2024 г.

Резолютивная часть решения объявлена 11 июля 2024 года

Полный текст решения изготовлен 24 июля 2024 года

 

Арбитражный суд города Москвы в составе:                                                                                                     

Председательствующего: судьи Ю.В. Литвиненко,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Д.А. Куликовой, 

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы дела по иску

ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "МИР ИНСТРУМЕНТА" (142700, МОСКОВСКАЯ ОБЛАСТЬ, ВИДНОЕ ГОРОД, РАДИАЛЬНАЯ 3-Я УЛИЦА, ДОМ 8, ПОМЕЩЕНИЕ 1-Н, КОМН 2, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 04.02.2005, ИНН: 

<

***>)

к ФИО1 (ИНН: 

<

***>)

о взыскании задолженности по договору №17/1034 от 01.06.2017 в размере 221 176 руб. в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам  ООО «ТК СИНЕРГИЯ СТРОЙ»,

при участии: согласно протоколу судебного заседания от 11 июля 2024 года, 

 

УСТАНОВИЛ:

ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "МИР ИНСТРУМЕНТА" обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к ФИО1 о взыскании задолженности по договору №17/1034 от 01.06.2017 в размере 221 176 руб. в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам  ООО «ТК СИНЕРГИЯ СТРОЙ».

Истец в заседание суда не явился, надлежащим образом извещен, о дате, времени и месте рассмотрения дела. Дело рассматривается в порядке ст. ст. 123, 156 АПК РФ, в отсутствие не явившегося представителя истца.

Ответчик возражал против удовлетворения заявленных требований по доводам отзыва.

Истцом по доводам отзыва, предоставленного ответчиком письменные пояснения не предоставлены.

Изучив все материалы дела, в том числе предмет и основание заявленного иска,  исследовав и оценив все представленные по делу доказательства по правилам ст. 71 АПК РФ, заслушав представителя ответчика, суд считает, что в удовлетворении исковых требований следует отказать в связи со следующим.

Из материалов дела следует, что между ООО «МИР ИНСТРУМЕНТА» (Продавец) и ООО «ТК СИНЕРГИЯ СТРОЙ» (Покупатель) заключен Договор поставки товара № 17/1034 от 01.06.2017г. (Договор).

Решением Арбитражного суда города Москвы по гражданскому делу № А40-169120/20-127-1280 вынесено решение о взыскании с ООО «ТК СИНЕРГИЯ СТРОЙ» в пользу ООО «МИР ИНСТРУМЕНТА» сумму основного долга по Договору поставки товара № 17/1034 от 01.06 2017 года в размере 208 527 руб. 99 коп.; сумму процентов за пользование чужими денежными средствами по ст. 395 Гражданского кодекса РФ, за период с даты возникновения просрочки оплаты по 03.09.2020 года, включительно, в размере 5 370 руб. 53 коп.; сумму процентов за пользование чужими денежными средствами по ст. 395 Гражданского кодекса РФ за период с даты вступления судебного акта в законную силу по дату фактической уплаты суммы задолженности и 7 278 руб. 00 коп. в счет оплаты государственной пошлины. Решение вступило в законную силу.

Кредитором был получен исполнительный лист серии ФС № 037798253 от 12 января 2021 года. Взыскание по исполнительному листу не производилось.

20 ноября 2023 года Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 46 по г. Москве было принято решение о прекращении юридического лица (исключение из ЕГРЮЛ юридического лица в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности), запись ГРН № 2237711417645.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ контролирующим лицом должника являлся: учредитель   и генеральный   директор   - ФИО2, ИНН 

<

***>.

На момент исключения ООО «ТК СИНЕРГИЯ СТРОЙ» имело непогашенную задолженность перед истцом в размере суммы основного долга - 208 527 руб. 99 коп., суммы процентов - 5 370 руб. 53 коп., суммы государственной пошлины - 7 278 руб. 00 коп., а всего - 221 176, 56 руб. Указанная задолженность остается непогашенной до настоящего времени.

Истец считает, что ответчик в силу п.п. 1-3 ст. 53.1 ГК РФ, п. 3.1 ст. 3 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», ст. ст. 9, 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» должен нести субсидиарную ответственность по обязательствам  ООО «ТК СИНЕРГИЯ СТРОЙ».

Таким образом, истец указывает, что размер ответственности бывшего руководителя и единственного участника ООО «ТК СИНЕРГИЯ СТРОЙ» ФИО2, привлекаемого к субсидиарной ответственности по обязательствам ликвидированного ООО «ТК СИНЕРГИЯ СТРОЙ», равен размеру неисполненного обязательства в размере 221 176, 56 руб.

Данные факты послужили основанием для обращения в суд.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд исходил из следующего.

В соответствии с п. 1 ст. 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (п. 3 ст. 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Согласно п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» применяя положения статьи 53.1 ГК РФ об ответственности лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входило названное лицо, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий связана с риском предпринимательской и (или) иной экономической деятельности.

Так, п. 3.1 ст. 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» предусмотрено, что исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в п. п. 1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Деятельность юридического лица прекращена в связи с исключением из ЕГРЮЛ на основании п. 2 ст. 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», согласно которому юридическое лицо, которое в течение 12-ти месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством РФ о налогах и сборах, не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность (далее - недействующее юридическое лицо).

При наличии одновременно указанных в пункте 1 статьи 21.1 ФЗ от 08.08.2001 № 129-ФЗ признаков недействующего юридического лица регистрирующий орган принимает решение о предстоящем исключении юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц.

Ведение предпринимательской деятельности посредством участия в хозяйственных правоотношениях через конструкцию хозяйственного общества (как участие в уставном капитале с целью получение дивидендов, так и участие в органах управления обществом с целью получения вознаграждения) – как правило, означает, что в конкретные гражданские правоотношения в качестве субъекта права вступает юридическое лицо.

Именно с самим обществом юридически происходит заключение сделок и именно от самого общества его контрагенты могут юридически требовать исполнения принятых на себя обязательств, несмотря на фактическое подписание договора документа с конкретным физическим лицом, занимающим должность руководителя.

Как и любое общее правило, эти положения рассчитаны на добросовестное поведение участников оборота, предполагающее, в том числе, надлежащее исполнение принятых на себя обществом обязательств.

Как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 по делу № 306-ЭС19-18285 привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (п. 1 ст. 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (ст. 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений (п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Так как любое общество (принимая на себя права и обязанности, исполняя их) действует прямо или опосредованно через конкретных физических лиц - руководителей организации, гражданское законодательство для стимулирования добросовестного поведения и недопущения возможных злоупотреблений со стороны физических лицруководителей в качестве исключения из общего правила (ответственности по обязательствам юридического лица самим юридическим лицом) – предусматривает определенные экстраординарные механизмы защиты нарушенных прав кредиторов общества.

Таким образом, физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпораций в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).

Однако в силу экстраординарности указанных механизмов ответственности руководителя перед контрагентами управляемого им общества, законодательством и судебной практикой выработаны как материальные условия (основания) для возложения такой ответственности (наличие всей совокупности которых должно быть установлено судом), так и процессуальные правила рассмотрения подобных требований.

Как для субсидиарной (при фактическом банкротстве), так и для деликтной ответственности (например, при отсутствии дела о банкротстве, но в ситуации юридического прекращения деятельности общества (исключение из ЕГРЮЛ)) необходимо наличие убытков у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя (при презюмируемой вине) и причинно-следственной связи между данными фактами.

Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Учитывая, что такая ответственность является исключением из правила о защите делового решения менеджеров, по данной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах. В частности, при оценке метода ведения бизнеса конкретным руководителем (в результате которого отдельные кредиторы не получили удовлетворения своих притязаний от самого общества) - кредитор, не получивший должного от юридического лица и требующий исполнения от физического лица-руководителя, должен обосновать наличие в действиях руководителя умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед контрагентом.

Не любое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в добросовестности действий руководителя должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать отсутствие намерений и желания погасить конкретную дебиторскую задолженность.

Таким образом, для привлечения единоличного исполнительного органа к субсидиарной ответственности доказыванию подлежит в силу ст. 65 АПК РФ состав правонарушения, включающий наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

Согласно п.п. 2, 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; 2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; 3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; 4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; 5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:  1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; 2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации; 3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Порядок и основания привлечения единоличного исполнительною органа общества к субсидиарной ответственности по обязательствам общества установлены законом.

При этом само по себе наличие непогашенной задолженности общества перед его кредиторами не влечет субсидиарной ответственности участника (руководителя) общества.

Однако, истцом, каких-либо доказательств в подтверждение того, что долг возник вследствие действий (бездействия) ответчика, суду не представлено. В материалах дела отсутствуют и истцом не представлены доказательства, свидетельствующие о противоправности действий ответчика.

Как предусмотрено п.1 ст. 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ (ред. от 29.07.2017) "О несостоятельности (банкротстве)" если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с п.2 ст. 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ (ред. от 29.07.2017) "О несостоятельности (банкротстве)" если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с п.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ (ред. от 29.07.2017) "О несостоятельности (банкротстве)" пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств, в частности, когда: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы; документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

Согласно абз. 2 п. 3 ст. 56 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности, также имеет значение и причинно-следственная связь между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Таким образом, бывший руководитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности при доказанности совокупности следующих условий:

объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения бывшим руководителем обязательств по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации;

вины бывшего руководителя должника, исходя из того, принял ли он все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (п. 1 ст. 401 ГК РФ);

причинно-следственной связи между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения руководителем должника обязательства по передаче конкурсному управляющему документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину руководителя, исходя из того, принял ли он все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 ГК РФ).

Вместе с тем, доводы заявителя опровергаются материалами дела.

Как объясняет ФИО1, он как генеральный директор ООО «ТК СИНЕРГИЯ СТРОЙ», действовал  в связи с очень оперативным введением ограничений, связанных с распространением COVID-19, а хозяйственные правоотношения с Истцом были в феврале 2020 года, что говорит об отсутствии оснований для привлечения Ответчика к субсидиарной ответственности за нарушение информационной обязанности.

13.11.2015 года ответчик учредил ООО «ТК Синергия Строй» (должник) с ОКВЭД - торговля оптовая лесоматериалами, строительными материалами и санитарно-техническим оборудованием.

Уставная деятельность должника осуществлялась посредством реализации простой системы: закупщики покупали строительные материалы различной номенклатуры (смеси, электрику, арматуру, крепежи, краску, лаки, инструменты и т.д.) и контролировали доставку на склад должника, менеджеры по продажам осуществляли поиск покупателей (у них была клиентская база), заключали договоры и контролировали отгрузку и доставку им материалов.

С 2016 по 2019 годы выручка должника выросла с 707 тыс. руб. до 118 739 тыс. руб. Организация добросовестно вела свою деятельность, что подтверждается в том числе отсутствием до 2019 года каких-либо судебных споров и притязаний со стороны контрагентов. Ответчик, как генеральный директор и участник должника нередко заключал с поставщиками договоры поручительства в обеспечение исполнения обязательств должника.

Должником использовался сайт с доменом https://sinergia-msk.ru/, на котором покупатели могли выбирать товар и делать заказ.

С 01.03.2018 года должник арендовал у АО «ЮВПК «Картонтара» нежилое помещение площадью 318,8 кв.м. под склад по адресу: 

<

...> (далее – склад).

21.10.2019 года от ООО «Картонтара» (правопреемник АО «ЮВПК «Картонтара») поступило письмо о том, что склад готовится к изъятию у собственника для государственных и муниципальных нужд и он вынужден расторгнуть договор аренды в одностороннем порядке с 21.12.2019 года.

Таким образом, к началу 2020 года должник остался без склада и произошел разрыв в процессе его деятельности, поскольку товар хранить было негде и некоторое время его часть находилась в личных автомобилях менеджеров должника.

В январе 2020 года с помощью менеджера ФИО3 были достигнуты договоренности об аренде нового склада на территории бывшего завода «Компрессор» по адресу: 

<

...> и все работники начали перевозить туда оставшуюся продукцию и договариваться с поставщиками о покупке новой продукции.

20.01.2020 года Всемирная организация здравоохранения анонсировала созыв экстренного заседания из-за распространения коронавируса.

На протяжении февраля 2020 года должник еще осуществлял закупку строительных материалов и завозил их на новый склад.

Указом Мэра Москвы от 05.03.2020 № 12-УМ «О введении режима повышенной готовности» на территории г. Москвы введены ограничительные меры, связанные с распространением коронавирусной инфекции COVID-19, покупатели начали отказываться от покупки строительных материалов, заказчики стали неплатежеспособны и не могли оплатить долги, у должника возникали трудности с оплатой труда работников и аренды склада, ответчику пришлось прекращать финансово-хозяйственную деятельность должника, поскольку было очевидно, что в таких условиях кредиторская задолженность будет нарастать и должник станет неспособен оплатить заработную плату работников. В течение марта 2020 года имеющийся на складе товар в срочном порядке был возвращен поставщикам или продан по цене ниже закупочной, чтобы можно было рассчитаться с работниками, после чего почти все работники были уволены 31.03.2020, а уставная деятельность должника прекращена.

После прекращения деятельности ответчик обратился к знакомым и попросил помощи во взыскании оставшейся непогашенной дебиторской задолженности, в это же время кредиторы взыскивали задолженность с должника.

После марта 2020 года в пользу должника была взыскана следующая дебиторская задолженность:

1. с ООО «Премиум-групп» в размере 474 090,34 руб.; 

2. с ООО «Бергхаус Проджект» в размере 458 178,95 руб.;

3. с ООО «Курс» в размере 162 442,33 руб.;

4. с ООО «МСК Инжиниринг» в размере 148 392,06 руб.;

5. с ООО «МТ-ТРЕЙД» в размере 54 258,64 руб.

По доводам ответчика,  большинство дебиторов должника оказались точно в такой же ситуации как и должник – их контрагенты отказывались от товара и в работе происходила пауза, которая не позволяла продолжать финансово-хозяйственную деятельность.

Таким образом, невозможность полного удовлетворения требований кредиторов должника и его объективное банкротство обусловлены конъюктурными причинами – введением ограничительных мер в целях недопустимости распространения коронавирусной инфекции CODIV-19 и возникшей неплатежеспособностью контрагентов должника, в силу чего Ответчиком прекращена его деятельность.

Также ответчиком предоставлены документы о состоянии здоровья ответчика, где  отражено, что во время очередной публикации ФНС об исключении Должника из ЕГРЮЛ Ответчик проходил обследование, а далее хирургическое лечение и последующее восстановление в связи с онкологическим заболеванием, в силу чего был не в состоянии заниматься иными мероприятиями (при этом юрист Ответчика направлял уведомление о возможности подачи такого возражения в ООО «Стандарт», которое является истцом в другом споре о привлечении Ответчика к субсидиарной ответственности по долгам должника.

Данные объяснения ответчика с предоставленными доказательствами стороной истца не оспорены, тогда как ответчиком в полной мере раскрыты перед судом причины неисполнения обязательства ООО «ТК СИНЕРГИЯ СТРОЙ», которое контролировал ФИО1 ФИО4 и доказательств именно намеренного недобросовестного поведения со стороны ответчика судом не установлено.

 Между тем, основанием для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности является не только вина названного лица, но и причинно-следственная связь между действиями указанного лица и последующим банкротством должника, наличие которой с учетом распределения бремени доказывания, согласно ст. 65 АПК РФ, подлежит доказыванию лицом, обратившимся с таким требованием в суд.

Таким образом, представленные доказательства не позволяют сделать достоверный вывод о том, что бездействие руководителя должника послужило препятствием для формирования конкурсной массы.

В рассматриваемой ситуации ответственность ФИО1 за наступившие неблагоприятных последствий для ООО «ТК СИНЕРГИЯ СТРОЙ» отсутствуют по причине отсутствия причинно-следственной связи между причиненными заявителю убытками и действиями (бездействием) ФИО1.

Указанные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии причинно-следственной связи между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением), бездействием руководителя должника и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

При этом, 19.10.2023 года юристом Ответчика в адрес ООО «Стандарт» было направлено уведомление об исключении Должника из ЕГРЮЛ с предложением направить в органы ФНС соответствующие возражения, чего ООО «Стандарт» сделано не было.

Уведомление было направлено только в ООО «Стандарт», поскольку после прекращения дела о банкротстве Должника (на стадии наблюдения) только это общество подало на Ответчика заявление о привлечении его к субсидиарной ответственности (дело № А40-22174/2023) и другие кредиторы к заявлению не присоединились, указанное дело рассматривается в настоящий момент в суде кассационной инстанции.

Таким образом, Ответчик не мог подать возражения в ФНС на решение об исключении должника из ЕГРЮЛ, поскольку находился на лечении. При этом, 21.03.2022 ФНС России уже принималось решение о предстоящем исключении Должника из ЕГРЮЛ, физическое состояние Ответчика тогда позволяло заняться вопросом о подаче возражений и 31.05.2022 они были поданы.

Само по себе исключение должника из ЕГРЮЛ не может служить основанием для привлечения членов органов управления к деликтной ответственности, поскольку для этого необходимо установить обстоятельства, в силу которых неплатежеспособность должника или уменьшение конкурсной массы возникли вследствие их недобросовестных действий.

В силу части 1 статьи 64 и статей 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об относимости и допустимости доказательств.

Согласно ст. 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений; обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле.

В соответствии сто ст. 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Учитывая изложенное, а также по результатам исследования и оценки представленных в материалы заявления доказательств, доводов сторон, суд приходит к выводу о недоказанности условий, необходимых для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности.

Расходы по оплате государственной пошлины по иску распределяются в порядке ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь ст. ст. 4, 9, 27, 41, 63-65, 71, 110, 112, 121, 122, 123, 156, 167-171, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований- отказать.

Решение может быть обжаловано в порядке и сроки, предусмотренные Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

 

         Судья:

Ю.В. Литвиненко