ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А http://13aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-97528/2024

22 сентября 2025 года

г. Санкт-Петербург

 Резолютивная часть постановления объявлена 08 сентября 2025 года  

Постановление изготовлено в полном объеме 22 сентября 2025 года  

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Слоневской А.Ю., судей Сотова И.В., Тойвонена И.Ю., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Аласовым Э.Б.о.,  

при участии: от финансового управляющего ФИО1: ФИО2 по доверенности от 27.01.2025, от ФИО3: ФИО4 по доверенности от 25.07.2025, 

от АО «Российский сельскохозяйственный банк»: ФИО5 по доверенности от 13.11.2024,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-16031/2025) акционерного общества «Российский сельскохозяйственный банк» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 23.05.2025 по делу № А56-97528/2024, принятое по заявлению финансового управляющего имуществом должника о завершении процедуры реализации имущества гражданина по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО3,  

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражном суде города Санкт-Петербурга и Ленинградской области находится дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (ИНН 

<

***>).  

Решением суда от 07.11.2024 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО1 (далее – финансовый управляющий). Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 212 от 16.11.2024.  

Финансовый управляющий обратился в суд с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества гражданина, освобождении его от дальнейшего исполнения требований кредиторов, выплате вознаграждения.  

Определением суда от 23.05.2025 завершена процедура реализации имущества, должник освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.  

Не согласившись с указанным судебным актом, акционерное общество «Российский сельскохозяйственный банк» (далее - Банк) обратилось в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемое определение и не применять в отношении должника правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед Банком, ссылаясь на незаконное получение заемных денежных средств в различных организациях в большом объеме в течение трех дней.  

Отзывы финансового управляющего и должника не приобщены к материалам дела, поскольку представлены с нарушением требований части 3 статьи 65, статьи 262 АПК РФ, не раскрыты заблаговременно перед сторонами и судом.  

В судебном заседании представитель Банка доводы апелляционной жалобы поддержал, представители должника и финансового управляющего возражали против удовлетворения апелляционной жалобы.  

Лица, участвующие в деле, уведомлены судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, апелляционная жалоба рассматривается в отсутствие неявившихся лиц согласно статье 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).  

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в части освобождения проверена апелляционным судом в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.  

Как следует из материалов дела, задолженность перед кредиторами первой и второй очередей у должника отсутствует, в третью очередь реестра требований кредиторов должника включены требования четырех конкурсных кредиторов в общем размере 13 184 700,58 руб.  

Расчеты с кредиторами, включенными в реестр требований кредиторов должника, не производились.  

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ и пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).  

Установив, что предусмотренные Законом о банкротстве мероприятия, необходимые для завершения процедуры реализации имущества гражданина, проведены, суд первой инстанции завершил процедуру.  

Согласно пункту 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, а также пункту 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015  

 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – Постановление № 45), одним из оснований, исключающих освобождение гражданина от обязательств, является наличие в материалах дела доказательств, подтверждающих, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе, совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.  

Перечень незаконных действий, указанный в пункте 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве не является исчерпывающим. О противоправном поведении должника, с учетом положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) будет свидетельствовать, также, злоупотребление правом с его  

стороны при вступлении в правоотношения с кредитором, повлекшее возникновение обязательства перед ним, не погашенного, в том числе, в ходе процедуры по делу о банкротстве.  

Указанный вывод соответствует правовой позиции, отраженной в пункте 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2(2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 26.04.2017, согласно которой, в ситуации, когда действительно будет установлено недобросовестное поведение должника, суд в соответствии со статьей 213.28 Закона о банкротстве и с учетом разъяснений, изложенных в Постановлении № 45, суд вправе в определении о завершении конкурсного производства указать на неприменение правил об освобождении гражданина от исполнения долговых обязательств.  

Закрепленные в законодательстве о банкротстве граждан положения о том, что недобросовестные должники не освобождаются от обязательств, а также о том, что банкротство лиц, испытывающих временные затруднения, недопустимо, направлены на исключение возможности получения должником несправедливых преимуществ, обеспечивая, тем самым, защиту интересов кредиторов.  

В пункте 12 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3(2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.11.2021, сформулирована правовая позиция о том, что гражданин не может быть освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов по итогам завершения расчетов с кредиторами в процедурах судебного банкротства или завершения процедуры внесудебного банкротства, если при возникновении или исполнении обязательств перед кредиторами он действовал незаконно или недобросовестно (в частности, осуществлял действия по сокрытию своего имущества, выведению активов, воспрепятствованию деятельности финансового управляющего и т.п.).  

В ходе процедуры реализации имущества гражданина финансовым управляющим выявлено следующее имущество: недвижимое имущество: квартира, распложенная по адресу: 188678, 

<

...>, категория земель: жилое, разрешенное использование: земли сельскохозяйственного использования, кадастровый номер: 47:07:0722001:24809 (совместно нажитое).  

Указанное имущество не включено в конкурсную массу в силу пункта 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (исполнительский иммунитет в отношении единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения, не обремененного ипотекой, действует и в ситуации банкротства должника (пункт 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве, абзац второй части 1 статьи 446 ГПК РФ)).  

Согласно пояснениям должника он с июня 2022 года занимался строительными работами на заводе по производству бытовой химии, где имел стабильный заработок. В ходе трудовой деятельности должник познакомился с гражданином ФИО6, который предложил ему расширение строительного дела и предложил внести денежные средства на покупку оборудования, таким образом, средства были направлены на предпринимательскую деятельность, что не свидетельствует о злоупотреблении правом. После передачи денежных средств ФИО6 сообщил, что заказал оборудование, но произошли проблемы с поставкой. Должник обратился с заявлением в полицию. Постановлением 87 ОП УМВД России по Всеволожскому району Ленинградской области от 05.09.2024 должнику отказано в возбуждении уголовного дела вследствие отсутствия  

достаточных данных, указывающих на наличие признаков преступления, предусмотренных статьей 330 Уголовного кодекса Российской Федерации.  

Институт банкротства является экстраординарным способом освобождения от долгов, поскольку в результате его применения могут в значительной степени ущемляться права кредиторов. Процедура банкротства не предназначена для необоснованного ухода от ответственности и прекращения долговых обязательств, а судебный контроль над этой процедурой, помимо прочего, не позволяет ее использовать с противоправными целями и защищает кредиторов от фиктивных банкротств.  

Законодательство о банкротстве устанавливает стандарт добросовестности, позволяя освободиться от долгов только гражданину-должнику, неумышленно попавшему в затруднительное финансово-экономическое положение, открытому для сотрудничества с финансовым управляющим, судом и кредиторами и оказывавшему им активное содействие в проверке его имущественной состоятельности и соразмерном удовлетворении требований кредиторов.  

Добросовестный должник при заключении кредитного договора самостоятельно предоставляет кредитной организации информацию о своих доходах и имуществе, которая может повлиять на решение кредитной организации о предоставлении заемного финансирования. Право кредитной организации на самостоятельное получение сведений о должнике не освобождает последнего от предоставления достоверной информации при заключении договора.  

Между тем, при заключении значительного количества кредитных договоров в течение непродолжительного периода времени, должник не предоставил кредитным организациям сведений о принятых на себя обременениях перед иными кредитными организациями, притом что, исходя из получаемого должником дохода, исполнение обязательств единовременно перед всеми кредитными организациями не представлялось возможным.  

Цели получения кредитных средств и их расходование должником не раскрыты, какое-либо имущество у должника не выявлено, при том, что с момента получения кредитов до заявления должника о собственном банкротстве прошло менее одного года.  

Отсутствие у должника имущества и дохода в размере, достаточном для погашения кредитов и осведомленность об этом обстоятельстве должника, обратившегося с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом), подтверждено в ходе процедуры реализации.  

При обращении клиента за получением кредита в течение пяти рабочих дней в несколько кредитных организаций, ими объективно не могут быть не получены сведения о принимаемых на себя должником обременениях.  

Обязательным элементом правовой конструкции освобождения должника-банкрота от исполнения обязательств как последствия признания его несостоятельным является добросовестность должника.  

Освобождение должника от исполнения обязательств само по себе не является целью банкротства гражданина. По общему правилу закрепленные в законодательстве о несостоятельности граждан положения о неосвобождении от обязательств недобросовестных должников направлены на исключение возможности получении должником несправедливых преимуществ, обеспечивая тем самым защиту интересов кредиторов (определение Верховного Суда Российской Федерации от 07.11.2017 № 308-ЭС17-15938).  

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 19.04.2021 № 306-ЭС20-20820, институт банкротства - этой крайний экстраординарный способ освобождения от долгов, поскольку в результате его применения могут в значительной степени ущемляться права  

кредиторов, рассчитывающих на получение причитающегося им. Процедура банкротства не предназначена для необоснованного ухода от ответственности и прекращения долговых обязательств, а судебный контроль над этой процедурой помимо прочего не позволяет ее использовать с противоправными целями и защищает кредиторов от фиктивных банкротств. Законодательство о банкротстве устанавливает стандарт добросовестности, позволяя освободиться от долгов только честному гражданину-должнику, неумышленно попавшему в затруднительное финансово-экономическое положение, открытому для сотрудничества с финансовым управляющим, судом и кредиторами и оказывающему им активное содействие в проверке его имущественной состоятельности и соразмерном удовлетворении требований кредиторов.  

Само по себе подписание должником в короткий промежуток времени кредитных договоров с разными кредитными организациями свидетельствует о том, что она понимала невозможность исполнения обязательств в связи с отсутствием соответствующего уровня доходов с учетом уже принято на себя долговой нагрузки.  

Кроме того, должник, подав заявки на получение кредитов и заключив последовательно несколько кредитных договоров, осознанно ввел в заблуждение банка относительно уровня своей кредитоспособности, скрыла сведения об объемах своих обязательств, фактически предоставив недостоверные сведения о финансовом состоянии, умышленно сделала невозможным проведение банками полноценной оценки кредитных рисков.  

В данном случае апелляционный суд установил, что должник в течение нескольких дней приняла обязательства в размере более 10 млн.руб., которые заведомо не могли им исполняться с учетом общей долговой нагрузки перед всеми кредитными организациями, при этом сведения о расходовании значительной суммы кредитных средств должником не приведены, что в совокупности свидетельствует о недобросовестном поведении должника.  

Подобное поведение само по себе неприемлемо для получения привилегий посредством банкротства и является обстоятельством, препятствующим освобождению гражданина от обязательств (абзац третий пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).  

Апелляционный суд критически относится к пояснениям должника относительно ведении им предпринимательской деятельности с июня 2022 года, поскольку данные сведения противоречат той информации о трудоустройстве, которая сообщена должником в анкетах на выдачу кредитов. С момента передачи должником кредитных денежных средств иному лицу на приобретение оборудования до момента обращения в полицию прошло два года. При этом с требованиями о возврате денежных средств к третьему лицу должник не обращался, равно как и передача денежных средств в значительном размере, не оформлена какими-либо документами, а в возбуждении уголовного дела отказано. Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что должник формально в преддверии банкротства обратился с заявлением в полицию для получения документа, позволяющего признать его потерпевшим. Таким образом, должником кредитные средства потрачены на неустановленные нужды, при этом размер долговой нагрузки заведомо не позволял должнику исполнять обязательства перед кредиторами.  

С учетом установленных обстоятельств апелляционный суд пришел к выводу о том, что должник вел себя недобросовестно, в связи с чем имеются основания, предусмотренные пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, для неосвобождения ФИО3 от исполнения обязательств перед кредиторами.  

Апелляционный суд не усматривает оснований для освобождения ФИО3 от исполнения обязательств перед кредиторами, поскольку доводы апелляционной жалобы объективно подтверждены и не опровергнуты должником.  

Определение от 13.03.2024 в обжалуемой части подлежит отмене с принятием судебного акта о неприменении к должнику правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств.  

Руководствуясь пунктом 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 23.05.2025 по делу № А56-97528/2024 отменить.  

Не применять в отношении ФИО3 правило об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов.  

Взыскать с ФИО3 в пользу акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк» 30 000 рублей в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.  

Председательствующий А.Ю. Слоневская  

Судьи И.В. Сотов  

И.Ю. Тойвонен