ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12  

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru 

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

  № 09АП-23799/2024

Дело № А40-182014/21

г. Москва

06 июня 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 23 мая 2024 года  Постановление изготовлено в полном объеме 06 июня 2024 года  

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Ж.В. Поташовой, судей М.С. Сафроновой, Н.В. Юрковой, при ведении протокола секретарем судебного заседания М.С. Чапего, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ИП ФИО1 на  определение Арбитражного суда г. Москвы от 12.03.2024 по делу № А40-182014/21,  вынесенное судьей В.М. Марасановым в рамках дела о несостоятельности  (банкротстве) ООО «Стройхолдинг»  

о признании недействительной сделкой договор купли-продажи от 13.05.2021,  заключенный между ООО «Стройхолдинг» и Индивидуальным предпринимателем  ФИО1  

при участии в судебном заседании:  

от ИП ФИО1 –ФИО2 по доверенности от 11.04.2024  

Малтабар .А.А. – лично, паспорт  иные лица не явились, извещены  

У С Т А Н О В И Л:

решением Арбитражного суда города Москвы от 18.10.2022 ООО  «Стройхолдинг» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника  открыто конкурсное производство, обязанности конкурсного управляющего ООО  «Стройхолдинг» возложены на временного управляющего должника ФИО3.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 16.12.2022 конкурсным  управляющим ООО «Стройхолдинг» утвержден ФИО3.  

В Арбитражный суд города Москвы 20.12.2022 поступило заявление  конкурсного управляющего должника ФИО3 о признании недействительным  договора купли-продажи от 13.05.2021, заключенного между ООО «Стройхолдинг» и  ИП ФИО1, применении последствий недействительности  сделки.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 12.03.2024 заявление  конкурсного управляющего ООО «Стройхолдинг» удовлетворено частично. Признан  недействительной сделкой договор купли-продажи от 13.05.2021, заключенный между  ООО «Стройхолдинг» и Индивидуальным предпринимателем ФИО1. Применены последствия недействительности сделки. Взыскана с  Индивидуального предпринимателя ФИО1 в конкурсную массу  ООО «Стройхолдинг» рыночная стоимость транспортного средства в размере 2 420 000  руб. В остальной части заявления конкурсного управляющего ООО «Стройхолдинг»  отказано.  

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, ИП ФИО1 обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной  жалобой, в которой просит указанное определение суда первой инстанции отменить и  направить спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.  

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству вместе с  соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети  Интернет на сайте www.kad.arbitr.ru в соответствии положениями части 6 статьи 121  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

От конкурсного управляющего должника поступил отзыв на апелляционную  жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменения, апелляционную  жалобу – без удовлетворения, который на основании статьи 262 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации приобщен судом к материалам дела  протокольным определением от 22.05.2024.  

В судебном заседании представитель ИП ФИО1 поддержал доводы  апелляционной жалобы.  

Конкурсный управляющий должника просил определение суда оставить без  изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в  апелляционном порядке.  

Исследовав доказательства, представленные в материалы дела, оценив их в  совокупности и взаимной связи в соответствии с требованиями статьи 71  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом  установленных обстоятельств по делу, апелляционный суд считает доводы жалобы  необоснованными в силу следующего.  

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, статьей 32 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127- ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о  несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам,  предусмотренным настоящим кодексом, с особенностями, установленными  федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).  

Основания оспаривания сделок должника предусмотрены главой III.1 Закона о  банкротстве.  

В соответствии с пунктом 3 статьи 129 Закона о банкротстве арбитражный  управляющий вправе предъявлять в арбитражный суд от своего имени требования о  признании недействительными сделок и решений, а также требования о применении  последствий недействительности ничтожных сделок.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки,  совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны  недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а  также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.  

В силу положений пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками,  которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том  числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей,  

возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством,  законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской  Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими  отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во  исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об  оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о  банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.  

Согласно статье 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки  должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или  конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению  собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности  исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать  о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим  Федеральным законом.  

Согласно подпунктам 1, 2, 6 пункта 1 Постановления Пленума ВАС РФ от  23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1  Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» по правилам главы III.1  Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться: действия, являющиеся  исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или  безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником  иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на  прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление  отступного и т.п.); банковские операции, в том числе списание банком денежных  средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком  или другими лицами (как без акцептное, так и на основании распоряжения клиента);  действия по исполнению судебного акта, в том числе определения об утверждении  мирового соглашения.  

Как следует из доводов заявления, согласно ответу МО ГИБДД ТНРЭР № 1 ГУ  МВД России по г. Москве 45/16-11007 от 05.10.22, ООО «Стройхолдинг» в лице  директора ФИО4 и Индивидуальный предприниматель ФИО1 заключили договор купли-продажи от 13.05.21, согласно которому ООО  «Стройхолдинг» (продавец) продал, а ИП ФИО1 (покупатель) купил автомашину  марки АБ-41434А, 2014 года изготовления, регистрационный номер 

<

***>, VIN  

<

***>, по цене 100 000 рублей.  

Конкурсный управляющий просит признать договор купли-продажи от  13.05.2021 недействительным по основаниям п.п.1 и 2 ст.61.2 Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)» № 127-ФЗ от 26.10.2002.  

В судебном заседании 20.03.2023 конкурсный управляющий уточнил заявление  в части оснований признания договор купли-продажи от 13.05.2021 между ООО  «Стройхолдинг» и ИП ФИО1 и последующий договор купли-продажи от 18.09.21 между ФИО1 и ФИО5 недействительными по основаниям ст.ст.10, 168, 170 ГК РФ.  

По смыслу статьи 6, части 1 статьи 168, части 4 статьи 170 АПК РФ  арбитражный суд не связан правовой квалификацией спорных отношений, которую  предлагает истец, а должен сам правильно квалифицировать спорные правоотношения  и определить нормы права, подлежащие применению в рамках фактического основания  и предмета иска. Суд определяет, какие нормы права следует применить к  установленным обстоятельствам.  

Как следует из материалов дела и установлено судом, определением  Арбитражного суда г.Москвы от 08.09.2021 принято заявление Федеральной налоговой  службы в лице ИФНС России № 24 по г. Москве о признании ООО «Стройхолдинг»  

несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре отсутствующего должника и  возбудить производство по делу № А40-182014/21-177-518.  

Спорный договор купли-продажи между ООО «Стройхолдинг» и ИП ФИО1 был заключен 13.05.2021, т.е. в течение одного года до принятия заявления о  признании банкротом.  

В статье 61.2 Закона о банкротстве предусмотрены основания для признания  недействительными подозрительных сделок должника.  

При этом в зависимости от того, когда была совершена подозрительная сделка (в  течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом или  после принятия этого заявления; не позднее чем за три года, но не ранее чем за один  год до принятия заявления о признании должника банкротом) законодатель  устанавливает различный круг обстоятельств, подлежащих доказыванию.  

В соответствии с п.1 ст.61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная  должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или  после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом  недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой  стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия  существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных  условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки  (подозрительная сделка).  

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в  частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если  рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им  иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного  встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств  такого встречного исполнения обязательств.  

В соответствии с п.2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная  должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть  признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в  течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после  принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред  имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной  цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).  

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана  заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении  интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или  недостаточности имущества должника.  

 Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается,  если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения  сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества  и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо  направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю  (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников)  должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость  переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок  имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и  более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной  организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника,  определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную  дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место  жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед  совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо  

уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской  и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено  законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего  исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской  отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения  сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или)  владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении  судьбы данного имущества».  

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 5 Постановления Пленума  ВАС РФ от 23.12.2010 N 63, «Пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной  должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов  (подозрительная сделка).  

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному  основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие  совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью  причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения  сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона  сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту  совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в  признании сделки недействительной по данному основанию.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в  виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним  понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или)  увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия  совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или  могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить  удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества».  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки,  совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны  недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а  также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.  

Согласно п. 1 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 «О некоторых  вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума N 63) в силу пункта  3 статьи 61.1 Закона о банкротстве, под сделками, которые могут оспариваться по  правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на  исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским,  трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах,  таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным  законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства  Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов  или правовых актов иных органов государственной власти.  

В пункте 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы  III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что в  порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат  рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании  недействительными сделок должника как по специальным основаниям,  предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в  этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям,  

предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям,  предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах).  

Обращаясь с заявлением о признании договора недействительной сделкой,  конкурсный управляющий заявил основания для признания сделки недействительной  по ст.10, 168, 170 ГК РФ.  

В силу разъяснений, изложенных в абзаце четвертом пункта 4 постановления  Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63, наличие в законодательстве о банкротстве  специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду  квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом,  как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Однако в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками,  выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок (определение ВС РФ от  28.04.2016 N 306-ЭС15- 20034).  

Таким образом, для признания сделки недействительной необходимо установить  наличие у сделки пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок  (предусмотренных статьями 61.2 и 61.3), для квалификации сделки, при совершении  которой допущено злоупотребление правом, как ничтожной (статьи 10 и 168 ГК РФ).  

Во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных  противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению  своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых  на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм  оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам  кредиторов (далее также сделки, причиняющие вред).  

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением  причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется  как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ.  

В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима  и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в  частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества  должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.  

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные  основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях  причинения вреда имущественным правам кредиторов.  

Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом  недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны  признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда  имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной  цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие  процессуальные возможности сторон обособленного спора.  

Во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных  противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению  своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых  на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм  оспаривания сделок, совершенных в преддверии банкротства.  

Подобные сделки могут быть признаны недействительными по основаниям и в  порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о  банкротстве, пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с  применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).  

При этом баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов  должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением  

критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода  глубины ее проверки.  

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не  допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением  причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а  также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав  (злоупотребление правом).  

В статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации отмечено, что при  установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении  гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны  действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего  незаконного или недобросовестного поведения.  

Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом  понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением  пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на  причинение вреда третьим лицам.  

Из положения указанной нормы следует, что действия по реализации  имеющихся прав, но причиняющие вред другим лицам, являются недозволенными  (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом.  

Назначение субъективного права состоит в предоставлении уполномоченному  субъекту юридически гарантированной возможности удовлетворять потребности, не  нарушая при этом интересов других лиц, общества и государства.  

Если субъективное право осуществляется в противоречии с назначением,  происходит конфликт между интересами общества и конкретного лица.  

Следовательно, под злоупотреблением правом, по смыслу ст. 10 ГК РФ,  понимается осуществление уполномоченным субъектом своего субъективного права в  пределах предоставленных ему прав, но в противоречии с его назначением, без  соотнесения своего поведения с интересами общества и государства, и при  неисполнении корреспондирующей данному праву юридической обязанности.  

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками  гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо  исследование и оценка конкретных действий и поведения данных лиц с позиции  возможных негативных последствий, как для сторон сделок, так и для прав и законных  интересов иных граждан и юридических лиц.  

При этом необходимо учитывать, что в силу положений ст. 10 ГК РФ любое  злоупотребление правом - это всегда виновное правонарушение, происходящее на фоне  внешне и формально правомерных действий, в связи с чем, злоупотребление правом,  допущенное при совершении сделок, является основанием для признания этих сделок  ничтожными в соответствии со ст. 168 ГК РФ, как не соответствующих закону.  

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 30.04.2009 N 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием  сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности  (банкротстве)» разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления  гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской  Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов  кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть  признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве  сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.  

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная  лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия,  ничтожна. Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели  достижения заявленных результатов.  

Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. 

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели  не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения  на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно  порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как  ничтожной.  

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее  сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все  документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся.  

Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом  путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений  сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности  согласующихся между собой доказательств.  

Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в  суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65,  168, 170 АПК РФ).  

Как разъяснено в абзаце 2 пункта 86 Постановления N 25, следует учитывать,  что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное  исполнение.  

Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество  должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и  составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль  соответственно продавца или учредителя управления за ним.  

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида  государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое  имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании  пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

В абзаце 32 статьи 2 Закона о банкротстве указано понятие вреда, причиненного  имущественным правам кредиторов - уменьшение стоимости или размера имущества  должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также  иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых  действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов  получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его  имущества.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается,  если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности  или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно.  

Согласно разъяснениям, данным в пункте 6 постановления Пленума ВАС РФ от  23.12.2010 N 63, при определении наличия признаков неплатежеспособности или  недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в  абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.  

На основании статьи 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью  понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или  обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью  денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если  не доказано иное.  

Под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных  обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над  стоимостью имущества (активов) должника.  

Как следует из материалов дела, на момент совершения оспариваемой сделки у  должника имелись неисполненные денежные обязательства.  

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда  Российской Федерации от 12.02.2018 N 305-ЭС17-11710(3) по делу N А40-177466/2013,  по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего  пункта 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации  от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1  Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» наличие у должника на  определенную дату просроченного обязательства, которое не было исполнено  впоследствии и было включено в реестр, подтверждает факт неплатежеспособности  должника в такой период.  

Учитывая вышеуказанные обстоятельства, принимая во внимание, что согласно  ст. 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью понимается прекращение  исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате  обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств, суд первой  инстанции признал доказанным, что на момент совершения оспариваемого договора  должник отвечал признакам неплатежеспособности и имело неисполненные  обязательства.  

Доказательств обратного лицами, участвующими в обособленном споре, в  материалы обособленного спора в нарушение статьи 65 АПК РФ не представлено.  

Более того суд первой инстанции отметил, что в соответствии с правовой  позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от  12.03.2019 N 305-ЭС17-11710, применимой к рассматриваемым правоотношениям, сама  по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности  имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции  цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в  качестве подозрительной.  

В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может  быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК  РФ).  

Оценивая действия должника и ответчика по заключению оспариваемого  договора, суд также исходит из следующего. Стоимость транспортного средства,  согласованная сторонами, составляет 100 000 рублей.  

В обоснование доводов о неравноценности и убыточности условий договора,  конкурсным управляющим в материалы обособленного спора представлен отчет  оценщика ООО «Капитал Оценка» 793/22 от 17.11.2022, согласно которому рыночная  стоимость оспариваемого имущества - стоимость автомашины АБ-41434А, 2014 года  изготовления, VIN 

<

***> составляла 2 420 000 руб., а также распечатки  с интернет-ресурса auito.ru.  

Указанные сведения ответчиком не оспорены, правом на заявление ходатайства  о назначении судебной экспертизы с целью определения действительной рыночной  стоимости транспортного средства ответчик не воспользовался.  

Допустимость использования вышеуказанной электронной площадки для  подтверждения рыночной стоимости транспортных средств подтверждается судебно-арбитражной практикой (постановление Арбитражного суда Московского округа от  13.12.2018 N Ф05-21131/2018 по делу N А40-24145/2016).  

Кроме того, как указано в пункте 2 статьи 469 ГК РФ, при отсутствии в договоре  купли-продажи условий о качестве товара продавец обязан передать покупателю товар,  пригодный для целей, для которых товар такого рода обычно используется.  

Если продавец при заключении договора был поставлен покупателем в  известность о конкретных целях приобретения товара, продавец обязан передать  покупателю товар, пригодный для использования в соответствии с этими целями.  

Внесение в договор или акт приема-передачи соответствующих оговорок о  наличии технических неисправностей и повреждений транспортных средств является  

обычной практикой для договоров купли-продажи, стороны которых должны быть  заинтересованы в исключении будущих претензий друг к другу относительно предмета  договора.  

В соответствии с правовой позицией, сформулированной в постановлении  Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.06.11 N 913/11  по делу N А27- 4849/2010, существенным является расхождение стоимости объекта с  его рыночной стоимостью в размере 30% и более.  

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что по условиям  оспариваемой сделки транспортное средство было продано по цене многократно раз  ниже рыночной цены этого имущества, а потому спорная сделка совершена при  неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.  

При этом Верховый Суд РФ в определении от 09.10.2017 N 308-ЭС15-6280  обратил внимание на правовую позицию Президиума ВАС РФ, изложенной в пункте 9  информационного письма от 13.11.2008 № 126 «Обзор судебной практики по  некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного  владения», согласно которой явно заниженная цена продаваемого имущества может  свидетельствовать о том, что приобретатель не является добросовестным.  

Намереваясь приобрести имущество по явно заниженной стоимости, покупатель,  проявляя обычную при таких обстоятельствах степень осмотрительности, должен  предпринять дополнительные меры, направленные на проверку юридической судьбы  вещи.  

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 30.04.2009 N 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием  сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности  (банкротстве)» разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления  гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской  Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов  кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть  признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве  сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.  

При оценке добросовестности сторон, суд принимает во внимание  представленные конкурсным управляющим доказательства, свидетельствующие о том,  что ФИО1 при заключении сделки не являлся независимым участником  гражданского оборота.  

Так, ФИО4, являвшийся последним руководителем должника указал,  что являлся им номинально, а распорядительные и управленческие функции должника  исполнялись фактически ФИО6 и его заместителем ФИО1, которые  давали указания в отношении всех совершаемых сделок, в т.ч. по заключению  должником оспариваемого договора.  

Данные сведения, как пояснил арбитражный управляющий, подтвердила также  бывший главный бухгалтер ФИО7  

Согласно договора подряда должника с АО «ОЭК» № 15126-АТР-18 от 10.122018  года, ФИО1 фигурирует как начальник отдела снабжения, а адрес его электронной  почты sssergeyevich@gmail.com фигурирует как адрес электронной почты должника,  т.е. ФИО1 курировал все отношения между должником и АО «ОЭК».  

В пункте 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 «Обзор практики применения  арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»  недобросовестное поведение (злоупотребление правом) одной стороны сделки,  которым воспользовался контрагент, является основанием для признания сделки  недействительной в соответствии со статьей 10, 168 Гражданского кодекса Российской  Федерации.  

Из этого следует, что отчуждение не имеющего недостатков имущества  (доказательства обратного не представлено) по цене, значительно заниженной,  очевидно свидетельствовало о том, что продавец преследовал цель вывода ликвидного  имущества.  

Это, в свою очередь, не могло не породить у любого добросовестного и  разумного участника гражданского оборота сомнений относительно правомерности  отчуждения.  

Ответчик, проявляя обычную степень осмотрительности, должен был  предпринять дополнительные меры, направленные на проверку обстоятельств, при  которых продавец отчуждает транспортное средство по цене более чем на 2 300 000,00  рублей ниже рыночной.  

Он не мог не осознавать, что сделка с такой ценой нарушает права и законные  интересы кредиторов, справедливо рассчитывающих на удовлетворение их требований  за счет равноценного денежного эквивалента, полученного от реализации имущества.  

Таким образом, ответчик при заключении договора не мог не знать, что  транспортное средство приобретается им по заниженной стоимости, выходящей за  пределы обычаев делового оборота, что не могло не породить у ответчика сомнений в  добросовестности должника.  

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что совершение договора купли-продажи транспортного средства, по цене, существенно заниженной, является  злоупотреблением правом с целью предотвращения возможного обращения взыскания  на транспортное средство и причинения вреда имущественным правам кредиторов.  Признавая указанные доводы конкурсного управляющего обоснованными, суд исходит  из того, что заявление об отрицательном факте, по общему правилу, перекладывает на  другую сторону обязанность по опровержению утверждения заявителя.  

Исходя из установленного законом по делам рассматриваемой категории  распределения бремени доказывания, обстоятельства, касающиеся осуществления  равноценного встречного исполнения обязательств по сделке, подлежат доказыванию  ответчиком.  

Доказательств того, что должник получил по оспариваемому договору купли-продажи какое-либо эквивалентное встречное предоставление, суду не представлено.  Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или  несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации).  

Нежелание представить доказательства должно квалифицироваться  исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого  аргументировано со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный  оппонент.  

Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск  наступления последствия такого своего поведения.  

Данная позиция изложена в постановлении Президиума ВАС РФ от 06.03.2012 N  12505/11 по делу N А56-1486/2010. Аналогичный подход содержится и в практике  судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ (определение N  302-ЭС14-1472 от 21.04.2016).  

Суд при рассмотрении дела исходит из совокупности фактически  представленных доказательств, учитывая, что в рамках реализации принципа  состязательности процесса стороны осуществляют свои процессуальные права своей  волей и в своем интересе, следствием чего является риск наступления для них  негативных последствий от использования либо неиспользования принадлежащих им  прав.  

В рассматриваемом случае стороны злоупотребили своим правом на свободу  заключения договора, которое выразилось в их недобросовестном поведении,  

направленном на ущемление прав кредиторов путем вывода из конкурсной массы  ликвидного имущества, за счет которого могли быть удовлетворены требования  кредиторов.  

Кроме того, поскольку обстоятельства, при которых была совершена сделка  (фактическая безвозмездная), очевидным образом демонстрируют неправомерное и  согласованное усмотрение сторон, суд первой инстанции признал их  недействительными применительно к положениям статьи 10 и статьи 168  Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Вследствие безвозмездной передачи денежных средств был причинен вред  имущественным интересам независимых кредиторов, поскольку они лишились  возможности получить удовлетворение за счет этих средств.  

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что  совершение договора от 13.05.2021, по цене, существенно заниженной, является  злоупотреблением правом с целью предотвращения возможного обращения взыскания  на предмет лизинга - транспортное средство и причинения вреда имущественным  правам кредиторов.  

Относительно признания договора от 18.09.2021 между ФИО1 и ФИО5 недействительным, суд первой  инстанции обратил внимание на следующее.  

ФИО5, привлеченный в дело определением Арбитражного суда города  Москвы от 20.03.2023, представил отзыв, в котором возражает против признания  договора от 18.09.2021 недействительным по обстоятельствам, изложенным в отзыве, в  том числе ссылаясь на продажу автомашины ФИО8 по договору от 16.11.2022  ФИО8, привлеченный в дело определением Арбитражного суда города Москвы  от 16.10.2023, отзыв не представил.  

Суд первой инстанции обратил внимание, что сторонами не представлены  доказательства о рыночной стоимости автомашины на момент заключения договоров  от 18.09.2021 и 16.11.2022, как не предоставлены основания полагать какую-либо связь  между должником, ФИО1, ФИО5 и ФИО8  

Соответственно, обстоятельства для признания данных сделок  недействительными, подлежащие доказыванию в данном случае, не установлены.  

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или  несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации).  

Суд при рассмотрении дела исходит из совокупности фактически  представленных доказательств, учитывая, что в рамках реализации принципа  состязательности процесса стороны осуществляют свои процессуальные права своей  волей и в своем интересе, следствием чего является риск наступления для них  негативных последствий от использования либо неиспользования принадлежащих им  прав.  

Следовательно, требование конкурсного управляющего в части признания  договора от 18.09.2021 между ФИО1 и ФИО5 удовлетворению не  подлежит.  

Относительно ходатайства управляющего об истребовании из незаконного  владения в конкурсную массу автомашину марки АБ-41434А, 2014 года изготовления,  VIN 

<

***> суд обращает внимание на следующее.  

В соответствии с п. 16 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с  применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»,  если право на вещь, отчужденную должником по сделке, после совершения этой сделки  было передано другой стороной сделки иному лицу по следующей сделке (например,  по договору купли-продажи), то заявление об оспаривании первой сделки  

предъявляется по правилам статьи 61.8 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ  «О несостоятельности (банкротстве)» к другой ее стороне.  

Если первая сделка будет признана недействительной, должник вправе  истребовать спорную вещь у ее второго приобретателя только посредством  предъявления к нему виндикационного иска вне рамок дела о банкротстве по правилам  статей 301 и 302 ГК РФ.  

В случае подсудности, виндикационного иска тому же суду, который  рассматривает дело о банкротстве оспаривающее сделку лицо вправе по правилам  статьи 130 АПК РФ соединить в одном заявлении, подаваемом в рамках дела о  банкротстве, требования о признании сделки недействительной и о виндикации  переданной по ней вещи; также возбужденное вне рамок дела о банкротстве тем же  судом дело по иску о виндикации может быть объединено судом с рассмотрением  заявления об оспаривании сделки - их объединенное рассмотрение осуществляется в  рамках дела о банкротстве.  

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 34 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в  судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности  и других вещных прав» в случаях, когда между лицами отсутствуют договорные  отношения или отношения, связанные с последствиями недействительности сделки,  спор о возврате имущества собственнику подлежит разрешению по правилам статей  301, 302 ГК РФ.  

В соответствии со ст. 301 ГК РФ, собственник вправе истребовать свое  имущество из чужого незаконного владения. Если имущество приобретено у лица,  которое не имело имущества из незаконного владения приобретателя (статьи 301, 302  ГК РФ).  

По смыслу ст. 302 ГК РФ, собственник вправе опровергнуть возражение  приобретателя о его добросовестности (основанной на сведениях Единого реестра  прав), доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в  праве продавца на отчуждение имущества.  

Наличие в соответствующем государственном реестре записи о праве  собственности отчуждателя бесспорно не доказывает добросовестность приобретателя  (п. 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 «О некоторых  вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с  защитой права собственности и других вещных прав»).  

Между тем, доказательства недобросовестного поведения со стороны ФИО5 и ФИО8 в материалы дела не представлены. Верховный суд Российской  Федерации в определении от 30.08.2017 N 305-КГ17- 1113 указал, что не отражение в  судебных актах всех имеющихся в деле доказательств либо доводов стороны не  свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной проверки и оценки.  

Все иные доводы и аргументы проверены судом и не опровергают доводов,  приведенных заявителем в обоснование заявленного требования.  

Согласно пункту 29 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда  Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с  применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»,  если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной,  была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части  определения о признании сделки недействительной также указывает на применение  последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 ГК РФ, пункт 1 статьи  61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того,  было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.  

Пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации  установлено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за  исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с  момента ее совершения.  

В силу пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при  недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все  полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в  том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом,  выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах -  если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.  

В силу п. 1 ст. 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или  иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а  также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с  главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.  

В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре  приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на  момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением  стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса  Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного  обогащения.  

Как следует из материалов дела, в настоящий момент собственником  автомашины АБ41434А, 2014 года изготовления, VIN 

<

***> является  ФИО8, Ростовская область, следовательно, ИП ФИО1 не может  возвратить имущество в конкурсную массу в натуре.  

В качестве последствий признания недействительной сделки заявитель просит  взыскать с ФИО1 в конкурсную массу рыночную стоимость  автомашины в размере 2 420 000 руб.  

Учитывая изложенное, суд первой инстанции, руководствуясь положениями  ст.61.6 Закона о банкротстве, пришел к обоснованному выводу о применении  последствий недействительности оспариваемой сделки в виде взыскания в конкурсную  массу должника денежных средств в размере 2 420 000 руб.  

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов определения суда  первой инстанции и не содержат указаний на новые имеющие значение для дела  обстоятельства.  

ФИО1 оспаривает доказанность оснований по п.1 ст.61.2 Закона о  банкротстве, ст. 10 ,168 ГК РФ, а также рассмотренные доказательства по делу в части  стоимости транспортного средства (далее - ТС) и пояснений руководящих работников  должника, и просит направить спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.  

Оценив представленные доказательства в своей совокупности, суд первой  инстанции правильно принял решение относительно рыночной стоимости  транспортного средства (далее – ТС) на дату совершения оспариваемой сделки.  

Соответственно, техническое состояние ТС, уступленного по договору по цене,  кратно заниженной в отношении той цены, по которой непосредственно ответчик  предлагал неопределенном кругу лиц (с учетом необходимости немедленной  реализации ТС, т.е. минимального времени экспозиции на рынке, цена предложения  также была заниженной), заведомо было лучше, чем то состояние, которое бы  соответствовало цене договора.  

В соответствии с правовой позицией, сформулированной в постановлении  Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.06.11 N 913/11  по делу N А27-4849/2010, существенным является расхождение стоимости объекта с  его рыночной стоимостью в размере 30% и более.  

В данном споре установлено, что цена ТС при продаже была занижена кратно. В  части обжалования по основаниям, предусмотренным ст.ст.10 168 ГК РФ.  

Наличие в Законе банкротстве специальных оснований оспаривания сделок,  предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 названного Закона, само по себе не препятствует  суду квалифицировать сделку, как ничтожную в силу статьи 168 Гражданского кодекса  Российской Федерации.  

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при  установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении  гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны  действовать добросовестно.  

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или  недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской  Федерации).  

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не  допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить  вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иной  заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление  правом).  

В силу разъяснений, изложенных в абзаце четвертом пункта 4 Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах,  связанных с применением главы III.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года №  127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Пленума N 63) в рамках дела о  банкротстве суд вправе квалифицировать сделку, при совершении которой допущено  злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса  Российской Федерации).  

Согласно рекомендациям, изложенным в пункте 9 информационного письма  Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127  «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса  Российской Федерации», если при заключении договора стороной было допущено  злоупотребление правом, данная сделка признается судом недействительной на  основании пункта 2 статьи 10 и статьи 168 Гражданского кодекса Российской  Федерации.  

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от  23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой  Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума N 25)  разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные,  следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского  оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего  ей, в том числе в получении необходимой информации.  

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса добросовестность  участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются,  пока не доказано иное.  

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 1 постановления  Пленума N 25 добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого  участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой  стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.  

Многократное занижение стоимости отчуждаемого имущества должно породить  у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнения  относительно правомерности такого отчуждения.  

В подобной ситуации предполагается, что покупатель либо знает о намерении  должника вывести свое имущество из-под угрозы обращения на него взыскания и  действует с ним совместно, либо понимает, что менеджмент или иные  

контролирующие должника лица избавляются от имущества общества по заниженной  цене по причинам, не связанным с экономическими интересами последнего.  

Соответственно, покупатель прямо или косвенно осведомлен о противоправной  цели должника.  

Намереваясь приобрести имущество по явно заниженной стоимости, покупатель,  проявляя обычную при таких обстоятельствах степень осмотрительности, должен  предпринять дополнительные меры, направленные на проверку юридической судьбы  вещи.  

В совокупности с тем, что означенные действия ФИО1 по приобретению  имущества по явно (кратно) заниженной цене носили систематический и  неоднократный характер (что подтверждается иными определениями суда по  аналогичным обособленным спорам с ФИО1), сделки совершались на условиях,  не доступных добросовестным обычным участникам гражданского оборота, наличием  информации, что ФИО1 занимал одну из руководящих должностей у должника и  являлся его представителем, подтверждаемую документами должника и пояснениями  руководящих лиц должника, суд подробно изложил обстоятельства, по которым он  посчитал доказанным недобросовестность ответчика (стр.9-11 определения).  

Оценив, что обстоятельства, при которых была совершена сделка, очевидным  образом демонстрирует неправомерное и согласованное усмотрение сторон, суд первой  инстанции обосновано признал их недействительными применительно к положениям  статьи 10 и статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

В части обжалования пояснений ФИО4 и ФИО7 ФИО4  и ФИО7 являлись наемными работниками должника, которые сами  подтверждают, что находились в административном подчинении ФИО1, который  был представителем фактического бенефициара - ФИО6 Данные пояснения,  хотя сами по себе и не являются безусловным доказательством, однако в совокупности  с иными доказательствами подтверждают и объясняют, почему именно ФИО1  пользовался столь широкими правами при заключении договоров по продаже  имущества должника по заниженной цене, недоступной добросовестным участникам  гражданского оборота.  

В соответствии с п.п.3 п.5 ст.61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное,  предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо  извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в  пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Статус ФИО1 как контролирующего должника лица в связи с извлечением  выгоды от сделок должника предполагается в силу закона.  

Не признавая отдельно взятые доказательства, как основания своих  недобросовестных действий, ФИО1 не оспаривает их совокупность и не поясняет,  почему из ряда прямых и косвенных доказательство должно быть изъято то или иное  доказательство, хотя все они в своей совокупности доказывают одно и то же и друг  другу не противоречат.  

В соответствие с п.2 ст.268 АПК РФ, дополнительные доказательства  принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее  в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по  причинам, не зависящим от него, в том числе в случае, если судом первой инстанции  было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, и суд признает эти  причины уважительными.  

Коллегия сочла возможным рассмотреть спор по имеющимся доказательствам. 

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о  вынесении судом первой инстанции определения с учетом правильно установленных  обстоятельств, имеющих значение для дела, полно, всесторонне и объективно  

исследованных доказательств, при правильном применении норм материального и  процессуального права.  

 На основании изложенного, руководствуясь статьями 266 - 269, 271  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда г. Москвы от 12.03.2024 по делу № А40182014/21 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть  обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в  Арбитражный суд Московского округа.  

Председательствующий судья: Ж.В. Поташова Судьи:  М.С. Сафронова 

 Н.В. Юркова