АРБИТРАЖНЫЙ СУД СТАВРОПОЛЬСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А63-20209/2018

г. Ставрополь

31 января 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена 24 января 2019 года.

Решение изготовлено в полном объеме 31 января 2019 года.

Арбитражный суд Ставропольского края в составе судьи Безлепко В.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Евсеевой А.В., рассмотрев в судебном заседании материалы дела по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1, ОГРН 

<

***>, г. Ставрополь, 

к обществу с ограниченной ответственностью Завод электротехнических изделий «Ставропольский», ОГРН 

<

***>, г. Ставрополь,  

о взыскании задолженности по договору субаренды от 01.11.2011 № 2 в размере 3 543 525 руб. (уточнения от 22.01.2019),

при участии представителя истца ФИО2 по доверенности от 26.11.2018, представителя ответчика ФИО3 по доверенности от 21.09.2018, 

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО1, ОГРН 

<

***>, г. Ставрополь, обратился в Арбитражный суд Ставропольского края с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью Завод электротехнических изделий «Ставропольский», ОГРН 

<

***>, г. Ставрополь, о взыскании задолженности по договору субаренды от 01.11.2011 № 2 в размере 5 543 525 руб.

Исковые требования мотивированы ненадлежащим исполнением договорных обязательств по оплате арендных платежей.

В судебном заседании 22.01.2019 представитель истца ходатайствовал об уточнении исковых требований и просил взыскать задолженность по договору субаренды от 01.11.2011 № 2 в размере 3 543 525 руб. 

Суд в соответствии со статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принял уточнения исковых требований.  

Представитель истца поддержал заявленные требования в уточненной редакции, настаивал на их удовлетворении, представил копии гарантийных писем от 16.09.2014 № 125 и от 23.06.2015 № 98, копии актов сверок в подтверждение признания долга ответчиком и перерыве течения срока исковой давности и другие документы в обоснование позиции по делу, которые приобщены к материалам дела.

Позиция общества сводится к тому, что ФИО1 с период с 24.08.2016 по 30.07.2018 являлся единоличным исполнительным органом - директором ООО ЗЭИ «Ставропольский» и занимая данную должность, производил перечисление денежных средств со счетов ООО ЗЭИ «Ставропольский» на счет ИП ФИО1 без согласования и уведомления учредителей (участников) общества. В июле 2018 года в ООО ЗЭИ «Ставропольский» произошла смена руководства в условиях корпоративного конфликта. Этот факт привел к тому, что дела и должность, а также документация общества ФИО1 новому директору не были переданы, в связи с чем, вновь избранный директор письменно требовала передачи дел и документов, которая до сих пор не состоялась.

Представитель ответчика просил отказать в заявленных требованиях, поскольку договор аренды с собственником имущества не представлен и предприниматель сдал имущество в субаренду без согласия собственника. Также ответчик ссылался на отсутствие акта приема передачи имущества в субаренду и заявил о пропуске истцом срока исковой давности. В отношении копий гарантийных писем представителем ответчика сообщено о их недостоверности, несоответствии действительности и заявлено ходатайство об истребовании подлинников.

В судебном заседании объявлен перерыв до 24.01.2019 и судом предложено истцу представить копию договора безвозмездного пользования от 01.11.2011 и подлинные гарантийные письма от 16.09.2014 № 125 и от 23.06.2015 № 98.

После окончания перерыва представителем истца представлены копии гарантийных писем, подлинные акты сверок за 2014 -2018 годы и письменные пояснения, согласно которым гарантийные письма об оплате были направлены ответчиком в адрес истца электронной почтой. Представитель истца пояснила, что договор субаренды не содержит специальных положений и требований в отношении документооборота между сторонами. В подтверждение подлинности гарантийных писем и факта признания долга ответчиком предпринимателем представлены выписки из журналов входящей корреспонденции за 2014, 2015 годы. Также представитель истца пояснила, что доводы ответчика в части злоупотребления ФИО1 своими должностными полномочиями несостоятельны и необоснованны, в настоящее время руководителем общества является ФИО4, которая в период с 2009 по 2018 годы состояла в должности заместителя главного бухгалтера и в силу своих должностных полномочий знала и не могла не знать о наличии заключенного договора субаренды и выплат в 2017 году арендных платежей. В подтверждение факта выплат по иным договорам в период деятельности как директора ФИО5 так и директора ФИО1 истец представил выписки и договоры.

Представитель ответчика на обозрение суда представил подлинную книгу учета исходящих документов за период с 2012 года до 2018 года, в котором имеется сквозная нумерация и за указанный период ни одного письма в адрес ИП ФИО1 не было направлено. Под номерами и датами, значащимися в спорных гарантийных письмах (16.09.2014 № 125 и от 23.06.2015 № 98) в книге исходящих документов общества значатся иные адресаты и письма иного содержания. Ходатайствовал о приобщении выписки из книги исходящих документов за период с 2014 года по 2016 год, а также копии писем под номерами №125 в 2014 году и №98 в 2015 году и за соответствующие гарантийным письмам даты - из наряда, в котором хранятся вторые экземпляры писем, зарегистрированные в книге исходящих документов. Указанное ходатайство удовлетворено. 

Представитель ответчика просил суд отнестись к представленным истцом актам сверок критически, поскольку они не имеют ссылки на договор субаренды, период и размер задолженности по нему. 

Представитель истца высказал сомнения относительно достоверности представленной подлинной книги учета исходящих документов за период с 2012 года до 2018 года.

Исследовав материалы дела, заслушав доводы представителей сторон, суд считает, что исковые требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям. 

Из материалов дела следует, что 01 ноября 2011 года между индивидуальным предпринимателем ФИО1 (арендодатель) и ООО Завод электротехнический изделий «Ставропольский» (арендатор) и заключен договор субаренды нежилого помещения № 2 для ведения в нем деятельности в соответствии с уставом своей фирмы.

В соответствии с пунктами 1.1, 1.2 договора от 01.11.2011 № 2 арендодатель предоставил, а арендатор принял в аренду нежилое помещение площадью 3 133,20 кв.м, расположенное в строении по адресу Ставрополь, ул. Добролюбова, 26 сроком с 01.11.2011 по 30.09.2012.

Пунктом 2.1.5 договора установлено, что арендатор принял на себя обязательство своевременно оплачивать арендную плату.

Согласно пунктам 3.1 и 3.2 договора арендатор перечисляет арендную плату на расчетный счет арендодателя не позднее 5 числа каждого месяца в размере 1 250 000 руб. ежемесячно.

Однако, арендатором в нарушение указанных договорных обязательств арендная палата за период действия договора вносилась несвоевременно и не в полном объеме, в результате чего за ним образовалась задолженность по арендной плате размере 3 543 525 руб.

В порядке досудебного урегулирования возникшего спора истцом в адрес общества направлена претензия с требованием оплатить образовавшуюся задолженность. Указанная претензия осталась без удовлетворения, на основании чего истец обратился в суд с настоящим иском.

Оценивая законность и обоснованность заявленных требований, суд исходит из следующего.

В соответствии со статьей 606 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу арендного обязательства арендодатель обязуется предоставить арендатору имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

В соответствии со статьей 614 Гражданского кодекса Российской Федерации арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату). 

Исходя из нормативно-правового смысла указанных норм права следует, что арендная плат, подлежащая выплате по договору аренды за временное владение и пользование имуществом, является по своей природе доходом, который получает арендодатель от сдачи в аренду имущества, принадлежащего ему на предусмотренном законом вещном праве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 655 Гражданского кодекса Российской Федерации передача здания или сооружения арендодателем и принятие его арендатором осуществляются по передаточному акту или иному документу о передаче, подписываемому сторонами. Если иное не предусмотрено законом или договором аренды здания или сооружения, обязательство арендодателя передать здание или сооружение арендатору считается исполненным после предоставления его арендатору во владение или пользование и подписания сторонами соответствующего документа о передаче.

Таким образом, в силу арендного обязательства арендодатель обязуется предоставить арендатору имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

Материалами дела подтверждается, что договор субаренды 01.11.2011 № 2 сторонами исполнялся, подписывались акты оказанных услуг по аренде, частично оплачивались арендные платежи. 

При таких обстоятельствах, довод ответчика об отсутствии акта приема-передачи отклоняется судом, поскольку подписав акты оказанных услуг за предшествующий взыскиваемому периоду и частично оплатив арендные платежи ответчик подтвердил принятие и использование помещений в аренду. В данном случае основанием для возникновения обязательств по оплате является сам факт пользования арендатором объектом аренды.

Кроме того, суду не представлено доказательств, что после подписания договора арендодатель уклонялся от передачи помещений и арендатор обращался с таким требованием к истцу. Доказательств того, что арендодателем чинились какие-либо препятствия в пользовании арендуемыми помещениями, арендатором также не представлены.

Кроме того, адрес: Ставрополь, ул. Добролюбова, 26 – являлся юридическим адресом общества, которое там располагалось в 2011-2012 годах, до смены адреса, о чем свидетельствует выписка из ЕГРЮЛ. Суд пришел к выводу о том, что факт пользования арендуемыми помещения подтвержден материалами дела и при таких обстоятельствах довод ответчика об отсутствии акта приема – передачи в аренду не имеет правового значения. 

Довод ответчика о том, что договор аренды с собственником имущества не представлен и предприниматель сдал имущество в субаренду без согласия собственника, подлежит отклонению, поскольку в материалы дела представлен договор безвозмездного пользования от 01.11.2011 в отношении того же имущества площадью 3 133,20 кв.м по адресу: Ставрополь, ул. Добролюбова, 26, заключенный между ФИО6 и ФИО1

Согласно пункту 12 Постановления Пленума ВАС РФ от 17.11.2011 № 73 «Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды» судам следует иметь в виду, что положения статьи 608 ГК РФ не означают, что в ходе рассмотрения споров, связанных с нарушением арендатором своих обязательств по договору аренды, арендодатель обязан доказать наличие у него права собственности на имущество, переданное в аренду. Иск арендатора о возврате платежей, уплаченных за время фактического пользования объектом аренды по договору, заключенному с неуправомоченным лицом, удовлетворению не подлежит.

Исходя из изложенного, в сферу правомочий арендатора (субарендатора), пользовавшегося имуществом, не входит оспаривание титула арендодателя на соответствующее имущество, если только арендатор не считает такое имущество своим.

Принимая во внимание указанную позицию, отсутствие письменного согласия арендодателя на передачу имущества в субаренду само по себе не является основанием для признания такого договора недействительным и не свидетельствует о том, что истец, передав помещения в субаренду, действовал без одобрения со стороны арендодателя.

Истец обязанности по договору исполнил надлежащим образом, передав ответчику имущество в аренду. Ссылаясь на неоплату, истец просит взыскать задолженность за период с 01.11.2011 по 30.06.2012 в размере 3 543 525 руб.

Ответчик заявил о пропуске срока исковой давности.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации  судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности. Общий срок исковой давности устанавливается в три года (статья 196 Кодекса).

Течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (часть 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно части 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации  истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Как следует из пункта 24 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» от 29.09.2015 № 43 по смыслу пункта                       1 статьи 200 ГК РФ течение срока давности по иску, вытекающему из нарушения одной стороной договора условия об оплате товара (работ, услуг) по частям, начинается в отношении каждой отдельной части. Срок давности по искам о просроченных повременных платежах (проценты за пользование заемными средствами, арендная плата и т.п.) исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу.

Срок исковой давности по заявленным истцом требованиям за период с 01.11.2011 по 30.06.2012 истекал 30.06.2015.

Истец, возражая против доводов ответчика об истечении сроков исковой давности, ссылается на частичную оплату долга в течение 2017-2018 годов и на акты сверок за период с 2014 по 2018 годы как основания для перерыва течения срока исковой давности.

Течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга. После перерыва течение срока исковой давности начинается заново; время, истекшее до перерыва, не засчитывается в новый срок (статья 203 Кодекса).

В абзаце втором пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 указано, что к действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом. Ответ на претензию, не содержащий указания на признание долга, сам по себе не свидетельствует о признании долга.

Признание части долга, в том числе путем уплаты его части, не свидетельствует о признании долга в целом, если иное не оговорено должником.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 21 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 перерыв течения срока исковой давности в связи с совершением действий, свидетельствующих о признании долга, может иметь место в пределах срока давности.

Таким образом, частичная оплата долга ответчиком в 2017 – 2018 годах после истечения срока исковой давности не свидетельствует о признании долга в целом и не является обстоятельством для перерыва течения срока исковой давности. 

Суд, изучив подлинные акты сверок, пришел к выводу, что из представленных актов сверки взаимных расчетов не представляется возможным однозначно установить, что признание долга ООО ЗЭИ «Ставропольский» перед ИП ФИО1 за 2014 год одной строкой в сумме 48 164 299 руб. 99 коп. имело место именно по спорным правоотношениям – договору субаренды от 01.11.2011 № 2. Аналогично нет ссылки на договор субаренды в актах сверок за 2015 год - на сумму 40 630 099 руб. 99 коп., за 2 квартал 2016 года на сумму 39 676 099 руб. 99 коп., за 2017 год на сумму 38 841 404 руб. 34 коп. и за 2018 год на сумму 5 886 006 руб. 35 коп.

При этом сам истец подтверждает наличие иных договорных отношений между обществом и предпринимателем в спорный период. 

Сам по себе акт сверки взаимных расчетов не подтверждает наличие задолженности, так как не является первичным документом, которым в соответствии со статьей 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» оформляется хозяйственная операция и который служит оправдательным документом.

Таким образом, сведения, содержащиеся в акте сверки взаимных расчетов, должны подтверждаться доказательствами, свидетельствующими о возникновении и прекращении того или иного обязательства.

По смыслу статьи 53 Кодекса главный бухгалтер не является лицом, имеющим право совершать без доверенности действия, вследствие которых у юридического лица возникают или прекращаются гражданские права и обязанности, в частности, признавать долг.

Акт сверки может быть подписан в качестве уполномоченных лиц единоличным исполнительным органом ответчика либо представителем, действующим на основании выданной доверенности, в которой закреплены полномочия на то или иное действие. При отсутствии в деле доверенности, подтверждающей полномочия главного бухгалтера на признание долга, его подпись на акте сверки, хотя и совершенная в рамках полномочий по ведению бухгалтерского учета, не является признанием долга ответчиком, а сам акт - основанием для перерыва течения срока исковой давности.

В материалы дела доверенности на главного бухгалтера, подписавшего спорные акты сверок за 2014 – 2018 годы, с полномочиями на признание долга со стороны общества в материалы дела не представлены. 

При совершении юридически значимых действий (подписание акта сверки) общество, действуя разумно в отношениях со своим контрагентом, должно было убедиться в наличии у лица, представлявших общество, полномочий на совершение действий по признанию долга. У предпринимателя отсутствовали препятствия для обращения в суд со спорными требованиями до истечения срока исковой давности.

В отношении доводов истца о наличии гарантийных писем общества, направленных ответчиком в адрес истца электронной почтой, суд пришел к следующим выводам. 

В соответствии с частью 1 статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для дела, договоры, акты, справки, деловая корреспонденция, иные документы, выполненные в форме цифровой, графической записи или иным способом, позволяющим установить достоверность документа.

Письменные доказательства представляются в арбитражный суд в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии (часть 8 статьи 75 АПК РФ).

Представленные доказательства подлежат исследованию в судебном заседании согласно требованиям статьи 162 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и оценке арбитражным судом в совокупности и взаимосвязи с учетом положений статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Пунктом 1 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации  предусмотрено, что заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю.

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 66 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в юридически значимом сообщении может содержаться информация о сделке (например, односторонний отказ от исполнения обязательства) и иная информация, имеющая правовое значение.

Как разъяснено в пункте 65 того же постановления, если иное не установлено законом или договором и не следует из обычая или практики, установившейся во взаимоотношениях сторон, юридически значимое сообщение может быть направлено, в том числе посредством электронной почты, факсимильной и другой связи, осуществляться в иной форме, соответствующей характеру сообщения и отношений, информация о которых содержится в таком сообщении, когда можно достоверно установить, от кого исходило сообщение и кому оно адресовано (например, в форме размещения на сайте хозяйственного общества в сети "Интернет" информации для участников этого общества, в форме размещения на специальном стенде информации об общем собрании собственников помещений в многоквартирном доме и т.п.).

Таким образом, условием допустимости электронной формы сообщений является возможность достоверно установить, от кого исходило сообщение и кому оно адресовано.

В настоящем случае спорным договором не предусмотрен обмен юридически значимыми документами в электронной форме. Документальных доказательств, позволяющих установить факт получения писем ответчика, направленных посредством электронной почты, именно истцом, в материалах дела не имеется.

В материалы дела представлены заверенные истцом копии гарантийных писем от 16.09.2014 № 125 и от 23.06.2015 № 98, которые по утверждению представителя истца получены от ответчика по электронной почте, однако доказательств их направления обществом, в том числе по электронной почте (скриншоты, распечатки из почтового ящика), а также доказательства принадлежности обществу конкретного электронного адреса, предприниматель не представил. 

При этом ответчиком не признаны копии указанных писем и заявлено о их недостоверности, несоответствии действительности, в связи с чем представитель ответчика ходатайствовал об истребовании подлинников указанных писем не представлены.

Кроме того, суд исследовал подлинную книгу учета исходящих документов за период с 2012 года до 2018 года, в которой имеется сквозная нумерация и за указанный период ни одного письма в адрес ИП ФИО1 действительно не значится. Под номерами и датами, значащимися в спорных гарантийных письмах (16.09.2014 № 125 и от 23.06.2015 № 98) в книге исходящих документов общества значатся иные адресаты и письма иного содержания. Анализ книги исходящих документов за период с 2014 года по 2016 год и наряда, в котором хранятся вторые экземпляры исходящих писем, показал, что корреспонденции под номерами №125 в 2014 году и №98 в 2015 году и писем с датами, соответствующими датам гарантийных писем, в адрес предпринимателя ФИО1 не имеется и не зарегистрировано. 

Поскольку отсутствуют сведения об электронных адресах как ответчика, так и истца, сведения о ведении переписки сторонами по этим адресам, исключается возможность достоверно установить, от кого исходило выраженное сообщение.

В силу изложенного в условиях отрицания ответчиком факта как составления, так и направления данных писем истцу, данные обстоятельства не могут быть установлены на основании ксерокопий указанных писем, заверенных самими предпринимателем.

Судом был объявлен перерыв для предъявления подлинников, однако подлинники не представлены. 

Стороны согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

В соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в арбитражном процессе, обязано доказать наличие тех обстоятельств, на которые оно ссылается в обоснование своих требований или возражений.

Оценив представленные сторонами доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд установил, что копии гарантийных писем без распечаток, скриншотов с электронного адреса не могут сами по себе подтверждать факт их направления по электронной почте, поскольку нет доказательств от кого исходило сообщение и кому оно адресовано, отсутствуют доказательства, свидетельствующие о пересылке указанных документов по электронной почте. Ответчик отрицает факт направления спорных писем, в связи с чем достоверно установить направление данных писем организацией не представляется возможным.

При таких обстоятельствах суд не находит оснований для признания копий гарантийных писем от 16.09.2014 № 125 и от 23.06.2015 № 98 допустимыми доказательствами, свидетельствующими о перерыве срока исковой давности.

В соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

При таких обстоятельствах следует признать, что истцом пропущен срок исковой давности для предъявления настоящего иска, что влечет отказ в удовлетворении исковых требований.

Расходы по оплате госпошлины в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на истца в связи с отказом в иске и подлежат взысканию в бюджет, поскольку истцу была предоставлена отсрочка ее уплаты.

Руководствуясь статьями 65, 110, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

в удовлетворении исковых требований индивидуального предпринимателя ФИО1, ОГРН 

<

***>, г. Ставрополь отказать в полном объеме.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1, ОГРН 

<

***>, г. Ставрополь в доход федерального бюджета госпошлину в сумме 40 718 руб.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу.

Решение суда может быть обжаловано через Арбитражный суд Ставропольского края в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия (изготовления в полном объеме) и в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в двухмесячный срок со дня вступления его в законную силу при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья                                                                      В.В. Безлепко