АРБИТРАЖНЫЙ СУД ОРЕНБУРГСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Краснознаменная, д. 56, г. Оренбург, 460024

http: //www.Orenburg.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А47-2024/2021

г. Оренбург

08 мая 2024 года

Резолютивная часть решения объявлена       24 апреля 2024 года

В полном объеме решение изготовлено        08 мая 2024 года

Арбитражный суд Оренбургской области в составе судьи Калитановой Т.В. при ведении протокола судебного заседания  секретарем судебного заседания  Сельвич Е.И. рассмотрел в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению 

общества с ограниченной ответственностью «Диагностический центр «Архимед», ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, г. Оренбург 

к обществу с ограниченной ответственностью «КДЦ», ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, г. Оренбург 

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ГАУЗ "Детская городская клиническая больница" (ДГКБ), г.Оренбург

о взыскании 11 492 264 руб. 73 коп.

В судебном заседании участвуют представители:

от истца: ФИО1, доверенность от 24.05.2021, сроком на 3 года, паспорт, диплом, 

от ответчика: ФИО2, доверенность от 10.01.2024, сроком по 31.12.2024, удостоверение адвоката от 17.02.2003, 

от третьего лица: явки нет, извещено,

с объявлением перерыва в судебном заседании в порядке ст. 163 АПК РФ с 17.04.2024 до 24.04.2024.

Третье лицо  о  времени  и  месте  судебного  заседания  извещено надлежащим  образом  в  соответствии  со  статьями  121,  123 Арбитражного  процессуального  кодекса  Российской  Федерации  по юридическому адресу, а также путем размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание представителя не направило.

В  соответствии  с  частью  3  статьи  156  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) дело рассмотрено в отсутствии представителя третьего лица.

Общество с ограниченной ответственностью «Диагностический центр «Архимед» (далее – истец, ООО «ДЦ «Архимед») обратилось в Арбитражный суд Оренбургской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «КДЦ» (далее – ответчик, ООО «КДЦ») о взыскании задолженности по договору аренды медицинского оборудования №1 от 01.09.2018 в размере 8 450 939 руб. 00 коп., в том числе 7 474 839 руб. – основной долг, 976 100 руб. 30 коп. – проценты за пользование чужими денежными средствами.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено государственное автономное учреждение здравоохранения «Детская городская клиническая больница» (далее - третье лицо, ГАУЗ «ДГКБ»).

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 07.12.2022 исковые требования удовлетворены.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.02.2023 указанное решение изменено. Исковые требования удовлетворены частично. С ООО «КДЦ» в пользу ООО «ДЦ «Архимед» взыскана задолженность в размере 6 654 839 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 867652 рубля 81 копейка. В остальной части требований отказано. 

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 27.04.2023 решение Арбитражного суда Оренбургской области от 07.12.2022 по делу № А47-2024/2021 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.02.2023 по тому же делу отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Оренбургской области. 

До начала судебного заседания через экспедицию арбитражного суда от истца поступило ходатайство об уточнении исковых требований, ходатайство о приобщении документов.

В порядке ст. 66 АПК РФ суд приобщает поступившие  документы к материалам дела.

Суд в порядке ст.49 АПК РФ удовлетворил ходатайство об уточнении исковых требований. 

Исковые требования подлежат рассмотрению с учетом принятого уточнения о взыскании 11 492 264 руб. 73 коп. - суммы задолженности, из которой 3 553 788 руб. 21 коп. – суммы арендной платы за аренду оборудования, 865 324 руб. 00 коп. – суммы процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 11.10.2018 по 31.03.2022, 7073152 руб. 52 коп. – убытков в виде упущенной выгоды, непокрытые арендной платой.

После выступления в прениях представитель истца заявил ходатайство о приобщении прений, оформленных в письменном виде, к материалам дела.

В порядке ст. 66 АПК РФ суд приобщает документы к материалам дела.

01.09.2018 между обществом «ДЦ «Архимед» (арендодатель) и обществом «КДЦ» (арендатор) заключен договор аренды медицинского оборудования №1 (далее - договор), по условиям которого арендодатель предоставляет арендатору во временное владение и пользование МРТ томограф в комплекте (далее - оборудование) на условиях, в порядке и в сроки, определяемые сторонами в настоящем договоре, арендатор обязуется принять оборудование и оплатить арендную плату арендодателю, а также вернуть ему оборудование в порядке и сроки, указанные в настоящем договора (пункт 1.1 договора, т. 3 л.д. 26-31).

Перечень и количество предоставляемого оборудования по договору указан в пункте 1.2.: МРТ Томограф марки PhilipsIntera1.5 Тесла (заводской номер 384340-011, 2007 год выпуска) в комплекте с радиочастотными катушками для всех видов исследований и лазерный принтер для печати изображений на пленке.

Согласно пункту 1.3 договора срок аренды оборудования составляет с 01.09.2018 по 31.08.2023.

В силу пункта 3.1 договора арендная плата за оборудование составляет 50 000 руб. в месяц.

На основании пункта 3.2 договора, его цена включает в себя все возможные расходы арендодателя, связанные с исполнением договора, в том числе расходы по доставке оборудования, оплату НДС и других обязательных платежей в соответствии с законодательством РФ. Арендодатель вправе в одностороннем порядке увеличивать цену договора в течение срока его действия.

В соответствии с пунктом 3.4 договора арендатор производит оплату ежемесячно в течение 10 банковских дней, по безналичному расчету в рублях, на основании выставляемого арендодателем счета и акта приема-передачи оборудования, подписанного сторонами по договору.

Согласно пункту 4.1 договора за неисполнение или ненадлежащее исполнение условий настоящего договора стороны несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Согласно акту приема-передачи от 05.09.2018 арендодатель передал, а арендатор принял медицинское оборудование.

Из материалов дела следует, что 02.09.2018 между сторонами заключено дополнительное соглашение № 1 к договору аренды оборудования, по условиям которого пункт 2.7 договора аренды изложен в следующей редакции:

«Арендатор вправе передавать взятое в аренду оборудование в субаренду, в безвозмездное пользование, передавать свои права и обязанности по настоящему договору троим лицам по письменному согласию арендодателя» (т.3 л.д. 32).

Пункт 3.1 договора изложить в следующей редакции: «Арендная плата за оборудование составляет 200 000 (двести тысяч) рублей с 01.12.2018.».

Письмом от 25.11.2020 № 86 истец указал, что арендная плата с 15.12.2020 составит 500 000 руб., в случае отсутствия ответа в течение 10 дней с даты получения данного письма, размер арендной платы считается согласованным. Истец также предложил рассмотреть вопрос о покупке ответчиком оборудования, используемого по договору аренды по цене 13 500 000 руб.

Вышеуказанное письмо получено ответчиком 02.12.2020, о чем свидетельствует отчет об отслеживании отправления с почтовым идентификатором 46000053231927.

Письмом от 09.12.2020 № 138 ответчик указал на свое несогласие с увеличением арендной платы, отметил, что ранее стоимость аренды составляла 50 000 руб., а истец увеличивает арендную плату в 10 раз.

Письмом от 13.01.2021 № 02 истец расторг договор аренды в одностороннем порядке, указал, что оборудование будет демонтировано в срок до 05.02.2021.

Письмо от 09.12.2020 №138 получено истцом 10.12.2020.

В ответ на письмо ответчика истец письмом от 10.12.2020 № 91 указал, что в случае отсутствия письменно выраженного согласия на измененный с 15.12.2020 размер арендной платы, договор аренды расторгается в одностороннем порядке. Кроме того, письмо содержало в себе требование претензионного характера об оплате задолженности по арендным платежам.

Оборудование 22.03.2021 возвращено ответчиком по акту приема-передачи, подписанному сторонами.

Ввиду отсутствия добровольной оплаты за арендованное по договору оборудования, общество «ДЦ «Архимед» обратилось в арбитражный суд с рассматриваемыми исковыми требованиями.

Ответчик возражал по мотивам, изложенным в письменном отзыве на иск, просил отказать в удовлетворении искового заявления; указал, что судами не учтено, что по результатам проведенной судебной экспертизы установлено, что печатный текст «Пункт 3.1. договора изложить в следующей редакции: «Арендная плата за оборудование составляет 200 000 (двести тысяч) рублей с 01.12.2018» и основной текст в дополнительном соглашении от 02,09.2018 к договору аренды медицинского оборудования № 1 от 01.09.2018, копия которого представлена на исследование, выполнены не одномоментно (т.8 л.д. 70-72).

По мнению ответчика, неправильно распределено бремя доказывания по спору, возложена на него обязанность доказывания обстоятельств согласования увеличения арендной платы, при том, что иск заявлен арендодателем на основании представленной им копии документа, заверенной нотариусом; исковые требования о взыскании арендной платы в размере 500 000 руб. также считает необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Как утверждает ответчик в отзыве, после самостоятельного использования 15.01.2021 истцом оборудования, полагает  неправомерным возложение обязательств по оплате арендной платы за этот же самый период времени, в связи с чем, задолженность ответчика по договору аренды медицинского оборудования № 1 от 01.09.2018 в период с 13.10.2018 по 15.01.2021 составляет 1 324 194 рублей, а также проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 343444,12 рублей.

С учетом частичного исполнения решения Арбитражного суда Оренбургской области от 07.12.2022 по настоящему делу в общей сумме 8 450 939 рублей, из которых: 7 474 839 руб. - сумма основного долга, 976 100 руб. 30 коп. - проценты за пользование чужими денежными средствами, по состоянию на сегодняшний день задолженность ООО «КДЦ» перед ООО «ДЦ Архимед» отсутствует в связи с полным погашением задолженности, в том числе с частичной переплатой.

Заслушав представителей истца, ответчика, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 01.09.2018 между обществом «ДЦ «Архимед» (арендодатель) и обществом «КДЦ» (арендатор) заключен договор аренды медицинского оборудования № 1, в связи с чем к правоотношениям, сложившимся между сторонами, подлежат применению положения главы 34 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 606 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

В силу пункта 1 статьи 614 Гражданского кодекса Российской Федерации арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату). Порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды.

Пунктом 3 статьи 607 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что в договоре аренды должны быть указаны данные, позволяющие определенно установить имущество, подлежащее передаче арендатору в качестве объекта аренды. При отсутствии этих данных в договоре условие об объекте, подлежащем передаче в аренду, считается не согласованным сторонами, а соответствующий договор не считается заключенным.

Таким образом, объектом аренды может быть только индивидуально -определенное имущество.

Как следует из содержания представленного в материалы дела договора, стороны согласовали существенные условия договора аренды, приступили к их исполнению. Действительность и заключенность указанного договора истцом и ответчиком не оспаривались (часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), в силу чего суды пришли к выводу о возникновении между сторонами обязательственных правоотношений по указанному договору аренды.

В силу пункта 1 статьи 622 Гражданского кодекса Российской Федерации при прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором.

На основании пункта 2 статьи 622 Гражданского кодекса Российской Федерации, если арендатор не возвратил арендованное имущество либо возвратил его несвоевременно, арендодатель вправе потребовать внесения арендной платы за все время просрочки.

Из анализа указанных правовых норм следует, что обязанность арендатора по внесению арендной платы арендодателю распространяется на период с момента передачи арендатору во временное владение и пользование объекта аренды и до момента прекращения между арендатором и арендодателем договорных правоотношений и фактического возврата последнему объекта аренды (пункт 38 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2002 № 66 «Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой», пункт 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора»).

Из материалов дела также следует, что 02.09.2018 между сторонами заключено дополнительное соглашение № 1 к договору аренды оборудования, по условиям которого пункт 2.7 договора аренды изложен в следующей редакции: «Арендатор вправе передавать взятое в аренду оборудование в субаренду, в безвозмездное пользование, передавать свои права и обязанности по настоящему договору троим лицам по письменному согласию арендодателя».

Пункт 3.1 договора изложить в следующей редакции: «Арендная плата за оборудование составляет 200 000 (двести тысяч) рублей с 01.12.2018.». Коллегией принято во внимание, что дополнительное соглашение от 02.09.2018 в части согласования новой редакции пункта 2.7 договора аренды ни одной из сторон не оспаривается.

Суд пришел к выводу о том, что представленные в материалы дела доказательства в полном объеме подтверждают факт увеличения размера арендной платы за использование магнитно-резонансного томографа с 01.12.2018 в размере 200 000 рублей ежемесячно.

Судом приняты во внимание пояснения истца, согласно которым размер 50 000 руб. устанавливался лишь на время получения ответчиком лицензии на право осуществления медицинской деятельности по использованию МР-томографа истца. Без получения такой лицензии использование МРТ невозможно. Данное обстоятельство ответчиком в ходе судебного разбирательства не оспорено, надлежащих доказательств иного не представлено (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Более того, суд также принял во внимание, что допрошенная в качестве свидетеля ФИО3 в своих пояснениях также указывала на то, что размер арендной платы подлежал изменению после получения ответчиком соответствующей лицензии.

Кроме того, по мнению суда, фактические обстоятельства и материалы дела   свидетельствуют   о   том,   что   ответчик,   помимо   самостоятельного использования томографа после получения лицензии принял решение о дополнительной сдаче его в субаренду иным лицам.

Доводы общества «КДЦ» о несогласовании увеличения арендной платы с 01.12.2018 со ссылкой на наличие допечатки в копии дополнительного соглашения от 02.09.2018 судом подлежат отклонению, исходя из следующего.

С целью проверки доводов ответчика по факту оформления и подписания дополнительного соглашения № 1 определением суда первой инстанции от 27.07.2021 по делу назначена судебная экспертиза. В материалы дела представлено заключения экспертов № 1573/5-3 от 25.11.2021, № 1574/8-3 от 25.11.2021.

Как установлено экспертами, решить вопрос того, соответствует ли время выполнения печатного текста «Пункт 3.1. договора изложить в следующей редакции: «Арендная плата за оборудование составляет 200 000 (двести тысяч) рублей с 01.12.2018» в дополнительном соглашении от 02.09.2018 к договору аренды медицинского оборудования № 1 от 01.09.2018 дате, указанной в документе?» не представляется возможным, поскольку на экспертизу представлен не оригинал документа, а его копия.

Экспертами указано на то, что печатный текст «Пункт 3.1. договора изложить в следующей редакции: «Арендная плата за оборудование составляет 200 000 (двести тысяч) рублей с 01.12.2018» и основной текст в дополнительном соглашении от 02.09.2018 к договору аренды медицинского оборудования № 1 от 01.09.2018, копия которого представлена на исследование, выполнены не одномоментно. Печатный текст «Пункт 3.1. договора изложить в следующей редакции: «Арендная плата за оборудование составляет 200 000 (двести тысяч) рублей с 01.12.2018» в дополнительном соглашении от 02.09.2018 к договору аренды медицинского оборудования № 1 от 01.09.2018, копия которого представлена на исследование, допечатан к основному тексту документа.

Экспертами отмечено, что содержание текста в дополнительном соглашении от 02.09.2018 подвергалось изменению путем допечатки печатного текста «Пункт 3.1. договора изложить в следующей редакции: «Арендная плата за оборудование составляет 200 000 (двести тысяч) рублей с 01.12.2018».

В судебном заседании 30.05.2022 допрошенный по своему экспертному заключению эксперт ФИО4 не подтвердил, что допечатка внесена в оригинал документа, а также указал, что определить последовательность выполнения текста (до подписания или после) не представилось возможным, так как на экспертизу представлена копия документа (аудиозапись судебного заседания 30.05.2022).

Между тем экспертами установлено, что подпись от имени ФИО3, изображение которой имеется в копии дополнительного соглашения № 1 от 02.09.2018 к договору аренды медицинского оборудования № 1 от 01.09.2018 в графе «Н.Н. Сорокина», выполнена самой ФИО3, при условии, что в оригинале документа подпись выполнена без применения технических средств.

При этом сама ФИО3 факт подписания дополнительного соглашения не отрицала, указывала на отсутствие воспоминаний относительно увеличения размера арендной платы. В то же время ФИО3 подтверждала необходимость после подписания договора с ценой аренды в 50 000 руб. изменение стоимости арендной платы.

В силу части 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности (часть 3 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для дела, договоры, акты, справки, деловая корреспонденция, иные документы, выполненные в форме цифровой, графической записи или иным способом, позволяющим установить достоверность документа.

Письменные доказательства представляются в арбитражный суд в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии. Если к рассматриваемому делу имеет отношение только часть документа, представляется заверенная выписка из него (часть 8 статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Арбитражный суд не может считать доказанным факт, подтверждаемый только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен или не передан в суд оригинал документа, а копии этого документа, представленные лицами, участвующими в деле, не тождественны между собой и невозможно установить подлинное содержание первоисточника с помощью других доказательств (часть 6 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Принимая во внимание вышеуказанные положения закона, удостоверение нотариусом копии документа не свидетельствует о возможности разрешить дело в отсутствие подлинных документов, поскольку нотариус при освидетельствовании верности копии представленному оригиналу в силу законодательства Российской Федерации о нотариате не проверяет документы на предмет их достоверности, а только лишь производит действия по сличению и удостоверению копии документов.

Решить вопрос определения соответствия времени выполнения спорного печатного текста в дополнительном соглашении указанной в нем дате не представлялось возможным исключительно из-за непредставления истцом на экспертизу оригинала документа, в то время как само доказательство представлено истцом.

Обстоятельства, подтвержденные нотариусом при совершении нотариального действия, не требуют доказывания, если подлинность нотариально оформленного документа не опровергнута в порядке, установленном статьей 161 настоящего Кодекса, или если нотариальный акт не был отменен в порядке, установленном гражданским процессуальным законодательством для рассмотрения заявлений о совершенных нотариальных действиях или об отказе в их совершении (часть 5 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При новом рассмотрении дела судом учтено, что по результатам проведенной судебной экспертизы установлено, что печатный текст «Пункт 3.1. договора изложить в следующей редакции: «Арендная плата за оборудование составляет 200 000 (двести тысяч) рублей с 01.12.2018» и основной текст в дополнительном соглашении от 02.09.2018 к договору аренды медицинского оборудования № 1 от 01.09.2018, копия которого представлена на исследование, выполнены не одномоментно.

При этом исковое заявление подано истцом в суд в феврале 2021 года с приложением к иску копии спорного дополнительного соглашения, заверенного нотариально 25.12.2020. При этом в материалах дела отсутствуют доказательства того, что подлинник дополнительного соглашения находился у ответчика. Указанное обстоятельство при рассмотрении дела ответчик отрицал.

С учетом вышеуказанного в данном случае свидетельские показания ФИО3, которая указывала, что не подписывала документы об увеличении цены, не могут являться допустимым доказательством обстоятельства увеличения арендной платы. Доказательств ведения сторонами переговоров об увеличении арендной платы с 01.12.2018 либо под условием получения медицинской лицензии в материалах дела не содержится.

По правилам процессуального бремени доказывания (ст. 65 АПК РФ) ответчик, ссылающийся на то, что допечатка была сделана после подписания дополнительного соглашения должен доказать соответствующие обстоятельства. Ни при первоначальном рассмотрении дела, ни при новом рассмотрении дела такие обстоятельства ответчиком не доказаны.

На то, что дополнительное соглашение от 02.09.2018 № 1 им не подписывалось, ответчик при новом рассмотрении дела не ссылается. Невозможность представления своего экземпляра дополнительного соглашения от 02.09.2018 № 1 ответчиком никак не объяснена, соответствующие доводы не раскрыты.

В тоже время при первоначальном рассмотрении дела ответчик ссылался на то, что это именно он готовил проект дополнительного соглашения и указанное соглашение есть у ответчика в электронном виде. Распечатка соглашения представлена в материалы дела (т. 2 л.д. 42). 

При таких обстоятельствах процессуальные последствия непредставления своего экземпляра дополнительного соглашения от 02.09.2018 № 1 возлагаются на ответчика (ст. 9, 65 АПК РФ).

При этом суд принимает во внимание тот факт, что согласно письмам экспертных организаций, в том числе и ФБУ Самарская ЛСЭ Минюста России, для проведения исследований по вопросам допечатки текста (реквизиты документа) необходим оригинал документа.

Так, согласно ответу ФБУ Самарская ЛСЭ Минюста России от 15.04.2021 № 765-8 (представлен ответчиком) для проведения экспертизы подписи в документе необходим исследуемый документ в оригинале. Для проведения экспертизы реквизитов документов экспертная организация, предложенная ответчиком, также указала на необходимость представления оригинала подлежащего исследованию документа, образцы печатного устройства и т.д. (т. 1 л.д. 80).

Согласно ответу Центра экспертизы, оценки и кадастра от 15.07.2021 для проведения исследования по вопросу допечатки в тексте документа необходим оригинал исследуемого документа. При исследовании документа на наличие допечатки проводится микроскопическое исследование: по определению материалов письма в штрихах, выявлению признаков, указывающих на дефекты печатающих устройств и т.д. Провести данное исследование возможно только по оригиналу документа, так как при копировании все признаки оригинала утрачиваются. В копии отображаются только признаки того устройства, с помощью которого данная копия была воспроизведена (т. 2 л.д. 149).

В мотивированном сообщении ФБУ Самарская ЛСЭ Минюста России от 24.08.2021 о невозможности своевременного проведения экспертизы и приложенном к нему ходатайству экспертов прямо указано, что для производства назначенных экспертиз необходим оригинал исследуемого документа (т. 3 л.д. 20-21, 33-35).

В ходе допроса в судебном заседании 30.05.2022 эксперт ФИО4 не подтвердил, что допечатка внесена в оригинал документа, а также указал, что определить последовательность выполнения текста (до подписания или после) не представилось возможным, на экспертизу была представлена копия документа (аудиозапись судебного заседания 30.05.2022, протокол судебного заседания от 30.05.2022 (т. 5 л.д. 34).

На вопросы рецензии Автономной некоммерческой организации «Научно-технический Центр Судебных Экспертиз и Исследований» от 17.12.2021 (т. 4 л.д. 17-21) эксперт ФИО4 ответы не дал, считая, что специалисты не имеют образования.

Таким образом, необходимо констатировать, что выводы экспертного заключения от 25.11.2021 № 1573/5-3, 1574/8-3 касательно наличия допечатки в тексте копии дополнительного соглашения от 02.09.2018 № 1, заверенного истцом и представленного на экспертизу, не имеют правового и фактического значения для рассмотрения спора по существу.

Судом также принято во внимание, что подписание дополнительного соглашения об увеличении арендной платы на следующий день после заключения основного договора нельзя признать целесообразным. На дату, указанную в копии спорного дополнительного соглашения - 02.09.2018 стороны не могли знать точную дату, когда арендатором будет получена медицинская лицензия для того, чтобы установить, что арендная плата увеличится именно с 01.01.2018. При этом истец при рассмотрении спора указывал на то, что размер арендной платы был согласован с ответчиком в размере 50 000 руб. до получения последним лицензии на эксплуатацию переданного в аренду оборудования.

Согласно выписке из реестра лицензий, лицензия № Л041-01022¬56/00324082 получена ответчиком 24.12.2020, лицензия же на осуществление медицинской деятельности у общества имелась, начиная с 07.06.2017.

При таких обстоятельствах логика в поведении истца отсутствует, представив истцу дополнительное соглашение с допечаткой текста, ответчик лишился бы возможности доказать, что не подписывал такое соглашение.

Что касается увеличения арендной платы до 500 000 руб. суд установил следующее.

Письмом от 25.11.2020 № 86 истец указал, что арендная плата с 15.12.2020 составит 500 000 руб., в случае отсутствия ответа в течение 10 дней с даты получения данного письма, размер арендной платы считается согласованным. Истец также предложил рассмотреть вопрос о покупке ответчиком оборудования, используемого по договору аренды по цене 13 500 000 руб.

Ответчик письмом от 09.12.2020 № 138 указал на несогласие с увеличением арендной платы, отметил, что ранее стоимость аренды составляла 50 000 руб., а истец увеличивает арендную плату в 10 раз. Письмо от 09.12.2020 № 138 получено истцом 10.12.2020.

В ответ на письмо ответчика, истец письмом от 10.12.2020 № 91 указал, что в случае отсутствия письменно выраженного согласия на измененный с 15.12.2020 размер арендной платы, договор аренды расторгается в одностороннем порядке.

Далее, письмом от 13.01.2021 № 02 истец расторг договор аренды в одностороннем порядке, указав на то, что оборудование будет демонтировано в срок до 05.02.2021.

Оборудование возвращено ответчиком по акту приема-передачи, подписанному сторонами, лишь 22.03.2021.

В соответствии с пунктом 1 статьи 424 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение договора оплачивается по цене, установленной соглашением сторон.

Согласно пункту 3 статьи 614 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено договором, размер арендной платы может изменяться по соглашению сторон в сроки, предусмотренные договором, но не чаще одного раза в год.

Судами установлено, что в пункте 3.2 договора стороны предусмотрели право арендодателя в одностороннем порядке увеличивать цену договора в течение срока его действия.

В ходе судебного разбирательства судом была назначена судебная экспертиза рыночной стоимости арендной платы спорного оборудования.

Согласно заключению эксперта № Т-1006 от 09.08.2022 рыночная стоимость арендной платы в месяц за владение и пользование магнитнорезонасным томографом марки Philips Intera 1.5 Тесла, 2007 года выпуска, за период с 01.09.2018 по 01.12.2018, с 01.12.2018 по 15.12.2020 и 15.12.2020 по 02.04.2021 составляет 409 076 руб. 00 коп., рыночная стоимость арендной платы в месяц за владение и пользование магнитнорезонасным томографом марки Philips Intera 1.5 Тесла, 2007 года выпуска, за период с 01.09.2018 по 01.12.2018, с 01.12.2018 по 15.12.2020 и с 15.12.2020 по 02.04.2021, при условии передачи магнитно-резонансного томографа арендатором в субаренду и совместном использовании магнитно-резонансного томографа арендатором и субарендатором составляет 409 076 руб. 00 коп.

Судом принято во внимание, что сам ответчик сдавал имущество истца в субаренду по стоимости, как минимум в 2020 году, 466 666 рублей ежемесячно, что подтверждается договором субаренды от 09.01.2020 № 13/ЕП-2020, заключенным между ответчиком (арендодатель) и третьим лицом (арендатор), на сумму 5 600 000 рублей за счет средств ОМС; представленное истцом информационное письмо специалиста-оценщика от 04.06.2021 № 6/5/2021, согласно которому стоимость арендной платы за пользование МР-томографом составляет 475 000 рублей в месяц.

Между тем, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 3 статьи 614 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено договором, размер арендной платы может изменяться по соглашению сторон в сроки, предусмотренные договором, но не чаще одного раза в год.

В пункте 3.2 договора стороны предусмотрели право арендодателя в одностороннем порядке увеличивать цену договора в течение срока его действия.

Согласно статье 431 Гражданского кодекса Российской Федерации толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

При толковании условия пункта 3.2 договора по правилам статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходя из его буквального содержания, невозможно определить порядок изменения размера арендной платы, а также момент, с которого такая плата подлежит уплате в ином порядке.

Из переписки сторон момент изменения арендной платы установить также не представляется возможным.

При определении размера арендной платы суд исходил из заключения эксперта № Т-1006 от 09.08.2022, которым определена рыночная стоимость арендной платы в месяц, признав указанное заключение надлежащим доказательством размера арендной платы. Однако такой вывод судов нельзя признать обоснованным, поскольку порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды в силу положений статьи 614 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Если арендатор не возвратил арендованное имущество либо возвратил его несвоевременно, арендодатель вправе потребовать внесения арендной платы за все время просрочки (абзац 2 статьи 622 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем в соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 25 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.11.2021, пункте 27 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №  3   (2020),  утвержденного  Президиумом  Верховного  Суда Российской Федерации 25.11.2020, если использование имущества невозможно по причине, за которую арендатор не отвечает, то он не обязан вносить арендную плату.

Кроме того, в рамках дела № А47-10313/2021 общество «ДЦ «Архимед» обратилось к обществу «КДЦ» с иском о взыскании убытков, понесенных истцом следствии несвоевременного возврата ответчиком спорного арендованного оборудования.

Решением суда от 30.06.2022 иск удовлетворен частично. С общества «КДЦ» в пользу общества «ДЦ «Архимед» взыскано 9 043814 руб. 15 коп. убытков.  В  удовлетворении     остальной     части     иска     отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.09.2022 решение суда оставлено без изменения.

Постановлением суда кассационной инстанции от 22.12.2022 решение Арбитражного суда Оренбургской области от 30.06.2022 по делу №А47-10313/2021 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.09.2022 по тому же делу отменены. Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Оренбургской области.

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 29.05.2023 по делу № А47-10313/2021 исковые требования удовлетворены частично. С общества «КДЦ» в пользу общества «ДЦ «Архимед» взысканы убытки в сумме 7 926 847 руб. 48 коп. Помимо этого, с общества «ДЦ «Архимед» взыскана в доход федерального бюджета государственная пошлина в размере 8 425 руб. 00 коп.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.09.2023 решение суда оставлено без изменения.

Постановлением суда кассационной инстанции от 15.12.2023 № Ф09-8297/22 решение Арбитражного суда Оренбургской области от 29.05.2023 по делу № А47-10313/2021 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.09.2023 по тому же делу оставлено без изменения, кассационная жалоба общества с ограниченной ответственностью «КДЦ» – без удовлетворения.

Судом в деле № А47-10313/2021 установлено, что из переписки сторон следует, что в ответ на письмо истца о необходимости возврата оборудования в связи с расторжением договора аренды ответчик в своем письме от 20.01.2021 № 07 указал, что не представлено соглашение о расторжении договора аренды в одностороннем порядке и акт возврата оборудования. Поэтому договор аренды № 1 от 01.09.2018 не расторгнут в установленном порядке, следовательно, является действующим. 

В соответствии с письмом от 04.02.2021 № 17 ответчик указал, что действия ООО «ДЦ «Архимед» по расторжению договора аренды в одностороннем порядке находятся за пределами правового поля, поэтому систематически предъявляемые незаконные требования по расторжению договора аренды, по необоснованному увеличению стоимости арендной платы, по вопросам состава оборудования противоречат заключенному договору аренды и действующему гражданскому законодательству в целом и не требуют исполнения со стороны ответчика. ООО «КДЦ» неоднократно указывало ООО «ДЦ «Архимед», что договором аренды № 1 от 10.09.2018 не предусмотрено право арендодателя на односторонний отказ от исполнения договора, поэтому истец не вправе в одностороннем порядке его расторгать.

Суд пришел к выводу о том, что подобное поведение ответчика, исходя из занятой им позиции о расторжении договора с 15.01.2021, является противоречивым и не свидетельствующим о необходимости возложения на истца обязанности по обеспечению надлежащей эксплуатации томографа при отсутствии фактического возврата имущества. Судом также учтено, в период с 02.03.2021 по 22.03.2021 место нахождения томографа истца было опечатано ответчиком своими печатями, двери закрыты на запирающие устройства. 12.03.2021 вызванные по заявлению истца сотрудники полиции в присутствии представителей истца и ответчика вскрыли помещение, где находился томограф, и установили, что криокомпрессор не работает. При сотрудниках полиции криокомпрессор включен 12.03.2021, а помещение повторно опечатано. Указанные обстоятельства подтверждаются протоколом осмотра места происшествия от 12.03.2021 (стр. 23-24 решения Арбитражного суда Оренбургской области от 29.05.2023 по делу № А47-10313/2021).

При таких обстоятельствах, суд соглашается с доводом истца, учитывая, что сторонами акт приема-передачи оборудования подписан 22.03.2021, в том числе с замечаниями в части состояния и места нахождения оборудования (т. 6 л.д. 152-153), оснований для расчета арендной платы только до 15.01.2021 не имеется.

Таким образом, следует признать установленным и надлежащим образом доказанным материалами дела факт наличия у ответчика задолженности по арендной плате перед истцом за период с сентября 2018 года по 22.03.2021 в сумме 3 553 788 руб. 21 коп., с учетом частичного погашения ответчиком за период с 17.03.2023 по 27.04.2023 задолженности по арендной плате в сумме 3 121 050,79 руб. 

Разногласий между сторонами в части суммы денежных средств, поступившей истцу в период с 17.03.2023 по 27.04.2023, не имеется.

Заявленные исковые требования в части взыскания с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами в порядке статьи 395 Гражданского кодекса РФ за период с 10.10.2018 по 31.03.2022 являются законными и обоснованными, вытекают из обоснованности требований по основному долгу, а потому подлежат удовлетворению. Контррасчет процентов ответчиком не представлен.

Требования истца в части взыскания с ответчика упущенной выгоды также являются обоснованными, подтверждены документально, ответчиком не опровергнуты.

Довод ответчика о том, что упущенная выгода на стороне истца не возникла, так как томограф остался во владении истца, является несостоятельным, не учитывает существо упущенной выгоды, фактические обстоятельства, а также выводы судов по делу № А47-10313/2021, которое является преюдициальным для настоящего дела.

В соответствии с положениями статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. 

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). 

Из содержания указанных норм следует, что требование о возмещении убытков может быть удовлетворено при наличии в совокупности доказательств, подтверждающих условия наступления гражданско-правовой ответственности. При этом неправомерность действий, размер убытков и причинная связь доказываются истцом, а отсутствие вины – ответчиком.

Как разъяснено в пункте 12 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

Упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было. При рассмотрении дел о возмещении убытков следует иметь в виду, что положение пункта 4 статьи 393 ГК РФ, согласно которому при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые стороной для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления, не означает, что в состав подлежащих возмещению убытков могут входить только расходы на осуществление таких мер и приготовлений (п. 14 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25).

В данном случае, заявляя требования о взыскании упущенной выгоды от срыва сделки, истец основывается не на причинении вреда оборудованию (томографу) истца, а на неисполнении ответчиком обязанности по возврату такого оборудования из аренды в установленный договором срок, то есть нарушению обязательства, вытекающего из условий договора аренды.

В соответствии с п. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

На основании п. 1 ст. 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

В обязательстве по возврату оборудования (МРТ) из аренды, арендодатель (истец) является кредитором, а арендатор (ответчик) должником, так как согласно статье 622 Гражданского кодекса РФ при прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором, а на основании пункта 2.10 договора аренды медицинского оборудования от 01.09.2018 № 1 арендатор обязуется вернуть оборудование арендодателю в течение одного рабочего дня после окончания срока аренды.

В данном случае в части упущенной выгоды правовое и фактическое значение имеют выводы кассационного суда, изложенные в постановлении от 22.12.2022 по делу № А47-10313/2021, учитывая мнение кассационного суда, изложенное в постановлении от 27.04.2023 по настоящему делу о необходимости рассмотрения вопроса об объединении дел № А47-10313/2021 и № А47-2024/2021.

Так, в рамках дела № А47-10313/2021, отправляя дело на новое рассмотрение по кассационной жалобе истца в части упущенной выгоды, судебная коллегия Арбитражного суда Уральского округа в постановлении от 22.12.2022 указала следующее:

Согласно п. 2.10 договора аренды арендатор обязуется вернуть оборудование арендодателю в течение одного рабочего дня после окончания срока. Общество с ограниченной ответственностью «ДЦ «Архимед» указывало, что ответчик осуществлял противодействие в части возврата имущества истца, поведение ответчика являлось противоречивым и недобросовестным. Так, первоначально ответчик согласовывал детали, запрашивал дополнительную информацию, затем в феврале 2021 года ответчик начал возражать против расторжения и отказался возвращать оборудование. 

Суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с положениями статьи 622 Гражданского кодекса РФ при прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором. Если арендатор не возвратил арендованное имущество либо возвратил его несвоевременно, арендодатель вправе потребовать внесения арендной платы за все время просрочки. В случае, когда указанная плата не покрывает причиненных арендодателю убытков, он может потребовать их возмещения.

Из фактических обстоятельств и материалов дела следует, что 01.02.2021 истцом (поставщиком) заключен договор поставки оборудования с ООО «Спектр-ВВК» (заказчик), по условиям которого истец обязуется поставить медицинское оборудование надлежащего качества по номенклатуре и в количестве согласно спецификации в адрес заказчика, а заказчик обязуется принять оборудование и оплатить его в соответствии с условиями договора.

Пунктом 1.2 договора поставки оборудования от 01.02.2021 определено, что поставщик обязуется осуществить поставку и обеспечить ввод оборудования в эксплуатацию.

Согласно п. 2.1 договора поставки поставляемое оборудование должно соответствовать действующим стандартам, техническим условиям и характеристикам, указанным в технической документации.

Общая сумма договора составляет 15 000 000 рублей без учета НДС (п. 3.1 договора поставки).

На основании п. 4.1 договора поставка оборудования заказчику осуществляется силами и за счет поставщика в срок до 01 марта 2021 года. Право выбора способа доставки оборудования заказчику принадлежит поставщику.

Из материалов дела следует, что ответчик осуществлял противодействие в части возврата имущества истца, поведение ответчика являлось противоречивым и недобросовестным. Данное обстоятельство также преюдициально установлено при рассмотрении дела № А47-10313/2021.

Принимая во внимание расторжение договора аренды с 15.01.2021, с учетом пункта 2.10 договора аренды, ответчик обязан возвратить истцу томограф 16.01.2021.

Фактически томограф возвращен по акту приема-передачи 22.03.2021. Соответственно, нарушение срока возврата оборудования подтверждено фактическими обстоятельствами и материалами дела.

Вопреки доводам ответчика, заключая договор поставки с ООО «Спектр ВВК» 01.02.2021 после подтверждения ответчиком расторжения договора № 1 с 15.01.2021 и согласия ответчика на возврат томографа, истец не мог знать и предполагать, что впоследствии ответчик начнет чинить препятствия для вывоза оборудования и откажется расторгать договор.

Согласованный с покупателем срок передачи МРТ до 01.03.2021 является разумным и реальным. Начиная с 01.02.2021 истец письменно неоднократно (письма от 01.02.2021, от 03.02.2021, от 24.02.2021, от 25.02.2021, от 26.02.2021, от 01.03.2021) уведомлял ответчика о необходимости приступить к фактическому вывозу оборудования, обеспечению доступа к помещению, а также указывал на необходимость истцу выполнить обязательства по передаче МРТ покупателю. Данные обстоятельства ответчиком не оспариваются.

Претензией от 04.03.2021 № 46 ООО «Спектр-ВВК» сообщил истцу о необходимости исполнения истцом обязательств по поставке магнитно-резонансного томографа, а также просил сообщить о причинах и основаниях не поставки оборудования в адрес покупателя. 

В ответ на указанную претензию письмом от 10.03.2021 истец сообщил покупателю, чти неисполнение обязательств по договору поставки оборудования от 01.02.2021 связано с незаконным удержанием предмета договора поставки ответчиком, по месту нахождения оборудования: 

<

...>. В связи с принятием необходимых мер для разрешения сложившейся ситуации истец просил продлить срок поставки до 01.04.2021.

Письмом от 19.03.2021 № 53 ООО «Спектр-ВВК» уведомило истца о расторжении договора поставки в связи с невыполнением истцом обязательств по поставке магнитно-резонансного томографа Philips Intera 1,5Т в срок, предусмотренный договором поставки оборудования от 01.02.2021.

Доказательств наличия обстоятельств, препятствующих истцу поставить томограф покупателю в согласованный срок, кроме удержания ответчиком томографа по месту его нахождения, в материалах дела не имеется, ответчиком такие обстоятельства не указаны, возражения в данной части ответчиком не представлены.

При этом решением Арбитражного суда Оренбургской области от 29.05.2023 по делу № А47-10313/2021 преюдициально установлено, что поведение ответчика (ООО «КДЦ»), исходя из занятой им позиции о расторжении договора с 15.01.2021, и невозвращением томографа истцу в установленный срок является противоречивым. Судом также учтено, в период с 02.03.2021 по 22.03.2021 место нахождения томографа истца было опечатано ответчиком своими печатями, двери закрыты на запирающие устройства (абз. 3 стр. 24 решения Арбитражного суда Оренбургской области от 29.05.2023 по делу № А47-10313/2021).

Также указанным решением суда по делу № А47-10313/2021 установлено, что 22.03.2021 ответчиком составлен акт приема-передачи, подписанный истцом с замечаниями и возражениями. Какие-либо специалисты и эксперты при передаче томографа от ответчика истцу не присутствовали, у уполномоченных представителей ответчика (директор ФИО5) и истца (замдиректора Бухара Е.А) никаких затруднений, в том числе технического характера, в процессе передачи оборудования не возникло (абз. 4 стр. 24 решения Арбитражного суда Оренбургской области от 29.05.2023 по делу № А47-10313/2021).

Таким образом, на основании взаимосвязанных положений статей 15, 393 и 622 Гражданского кодекса РФ, с учетом условий п. 2.10 договора аренды от договора аренды медицинского оборудования от 01.09.2018 № 1, фактических обстоятельств и представленных в материалы дела доказательств, ответчик обязан возместить истцу убытки в виде упущенной выгоды, вызванные несвоевременным возвратом арендованного имущества.

Доводы ответчика о том, что истец не имел возможности поставить исправное оборудование своему покупателю, а также о том, что фактически томограф остался во владении истца, подлежат отклонению, так как основанное на аналогичных выводах решение Арбитражного суда Оренбургской области по 30.06.2022 по делу № А47-10313/2021 в части отказа в удовлетворении исковых требований о взыскании упущенной выгоды было отменено постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 22.12.2022 по кассационной жалобе истца.

В тоже время в соответствии с условиями пунктов 4.6.1-4.8 договора поставки от 01.02.2021 поставщик после подписания заказчиком товарной накладной обеспечивает ввод оборудования в эксплуатацию. Ввод оборудования в эксплуатацию охватывает комплекс работ по распаковке оборудования, сборке, установке/монтажу, настройке и регулировке, сдаче-приемке в эксплуатацию. По окончании пусконаладочных работ поставщиком производятся контрольные технические испытания с целью оценки работоспособности оборудования и его соответствия техническим характеристикам, указанным в технической спецификации. Поставщик считается исполнившим обязанность по поставке и обеспечению ввода оборудования в эксплуатацию с момента подписания заказчиком и поставщиком акта ввода оборудования в эксплуатацию.

Таким образом, вне зависимости от того, что по вине ответчика оборудование по состоянию на 01.02.2021 находилось в неработоспособном состоянии, истец имел правовую и фактическую возможность поставить томограф своему покупателю и при условии несения расходов по приведению оборудования в работоспособное состояние передать его заказчику в надлежащем виде. 

С учетом определенного судами размера реальных убытков по делу № А47-10313/2021 в сумме 7 926 847 руб. 48 коп., необходимость несения которых обуславливает приведение томографа истца в работоспособное состояние, размер упущенной выгоды составляет 7 073 152 руб. 52 коп. (15 000 000 руб. – 7 926 847 руб. 48 коп.).

Устанавливая обстоятельства удержания арендатором имущества, было ли оно неправомерным, существовала ли реальная возможность возвратить имущество, на что указано в постановлении Арбитражного суда Уральского округа от 22.12.2022 по делу № А47-10313/2021, необходимо исходить из того, что материалами дела и преюдициальными выводами судов по делу № А47-10313/2021 подтверждается, что ответчик осуществлял противодействие в части возврата имущества истца, поведение ответчика являлось противоречивым и недобросовестным. 

Первоначально ответчик согласовывал определенные мероприятия, запрашивал дополнительную информацию, притом, что ответчик письменно подтвердил расторжение договора аренды с 15.01.2021. Однако затем в феврале 2021 года ответчик начал возражать против расторжения договора аренды и отказался возвращать оборудование. 02.03.2021 ответчик самовольно закрыл и опечатал помещение, где находился томограф, и не допускал к нему истца вплоть до 22.03.2021.

Из представленной в материалы дела переписки следует, что в ответ на письмо истца о необходимости возврата оборудования в связи с расторжением договора аренды ответчик в своем письме от 20.01.2021 № 07 указал, что не представлено соглашение о расторжении договора аренды в одностороннем порядке и акт возврата оборудования, Данные документы являются обязательными при расторжении договоров аренды недвижимого имущества в соответствии с требованиями действующего законодательства. Поэтому договор аренды № 1 от 01.09.2018 не расторгнут в установленном порядке, следовательно, является действующим (т. 6 л.д. 149).

Письмом от 04.02.2021 № 17 ответчик указал истцу на  то, что действия ООО «ДЦ «Архимед» по расторжению договора аренды в одностороннем порядке находятся за пределами правового поля, поэтому систематически предъявляемые им незаконные требования по расторжению договора аренды, по необоснованному увеличению стоимости арендной платы, по вопросам состава оборудования противоречат заключенному договору аренды и действующему гражданскому законодательству в целом и не требуют исполнения с его стороны. ООО «КДЦ» неоднократно указывало ООО «ДЦ «Архимед», что договором аренды № 1 от 10.09.2018 не предусмотрено право Арендодателя на односторонний отказ от исполнения договора, поэтому он не вправе в одностороннем порядке его расторгнуть. На основании изложенного Акт приема-передачи медицинского оборудования подписанию не подлежит, в связи с недостоверностью содержащихся в нем сведений и противоречиям действующего законодательства и условиям договора. (т. 6 л.д. 150). 

Характерным примером очевидного злоупотребления ответчиком своими правами является его письмо от 24.02.2021 № 40, в котором ответчик, использовавший с 01.09.2018 томограф истца в своей деятельности и извлекавший из этого значительную прибыль, заявил, что вывоз томографа не согласовывает и потребовал предоставить документы, подтверждающие право собственности истца на оборудование (т. 6 л.д. 151).

Далее, в период с 02.03.2021 по 22.03.2021 место нахождения томографа истца опечатано ответчиком своими печатями, двери закрыты на запирающие устройства. В середине указанного выше периода, а именно 12.03.2021 вызванные по заявлению истца сотрудники полиции в присутствии представителей истца и ответчика вскрыли помещение, где находился томограф, и установили, что криокомпрессор не работает. При сотрудниках полиции криокомпрессор включен 12.03.2021, а помещение повторно опечатано. Указанные обстоятельства подтверждаются протоколом осмотра места происшествия от 12.03.2021 (т. 2 л.д. 23-29).

22.03.2021 ответчиком составлен акт приема-передачи, подписанный истцом с замечаниями и возражениями. Какие-либо специалисты и эксперты при передаче томографа от ответчика истцу не присутствовали. У полномочных представителей ООО «КДЦ» (директор ФИО5) и ООО «Диагностический центр «Архимед» (замдиректора Бухара Е.А) никаких затруднений в самом процессе передачи оборудования не возникло. Данное обстоятельство также установлено при рассмотрении дела № А47-10313/2021.

Условие пункта 2.10 договора аренды принято сторонами без возражений. Разногласий по этому поводу у сторон при заключении договора не имелось. Соответственно, принятое обязательство в силу ст.ст. 309, 310 ГК РФ подлежало исполнению ответчиком надлежащим образом, и возврат арендованного оборудования должен был быть осуществлен ответчиком не позднее 16.01.2021.

Таким образом, фактические обстоятельства и материалы дела подтверждают, что удержание ответчиком арендованного имущества после 16.01.2021 не являлось правомерным, реальная возможность возвратить имущество у ответчика имелась, обязательство, предусмотренное пунктом 2.10 договора аренды о сроке возврата имущества, ответчиком нарушено, а потому имеется прямая причинно-следственная связь между действиями ответчика и неполучением истцом дохода от договора поставки оборудования от 01.02.2021, заключенного истцом с ООО «Спектр-ВВК».

Следовательно, учитывая фактические обстоятельства, материалы настоящего дела, а также преюдициальные обстоятельства, установленные на основании ст. 69 АПК РФ по делу № А47-10313/2021, исковые требования в части упущенной выгоды подлежит удовлетворению в сумме 7 073 152 руб. 52 коп.

Иные доводы, приводимые сторонами в обоснование своих требований и возражений, судом приняты во внимание, исследованы,  не имеют правового значения и не влияют на исход рассмотрения настоящего дела. 

При таких обстоятельствах, суд полагает необходимым взыскать с ООО «КДЦ» в пользу ООО «Диагностический центр «Архимед» 11492264 руб. 73 коп., в том числе 3 553 788 руб. 21 коп. – основной долг, 865324 руб. 00 коп. – проценты за пользование чужими денежными средствами, 7 073 152 руб. 52 коп. - убытки.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

С ответчика в доход федерального бюджета подлежит взысканию госпошлина в сумме 80 461 руб. 00 коп., поскольку истцу предоставлена отсрочка ее уплаты определением от 01.03.2021.

Руководствуясь ст.ст. 110, 112, 167-171, 176, 319 Арбитражного процессуального кодекса РФ, суд 

Р Е Ш И Л :

Исковые требования удовлетворить.   

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «КДЦ»  в пользу общества с ограниченной ответственностью «Диагностический центр «Архимед» 11 492 264 руб. 73 коп., в том числе 3 553 788 руб. 21 коп. – основной долг, 865 324 руб. 00 коп. – проценты за пользование чужими денежными средствами, 7 073 152 руб. 52 коп. - убытки.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «КДЦ»   в доход федерального бюджета  80 461 руб. 00 коп.  государственной пошлины.

Исполнительные листы выдать взыскателю и налоговому органу в порядке статей 319, 320 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации после вступления решения в законную силу.

Решение арбитражного суда первой инстанции  может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в срок, не превышающий месяца со дня вынесения решения (изготовления в полном объеме), через Арбитражный суд Оренбургской области.

   Судья            Т.В. Калитанова