АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА 

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121 http://fasszo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

18 марта 2025 года Дело № А21-13315/2021  

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Яковлева А.Э., судей Казарян К.Г., Колесниковой С.Г.,  

при участии от общества с ограниченной ответственностью «Региональный Центр Комплектации» представителя ФИО1 (доверенность  

от 09.01.2025), от ФИО2 представителя ФИО3 (доверенность от 09.06.2023),  

рассмотрев 05.03.2025 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.01.2025 по делу № А21-13315/2021-12,  

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Калининградской области от 21.01.2022 принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «Региональный Центр Комплектации», адрес: 630054, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***> (далее – ООО «РЦК»), о признании ООО «ГК-Ресурс», адрес: 238300, 

<

...>,  

ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***> (далее – Общество), несостоятельным (банкротом).  

Определением суда от 28.02.2022 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4.  

Решением Арбитражного суда Калининградской области от 26.09.2022 Общество признано несостоятельным (банкротом), в его отношении введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО4  

Конкурсный управляющий 04.10.2023 обратился в арбитражный суд с заявлением о взыскании с ФИО2 убытков  

размере 12 960 255,40 руб. Определением от 19.08.2024 суд отказал в удовлетворении заявления. Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда 

от 16.01.2025 определение от 19.08.2024 отменено. Суд апелляционной инстанции взыскал с ФИО2 в пользу Общества убытки в  

размере 12 960 255,40 руб. 

В кассационной жалобе ФИО2 просит отменить постановление от 16.01.2025, оставить в силе определение от 19.08.2024.  

По мнению ФИО2, постановление апелляционной инстанции является незаконным, необоснованным и подлежащим отмене.  

ФИО2 считает, что вывод суда о начале течения срока исковой давности с даты введения наблюдения не соответствует установленным по делу обстоятельствам и представленным доказательствам, арбитражным управляющим ФИО4 пропущен срок исковой давности. Податель кассационной жалобы указывает, что в настоящем деле не было представлено  

доказательств наличия подобной (прямой или опосредованной) связи между ответчиком и одним из последующих руководителей должника, которая могла бы стать основанием для исчисления срока исковой давности с даты введения процедуры наблюдения.  

Податель кассационной жалобы не согласен с выводом суда апелляционной инстанции о невозможности определения судьбы денежных средств, перечисленных ФИО2, поскольку это не соответствует установленным по делу обстоятельствам и представленным доказательствам, все документы Общества был переданы бывшим руководителем конкурсному управляющему.  

В отзывах, поступивших в суд в электронном виде, конкурсный управляющий и ООО «РЦК» возражают против удовлетворения кассационной жалобы.  

В дополнение к кассационной жалобе ФИО2 поясняет, что денежные средства поступили от ФИО5 в качестве возврата 1 000 000 руб., перечисленных ей от Общества 18.11.2016.  

По мнению подателя кассационной жалобы, судом апелляционной инстанции не была исследована платежеспособность должника.  

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы кассационной жалобы, а представитель ООО «РЦК» возражал против ее удовлетворения.  

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –  

АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.  

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.  

Как следует из материалов дела, ФИО2 занимал должность генерального директора должника с 18.11.2015 по 14.03.2018, далее  

с 14.03.2018 по 01.07.2019 в качестве директора выступал ФИО6, затем, с 01.07.2019 по 20.02.2021 – ФИО7, после него – ФИО8 в период  

с 20.02.2021 по 27.09.2022. 

В материалы обособленного спора не представлено достаточных сведений о добросовестном исполнении обязанностей генеральными директорами ФИО6, ФИО7, ФИО8  

Документы Общества конкурсному управляющему не переданы. 

Долг Общества перед 

ООО «РЦК» в размере 6 819 782 руб. за 

поставленный по договору товар возник в период осуществления 

ФИО2 

полномочий руководителя Общества, что следует из судебных актов по делу 

 № А45-31727/2020. В ходе анализа полученных конкурсным управляющим документов ФИО4 пришел к выводу том, что в период с 24.06.2015  

по 14.03.2018 ФИО2 безосновательно получил и вывел со счета должника денежные средства на общую сумму 12 960 255,40 руб., в том числе с назначением платежей «под отчет», «командировочные  

расходы» – 10 620 255,40 руб., с назначением платежа «оплата по договору займа № 3 от 08.12.2016г» – 1 340 000 руб. с назначением платежа «перечисление по договору № 2 от 19-11-16г» – 1 000 000 руб.  

Полагая, что денежные средства в размере 12 960 255,40 руб. являются убытками и подлежат взысканию с ФИО2, поскольку документов, подтверждающих возврат денежных средств Обществу не имеется, а договоры, указанные в назначении платежей, у должника отсутствуют, конкурсный  

управляющий обратился в суд с настоящим заявлением.  

Применив нормы материального и процессуального законодательства, а также законодательства о банкротстве, исследовав представленные доказательства, суд первой инстанции счел заявление необоснованным, установив пропуск срока исковой давности  

Апелляционный суд не согласился с выводами суда первой инстанции. Суд апелляционной инстанции указал, что в результате совершения финансовых операций, на которые указывает конкурсный управляющий в обоснование своего требования, имело место выбытие денежных средств из имущественной массы должника, при отсутствии доказательств оснований для расходования указанных денежных средств и (или) возврата 12 960 255,40 руб. В результате данных действий Обществу были причинены убытки, исходя из изложенного суд заявление конкурсного управляющего удовлетворил.  

Исследовав материалы дела, проверив доводы жалобы, суд кассационной инстанции приходит к следующему.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в редакции, применяемой к спорным правоотношениям, в случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника - унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором), гражданином-должником положений названного Закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения.  

Согласно пункту 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) под убытками обычно понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).  

Возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, поэтому лицо, требующее их возмещения, должно доказать факт нарушения права, наличие и размер понесенных убытков, причинную связь между нарушением права и возникшими убытками. Между противоправным поведением одного лица и убытками, возникшими у другого лица, чье право нарушено, должна существовать прямая (непосредственная) причинная связь. Недоказанность одного из указанных фактов свидетельствует об отсутствии состава гражданско-правовой ответственности.  

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.  

В пункте 1 и подпункте 1 пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено, что лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д.), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно. В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.  

ФИО2 в обоснование своей позиции не представлены доказательства возврата денежных средств должнику либо их добросовестного  

расходования на нужды должника.  

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции правомерно сделал вывод о том, что ответчиком не представлены надлежащие доказательства, подтверждающие расходование снятых с расчетных счетов должника денежных средств.  

Таким образом, вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ ответчик не доказал добросовестность и разумность своих действий по расходованию денежных средств Общества, полученных им под отчет.  

К требованию о взыскании убытков применим общий срок исковой давности, составляющий три года с даты, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении его прав (статья 196, 199 ГК РФ).  

В соответствии со статьей 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.  

В пункте 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений статьи 65 АПК РФ несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности.  

Поскольку требование о возмещении убытков, причиненных должнику членами его органов и лицами, определяющими действия должника, подается от имени должника, срок исковой давности исчисляется с момента, когда должник, например, в лице нового директора, не связанного (прямо или опосредованно) с допустившим нарушение директором, или арбитражного управляющего, утвержденного после прекращения полномочий допустившего нарушение директора, получил реальную возможность узнать о допущенном бывшим директором нарушении либо когда о нарушении узнал или должен был узнать не связанный (прямо или опосредованно) с привлекаемым к ответственности директором участник (учредитель), имевший возможность прекратить полномочия директора, допустившего нарушение. Соответствующие разъяснения приведены в абзаце втором пункта 68 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица».  

В пункте 58 Постановления № 53 также разъяснено, что сроки, указанные в абзаце первом пункта 5 и абзаце первом пункта 6 статьи 61.14 Закона о банкротстве, являются специальными сроками исковой давности (пункт 1 статьи 197 ГК РФ), начало течения которых обусловлено субъективным фактором (моментом осведомленности заинтересованных лиц). При этом данные сроки ограничены объективными обстоятельствами: они в любом случае не могут превышать трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) или со дня завершения конкурсного производства и десяти лет со дня совершения противоправных действий (бездействия).  

На основании изложенного апелляционный суд пришел к выводу, что срок исковой давности следует исчислять с даты назначения независимого  

руководителя, а именно с даты введения процедуры наблюдения – 28.02.2022. Так как конкурсный управляющий обратился с заявлением о взыскании  

убытков 04.10.2023, срок исковой давности не является пропущенным. Суд кассационной инстанции не находит правовых оснований для иного определения течения срока исковой давности. Из материалов дела не усматривается добросовестная передача управления Обществом от  

ФИО2 к другим лицам и должная передача документов от последнего директора конкурсному управляющему. Обстоятельства продажи Общества с долгами и расходование спорных денежных средств ФИО2 не раскрыты. Действующий правопорядок не поощряет «брошенный бизнес», а добросовестный участник хозяйственного общества, решивший прекратить осуществление предпринимательской деятельности через юридическое лицо, должен следовать принципу «закончил бизнес – убери за собой» (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2024 № 305-ЭС24-809). Добросовестный руководитель общества обязан действовать в интересах контролируемого им юридического лица и его кредиторов, в том числе сохранять, раскрывать информацию о хозяйственной деятельности должника при предъявлении требований как к подконтрольному обществу, так и лично к контролирующему лицу; давать пояснения относительно причин неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения обществом хозяйственной деятельности (определения Судебной коллегии по экономическим спорам  

от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285, 06.06.2020 № 307-ЭС20-180, от 17.07.2020 № 302-ЭС20-8980, от 25.08.2020 № 307-ЭС20-180, от 30.01.2023  

 № 307-ЭС22-18671 и др.). 

Поскольку при рассмотрении дела нормы материального права применены судом апелляционной инстанции правильно и нормы процессуального права не нарушены, суд кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения жалобы.  

В связи с окончанием кассационного производства приостановление исполнения постановления Тринадцатого арбитражного апелляционного суда  

от 16.01.2025, произведенное определением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 17.02.2025, подлежит отмене в соответствии с частью 4 статьи 283 АПК РФ.  

Руководствуясь статьями 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа  

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда 

от 16.01.2025 по делу № А21-13315/2021-12 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.  

Отменить приостановление исполнения постановления Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.01.2025 по делу № А21-13315/2021-12.  

Председательствующий А.Э. Яковлев Судьи К.Г. Казарян  

С.Г. Колесникова