СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-14553/2022(3)-АК

Дело № А60-39750/2021

19 января 2024 года

г. Пермь

Резолютивная часть постановления объявлена 16 января 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 19 января 2024 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Гладких Е. О.,

судей                                Зарифуллиной Л.М., Макарова Т.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

при участии в судебном заседании путем веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

от финансового управляющего ФИО2: ФИО3, паспорт, доверенность от 15.01.2023;

от кредитора ФИО4: ФИО5, паспорт, доверенность от 05.07.2023;

от кредитора ФИО6: ФИО7, удостоверение, доверенность от 14.07.2023

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу кредитора ФИО6 на определение Арбитражного суда Свердловской области  от 23 октября 2023 года об отказе в удовлетворении заявления ФИО6 о включении требования в реестр требований кредиторов должника, об удовлетворении заявления финансового управляющего о признании недействительной совокупности сделок, а именно - договора займа от 01.05.2021, заключенного между должником  и ФИО8; акта приема-передачи от 12.05.2021 на сумму 140 000,00 руб.; акта приема-передачи от 21.06.2021 на сумму 1 890 000,00 руб.; акта приема-передачи от 03.07.2021 на сумму 2 180 000,00 руб.; акта приема-передачи от 05.08.2021 на сумму 920 000,00 руб., вынесенное в рамках дела № А60-39750/2021 о признании несостоятельным (банкротом) ФИО9  (ИНН 

<

***>),

третье лицо: ФИО8,

установил:

в Арбитражный суд Свердловской области 09.08.2021 поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Предприятие «Технологии автономного энергоснабжения» (далее – ООО «Предприятие «ТАЭН») о признании ФИО9 (далее – ФИО9, должник) несостоятельным (банкротом), которое определением от 26.08.2021 после устранения недостатков, послуживших основанием для оставления заявления без движения, принято к производству суда, возбуждено дело о банкротстве должника.  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 24.12.2021 (резолютивная часть от 17.12.2021) заявление ООО «Предприятие ТАЭН» признано обоснованным, в отношении ФИО9 введена процедура реструктуризации долгов до 17.06.2022, финансовым управляющим должника утвержден ФИО10 (далее – ФИО10), член союза «Уральская саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №6(7207) от 15.01.2022, стр.190.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 16.06.2022 (резолютивная часть от 08.06.2022) процедура реструктуризации долгов в отношении ФИО9 прекращена, ФИО9 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев до 08.12.2022, финансовым управляющим должника утвержден ФИО11 (далее – ФИО11), член ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Лига».

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №162(7363) от 03.09.2022, стр.41.

В арбитражный суд 05.08.2022 поступило заявление ФИО6 (далее – ФИО6) о включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере 5 662 341 руб. 60 коп.

В дальнейшем, 27.09.2022, в суд поступило заявление финансового управляющего о признании недействительной совокупности сделок, а именно: договора займа от 01.05.2021, заключенного между ФИО9 (далее - ФИО9) и ФИО8  (далее - ФИО8), акта приема-передачи от 12.05.2021 на сумму 140 000,00 руб., акта приема-передачи от 21.06.2021 на сумму 1 890 000,00 руб., акта приема-передачи от 03.07.2021 на сумму 2 180 000,00 руб., акта приема-передачи от 05.08.2021 на сумму 920 000,00 руб. и применении последствий недействительности сделок в виде признания отсутствующей задолженности ФИО9 в размере 5 130 000,00 руб. перед ФИО8

Определением Арбитражного суда Свердловской области 11.10.2022 заявление принято судом к рассмотрению и объединено для совместного рассмотрения с заявлением ФИО6 о включении в реестр требований кредиторов.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 23.10.2023 (резолютивная часть от 16.10.2023) в удовлетворении заявления ФИО6 о включении в реестр требований кредиторов должника отказано. Заявление финансового управляющего ФИО9 удовлетворено, признана недействительной совокупность сделок, а именно: договора займа от 01.05.2021, заключенного между ФИО9 и ФИО8; акта приема- передачи от 12.05.2021 на сумму 140 000,00 руб.; акта приема-передачи от 21.06.2021 на сумму 1 890 000,00 руб.; акта приема-передачи от 03.07.2021 года на сумму 2 180 000,00 руб.; акта приема-передачи от 05.08.2021 на сумму 920 000,00 руб.. С ФИО8 в пользу ФИО9 взыскано 3000 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины, в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 3000 руб.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, кредитор ФИО6 обратился с апелляционной жалобой, в которой просил отменить определение от 23.10.2023, вынести новый судебный акт о включении требований ФИО6 в реестр требований кредиторов ФИО9

По мнению апеллянта, заинтересованные лица не доказали мнимость заемных отношений между ФИО9 и ФИО8, поскольку в материалы дела были представлены  договор займа от 01.05.2021 № 1, а также оригиналы актов приема-передачи денежных средств по указанному договору от 12.05.2021 № 1, от 21.06.2021 № 2, от 03.07.2021 № 3, от 05.08.2021 № 4, сведения о сведения о наличии у ФИО8 доходов, которые достоверно позволяли ему выдать заем наличными денежными средствами (том 1, листы 47-48). Обращает внимание суда на то, что  ФИО8 в своем пояснении от 12.12.2022 (том 1, лист 46) подтвердил факт заключения договора займа, а также факт передачи наличных денег ФИО9 В свою очередь ФИО9 также признал факт получения денег от ФИО8  Указвает на отсутствие в материалах дела доказательств того, что ФИО8 является аффилированным по отношению к ФИО9 лицом. Заем является процентным (24 % годовых, или 0,067 % в день – пункт 1.6. договора займа). Поскольку ФИО9 на момент заключения договора займа обладал значительным количеством недвижимого имущества (подтверждается сведениями из ЕФРСБ), то у ФИО8 очевидно не было сомнений в возможности получить денежные средства обратно. По мнению апеллянта, тот факт, что ФИО6 обратился в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов параллельно с иной организацией, чье требование не было признано судом обоснованным (в апелляционной инстанции не обжаловалось), сам по себе не свидетельствовал о недобросовестном поведении ФИО6 Вопреки выводам суда, размер требования ФИО6 в любом случае не позволял ему контролировать процедуру банкротства ФИО9 Апеллянт считает, что договор займа был заключен на рыночных условиях – 01.05.2021 со сроком возврата займа до 31.03.2022. Иной даты заключения договора займа и актов приема-передачи денег не доказано. Апеллянт указал на то, что познакомился с ФИО8 через супругу ФИО9 ФИО12, с которой ФИО6 длительное время состоит в близких доверительных отношениях. Вначале 2022 года ФИО12 и ФИО9 расторгли свой брак. Именно по просьбе ФИО12 ФИО6 с 07.06.2022 стал руководителем ДНТ «Ясная Поляна», сменив на этом посту ФИО9 То есть ФИО9 и ФИО6 никогда не занимали одновременно посты в одной и той же организации. Суд этому обстоятельству правовой оценки не дал. Сам по себе факт личных доверительных отношений ФИО6 и бывшей супруги должника ФИО12 сам по себе не свидетельствует о недобросовестном поведении ФИО6 или его связи с ФИО9 

Апеллянт полагает, что определение Арбитражного суда Свердловской области от 18.05.2023 по настоящему делу, в котором был сделан вывод об аффилированности ФИО6 и ФИО9 не имеет преюдициального значения, поскольку ФИО6 не был привлечен к участию в обособленном споре. Апеллянт ссылается на правовую позицию, изложенную в постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (от 03.04.2007 № 13988/06, от 17.06.2007 № 11974/06 и от 10.06.2014 № 18357/13), согласно которой арбитражный суд не связан выводами других судов о правовой квалификации рассматриваемых отношений и о толковании правовых норм.

ФИО6 считает необоснованным отказ суда в удовлетворении ходатайства об истребовании доказательств в нарушение статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Апеллянт обращает внимание на то, что судом не дана оценку тому, что ФИО4, ссылаясь на наличие у ФИО9 по состоянию на 01.05.2021 задолженности по исполнительным производствам как основание для отказа во включении требования в реестр, занял противоречивую процессуальную позицию. По сведениям из базы данных исполнительных производств 16.03.2018 в отношении ФИО9 было возбуждено исполнительное производство на основании исполнительного листа от 02.03.2018 Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга. Однако данное обстоятельство не помешало ФИО4 вступить в гражданско-правовые отношения с ФИО9 для обеспечения займов, заключенных 30.03.2018 и 18.05.2018. Вывод суда о недобросовестности поведения ФИО6, сделан без учета того обстоятельства что приговором Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 06.02.2017 ФИО4 был признан виновным по части 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации.

До начала судебного заседания от кредитора ФИО4, финансового управляющего должника поступили отзывы на апелляционную жалобу, в соответствии с которыми просят в удовлетворении жалобы отказать, определение суда оставить без изменения.

В судебном заседании представитель кредитора ФИО6 заявил ходатайство об истребовании у должника письменных пояснений.

Финансовый управляющий ФИО2, представитель кредитора ФИО4 относительно удовлетворения ходатайства представителя кредитора ФИО6 об истребовании у должника письменных пояснений возражали.

При рассмотрении ходатайства об истребовании доказательств коллегия судей учитывает, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательствам.

Оценка доказательств на предмет их достоверности и достаточности относится к компетенции суда, поэтому реализация лицом, участвующим в деле, предусмотренного пунктом 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) права на обращение в арбитражный суд с ходатайством об истребовании доказательств не предполагает безусловного удовлетворения судом соответствующей процессуальной просьбы.

Руководствуясь статьей 66 АПК РФ, исходя из фактических обстоятельств рассматриваемого спора, суд апелляционной инстанции, с учетом пояснений представителя заявителя, данных в судебном заседании суда апелляционной инстанции, отказывает в удовлетворении ходатайства об истребовании доказательств, поскольку признает имеющиеся в материалах дела доказательства достаточными для рассмотрения жалобы по существу, с учетом предмета заявленных требований.

Представитель кредитора ФИО6 доводы апелляционной жалобы поддерживает в полном объеме, определение суда первой инстанции считает незаконным и необоснованным, просит его отменить, принять по делу новый судебный акт, апелляционную жалобу - удовлетворить.

Финансовый управляющий ФИО2, представитель кредитора ФИО4 против доводов апелляционной жалобы возражают, определение суда первой инстанции считают законным и обоснованным, просят оставить его без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.  

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные в соответствии со статьей 123 АПК РФ о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили. На основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке статьей 266, 268, 270 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 09.07.2022 между ФИО8 и ФИО6 был заключен договор уступки права требования, согласно которому ФИО8 передал ФИО6 право требования к Должнику - ФИО9 вытекающего из Договора процентного займа №1 от 12.05.2021, Актов приема-передачи денежных средств. Право требования к Должнику возникло у ФИО6 без каких-либо оговорок, ограничений и условий с момента подписания договора уступки права требования.

В соответствии с пунктом 3.4 договора уступки уступаемое право требования на сумму 5 130 000 рублей уступлено за 1 500 000 рублей. 

30.07.2022 ФИО6 направил в адрес Должника уведомление об уступки права требования от 29.07.2022 и претензию об оплате задолженности от 29.07.2022.

По мнению заявителя, по состоянию на дату введения в отношении должника процедуры реструктуризации долгов размер неисполненных перед заявителем денежных обязательств составляет 5 662 341,60 руб.: 5 130 000 руб. 00 коп. - основного долга, 532 341 руб. 60 коп. - сумма процентов за пользование займом.

В обоснование заявленных требований кредитором в материалы дела предоставлены копии следующих документов:

1) договор уступки права требования от 09.07.2022 между ФИО6 и ФИО8;

2) договор займа № 1 от 01.05.2021 г. между ФИО8 и ФИО9;

3) акты приема-передачи ФИО8 денежных средств ФИО9:

- от 12.05.2021 года на сумму 140 000,00 руб.;

- от 21.06.2021 года на сумму 1 890 000,00 руб.;

- от 03.07.2021 года на сумму 2 180 000,00 руб.;

- от 05.08.2021 года на сумму 920 000,00 руб.

Финансовый управляющий против заявленных требований возражал, заявил требование о признании совокупности сделок, а именно - Договора займа от 01.05.2021, заключенного между ФИО9 и ФИО8; - Акта приема-передачи от 12.05.2021 на сумму 140 000,00 руб.; - Акта приема-передачи от 21.06.2021 на сумму 1 890 000,00 руб.; -Акта приема-передачи от 03.07.2021 на сумму 2 180 000,00 руб.; - Акта приема- передачи от 05.08.2021 на сумму 920 000,00 руб. недействительными и применении последствия недействительности сделок в виде признания отсутствующей задолженности ФИО9 в размере 5 130 000,00 руб. перед ФИО8.

Финансовый управляющий просил признать недействительными сделки должника на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также на основании статей 10 и 168 ГК РФ.

Требования заявителя и финансового управляющего объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности факта выдачи суммы займа, о наличии мнимости спорных сделок, требования о включении в реестр требований кредиторов предъявлены аффилированным лицом, кроме того суд пришел к выводу о недоказанности передачи прав требований в столь меньшем размере, чем сумма предоставленного займа, о нераскрытии цели ФИО6 получения прав требований к должнику, признанному несостоятельным банкротом, учитывая наличие неплатежеспособности последнего в связи с чем признал совокупность сделок, а именно: Договор займа от 01.05.2021, заключенного между ФИО9 и ФИО8; Акт приема-передачи от 12.05.2021 на сумму 140 000,00 руб.; Акт приема-передачи от 21.06.2021 на сумму 1 890 000,00 руб.; Акт приема-передачи от 03.07.2021 на сумму 2 180 000,00 руб.; Акт приема-передачи от 05.08.2021 на сумму 920 000,00 руб. недействительными, в отсутствие доказательств реального встречного предоставления пришел к выводу о неприменении последствий недействительности сделок в виде признания отсутствующей задолженности. С учетом признания сделок, на которых основаны требования ФИО6 о включении в реестр требований кредиторов, недействительными, суд первой инстанции не усмотрел оснований для удовлетворения заявления ФИО6 о включении в реестр требований кредиторов должника.

Рассмотрев апелляционную жалобу, отзывы на апелляционную жалобу, оценив все собранные в настоящем обособленном споре доказательства, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке статьей 266, 268, 270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены или изменения вынесенного определения.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам АПК РФ с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника в порядке, определенном статьями 71 и 100 Закона о банкротстве.

В пункте 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление № 35) разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как следствие, нарушений прав его кредиторов, к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника - банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 постановления № 35, пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом ВС РФ 20.12.2016).

Основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга (пункт 26 постановления № 35, определения ВС РФ от 04.06.2018 № 305-ЭС18-413, от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197).

По правилам статей 71, 100, 142 Закона о банкротстве установление и включение требований в реестр требований осуществляется на основании представленных кредитором документов, поэтому именно на нем лежит обязанность при обращении со своим требованием приложить соответствующие достоверные и достаточные доказательства действительного наличия денежного обязательства.

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, неисполненные должником.

Как правильно установлено судом первой инстанции, до 06.06.2022 должник являлся председателем правления дачного некоммерческого товарищества «ЯСНАЯ ПОЛЯНА». С 06.06.2023 и по настоящее время председателем является ФИО6

Аффилированность ФИО6 должнику и его супруге ФИО12 установлена определением Арбитражного суда Свердловской области от 18.05.2022 по делу №А60-39750/2021 об отказе во включении в реестр требований ООО «МК».

В частности, судом установлено, что руководителем и единственным участником ООО «МК»  является ФИО13 (далее – ФИО13).

Руководителем дачного некоммерческого товарищества «Ясная поляна» является ФИО6 (брат ФИО13), участниками ФИО9, ФИО12)) (абз. 5, 6 на стр. 6 определения от 18.05.2022).

Отказывая во включении требования ООО «МК» в реестр кредиторов должника со ссылкой на статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу о недоказанности заявителем реальности поставки ТМЦ ООО СК «ТЭС», посчитав, что требование фактически направлено на формирование искусственной кредиторской задолженности в целях контроля за процедурой банкротства и участия в распределении активов должника (абзац 3 на стр. 9 определения от 18.05.2022).

Данное определение суда обжаловано не было, вступило в законную силу.

Судом первой инстанции обоснованно принято во внимание, что требования ООО «МК» и ФИО6 были предъявлены в суд в один период времени (август 2022 года), их совокупный размер (5,6 млн.руб. требование ФИО6 и 12,3 млн.руб. требование ООО «МК») позволял претендовать на получение более 50% голосов в реестре требований кредиторов и, соответственно, приобретение контроля за процедурой банкротства, единоличное принятие ключевых решений, существенную долю участия в распределении активов должника.

Таким образом, фактически предъявленные требования о включении в реестр требований кредиторов предъявлены аффилированным лицом, как верно установлено судом первой инстанции.

Факт аффилированности кредитора и должника судом установлен, материалами дела подтвержден.

При этом, судебная коллегия полагает необходимым отметить, что сама по себе аффилированность не является основанием для отказа во включении требований кредитора в реестр.

Между тем повышенный стандарт доказывания для аффилированных кредиторов означает необходимость представления ими в суд не только минимальной совокупности доказательств, подтверждающих наличие гражданского правоотношения, но большего объема доказательств, пояснений по сложившимся правоотношениям. Целью такого судебного исследования является устранение сомнений в фиктивности долга.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки может быть искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора. Стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной.

Согласно части 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

При установлении требований в реестр применяются повышенные стандарты доказывания наличия денежного требования к должнику, бремя доказывания обоснованности наличия требования возложено на кредитора, предъявившего такое требование.

Учитывая повышенный стандарт доказывания в делах о банкротстве при разрешении споров, основанных на первичной документации, при наличии возражений со стороны конкурсного управляющего, учитывая аффилированность заявителя с должником, представленные ООО «Арсенал» доказательства не являются достаточными для признания требований заявителя обоснованными, поскольку заявителем не представлены все документы, предусмотренные договорами поставки, договорами подряда и субподряда.

Сложившийся в правоприменительной практике повышенный стандарт доказывания по требованиям аффилированных лиц призван исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых, что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав.

Таким образом, аффилированность с должником налагает на ФИО6 повышенные требования в области доказывания обоснованности требований, заявленных к включению в реестр требований кредиторов должника.

Поскольку такой стандарт доказывания ФИО6 не соблюден, основания для включения его требования в размере 5 662 341,60 руб. в реестр требований кредиторов должника отсутствуют.

В материалах дела отсутствуют доказательства наличия погашения задолженности либо расходования суммы займа должником после их получения, равно как и не раскрыты экономические мотивы и факт действительного получения оспариваемой суммы денежных средств.

Следовательно, оспариваемые сделки были совершены в отсутствие какого-либо встречного предоставления.

Кроме того, договор уступки права требования заключен между ФИО8 и ФИО6 09.07.2022, то есть после признания должника банкротом.

В соответствии с п. 3.4. договора уступки уступаемое право требования на сумму 5 130 000,00 руб. к ФИО14 уступлено ФИО6 за 1 500 000,00 руб. Оплата за уступленное право должна быть произведена новым кредитором ФИО8 в срок до 31.12.2022.

Вместе с тем, в материалы дела не представлены доказательства оплаты ФИО8 за уступаемое право требования, кроме того само по себе приобретение прав к несостоятельному лицу также отклоняется от стандартов обычного поведения и требует применения повышенных стандартов доказывания.

Суду, в том числе, не раскрыты мотивы ФИО8, передающего права требований в меньшем в несколько раз размере, чем сумма предоставленного займа, а также не раскрыта цель, преследуемая ФИО6 при получении прав требований к должнику, признанному несостоятельным (банкротом), учитывая его неплатежеспособность.

Такое поведение, как верно отмечено судом первой инстанции, не соответствует разумному поведению добросовестного субъекта гражданских правоотношений, интерес которого состоит в получении дохода от свободных денежных средств.

Заявителем не обоснована экономическая целесообразность осуществления подобной хозяйственной деятельности без получения положительного экономического эффекта с учетом длительного срока неоплаты задолженности.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу, что действия кредитора направлены на создание кредиторской задолженности перед аффилированным лицом в нарушение интересов добросовестных кредиторов должника, с намерением искусственно нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность в целях получения голосов на собраниях кредиторов должника и распределения в его пользу выручки от реализации имущества, входящего в конкурсную массу должника, в связи с чем такое требование не подлежит включению в реестр требований кредиторов должника.

Финансовый управляющий против заявленных требований возражал, заявил требование о признании совокупности сделок, а именно - Договора займа от 01.05.2021, заключенного между ФИО9 и ФИО8; - Акта приема-передачи от 12.05.2021 на сумму 140 000,00 руб.; - Акта приема-передачи от 21.06.2021 на сумму 1 890 000,00 руб.; -Акта приема-передачи от 03.07.2021 на сумму 2 180 000,00 руб.; Акта приема-передачи от 05.08.2021 на сумму 920 000,00 руб. недействительными и применении последствия недействительности сделок в виде признания отсутствующей задолженности ФИО9 в размере 5 130 000,00 руб. перед ФИО8

Финансовый управляющий просит признать недействительными сделки должника на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также на основании статей 10 и 168 ГК РФ.

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Таким образом, для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо установить совершение сделки должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, а также неравноценность встречного исполнения обязательств контрагентом должника.

Учитывая, что заявление о признании должника банкротом принято арбитражным судом 26.08.2021.2017, а договор займа совершен 01.05.2021, Акт на сумму 140 000,00 руб. - 12.05.2021, Акт на сумму 1 890 000,00 руб. - 21.06.2021, Акт на сумму 2 180 000,00 руб. – 03.07.2021, Акт на сумму 920 000,00 руб. - 05.08.2021, соответственно, арбитражный суд первой инстанции обоснованно указал на то, что спорные сделки подпадают под период подозрительности, установленный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судом апелляционной инстанции учтено, что на дату совершения договора займа - 01.05.2021, а также оспариваемых Актов (12.05.2021,  21.06.2021, 03.07.2021, 05.08.2021) у ФИО9 имелись неисполненные обязательства перед следующими кредиторами:

- ООО «Предприятие «ТАЭН» в сумме 12 396 023 руб. 67 коп., в том числе 10 099 866 руб. 56 коп. основной долг, 2 296 157 руб. 11 коп. неустойка, возникшие из договора поручительства № 30 от 10.04.2017, заключенного в обеспечение обязательств ООО СК «ТЭС-Групп» (ИНН 

<

***>) по договору поставки 25.09.2014 г. № ПТ198/2014; договору поручительства от 14.09.2016 г. № 49, заключенного в обеспечение обязательств ООО СК «ТЭС» по договору поставки № ПТ 294 от 14.09.2016 г., подтвержденными Определением Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга по делу № 2-3659/2020 об утверждении мирового соглашения и исполнительного производства № 40524/21/66060-ИП.

- ИФНС России по Ленинскому району г. Екатеринбурга по уплате обязательных платежей с 2020 года, в размере 464 565 руб. 32 коп., в том числе 410 772 руб. 16 коп. налога, 53 193 руб. 16 коп. пени, 600 руб. 00 коп. штрафа.

- ФИО4 по договору займа от 08.02.2018 года, взысканные согласно решению Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга по делу № 2-4529/2020.

На текущую дату размер требований кредиторов ФИО9, помимо указанных, составляет 20 947 320,98 руб., в том числе 4 127 971,15 руб., обеспеченных залогом имущества должника.

Следовательно, на момент совершения оспариваемых сделок должник отвечал признаку неплатежеспособности - прекратил исполнять обязательства, срок исполнения которых наступил, что подтверждается материалами дела.

Таким образом, из материалов дела усматривается, что на дату совершения сделки должник уже обладал признаками неплатежеспособности, сделка совершена в течение года до принятия заявления о признании должника банкротом.

С учетом изложенного, оценив договор займа от 01.05.2021, Акт на сумму 140 000,00 руб. от 12.05.2021, Акт на сумму 1 890 000,00 руб. от 21.06.2021, Акт на сумму 2 180 000,00 руб. от 03.07.2021, Акт на сумму 920 000,00 руб. от 05.08.2021 на предмет наличия признаков его недействительности по основаниям, предусмотренным в статьях 10, 168 и 170 ГК РФ, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о том, что подлинная воля сторон не была направлена на установление соответствующих ей правоотношений, спорные сделки совершены без цели ее реального исполнения, в материалы дела не представлено доказательств реальности передачи займодавцем должнику денежных средств. Спорные сделки, по сути, направлены на создание у должника перед ФИО6 фиктивной задолженности по займу с целью ее последующего включения в реестр требований кредиторов несостоятельного должника и, соответственно, на причинение вреда имущественным правам кредиторов.

Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы оспариваемые сделки являются мнимыми в силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Принимая во внимание, что оспариваемые сделки суд признал недействительными, что свидетельствует об отсутствии денежного обязательства у должника перед кредитором, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявления ФИО6 о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 5 662 341 руб. 60 коп.

Ссылка заявителя апелляционной жалобы на правовую позицию, согласно которой арбитражный суд не связан выводами других судов о правовой квалификации рассматриваемых отношений и о толковании правовых норм (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 03.04.2007 N 13988/06, от 17.06.2007 N 11974/06 и от 10.06.2014 N 18357/13, определение Верховного Суда Российской Федерации от 13.03.2019 N 306-КГ18-19998), не может быть принята во внимание в данном случае, поскольку Арбитражным судом Свердловской области в определении от 18.05.2023 не просто дана правовая оценка правоотношениям сторон, а установлены фактические обстоятельства, послужившие основанием для отказа в удовлетворении требований о включении требований в реестр. При этом при рассмотрении настоящего обособленного спора заявителем доказательства, позволяющие суду сделать противоположные изложенным в определении от 18.05.2023 выводы, не представлены. 

Все доводы, изложенные в апелляционной жалобе, по существу направлены на переоценку установленных по настоящему делу обстоятельств и фактических отношений сторон, оснований для которой не имеется, поскольку судом первой инстанции при рассмотрении дела установлены и исследованы все существенные для принятия правильного судебного акта обстоятельства, им дана надлежащая правовая оценка, выводы, изложенные в судебном акте, основаны на имеющихся в деле доказательствах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относятся на заявителя апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 АПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 23 октября 2023 года по делу № А60-39750/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

Е.О. Гладких

Судьи

Л.М. Зарифуллина

Т.В. Макаров