﻿/

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-14173/2017

24 декабря 2020 года

г. Санкт-Петербург

/сд.1

Резолютивная часть постановления объявлена  17 декабря 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме 24 декабря 2020 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Ракчеевой М.А., судей Морозовой Н.А. и Юркова И.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Бойко К.Б.,

при участии от Рагимовой Г.М. представителя Гливенко М.Ю. (доверенность от 17.02.2020), от общества с ограниченной ответственностью «Мейзом» Вознесенской Л.Н. (доверенность от 29.01.2020),

рассмотрев 17.12.2020 в открытом судебном заседании апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Мейзом» и Рагимовой Галины Михайловны (регистрационные номера 13АП-20685/2020, 13АП-22716/2020) на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 13.07.2020 по обособленному спору № А56-14173/2017/сд.1, 

у с т а н о в и л:

В марте 2017 года Рагимова Галина Михайловна обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) открытого акционерного общества «Фармацевтическая фабрика Санкт-Петербурга», адрес: 191144, Санкт-Петербург, ул. Моисеенко, д. 24, лит. А, ОГРН 1027809179705, ИНН 7815026980 (далее – Фабрика). 

Определением от 16.05.2017 заявление принято к рассмотрению, возбуждено производство по настоящему делу. 

Определением от 04.08.2017 произведена замена кредитора-заявителя по данному делу с Рагимовой Г.М. на акционерное общество (далее – АО) «Мединторг», адрес: 127055, Москва, Сущевская ул., д. 19, стр. 5, пом I, оф. 206, ОГРН 1037739371900, ИНН 7707086510, чьи требования на сумму 681 088 руб. 35 коп. признаны обоснованными, в отношении должника введена процедура наблюдения, а его временным управляющим утвержден Елисоветский О.И. 

Определением от 27.04.2018 в отношении Фабрики введена процедура внешнего управления, внешним управляющим утвержден Козлитин М.А. 

Решением от 30.09.2019 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении его открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден Коршунович Р.П. 

Впоследствии в рамках этого дела Коршунович Р.П. обратился с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о признании недействительными сделками соглашения о новации от 30.06.2017 № 30/06/2017-Н, заключенного между должником и Рагимовой Г.М., дополнительного соглашения от 31.07.2018 к нему, а также платежей, совершенных во исполнение данного договора на общую сумму 9 088 946 руб. 40 коп., и применении последствий недействительности названных сделок в виде взыскания с Рагимовой Г.М. указанных денежных средств и их возврата в конкурсную массу. 

С аналогичными требованиями в суд первой инстанции в рамках этого же дела обратились два кредитора АО «Мединторг» (кредитор-заявитель) и ООО «Мейзом» (определения суда первой инстанции от 30.05.2019, 18.10.2019 о замене АО «Мединторг», ООО «Хаклин СИС» и «Альба Плюс», чьи требования на тот момент были включены в реестр требований кредиторов должника, на ООО «Мейзом»).

Определением от 18.03.2020 указанные обособленные споры с номерами А56-14173/2017/сд.1, А56-14173/2017/сд.2 и А56-14173/2017/сд.3 объединены с присвоением ему номера А56-14173/2017/сд.1. 

Определением от 13.07.2020 сделки по перечислению Фабрикой 24.10.2018, 06.11.2018, 18.12.2018, 28.12.2018, 06.08.2019 и 02.10.2019 в пользу        Рагимовой Г.М. 7 907 383 руб. 40 коп. в счет возврата заемных средств, а также сделки по уплате Фабрикой 24.10.2018, 02.11.2018, 18.12.2018, 28.12.2018, 06.08.2019 и 02.10.2019 за Рагимову Г.М. налога на доходы физических лиц (далее – НДФЛ) в размере 1 181 563 руб. признаны недействительными, применены последствия недействительности названных сделок в виде взыскания с Рагимовой Г.М. в пользу должника 9 088 946 руб. 40 коп., а также восстановления задолженности Фабрики перед ответчиком на указанную сумму, в удовлетворении остальной части заявления отказано. 

Не согласившись с названным судебным актом, ООО «Мейзом» и        Рагимова Г.М. обратились с апелляционными жалобами. ООО «Мейзом» в своей жалобе просило отменить обжалуемый судебный акт и принять новый – об удовлетворении требований в той редакции, в какой они изначально были заявлены данным лицом. В свою очередь, Рагимова Г.М. просила отменить принятое судом первой инстанции определение в части взыскания с нее суммы НДФЛ, перечисленных за нее должником на счет Управления федерального казначейства по г. Санкт-Петербургу (Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России № 11 по Санкт-Петербургу). 

Как указывает ООО «Мейзом», суд первой инстанции не принял во внимание довод кредитора о неподтвержденности финансового состояния займодавца по договорам займа, на которых основано соглашение о новации; из выписки по банковскому счету не следует, что у Рагимовой Г.М. имелась возможность выдавать займы в тех размерах, которые были указаны в спорных договорах; списания, которые проводились по названному счету, по своей сумме недостаточны для выдачи займов должнику; доказательства действительности займов, на которых основаны оспариваемые в рамках настоящего обособленного спора соглашение об изменении сроков исполнения обязательств и дополнительное соглашение к нему, судом первой инстанции по существу не проверялись; первоначально займы выдавались Фабрике наличными денежными средствами, что исключает, по мнению подателя жалобы, возможность подтверждения их реального внесения; передававшиеся суммы никогда не возвращались должником в пользу Рагимовой Г.М. в течение более 10 лет; в свою очередь, последняя не предпринимала никаких действий по возврату этих сумм; суд первой инстанции, делая выводы в обжалуемом судебном акте по поводу судьбы соглашения о новации, не учел поведение ответчика, являющегося аффилированным с должником лицом, который своими недобросовестными действиями целенаправленно добивался приоритетного удовлетворения собственных требований из договоров займа перед другими конкурсными кредиторами и специально инициировал контролируемое им банкротство Фабрики с целью признания за ней фиктивной задолженности и недопущения удовлетворения требований реальных кредиторов. 

Поскольку оспариваемое соглашение о новации основано на спорных договорах займа, выдача которых ставится подателем жалобы под сомнение, суд первой инстанции, по мнению ООО «Мейзом» должен был признать задолженность Фабрики перед Рагимовой Г.М. мнимой. 

В свою очередь, Рагимова Г.М. в своей жалобе полагала обжалуемое определение необоснованным в части взыскания с нее суммы ранее перечисленной налоговому органу в качестве НДФЛ, указав, что доказательств, подтверждающих что платежи на суммы 65 723 руб. (дважды), 197 168 руб., 130 000 руб., 328 613 руб. и 394 336 руб. были перечислены должником за ответчика, в материалы дела не представлено; в отчетах об операциях должника также отсутствует информация о том, что НДФЛ был уплачен Фабрикой именно за подателя жалобы; более того, Рагимовой Г.М. названная сумма, перечисленная в бюджет, никогда не поступала, стороной сделки с налоговым органом она не являлась, при этом ей ничего не было известно о совершенных должником перечислениях, следовательно, суд первой инстанции необоснованно обязал подателя жалобы возвратить излишне уплаченный налог. 

В отзыве на жалобу ООО «Мейзом» Рагимова Г.М. указала, что возражает против ее удовлетворения ввиду того, что фактически в своей жалобе названное лицо ссылается на недействительность договоров займа, однако требования о признании их таковыми в суде первой инстанции ООО «Мейзом» не заявлялись, а потому ссылка на необоснованность требований Рагимовой Г.М. к Фабрике не имеет никакого отношения к спору, в рамках которого рассматривается действительность соглашения о новации в редакции заключенного к нему дополнительного соглашения.

В свою очередь, конкурсный управляющий должника в отзыве на обе апелляционные жалобы просил оставить обжалуемый судебный акт без изменения, считая его законным и обоснованным, а также указал, что Фабрика действовала в качестве налогового агента Рагимовой Г.М., уплачивая за нее НДФЛ с перечисленных в ее пользу процентов за пользование заемными средствами, при этом следует учитывать, что Рагимова Г.М. не лишена права на возврат уплаченных за нее сумм НДФЛ в порядке, предусмотренном статьей 78 Налогового кодекса РФ (далее – НК РФ).

В ходе судебного разбирательства в апелляционном суде ООО «Мейзом» представило дополнения к своей позиции, в которых указало на то, что соглашение о новации подлежит признанию недействительным не только по статье 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее – Закон № 127-ФЗ), но также и по пункту 2 статьи 61.2 этого же Закона, так как оно значительно ухудшает положение должника ввиду включения в него ничем не обусловленных сумм, подлежащих выплате  Рагимовой Г.М., и обязательств (по передаче автомобиля в счет погашения долгов).

Поскольку при рассмотрении апелляционных жалоб в суде апелляционной инстанции на обсуждение сторон был поставлен вопрос о реальности перечисления Фабрикой НДФЛ за Рагимову Г.М. с учетом отсутствия документов, подтверждающих данный факт, в материалах настоящего спора, конкурсный управляющий представил дополнительные письменные пояснения, в которых указал, что суммы удержанного налога перечислялись по платежным поручениям за номерами 2444, 2565, 2922, 3035, 1687, 2062, при этом сведения о факте начисления данных сумм были отражены в форме 6-НДФЛ «Расчет сумм НДФЛ, исчисленных и удержанных налоговым агентом» за IV квартал 2018 года, а также III и IV кварталы 2019 года, которая подавалась им в налоговый орган. Помимо прочего доказательством перечисления Фабрикой НДФЛ за Рагимову Г.М. является также и выписка по расчетному счету должника. 

В свою очередь, ООО «Мейзом» представило свою позицию по данному спору, в которой указало, что совершенная между сторонами сделка по новированию обязательств является убыточной для должника, так как сумма обязательств последнего вопреки доводам Рагимовой Г.М. была увеличена как минимум на 5 000 000 руб. штрафа, не предусмотренного договорами займа. Также указанное лицо пояснило, что об убыточности оспариваемой сделки оно заявляло еще в суде первой инстанции, что следует, по его мнению, из буквального содержания представленных в названный суд процессуальных документов. Кроме того, податель жалобы полагает, что суд первой инстанции должен был самостоятельно определить характер спорного правоотношения и дать ему надлежащую правовую квалификацию. 

В ходе апелляционного производства конкурсный управляющий должника по запросу суда апелляционной инстанции представил в подтверждение своих доводов о перечислении НДФЛ за Рагимову Г.М. две справки от 02.12.2020 о доходах и суммах налога физического лица за 2018 и 2019 годы, составленные по форме 2-НДФЛ.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверена в апелляционном порядке.  

Как следует из материалов дела, Рагимова Г.М. (займодавец) и Фабрика (заемщик) на протяжении с 2003 года по 2017 год, а именно 27.06.2003, 20.10.2004, 25.02.2005, 01.06.2005, 24.01.2006, 20.06.2013, 19.09.2014, 23.09.2014, 13.10.2014, 07.05.2015, 01.04.2016, 17.06.2016, 27.06.2016, 20.07.2016, 11.08.2016, 23.09.2016, 15.12.2016, 24.04.2017, заключили 18 договоров № 1-5, 06-1, 8-12, 14, 19 (некоторые номера договоров повторяются) займа, по условиям которых заемщику в собственность были переданы следующие суммы денежных средств: 2 405 500 руб., 588 000 руб., 4 000 000 руб., 7 194 000 руб., 900 000 руб., 4 269 400 руб., 3 500 000 руб., 2 500 000 руб., 1 500 000 руб., 5 000 000 руб., 1 288 321 руб. 34 коп., 756 956 руб. 10 коп., 600 000 руб., 472 793 руб., 703 066 руб., 261 313 руб., 1 803 000 руб., 6 293 000 руб.

По первым двум договорам, а также договорам от 19.09.2014, 23.09.2014, 13.10.2014, 07.05.2015, 01.04.2016 и 24.04.2017 займы изначально выдавались Рагимовой Г.М. без условия о процентах за пользование денежными средствами, однако впоследствии во все перечисленные договоры, за исключением последнего, были внесены изменения в указанной части путем заключения к ним дополнительных соглашений, в которых была установлена обязанность заемщика по уплате процентов из расчета сначала 3% годовых (за исключением договоров от 19.09.2014, 23.09.2014, 13.10.2014, 07.05.2015, 01.04.2016, по которым процентная ставка сразу была установлена в размере 10), а затем с августа 2016 года – 10%. 

Также стороны неоднократно продлевали срок возврата заемных средств, который в конечном итоге по договору от 24.01.2006 № 5 был установлен до 23.09.2016, по договору от 25.02.2005 № 3 – до 29.09.2016, по договорам от 27.06.2003 № 1, от 20.10.2004 № 2 и от 01.06.2005 № 4 – до 30.09.2016, по договорам от 19.09.2014 № 9, от 23.09.2014 № 10 и от 13.10.2014 № 11 – до 31.12.2016.

Что касается остальных договоров, то по ним срок возврата заемных средств остался неизменным: по договору от 20.07.2016 № 9 заемщик был обязан вернуть денежные средства займодавцу до 15.08.2016, по договору от 17.06.2016 № 1 – до 17.08.2016, по договору от 27.06.2016 № 8 – до 27.08.2016, по договору от 11.08.2016 № 10 – до 01.09.2016, по договорам от 20.06.2013 № 06-1, от 07.05.2015 № 12, от 23.09.2016 № 11 – до 30.09.2016, по договору от 15.12.2016 № 14 – до 30.12.2016, по договору от 01.04.2016 № 8 – до 31.12.2016, по договору от 24.04.2017 № 19 – до 30.04.2017. 

Помимо прочего Рагимова Г.М. (цедент) уступила в пользу Фабрики (цессионария) право требования, вытекающеее из договора поставки от 21.04.2015 № 2355, в связи с чем должник в срок до 12.12.2016 должен был уплатить цеденту 11 071 632 руб. 40 коп.

В дальнейшем Рагимова Г.М. и Фабрика заключили соглашение о новации от 30.06.2017 № 30/06/2017-Н, по которому обязательства из всех 18 вышеперечисленных договоров займа по возврату заемных средств, а также обязательство из договора цессии по оплате уступленного права требования заменяются на новое обязательство по перечислению Рагимовой Г.М.                    60 667 097 руб. 46 коп. Данную сумму Фабрика обязана вернуть указанному лицу в следующем порядке и сроки: каждый квартал начиная с января 2018 года она должна уплачивать по 8 000 000 руб. в срок до 31.03.2018, 30.06.2018, 30.09.2018, 31.12.2018, 31.03.2019, 30.06.2019, 30.09.2019, а остаток в размере 4 667 097 руб. обязана будет внести до 31.12.2019.

Дополнительным соглашением от 31.07.2018 к соглашению о новации стороны увеличили сроки перечисления в пользу Рагимовой Г.М, спорной суммы, установив, что внесение вышеперечисленных платежей начинается не с января 2018 года, а с января 2019 года, а конечным сроком внесения платежа в размере 4 667 097 руб. 46 коп. является 31.12.2020. Помимо прочего стороны договорились о размере и сроках выплаты ежемесячных процентов за пользование заемными средствами.

Согласно отчету по операциям по банковскому счету должника за                    № 4070281093300000164, открытому ему в публичном акционерном обществе «Банк «Санкт-Петербург», в пользу Рагимовой Г.М. были совершены следующие платежи с назначением: «перечисление процентов по доп. согл. № 1 от 31.07.2018, текущий платеж»: 

- 439 836 руб. 15 коп. по платежному документу от 24.10.2018; 

- 439 836 руб. 15 коп.  по платежному документу от 06.11.2018; 

- 1 319 509 руб. 45 коп. по платежному документу от 18.12.2018; 

- 870 000 руб. по платежному документу от 28.12.2018; 

- 2 199 182 руб. 75 коп. по платежному документу от 06.08.2019; 

- 2 639 018 руб. 90 коп. по платежному документу от 02.10.2019. 

Одновременно с этим Фабрика перечислила в доход федерального бюджета: 

- 65 723 руб. по платежному документу от 24.10.2018 с назначением платежа «Подоходный налог в федеральный бюджет за октябрь 2018 г.»; 

- 65 723 руб. по платежному документу от 02.11.2018 с назначением платежа «Подоходный налог в федеральный бюджет за ноябрь 2018 г.»; 

- 197 168 руб. по платежному документу от 18.12.2018 с назначением платежа «Подоходный налог в федеральный бюджет за апрель-июнь 2018 г.»; 

- 130 000 руб. по платежному документу от 28.12.2018 с назначением платежа «Подоходный налог в федеральный бюджет за декабрь 2018 г.». 

- 328 613 руб. по платежному документу от 06.08.2019 с назначением платежа «Подоходный налог в федеральный бюджет за август 2019 г.»; 

- 394 336 руб. по платежному документу от 02.10.2019 с назначением платежа «Подоходный налог в федеральный бюджет за октябрь 2019 г.»; 

Ссылаясь на то, что в результате совершения спорных сделок        Рагимовой Г.М. оказано предпочтение перед другими кредиторами Фабрики, а именно: ООО «Интерлизинг», государственным унитарным предприятием «Водоканал Санкт-Петербурга», закрытым акционерным обществом (далее – ЗАО) «Что делать аудит», ООО «Линхардт-Алтай», ЗАО «Альянс-Лизинг», конкурсный управляющий, АО «Мединторг» и ООО «Мейзом» обратились в арбитражный суд с объединенными впоследствии в один обособленный спор в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) заявлениями. 

В своих заявлениях они сослались на то, что оспариваемое соглашение было заключено сторонами специально уже после возбуждения производства по настоящему делу с целью получения преимущественного права удовлетворения своих требований перед остальными кредиторами, поскольку предметом этой сделки, как следует из наименования соглашения, стала замена уже существующих обязательств на единое консолидированное с целью их переквалификации в текущее. Помимо прочего заявители отметили, что спорное соглашение по сути никак не новирует ранее возникшие обязательства, а лишь изменяет срок возврата денежных средств в пользу Рагимовой Г.М., так как природа новации предполагает именно замену первоначального обязательства новым с его прекращением, в то время как в данном случае стороны не изменили содержание возникших между ними обязательств. Также  АО «Мединторг» и         ООО «Мейзом» указали на недействительность спорных договоров займа, приведя доводы, аналогичные изложенным в рассматриваемой апелляционной жалобе, в связи с чем, по их мнению, спорная сумма должна быть взыскана с Рагимовой Г.М., но без признания восстановления задолженности Фабрики перед ней.

Суд первой инстанции, проанализировав материалы настоящего спора, пришел к следующим выводам.

На момент совершения оспариваемых платежей, что явившимися в судебное заседание суда первой инстанции представителями лиц, участвующих в данном споре, с учетом формулировки заявленных ими требований не отрицалось, у Фабрики действительно имелась просроченная задолженность перед рядом контрагентов, которая уже на тот момент была взыскана с должника судебными актами по арбитражным делам со следующими номерами: А56-8069/2016, А56-17215/2016, А56-66397/2016, А56-81632/2016, А56-604/2017, А03-19471/2016, что свидетельствует о неплатежеспособности Фабрики на момент совершения спорных перечислений в пользу Рагимовой Г.М., а значит, и преимущественном удовлетворении ее требований перед остальными.

Что же касается соглашения о новации и заключенного к нему дополнительного соглашения, то, по мнению суда первой инстанции, оснований для признания данных сделок недействительными не имеется, так как они не причинили какого-либо вреда кредиторам должника с учетом того, что спорным соглашением несмотря на его наименование фактически изменен лишь срок уплаты денежных средств по всем заключенным между сторонами ранее договорам, а значит, момент возникновения задолженности по договорам займа и договору поставки по-прежнему продолжает определяться датой предоставления заемных средств и датой оплаты поставленной продукции.  

Апелляционный суд, изучив доводы жалоб, полагает, что оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта не имеется ввиду следующего.

Материалами дела подтверждается, что, обращаясь в суд первой инстанции с заявлением, которое впоследствии было объединено с аналогичными по предъявленным в них требованиям заявлениями АО «Мединторг» и конкурсного управляющего должника, ООО «Мейзом» помимо прочего сослалось на то, что договоры займа, срок возврата сумм по которым был продлен оспариваемым соглашением о новации, являются недействительными, так как факт выдачи большей части заемных средств, по его мнению, не подтвержден, что, в свою очередь, с учетом аффилированности сторон свидетельствует о наращивании мнимой задолженности перед Рагимовой Г.М.

Между тем в просительной части своего заявления ООО «Мейзом» указало на необходимость признания в судебном порядке соглашения о новации и заключенного к нему дополнительного соглашения недействительными, а также применении последствий их недействительности в виде возврата в конкурсную массу Фабрики 9 354 367 руб. 79 коп., уплаченных ею ранее по указанному соглашению в пользу Рагимовой Г.М.

Согласно части 1 статьи 49 АПК РФ истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований.

При этом изменение предмета иска означает изменение материально-правового требования истца к ответчику, а изменение основания иска означает изменение обстоятельств, на которых истец основывает свое требование к ответчику.

Таким образом, несмотря на то, что ООО «Мейзом» указывало на недействительность самих займов, что, по его мнению, с однозначностью влечет недействительность заключенного между сторонами соглашения о новации, отдельного требования о признании недействительными договоров займа в просительной части своего заявления оно не предъявляло, а указанные доводы привело лишь применительно к оспариванию упомянутого соглашения. 

В свою очередь, ни суд первой инстанции, ни апелляционный суд не вправе изменить предмет иска (в данном случае заявления в рамках дела о несостоятельности (банкротстве)) по собственной инициативе, так как это не соответствует принципу диспозитивности, вытекающему из статей 1, 9 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому заинтересованное лицо самостоятельно осуществляет выбор способа защиты нарушенного права по своему усмотрению.

С учетом того, что ООО «Мейзом» не просило признать спорные договоры займа недействительными, а признание оспариваемого соглашения на основании указанных доводов без исследования договоров займа на предмет их недействительности невозможно, суд апелляционной инстанции полагает доводы его жалобы несостоятельными в той части, в какой оно просит признать указанное соглашение о новации в редакции дополнительного соглашения к нему недействительным и в качестве последствия такой недействительности указать лишь на взыскание с Рагимовой Г.М. спорной суммы денежных средств без восстановления перед ней задолженности Фабрики по упомянутым договорам.

Более того, приведенные ООО «Мейзом» доводы апелляционный суд рассматривает фактически как попытку пересмотреть ранее вынесенное по обособленному спору № А56-14173/2017/тр.1 определение суда первой инстанции от 10.07.2020, оставленное без изменения постановлением апелляционного суда от 29.10.2020, об отказе Рагимовой Г.М. во включении ее требований в размере 61 265 457 руб. 87 коп. в реестр требований кредиторов должника, признании их обоснованными и подлежащими удовлетворению после требований, подлежащих удовлетворению в порядке пункта 4 статьи 142 Закона № 127-ФЗ, что недопустимо с точки зрения положений процессуального законодательства. При этом именно в рамках данного обособленного спора о включении в реестр вопрос фактического предоставления заемных средств должнику имеет приоритетное значение и подлежит установлению.

Довод ООО «Мейзом» о том, что дополнительное соглашение от 31.07.2018  № 1 к соглашению о новации от 30.07.2017 является убыточным, поскольку предусматривает уплату процентов за пользование заемными средствами,  неустойку за перенос срока выплаты суммы займа, размер которой превышает проценты за пользование заемными средствами, суд апелляционной инстанции отклоняет, поскольку указанные обстоятельства, в том числе со ссылкой на расчет процентов за пользование заемными средствами без изменения сроков уплаты, в суде первой инстанции конкурсный управляющий и кредиторы, инициировавшие настоящий обособленный спор, не заявляли, в качестве основания для признания недействительными указанных соглашений приводили иные обстоятельства, которые и были проверены судом первой инстанции.   

Что касается доводов жалобы Рагимовой Г.М., то, по мнению апелляционного суда, они сделаны при неверном толковании положений о реституции, а также неправильном понимании налоговых правоотношений, возникающих между налоговым агентом и налогоплательщиком.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона № 127-ФЗ все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. 

В свою очередь, согласно пункту 2 этой же статьи кредиторы и иные лица, которым передано имущество или перед которыми должник исполнял обязательства или обязанности по сделке, признанной недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 и пункта 3 статьи 61.3 упомянутого Закона, в случае возврата в конкурсную массу полученного по недействительной сделке имущества приобретают право требования к должнику, которое подлежит удовлетворению в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве), после удовлетворения требований кредиторов третьей очереди, включенных в реестр требований кредиторов.

В силу разъяснений, приведенных в постановлении Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", на которые верно сослался суд первой инстанции в обжалуемом судебном акте, если по признанной недействительной сделке кредитор получил от должника имущество, то в силу пункта 3 статьи 61.6 Закона № 127-ФЗ предъявить свое восстановленное требование к должнику кредитор может только после возврата в конкурсную массу (должнику) этого имущества или его стоимости. В связи с этим к требованию кредитора должны прилагаться доказательства возврата им соответствующего имущества или его стоимости.

Как следует из пунктов 2 и 4 статьи 226 НК РФ, исчисление сумм и уплата налога в соответствии с данной статьей производятся в отношении всех доходов налогоплательщика, источником которых является налоговый агент, который обязан удержать начисленную сумму налога непосредственно из доходов налогоплательщика при их фактической выплате.

Таким образом, рассчитывая подлежащие уплате в пользу Рагимовой Г.М. по соглашению о новации проценты за пользование денежными средствами, Фабрика как сторона данного соглашения удержала из этой суммы часть средств в целях их последующего перечисления в качестве налога с полученного Рагимовой Г.М. дохода, что подтверждается представленными в материалы дела выписками со счета, а также справками по формам 2-НДФЛ и 6-НДФЛ. Следовательно, Рагимова Г.М. по смыслу приведенных положений должна возвратить в конкурсную массу должника всю начисленную ей Фабрикой сумму процентов, которая составляет 9 088 946 руб. 40 коп. безотносительно того, что часть от причитающегося ей дохода была перечислена должником в качестве налогового агента за нее в бюджет, как это предполагается по налоговому законодательству.

Ссылка подателя жалобы на то, что она не может самостоятельно обратиться за возвратом излишне уплаченной суммы налога в налоговый орган при наличии неликвидированного налогового агента, апелляционным судом отклоняется как не противоречащая установленному порядку возврата имущества, включая денежные средства, в конкурсную массу должника.

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 13.07.2020 по делу № А56-14173/2017/сд.1 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.   

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий 

Судьи 

 

М.А. Ракчеева

Н.А. Морозова 

И.В. Юрков