ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-119340/2023

20 июля 2025 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена     03 июля 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме  20 июля 2025 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Титова М.Г.

судей  Алексеенко С.Н., Горбачева О.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем Бурдоновым И.А. (до перерыва), секретарем Фолленвейдером Р.А. (после перерыва),

при участии в судебном заседании представителей общества с ограниченной ответственностью «Транспортная компания «АвтоГАЗкомплект» ФИО1 (доверенность от 19.07.2024, до и после перерыва), ФИО2 (доверенность от 29.07.2024, после перерыва), представителей Межрайонной инспекции ФНС России № 19 по Санкт-Петербургу ФИО3 (доверенность от 05.03.2025, до и после перерыва), ФИО4 (доверенность от 10.01.2025, до и после перерыва), ФИО5 (доверенность от 18.06.2025, до и после перерыва), ФИО6 (доверенность от 13.01.2025, после перерыва),

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-30849/2024) общества с ограниченной ответственностью «Транспортная компания «АвтоГАЗкомплект» на решение   Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.08.2024 по делу № А56-119340/2023, принятое по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Транспортная компания «АвтоГАЗкомплект» к  Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России № 19 по Санкт-Петербургу об оспаривании решения,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Транспортная компания «АвтоГАЗкомлект» (далее – заявитель, Общество, налогоплательщик) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением об оспаривании решения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России № 19 по Санкт-Петербургу (далее – Инспекция, налоговый орган) №20-06-01 от 21.11.2022 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. 

Решением арбитражного суда от 15.08.2024 в удовлетворении заявленных требований отказано.

В апелляционной жалобе Общество просит указанное решение отменить как необоснованное и принятое с нарушением норм материального и процессуального права, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований, ссылаясь на то, что в ходе судебного разбирательства судом допущены нарушения требований части 5 статьи 136, части 1 статьи 162, части 1 статьи 164 АПК РФ, что не позволило налогоплательщику в полном объеме изложить свою позицию по делу.

Налогоплательщик считает, что суд необоснованно принял во внимание факт ликвидации контрагентов на момент проведения выездной налоговой проверки, поскольку в проверяемый период заявленные организации реально осуществляли хозяйственную деятельность, соответственно последовавшая ликвидация организаций не опровергала их реальной деятельности на момент осуществления хозяйственных операций, просил учесть, что в силу публичности ликвидационного процесса юридического лица и его контроля со стороны налоговых органов последние имели возможность в сроки, определенные законодательством, провести контрольные мероприятия, направленные на установление причин ликвидации, выявить потенциально возможные и реальные риски бюджета, связанные со сложными разрывами и сомнительными операциями, поскольку налоговый орган не заявил контрагентам Общества своих требований в срок, представленный для принятия заявлений кредиторов, он признал тем самым, что претензии к данным организациям отсутствуют, а сверки с бюджетом и последующая регистрация ликвидационного баланса подтверждают, что рисков и долгов перед бюджетом у организаций не имелось, в этой связи находит, что добросовестность его контрагентов сомнению не подлежит. 

Заявитель обращает внимание на правовую природу взаимоотношений налогоплательщика с спорными контрагентами ООО «КемпСтрой» ООО «Агро- Трейд», ООО «Приоритет», ООО «Эксперт», ООО «ИК «Карат», ООО «СК «Снабкомплект», ООО «Спецавтотранс», ООО «СК «Запчасть». 

Заявитель полагает, что при квалификации спорных правоотношений необходимо учитывать, что обязательства исполнялись спорными контрагентами не собственной, а арендованной техникой в рамках договоров субаренды без экипажа с налогоплательщиком, соответственно требование к контрагентам о наличии у них собственной техники, материально-технической базы, трудового коллектива, способного управлять техникой и т.д. является необоснованным. Считает, что материалы проверки содержат исчерпывающие сведения о реальности существования арендуемой техники, налоговым органом установлены ее собственники, имеются банковские выписки, подтверждающие оплату транспортных средств многочисленным собственникам (как юридическим лицам, так и индивидуальным предпринимателям). Обращает внимание на то, что Инспекция в оспариваемом Решении не отразила реальное количество собственников транспортных средств, сделав вывод о нереальности хозяйственных операций только на анализе взаимоотношений с контрагентами ООО «Продспец- транс» и ООО «Корпорация «РСТ», «Газпром Трансгаз Ухта», «СеверГазпром», несмотря на приведенные налогоплательщиком возражения, суд не установил реальный объем собственников техники, в то время как материалы проверки позволяют сделать вывод о фактическом использовании техники, предоставленной в субаренду контрагентами, подтверждают реальное исполнение Обществом договоров перед заказчиками с помощью арендованной техники. 

Общество ссылается на отсутствие в материалах дела документального подтверждения надлежащего вызова на допрос прежних руководителей / собственников контрагентов, выставления налоговым органом требований к контрагентам, по которым не поступил ответ, полагая, что при проведении проверки налоговый орган фактически уклонился от допросов работников (в том числе бывших) контрагентов Общества, располагавших необходимой информацией о спорных сделках, указывая также на то, что в судебном заседании 22.05.2024 налоговый орган к своим возражениям представил в суд сведения о заключенных налогоплательщиком договорах за период  2017-2018 г.г., где указаны договоры купли- продажи со спорными контрагентами, которые не были предметом рассмотрения выездной налоговой проверки, полагая, что таким образом реальность хозяйственных операций, правомерность и обоснованность налоговых вычетов по указанным договорам купли-продажи налоговому органу подтверждена и не вызывала сомнений.

Налогоплательщик считает несостоятельной ссылку суда на отсутствие согласования Общества с заказчиком (ООО «Лукойл-Коми») спорных контрагентов, поскольку подобное несогласование не опровергает факта оказания налогоплательщику услуг по предоставлению в субаренду техники, документально подтвержденными материалами проверки, а факт реального оказания услуг субподрядчиками подтвержден, в том числе их принятием конечными заказчиками, обращает внимание на то, что  контрагентами заявлен НДС, принят к возмещению, что налоговым органом, а также стоимость оказанных услуг не оспаривалось. 

Заявитель находит ошибочным вывод суда о достаточности у налогоплательщика собственного автомобильного парка (техники), указывая на то, что заявленные и оказанные объемы транспортных услуг не могли быть выполнены принадлежащими ему на праве собственности транспортными средствами в количестве 9 - 10 единиц, в то время как общее количество привлеченного транспорта составило 139 единиц (в 2017 году) и 345 единиц (в 2018 году). Считает, что налоговый орган не доказал, что количество техники Общества было достаточным для оказания заказчику транспортных услуг в полном объеме, а налогоплательщик документально подтвердил необходимость использования техники, привлеченной с помощью контрагентов в заявленных объемах. Обращает внимание на то, что из содержания представленных актов сдачи-приемки услуг с реестрами по транспортным средствам (по заказчикам Общества), а также по счетам-реестрам по актам выполненных работ по ООО «ЛУКОЙЛ-Коми» и компаний Газпрома с расшифровкой данных по автомобилям можно определить обоснованность объема оказанных налогоплательщиком услуг.

Находит несостоятельной и не имеющей отношения к правомерности установления договорных отношений Общества с контрагентами ссылку суда на то, что договоры с ними составлены по единому образцу и являются рамочными, а также на отсутствие у Общества унифицированных форм первичной учетной документации по учету работ в автомобильном транспорте (товарно-транспортных накладных, путевых листов) и об обязанности Общества по их составлению. Обращает внимание на то, что согласно информации Минфина России № ПЗ-10/2012 с 1 января 2013 года формы первичных учетных документов, содержащиеся в альбомах унифицированных форм первичной учетной документации, не являются обязательными к применению, а обязательными к применению остаются формы документов, используемых в качестве первичных учетных документов, установленные уполномоченными органами в соответствии и на основании других федеральных законов (например, кассовые документы), по договору аренды транспортного средства без экипажа Обществом оформлялись путевые листы на каждую единицу техники, которые подписывались представителями заказчика (ЛУКОЙЛ, ГАЗПРОМ) на объектах оказания услуг и служили основанием для оплаты услуг Общества со стороны его заказчиков.

Обращает внимание, что согласованность действий Общества и контрагентов, как существенное доказательство получения необоснованной налоговой выгоды судом не устанавливалась, а в материалах дела отсутствуют доказательства аффилированности, взаимозависимости и подконтрольности налогоплательщика и контрагентов, направленных на занижение подлежавших уплате налогов. 

Налогоплательщик выражает несогласие с примененным судом подходом к определению размера подлежащего уплате налога на прибыль организаций, полагая ошибочной признанную судом правомерность уменьшения значений расходов и налоговых вычетов исходя из полной стоимости товаров, результатов работ и услуг, приобретенных у спорных контрагентов, ссылаясь на то, что полный отказ в признании расходов для целей налогообложения может признаваться правомерным только при доказанности отсутствия затрат как таковых, частичный же отказ возможен в результате установления несоответствия примененных налогоплательщиком цен рыночному уровню с последующим уменьшением учитываемых расходов до рыночных цен.

В обоснование своей жалобы заявитель также указывает на то, что представленные им оборотно-сальдовым ведомости по счетам 20, 60 и 90 за 2017 год  подтверждают, что операции с частью спорных контрагентов - ООО «ИК Карат», ООО «Кемп-Строй», ООО «Агро-Трейд», ООО «СК Снабкомплект», ООО «Приоритет» и ООО «Эксперт»-  на общую сумму 276 075 323 руб.  не учитывались Обществом в расходах для целей формирования налоговой базы по налогу на прибыль организаций за 2017 год (всего расходы за 2017 год составили 508 971 384 руб.), в связи с этим находит ошибочным и противоречащим материалам проверки вывод налогового органа о занижении подлежавшего уплате налога на прибыль организаций за 2017 год на сумму 55 215 065 руб. (276 075 323 х 20%), ссылаясь на то, что представленные документы (копии первичных документов, подтверждающих расходы за 2017 год в разрезе поставщиков, реестр актов списания по корпоративным картам за 2017 год с копиями актов списания в разбивке по месяцам, акты списания материалов с реестром по месяцам, акты списания ГСМ с расшифровками по каждому месяцу, авансовые отчеты по командировочным расходам) подтверждают указанное обстоятельство.

Апеллянтом в жалобе приводится анализ документов, подтверждающих его утверждение о том, что задолженность Общества перед контрагентами в большей части погашена либо посредством оплаты либо посредством договора уступки прав требований, отмечает, что выводы суда по каждому сомнительному контрагенту противоречат материалам дела, также приводя подробный анализ документов, подтверждающих, как он считает, его позицию по данному обстоятельству. 

В отзыве на апелляционную жалобу Инспекция просит оставить обжалуемое решение без изменения. 

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на Интернет-сайте «Картотека арбитражных дел». 

В ходе судебного разбирательства к материалам дела приобщены дополнительные письменные объяснения и возражения сторон с прилагаемыми документами, поскольку налоговый орган в порядке абзаца второго пункта 2 статьи 268 АПК РФ вправе предоставлять документы в обоснование своих возражений на апелляционную жалобу Общества, а налогоплательщик в данном случае воспользовался правом на предоставление в арбитражный суд документов, не раскрытых в рамках мероприятий налогового контроля. 

В соответствии с пунктом 2 части 3 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) произведена замена в составе апелляционного суда.

В судебном заседании представители заявителя поддержали доводы апелляционной жалобы, а представители Инспекции против её удовлетворения возражали. 

Законность и обоснованность принятого по делу судебного акта проверена в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в отношении Общества проведена выездная налоговая проверка по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты всех налогов и сборов, страховых взносов за период с 01.01.2017 по 31.12.2019, по результатам которой составлен акт налоговой проверки № 20-06-01 от 07.05.2021, дополнение к акту от 31.08.2021.

Инспекцией 21.11.2022 вынесено решение №20-06-01 (далее – оспариваемое Решение) о привлечении Общества к ответственности за совершение налогового правонарушения, в соответствии с которым налогоплательщику доначислены НДС, налог на прибыль организаций в общей сумме 268 203 873 руб., налогоплательщик привлечен к ответственности по пункту 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) в виде штрафа в размере 30 998 003 руб., начислены пени в размере 163 715 107 руб.

Решением Управления ФНС России по Санкт-Петербургу № 16-15/41961@ от 06.09.2023 апелляционная жалоба Общества оставлена без удовлетворения. 

Не согласившись с решением вышестоящего налогового органа, Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением об оспаривании решения о привлечении к ответственности  за совершение налогового правонарушения.

Проверяя обоснованность требований Общества, и отказывая в их удовлетворении, суд первой инстанции руководствовался результатами налоговой проверки, установил обстоятельства, свидетельствующие об умышленном занижение налогоплательщиком налоговых обязательств, о создании формального документооборота в отсутствие реальных взаимоотношений с сомнительными контрагентами. Суд указал на обоснованность привлечения Общества к налоговой ответственности, предусмотренной пунктом 3 статьи 122 НК РФ за неуплату налога на прибыль за 2018 -2019 г.г. и на отсутствие оснований для снижения размера штрафа.

Суд апелляционной инстанции, повторно исследовав материалы дела, проверив правильность применения судом норм материального и процессуального права, оценив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, приходит к следующему.

Согласно статье 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу части 3 статьи 201 АПК РФ арбитражный суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования в случае, если установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя.

Следовательно, оспаривая действие (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц заявитель должен доказать как несоответствие, противоречие оспариваемых решений и действий (бездействия) закону, так и нарушение этими актами и действиями прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. 

При этом обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие) (часть 5 статьи 200 АПК РФ).

В соответствии со статьей 143 НК РФ организации признаются налогоплательщиками налога на добавленную стоимость. 

Согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 146 НК РФ реализация товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации является объектом обложения налогом на добавленную стоимость.

Порядок предоставления налоговых вычетов по НДС установлен статьями 171 - 172 Налогового кодекса РФ.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 НК РФ, на установленные статьей 171 НК РФ налоговые вычеты; вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), имущественных прав на территории Российской Федерации, в отношении товаров (работ, услуг), имущественных прав, приобретаемых для перепродажи либо для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с главой 21 НК РФ, за исключением товаров, предусмотренных пунктом 2 статьи 170 НК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 172 НК РФ вычетам подлежат, если иное не установлено названной статьей, суммы налога, предъявленные при приобретении товаров (работ, услуг), имущественных прав на территории Российской Федерации, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав и при наличии соответствующих первичных документов.

В силу пункта 1 статьи 169 НК РФ счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия предъявленных сумм налога к вычету, в связи с чем, в пунктах 5 - 6 названной статьи установлены требования к его оформлению, соблюдение которых в силу пункта 2 этой же статьи обязательно для применения налоговых вычетов.

Пунктом 1 статьи 247 НК РФ установлено, что объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком, которая рассчитывается как разница полученных доходов и произведенных расходов. 

Согласно положениям статьи 252 НК РФ в целях главы 25 НК РФ налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов (за исключением расходов, указанных в статье 270 НК РФ). 

Расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты (а в случаях, предусмотренных статьей 265 НК РФ, убытки), осуществленные (понесенные) налогоплательщиком. Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме. 

Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо документами, оформленными в соответствии с обычаями делового оборота, применяемыми в иностранном государстве, на территории которого были произведены соответствующие расходы, и (или) документами, косвенно подтверждающими произведенные расходы (в том числе таможенной декларацией, приказом о командировке, проездными документами, отчетом о выполненной работе в соответствии с договором). Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода. Расходы в зависимости от их характера, а также условий осуществления и направлений деятельности налогоплательщика подразделяются на расходы, связанные с производством и реализацией, и внереализационные расходы. 

Право налогоплательщика на применение налоговых вычетов по НДС и принятие расходов непосредственно связано с представлением организацией подтверждающих документов.

Документы, представляемые налогоплательщиком с целью подтверждения данного права, должны содержать достоверную информацию.

Следовательно, для применения вычетов по НДС и расходов по налогу на прибыль организаций налогоплательщик должен располагать оформленными в установленном порядке документами, подтверждающими реальное осуществление сделки.

Налоговые последствия в виде применения налоговых вычетов по НДС и расходов правомерны при наличии документов, отвечающих требованиям достоверности и подтверждающих реальность хозяйственных операций.

Высший Арбитражный Суд Российской Федерации в пункте 1 постановление Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее - Постановление № 53) разъяснил, что представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

В соответствии с пунктом 4 Постановления № 53 налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в Постановлении от 20.02.2001 № 3-П и в определениях от 25.07.01 № 138-О, от 08.04.04 № 168-О и № 169-О, право на возмещение НДС из бюджета предоставлено добросовестным налогоплательщикам для компенсации реально понесенных ими затрат по уплате налога поставщикам товаров (работ, услуг).

Налогоплательщик, использующий указанное право в противоречии с его назначением, то есть злоупотребляющий им, не может рассчитывать на такую же судебную защиту этого права, как добросовестный налогоплательщик.

Согласно пункту 1 статьи 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

В соответствии с пунктом 2 статьи 54.1 НК РФ при отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 указанной статьи, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй Налогового кодекса РФ при соблюдении одновременно следующих условий: 1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога; 2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

Таким образом, законодателем определены конкретные действия налогоплательщика, которые признаются злоупотреблением правами, и условия, которые должны быть соблюдены налогоплательщиком для возможности учесть расходы и заявить налоговые вычеты по имевшим место сделкам (операциям). В противном случае, при установлении факта злоупотребления правами налогоплательщик лишается права учесть расходы по имевшим место сделкам (операциям) в полном объеме.

Из положений статьи 54.1 НК РФ следует, что указанная норма устанавливает условия, соблюдение которых дает налогоплательщику право уменьшить налоговую базу или сумму подлежащего уплате налога.

Между тем данные условия подлежат применению при отсутствии действий налогоплательщика, направленных на уменьшение налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговом учете.

В налоговых правоотношениях недопустима фикция, которая позволяла бы недобросовестным налогоплательщикам с помощью инструментов, используемых в гражданско-правовых отношениях, и искусственной юридической конструкции создавать ситуацию формального наличия права на получение налоговых выгод путем представления документов, оформляющих номинальное движение и реализацию товара (работ, услуг) (в том числе прикрытием получения товара (работ, услуг) неустановленного происхождения от номинального контрагента).

Сделки в обход налогового закона подразумевают действия, имеющие целью сознательное создание налогоплательщиками определенного фактического состава (или же воздержание от его создания) с целью обеспечить по отношению к себе действие одного правового предписания и (или) не допустить действие другого.

Применительно к правовому подходу, сформулированному в Обзоре практики применения арбитражными судами положений законодательства о налогах и сборах, связанных с оценкой обоснованности налоговой выгоды (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 13.12.2023), возможность применения налоговых вычетов сумм НДС налогоплательщиком-покупателем исключается, если налогоплательщик участвовал в согласованных с иными лицами действиях, направленных на неправомерное уменьшение такими лицами налоговой обязанности.

Наличие у налогоплательщика счетов-фактур и иных первичных учетных документов не является безусловным подтверждением его права на вычет сумм НДС и на учет расходов, если представленные документы в своей совокупности не подтверждают реальность хозяйственных операций. Взаимодействие налогоплательщика с юридическими лицами, которые не осуществляют реальной экономической деятельности, направленное на получение необоснованной налоговой выгоды, может служить основанием для доначисления сумм налогов по результатам налоговой проверки, если такие контрагенты в действительности не имели возможности исполнить сделку перед налогоплательщиком.

Право на вычет сумм НДС и принятие расходов организаций могут быть реализованы налогоплательщиком, представившим документы, которые позволяют установить лицо, осуществившее фактическое исполнение по сделке, поскольку обязанность подтвердить указанные права лежит на налогоплательщике.

Следовательно, в условиях действующего в настоящее время законодательного регулирования исключается возможность применения налоговых вычетов НДС полностью или в соответствующей части в ситуациях, когда налогоплательщик участвовал в согласованных с иными лицами действиях, направленных на неправомерное уменьшение налоговой обязанности за счет искусственного наращивания стоимости товаров (работ, услуг) без формирования источника вычета (возмещения) налога, или во всяком случае, если ему было известно о действиях иных лиц, уклоняющихся от уплаты НДС в процессе обращения товаров (работ, услуг).

В силу статей 9, 65, 67, 68 и 71 АПК РФ судебной оценке подлежат все имеющиеся в деле доказательства, входящие в предмет доказывания по данному делу, в их совокупности и взаимосвязи.

Из содержания оспариваемого Решения следует, что по результатам выездной налоговой проверки Инспекция пришла к выводу, что в действительности выполнение заявленных работ (услуг) исполнено не заявленными организациями ООО «Кемп-Строй», ООО «Агро-Трейд», ООО «Приоритет», ООО «Эксперт», ООО «ИК «Карат», ООО «СК «Снабкомплект», ООО «Спецавтотранс», а непосредственно налогоплательщиком, использовавшим формальный документооборот (акты выполненных работ (услуг), счета-фактуры/УПД и пр.) в целях неправомерного учета расходов и заявленных налоговых вычетов; при совершении операций налогоплательщик взаимодействовал с контрагентами, обладающими всеми признаками сомнительных организаций, для получения налоговой экономии по налогу на прибыль организации посредством формирования искусственных расходов. 

Инспекция указала на то, что общая сумма расходов по выполнению заявленных работ (услуг) контрагентами ООО «Кемп-Строй», ООО «Агро-Трейд», ООО «Приоритет», ООО «Эксперт», ООО «ИК «Карат», ООО «СК «Снабкомплект», ООО «Спецавтотранс», ООО «СК «Запчасть» без НДС согласно актам выполненных работ (оказанных услуг) за 2017-2018 г.г. составила 705 799 666 руб.

С учетом изложенного, Инспекцией сделан вывод о не подтверждении реального исполнения сделок со спорными контрагентами.

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ представленные в дело доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии совокупности условий для признания ненормативного акта недействительным, действия (бездействие) несоответствующих закону или иному нормативному правовому акту, что исключает возможность удовлетворения требований Общества.

Как видно из дела, налоговым органом в ходе выездной налоговой проверки установлено, что  основными заказчиками налогоплательщика в проверяемом периоде являлись ООО «Лукойл-Коми», с которым заключены договоры: №13У2328 от 10.10.2013, № 16У1373 от 01.07.2016 на оказание услуг по транспортному обеспечению ТПП «Лукойл-Ухтанефтегаз»: КЦДНГ-2 Печорский район (Северо-Кожвинское, Ю.-Лыжское, Ю.-Тереховейское и др. нефтяные месторождения), Сосногорский и Ухтинский район; № 16У2681 от 24.10.2016 на оказание услуг по содержанию автодорог на территории производственной деятельности ТПП «ЛукойлУхтанефтегаз»: КЦДГ-2 (Северо-Кожвинское, Ю.-Лыжское, Ю.Тереховейское и др. нефтяные месторождения), КЦДНГ-4 (Кыртаельское, Щельюрское, Турышевское и Аресское и др. нефтяные месторождения); № 16У1339 от 08.07.2019 на оказание транспортных услуг в Печорском районе на объектах Усинского ГПЗ (КС-2, КС-3, КС5) и ООО «Газпром Добыча Краснодар», для исполнения обязательств перед которыми Обществом заключены договоры на оказание услуг с ООО «КемпСтрой», ООО «Агро-Трейд», ООО «Приоритет», ООО «Эксперт», ООО «ИК «Карат», ООО «СК «Снабкомплект», ООО «Спецавтотранс», ООО «СК «Запчасть» (далее – спорные контрагенты). 

Налоговым органом установлено, что налогоплательщиком на основании счетов-фактур, полученных от спорных контрагентов ООО «Кемп-Строй» (14 653 047 руб.), ООО «Агро-Трейд» (8 524 723 руб.), ООО «Приоритет» (9 518 935 руб.), ООО «Эксперт» (4 777 519 руб.), ООО «ИК «Карат» (9 224 164 руб.), ООО «СК «Снабкомплект» (2 995 169 руб.), ООО «Спецавтотранс» (69 745 509 руб.), ООО «СК «Запчасть» (7 604 874 руб.) в налоговых декларациях по НДС в проверяемом периоде заявлены налоговые вычетыв размере 127 043 940 руб. 

Проверяя обоснованность доводов заявителя и возражений Инспекции, суд согласился с выводом налогового органа о выявлении обстоятельств, свидетельствующих о том, что основной целью совершения налогоплательщиком заявленных операций со спорными контрагентами являлось уменьшение налоговых обязательств. Суд также указал на сомнительность контрагентов. 

Проанализировав представленные материалы, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что при исчислении налога на прибыль налогоплательщик уменьшил в 2017 году доходы на сумму расходов по услугам, оказанным контрагентом ООО «Агро-Трейд» в размере 47 359 574 руб., ООО «Приоритет» за в размере 52 882 973 руб., ООО «Эксперт» в размере 26 541 774 руб., ООО «ИК «Карат» в размере 51 245 355 руб., ООО «СК «Снабкомплект» в размере 16 639 831 руб., ООО «СК «Запчасть» в размере 42 249 304 руб., ООО «КемпСтрой» в размере 81 405 816 руб. 

В ходе проверки в подтверждение понесенных расходов налогоплательщик представил договоры, акты сдачи-приемки оказанных услуг, накладные.

При анализе налоговых деклараций (раздел 8  «книга покупок») по НДС Инспекцией выявлены следующие налоговые разрывы.

По взаимоотношениям налогоплательщика с ООО «Кемп-Строй» в рамках договора № 01/04-17 субаренда транспортных средств и специальной техники без оказания услуг по их управлению и технической эксплуатации от 01.04.2017 во 2 квартале 2017 года в сумме НДС 14 653 046 руб., образовавшийся в связи с не представлением поставщиком ООО «СК «Запчасть» декларации по НДС за 2 квартал 2017 года. Впоследствии налогоплательщик представил уточненную налоговую декларацию по НДС за 2 квартал 2017 года, исключив счета-фактуры от ООО «СК «Запчасть», частично заменив на счета-фактуры от ООО «Кемп-Строй». В свою очередь ООО «Кемп-Строй» представило за 2 квартал 2017 года 13.11.2017  декларацию с суммой уплаты 8,991 тыс. руб., в книге покупок отражен единственный контрагент ООО «Сириус», которым представлена единственная декларация по НДС за 3 квартал 2017 года с нулевым показателем, при этом по банку перечисления на счета ООО «Сириус» отсутствуют. Далее налоговый разрыв передвинулся на второй уровень (с ООО «Сириус» - разрыв 78 604,257 тыс. руб.).

Установленные в ходе мероприятий налогового контроля факты, как посчитал суд, указывают на невозможность реального выполнения со стороны контрагента ООО «Кемп-Строй» работ, оказания услуг с учетом отсутствия имущества, объема материальных ресурсов и кадрового состава у данного лица. 

Соглашаясь с выводом Инспекции о нереальности хозяйственных операций, суд исходил из отсутствия доказательств исполнения налогоплательщиком условий пункта 3.2.34 договор № 16У1373 от 01.07.2016, предусматривающего, что при заключении настоящего договора, а также в течение срока действия договора Общество обязано согласовывать с заказчиком все организации (соисполнители), привлекаемые им для оказания услуг по настоящему договору, а также организации, являющиеся непосредственными производителями работ на объектах заказчика, указав на то, что налогоплательщик не согласовал с данным заказчиком привлечение соисполнителей ООО «Кемп-Строй», ООО «Агро-Трейд», ООО «Приоритет», ООО «Эксперт», ООО «ИК «Карат», ООО «СК «Снабкомплект», ООО «Спецавтотранс».

Поскольку из поступивших от ООО «Агентство «Луком-А-Север» на запрос Инспекции документов налоговый орган установил, что на объектах применялась техника и транспортные средства, собственниками которых являлись, в т. ч. ООО «ПродСпецТранс», ООО «Корпорация «РемСпецТехника», «Газпром Трансгаз Ухта», «СеверГазпром», суд согласился с выводом Инспекции о доказанности отсутствия реального выполнения заявленными налогоплательщиком контрагентами работ (услуг), и фактическое исполнение их иными лицами, и, соответственно, недостоверность представленных документов (актов выполненных работ (услуг), накладных, счетов-фактур/УПД и др.).

Отклоняя доводы налогоплательщика, суд указал на то, что Общество для оказания транспортных услуг, и для их последующей сдачи заказчикам имело все необходимое для этого: недвижимое имущество, собственный автомобильный парк (технику), материальные (три автобуса, два легковых автомобиля, три самоходных транспортных средства, один грузовой автомобиль, одно иное транспортное средство) и трудовые ресурсы (в 2017 году в штате 506 человек, в 2018 году - 349 человек, в 2019 году - 3 человека), которые у заявленных Обществом контрагентов ООО «Кемп-Строй», ООО «Агро-Трейд», ООО «Приоритет», ООО «Эксперт», ООО «ИК «Карат», ООО «СК «Снабкомплект», ООО «СК «Запчасть» отсутствовали. 

Разрешая спор, суд согласился с выводом Инспекции о недоказанности налогоплательщиком правомерности включения в состав расходов, уменьшающих налогооблагаемую прибыль, затрат по взаимоотношениям со спорными контрагентами ООО «Кемп-Строй», ООО «Агро-Трейд», ООО «Приоритет», ООО «Эксперт», ООО «ИК «Карат», ООО «СК «Снабкомплект, ООО «Спецавтотранс», ООО «СК «Запчасть» вследствие отсутствия реального факта выполнения заявленных работ (услуг), отгрузки товаров, представления документов, содержащих недостоверные сведения.

Как видно из дела, в ходе судебного разбирательства налогоплательщиком представлены копии первичных документов, подтверждающих, по его мнению, расходы за 2017 год в разрезе поставщиков, реестр актов списания по корпоративным картам за 2017 год с копиями актов списания в разбивке по месяцам. 

Проанализировав данные документы, суд указал на то, что из содержания актов списания ГСМ за 2017 год невозможно установить, на какие транспортные средства произошло списание приобретенных ГСМ, в каком количестве, не определен маршрут транспортных средств, невозможно проследить использование приобретенных ГСМ в личных и производственных целях, а также не указан за какой период произведено списание денежных средств, посчитав, что к актам ГСМ для принятия расходов необходимо представление счетов-фактур, чеков контрольно-кассовых машин, товарных чеков, путевых листов, а также актов (ведомостей) на их выдачу, актов на их списание, сводных ведомостей расхода горючего, используемых для подтверждения учета, оприходования, движения и использования ГСМ в производственной деятельности Общества, документы выдачи (получения) водителями транспортных средств бензина, объема его использования за конкретную поездку, пришел к выводу, что представленные акта ГСМ сами по себе не могут подтверждать несение налогоплательщиком расходов. 

Также суд указал на то, что представленные налогоплательщиком оборотно-сальдовые ведомости по счетам № 90 и №001 за 2017- 2018 года не относятся к первичным учетным документам, являются регистрами бухгалтерского учета и предназначены в соответствии со статьей 10 Федерального закона от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» для систематизации и накопления информации, содержащейся в принятых к учету первичных документах, не могут являться доказательствами, опровергающими доводы Инспекции в оспариваемом Решении. 

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд исходил из того, что налогоплательщик не вправе применять налоговые вычеты и учитывать расходы, понесенные по спорным операциям, поскольку обязательство не исполнено надлежащим лицом, и при этом налогоплательщиком не раскрыты сведения и не представлены подтверждающие их документы о действительном поставщике (подрядчике, исполнителе) и параметрах совершенных с ним операций, пришел к выводу, что фактически налоговые обязательства заявителя определены налоговым органом на основании представленных им документов, исходя из степени содействия налогоплательщика в определении его действительных налоговых обязательств.

При этом суд учел отсутствие ответов налогоплательщика на требования Инспекции № 20-06-01/3 от 15.07.2020, № 16863 от 04.08.2022 на предоставление пояснений в отношении соответствующих операций, копии первичных документов на приобретение товаров (работ услуг), подтверждающих финансово-хозяйственные взаимоотношения со спорными контрагентами: ООО «Кемп-Строй», ООО «Приоритет», ООО «Эксперт», ООО «ИК «Карат», ООО «Агро-Трейд», ООО «Спецавтотранс», на письмо (исх. 06-10-04/029289 от 30.07.2021) о раскрытии параметров реального исполнения сделок, в котором налоговый орган предлагал Обществу в связи с проведением налоговой проверки раскрыть сведения и представить подтверждающие их документы о действительном поставщике (подрядчике, исполнителе) и параметрах совершенных с ним операций в отношениях с контрагентами ООО «Кемп-Строй», ООО «Приоритет», ООО «Эксперт», ООО «ИК «Карат», ООО «Агротрейд», ООО «Спецавтотранс», принятых на учет в проверяемые периоды.

Разрешая спор, суд указал, что представленными доказательствами подтверждены факты нарушения налогоплательщиком положений подпункта 2 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ, выразившиеся в занижении сумм НДС, подлежащих уплате в бюджет, в результате неправомерного применения налоговых вычетов по счетам-фактурам, выставленным контрагентом ООО «КемпСтрой», ООО «Агро-Трейд», ООО «Приоритет», ООО «Эксперт», ООО «ИК «Карат», ООО «СК Снабкомплект», ООО «Спецавтотранс», ООО «Запчасть», а также в неполной уплате соответствующих сумм налога на прибыль организаций, ссылаясь на то, что основной целью совершения операций Общества с сомнительными контрагентами являлось уменьшение налоговых обязательств. 

Апелляционный суд не может согласиться с правильностью вывода суда в части эпизода доначисления Обществу налога на прибыль организаций за 2017 год на сумму 55 215 065 руб. по контрагентам ООО «ИК Карат», ООО «Кемп-Строй», ООО «Агро-Трейд», ООО «СК Снабкомплект», ООО «Приоритет» и ООО «Эксперт» в связи с уменьшением в 2017 году дохода на 276 075 323 руб. расходов с учетом следующего. 

Как видно из дела, всего расходы налогоплательщика за 2017 год составили 508 971 384 руб., в рамках проверки Инспекция посчитала, что Обществом необоснованно не учитывались в расходах на налогу на прибыль за данный период 276 075 323 руб., что согласно выводу налогового органа привело к занижению налогоплательщиком подлежащего уплате налога в этом периоде.

Апелляционный суд не может согласиться с выводом суда о нереальности хозяйственных операций и формальном документообороте налогоплательщика с указанными лицами, что, в том числе явилось основанием к доначислению налога на прибыль организаций по данным контрагентам.  

По взаимоотношениям Общества со спорным контрагентом ООО «Агро-Трейд» из материалов дела и налоговой проверки следует, что между налогоплательщиком и данным контрагентом заключен договор субаренды транспортного средства без экипажа от 01.07.2017 № 05/09-17, согласно которому контрагент передает Обществу во временное пользование за плату транспортные средства и специальную технику (грузовые автомобили, бульдозеры, погрузчики, экскаватор, автобусы) без оказания услуг по их управлению и технической эксплуатации. Налогоплательщиком представлены счета-фактуры за июль-сентябрь 2017 года. Инспекция в ходе проверки посчитала, что налогоплательщик при исчислении налога на прибыль уменьшил доходы на сумму расходов по услугам, оказанным данным лицом за 3 квартал 2017 года, в размере 47 359 574 руб.

Как указал Инспекция в оспариваемом Решении, собственниками переданных в субаренду транспортных средств являются ООО «Продспецтранс» ИНН 

<

***> и ООО «Корпорация «Ремспецтехника» ИНН 

<

***>. 

Налогоплательщиком в дело представлены доказательства того, что обязательства сторонами договора исполнены в полном объеме, в подтверждение реальности сделки налогоплательщиком представлены акт приема-передачи и платежные поручения, недостоверность которых налоговым органом не доказана, и судом первой инстанции не установлена, в этой связи апелляционная инстанция приходит к выводу, что реальность субарендных отношений между налогоплательщиком и данным контрагентом не опровергнута.

Вопреки выводу суда, данный контрагент не были ликвидирован, организация была исключена из ЕГРЮЛ на основании пункта 2 статьи 21.1. Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» в связи с наличием признаков недействующего юридического лица (ГРН 2195749106264 от 06.05.2019).

В соответствии с пунктом 1 статьи 21.1. Закона № 129-ФЗ признаками недействующего юридического лица является непредставление документов отчетности, предусмотренных законодательством РФ о налогах и сборах, и неосуществление операций хотя бы по одному банковскому счету в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения.

Решение о предстоящем исключении ООО «Агро-Трейд» из ЕГРЮЛ принято 14.01.2019, из чего следует, что на момент рассматриваемых правоотношений, когда 01.07.2017 был заключен договор, контрагент предоставлял налоговую отчетность и осуществлял банковские операции.

Ссылаясь на наличие в ЕГРЮЛ записей о недостоверности сведений о руководителе данной организации ФИО7 и его участнике ФИО8, суд первой инстанции не учел следующее.

Запись о недостоверности сведений о ФИО7 (ГРН 2175749260630) внесена 13.12.2017. Однако 06.09.2018 в ЕГРЮЛ вновь внесена запись о ФИО7 как о генеральном директоре ООО  «Агро-Трейд» (ГРН 2185749198446).

Данное противоречие налоговым органом не пояснено, указанное лицо согласно материалами проверки в качестве свидетеля не допрашивалось, доказательства его вызова на допрос Инспекцией не представлены. Данное противоречие судом первой инстанции также не устранено.

Участник контрагента ФИО8, запись о недостоверности сведений о котором внесена в ЕГРЮЛ 20.09.2017 (ГРН 2175749211405), не осуществлял руководства текущей деятельностью организации в силу пункта 4 статьи 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ, в связи с этим вывод налогового органа, подержанный судом, не влияет на оценку реальности договорных отношений Общества с ООО  «Агро-Трейд». Кроме того, понятие номинальности применимо исключительно к руководителям организаций, а не к их участникам (пункт 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Апелляционный суд также отмечает, что записи о недостоверности сведений о ФИО7 и ФИО8 не стали основанием для исключения  контрагента из ЕГРЮЛ, организация исключена из реестра по иному основанию 06.05.2019, тогда как ФИО8 был допрошен 20.09.2017.

С учетом перечисленных обстоятельств установленная пунктом 2 статьи 51 ГК РФ и разъяснениями пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25  «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» презумпция достоверности сведений об ООО «Агро-Трейд» на момент заключения договора Общества с указанным лицом в рассматриваемом случае не опровергнута. 

Непредоставление заявителем унифицированных форм первичной учетной документации по учету работ в автомобильном транспорте (путевой лист грузового автомобиля (формы № 4-С, 4-П); путевого листа строительной машины (форма № ЭСМ-2); рапорта о работе строительной машины (механизма) (форма № ЭСМ-3) и др.), утвержденных постановлением Госкомстата России от 28.11.1997 № 78) не опровергает реальность договора субаренды от 01.07.2017 № 05/09-17.

Указанные формы документов предназначены для отражения в учете операций по использованию строительных машин, тогда как аренда имущества отражается в учете на основании актов приема-передачи.

Кроме того, постановлением Госкомстата России от 28.11.1997 № 78 не зарегистрировано в Минюсте России и официально не опубликовано. Как разъяснено в  Информации Минфина России № ПЗ-10/2012 «О вступлении в силу с 1 января 2013 г. Федерального закона от 6 декабря 2011 г. № 402-ФЗ «о бухгалтерском учете», с 1 января 2013 г. формы первичных учетных документов, содержащиеся в альбомах унифицированных форм первичной учетной документации, не являются обязательными к применению. 

В данном случае назначение платежей, произведенных Обществом в адрес собственников транспортных средств (ООО «Продспецтранс» и ООО «Корпорация «Ремспецтехника»), не имеет правового значения, поскольку по договору субаренды от 01.07.2017 № 05/09-17 денежное обязательство налогоплательщика возникло перед ООО  «Агро-Трейд», и исполнение данного обязательства подтверждено налоговым органом. 

Вывод суда о наличии задолженности Общества перед данным контрагентом в размере 53 245 283 руб. на 06.05.2019 не свидетельствует о неполноте расчетов по договору субаренды.

Из оспариваемого Решения не усматривается, что состояние расчетов по указанному договору проверено налоговым органом. Кроме того, ни налоговым органом, ни судом первой инстанции не учтено, что право требования задолженности по договору субаренды было уступлено в пользу ООО «Продспецтранс» по договору цессии от 31.07.2017 № 2, от 31.08.2017 № 4 и от 30.09.2017 № 6, что подтверждается определением Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.06.2021 по делу № А56-107370/2020.

По взаимоотношениям Общества с контрагентом ООО «Приоритет» из материалов налоговой проверки следует, что между налогоплательщиком и данным контрагентом заключены договоры: субаренды транспортного средства без экипажа от 01.10.2017 № 10\17, субаренды транспортного средства без экипажа от 01.11.2017 № 11, купли-продажи товара (щебня, песочно-гравийная смесь) от 01.12.2017 № 12/17. Налогоплательщиком представлены счета-фактуры за ноябрь-декабрь 2017 года. Инспекция в ходе проверки посчитала, что налогоплательщик при исчислении налога на прибыль уменьшил доходы на сумму расходов по услугам (товарам), оказанным данным лицом, за 4 квартал 2017 года на сумму 52 882 973 руб.

Как видно из дела, ни в оспариваемом Решении, ни в решении суда не имеется оценки реальности договорных отношений налогоплательщика с данным контрагентом.

В письменных возражениях на отзыв от 01.03.2024 заявитель указал на наличие задолженности, подтвержденной актами сверки, подписанными сторонами и скрепленными печатями, осуществление оплаты путем уступки права требования (поступили в КАД 05.03.2024).

Запись о недостоверности сведений об адресе контрагента внесена в ЕГРЮЛ 16.05.2018, то  есть после завершения договорных отношений. При этом сведений об учредителе и руководителе организации ФИО9 СМ. недостоверными не признавались. 

Ссылку суда на то, что ФИО9 являлся массовым учредителем/руководителем, апелляционный суда находит несостоятельной, поскольку по данным ЕГРЮЛ указанное лицо являлось участником двух юридических лиц (ООО «Приоритет» и ООО Олимп») и руководителем четырех юридических лиц (ООО «Приоритет», ООО Олимп», ООО «Велоформат», ООО «Меридиан»).

В отношении ни одной из указанных организаций не имеется сведений о недостоверности сведений о ФИО9 как об участнике (руководителе).

С учетом отсутствия нормативно установленного количества ограничения на участие и руководство юридическими лицами, а также в силу презумпции достоверности данных ЕГРЮЛ, апелляционный суд не может прийти к выводу о негативной характеристике ООО «Приоритет».

По взаимоотношениям Общества с контрагентом ООО «Эксперт» из материалов проверки следует, что налогоплательщиком в подтверждение реальности сделки с указанным лицом представлены договор об оказании услуг, счета-фактуры за октябрь 2017 года на субаренду техники. Инспекция по результатам проверки пришла к выводу, что налогоплательщик при исчислении налога на прибыль уменьшил доходы на сумму расходов по услугам, оказанным данным лицом, за 4 квартал 2017 года в размере 26 541 774 руб.

В ходе проверки Инспекцией установлено, что договор, счета-фактуры, акты сдачи-приемки оказанных услуг подписаны руководителями организацией. 

Запись о недостоверности сведений об адресе данного контрагента внесена в ЕГРЮЛ 20.11.2019, т.е. после завершения договорных отношений с Обществом.

Сведения об учредителе и руководителе организации ФИО10 недостоверными не признаны.

Наличие задолженности подтверждено актами сверки, оплата произведена путем уступки права требования, на что ссылался заявитель в письменных пояснениях от 01.03.2024 (поступили в КАД 05.03.2024).

По взаимоотношениям Общества с контрагентом ООО «ИК «Карат» из материалов проверки следует, что налогоплательщиком представлены договор, накладные, акты сдачи-приемки оказанных услуг, счета-фактуры за январь-март 2017 года на субаренду транспортных средств, принадлежащих АО «Санеко», ООО «Корпорация «Ремспецтехника» и ООО «Продспецтранс». Все документы подписаны руководителями организаций.

В материалы дела представлены акты приема-передачи транспортных средств в субаренду. 

По результатам проверки Инспекция пришла к выводу, что налогоплательщик при исчислении налога на прибыль уменьшил доходы на сумму расходов по услугам, оказанным данным лицом в 1 квартале 2017 года, на 51 245 355 руб.

Довод суда первой инстанции о не предоставлении Обществом договора с фактическими владельцами транспортных средств несостоятелен, поскольку  правовая природа субарендных отношений исключает заключение договора с собственником имущества. 

Вывод суда о том, что применение ООО «Продспецтранс» и ООО «Корпорация «Ремспецтехника» в проверяемом периоде  упрощенной системы налогообложения свидетельствует о заключении договоров субаренды для возмещения НДС и минимизации налогов, является предположительным, доказательств, свидетельствующих о данном факте, не имеется. Применение контрагентом того или иного налогового режима само по себе не является характеристикой обоснованности налоговой выгоды. Кроме того, указанные лица в данном случае контрагентами Общества не являлись. 

Ссылка суда на неявку в налоговый орган руководителя (с 16.11.2016 по 29.05.2017) и учредителя (с 16.11.2016 по 14.06.2017) ООО «ИК «Карат»  ФИО11, не может быть принята во внимание, поскольку доказательств направления налоговым органом указанному лицу повестки не имеется. 

Неявка в налоговый орган на допрос ФИО12 (руководителя контрагента с 30.05.2017 по 23.10.2018) в данном случае значения не имеет, поскольку на момент возникновения спорных правоотношений данное лицо руководителем ООО «ИК «Карат» не являлось.

Участие в 16 юридических лицах и дисквалификация участника (с 15.06.2017 по 23.10.2018) ООО «ИК «Карат» ФИО13 не имеет значения, поскольку такое участие находится за рамками предоставления транспорта в субаренду Обществу.

Кроме того, при допросе руководителя Общества в Инспекции не выяснялись вопросы взаимоотношений налогоплательщика с  ООО «ИК «Карат». 

Вывод суда о наличии задолженности Общества перед данным контрагентом в сумме 24 920 359 руб. не свидетельствует о неполноте расчетов по договору субаренды от 01.12.2016 № 3\12-16, поскольку право требования задолженности по данному договору уступлено контрагентом в пользу ООО «Продспецтранс», с которым Обществом  в рамках дела А56-124540/2019 заключено мировое соглашение, по которому задолженность в размере 24 920 359 руб. частично оплачивается путем перечисления денежных средств (6 997 398, 73 руб.), частично (в сумме 17 922 960 руб.) компенсируется передачей в собственность недвижимого имущества и транспортных средств.

По взаимоотношениям Общества с контрагентом ООО «СК «Снабкомплект» из материалов дела следует, что налогоплательщиком представлены договор, счета-фактуры за август-сентябрь 2017 года, товарные накладные, акты сдачи-приемки оказанных услуг, подписанные руководителями организаций.

Инспекция по результатам проверки пришла к выводу, что при исчислении налога на прибыль налогоплательщик уменьшил доходы на сумму расходов по услугам, оказанным данным контрагентом в 3 квартале 2017 года, в размере 16 639 831 руб.

Запись о недостоверности сведений о ФИО14, как руководителе организации, внесена в ЕГРЮЛ 02.07.2019, то есть после завершения договорных отношений с Обществом. Заявление МИ ФНС России № 17 по Санкт-Петербургу о недостоверности сведений данного руководителя мотивировано, в том числе ссылками на ее неявку по вызовам в налоговый орган, ее «массовый» характер, как руководителя и учредителя, отсутствием у организации расчетных счетов.

Из оспариваемого Решения следует, что Инспекцией проведен анализ движения денежных средств по двум банковским счетам контрагента (страница 43-44 Решения), а данные ЕГРЮЛ не содержат никаких сведений об участии и (или) руководстве ФИО14 в каких-либо иных юридических лицах. 

Наличие задолженности по взаимоотношениям с указанным лицом подтверждается актами сверки, подписанными сторонами, оплата произведена путем уступки права требования, на что указывал представитель заявителя в письменных пояснениях от 01.03.2024 (поступил в КАД 05.03.2024).

По взаимоотношениям Общества с контрагентом ООО «Кемп-Строй» из материалов налоговой проверки следует, что между Обществом и данным контрагентом заключен договор от 01.04.2017 № 01/04-17, предметом которого является субаренда транспортных средств и специальной техники. Налогоплательщиком представлены договор с дополнительным соглашением от 01.05.2017, счета-фактуры за апрель-июль 2017 года, акты сдачи-приемки оказанных услуг, подписанные руководителями организаций.  

По результатам проверки Инспекция сделала вывод, что при исчислении налога на прибыль налогоплательщик уменьшил доходы на сумму расходов по услугам, оказанным данным контрагентом во 2 квартале 2017 года, в размере 81 405 816 руб.

Соглашаясь с позицией Инспекции, суд указал на то, что налоговым органом установлено, что руководитель контрагента ФИО15 является массовым учредителем/руководителем (формально участвует в семи юридических лицах).

Между тем, налоговым органом не установлено, что участие ФИО15 в других юридических лицах носило формальный характер.

Из материалов дела следует, что в сведениях о заключенных Обществом с данным контрагентом договорах за проверяемый период 2017-2018 г.г. (приложение к пояснениям налогового органа № 19-06/010082 от 21.05.2024) Инспекция указывает договоры между налогоплательщиком и спорным контрагентом, не являющиеся предметом рассмотрения выездной налоговой проверки, но заключенные в проверяемом периоде: от 30.06.2017 (купля-продажа автомобильных шин), от 29.05.2017 (продажа товара по спецификации), от 25.06.2017 (продажа плиты дорожной 970 штук), реальность хозяйственных операций по которым Инспекцией признана. 

Наличие задолженности между налогоплательщиком и данным контрагентом подтверждена актами сверки, оплата произведена путем уступки права требования.

Как указывалось ранее, в отношении данных контрагентов суд первой инстанции сослался на их исключение из ЕГРЮЛ как недействующих юридических лиц и в связи с наличием записей о недостоверности. 

Между тем, наличие в ЕГРЮЛ записей о недостоверности сведений относительно контрагентов налогоплательщика само по себе не свидетельствует об их техническом статусе.

Правовой механизм внесения в ЕГРЮЛ записи о недостоверности сведений о юридическом лице, установленный частью 6 статьи 11 Закона № 129-ФЗ, направлен, в том числе на обеспечение достоверности сведений, содержащихся в ЕГРЮЛ, поддержание доверия к этим сведения со стороны третьих лиц и тем самым – на обеспечение стабильности гражданского оборота (Определение Конституционного Суда РФ от 29.10.2020 № 2498-О).

Указанный механизм определяет порядок действий регистрирующего органа и юридического лица при выявлении недостоверности содержащихся в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, предусмотренных подпунктами «в», «д» и (или) «л» пункта 1 статьи 5 Закона № 129-ФЗ.

По смыслу приведенных норм недостоверность сведений о юридическом лице может являться одним из признаков, указывающих на технический статус юридического лица, как участника налоговых отношений. Однако такая оценка юридического лица не может даваться без определения конкретного момента, когда те или иные сведения о нем перестали отвечать требованию достоверности. 

Для оценки контрагента налогоплательщика как технической компании имеет значение недостоверность сведений о нем не сама по себе, а именно на момент заключения соответствующей сделки.

В рассматриваемом случае недостоверности каких-либо сведений о данных контрагентах на момент заключения договоров с ними не имеется, таких обстоятельств ни налоговым органом, ни судом первой инстанции не установлено. Кроме того, недостоверными признаны сведения о контрагентах, внесенные в ЕГРЮЛ после заключения и исполнения договоров с Обществом и не имеющие отношения к этим договорам. 

Кроме того, в материалах дела отсутствуют доказательства того, что вышеперечисленные контрагенты в 2017 году не вели реальной экономической деятельности и не исполняли налоговые обязательства. Напротив, как следует из материалов дела, реализацию товаров (работ, услуг) в пользу налогоплательщика данные организации отразили в отчетности. 

Делая вывод об отсутствии у контрагентов ООО «Приоритет», ООО «Эксперт», ООО «ИК «Карат», ООО «СК «Снабкомплект», ООО «Агро-Трейд» основных средств и материальных активов, суд не учел характер договорных отношений налогоплательщика с данными организациями. 

Согласно абзацу 2 пункта 5 Постановления № 53 о необоснованной налоговой выгоде могут свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии таких обстоятельств, как отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств.

В данном случае предметом договорных отношений налогоплательщика с указанными организациями являлась субаренда транспортных средств, исполнение такого договора не требует наличия основных средств и иных материальных активов. Кроме того, судом установлены собственники транспортных средств, переданных в аренду контрагентам заявителя, что подтверждает механизм исполнения ими договорных обязательств перед Обществом. 

Разрешая спор, суд посчитал договоры Общества с данными контрагентами рамочными.

Апелляционный суд находит данную квалификацию договоров ошибочной, поскольку ни один из них не подпадает по условия, предусмотренные пунктом 1 статьи 429.1 ГК РФ. Кроме того, действия сторон по передаче транспортных средств позволяют считать данные сделки заключенными и фактически исполненными. 

Вывод  суда о техническом статусе данных контрагентов Общества апелляционный суд находит необоснованным.

Как разъяснено в пункте 39 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 10.11.2021, цель противодействия налоговым злоупотреблениям при применении подпункта 1 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ реализуется за счет исключения возможности извлечения налоговой выгоды налогоплательщиками, использующими формальный документооборот с участием компаний, не ведущих реальной экономической деятельности и не исполняющих налоговые обязательства в связи со сделками, оформляемыми от их имени («технические» компании), при том что лицом, осуществляющим исполнение, является иной субъект.

Исходя из приведенных разъяснений с учетом положений статьи 65 и 200 АПК РФ, на налоговом органе лежит обязанность доказать факт неисполнения контрагентом Общества своих обязательств по договорам с ним, а также неосуществление ими реальной экономической деятельности и неисполнение им своих налоговых обязательств. Между тем, таких доказательств в деле не имеется.

Ссылаясь на создание налогоплательщиком с данными организациями формального документооборота и отсутствие реальности хозяйственных операций, Инспекция ссылается на то, что в нарушение пункта 3.2.34 договора между заказчиком ТПП «Лукойл-Коми» и Обществом от 01.07.2016 данные контрагенты не согласовывались с заказчиком. 

Апелляционный суд отмечает, что в деле не имеется доказательства того, что спорный контрагент ООО «СК «Снабкомплект» осуществлял работы на территории деятельности данного заказчика, остальные вышеприведенные контрагенты по смыслу пункта 1 статьи 706 ГК РФ субподрядчиками не являлись, поскольку ими в субаренду предоставлялась специальная техника без оказания услуг.  

Вместе с тем, отсутствие подобного согласования никак не доказывает факта отсутствия оказания услуг, что подтверждено представленными в ходе проверки документами. К возражениям на акт налоговой проверки была приложена расшифровка выручки, по которой видно какую технику в 2017 году налогоплательщик брал в аренду и оказывал услуги, все услуги были приняты заказчиком.

Кроме того, оспаривая Решение, Общество привело мотивированные убедительные доводы несогласования данных контрагентов с заказчиком, обусловленного сложностью прохождения данной процедуры и отказом субподрядчиков от ее прохождения.

Также не может быть принято во внимание утверждение налогового органа о том, что Общество обладало необходимыми ресурсами для самостоятельного выполнения работ для заказчика.

Как указано в пунктах 3 и 7 Постановления № 53,  налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера). Если суд на основании оценки представленных налоговым органом и налогоплательщиком доказательств придет к выводу о том, что налогоплательщик для целей налогообложения учел операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом, суд определяет объем прав и обязанностей налогоплательщика, исходя из подлинного экономического содержания соответствующей операции.

Критерий экономической обоснованности расходов не предусматривает оценку понесенных налогоплательщиком затрат с точки зрения целесообразности, рациональности и эффективности их осуществления. В то же время экономическая оправданность затрат предполагает, что они понесены налогоплательщиком в его собственных интересах (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2019), утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019).

Из содержания оспариваемого Решения следует, что налоговый орган в ходе проверки по существу установил факты, касающиеся количества транспортных средств, обеспечивающих исполнение налогоплательщиком своих обязательств перед заказчиком в 2017 году, согласно которым объемы оказанных Обществом услуг были выполнены не только принадлежащими истцу на праве собственности транспортными средствами в количестве 10 единиц, но и привлеченным автотранспортом, общее количество которого составило 139 единиц.

Апелляционная инстанция находит, что вывод о том, что Общество обладало необходимыми ресурсами для самостоятельного выполнения работ для заказчика в 2017 году, сделан Инспекцией в отрыве от установленных в ходе проверки фактов, в то время как Общество обосновало и подтвердило как объем оказанных заказчику в данном периоде транспортных услуг, так и необходимость дополнительного привлечения автотранспорта, помимо собственного, в заявленном размере, а также объективный характер затрат налогоплательщика, связанных не только с оплатой за пользование указанным количеством техники, но и расходов, связанных с его эксплуатацией (оплата труда водителей, топлива, запасных частей).

С учетом изложенного, апелляционный суд приходит к выводу, что по результатам выездной налоговой проверки Инспекцией не получены доказательства, однозначно опровергающие участие заявленных Обществом контрагентов: ООО «ИК Карат», ООО «Кемп-Строй», ООО «Агро-Трейд», ООО «СК Снабкомплект», ООО «Приоритет» и ООО «Эксперт» в оказании услуг и поставке товаров в 2017 году, поскольку умысла на получение налоговой экономии по сделкам с данными организациями, а также обстоятельства, характеризующие данных контрагентов как технические организации, налоговым органом не установлены. 

Таким образом, вывод суда и довод налогового органа о мнимости хозяйственных операций с данными контрагентами в 2017 году не соответствует фактическим обстоятельствам.

Кроме того, апелляционный суд отмечает, что по требованию налогового органа Обществом предоставлены оборотно-сальдовые ведомости по счетам 20 и 90 за 2017 год, из которых следует, что операции с данными контрагентами на общую сумму 276 075 323 руб. (составивших вменяемую сумму уменьшения дохода для исчисления налога на прибыль организаций: ООО «Кемп-Строй - 81 405 816 руб., ООО «Агро-Трейд – 47 359 574 руб., ООО «Приоритет» - 52 882 973 руб., ООО «Эксперт» - 26 541 774 руб., ООО «ИК Карат» - 51 245 355 руб., ООО «СК «Снабкомплект» - 16 639 830 руб.) не учитывались налогоплательщиком в расходах (508 971 384 руб.) для целей формирования налоговой базы по налогу на прибыль за 2017 год. 

Оборотно-сальдовые ведомости по счетам 20, 60 и 90 за 2017 года представлены Обществом в материалы дела.

Представленные Обществом в материалы дела документы (копии первичных документов, подтверждающие расходы за 2017 год в разрезе поставщиков, реестр актов списания по корпоративным картам за 2017 год с копиями актов списания в разбивке по месяцам, акты списания материалов с реестром по месяцам, акты списания ГСМ с расшифровками по каждому месяцу, авансовые отчеты, подтверждающие командировочные расходы) подтверждают, что налогоплательщик операции с данными контрагентами на общую сумму 276 075 323 руб. не учитывал в расходах для целей формирования налоговой базы по налогу на прибыль организаций за 2017 год.

При таком положении вывод Инспекции в оспариваемом Решении, поддержанный судом первой инстанции, о занижении Обществом подлежащего уплате налога на прибыль организаций за 2017 года в части 55 215 065 руб. (276 075 323 руб. х 20%) является ошибочным, и вывод налогового органа о неполном отражении налогоплательщиком сумм расходов за 2017 год опровергается представленными Обществом документами. 

С учетом изложенного апелляционный суд приходит к выводу, что оспариваемое Решение в части доначисления налога на прибыль организаций в сумме 55 215 065 руб. не соответствует требованиям законодательства, нарушает права налогоплательщика в области предпринимательской деятельности, в связи с чем подлежит признанию недействительным в соответствующей части.

Исходя из положений главы 21 НК РФ, документальное обоснование права на налоговые вычеты сумм НДС, предъявленных контрагентами при приобретении товаров (работ, услуг), лежит на налогоплательщике.

Как видно из дела, Инспекция отказала Обществу принять вычеты по НДС, поскольку в числе прочего установила предоставление контрагентами деклараций по НДС с нулевыми показателями, наличие налоговых разрывов по НДС по контрагентам второго и последующих уровней.

Таким образом, налогоплательщик не подтвердил свое право на получение вычетов по НДС. 

В остальном доводы апелляционной жалобы правильности выводов суда не опровергают, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанций при рассмотрении дела и имели бы значение для вынесения судебного акта по существу, направлены на переоценку выводов суда, что основанием к отмене обжалуемого решения в части иных эпизодов не являются. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы, нарушений положений части 4 статьи 270 АПК РФ, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом первой инстанции при рассмотрении дела не допущено.  

Оспариваемым Решением к Обществу применены налоговые санкции, предусмотренные пунктом 3 статьи 122 НК РФ за неполную уплаты налога на прибыль организаций и НДС за период 2018-2019 г.г. (указание на странице 213 Решения на положения пункта 1 статьи 122 НК РФ является опечаткой, что подтвердил представитель налогового органа в ходе судебного разбирательства 03.07.2025).

Статьей 106 НК РФ предусмотрено, что налоговым правонарушением признается виновно совершенное противоправное (в нарушение законодательства о налогах и сборах) деяние (действие или бездействие) налогоплательщика, налогового агента и иных лиц, за которое Кодексом установлена ответственность.

Пунктом 1 статьи 107 НК РФ предусмотрено, что ответственность за совершение налоговых правонарушений несут организации и физические лица в случаях, предусмотренных главами 16 и 18 Кодексом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 112 НК РФ обстоятельствами, смягчающими ответственность за совершение налогового правонарушения, признаются:

1) совершение правонарушения вследствие стечения тяжелых личных или семейных обстоятельств;

2) совершение правонарушения под влиянием угрозы или принуждения либо в силу материальной, служебной или иной зависимости;

2.1) тяжелое материальное положение физического лица, привлекаемого к ответственности за совершение налогового правонарушения;

3) иные обстоятельства, которые судом или налоговым органом, рассматривающим дело, могут быть признаны смягчающими ответственность.

Иными словами, перечень обстоятельств, смягчающих ответственность, указанный в статье 112 НК РФ, не является исчерпывающим.

Согласно пункту 4 статьи 112 НК РФ смягчающие ответственность обстоятельства за совершение налогового правонарушения устанавливаются судом или налоговым органом, рассматривающим дело, и учитываются им при наложении санкций за налоговые правонарушения в порядке, установленном статьей 114 Кодекса.

Таким образом, судом, рассматривающим дело, так же как и налоговым органом при привлечении налогоплательщика к налоговой ответственности по результатам мероприятий налогового контроля, могут быть признаны смягчающими иные обстоятельства.

При этом в силу положений пункта 3 статьи 114 НК РФ при наличии хотя бы одного смягчающего ответственность обстоятельства размер штрафа подлежит уменьшению не меньше, чем в два раза по сравнению с размером, установленным соответствующей статьей Кодекса.

Учитывая, что пунктом 3 статьи 114 НК РФ установлен лишь минимальный предел снижения налоговой санкции, суд по результатам оценки соответствующих обстоятельств (например, характера совершенного правонарушения, количества смягчающих ответственность обстоятельств, личности налогоплательщика, его материального положения) вправе уменьшить размер взыскания и более чем в два раза.

Аналогичные выводы содержаться также в пункте 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации».

Таким образом, право относить те или иные фактические обстоятельства, не указанные прямо в статье 112 НК РФ, к обстоятельствам, смягчающим ответственность налогоплательщика, и устанавливать размер, в том числе кратность размера, снижения налоговых санкций, установленных законом, предоставлено как налоговому органу, так и суду.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной им в постановлении от 24.06.2009 № 11-П, в силу статей 17 (часть 3) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации исходящее из принципа справедливости конституционное требование соразмерности установления правовой ответственности предполагает в качестве общего правила ее дифференциацию в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания.

Принцип соразмерности, выражающий требования справедливости, предполагает установление публично-правовой ответственности лишь за виновное деяние и ее дифференциацию в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания. Указанные принципы привлечения к ответственности в равной мере относятся к физическим и юридическим лицам.

Учитывая изложенное выше и оценив обстоятельства совершения налогоплательщиком вменяемого ему правонарушения, а также последствия его совершения, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что в данном случае имеются обстоятельства, которые могут быть квалифицированы в качестве обстоятельств, смягчающих ответственность налогоплательщика, и которые не учтены при определении размера санкции по результатам рассмотрения материалов выездной проверки.

Так, судом апелляционной инстанции установлено, что возможным негативным последствием неисполнения Обществом обязанности, является непоступление в бюджет сумм налогов, подлежащих уплате.

Возможные потери бюджета в данном случае компенсированы начислением пени в соответствии с положениями статьи 75 НК РФ.

Оценив размер примененной налоговой санкции, в том числе с учетом требований индивидуализации и дифференциации наказания в зависимости от тяжести содеянного, размера причиненного вреда, степени вины правонарушителя, соблюдения баланса частного и публичного интересов, отсутствия доказательств привлечения ранее Общество к ответственности, фактической экономической ситуации с учетом введения недружественными странами санкций, апелляционная инстанция считает возможным снизить размер штрафа, наложенного на Общество оспариваемым Решением, до 3 000 000 руб.

Поскольку налоговое законодательство связывает размер уменьшения налоговых санкций не с количеством установленных смягчающих обстоятельств, а с их наличием в целом, и наложение санкций не позволяет дифференцировать размер санкций с учетом степени общественной вредности совершенного правонарушения, апелляционная инстанция считает, что снижение размера штрафа до 3 000 000 руб. в данном случае соответствует степени вины налогоплательщика и последствиям допущенного нарушения, является справедливым с учетом характера совершенного правонарушения.

С учетом изложенного, обжалуемое решение подлежит изменению с принятием по делу нового судебного акта о частичном удовлетворении заявленных требований.

Руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.08.2024 по делу №А56-119340/2023 изменить. Изложить резолютивную часть решения в следующей редакции.

Признать недействительным решение Межрайонной инспекции ФНС России №19 по Санкт-Петербургу от 21.11.2022 № № 20-06-01 о привлечении общества с ограниченной ответственностью «Транспортная компания «Автогазкомплект» к ответственности за совершение налогового правонарушения в части доначисления налога на прибыль организаций в размере 55 215 065 руб., соответствующих сумм пени по взаимоотношениям с контрагентами ООО «ИК Карат», ООО «Кемп-Строй», ООО «Агро-Трейд», ООО «СК Снабкомплект», ООО «Приоритет», ООО «Эксперт», в части привлечения общества с ограниченной ответственностью «Транспортная компания «Автогазкомплект» к ответственности, предусмотренной пунктом 3 статьи 122 НК РФ в виде штрафа в сумме 27 998 003 руб.

В остальной части в удовлетворении заявленных требований отказать.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

М.Г. Титова

Судьи

С.Н. Алексеенко

О.В. Горбачева