АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075, http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1727/19 

Екатеринбург

19 января 2022 г.

 

Дело № А60-13377/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 13 января 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 19 января 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шершон Н.В.,

судей Сушковой С.А., Шавейниковой О.Э.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1, ФИО2, ФИО3 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 02.07.2021 по делу № А60-13377/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.10.2021 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли личное участие ФИО1, а также ФИО2

 

Определением от 05.04.2017 Арбитражным судом Свердловской области принято к своему рассмотрению заявление ФИО4 (далее – Должник) о признании его несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по настоящему делу о его банкротстве.

Решением суда от 21.08.2018 гражданин ФИО4 признан банкротом, открыта процедура реализации его имущества, финансовым управляющим имуществом Должника утвержден ФИО5.

В дальнейшем Управляющим представлено ходатайство о завершении в отношении Должника процедуры банкротства с приложением к нему отчетов и иных документов, заявлено о возможности его освобождения от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами.

Кредиторы ФИО2 и ФИО1 ходатайствовали о неприменении к ФИО4 положений об освобождении от долгов.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 02.07.2021, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.10.2021, процедура реализации имущества гражданина ФИО4 завершена, последний освобожден от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами по правилам пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

В кассационной жалобе кредиторы ФИО1, ФИО2 и ФИО3 просят определение от 02.07.2021 и постановление от 19.10.2021 отменить в части списания долгов ФИО4 Кассторы настаивают на недобросовестности поведения Должника при вступлении в обязательственные отношения и в рамках процедуры банкротства, с учетом чего считают, что необходимые основания для его освобождения от долгов у судов отсутствовали, а постановленное ими по данному вопросу решение нарушает баланс интересов вовлеченных в дело о банкротстве лиц.

В отзыве на кассационную жалобу должник ФИО4 просит в ее удовлетворении отказать, обжалуемые судебные акты – оставить в силе.

Проверив законность обжалуемых определения и постановления в порядке, установленном статьями 284 – 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в части применения в отношении Должника положений пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве, суд округа пришел к следующим выводам.

По общему правилу после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (пункт 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве). 

В силу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если: вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство; гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду; доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина банкротом (абзацы 17,18 статьи 2 и статья 213.30 Закона о банкротстве), в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 42 Постановления № 45, целью положений пункта 3 статьи 213.4, пункта 6 статьи 213.5, пункта 9 статьи 213.9, пункта 2 статьи 213.13, пункта 4 статьи 213.28, статье 213.29 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Указанные нормы направлены на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела.

В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо неисполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и тому подобное), суд, руководствуясь статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, вправе в определении о завершении реализации имущества должника указать на неприменение в отношении этого должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

Таким образом, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.). В силу общих положений пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

При этом в отличие от недобросовестности неразумность поведения гражданина сама по себе основанием для неосвобождения от долгов не является.

В рассматриваемом случае, руководствуясь вышеприведёнными нормами права и разъяснениями Постановления № 45, рассмотрев доводы и возражения участвующих в деле о банкротстве ФИО4 лиц, в том числе, позицию финансового управляющего, возражения кредиторов, пояснения должника, оценив собранные по делу доказательства, суды первой и апелляционной инстанций установили, что по итогам проведенного Управляющим финансово-экономического анализа состояния Должника признаков преднамеренного и/или фиктивного банкротства не установлено, в удовлетворении требований об оспаривании большей части сделок отказано, единственной недействительной сделкой признан договор дарения земельного участка с находящимся на нем домом сыну Должника ФИО6, при этом имущество возвращено в конкурсную массу, реализовано с направлением полученной выручки на погашение требований кредиторов, каким-либо иным собственным жильем Должник не располагает, проживает у сына, при этом против продажи дома с целью удовлетворения требований кредиторов Должник не возражал. 

При этом касаемо приобретения жилого дома после обращения Должника с заявлением о собственном банкротстве, суды установили, что по договору купли-продажи от 19.06.2017 Должник фактически выкупил ранее принадлежавший ему земельный участок площадью 821 кв. м. по адресу: г. Екатеринбург, с/т «Екатеринбургоборонсбыт», 85, с учетом возведения на нем жилого дома общей площадью 149 кв. м, за 429 224 руб. 36 коп., денежные средства для приобретения этих объектов недвижимости Должник выручил за счет продажи этого же земельного участка по договору купли-продажи от 10.03.2016 за 250 000 руб. и за счет продажи 02.04.2016 автомобиля Лэнд Ровер Фрилэндер2, 2010 года выпуска за 820 000 руб., при этом оба объекта имели режим общей супружеской собственности, в связи с чем вырученные от их продажи денежные средства были разделены между Должником и его супругой в равных долях, оставшуюся часть – 105 000 руб. ФИО4 потратил на покупку дорогостоящих лекарств (Должник является инвалидом второй группы, участником ликвидации аварии на ЧАЭС и нуждается в постоянном лечении), а также на содержание жилого дома, впоследствии включенного в конкурсную массу и реализованного финансовым управляющим в ходе торгов в рамках настоящей процедуры банкротства.

Признаков злонамеренного сокрытия или уничтожения ФИО4 принадлежащего ему имущества, сообщения Должником недостоверных сведений Управляющему, принятии иных мер, отрицательно повлиявших на ход процедуры банкротства, формирование конкурсной массы и удовлетворение требований кредиторов, судами не усмотрено.

Доказательства противоправности поведения Должника при принятии на себя обязательств перед кредиторами, свидетельствующих о том, что Должник действовал незаконно, совершал мошеннические действия, предоставил кредиторам заведомо ложные сведения при получении заемных денежных средств, либо злостно уклонялся от погашения задолженности, отсутствуют. 

В отношении совершения сделок по передаче ФИО7 денежных средств судами установлено, что Должник занимал деньги у своих кредиторов под 5% в месяц, а затем передавал их, как и свои, в долг Кайзеру В.А., обещавшему выплачивать Должнику 2% в месяц с каждой привлеченной суммы, следовательно Кайзер В.А. должен был вернуть сумму займа с процентами (вознаграждением) для возврата займодавцам и вознаграждением, причитающимся самому Должнику без каких либо затрат последнего; данная схема быстрого заработка, как Должника, так и самих кредиторов работала на протяжении нескольких лет, как минимум с 2012 года, заемные денежные средства возвращались кредиторам с процентами, Должнику выплачивалось обещанное вознаграждение; когда у Кайзера В.А. возникли проблемы с возвратом денежных средств, он просил кредиторов подождать возврата денег, после чего писались новые расписки на тех же условиях на новый срок, при этом деньги не передавались; доверившись Кайзеру В.А., Должник, не осознавал, что он отвечает по своим обязательствам всем своим имуществом, в результате потерял единственное для него жилое помещение; с 2015 году Кайзер В.А. стал избегать встреч с ФИО4, перестал отвечать на звонки, в настоящее время его место нахождения не известно; Должник предпринимал меры к взысканию с Кайзера В.А. задолженности – вступившему в законную силу решением Сухоложского городского суда Свердловской области от 16.09.2016 с Кайзера В.А. в пользу ФИО4 взыскано 29 533 105 руб. 79 коп., выдан исполнительный лист, который был предъявлен к исполнению и включен в состав сводного исполнительного производства, общий размер по которому превысил 76 000 000 руб., а в настоящее время превышает 150 млн. руб., и по сведениям судебного пристава-исполнителя Кайзер В.А. объявлен в розыск; в настоящей процедуре банкротства дебиторская задолженность Кайзера В.А. реализована с торгов, вырученные от ее продажи денежные средства направлены на погашение требований кредиторов; согласно пояснениям кредиторов (подтвержденным ими в судебном заседании суда округа), они осознавали, что передают денежные средства Должнику в целях извлечения ими дохода в виде процентов, что и служило обстоятельством, побуждающим их к вступлению в заемные отношения с ФИО4

Злостное уклонение от погашения задолженности, заключающееся в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности, следует разграничивать от непогашения долга вследствие отсутствия возможности, нерационального ведения своих дел или стечения жизненных обстоятельств. Признаки злостности уклонения обнаруживаются, в частности, в том, что должник умышленно скрывает свои доходы и имущество, на которое может быть обращено взыскание, изменяет место жительства или имя, не извещая об этом кредитора, противодействует приставу-исполнителю или финансовому управляющему в исполнении обязанностей по формированию имущественной массы, подлежащей описи, реализации и направлению на погашение задолженности по обязательству, несмотря на требования кредитора о погашении долга ведет явно роскошный образ жизни. 

В данном случае подобного поведения Должника судами не установлено.

Кроме того, судами установлено, что на момент заключения кредитного договора от 05.09.2014 с публичным акционерным обществом «Сбербанк России» на сумму 700 000 руб. (остаток долга – 215 840 руб. 79 коп.) и получения потребительского кредита согласно кредитной заявке от 26.04.2016 на сумму 388 000 руб. Должник имел в собственности земельный участок, автомобиль, его пенсия позволяла без просрочек обслуживать эти кредиты, также имел значительную дебиторскую задолженность, срок исполнения по многим его обязательствам в то время еще не наступил, что в отсутствие безусловных доказательств иного не позволило им заключить о том, что при получении Должником кредитов в названном выше кредитном учреждении он предоставил заведомо ложные сведения либо имел цель искусственного наращивания кредиторской задолженности.

С учетом изложенной совокупности фактических обстоятельств, исходя из социально-реабилитационной направленности института потребительского банкротства, суды нижестоящих инстанций сделали правомерный вывод об отсутствии сколько-нибудь явственных оснований для отступления от общего правила об освобождении Должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами как итога процедуры потребительского банкротства.

Приведенные в кассационной жалобе доводы судом округа рассмотрены и отклоняются, поскольку они не свидетельствуют о неправильном применении судами при рассмотрении спора норм материального права, регулирующих институт потребительского банкротства, либо о наличии нарушений норм процессуального права, приведших к принятию неправильного судебного акта, по сути, выражают несогласие Кассаторов с выводами судов, основанными на расхожей с ними оценке доказательственной базы по спору, тогда как переоценка доказательств по делу выходит за рамки компетенции и полномочий суда кассационной инстанции, установленных нормами статей 286 – 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а потому является недопустимой (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Таким образом, учитывая, что нарушений норм материального и/или процессуального права, являющихся основанием для отмены/изменения судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не выявлено, обжалуемые определение 02.07.2021 и постановление от 19.10.2021 являются законными и обоснованными и отмене по приведенным в кассационной жалобе доводам не подлежат.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 02.07.2021по делу № А60-13377/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.10.2021 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1, ФИО2, ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                       Н.В. Шершон 

 

Судьи                                                                                    С.А. Сушкова 

 

                                                                                               О.Э. Шавейникова