АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А63-7546/2017

г. Краснодар

24 августа 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17 августа 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 24 августа 2022 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Сороколетовой Н.А., судей Илюшникова С.М. и Калашниковой М.Г., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Куц С.О., при участии в судебном заседании проводимом посредством использования систем веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседание) от ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 12.02.2020), в отсутствие  конкурсного управляющего закрытого акционерного общества «Контур-Строй-Трест» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) ФИО3, иных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 21.03.2022 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.06.2022 по делу № А63-7546/2017, установил следующее. 

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) закрытого акционерного общества «Контур-Строй-Трест» (далее – ЗАО «Контур-Строй-Трест», должник, общество) конкурсный управляющий должника ФИО3 (далее – конкурсный управляющий) обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника контролирующих должника лиц: ФИО1, ФИО4, ФИО5

Определением от 26.10.2020 суд привлек к участию в рассмотрении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в качестве соответчика ФИО6

Определением от 08.02.2021 суд отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц и выделил в отдельное производство рассмотрение вопроса о наличии оснований для взыскания с контролирующего должника лица ФИО1 убытков.

Определением от 21.03.2022, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 07.06.2022, суд взыскал с ФИО1 в пользу              ЗАО «Контур-Строй-Трест» 1 827 514 рублей убытков и 27 тыс. рублей расходов на проведение экспертизы.

В кассационной жалобе ФИО1 (далее – ответчик) просит обжалуемые судебные акты отменить, принять по делу новый судебный акт, которым в удовлетворении заявленных требований отказать в полном объеме. Податель жалобы указывает на избрание конкурсным управляющим должника ненадлежащего способа защиты нарушенного права, наличие оснований для взыскания убытков по заявленному основанию (непередача трех транспортных средств конкурсному управляющему) с ФИО4 как директора должника. Дополнительно податель жалобы отмечает, что судами не исследованы принятые меры по розыску транспортных средств на предмет достаточности и целесообразности продолжения указанных мероприятий, обращает внимание суда на собственную роль в обнаружении одного из автомобилей, позднее переданного конкурсному управляющему. Отдельно ФИО1 указывает, что управляющим не доказана причинно-следственная связь между заключенным от имени должника ФИО1 договором, по которому транспортные средства выбыли из владения должника, и причиненными убытками в виде невозможности включения таких транспортных средств в конкурсную массу с последующей реализацией.

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. Конкурсный управляющий должника отмечает, что доказанным является статус ФИО1 – контролирующего должника лица, а также факт сдачи в аренду транспортных средств, по воле ответчика.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе, просил обжалуемые судебные акты отменить, принять по делу новый судебный акт, которым в удовлетворении заявленных требований отказать в полном объеме.

Кассационная жалоба рассмотрена на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс), в отсутствие конкурсного управляющего, иных лиц, участвующих в деле, в порядке, установленном главой 35 вышеназванного Кодекса.

Изучив материалы дела и доводы, изложенные в кассационной жалобе, выслушав участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как усматривается из материалов дела, определением от 28.06.2017 заявление    ООО «Объединенная группа Ставропольских компаний» о признании ЗАО «Контур-Строй-Трест» несостоятельным (банкротом) принято, возбуждено производство по делу.

Определением от 13.09.2017 (резолютивная часть объявлена 06.09.2017) в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден Шуман Р.В.

Постановлением апелляционного суда от 06.02.2018 определение от 13.09.2017              по настоящему делу отменено, во введении процедуры наблюдения в отношении                      ЗАО «Контур-Строй-Трест» отказано, заявление ООО «Объединенная группа Ставропольских компаний» о признании должника несостоятельным (банкротом) оставлено без рассмотрения.

Определением от 07.02.2018 (резолютивная часть объявлена 31.01.2018) заявления ООО «Кераморесурсъ», ООО «Югстрой», ОАО Монтажно-наладочного управления «Минераловодское», ООО Предприятия «Кавминлифт», АО «Пятигорскгоргаз»,                       ООО «Компас», Федеральной налоговой службы, ООО «Газпром межрегионгаз Ставрополь», ПАО «Ростелеком», ООО «Провинтер» признаны обоснованными, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден Шуман Р.В.

Решением от 21.08.2018 (резолютивная часть объявлена 14.08.2018)                               ЗАО «Контур-Строй-Трест» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Шуман Р.В.

Судами установлено, что 04.06.2018 ЗАО «Контур-Строй-Трест» (арендодатель) в лице ФИО1 подписало с «Kroonstad Group Ltd» (арендатор) договор аренды имущества (21 объект недвижимого имущества должника, часть из которого имеет обременения в виде ипотеки и ареста, и 29 объектов движимого имущества, в том числе строительная техника и транспортные средства). 

ФИО1 по актам приема-передачи передал имущество арендатору, в том числе 4 единицы спорных транспортных средств:

Мерседес Бенц WDB2201841A3 98202, 2003 г.в., А279АА26;

Мерседес Бенц S 500 WDD2211711A128588, 2007 г.в., К518КК26;

Фольцваген Мультиван WV2ZZZ7HZ8H09688, 2008 г.в., М590ЕВ26;

Митсубиси Лансер 1.6 JMBSNCS3A7U004396, 2006 г.в., А091ТО26.

Все имущество, за исключением указанных транспортных средств возвращено и передано конкурсному управляющему.

В ходе рассмотрения обособленного спора конкурсный управляющий получил сведения о месте нахождения Мерседес Бенц WDB2201841A3 98202, 2003 г.в., А279АА26, в связи с чем, требования о возмещении убытков были уточнены в отношении трех оставшихся транспортных средств.

Полагая, что единственным акционером должника ФИО1 причинены убытки обществу в виде невозможности передачи и включения в конкурсную массу указанных транспортных средств, конкурсный управляющий обратился в суд с соответствующими требованиями.

Удовлетворяя заявленные требования суд первой инстанции, руководствуясь статьями 65, 71 и 223 Кодекса, статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс), статьями 32, 61.20 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановление Пленума № 62), постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление Пленума № 35) пришел к выводу о неправомерности действий ФИО1, выразившихся в создании условий для вывода ликвидного имущества из владения должника с последующей невозможностью включения такого имущества в конкурсную массу и реализации.

Пересмотрев обособленный спор в порядке апелляционного производства, апелляционный суд оснований для отмены определения суда первой инстанции не усмотрел исходя из следующего.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно пункту 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве, в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника.

Основания для применения гражданско-правовой ответственности в виде убытков к руководителям юридических лиц предусмотрены пунктом 3 статьи 53 и пунктом 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса.

Так, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно и обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Как сказано в пунктах 17 и 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям.

При решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 Гражданского кодекса) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Согласно разъяснениям пункта 53 постановления Пленума № 53 с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве), а также о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса, статья 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и т.д.), могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве. Лица, в отношении которых подано заявление о возмещении убытков, имеют права и несут обязанности лиц, участвующих в деле о банкротстве, связанные с рассмотрением названного заявления, включая право обжаловать судебные акты.

Суды установили, что на дату совершения сделки по распоряжению имуществом единственным акционером должника является ФИО1, которому принадлежит 50 тыс. обыкновенных акций, номинальной стоимостью 24 рубля каждая. Генеральным директором должника являлся ФИО4 

На основании изложенного суды пришли к выводу, что на дату заключения договора аренды ФИО1 обладал признаками лица, контролирующего должника. Указанный вывод подтверждается материалами дела, а также показаниями лиц, участвующих в деле.

Суды установили, что в рамках рассмотрения заявления конкурсного управляющего об обязании ФИО1, ФИО4, ФИО5 передать бухгалтерскую документацию и имущество должника, в том числе указанные транспортные средства, ФИО1 ссылался на невозможность передачи имущества по причине сдачи его в аренду 04.06.2018 иностранной организации «Kroonstad Group Ltd», в подтверждение чего суду были представлены договор аренды и акты приема-передачи имущества, подписанные ФИО1

Вступившим в законную силу определением от 26.02.2019 установлено, что при подписании договора аренды ФИО1 и «Kroonstad Group Ltd» действовали с целью безвозмездного вывода ликвидных активов должника, воспрепятствования ведению процедур банкротства. Договор аренды от 04.06.2018 заключен в период процедуры наблюдения, при ограничениях установленных пунктом 2 статьи 64 Закона о банкротстве. Указанным определением суд истребовал имущество и документацию у ФИО1, ФИО4, ФИО5, в том числе названные транспортные средства.

На основании выданных исполнительных листов возбуждены исполнительные производства: 127533/19/26030-ИП от 19.09.2019 131888/19/26030-СД 127522/19/26030-ИП от 19.09.2019 127549/19/26030-ИП от 19.09.2019. Постановлениями об исполнительном розыске от 09.06.2021 транспортные средства объявлены в розыск.

Из представленных инвентаризационных описей от 27.09.2019 судами установлено, что конкурсному управляющему передано имущество должника, в том числе указанное в определении от 26.02.2019. В комиссию по инвентаризации вошли                       ФИО4, ФИО5, ФИО7, ФИО8 Инвентаризационные описи подписаны также ООО ЧОП «Комбат».

В инвентаризационной описи отсутствовали транспортные средства: Мерседес Бенц WDB2201841A3 98202, 2003 г.в., А279АА26; Мерседес Бенц S 500 WDD2211711A128588, 2007 г.в., К518КК26; Фольцваген Мультиван WV2ZZZ7HZ8H09688, 2008 г.в., М590ЕВ26; Митсубиси Лансер 1.6 JMBSNCS3A7U004396, 2006 г.в., А091ТО26.

Впоследствии, транспортное средство Мерседес Бенц WDB2201841A398202, 2003 г.в., А279АА26 обнаружено в гараже № 14, расположенном во дворе многоквартирного дома № 212 по ул. Первомайской в г. Пятигорске. 

Согласно экспертному заключению от 22.12.2021 № 298-12-21, представленному по результатам судебной экспертизы проведенной в рамках рассмотрения настоящего обособленного спора, суды установили, что рыночная стоимость указанных трех транспортных средств на дату проведения экспертизы составила 2 160 181 рублей, ликвидационная стоимость – 1 827 514 рублей.

Судами отмечено, что в ходе рассмотрения заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц в судебном заседании 26.10.2020 в качестве свидетелей по делу допрошены ФИО9,               ФИО8, ФИО10 из показаний которых, усматривается, что ФИО1 давал обязательные к исполнению указания, принимал непосредственное участие в руководстве ЗАО «Контур-Строй-Трест».

Учитывая установленные судом обстоятельства, свидетельствующие о высокой степени вовлеченности ФИО1 в хозяйственную деятельность должника, принимая во внимание, что акты приема-передачи транспортных средств подписаны ответчиком лично (при наличии действующего директора ФИО4), суды пришли к выводу о том, что ответственность за утрату транспортных средств возлагается на ФИО1, не принявшего надлежащих мер к исполнению возложенной на него обязанности по передаче имущества конкурсному управляющему, и причинно-следственной связи между этими действиями и утратой имущества должника.

Размер убытков определен судом по общим правилам пункта 2 статьи 15 Гражданского кодекса в размере расходов, которое должник должен будет произвести для восстановления нарушенного права. Судами обоснованно принята во внимание ликвидационная стоимость выбывшего имущества (1 827 514 рублей) ввиду нахождения должника в процедуре конкурсного производства.

Доводы ответчика о необходимости привлечения солидарно к ответственности за причиненные убытки директора ФИО4 отклонены судами, поскольку именно ФИО1 ссылался на невозможность передачи имущества по причине заключения последним договора аренды и передачи имущества в ведение «Kroonstad Group Ltd», в связи с чем обязан был проконтролировать передачу имущества конкурсному управляющему.

Судами также отклонены доводы ФИО1 о том, что все имущество и транспортные средства находились на производственной базе должника под охраной  ООО ЧОП «Комбат», поскольку доказательств, подтверждающих, что должник передавал ООО ЧОП «Комбат» по акту приема-передачи имущество не представлено, напротив, из ответа от 13.09.2021 ООО АО «Комбат» следует, что детализация принятого под охрану движимого и недвижимого имущества должника не осуществлялась.

Доводы о том, что транспортными средствами пользовалось                                         ООО ПСО «Проммонтаж», руководителем которого являлся ФИО4, не нашли своего документального подтверждения.

Ссылка ответчика на то, что по его заявлению был обнаружен один автомобиль и передан конкурсному управляющему, квалифицировано судом апелляционной инстанции как действия, направленные на уменьшение убытков, предъявленных конкурсным управляющем к взысканию с ФИО1

Суд кассационной инстанции считает выводы судов соответствующими представленным доказательствам, установленным фактическим обстоятельствам спора, нормам материального и процессуального права.

Довод кассационной жалобы о том, что суд первой инстанции вышел за рамки заявленных требований, рассмотрев требования о взыскании убытков только в отношении ФИО1, был предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции и отклонен с изложением соответствующих мотивов его непринятия. Как отметил апелляционный  суд, рассматриваемый обособленный спор выделен из обособленного спора о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц только в отношении акционера ФИО1, в отношении руководителя должника соответствующие требования конкурным управляющим не заявлены, в связи с чем не подлежат рассмотрению. При этом суд отметил, что ФИО1 не был лишен права обжаловать судебный акт, принятый по итогам рассмотрения требований к руководителю (о субсидиарной ответственности), а также выделение требований к нему в отдельное производство. 

Доводы заявителя кассационной жалобы тождественны доводам, являвшимся предметом исследования суда первой и апелляционной инстанций и получившим надлежащую правовую оценку, не опровергают выводов судов, свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными по делу фактическими обстоятельствами и оценкой судами доказательств. Иная оценка доказательств и установленных судами фактических обстоятельств дела в силу статьи 286 Кодекса не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Нормы права при разрешении спора применены правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Кодекса безусловным основанием для отмены судебного акта, судом округа не установлено.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия не усматривает оснований для удовлетворения кассационной жалобы и отмены судебных актов.

В связи с окончанием рассмотрения кассационной жалобы по существу, приостановление исполнения обжалуемых судебных актов, принятое определением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 18.07.2022, надлежит отменить.

Руководствуясь статьями 284, 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ставропольского края от 21.03.2022 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.06.2022 по делу                           № А63-7546/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Отменить приостановление исполнения определения Арбитражного суда Ставропольского края от 21.03.2022 и постановления Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.06.2022 по делу № А63-7546/2017, принятого определением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 18.07.2022.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий

Н.А. Сороколетова

Судьи

С.М. Илюшников

 

М.Г. Калашникова