ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А65-2334/2017

г. Самара

06 июня 2019г.

Резолютивная часть постановления объявлена 30 мая 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 06 июня 2019 года.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

Председательствующего судьи Александрова А.И., 

судей  Колодиной Т.И., Садило Г.М., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, в отсутствии лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале № 1, апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 26 февраля 2019 года о признании недействительными сделки по перечислению денежных средств ФИО2, применении последствий недействительности по делу № А65-2334/2017 (судья Бадретдинова А.Р.), в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «МастерСпецСтрой-Казань», ИНН 

<

***>, третье лицо – ОАО «Сетевая компания»

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.08.2017 общество с ограниченной ответственностью «Мастерспецстрой-Казань», г. Казань (далее - должник), признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.08.2018 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3

В рамках указанной процедуры конкурсным управляющим подано заявление о признании недействительными сделок должника по перечислению денежных средств на общую сумму 4 330 000 рублей ФИО2 и применении последствий их недействительности.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 24.09.2018 заявление конкурсного управляющего принято, возбуждено производство по указанному заявлению и назначено к рассмотрению в судебном заседании.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 29.11.2018 в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации привлечено к участию в деле в качестве третьего лица открытое акционерное общество «Сетевая компания», г. Казань (далее – третье лицо).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 26 февраля 2019 года по делу № А65-2334/2017 заявление удовлетворено.

Признаны недействительными сделки по перечислению денежных средств ФИО2, г. Казань, в размере 4 330 000 рублей по следующим платежным документам:

- от 18.10.2016 № 359 на сумму 110 000 рублей;

- от 24.10.2016 № 384 на сумму 20 000 рублей;

- от 27.10.2016 № 388 на сумму 50 000 рублей;

- от 07.11.2016 № 403 на сумму 9 000 рублей;

- от 24.11.2016 № 454 на сумму 6 000 рублей;

- от 01.12.2016 № 495 на сумму 210 000 рублей;

- от 09.12.2016 № 528 на сумму 600 000 рублей.

- от 28.12.2016 № 142 на сумму 700 000 рублей;

- от 10.01.2017 № 2 на сумму 200 000 рублей;

- от 13.01.2017 № 19 на сумму 200 000 рублей;

- от 16.01.2017 № 22 на сумму 300 000 рублей;

- от 17.01.2017 № 33 на сумму 200 000 рублей;

- от 09.02.2017 № 55 на сумму 600 000 рублей;

- от 02.03.2017 № 84 на сумму 100 000 рублей;

- от 06.03.2017 № 100 на сумму 500 000 рублей;

- от 07.03.2017 № 103 на сумму 40 000 рублей;

- от 10.03.2017 № 108 на сумму 20 000 рублей;

- от 14.03.2017 № 112 на сумму 20 000 рублей;

- от 14.03.2017 № 114 на сумму 400 000 рублей;

- от 17.03.2017 № 123 на сумму 45 000 рублей.

Применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО2, г. Казань, в пользу общества с ограниченной ответственностью «Мастерспецстрой - Казань», г. Казань (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), 4 330 000 рублей задолженности.

С ФИО2, г. Казань, в доход федерального бюджета взыскано 6 000 рублей государственной пошлины.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемый судебный акт отменить полностью и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований о взыскании с ФИО2 денежных средств.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 19 марта 2019 г. апелляционная жалоба оставлена без движения, и установлен срок для устранения обстоятельств послуживших основанием для оставления апелляционной жалобы без движения не позднее 10 апреля 2019 г.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 11 апреля 2019 г. апелляционная жалоба принята к производству, судебное разбирательство назначено на 30 мая 2019 г. на 14 час. 40 мин.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.

В судебное заседание 30 мая 2019 г. лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В удовлетворении ходатайства ФИО2 о переносе судебного разбирательства судом апелляционной инстанции отказано в связи с отсутствием оснований для его удовлетворения, так как из представленной выписки из карты пациента следует, что ФИО2 находится на амбулаторном лечении, а не на стационарном, кроме того, все доводы изложены в её апелляционной жалобе.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 26 февраля 2019г. по делу №А65-2334/2017, исходя из нижеследующего.

На основании статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Из доказательств, имеющихся в материалах дела, следует, что в период до и после возбуждения дела о банкротстве должника с его расчетных счетов на расчетные счета ответчика перечислены денежные средства на общую сумму 4 330 000 рублей.

Указанные денежные средства получены ответчиком, как следует из назначений платежа, в счет оплаты за оказанные последним лицом должнику транспортные услуги.  

Денежные средства получены ответчиком путем их перечисления с расчетного счета должника, открытого в публичном акционерном обществе «Татфондбанк», на основании следующих платежных документов:

- от 18.10.2016 № 359 на сумму 110 000 рублей;

- от 24.10.2016 № 384 на сумму 20 000 рублей;

- от 27.10.2016 № 388 на сумму 50 000 рублей;

- от 07.11.2016 № 403 на сумму 9 000 рублей;

- от 24.11.2016 № 454 на сумму 6 000 рублей;

- от 01.12.2016 № 495 на сумму 210 000 рублей;

- от 09.12.2016 № 528 на сумму 600 000 рублей.

Всего совершено платежей с указанного расчетного счета на общую сумму 1 005 000 рублей.

Денежные средства получены ответчиком путем их перечисления с расчетного счета должника, открытого в публичном акционерном обществе «АКИбанк», на основании следующих платежных документов:

- от 28.12.2016 № 142 на сумму 700 000 рублей;

- от 10.01.2017 № 2 на сумму 200 000 рублей;

- от 13.01.2017 № 19 на сумму 200 000 рублей;

- от 16.01.2017 № 22 на сумму 300 000 рублей;

- от 17.01.2017 № 33 на сумму 200 000 рублей;

- от 09.02.2017 № 55 на сумму 600 000 рублей;

- от 02.03.2017 № 84 на сумму 100 000 рублей;

- от 06.03.2017 № 100 на сумму 500 000 рублей;

- от 07.03.2017 № 103 на сумму 40 000 рублей;

- от 10.03.2017 № 108 на сумму 20 000 рублей;

- от 14.03.2017 № 112 на сумму 20 000 рублей;

- от 14.03.2017 № 114 на сумму 400 000 рублей;

- от 17.03.2017 № 123 на сумму 45 000 рублей.

Всего совершено платежей с указанного расчетного счета на общую сумму 3 325 000 рублей.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий должника указал на то, что оспариваемые сделки совершены в течение одного года до возбуждения производства по делу о банкротстве должника и после указанной даты. При этом денежные средства получены с расчетных счетов должника ответчиком, который является заинтересованным лицом по отношению к должнику (супруга одного из учредителей и бывшего руководителя должника). 

Из оснований платежа платежных документов следует, что денежные средства получены ответчиком за оказание транспортных услуг, однако документы, подтверждающие правомерность получения ответчиком денежных средств ввиду оказания транспортных услуг (встречное предоставление), у конкурсного управляющего не имеются.

В качестве правового основания заявленных требований конкурсный управляющий должника указал на ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции, с учётом установленных по делу обстоятельств приходит к выводу об отклонении доводов апелляционной инстанции, а также соглашается с выводом суда первой инстанции о наличии оснований для признания оспариваемых сделок недействительными и применения последствий недействительности сделок, в силу следующего.

В соответствии с п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка может быть признана недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Положения п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предусматривают возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В пункте 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено соотношение пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 названного закона, поэтому наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

В случае, если подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» при наличии предусмотренных им обстоятельств.

При оспаривании подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 приведенного закона.

Оспариваемые конкурсным управляющим сделки совершены в течение одного года до возбуждения дела о банкротстве должника, то есть в пределах периода подозрительности.

В случае оспаривания сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (пункт 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)») необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности трех обстоятельств.

К их числу относятся совершение сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Недоказанность хотя бы одного из этих обстоятельств является основанием для отказа в признании сделки недействительной.

По первому обстоятельству (сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов) в пункте 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» даны следующие разъяснения.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 названного закона.

На дату совершения оспариваемых сделок должник отвечал признакам неплатежеспособности.

В статье 2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» раскрыто понятие неплатежеспособности (абзац пятый пункта 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Под данной категорией понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Указанная презумпция является опровержимой.

В рассматриваемом случае, доказательствами, имеющимися в материалах дела, и информации размещенной в электронной картотеки арбитражных дел (kad.arbitr.ru) достоверно подтверждается факт того, что  на момент совершения оспариваемых сделок у должника имелась непогашенная задолженность перед заявителем, которая подтверждена вступившими в законную силу решениями арбитражного суда от 21.09.2016 по делу № А65-14440/2016, от 17.01.2017 по делу № А65-25362/2016.

Требования иных кредиторов установлены в рамках дела о банкротстве должника. В частности, требования общества с ограниченной ответственностью «ТехСервис ГНБ», индивидуального предпринимателя ФИО4, общества с ограниченной ответственностью «Форвард ГНБ», ФИО5, общества с ограниченной ответственностью «Контакт».

Предъявленные требования кредиторов включены арбитражным управляющим в реестр требований кредиторов на основании судебных актов об их включении в реестр требований кредиторов.

Кроме того, не имеют решающего значения показатели бухгалтерской, налоговой или иной финансовой отчетности для определения соответствующего признака неплатежеспособности, так как данный признак носит объективный характер и не должен зависеть от усмотрения хозяйствующего субъекта, самостоятельно составляющего отчетность (должника) и представляющего ее в компетентные органы.

В противном случае, помимо прочего, для должника создавалась бы возможность манипулирования содержащимися в отчетах сведениями для влияния на действительность конкретных сделок или хозяйственных операций с определенными контрагентами, что очевидно противоречит требованиям справедливости и целям законодательного регулирования института несостоятельности. Указанная правовая позиция изложена в определении Верховного суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3).

Таким образом, суд первой инстанции пришёл к верному выводу о том, что на дату совершения оспариваемых платежей должник отвечал признаку неплатежеспособности и недостаточности имущества.

Оспариваемые конкурсным управляющим должника сделки совершены в отношении заинтересованного лица (ст. 19 Закона о банкротстве), так как ответчик является заинтересованным лицом по отношении к должнику, являясь супругой учредителя и ранее руководителя должника.

Соответственно, ответчик на момент совершения оспариваемых сделок не мог не знать о признаках неплатежеспособности и недостаточности имущества должника.

При этом ответчиком в рамках настоящего дела было предъявлено требование о включении в реестр требований кредиторов, которое основывалось на оказание ответчиком как исполнителем услуг по делопроизводству и кадровой работе за период с 01.10.2016 по 31.12.2017. 

Характер выполняемых обязанностей уже предполагал, что исполняющее лицо осведомлено о текущем состоянии дел должника, в том числе из поступающей в адрес должника корреспонденции (о претензиях кредиторов к должнику о наличии неисполненных обязательств, о начавшихся судебных процессах).

Как обоснованно отметил суд первой инстанции, доказательства обратного (не знания о признаках неплатежеспособности должника) ответчиком в материалы дела не представлены, доводы о том, что ответчику не было известно об указанных обстоятельствах (например, в связи с раздельным проживанием супругов, отсутствия общего хозяйства), документально не подтверждены. 

Совершение сделки в отношении заинтересованного лица, подтверждает и другое обстоятельство, необходимое для признания сделки недействительной, а именно, то, что другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Ссылка ответчика на данные бухгалтерского баланса ответчика за 2016 год, в подтверждение отсутствия признаков неплатежеспособности, не могут быть приняты, так как данный признак, как указывалось, носит объективный характер и не должен зависеть от усмотрения хозяйствующего субъекта, самостоятельно составляющего отчетность (должника) и представляющего ее в компетентные органы. 

Совершение незадолго до возбуждения дела о банкротстве ряда спорных сделок и последующее введение в отношении должника процедур банкротства уже, по крайней мере, свидетельствует о том, что у должника имелись финансовые трудности, что также было подтверждено финансовым анализом деятельности должника, составленного в процедуре наблюдения. Финансовые сложности не возникают сами по себе внезапно перед подачей в арбитражный суд заявления о признании должника банкротством, а накапливаются постепенно и в конечном итоге приводят к кризу неплатежей и вынужденной ликвидации должника под контролем арбитражного суда.   

При этом совершение оспариваемых сделок в отношении заинтересованного лица свидетельствует о том, что цель причинения вреда имущественным правам кредиторов при ее совершении считается установленной. 

Совершение сделки в отношении заинтересованного лица доказывает другое обстоятельство, необходимую для признания сделки недействительной, а именно, то, что другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При рассмотрении данного обособленного спора в суде первой инстанции ответчик возражая против удовлетворения заявленных требований указал на то, что оспариваемые платежи были совершены в счет оплаты оказанных им должнику транспортных услуг в связи с заключением между должником и третьим лицом договора подряда от 08.08.2016 № 2016/КЭС/284 на выполнение строительно-монтажных и пуско-наладочных работ на объекте. Данные услуги носят реальный характер и оказаны по среднерыночной стоимости. Данные доводы, нашли своё отражение и в апелляционной жалобе ответчика.

Обосновывая необходимость заключения с должником договоров на оказание транспортных услуг, ответчик указывал, что у первого лица было недостаточно транспортных средств для исполнения принятых перед третьим лицом договорных обязательств в установленные сроки. 

В подтверждение указанных возражений ответчиком в материалы дела были представлены договоры аренды, договор купли-продажи, паспорта транспортных средств, акт сдачи-приемки оказанных услуг, сменные рапорта о работе машин, другие документы.

Между тем, проанализировав указанные документы в совокупности с представленными третьим лицом первичными документами относительно сложившихся между должником и третьим лицом правоотношений из договора подряда от 08.08.2016 № 2016/КЭС/284 и материалами дела о банкротстве должника, суд первой инстанции пришел к обоснвоанному выводу о сомнительности оказания ответчиком обозначенных транспортных услуг должнику.

Также ответчиком было указано на то, что должнику по договорам аренды были предоставлены несколько транспортных средств. 

В частности, по договору аренды от 01.10.2016 № 1 ответчиком предоставлено во временное владение и пользование самоходная техника ГНБ FDP – 32 без оказания услуг по управлению им с арендной платой в размере 500 000 рублей в месяц со сроком аренды с 01.10.2016 по 01.10.2017 (один год). Между сторонами 01.10.2016 составлен акт приема-передачи самоходной техники с указанием идентификационных признаков.

При этом ответчиком также представлен другой договор аренды той же самой самоходной техники (идентификационные признаки отражены в актах приема-передачи), который был заключен между должником и ответчиком на таких же условиях, но уже 18.10.2016, то есть через семнадцать дней после заключения первого договора. 

В представленных ответчиком актах об оказании услуг данной самоходной техники содержится ссылка на договор аренды от 18.10.2016, а в оспариваемых платежных поручениях в назначении платежа указан договор от 01.10.2016 № 1.

В подтверждение принадлежности самоходной техники ГНБ FDP – 32 ответчиком представлен договор купли-продажи от 03.10.2016, заключенный с обществом с ограниченной ответственностью «СтройПрофКомплект-Поволжье». 

Акт приема-передачи товара от продавца к покупателю сторонами составлен и подписан 03.10.2016. 

Таким образом, ответчиком представлены договор о приобретения самоходной техники, исполненный продавцом 03.10.2016, который передается должнику по договору аренды от 01.10.2016 до момента его передачи продавцом ответчику в собственность, а в дальнейшем еще раз предоставляется ответчиком должнику в аренду уже 18.10.2016.

Также как верно отмечено судом первой инстанции в обжалуемом судебном акте, договором купли-продажи от 03.10.2016 сторонами определена цена приобретения ответчиком самоходной техники в размере 1 250 000 рублей, в то же время по договорам аренды от 01.10.2016 и от 18.10.2016 ответчик предоставляет должнику самоходную технику с уплатой арендных платежей в размере 500 000 рублей в месяц.

Из копии паспорта самоходной техники и других видов техники на самоходную технику ГНБ FDP – 32 усматривается, что в качестве собственника данной техники указан ответчик. Однако в паспорте самоходной техники и других видов техники не указаны сведения о предыдущих собственниках, основаниях приобретения новым собственником самоходной техники, о прохождении собственником обязательной государственной регистрации в Управлении по надзору за техническим состоянием самоходных машин и других видов техники с проставлением подписи уполномоченных лиц и отметок печати.

Доказательства, подтверждающие оплату ответчиком цены приобретения самоходной техники ГНБ FDP – 32 продавцу, не были представлены ни в суде первой инстанции, ни в суде апелляционной инстанции.

В то же время из составленных сторонами актов об оказании услуг не содержатся данные на оказание услуг именно данной самоходной техники (в обозначенных актах содержится общая информация с указанием на реквизиты договора, количества использования техники и стоимости услуг).

Из представленных третьим лицом первичных документов также не следует, что при выполнении должником строительных работ услуги оказывались с применением арендованной самоходной техники (в данных документах указано на применение бурового комплекса FDP – 32). 

Согласно представленных при рассмотрении в суде первой инстанции пояснений третьего лица, документы, касающиеся правоотношений между ним и должником, представлены исчерпывающим образом, иных документов у третьего лица не имеется. 

Однако, ответчиком в материалы дела не были представлены надлежащие документы, которые подтверждают его доводы об использовании на объекте арендованной у ответчика строительной техники, несмотря на то, что по настоящему делу состоялось семь судебных заседания, по которым представитель ответчика принял участие по шести судебным заседаниям. 

При этом из договора подряда от 08.08.2016 № 2016/КЭС/284 с учетом дополнительного соглашения к нему следует, что выполнения должником строительных работ составляют три месяца (с 01.10.2016 по 31.12.2016).

Кроме того, из представленных третьим лицом первичных документов усматривается, что акты о приемке выполненных работ и справки о стоимости выполненных работ и затрат составлены сторонами 30.10.2016, 31.10.2016, 30.11.2016, 30.12.2016. То есть в оговоренные указанным договором подряда сроки.

В то же время ответчиком представлены акты об оказании должнику транспортных услуг, которые составлены за пределами срока выполнения должником строительных работ по договору подряда от 08.08.2016 № 2016/КЭС/284. Например, 10.01.2017 № 8, 13.01.2017 № 9, 16.01.2017 № 2, 17.01.2017 № 10, 09.02.2017 № 3, 02.03.2017 № 4, 06.03.2017 № 5, 07.03.2017 № 11, 10.03.2017 № 12, 14.03.2017 № 12, 17.03.2017 № 13.  

Ответчик также указывал, что должнику в счет выполнения строительных работ по заключенному с третьим лицом договору подряда также предоставлялись в аренду другие транспортные средства, в частности, КамАЗ. 

В подтверждение передачи в аренду данного транспортного средства должнику ответчиком предоставлен договор субаренды от 01.10.2016 № 2, по условиям которого ответчиком (субарендодатель) должнику передается во временное владение и пользование транспортное средство КамАЗ-54115R сроком на один год (с 01.10.2016 по 01.10.2017).

В пункте 1.1 указанного договор содержится ссылка на то, что данное транспортное средства принадлежит ФИО6

Между тем из договора аренды от 28.09.2016, заключенного между ФИО6 (арендодатель) и ответчиком (арендатор), следует, что ответчику передано в аренду другое транспортное средство КамАЗ – 55111С.

Также в оспариваемых платежных поручениях содержится ссылка на иной договор с иными реквизитами (не на договор субаренды от 01.10.2016 № 2, а на договор от 01.10.2016 № 1).

Договоры аренды на предоставление должнику иных видов транспортных средств, которые были указаны в отзыве ответчика, ответчиком представлены не были, равно как и доказательства принадлежности ответчику транспортных средств на праве собственности либо на ином законом праве с документами, подтверждающие реальное исполнение ответчиком данных договоров.

В подтверждение оказания транспортных услуг иными видами транспортных средств (КамАЗ, экскаватор-погрузчик, илососная машина) ответчиком представлены сменные рапорта о работе машины. 

Однако по отдельным этим документам не отражены сведения об организации, предоставившей транспортное средство, периоды выполнения работ, по ряду документов следует, что услуги оказаны за пределами срока выполнения должником строительных работ.

Иные документы, подтверждающие оказание должнику транспортных услуг данными видами транспортных средств, ответчиком не представлены.

Таким образом, отсутствие надлежащих документов, подтверждающих передачу должнику иных видов транспортных средств (КамАЗ, экскаватор-погрузчик, илососная машина), и представление обозначенных сменных рапортов с указанными недостатками при отсутствии иных доказательств, не могут достоверно подтвердить факт оказания должнику транспортных услуг в рамках договора подряда от 08.08.2016 № 2016/КЭС/284, заключенного с третьим лицом.

При рассмотрении данного обособленного спора в суде первой инстанции конкурсным управляющим и конкурсным кредитором было указано на отсутствие целесообразности заключения с ответчиком договора аренды транспортных средств, так как на момент заключения должником с третьим лицом договора подряда у первого лица были в достаточном количестве транспортные средства и самоходная техника для выполнения подрядных работ. При этом согласно графику производства работ подрядные работы на разных участках объекта выполнялись должником в разные временные промежутки, что позволяло перебазировать используемые техники с одного участка работ на другие.

В обоснование указанных доводов былпредставлен ответ ГИБДД о зарегистрированных за должником транспортных средствах по состоянию на 25.05.2017 на соответствующий запрос ФИО3, ранее исполнявшего обязанности временного управляющего должника.  Из содержания ответа государственного органа следует, что за должником были зарегистрированы легковые (хенде и шевроле) и грузовые транспортные средства (ГАЗ 2705, КамАЗ – 43118, КамАЗ - 6460-63).

В свою очередь, ответчиком представлен список транспортных средств и самоходной техники должника, где к указанным транспортным средствам и технике у должника также имелись прицеп и полуприцеп.

Одновременно у должника находились в лизинге самоходная техника ГНБ forvard rx 33 x 120, которая была изъята лизингодателем 30.08.2017, что подтверждается определением арбитражного суда от 28.02.2018, принятому по настоящему делу.

При этом из графика производства работ следует, что подрядные работы выполняются на разных участках работ в разные временные промежутки равные одному месяцу. 

Из технической документации усматривается, что буровые комплексы forvard rx 33x120 и FDP – 32 использовались должником в разные дни, совпадений в днях использования, как правило, не было. За исключением использования forvard rx 33x120 два раза на одном и том же участке работ 22.11.2016 (что не исключает невозможность применения в один день одной и той же техники, иное ответчиком не доказано) и использования forvard rx 33x120 и FDP – 32 – 28.10.2016 (при этом ответчиком не доказана невозможность использования forvard rx 33x120 вместо FDP – 32).

Данные обстоятельства были обоснованно учтены судом первой инстанции, как подтверждающие доводы конкурсного управляющего об отсутствии необходимости дополнительной аренды транспортных средств и самоходной техники с учетом объема работ, подлежащих выполнению должником по договору подряда, заключенного с третьим лицом, и наличия у должника на момент проведения строительно-монтажных работ приведенного количества указанных средств и техники. Невозможность выполнения работ с имеющимся количеством техники представителем ответчика (являвшегося при этом ранее руководителем должника) документально подтверждена не была.

Таким образом, ответчиком не было доказано как необходимость в дополнительной аренде транспортных средств и самоходной техники, так и сам факт оказания должнику транспортных услуг.

В результате совершения оспариваемых сделок причинен вред имущественным правам кредиторов, выразившееся в уменьшении размера имущества должника, что привело к утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества на сумму совершенных сделок.

Должник лишился своих активов в виде денежных средств на сумму совершенных платежей. Следовательно, отчуждение должником денежных средств заинтересованному лицу в отсутствие равноценного встречного предоставления в период подозрительности, при отсутствии у должника реальной возможности удовлетворить требования кредиторов повлекло причинение вреда имущественным правам последних.

Пункт 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве предусматривает оспаривание сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Между тем по смыслу указанной статьи оспариваться сделки по неравноценности могут в случаях, когда имеет место условие о встречном предоставлении со стороны контрагента, но только в меньшей стоимости (то есть фактическое предоставление не соответствует получаемого контрагентом от должника).

Однако в рассматриваемом случае какого-либо предоставления со стороны ответчика должнику не было осуществлено.

Действующим законодательством не предусмотрена квалификация подозрительной сделки или сделки с предпочтением в качестве сделки, заключенной при злоупотреблении правом.

Сделки с предпочтением и подозрительные сделки являются оспоримыми и могут оспариваться конкурсным управляющим.

Согласно правовой позиции, приведенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, сделки с предпочтением и подозрительные сделки не могут одновременно признаваться ничтожными в силу статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статья 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Соответствующие разъяснения даны в абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)».

В данном случае речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

В рассматриваемом случае, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что оспариваемые сделки недействительны в соответствии со статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Ответчик, ни при рассмотрении данного обособленного спора в суде первой инстанции, ни в суде апелляционной инстанции не представил доказательства в опровержение факта отсутствия встречного исполнения с его стороны.

Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения. Соответствующая правовая позиция сформулирована в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.03.2012 № 12505/11.

При указанных выше обстоятельствах, суд первой инстанции пришёл к правомерному выводу о недействительности оспариваемых конкурсным управляющим сделок на общую сумму 4 330 000 руб. и применил последствия недействительности в виде односторонней реституции в виде взыскания с ответчика полученных денежных средств.

Так как, нарушений норм материального и процессуального права, являющихся основанием к безусловной отмене судебного акта по статье 270 АПК РФ, не установлено, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 26 февраля 2019 года по делу №А65-2334/2017. Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 26 февраля 2019 года о признании недействительными сделки по перечислению денежных средств ФИО2, применении последствий недействительности по делу № А65-2334/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                                                                         А.И. Александров

Судьи                                                                                                        Т.И. Колодина

                                                                                                                   Г.М. Садило