АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А20-968/2022

г. Краснодар

10 ноября 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 08 ноября 2022  года.

Постановление в полном объеме изготовлено  10 ноября 2022 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Черных Л.А., судей Герасименко А.Н. и  Посаженникова М.В., в отсутствие  в судебном заседании заявителя – индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>), заинтересованного лица – Министерства сельского хозяйства Кабардино-Балкарской Республики (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>), извещенных о времени и месте судебного заседания (уведомления № 35093175216402, № 35093175216419, отчет о публикации судебных актов в сети Интернет), рассмотрев кассационную жалобу Министерства сельского хозяйства Кабардино – Балкарской Республики на решение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 12.07.2022 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.09.2022 по делу № А20-968/2022, установил следующее.

Индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее –  предприниматель) обратился в арбитражный суд к Министерству сельского хозяйства Кабардино-Балкарской Республики (далее – министерство) о признании незаконным отказа в предоставлении субсидии, обязании включить его в список получателей субсидий, заключить соглашение о предоставлении субсидии по заявке от 29.11.2021.

Решением суда, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции, требования удовлетворены по мотивам соответствия предпринимателя  условиям получения субсидии, направления им всех необходимых документов при подаче заявки на субсидию, недостоверность которых министерство не доказало.

В Арбитражный суд Северо-Кавказского округа с кассационной жалобой обратилось министерство, просит отменить состоявшиеся по делу судебные акты и отказать в удовлетворении требований. Ссылается на отсутствие правовой оценки статуса предпринимателя и оснований для выделения ему субсидии.

В отзыве на кассационную жалобу предприниматель просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения как  законные и обоснованные, а кассационную жалобу – без удовлетворения. 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, проверив законность обжалуемых судебных актов, оценив доводы кассационной жалобы и отзыва на нее, считает, что судебные акты подлежат отмене, а дело – направлению на новое  рассмотрение по следующим основаниям.

Суд установил, что 30.11.2021 предприниматель обратился в министерство с заявлением на получение субсидии, приложил документы, перечисленные в Правилах, утвержденных постановлением Правительства Кабардино-Балкарской Республики от 05.10.2021 № 196-ПП (далее – Правила КБР). По результатам рассмотрения заявки предпринимателя министерство направило ему уведомление от 22.12.2021 № 2105-17/8275 об отказе в предоставлении субсидии по причине несоблюдения им условий и требований, установленных Правилами КБР. Предприниматель обжаловал отказ министерства в арбитражный суд, заявив также требования об обязании включить его в реестр получателей спорной субсидии и заключить с ним соглашение о ее выделении. 

Признавая отсутствующими в данном случае у министерства правовых оснований для отказа предпринимателю в предоставлении субсидии, суд  сослался на часть 1  статьи 78, часть 1 статьи 132  Бюджетного кодекса Российской Федерации (далее –  Бюджетный кодекс), Федеральный закон от 29.12.2006 № 264-ФЗ «О развитии сельского хозяйства» (далее – Закон о сельском хозяйстве), пункт 24 Правил КБР, которыми основаниями для отказа в предоставлении субсидий названы:  несоблюдение участником отбора условий и требований, установленных Правилами;  непредставление или представление не в полном объеме документов, предусмотренных пунктом 11 Правил КБР, в установленные сроки;  установление недостоверности сведений, изложенных в документах, представленных участником отбора; неподписание участником отбора соглашения в сроки, установленные пунктами 18 и 19 Правил КБР. Поскольку предприниматель направил министерству 30.11.2021 все перечисленные в Правилах КБР документы для получения субсидий, в том числе соглашение о создании фермерского хозяйства, он имеет право на получение спорной субсидии. 

Суд отклонил довод министерства об отсутствии у предпринимателя  статуса крестьянского (фермерского) хозяйства и неподтверждения статуса  сельскохозяйственного товаропроизводителя. При этом суд указал, что предприниматель представил справку о доле дохода от реализации произведенной, реализованной и (или) отгруженной на собственную переработку сельскохозяйственной продукции в его доходе  от реализации товаров (работ, услуг) за 2021 год, где доходом от реализации его сельскохозяйственной продукции указано сто процентов за календарный год. В министерство для получения субсидии представлялось соглашение о создании фермерского хозяйства от 14.04.2021, заключенное между предпринимателем и ФИО2

Между тем, при рассмотрении дела суд не учел следующее.

Под сельскохозяйственными производителями (кроме личных подсобных хозяйств) в силу статей 1, 4 Федерального закона от 08.12.1995 № 193-ФЗ «О сельскохозяйственной кооперации» (далее – Закон о сельхозкооперации)  понимаются физическое или юридическое лицо, осуществляющее производство сельскохозяйственной продукции, которая составляет в стоимостном выражении более 50 процентов общего объема производимой продукции, производство сельскохозяйственной продукции в которой составляет в стоимостном выражении более 70 процентов общего объема производимой продукции. Основным критерием является производство такими лицами  сельскохозяйственной продукции, стоимостное выражение которой в общем объеме составляет  более 50 процентов общего объема производимой продукции.

 В Правилах КБР отмечено, что право на получение спорной субсидии имеют сельскохозяйственные товаропроизводители (далее – сельхозпроизводители), статус которых должен подтверждаться по правилам статей 1, 3  Закона о сельском хозяйстве  и особенностей правового регулирования, установленными Правилами КБР, он связан с объемом производимой получателем субсидии сельскохозяйственной продукции (далее – сельхозпродукция) и долей дохода от ее реализации в общей сумме доходов за конкретный налоговый период, по результатам которого определяется финансовый результат. 

Частью 1  статьи 3 Закона о сельском хозяйстве сельхозпроизводителями также признаются организация, индивидуальный предприниматель, осуществляющие производство сельхозпродукции,  ее первичную и последующую (промышленную) переработку  в соответствии с Перечнем, утверждаемым Правительством Российской Федерации, и реализацию этой продукции при условии, что в доходе сельхозпроизводителей от реализации товаров (работ, услуг) доля дохода от реализации этой продукции составляет не менее чем семьдесят процентов за календарный год. 

Часть 2 статьи 3 Закона о сельском хозяйстве имеет специальный характер по отношению к части 1, перечисленные в ней субъекты признаются имеющими статус сельхозпроизводителя в силу особенностей статуса, целей создания и правового положения, регулируемого специальными законами, перечисленными в указанной норме права. 

Вместе с тем пунктом 3 части 2 статьи 3  Закона о сельском хозяйстве  установлено, что сельхозпроизводителями признаются также крестьянские (фермерские) хозяйства в соответствии с Федеральным законом от 11.06.2003 № 74-ФЗ «О крестьянском (фермерском) хозяйстве» (далее – Закон о КФХ, КФХ). 

Из статей 1, 19 Закона о КФХ следует, что под таковым признаются объединение граждан, связанных родством и (или) свойством, имеющих в общей собственности имущество и совместно осуществляющих производственную и иную хозяйственную деятельность (производство, переработку, хранение, транспортировку и реализацию сельхозпродукции), основанную на их личном участии.  КФХ  может быть создано одним гражданином.  КФХ осуществляет предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, к его предпринимательской деятельности  применяются правила гражданского законодательства, регулирующие деятельность юридических лиц, являющихся коммерческими организациями, если иное не вытекает из федерального закона, иных нормативных правовых актов Российской Федерации или существа правовых отношений. КФХ может признаваться сельхозпроизводителем в соответствии с законодательством Российской Федерации.  Основными видами деятельности КФХ являются производство и переработка сельхозпродукции, а также транспортировка (перевозка), хранение и реализация сельхозпродукции собственного производства. Следовательно, КФХ как особая форма ведения семейной предпринимательской сельскохозяйственной деятельности, основанной на личном участии членов КФХ, признается сельхозпроизводителем при условии соответствия  статьям 1, 19  Закона о КФХ, в том числе об осуществлении в качестве основной деятельности по производству и переработке, хранению, транспортировке и реализации сельхозпродукции собственного производства.

Пункт 1 статьи 86.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) устанавливает, что граждане, ведущие совместную деятельность в области сельского хозяйства без образования юридического лица на основе соглашения о создании КФХ  (статья 23), вправе создать юридическое лицо  – КФХ. Имущество КФХ принадлежит ему на праве собственности (пункт 2 статьи 86.1 Кодекса, размещенная в параграфе 2 «Коммерческие корпоративные организации» главы 3 Кодекса. Таким образом, законодатель рассматривает КФХ, являющееся юридическим лицом, как коммерческую корпоративную организацию. В то же время, членами КФХ на базе имущества хозяйства может  создаваться хозяйственное товарищество или производственный кооператив (пункт 1 статьи 259 Кодекса), действующий без образования юридического лица на основе соглашения о создании КФХ. Особенности правового положения КФХ, созданного в качестве юридического лица, определяются законом (пункт 5 статьи 86.1 Кодекса). 

Критерии сельхозпроизводителей определены также статьями 1, 4 Федерального закона от 08.12.1995 № 193-ФЗ «О сельскохозяйственной кооперации» (далее – Закон о сельхозкооперации), под ними понимаются физическое или юридическое лицо, осуществляющее производство сельхозпродукции, которая составляет в стоимостном выражении более 50 процентов общего объема производимой продукции, производство сельхозпродукции которой составляет в стоимостном выражении более 70 процентов общего объема производимой продукции. 

Кроме того, статьей 2 Федерального закона от 07.07.2003 № 112-ФЗ «О личном подсобном хозяйстве» (далее – Закон об ЛПХ, ЛПХ)   под личным подсобным хозяйством понимается форма непредпринимательской деятельности по производству и переработке сельхозпродукции, ведущейся гражданином или гражданином и совместно проживающими с ним и (или) совместно осуществляющими с ним ведение ЛПХ  членами его семьи в целях удовлетворения личных потребностей на земельном участке, предоставленном и (или) приобретенном для ведения  ЛПХ. Сельхозпродукция, произведенная и переработанная при ведении ЛПХ, является собственностью граждан, ведущих ЛПХ.  Реализация гражданами, ведущими ЛПХ, сельхозпродукции, произведенной и переработанной при ведении ЛПХ, не является предпринимательской деятельностью. Граждане вправе осуществлять ведение ЛПХ  с момента государственной регистрации прав на земельный участок (пункт 2 статьи 3 Закона об ЛПХ), регистрации ЛПХ не требуется. Для ведения ЛПХ используются предоставленный и (или) приобретенный для этих целей земельный участок (статья 6 Закона об ЛПХ).

ЛПХ,  отнесенные частью 2 статьи 3 Закона О сельском хозяйстве к сельхозпроизводителям, и которым Правилами КБР  не предусмотрено предоставление спорной субсидии,  не имеют ни обязанности, ни возможности ежегодно подтверждать 70% долю дохода, поскольку в силу особенностей правового положения и предъявляемых к ним требований законодательства являются формой непредпринимательской деятельности по производству и переработке сельхозпродукции, реализация которой не является предпринимательской деятельностью (пункты 1, 4 статьи 3 Закона об ЛПХ). При этом их учет в похозяйственных книгах, ведущихся органами местного самоуправления, осуществляется на основании сведений, предоставляемых на добровольной основе гражданами, ведущими ЛПХ (пункт 1 статьи 8 Закона об ЛПХ). Отсутствие такого учета не исключает признание статуса ЛПХ.

Таким образом, дифференцированной совокупностью условий, определенных  частью 2 статьи 3 Закона о сельском хозяйстве, основанием  приобретения статуса сельхозпроизводителей  определено соответствие  особенностям правового регулирования их положения, признание которых в силу части 1 статьи 3 Закона зависит от: видов осуществляемой деятельности; доли дохода от реализации продукции сельхозпроизводства; специального правового  статуса (ЛПХ, КФХ, Глава КФХ, индивидуальный предприниматель, юридическое лицо).

Суд не установил и не принял во внимание указанные обстоятельства с учетом специфики правового регулирования деятельности ЛПХ, КФХ, индивидуальных предпринимателей,  не проверил фактическое соответствие (несоответствие) предпринимателя  требованиям частей 1, 2 статьи 3 Закона о сельском хозяйстве и пунктам 5, 6, 11 Правил КБР (виды деятельности, долю дохода от производства, переработки, реализации сельхозпродукции, организационно-правовую форму осуществляемой деятельности и направленность ее на извлечение прибыли (соответственно,  применяемый метод учета полученных доходов от осуществляемой сельскохозяйственной деятельности). 

Суд также указал, что предприниматель представил министерству доказательства, подтверждающие, что основным видом деятельности КФХ  является выращивание и реализация зерновых культур, а также документы, свидетельствующие о ведении им такой деятельности в соответствующий период, и получении дохода от такой деятельности. Тем самым, по мнению суда,  им были соблюдены все условия для получения субсидии.

Однако, поскольку суд не учел названые особенности правового регулирования статуса сельхозпроизводителей, вопрос,  от чьего имени  предприниматель фактически  претендовал  на получение субсидии (ЛПХ, КФХ или как предприниматель, обладающий признаками сельхозпроизводителя исходя из объема дохода, как глава КФХ), как и доводы  министерства о необходимости установленной особенностей правого статуса предпринимателя как получателя спорной субсидии, должной правовой оценки не получили. Соответственно неполно суд проверил и аргументы министерства об установлении Правилами КБР такого дополнительного критерия  к претендентам на получение субсидии-сельхозпроизводителей, как «признание их таковыми по правилам Закона о сельском хозяйстве (за исключением ЛПХ), которому в том числе должны соответствовать КФХ, заинтересованные в получении субсидии. 

Кроме того, указывая, что предприниматель представил документы, подтверждающие осуществление им сельскохозяйственной деятельности, его доходы и расходы, связанные с такой деятельностью, суд дал им неполную оценку. Обладает ли он  правом на получение субсидии с учетом статуса сельхозпроизводителя исходя из установленных Законом о сельском хозяйстве суммовых критериев (пропорция о доходах и расходах, связанных с производством и реализацией сельхозпродукции), а также ведении им соответствующего учета для целей определения величины дохода,  суд не проверил, формально сослался на представление им соответствующих сведений в министерство.   

Между тем, из соглашения от 14.04.2021 о  создании фермерского хозяйства (л.д. 45 – 48 т.1)  усматривается, что  ФИО1 и ФИО2 (степень родства или иной взаимосвязи не указаны) приняли решение о создании КФХ, главой которого  назначен ФИО1,  имущество КФХ принадлежит им на праве  совместной собственности (пункт 4.3.1),  отчет о финансовой деятельности КФХ готовится по результатам работы за год (пункт 5.2). 

Различия в правовом статусе КФХ как сельхозпроизводителей в силу прямого указания закона не требуют необходимости установления признаков, указанных в части 1 статьи 3 Закона О сельском хозяйстве, а относятся  только к организациям и индивидуальным предпринимателям (что имеет место в данном случае). 

Пунктом 5 Правил КБР из числа получателей субсидии – производителей зерновых культур (куда отнесена кукуруза, реализованная предпринимателем) исключены граждане, ведущие ЛПХ. Условиями предоставления субсидии названы в том числе производство зерновой культуры, ее первичная и последующая (промышленная) переработка, а также  наличие у претендента на получение субсидии статуса  сельхозпроизводителя. Целями выделения субсидии указаны возмещение производителям зерновых культур части затрат, связанных с производством и реализацией зерновых культур собственного производства,  связанных с этим услуг, работ, поставкой семян, минеральных удобрений, средств защиты растений, иных затрат, связанных с производством зерновых культур (пункт 6 Правил).

Какие неизбежные затраты, связанные с производством  реализованной им кукурузы,  понес предприниматель,  приобретший такой статус только 14.04.2021, суд также не проверил. С учетом установленных правил и сроков севооборота сельскохозяйственных культур, отсутствия данных о произведенных предпринимателем затратах, связанных с производством (севом, выращиванием, обработкой посевов, возможных мероприятий по улучшению плодородных свойств земель, удалением сорняков, использованием средств защиты растений и т.д.), а также  факта реализации семян кукурузы 29.11.2021 (до конца финансового года осталось более месяца, что не исключает возникновение иных затрат, связанных с сельскохозяйственной деятельностью, изменяющих пропорцию суммовых критериев для сельхозпроизводителей), выяснение этих обстоятельств может повлиять на проверку наличия у предпринимателя такого условия выделения субсидии, как статус сельхозпроизводителя. 

При этом в приложенных к заявке на получение спорной субсидии формах статистического наблюдения по форме (номер не указан) «Сведения об итогах сева урожая за 2021 год» (л.д. 56 60 т.1) содержатся сведения о том, что ФИО1 (правовой статус не указан)  «посеяны озимые осенью прошлого года на зерно и зеленый корм» (пшеница, рожь, ячмень, тритикале), «посеяно яровых культур (в том числе кукуруза на зерно, код продукции  1080202 на 79 га 9строка 18 формы), при этом в суммовой строке 28 формы отчета  зерновой культурой указана срока 17 отчета (отражен овес, а не кукуруза на зерно), а в копии счета-фактуры от 29.11.2021 (л.д. 61 т.1), представленной предпринимателем в министерство и суду,  обозначение кода продукции  имеет нечитаемый характер, возможно, содержащий цифры  1-00002956 (какой вид продукции он означает, неясно). В этом же отчете  в строке 70 «Средняя численность работников за предшествующий календарный год (то есть 2020 год) работающим указан только один работник, что может свидетельствовать о севе реализованных предпринимателем семян кукурузы в 2020 году (и тем самым – выполнении неизбежного этапа  выращивания и производства  продукции, на возмещение затрат по выращиванию которой он претендует на субсидию)  и  силами одного человека (а не двух лиц, заключивших соглашение о создании КФХ). 

В рассматриваемом случае для претендентов на получение субсидии  подпунктами «е», «в» пункта 11 Правил таковым является отчетный финансовый год, сведения об объемах производства и реализации зерновой продукции собственного производства должны подтверждаться соответствующей формами статического наблюдения № 29-СХ или № 2-фермер  (сведения о сборе урожая сельхозкультур), а также № 4-СХ или № 1-фермер  (сведения об итогах сева под урожай (подпункт «ж» пункта 11 Правил)  за отчетный финансовый год, прилагаемых к заявке на получение субсидии.

О формировании финансовой деятельности КФХ предпринимателя по результатам работы за год  изложено и в пункте 5.2  соглашения  от 14.04.2021, представленного при подаче заявке предпринимателя  на получение субсидии. 

Поскольку таким существенным обстоятельствам, как наличие у предпринимателя статуса сельхозпроизводителя, применяемого им учета доходов и расходов  в определенном Правилами КБР и законодательством, регулирующим особенности правового статуса сельхозпроизводителей, отчетном периоде (в том числе для определения процентного соотношения выручки от производства и переработки сельхозпродукции), суд дал неполную оценку,  выводы  о наличии у него права на получения спорной субсидии носят преждевременный характер. 

Остались без внимания суда и вопросы о наличии разумных ожиданий предпринимателя относительно предоставления ему субсидии по Правилам КБР с учетом установленных ими критериев, является ли она стимулирующей. 

Природа стимулирующих субсидий определена в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17.07.2019. Так, природа стимулирующих субсидий как финансовой поддержки, предоставляемой в силу усмотрения публичной власти, а не ее обязанностей, означает, что участники хозяйственного оборота, по общему правилу, не вправе требовать от публично-правового образования (его уполномоченных органов) принятия решения о предоставлении субсидии, равно как не вправе требовать выплаты стимулирующей субсидии при фактическом отсутствии в бюджете денежных средств на эти бюджетные ассигнования либо при исчерпании выделенных средств. В отличие от субсидии стимулирующего характера в случаях, когда обязательность компенсации затрат (неполученных доходов) отдельными категориями хозяйствующих субъектов в форме предоставления субсидий установлена законодательством и обусловлена ограничением свободы предпринимательской деятельности таких субъектов, решение вопроса о предоставлении субсидии не является предметом усмотрения публично-правового образования, и право на получение субсидии в случае его нарушения подлежит судебной защите.

Взаимосвязанные положения статей 69, 78  Бюджетного кодекса предусматривают возможность государства оказывать финансовую поддержку хозяйствующим субъектам в виде предоставления денежных средств на безвозмездной и безвозвратной основе в тех случаях, когда это необходимо для решения публичных задач.

Таким образом, право на получение стимулирующей субсидии не является абсолютным, поскольку субсидии выделяются строго на определенные цели, лицо, претендующее на получение субсидии, обязано использовать эту субсидию строго по целевому назначению, а в случае нарушения условий, целей и порядка, установленных для предоставления субсидии, эти денежные средства подлежат возврату.

Субсидия, на которую претендовал предприниматель, не является безусловной, она не является результатом хозяйственной его деятельности, компенсация части затрат не может рассматриваться как получение дохода, а финансовые последствия, связанные с получением субсидии не в том размере, на который рассчитывал предприниматель, не могут квалифицироваться, как убытки.

Более того, суд, обязав министерство  включить предпринимателя в реестр получателей субсидии за 2021 год и заключить с ним соответствующее соглашение о  ее выделении, фактически подменил функции министерства и вмешался в сферу бюджетных и вытекающих при их применении взаимосвязанных гражданско-правовых  отношений, установив обязанность министерства выдавать субсидии в императивном порядке. 

При этом суд также не исследовал вопрос об остатках бюджетных ассигнований, выделенных на предоставление субсидий на соответствующий год. Из  последовательных  пояснений министерства в этой части следует, что исполнение обжалуемых по делу судебных актов в  изложенной судом редакции удовлетворенных по делу требований потребует  соответствующего пропорционального перераспределения объема уже выделенных в 20121 году субсидий, общий лимит которых исчерпан в том же году.     Таким образом  судебными актами могут затрагиваться еще и охраняемые законом права других получателей субсидий за спорный финансовый год.

Суд также не учел, что главой 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Арбитражный процессуальный кодекс) предусмотрены особенности рассмотрения арбитражными судами дел об оспаривании ненормативных правовых актов. Арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт не соответствует закону или иному нормативному правовому акту и нарушает права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным полностью или в части, на что должно быть указано в резолютивной части решения по делу. Ненормативный правовой акт (отдельные его положения), признанный недействительным, не подлежит применению (пункт 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2022 № 21 «О некоторых вопросах применения судами положений главы 22 Кодекса административного судопроизводства и главы 24 Арбитражного Процессуального кодекса Российской Федерации») (далее – постановление № 21). Аналогичный правовой подход излагался и в Информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.07.2003 № 73 «О некоторых вопросах применения частей 1 и 2 статьи 182 и части 7 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» где судам разъяснено, в части 2 статьи 182 Кодекса предусмотрено специальное правило, согласно которому решения суда по делам об оспаривании ненормативных актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, а также решения по делам об оспаривании решений и действий (бездействия) указанных органов подлежат немедленному исполнению. Аналогичное положение содержится в части 7 статьи 201 Кодекса. При применении этой нормы судам необходимо исходить из того, что в данном случае речь идет о требованиях организационного, а не имущественного характера. Соответственно, при удовлетворении судом таких требований какие-либо выплаты из бюджета в пользу заявителя не предполагаются. Поэтому, если заявитель предъявляет в суд требование о признании незаконным бездействия государственного органа (должностного лица), выразившегося в отказе возвратить (возместить, выплатить) из бюджета определенную денежную сумму, и названное требование удовлетворяется, такое решение суда приводится в исполнение по общему правилу, закрепленному  в части 1 статьи 182 Кодекса, то есть после вступления его в законную силу.

Если фактической целью заявителя является взыскание (возмещение) из бюджета денежных средств, не выплачиваемых ему вследствие неправомерного (по мнению заявителя) бездействия конкретного государственного органа (должностного лица), такого рода интерес носит имущественный характер независимо от того, защищается ли он путем предъявления в суд требования о взыскании (возмещении) соответствующих денежных средств либо посредством предъявления требования о признании незаконным бездействия конкретного государственного органа (должностного лица).

Правомерность данного подхода подтверждает толкование во взаимосвязи положений части 1 статьи 171 и части 1 статьи 174 Арбитражного процессуального кодекса. По смыслу указанных норм взыскание с ответчика денежных средств должно осуществляться на основании решения суда о взыскании этих средств, а решение суда, признающее бездействие незаконным и обязывающее ответчика совершить определенные действия, не может быть связано со взысканием денежных средств.

Поэтому, если заявитель предъявляет в суд требование о признании незаконным бездействия государственного органа (должностного лица), выразившегося в отказе возвратить (возместить, выплатить (в рассматриваемом случае, – выделить)) из бюджета определенную денежную сумму, и названное требование удовлетворяется, такое решение суда приводится в исполнение по общему правилу, закрепленному в части 1 статьи 182 Арбитражного процессуального кодекса, то есть после вступления его в законную силу. Такой правовой подход излагался в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.08.2005 № 5735/05. Решение об обжаловании, например, бездействия налоговых органов может лишь понуждать последних к совершению должных действий по заявлению налогоплательщика, как то: рассмотреть заявление и принять соответствующее решение. Аналогично следует ответить и в случае судебного признания незаконным отказа налогового органа в возврате сумм налогов из бюджетов и отказа начисления процентов на эти суммы. И в первом, и во втором случаях решение суда может касаться лишь действий и решений, непосредственно связанных с оспариваемым юридическим фактом. Решение суда по делам, рассмотрение которых регулируется главой 24 Кодекса, не может разрешать вопросы о субъективных правах заявителей, осуществление которых и тем более возникновение которых связано не только с неправомерным актом, действием или бездействием органов, но и с наличием других обстоятельств.

Сходный подход изложен и в пункте 2 постановления № 21, исходя из которого  суд при рассмотрении дел по правилам главы 24 Арбитражного процессуального кодекса  должен учитывать, что требования, не вытекающие из публичных правоотношений, включая требования о возмещении вреда, причиненного принятием незаконных решений, совершением действий (допущенным бездействием), могут быть отдельно предъявлены гражданином или организацией в порядке гражданского, арбитражного судопроизводства.

Признав оспоренное решение, действие (бездействие) незаконным, суд независимо от того, содержатся ли соответствующие требования в административном исковом заявлении (заявлении), вправе указать административному ответчику (наделенным публичными полномочиями органу или лицу) на необходимость принятия решения о восстановлении права, устранения допущенного нарушения, совершения им определенных действий в интересах административного истца (заявителя) в случае, если судом при рассмотрении дела с учетом субъектного состава участвующих в нем лиц установлены все обстоятельства, служащие основанием материальных правоотношений (часть 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса) (пункт 26 постановления № 21). Если в соответствии с законом за наделенными публичными полномочиями органом или лицом сохраняется возможность принять то или иное решение по существу вопроса, затрагивающего права, свободы, законные интересы административного истца (заявителя), суд вправе ограничиться возложением на него обязанности повторно рассмотреть поставленный гражданином, организацией вопрос. При таком рассмотрении наделенные публичными полномочиями орган или лицо обязаны учитывать правовую позицию и обстоятельства, установленные судом в результате рассмотрения дела (статья 16 Кодекса). 

Суд вправе ограничиться признанием оспоренного решения незаконным без возложения на наделенные публичными полномочиями орган или лицо определенных обязанностей в случае, когда путем такого признания достигается защита нарушенного права, свободы, законного интереса. 

Когда в административном исковом заявлении наряду с требованиями, подлежащими рассмотрению в порядке административного судопроизводства, содержатся требования, подлежащие рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства (например, требования о возмещении вреда, причиненного в результате принятия решения), судья, руководствуясь положениями законодательства об административном судопроизводстве, принимает к производству административное исковое заявление в части требований, рассматриваемых в порядке административного судопроизводства, и при необходимости оставляет без движения данное заявление в части требований, подлежащих рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства, разъясняя лицу, обратившемуся в суд, обязанности, связанные с оформлением искового заявления с соблюдением положений законодательства о гражданском судопроизводстве, если при этом отсутствуют основания для отказа в принятии или возвращения заявления в соответствующей части (например, в случае, если требования, подлежащие рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства, неподсудны данному суду, заявление в части неподсудных суду требований возвращается лицу, которое обратилось в суд) (пункт 28 постановления № 21).

Рассмотрение заявления в суд с административным исковым заявлением, содержащим несколько связанных между собой требований, из которых одни подлежат рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства, другие – в порядке административного судопроизводства,  возможно только в случае, если разделение предъявленных в суд требований невозможно, то есть тогда, когда такие требования не могут быть предъявлены в суд и рассмотрены судом отдельно друг от друга (в разных судебных процессах). В таком случае предъявленное в суд заявление подлежит рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства.

С учетом изложенных обстоятельств обжалуемы судебные акты подлежат отмене как основанные на неполном исследовании доводов участвующих в деле лиц и представленных ими в материалы дела доказательств, а дело – направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции для устранения названных недостатков.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 12.07.2022 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.09.2022  по делу № А20-968/2022  отменить, дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Кабардино – Балкарской Республики. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Председательствующий судья                              Л.А. Черных

Судьи                                                                                                             А.Н. Герасименко

                                                                                                                        М.В. Посаженников