АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                 Дело № А45-30261/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 18 апреля 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 25 апреля 2022 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                               Куклевой Е.А.

судей                                                                                Бедериной М.Ю.,

ФИО1 -

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием средств аудиозаписи кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Управление производственно-технической комплектацией» ФИО2 на определение Арбитражного суда Новосибирской области от 27.10.2021 (судья Кальяк А.М.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 18.01.2022 (судьи Иващенко А.П., Иванов О.А., Усанина Н.А.)по делу № А45-30261/2020 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Сибирский Завод Металлоконструкций - ГлобалСталь» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), принятые по заявлениям общества с ограниченной ответственностью «Управление производственно-технической комплектацией» о включении требования в реестр требований кредиторов должника и конкурсного управляющего ФИО3 о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок.

В заседании приняла участие представитель конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Управление производственно-технической комплектацией» ФИО2 – ФИО4 по доверенности от 01.03.2021.

Суд установил:

в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Сибирский Завод Металлоконструкций - ГлобалСталь» (далее – общество «СЗМК-ГлобалСталь», должник) общество с ограниченной ответственностью «Управление производственно-технической комплектацией» (далее – общество «УПТК», кредитор) обратилось в Арбитражный суд Новосибирской области с заявлениями о включении требований в размере 233 397 436 руб. 53 коп. и 207 145 870 руб. 63 коп. в реестр требований кредиторов должника.

В дальнейшем конкурсный управляющий должником ФИО3 обратился в суд с заявлением о признании заключенных между должником и обществом «УПТК» договоров займа от 14.11.2012 № 2/10-12, от 03.02.2014 № Ф-22/14, от 16.12.2014 № Ф-713/14, от 16.07.2015 № Ф-102/15 (далее совместно – договоры займа), недействительными сделками.

Заявления кредитора и управляющего определением суда от 16.08.2021 объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением суда от 27.10.2021, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 18.01.2022, в удовлетворении заявления управляющего отказано. Требование кредитора признаны обоснованным и подлежащим удовлетворению после погашения требований кредиторов должника, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Не согласившись с принятыми судебными актами, кредитор в лице конкурсного управляющего обратился с кассационной жалобой, в которой просит их отменить в части признания требования кредитора, подлежащего удовлетворению после погашения требований кредиторов должника, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве и принять новый судебный акт о включении заявленного требования в реестр требований кредиторов должника.

В обоснование кассационной жалобы кредитор ссылается на то, что в настоящем случае положения пунктов 3, 3.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований, контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020) и, как следствие, субординирование требований кредитора в порядке пункта 4 статьи 142 Закона о банкротстве, неправомерно, поскольку в оспариваемый период должник не отвечал признакам имущественного кризиса, осуществлял производственную деятельность, предоставление займов не является компенсационным финансированием; стабильное финансовое состояния должника подтверждается бухгалтерской отчетностью за период с 2012 года по 2016 год, отсутствием задолженности, взыскиваемой в судебном порядке, исполнительных производств; вступившим в законную силу определением суда от 28.07.2020 по настоящему делу установлено, что финансовый кризис должника наступил только в 2020 году; в целях истребования предоставленных займов подано исковое заявление о принудительном возврате денежных средств должником, что подтверждается решением суда от 07.12.2020 по делу № А40-140132/2020, вывод о корпоративной природе займов противоречит указанному решению; заключение договоров займа было экономически выгодным для должника, поскольку позволило установить более льготные условия, отличные от предлагаемых кредитными организациями; судами не учтено, что в настоящее время кредитор находится в процедуре банкротства, следовательно, согласно сложившейся судебной практики понижение очередности погашения его требования недопустимо.

В отзыве конкурсный управляющий ФИО5 (далее - управляющий) просит судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу -без удовлетворения.

В судебном заседании представитель кассатора поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе.

Учитывая надлежащее извещение иных участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) рассматривается в их отсутствие.

Поскольку доводы кассационной жалобы заключаются только в несогласии кредитора с отказом во включении его требования в реестр требований кредиторов должника, суд округа исходит из того, что судебные акты в остальной части не обжалуются.

Проверив в соответствии с положениями статей 284, 286 АПК РФ в пределах доводов кассационной жалобы законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Из материалов дела следует и судами установлено, что в качестве учредителей должника выступило несколько юридических лиц, в том числе открытое акционерное общество «ГлобалЭлектроСервис» (далее - общество «ГЭС»), которому принадлежит 51 процент доли должника, в свою очередь должнику принадлежит 100 процентов доли в уставном капитале общества «УПТК».

Между кредитором (займодавец) и должником (заемщик) заключены договоры займа:

- от 14.11.2012 № 2/10-12 (в редакции семи дополнительных соглашений, заключенных в промежуток с 13.11.2013 по 28.02.2017, о продлении срока возврата займа), по условиям которого, займодавец выдал заемщику заем в размере 30 000 000 руб. на 12 месяцев под 6 процентов годовых, срок возврата с учетом указанных ранее дополнительных соглашений продлен до 30.06.2032 (далее – договор № 1);

- от 03.02.2014 № Ф-22/14 (в редакции семи дополнительных соглашений, заключенных в промежуток с 30.04.2014 по 28.02.2017, о продлении срока возврата займа), по условиям которого займодавец выдал заемщику заем в размере 90 000 000 руб. на срок до 05 мая 2014 года под 10 процентов годовых, срок возврата с учетом указанных ранее дополнительных соглашений продлен до 30.06.2032 (далее – договор № 2).

Дело о банкротстве общества «УПТК» возбуждено 23.05.2016.

Решением суда от 22.12.2017 по делу № А40-110809/16 общество «УПТК» признано банкротом, открыто конкурсное производство.

Определением суда от 14.10.2020 по указанному делу дополнительное соглашение № 7 от 28.02.2017 к договору № 1 и дополнительное соглашение № 7 от 28.02.2017 к договору № 2 признаны недействительными сделками.

Дело о банкротстве должника возбуждено 16.12.2020.

Определением суда от 14.01.2021 в отношении должника введено наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО3 (далее - управляющий).

Решением суда от 07.07.2021 должник признан банкротом, введена процедура конкурсного производства.

Ссылаясь на наличие непогашенной задолженности и введение в отношении должника процедуры банкротства, кредитор обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением, дополнительно заявив требование о взыскании процентов за пользование денежными средствами.

В обоснование заявленного требования кредитор указал на наличие решения суда от 07.12.2020 по делу № А40-140132/2020, в рамках которого с должника в пользу кредитора взыскана задолженность по договорам займа от 16.12.2014 № Ф-713/4 и от 16.07.2015 № Ф-102/15, а также договоров № 1 и № 2, реальность которых подтверждается представленными документами (наличие у кредитора денежных средств для выдачи займа, указаны источники поступления соответствующих денежных средств, выписки с расчетного счета, подтверждающие перечисление денежных средств должнику, договоры займа).

В представленных возражениях управляющий указал на корпоративный характер заемных отношений, пропуск кредитором срока исковой давности, отсутствие оснований для включения требования в реестр требований кредиторов должника.

Отказывая в удовлетворении заявления управляющего о признании договоров займа недействительными сделками и признавая требования кредитора обоснованными, суд первой инстанции исходил из доказанности факта реальности заемных правоотношений сторон.

Вместе с тем, установив обстоятельства аффилированности должника и кредитора, осведомленности последнего о наличии заключенного между должником и акционерным обществом «Сбербанк Лизинг» договора от 12.11.2014 № ОВ/К-11183-02-01, одним из существенных условиях которого выступала субординация всех существующих и привлекаемых должником займов по отношению к настоящему договору в течении 30 дней с даты его заключения (пункт 4.1.29 договора), обязательности условия о возврате займов не ранее 6 месяцев после погашения лизинговых платежей, что свидетельствует о заранее неисполнимом характере предоставленных кредитором займов, предоставление займов на нерыночных условиях (низкая процентная ставка, неоднократное  предоставление отсрочки возврата займов на длительный период в отсутствие условий об обеспечении обязательств), суд пришел к выводу о том, что денежные средств предоставленные должнику по договорам займа № 1, № 2 носят корпоративный характер и подлежат удовлетворению в порядке пункта 4 статьи 142 Закона о банкротстве.

Ходатайство о снижении размера заявленной неустойки признано судом необоснованным.

Отклоняя доводы о пропуске кредитором срока исковой давности, суд исходил из наличия обстоятельств продления сроков возврата предоставленных кредитором должнику займов, необходимости исчисления начала срока исковой давности с даты  вступления в законную силу определения суда от 14.10.2020 по делу № А40-110809/2016 о признании дополнительных соглашении от 28.02.2017 № 7 к договору № 1 и от 28.02.2017 № 7 к договору № 2 недействительными сделками , то есть с 28.10.2020, заявление подано 01.03.2021.

Седьмой арбитражный апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции.

Суд округа с учетом установленных по обособленному спору обстоятельств считает, что судами приняты правильные судебные акты.

В Обзоре от 29.01.2020 обобщены правовые подходы, применение которых позволяет сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования контролирующего (аффилированного) должника лица.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве при наличии любого из обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (далее – имущественный кризис) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве.

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее – компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа и других договорных конструкций, то есть избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее – ГК РФ).

Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено требованиям независимых кредиторов – оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ (в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты) (пункт 3.1 Обзора от 29.01.2020).

Разновидностью финансирования по смыслу пункта 1 статьи 317.1 ГК РФ является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом (пункт 1 статьи 486 ГК РФ), об оплате работ после окончательной сдачи их результатов (пункт 1 статьи 711 ГК РФ), о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (пункт 1 статьи 614 ГК РФ и т.п.) (пункт 3.3 Обзора от 29.01.2020).

Исходя из заложенной в вышеупомянутом Обзоре от 29.01.2020 презумпции, не устраненные кредитором разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов.

Полномочиями по оценке доказательств наделены суды первой и апелляционной инстанций. В силу части 1 статьи 64, статей 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67, 68 АПК РФ об относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств.

В рассматриваемом случае, суды, проанализировав взаимоотношения сторон, установив обстоятельства их аффилированности, предоставления кредитором займов на нерыночных условиях со значительной отсрочкой платежа (более 14 лет),что не соответствует разумному поведению субъектов экономической деятельности, правомерно признали действия кредитора по предоставлению займов разновидностью компенсационного финансирования.

Учитывая вышеизложенное, судами правомерно установлено, что в любом случае требования кредитора не подлежат включению в реестр требований кредиторов должника, поскольку подлежат понижению и удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Приведенный подход применим и тогда, когда последующая утрата контроля произошла по иным причинам – в связи с возбуждением дела о несостоятельности (банкротстве) контролирующего должника (аффилированного с ним) лица и передачей управления над имущественной массой последнего независимому конкурсному управляющему. Сам по себе тот факт, что контролирующее (аффилированное) лицо, предоставившее компенсационное финансирование, находится в процедуре конкурсного производства и операции по выдаче такого финансирования оспорены в деле о несостоятельности плательщика, не является основанием для отказа в субординации реституционного требования о возврате компенсационного финансирования.

Указанный правовой подход изложен Верховным судом Российской Федерации, в определениях от 27.01.2022 № 308-ЭС18-3917(3,4), от 27.01.2022 № 308-ЭС18-3917 (2).

В этой связи, довод о том, что требования кредитора не могут быть субординированы по причине нахождение его в процедуре банкротстве, подлежит отклонению.

Фактические обстоятельства установлены судами первой и апелляционной инстанций в результате полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств в их совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ.

По существу доводы, изложенные в кассационной жалобе, являлись предметом надлежащей паровой оценки, выражают несогласие с выводами судов об оценке установленных обстоятельств и не свидетельствуют о нарушении судами первой и апелляционной инстанций норм права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Новосибирской области от 27.10.2021 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 18.01.2022 по делу № А45-30261/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

 

Председательствующий                                                                                 Е.А. Куклева

 

Судьи                                                                                                              М.Ю. Бедерина

 

ФИО1