﻿199/2020-166512(1) 

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А 

http://13aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-50598/2019

23 июня 2020 года

г. Санкт-Петербург

  Резолютивная часть постановления объявлена 17 июня 2020 года  

Постановление изготовлено в полном объеме 23 июня 2020 года  Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

в составе: председательствующего Загараевой Л.П. судей Будылевой М.В., Трощенко Е.И. при ведении протокола судебного заседания: секретарем судебного заседания Царегородцевым Е.А. при участии: от истца (заявителя): Авилкин В.В. – доверенность от 29.11.2019 

от ответчика (должника): Стафеев Р.И. – доверенность от 01.01.2019  от 3-х лиц: не явились, извещены  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  (регистрационный номер 13АП-11448/2020) АО "Инжиниринговая компания "АЭМ- технологии" на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и  Ленинградской области от 27.02.2020 по делу № А56-50598/2019 (судья Радынов  С.В.), принятое  

по иску АО "Газпромнефть – Московский НПЗ" к АО "Инжиниринговая компания "АЭМ-технологии" 

3-е лицо: ООО «Инженерно-производственный центр «Вокэнергомаш»; ООО  «Зульцер Хемтех»  

о взыскании  

установил:

Акционерное общество «Газпромнефть-Московский НПЗ» (далее - истец,  Покупатель) обратился в Арбитражный Суд города Санкт-Петербурга и  Ленинградской области с исковым заявлением к акционерному обществу  «Инжиниринговая компания «АЭМ-Технологии» (далее - ответчик) о взыскании 69  694 242, 65 руб. неустойки, в том числе 58 078 535, 55 руб. неустойки за просрочку  поставки товара и 11 615 707,10 рублей неустойки за нарушение обязательств за  непредоставление банковских гарантий взамен истекших.  

Решением суда от 27.02.2020 с акционерного общества «Инжиниринговая  компания «АЭМ-Технологии» в пользу акционерного общества 63 078 535, 55 руб.  

неустойки, 200000 руб. судебных расходов по оплате государственной пошлины. В  остальной части в удовлетворении иска отказано.  

Ответчик, не согласившись с решением суда, направил апелляционную  жалобу, в которой, ссылаясь на нарушение норм материального права, на  несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, просил решение суда  отменить.  

В судебном заседании представитель ответчика поддержал доводы  апелляционной жалобы, просил решение суда отменить. Представитель истца  возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил решение суда  оставить без изменения.  

Третьи лица, извещенные надлежащим образом о времени и месте  рассмотрения апелляционной жалобы, своих представителей не направили. Дело  рассматривается в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, в их отсутствие.  

От представителя ответчика поступило ходатайство о приостановлении  производства по делу, поскольку в апелляционном суде рассматривается дело с  теме же сторонами по аналогичным обстоятельствам ( № А56-50508/2019).  

Согласно пункту 1 части 1 статьи 143 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации (далее - АПК РФ) арбитражный суд обязан приостановить  производство по делу в случае невозможности рассмотрения данного дела до  разрешения другого дела, рассматриваемого Конституционным Судом Российской  Федерации, конституционным (уставным) судом субъекта Российской Федерации,  судом общей юрисдикции, арбитражным судом.  

Невозможность рассмотрения спора следует признать подтвержденной, если  находящееся в производстве арбитражного суда дело или рассматриваемый вопрос  связаны с другим делом, рассматриваемым Конституционным Судом Российской  Федерации, конституционным (уставным) судом субъекта Российской Федерации,  судом общей юрисдикции или арбитражным судом, и это имеет преюдициальное  значение по вопросам об обстоятельствах, которые необходимо установить  арбитражному суду в отношении лиц, участвующих в рассматриваемом им деле.  

Обязанность суда приостановить производство по делу связана не с  наличием другого дела, рассматриваемого в порядке гражданского  судопроизводства, а с невозможностью рассмотрения дела до принятия решения по  другому вопросу.  

В рамках дела № А56-50508/2019 АО «Концерн «Газпромнефть – Московский  НПЗ» заявлено требование к АО Концерн «Инжиниринговая компания «АЭМ- технологии» о взыскании штрафной неустойки по договору поставки от 23.06.2015   № МНЗ-15/00000/00421/Р/066- 162111915420 (далее – Договор), в том числе 37 150  889 руб. 36 коп. неустойки за просрочку поставки товара и 11 145 266 руб. 81 коп.  неустойки за нарушение обязательств за непредоставление банковских гарантий  взамен истекших.  

Заявляя ходатайство о приостановлении производства по настоящему делу,  АО «Инжиниринговая компания «АЭМ-Технологии» не привело доводов,  указывающих на наличие причинно-следственной связи в части установления  существенных обстоятельств по делу N А56-50508/2019 с обстоятельствами,  которые подлежат установлению в рамках настоящего дела.  

При этом следует отметить, что наличие спора по делу N А56-50508/2019, в  котором участвуют те же лица, само по себе не означает невозможности  рассмотрения настоящего дела в арбитражном суде, в силу чего не должно влечь  приостановление производства по делу на основании пункта 1 части 1 статьи 143  АПК РФ.  

Законность и обоснованность решения суда проверены в апелляционном  порядке.  

Как следует из материалов дела, между АО «Газпромнефть-Московский НПЗ»  и АО «Инжиниринговая компания «АЭМ-Технологии» 23.03.2015 года был 2 А56- 50598/2019 заключён договор № МНЗ-15/01200/00183/Р/066/162111615134 (далее  Договор), предметом которого являлась поставка товара, а именно Колонна  вакуумная 100-Т-105 (комплект, состоящий из семи частей и комплект внутренних  устройств, согласно условий Договора (далее Товар). Договором был зафиксирован  срок поставки, а именно май 2016 года.  

К Договору были подписаны два дополнительных соглашения, а именно:  дополнительное соглашение № 1/00183 от 06.06.2016 года, согласно условиям  которого срок поставки Товара был перенесён с мая 2016 года на сентябрь 2016  года, дополнительное соглашение № 2/00183 от 21.11.2016 года, которым закреплён  окончательный срок поставки Товара - апрель 2017 года.  

Стоимость Товара по Договору первоначально составляла 541166077,60 руб.  с НДС (18%). Окончательная стоимость Товара по Договору, после подписания  дополнительного соглашения № 1/00183 от 06.06.2016 составила 580785355, 52  рублей, в т.ч. НДС (18%).  

Истцом полностью была произведена оплата за поставленный Товар в  соответствии с условиями Договора в полном объеме и в установленные сроки: 1/  первый авансовый платёж в размере 20% от стоимости всего Товара на сумму  108233215,52 руб., в том числе НДС, был произведён 16.04.2015, согласно дате  платёжного поручения № 2582 и на основании выставленного Ответчиком счёта   № 62 от 31.03.2015, после предоставления банковской гарантии на возврат 1-го  авансового платежа № 2614-515-Г-А-1 от 30.03.2015, счета-фактуры № 1/256 от  16.04.2015, как определено условиями Договора для осуществления первого  авансового платежа; 2/ второй авансовый платёж в размере 30% от стоимости всего  Товара на сумму 162 349 823, 28 руб., в том числе НДС, был произведён 28.12.2015,  согласно дате платёжного поручения № 391 и на основании выставленного  Ответчиком счёта № 304 от 11.12.2015, после предоставления банковской гарантии  на возврат второго авансового платежа № 2614-515-Г-А-2 от 30.03.2015,  предоставленного технического проекта и плана контроля качества, согласованного  покупателем (Истцом) в письме № 066/6758 от 18.12.2015 и направленного на  официальный электронный адрес Ответчика, а также графика поставки  оборудования и счета-фактуры № 1/828 от 29.12.2015, как определено условиями  Договора для осуществления второго авансового платежа; 3/ третий платёж на  сумму 84 017 627,70 руб., в том числе НДС, был произведён 29.12.2016, согласно  дате платёжного поручения № 1703 и на основании выставленного Ответчиком  счёта на оплату № 227 от 26.12.2016, счета-фактуры № 1/556 от 26.12.2016 и  подписанной товарной накладной по форме ТОРГ-12 № 80183283 от 26.12.2016, на  часть поставки Товара по позиции 2 табличной части спецификации (Комплект  внутренних устройств), как определено условиями Договора для осуществления  третьего платежа; 4/ четвёртый платёж на сумму 226 184 689,02 руб., в том числе  НДС, был произведён 30.11.2017, согласно дате платёжного поручения № 1533 на  основании выставленного Ответчиком счёта на оплату № 298 от 01.11.2017, счета- фактуры № 1/369 от 21.08.2018, подписанной товарной накладной по форме ТОРГ- 12 № 80183700 от 01,11.2017, на часть поставки Товара по позиции 1 табличной  части спецификации (комплект, состоящий из семи частей) и подписанного  сторонами Акта о приёмке материалов по форме М-7 № 1 от 05.09.2017 с  приложенным к нему перечнем незавершённых работ по изготовлению колонны  

100-Т-105 на заводе изготовителе, перечнем отклонений и дефектов поставленных  частей колонны 100-Т-105, замечаний к качеству поставляемой упаковки.  

Обязательства Поставщика по поставке Товара Покупателю, согласно пункту  6.3. Договора, считаются исполненными с момента предоставления Товара. Датой  поставки Товара и перехода права собственности на Товар считается дата  подписания товарной накладной по форме ТОРГ-12 последней части поставки.  

Поставка по позиции № 2 «Комплект внутренних устройств» была  осуществлена 26.12.2016, согласно подписанной товарной накладной по форме  ТОРГ-12 № 80183283 на сумму 157304459,52 рубля.  

Последняя часть поставки была принята и подписана Истцом 01.11.2017 года,  о чём свидетельствует дата в отметке о приёмке в товарной накладной по форме  ТОРГ-12 № 80183700 на позицию № 1 спецификации к дополнительному соглашению   № 2/00183 от 21.11.2016 на комплект «Колонна вакуумная 100-Т-105 (комплект,  состоящий из семи частей)» на сумму 423480896,00 рублей.  

Таким образом, обязательство по поставке Товара по Договору фактически  было исполнено Ответчиком 01.11.2017 года на дату подписания товарной  накладной по форме ТОРГ-12 № 80183700, соответственно просрочка поставки  Товара по Договору в редакции дополнительного соглашения № 2/00183 от  21.11.2016 составила 184 календарных дня.  

В соответствии с пунктом 8.1. Договора в редакции дополнительного  соглашения № 2/00183 от 21.11.2016, в случае просрочки поставки (недопоставки,  не поставки) Товара, устранению дефектов, замене и доукомплектации Товара, а  равно недопоставки запасных частей, инструмента, принадлежностей к Товару,  необходимых для нормальной эксплуатации Товара, поставщик (Ответчик) по  требованию покупателя (Истца) обязан уплатить пени в размере 0,1 % общей цены  Товара, за каждый день просрочки до момента полной поставки Товара (запасных  частей, инструмента, принадлежностей), но не более 10% от общей цены Договора.  

По расчету истца неустойка за просрочку срока поставки Товара оставила  58078535, 55 рублей. Неустойка рассчитана с суммы, включающей НДС.  

Кроме того, Ответчиком были нарушены обязательства по перевыпуску  банковских гарантий возврата авансового платежа на новый срок (пункты 5.5-5.6.  Договора), которые, должны действовать до даты поставки (включительно) плюс 30  календарных дней. Банковская гарантия на первый авансовый платёж № 2614-515- Г-А-1 была выпущена 30.03.2015 и действовала до 30.06.2016, банковская гарантия  на второй авансовый платёж № 2614-515-Г-А-2 была выпущена 30.03.2015 и  действовала до 30.06.2016.  

На дату завершения срока действия банковских гарантий на первый и второй  авансовые платежи, а именно 30.06.2016,  

Товар не был поставлен. Поставка Товара по Договору, как указано выше,  была завершена 01.11.2017 года.  

Соответственно, банковские гарантии на первый и второй авансовые платежи  должны были быть перевыпущены и действовать до 31.11.2017 года.  

Ответчик не исполнил свои обязательства по Договору, и не предоставил  банковские гарантии на новый срок.  

 Пунктом 5.7. Договора предусмотрено, что если Поставщик не предоставит  банковскую гарантию взамен истекшей, то Истец, как покупатель по Договору, имеет  право потребовать от Ответчика выплаты неустойки в размере 1% от цены Товара  по Договору.  

Таким образом, по факту нарушения пунктов 5.5. и 5.6 Договора, Истец имеет  право на взыскание неустойки. По расчету истца размер неустойки составляет 11  615 707,10 рублей.  

 В адрес ответчика была направлена досудебная претензия, которая не была  удовлетворена, что и явилось основанием для обращения в суд.  

Суд первой инстанции частично удовлетворил заявленные требования,  применив положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Апелляционный суд, изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав  материалы дела, находит основания для изменения решения.  

В соответствии со статьями 309 и 310 Гражданского кодекса Российской  Федерации (далее - ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим  образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных  правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с  обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний  отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не  допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом,  другими законами или иными правовыми актами.  

Согласно статье 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец,  осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в  обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары  покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных  целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным  использованием.  

В силу пункта 1 статьи 516 ГК РФ покупатель оплачивает поставляемые  товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором  поставки. Если соглашением сторон порядок и форма расчетов не определены, то  расчеты осуществляются платежными поручениями.  

В пункте 1 статьи 329 ГК РФ установлено, что исполнение обязательств может  обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника,  поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами,  предусмотренными законом или договором.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней)  признается определенная законом или договором денежная сумма, которую  должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего  исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.  

Истец просит взыскать неустойку в связи с нарушением сроков Договора в  редакции дополнительного соглашения № 2.  

Согласно статьи 479 ГК РФ, если договором купли-продажи предусмотрена  обязанность продавца передать покупателю определенный набор товаров в  комплекте (комплект товаров), обязательство считается исполненным с момента  передачи всех товаров, включенных в комплект.  

Таким образом для того, чтобы установить в какую дату ответчиком было  исполнено обязательство по поставке комплекта товара, надлежит определить, в  какую дату была поставлена последняя часть из комплекта товара.  

По смыслу п.6.3. Договора, в рассматриваемом случае обязательство по  поставке Товара будет являться исполненным в момент подписания  представителем покупателя товарной накладной по форме ТОРГ-12 в отношении  последней из частей Товара (колонны).  

Товарная накладная по форме ТОРГ-12 в отношении последней из частей  комплекта товаров была подписана покупателем 01.11.2017.  

Следовательно, срок исполнения обязательства по поставке Товара был  нарушен на 184 дня (с 01.05.2017 по 31.10.2017).  

Согласно расчету истца размер неустойки за несвоевременную поставку  составляет 58 078 535, 55 руб.  

Расчет проверен судом апелляционной инстанции и признан верным и  обоснованным.  

Вопреки доводу апелляционной жалобы, судом первой и инстанции был  исследовал тот факт, что в процессе разработки ТП и РКД предъявлены  дополнительные требования об изменении условного диаметра штуцеров и  увеличении вылетов штуцеров 3NA/B, 16N и правомерно признал доказательства,  которыми подтверждается данное обстоятельство неотносимыми в  рассматриваемом споре.  

Так, требование Истца заключается во взыскании неустойки в связи с  нарушением Ответчиком сроков исполнения обязательства, установленных в  дополнительном соглашении от 21.11.2016 № 2/00183.  

Между тем, Ответчик в обоснование своей позиции ссылается на  обстоятельства, которые могли повлиять на сроки исполнения обязательства,  установленные в первоначальной редакции Договора, и не могли оказать влияние  на увеличенные сроки исполнения обязательства, установленные в  дополнительном соглашении № 2, так как произошли до заключения  дополнительного соглашения от 06.06.2016 г. № 1/00183 и дополнительного  соглашения № 2.  

В качестве доказательства довода о том, что предъявление дополнительных  требований об изменении условного диаметра штуцеров и увеличения вылетов  штуцеров 3NA/B, 16N являлось причиной нарушения Ответчиком сроков исполнения  обязательства, Ответчик приводит переписку, состоявшуюся до заключения  дополнительного соглашения № 1, в котором сроки исполнения обязательства были  перенесены на более позднее время, с мая 2016 г. на 05 августа и сентябрь 2016 г.  

Как следует из материалов дела и не отрицается самим Ответчиком,  соответствующая информация была предоставлена, и техническая документации в  соответствующей части была согласована до 20.01.2016, то есть до заключения  дополнительного соглашения № 1, которым были установлены новые сроки  исполнения обязательства по поставке товара. При этом инициатором заключения  данного дополнительного соглашения выступал именно Ответчик, что  подтверждается письмом Ответчика от 11.04.2016 № АЭМт-СП/212. В указанном  письме Ответчик помимо прочего указывал на причины отклонения от сроков  поставки товара и, в частности, указывал на вышеуказанные обстоятельства. Более  того, после этого стороны заключили дополнительное соглашение № 2, которым  установили новый срок исполнения обязательства по поставке товара - апрель 2017  года.  

Таким образом, соответствующие обстоятельства были учтены сторонами  при установлении новых сроков исполнения обязательства и не могли оказать  влияние на исполнение Ответчиком обязательства в установленные в  дополнительном соглашении № 2 сроки.  

В этой связи вывод суда о том, что соответствующие обстоятельства не  имеют значения в рассматриваемом споре, а доказательства, приведенные в их  обоснование (переписка, состоявшаяся до \до 20.01.2016, а равно и имевшая место  вплоть до заключения самого дополнительного соглашения № 2 от 21.11.2016),  являются не относимыми, является правомерным.  

При этом следует отметить, что довод Ответчика о том, что Истцом нарушен  срок согласования технического проекта, установленного в п. 3.7 Договора  противоречит содержанию Договора, согласно которому Истец обязан согласовать  технический проект в течение 14 дней только в случае отсутствия замечаний. При  наличии замечаний к техническому проекту, Истец в течение 14 дней обязан  предоставить замечания, а Ответчик в течение такого же срока - устранить их.  

В силу пункта 1 статьи 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательства либо  исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины  (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором  предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным,  если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась  по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для  надлежащего исполнения обязательства.  

Пунктом 3 статьи 405 ГК РФ предусмотрено, что должник не считается  просрочившим, пока обязательство не может быть исполнено вследствие просрочки  кредитора.  

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 406 ГК РФ кредитор  считается просрочившим, в том числе, если он не совершил действий,  предусмотренных договором, до совершения которых должник не мог исполнить  своего обязательства.  

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в  деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание  своих требований и возражений.  

Доводы апеллянта о том, что нарушение срока исполнения обязательства  произошло вследствие длительного не предоставления информации об условном  диаметре штуцера 25 С № отклоняется судом апелляционной инстанции, так как это  обстоятельство также не могло повлиять на сроки исполнения обязательства,  установленные в дополнительном соглашении № 2.  

Как следует из переписки сторон, указанная информация в полном объеме  была известна Ответчику 02.11.. После этого, 21.11.2016, стороны заключили  дополнительное соглашение № 2, в котором установили новые сроки исполнения  обязательства.  

При этом следует обратить внимание и на то, что, Ответчиком не  предоставлено ни одного доказательства того, что уточнение и решение вопроса по  диаметру соответствующего штуцера могло повлечь увеличение сроков  изготовления как самого штуцера, так и секции, в которую он вваривается и, что это  обстоятельство повлекло увеличение срока исполнения обязательства по поставке  товара в целом.  

Являясь профессиональным участником рынка, ответчик при заключении  договора дополнительного соглашения должен был предусмотреть возможность  своевременного исполнения принимаемых на себя обязательств.  

Судом первой инстанции правомерно отклонены доводы ответчика о том, что  изменение в процессе разработки ТП и РКД по требованию истца, отметок границ  материального исполнения корпуса колонны существенно повлияло на срок  изготовления товара.  

Как следует из материалов дела и не отрицается самим ответчиком,  окончательная информация об отметках границ материального исполнения корпуса  колонны была предоставлена до заключения дополнительного соглашения № 2. В  этой связи, это обстоятельство не могло повлиять на сроки исполнения  обязательства, установленные в дополнительном соглашении, а, следовательно,  суд правомерно отклонил соответствующий довод Ответчика.  

При этом окончательная информация об ответных фланцах и переходах  колонны вакуумной была предоставлена в соответствующие сроки по вине самого  Ответчика. Так, необходимая информация для подготовки технической  документации была предоставлена подрядчиком Истца в письме № ЬЫ-СОКи-1Ш- 4131/100-ТМЬ-1079 от 27.07.2016 Ответчик предоставил на согласование  техническую документацию в соответствующей части лишь 19.10.2016 (см.  

приложение № 60 к предварительной позиции Ответчика от 14.10.2019), то есть по  истечении более чем 2 месяцев. Замечания на указанные эскизы и согласование  предложенных технических решений было предоставлено подрядчиком Истца  21.10.2016 (см. приложение № 56 к предварительной позиции Ответчика от  14.10.2019). Между тем, в нарушение условий Договора (см. п.3.7.) Ответчик  предоставил исправленную техническую документацию лишь 09.12.2016 (см.  приложение № 61 к предварительной позиции Ответчика от 14.10.2019), то есть по  истечении более чем полутра месяцев, тогда как согласно условиям Договора,  поставщик обязан устранить полученные возражения и замечания в течение  четырнадцати рабочих дней.  

Таким образом, длительность срока предоставления информации об  ответных фланцах и переходах колонны вакуумной была обусловлена  исключительно неисполнением обязательств по изготовлению технической  документации в установленные сроки самим Ответчиком, а не действиями Истца  или его подрядчиков.  

Кроме того, в письме от 14.10.2016 г. № АЭМт-СП/678, когда Ответчику уже  было известно об отсутствии окончательной информации, Ответчик указал, что  причиной увеличения срока исполнения обязательства по поставке товара является  не отсутствие указанной выше информации, а поставка бракованной крупной партии  поковок для 7-ой части колонны.  

Более того, в соответствии со с пп.3.7.6, в случае, если представленные  покупателем возражения и замечания влекут за собой такие изменения в  технический проект, которые впоследствии приводят к увеличению срока поставки,  поставщик направляет покупателю расчет увеличения срока поставки. Стороны в  течение 14 дней с момента получения покупателем расчета увеличения срока  поставки, оформляют дополнительное соглашение. Ответчиком не был направлен  расчет увеличения срока поставки в связи с отсутствием соответствующей  информации. В этой связи следует прийти к выводу о том, что Ответчик не вправе  ссылаться на соответствующие обстоятельства, как на основание освобождения от  ответственности. Иное бы противоречило принципу добросовестности и запрета  противоречивого поведения.  

 Доводы ответчикам о том, что сроки исполнения обязательства по поставке  товара, установленные в дополнительном соглашении № 2, были нарушены  Ответчиком в связи с тем, что Истцом и его подрядчиком вносились неоднократные  изменения к техническим требованиям в отношении опорных деталей крепления  трубопроводов, лестниц и площадок обслуживания, отклоняются апелляционной  коллегией.  

Как следует из отзыва Ответчика, окончательные изменения к техническим  требованиям в соответствующей части были внесены подрядчиком Истца  28.10.2016. Как было указано в письме Ответчика от 02.11.2016 № 16/4677 уже на  тот момент для Ответчика было очевидно, что внесенные изменения не позволят  исполнить обязательство по поставке товара в срок, установленный в  дополнительном соглашении № 1.  

После этого, 21.11.2016 г., стороны заключили дополнительное соглашение   № 2, в котором установили новые (продленные) сроки исполнения обязательства,  установили новый срок поставки товара - апрель 2017 г. Соответственно, сторонами  при установлении нового срока исполнения обязательства было учтено влияние  соответствующих изменений к техническим требованиям.  

Вместе с тем, следует также отметить, что, несмотря на то, что по смыслу п.  3.7.7 Договора, в редакции действовавшей 28.10.2016 г., Ответчик должен был  устранить полученные возражения и замечания к техническому проекту и  

конструкторской документации в течение 14 дней, как указывает Ответчик в отзыве  от 07.11.2019, корректировка технического проекта в соответствующей части была  закончена лишь 31.01.2017, то есть по истечении более 3 месяцев после  предоставления замечаний 28.10.2016.  

Таким образом, суд первой инстанции, исследовав все представленные  Ответчиком доказательства, сделал правомерный вывод о том, что в  рассматриваемом споре отсутствуют основания для применения ст. ст. 328, 404, 406  ГК РФ.  

Довод апелляционной жалобы о неверном толковании положений п.8.1  Договора отклоняется апелляционным судом, поскольку противоречит принципам  толкования, установленным в ст. 431 ГК РФ.  

Довод Ответчика о том, что стороны в дополнительном соглашении изменили  содержание понятия «Товар», то есть изменили предмет Договора, основан на  неверном толковании условий Договора и дополнительных соглашений к нему.  

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда  содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми  актами (часть 4 статьи 421 ГК РФ).  

Статья 431 ГК РФ указывает, что при толковании условий договора судом  принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и  выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности  устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в  целом.  

В соответствии с условиями Договора в редакции дополнительного  соглашения № 2 предметом Договора являлось обязательство ответчика поставить  Истцу в установленный срок «Товар» - колонну вакуумную 100-Т-105 в комплекте, в  который входят: колонна вакуумная 100-Т-105 (в комплектности, предусмотренной, в  частности, техническим проектом, представляющей собой семь частей), комплект  внутренних устройств  

Очевидно, что определение понятия «Товар» не изменилось. Под «Товаром»  по смыслу Договора, как и было в первоначальной редакции Договора, так и  сохранилось в редакции дополнительного соглашения № 2, понималась колонна  вакуумная 100-Т-105 в комплекте с внутренними устройствами и необходимой  технической документацией.  

Исходя из содержания документов, составляемых сторонами в процессе  исполнения Договора, также под «Товаром» стороны понимали колону вакуумную  100-Т-105 в комплекте с внутренними устройствами. Так, например, в протоколе  технического совещания с участием представителей Истца и Ответчика от  26.11.2016 указано следующее:  

«На основании протокола от 21.01.2016 необходимо подписать  дополнительное соглашение к договору поставки колонны 100-Т-105...  

1.Срок поставки колонны Т-105: 

-колонна вакуумная 100-Т-105 (комплект, состоящий из семи частей) –апрель  2017г.  

-комплект внутренних устройств - апрель 2017г.» 

Иными словами, под Товаром стороны имели в виду один предмет - комплект,  состоящий из колонны вакуумной 100-Т-105 и комплекта внутренних устройств.  

При этом положение п.6.1 Договора в редакции дополнительного соглашения   № 2, согласно которому поставка Товара может осуществляться поэтапно, согласно  позициям Спецификации свидетельствует не о том, что Договором предусмотрена  была поставка отдельных товаров, колонна вакуумная 100-Т-105 и комплект  внутренних устройств, а наоборот, подтверждает, что Договором была  

предусмотрена обязанность поставить комплект товаров, состоящий из  соответствующих предметов для целей изменения общего правила п.2 ст. 479 ГК  РФ о том, что предметы, входящие в комплект товаров должны быть поставлены  одновременно. В противном случае, положение п. 6.1 не имело бы смысла.  

В обоснование тезиса о том, что согласно п. 8.1 Договора неустойка должна  считаться от цены конкретной части товара, ответчик указывает на то, что согласно  буквальному толкованию п.8.1. Договора, понятия «цена Товара» и «цена Договора»  являются нетождественными по значению понятиями.  

Вместе с тем, исходя из буквального смысла условий и системного  толкования условий Договора, суд пришел к верному выводу о том, что, согласно  п.8.1 Договора, размер неустойки должен определяться исходя из цены всего того,  что должно было быть поставлено по Договору, а не отдельных предметов,  входящих в комплект.  

Доводы ответчика о тмо, что условие п. 8.1 Договора в редакции  дополнительного соглашения № 2 является несправедливым и в настоящем случае  применимы положения п. 9 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 16.  

В соответствии с правовой позицией Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации, содержащейся в пункте 9 Постановления от 14.03.2014 N 16  "О свободе договора и ее пределах", в тех случаях, когда будет установлено, что  при заключении договора, проект которого был предложен одной из сторон и  содержал в себе условия, являющиеся явно обременительными для ее контрагента  и существенным образом нарушающие баланс интересов сторон (несправедливые  договорные условия), а контрагент был поставлен в положение, затрудняющее  согласование иного содержания отдельных условий договора (то есть оказался  слабой стороной договора), суд вправе применить к такому договору положения  пункта 2 статьи 428 ГК РФ о договорах присоединения, изменив или расторгнув  соответствующий договор по требованию такого контрагента.  

Согласно пункту 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 14.03.2014 N 16 в случаях, когда будет доказано, что  сторона злоупотребляет своим правом, вытекающим из условия договора,  отличного от диспозитивной нормы или исключающего ее применение, либо  злоупотребляет своим правом, основанным на императивной норме, суд с учетом  характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает этой стороне в  защите принадлежащего ей права полностью или частично либо применяет иные  меры, предусмотренные законом.  

В обоснование данного аргумента, Ответчик указывает на то, что он в  договорных отношениях являлся слабой стороной, в связи с чем не имел  возможности отказаться от подписания Договора с положением, содержащимся в п.  8.1. Договора.  

Между тем в рассматриваемом случае ответчиком достоверных  доказательств того, что он был поставлено в положение, затрудняющее  согласование иного содержания отдельных условий договора представлено не  было. Кроме того, ответчиком на преддоговорном этапе были заявлены  предложения по изменению условий Договора, которые были учтены.  

Ответчик в суде первой инстанции ссылался на чрезмерность заявленной  неустойки и просил снизить ее на основании статьи 333 ГК РФ.  

Принимая во внимание обстоятельства, имеющие как прямое, так и косвенное  отношение к делу, критерии несоразмерности, суд первой инстанции пришел к  выводу об отсутствии оснований к применению правил статьи 333 Гражданского  кодекса Российской Федерации, в связи с чем, отказал в применении статьи 333 ГК  РФ в указанной части.  

Вместе с тем, согласно правовой позиции, изложенной в пункте 69  Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении  судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об  ответственности за нарушение обязательств" (далее - Постановление N 7)  подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее  явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть  уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 ГК РФ).  

Уменьшение размера взыскиваемой неустойки возможно на основании статьи  333 Гражданского кодекса Российской Федерации лишь при условии, что указанный  размер неустойки явно несоразмерен последствиям нарушения обязательства.  

Конституционный Суд РФ в Определении от 22.01.2004 г. N 13-О указал, что  гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа  обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за  их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения размера  неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности  последствиям нарушения обязательств независимо от того, является неустойка  законной или договорной.  

Возложение на суд решения вопроса об уменьшении размера неустойки при  ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательств вытекает из  конституционных прерогатив правосудия, которое по самой своей сути может  признаваться таковым лишь при условии, что оно отвечает требованиям  справедливости (статья 14 Международного пакта о гражданских и политических  правах 1966 года).  

Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в  частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на  пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам,  осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по  краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения  кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за  соответствующий период (п. 75 Постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 N 7).  

Апелляционный суд считает необходимым указать на следующие  обстоятельства.  

Перечень критериев определения несоразмерности, который не является  исчерпывающим, содержится в Информационном письме Президиума Высшего  Арбитражного Суда РФ от 14.07.1997 N 17.  

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее  чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательства является  одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены  против злоупотребления правом, то есть, по существу, - на реализацию требования  статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой  осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и  свободы других лиц.  

Именно поэтому в части первой статьи 333 Гражданского кодекса Российской  Федерации речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить  баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой  действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате  конкретного правонарушения. Данная позиция изложена Конституционным Судом  Российской Федерации в Определении от 21.12.2000 г. N 277-О.  

Таким образом, рассматривая вопрос о возможности уменьшения неустойки,  суд исходит из фактических обстоятельств, оценки несоразмерности неустойки  последствиям нарушения обязательства, усмотрения того, является ли во  

взаимосвязи с суммой задолженности оправданной заявленная истцом к взысканию  сумма неустойки.  

Повторно оценив условия договора, представленные в материалы дела  документа, в том числе факт исполнения обязательств в 2017 года и прекращения  обязательств по договору в этот же период, размер неустойки, апелляционная  коллегия приходит к выводу о возможности применения статьи 333 ГК РФ, в связи с  чем снижает размер неустойки до 29 039 267 руб.  

Судебная коллегия суда апелляционной инстанции считает, что степень  несоразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения  обязательства является оценочной категорией, в силу закона только суд вправе  дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и  обстоятельств конкретного дела. В каждом конкретном случае суд оценивает  возможность снижения неустойки с учетом обстоятельств спора и взаимоотношений  сторон.  

Истцом также заявлено требование о взыскании 11 615 707,10 рублей  неустойки за нарушение обязательств за непредоставление банковских гарантий  взамен истекших.  

Согласно п. 5.5 Договора поставщик обязан в течение 10 банковских дней с  момента заключения Договора предоставить банковскую гарантию на возврат  первого авансового платежа. Банковская гарантия возврата авансового платежа  должна быть выдана на сумму первого платежа и действительна до даты поставки  поставки плюс 30 дней.  

 В п. 5.6. Договора установлено аналогичное условие в отношении второго  авансового платежа.  

Между тем банковская гарантия на первый авансовый платёж № 2614-515-Г-А- 1 была выпущена 30.03.2015 и действовала до 30.06.2016; банковская гарантия на  второй авансовый платёж № 2614-515-Г-А-2 была выпущена 30.03.2015 и  действовала до 30.06.2016. На дату завершения срока действия банковских  гарантий на первый и второй авансовые платежи, а именно 30.06.2016, Товар не  был поставлен. Соответственно, банковские гарантии на первый и второй  авансовые платежи должны были быть перевыпущены и действовать до 21.09.2017  года.  

Ответчик не исполнил свои обязательства по Договору, и не предоставил  банковские гарантии на новый срок.  

Согласно абз. 3 п. 5.7. Договора, в случае, если Поставщик не предоставит  банковскую гарантию взамен истекшей в соответствии с требованиями настоящей  статьи, покупатель вправе потребовать от поставщика выплаты неустойки в  размере 1% от цены Товара. Исходя из буквального толкования указанных  положений Договора, неустойка установлена и для случаев непредоставления  банковских гарантий, предусмотренных в п.п. 5.5. и 5.6. Договора.  

По расчету истца, размер неустойки за не предоставление банковских  гарантий взамен истекших составляет 11615707,10 рублей (5807853 руб + 5807853  руб).  

Расчет повторно проверен судом апелляционном иснатнциии и признан  верным и обоснованным.  

При этом, судом применены положения статьи 333 ГК РФ, в связи с чем  неустойка снижена до 5 000 000 руб.  

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции в указанной  части у апелляционного суда не имеется.  

Довод Ответчика о том, что п. 5.7 не предусмотрено начисление неустойки за  непредоставление в установленный срок банковских гарантий, предусмотренных  

п.5.5. и 5.6. Договора, взамен истекшим, отклоняется судом апелляционной  инстанции.  

В обоснование данного довода Ответчик указывает на то, что п. 5.7., в  котором содержится условие о неустойке за несвоевременное предоставление  банковской гарантии, относится только к банковской гарантии, направленной на  обеспечение исполнения гарантийного обязательства.  

Вместе с тем, данное утверждение не соответствует действительным  условиям Договора.  

Как следует из содержания Договора и п. 5.7. Договора в частности,  положение о банковской гарантии для обеспечения гарантийного обязательства  содержится в п. 5.7., который находится в статье 5 Договора.  

Так, в п. 5.7. в первом абзаце сначала идет указание на пункт Договора: срок  действия указанной в настоящем пункте гарантии.  

В то же время в абз.3 п. 5.7. Договора указано на статью, в которой  расположен соответствующий пункт: «В случае, если поставщик не предоставит  банковскую гарантию взамен истекшей в соответствии с требованиями настоящей  статьи.».  

Таким образом, согласно буквальному толкованию положения абз.3 п. 5.7.  Договора, он распространяет свое действие на все гарантии, на которые есть  указание в ст. 5 Договора.  

При таких обстоятельствах, решение суда подлежит изменению. 

Судебные расходы распределены в соответствии со статьей 110  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. На основании  изложенного и руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 27.02.2020 по делу № А56-50598/2019 изменить, изложив резолютивную  часть в следующей редакции.  

Взыскать с акционерного общества «Инжиниринговая компания «АЭМ- Технологии» в пользу акционерного общества «Газпромнефть-Московский НПЗ»  34 039 267 руб. неустойки, 200000 руб. судебных расходов по оплате  государственной пошлины.  

В остальной части в удовлетворении иска отказать. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо- Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.  

Председательствующий Л.П. Загараева  

Судьи М.В. Будылева  

 Е.И. Трощенко