125/2022-70255(1) 

 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА 

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000 http://fasszo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

15 октября 2022 года Дело № А56-61659/2017  

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего  Кравченко Т.В., судей Троховой М.В. и Чернышевой А.А.,  

при участии представителя ФИО1 – ФИО2 (доверенность  от 26.06.2022), представителя ФИО3 – ФИО4 (доверенность от  10.03.2022),  

рассмотрев 22.09.2022 в открытом судебном заседании кассационную жалобу  Израйлита Марка Валерьевича на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.03.2022 и постановление Тринадцатого  арбитражного апелляционного суда от 01.06.2022 по делу № А56-61659/2017/сд.2,  

у с т а н о в и л:

публичное акционерное общество «Балтийский Инвестиционный Банк»,  адрес: 197101, Санкт-Петербург, Дивенская ул., д. 1, лит. А, ОГРН 

<

***>,  ИНН 

<

***> (далее – Банк), обратилось 15.08.2017 в Арбитражный суд города  Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании гражданина  ФИО1 несостоятельным (банкротом).  

Определением от 15.09.2017 заявление Банка принято, возбуждено  производство по делу.  

Определением от 09.04.2018, оставленным без изменения постановлением  Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.09.2018, в отношении  ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов, финансовым  управляющим утверждена ФИО5.  

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 04.12.2018  определение от 09.04.2018 и постановление от 21.09.2018 отменены, дело  направлено в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  на новое рассмотрение.  

При новом рассмотрении определением от 17.09.2020 заявление Банка  признано обоснованным, в отношении должника введена процедура  реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден ФИО6.  

Постановлением от 07.10.2021 апелляционный суд изменил определение от  17.09.2020 в связи с принятием отказа Банка от требования о взыскании неустойки в  размере 363 259 306 руб. 42 коп. и прекратил производство по заявлению в  указанной части.  

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 20.01.2022  постановление апелляционного суда от 07.10.2021 оставлено без изменения.  

Финансовый управляющий ФИО6 обратился 05.10.2021 (согласно  почтовому штемпелю на конверте) в арбитражный суд с заявлением о признании  недействительными сделок ФИО1 по предоставлению займов Израйлиту  Марку Валерьевичу:  

- 16.12.2016 в сумме 26 500 000 руб. со счета должника 

 № 40817810323510058127 в филиале АКБ «Абсолют Банк» (публичное акционерное  

общество) в Санкт-Петербурге со ссылкой на договор займа от 15.12.2016 б/н;  

- 21.12.2016 на сумму 26 000 000 руб. со счета должника 

 № 40817810704000020121 в филиале «Санкт-Петербургский» акционерного  общества «Банк ДОМ.РФ» со ссылкой на договор займа от 21.12.2016 № 21/12.  

В качестве применения последствий недействительности сделки финансовый  управляющий просил взыскать с ФИО3 52 500 000 руб. в конкурсную массу  должника.  

Определением от 08.03.2022, оставленным без изменения постановлением  Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.06.2022, заявление  удовлетворено, признано недействительными сделками предоставление должником  займов ФИО3 16.12.2016 в сумме 26 500 000 руб. и 21.12.2016 в сумме  26 000 000 руб. С ФИО3 в конкурсную массу ФИО1 взыскано  52 500 000 руб.  

В кассационной жалобе (с учетом последующих письменных пояснений)  ФИО3 просит отменить определение от 08.03.2022 и постановление от  01.06.2022 и отказать в удовлетворении заявления.  

Податель жалобы не согласен с выводом судов о том, что на момент  совершения оспариваемых сделок должник уже отвечал признакам  неплатежеспособности и недостаточности имущества. При этом податель жалобы  указывает на то, что на момент совершения оспариваемых сделок должник обладал  имуществом общей стоимостью более 500 млн.руб., в связи с чем денежные  средства в размере 52 500 000 руб. не превышали 20% стоимости имущества  должника.  

ФИО3 указывает на то, что платежным поручением от 26.12.2016  

 № 55 возвратил ФИО1 денежные средства в размере 10 992 000 руб. в  счет частичного возврата заемных средств по договору займа от 21.12.2016  

 № 21/12. В связи с этим податель жалобы не согласен с выводом суда о том, что  сторонами не принимались меры по возврату займа. ФИО3 также указывает  на необоснованное взыскание с него указанной суммы в качестве применения  последствий недействительности сделки, поскольку займ частично возвращен.  

Податель кассационной жалобы считает, что у судов отсутствовали основания  для применения к спорным правоотношениям положений статей 10 и 168  Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), поскольку  финансовым управляющим не доказано наличие оснований, выходящих за пределы  признаков недействительности сделок, предусмотренных статьей 61.2  Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»  (далее – Закон о банкротстве).  

По мнению ФИО3, суды необоснованно отклонили заявление о  пропуске финансовым управляющим срока исковой давности.  

В судебном заседании представители ФИО3 и ФИО1  поддержали доводы кассационной жалобы.  

Остальные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о  времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в  судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не  является препятствием для рассмотрения жалобы.  

Законность определения от 08.03.2022 и постановления от 01.06.2022  проверена в кассационном порядке исходя из доводов кассационной жалобы.  

Финансовый управляющий обратился в суд с рассматриваемым заявлением,  ссылаясь на совершение должником двух сделок в пользу сына, ФИО3, по  предоставлению займов:  

- 16.12.2016 в сумме 26 500 000 руб. со счета ФИО1, открытого в  

кредитной организации, со ссылкой на договор займа от 15.12.2016 б/н;  

- 21.12.2016 на сумму 26 000 000 руб. со счета ФИО1, открытого в  кредитной организации, со ссылкой на договор займа от 21.12.2016 № 21/12.  

По мнению управляющего, указанные сделки являются недействительными  на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статей 10, 168 ГК РФ,  поскольку направлены на вывод активов должника и совершены в целях причинения  вреда имущественным правам кредиторов.  

Как указывает управляющий, на даты совершения оспариваемых сделок  ФИО1 отвечал признакам неплатежеспособности, поскольку имел  неисполненные обязательства перед Банком, срок исполнения которых наступил.  Так, заявитель ссылается на то, что по состоянию на 27.11.2015 наступил срок  исполнения денежных обязательств должника по кредитному договору от 29.05.2014   № 14-0008-8b-000010 на сумму 19 984 976,91 руб., по состоянию на 16.12.2016  указанная задолженность не была погашена и увеличилась до 35 333 439,18 руб. за  счет пеней на проценты и пеней на просроченную основную задолженность.  Изложенное подтверждается решением Кингисеппского городского суда  Ленинградской области от 10.10.2016 по делу № 2-1256/2016 о взыскании  соответствующей задолженности.  

 Кроме того, финансовый управляющий указывает на то, что 29.02.2016  наступил срок исполнения денежных обязательств ФИО1 по кредитному  договору от 27.03.2013 № 3001-3023 на общую сумму 127 953 313,17 руб. По  состоянию на 16.12.2016 задолженность по названному кредитному договору  возросла до 201 660 103,92 руб. за счет пеней на просроченные проценты и пеней  на просроченную основную задолженность.  

По мнению управляющего, доходы должника в 2015 и 2016 годах (согласно  справкам по форме 2-НДФЛ), равно как и имущество, переданное ФИО1  решением Кингисеппского городского суда Ленинградской области от 06.11.2018 по  делу № 2-724/2018 (о расторжении брака и разделе совместно нажитого имущества  супругов), свидетельствуют о недостаточности имущества должника для  удовлетворения требований Банка, срок исполнения обязательств перед которым  уже наступил.  

Финансовый управляющий считает оспариваемые сделки ничтожными,  поскольку действия должника по предоставлению заинтересованному лицу займов  на общую сумму 52 500 000 руб. в условиях наступившего имущественного кризиса  направлены на вывод из состава имущества ФИО1 и из-под контроля  кредиторов денежных средств, что не свидетельствует о нормальном поведении в  гражданском обороте.  

При рассмотрении настоящего обособленного спора в суде первой инстанции  должником заявлено о применении исковой давности.  

Суд первой инстанции, с которым согласился и апелляционный суд,  удовлетворил заявление управляющего, придя к выводу о наличии у должника  признаков неплатежеспособности. Суды исходили из того, что перечисление  денежных средств в пользу аффилированного лица при наличии непогашенной  кредиторской задолженности перед Банком следует квалифицировать как  умышленное уклонение от ее погашения, такие действия имеют пороки, выходящие  за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поэтому их  следует признать злоупотреблением правом применительно к статье 10 ГК РФ.  

Изучив материалы дела и проверив доводы кассационной жалобы, суд округа  пришел к следующему.  

При вынесении обжалуемых судебных актов суд первой инстанции, с которым  согласился и апелляционный суд, пришел к выводу о наличии у оспариваемых  сделок признаков ничтожности, поскольку договоры займа заключены должником в  

условиях неплатежеспособности с аффилированным лицом и направлены на вывод  денежных средств из состава имущества ФИО1  

Между тем судами не учтено следующее. 

Правонарушение, заключающееся в необоснованном принятии должником  дополнительных долговых обязательств и (или) в необоснованной передаче им  имущества другому лицу, причиняющее ущерб конкурсной массе и, как следствие,  наносящее вред имущественным правам кредиторов должника, является  основанием для признания соответствующих сделок недействительными по  специальным правилам, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве.  

Вопрос о допустимости оспаривания таких сделок на основании статей 10 и  168 ГК РФ неоднократно рассматривался Президиумом Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации и Судебной коллегией по экономическим спорам  Верховного Суда Российской Федерации (постановление Президиума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения  Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской  Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от  31.08.2017 № 305-ЭС17-4886, от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1), от 17.12.2018  

 № 309-ЭС18-14765, от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069, от 09.03.2021 № 307-ЭС19- 20020(8,10), от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(9), от 21.10.2021 № 305-ЭС18- 18386(3) и др.). Согласно сложившейся судебной практике применение статьи  

10 ГК РФ возможно лишь в том случае, когда речь идет о сделках с пороками,  выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.  

Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о  недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения  преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам  должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 ГК РФ исходя из  общеправового принципа «специальный закон вытесняет общий закон»,  определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм,  регулирующих одни и те же общественные отношения.  

При этом сделки, указанные в статье 61.2 Закона о банкротстве, являются  оспоримыми и на них распространяется годичный срок исковой давности,  установленный пунктом 2 статьи 181 ГК РФ.  

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 особо обращено внимание на недопустимость  квалификации сделок с предпочтением или подозрительных сделок как ничтожных в  целях обхода правил о сроке исковой давности по оспоримым сделкам.  

При рассмотрении настоящего обособленного спора судами не учтены  приведенные разъяснения высших судебных инстанций.  

Вмененные ФИО1 нарушения в полной мере укладывались в  диспозицию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, подлежащей применению в  качестве специального средства противодействия недобросовестным действиям в  преддверии банкротства, грубо нарушающим права кредиторов.  

С учетом изложенного вопреки выводам судов оснований для применения к  спорным отношениям статьи 10 ГК РФ не имелось.  

При рассмотрении настоящего обособленного спора в суде первой инстанции  должник заявил о применении годичного срока исковой давности.  

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве  право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по  указанным в статье 61.2 или 61.3 названного Закона основаниям возникает с даты  введения реструктуризации долгов гражданина.  

При этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда финансовый  управляющий узнал или должен был узнать о наличии указанных в статье 61.2 или  

61.3 Закона о банкротстве оснований.  

Из разъяснений, содержащихся в пункте 32 постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых  вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)», следует, что заявление об оспаривании сделки  на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в  течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).  

При этом срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки  должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный финансовый  управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания  сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.  

Процедура реструктуризации долгов введена в отношении ФИО1  определением от 09.04.2018 и действовала до 04.12.2018, когда постановлением  суда кассационной инстанции определение от 09.04.2018 и постановление  апелляционного суда от 21.09.2018 были отменены, а дело направлено на новое  рассмотрение в суд первой инстанции.  

Процедура реструктуризации долгов была повторно введена определением от  17.09.2020.  

В первой процедуре реструктуризации долгов гражданина финансовым  управляющим была утверждена ФИО5, полномочия которой прекратились в  связи с принятием судом кассационной инстанции постановления от 04.12.2018.  

При повторном введении процедуры реструктуризации определением от  17.09.2020 (резолютивная часть объявлена 08.09.2020) финансовым управляющим  утвержден ФИО6  

В силу пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур,  применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать  добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.  

В соответствии с пунктом 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый  управляющий вправе получать информацию об имуществе гражданина, а также о  счетах и вкладах гражданина, в том числе по банковским картам, об остатках  электронных денежных средств и о переводах электронных денежных средств от  граждан и юридических лиц (включая кредитные организации), от органов  государственной власти, органов местного самоуправления.  

Вопреки выводу судов первой и апелляционной инстанций то обстоятельство,  что должник не представил финансовому управляющему сведения о составе своего  имущества, в том числе о наличии кредиторской и/или дебиторской задолженности,  не освобождает финансового управляющего от обязанности по принятию в  разумный срок мер, направленных на получение информации об имуществе  гражданина.  

При этом из представленных ФИО6 доказательств следует, что  управляющий направил должнику требование о предоставлении сведений и  документов 22.06.2021 – спустя девять месяцев после утверждения финансовым  управляющим.  

Согласно приобщенной к материалам обособленного спора справке от  06.04.2021 АКБ «Абсолют Банк» (ПАО) сообщил финансовому управляющему  ФИО6 в ответ на его запрос от 22.03.2021 сведения об открытых счетах в  указанном банке, а также направил выписки по счетам ФИО1 за период с  даты открытия счетов по дату закрытия счетов/по дату предоставления ответа на  запрос. Управляющему также были сообщены сведения о выпущенных на имя  должника пластиковых картах и соответствующие выписки по счетам.  

В материалы спора также приобщено письмо от 01.04.2021, в котором 

АО «Банк ДОМ.РФ» сообщило финансовому управляющему ФИО6 в ответ на  

его запрос от 22.03.2021 сведения о счетах должника в указанном банке, направил  выписку по банковской карте и расширенные выписки по счетам.  

Судами не установлено, что до 22.03.2021 управляющий ФИО6 принимал  меры по получению информации о счетах и выписках по счетам должника.  

Вместе с тем ФИО6 приобщена в материалы рассматриваемого спора  копия письма МИФНС № 3 по Ленинградской области от 10.05.2018 в адрес  финансового управляющего ФИО5, к которому были приложены сведения  о банковских счетах ФИО1, справки о доходах, выписки из ЕГРИП и  ЕГРЮЛ, декларации по форме 3-НДФЛ, сведения о задолженности и справка о  состоянии расчетов.  

Доказательства того, что ФИО5, исполнявшая обязанности  финансового управляющего более девяти месяцев, принимала меры к получению  выписок по банковским счетам должника в материалы дела не представлены.  

ФИО6 обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением  05.10.2021 – спустя год и четыре недели после утверждения его финансовым  управляющим имущества должника.  

Суды, отказывая в применении исковой давности, не установили  существование объективных препятствий у ФИО6 вплоть до 22.03.2021 по  получению сведений о банковских счетах должника и выписок по таким счетам.  

При этом судами не учтено, что ФИО6 не раскрыты обстоятельства,  препятствовавшие прежнему управляющему ФИО5 принять меры по  получению выписок по счетам должникам с учетом того, что сведения о счетах  должника получены от налогового органа в мае 2018 года.  

Причины, по которым ФИО6 обратился в суд с настоящим заявлением в  октябре 2021 года при том, что располагал выписками по счетам ФИО1  еще в апреле 2021 года, не раскрыты.  

Между тем разумный финансовый управляющий должен оперативно  принимать меры по запросу всех сведений, необходимых для осуществления своих  полномочий, в том числе информацию, касающуюся совершения сделок,  подпадающих под период подозрительности, предусмотренный статьями 61.2 и 61.3  Закона о банкротстве.  

Ввиду изложенного суд округа приходит к выводу о том, что суды первой и  апелляционной инстанций отказали в применении годичного срока исковой давности  без исследования и оценки всех существенных для дела обстоятельств.  

Принимая во внимание положения пункта 3 части 1 статьи 287 АПК РФ, а  также с учетом того, что судами не в полной мере были исследованы  обстоятельства, имеющие значение для разрешения спора в соответствии с  подлежащими применению нормами материального права, обособленный спор  подлежит направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.  

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 и 290 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа  

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 08.03.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного  суда от 01.06.2022 по делу № А56-61659/2017/сд.2 отменить.  

Дело направить в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области на новое рассмотрение.  

Председательствующий Т.В. Кравченко  Судьи М.В. Трохова  

А.А. Чернышева