2423/2024-38398(2) # 

 

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27  

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/ 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда апелляционной инстанции 

по проверке законности и обоснованности решений (определений)  

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-43186/2022

город Ростов-на-Дону

16 мая 2024 года

15АП-4595/2024  

Резолютивная часть постановления объявлена 26 апреля 2024 года  

Полный текст постановления изготовлен 16 мая 2024 года Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Долговой М.Ю., судей Деминой Я.А., Сурмаляна Г.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Мезенцевой В.Д.,  при участии:  

от ФИО1: представитель ФИО2 по  доверенности от 29.11.2022;  

от общества с ограниченной ответственностью «РОЗА ХУТОР»: представитель ФИО3 по доверенности от 05.03.2024;  

от общества с ограниченной ответственностью «ОБЕР ХУТОР»: представитель ФИО4 по доверенности от 17.01.2024,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1  

на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 09.02.2024 по делу № А3243186/2022  

по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Глобал ФИО5», общества с ограниченной ответственностью «ОБЕР ХУТОР», общества  с ограниченной ответственностью «РОЗА ХУТОР»  

о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности  и взыскании задолженности,  

ответчик: ФИО1, третье лицо: общество с ограниченной ответственностью «Сфера» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), 

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Глобал ФИО5»  обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением о  привлечении ФИО1 (далее – ответчик) к субсидиарной  ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Сфера»  и взыскании денежных средств в размере 1 834 605,23 руб., расходов по оплате  государственной пошлины в размере 36 321 руб. (с учетом уточнений в порядке статьи 49  АПК РФ).  

Общество с ограниченной ответственностью «ОБЕР ХУТОР» обратилось в  Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам  общества с ограниченной ответственностью «Сфера» и взыскании денежных средств в  размере 3 728 814, 09 руб., расходов по оплате государственной пошлины в размере 41 644  руб.  

Общество с ограниченной ответственностью «РОЗА ХУТОР» обратилось в  Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам  общества с ограниченной ответственностью «Сфера» и взыскании денежных средств в  размере 1 164 057, 50 руб., расходов по оплате государственной пошлины в размере 37 252  руб. (с учетом уточнений в порядке статьи 49 АПК РФ).  

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 09.02.2024 по делу   № А32-43186/2022 в удовлетворении ходатайства ООО "Глобал ФИО5" и  ФИО6 об утверждении мирового соглашения отказано. В удовлетворении  ходатайства ООО "Глобал ФИО5" о принятии отказа от искового заявления  отказано. ФИО1 привлечена к субсидиарной̆  ответственности по обязательствам должника ООО «Сфера». В порядке субсидиарной  ответственности со ФИО1 в пользу ООО «Глобал ФИО5 взыскана задолженность в размере 1 834 605,23 руб. и расходы по уплате  государственной пошлины в размере 35 154 руб. В порядке субсидиарной  ответственности со ФИО1 в пользу ООО «Обер Хутор»  взыскана задолженность в размере 3 728 814,09 руб. и расходы по уплате государственной  пошлины в размере 41 645 руб. В порядке субсидиарной ответственности со ФИО1 в пользу ООО «Роза Хутор» взыскана задолженность в  размере 1 164 057,50 руб. и расходы по уплате государственной пошлины в размере 37 252  руб.  

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1  обжаловала решение суда первой инстанции от 09.02.2024 в порядке, предусмотренном  главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просила  обжалуемый судебный акт отменить.  

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции  необоснованно отказал в принятии отказа ООО "Глобал ФИО5" от  требований. Податель апелляционной жалобы указывает на отсутствие виновных  действий, влекущих привлечение к субсидиарной ответственности. Податель  апелляционной жалобы указывает, что период руководства ФИО1 должник принимал меры по взысканию дебиторской задолженности и  погашению части задолженности перед кредиторами; возбуждено уголовное дело по  факту пропажи части имущества должника, ООО «Сфера» признано потерпевшим.  

В отзывах на апелляционную жалобу ООО «Обер Хутор», ООО «Роза Хутор»  просили оставить обжалуемое решение без изменения, апелляционную жалобу – без  удовлетворения.  

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, пояснили правовые  позиции по спору.  

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным  рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц,  участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.  

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзывов,  выслушав представителей лиц, участвующих в деле, арбитражный суд апелляционной  инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит  удовлетворению по следующим основаниям.  

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Краснодарского  края от 19.07.2021 по делу № А32-31195/2021 принято заявление ООО «Глобал ФИО5» о признании общества с ограниченной ответственностью «Сфера»  несостоятельным (банкротом), возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве).  

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 01.12.2021 по делу 

 № А32-31195/2021 в отношении должника введена процедура наблюдения, требования  ООО «Глобал ФИО5» включены в третью очередь реестра требований  кредиторов должника в размере 2 664 249,88 руб. неисполненных обязательств, из них  35 996 руб. штрафных санкций.  

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 09.03.2022 по делу 

 № А32-31195/2021 требования ООО «Роза Хутор» включены в третью очередь реестра  требований кредиторов должника в сумме 2 788 448,91 руб. основного долга и 26 948,39  руб. штрафных санкций.  

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 20.06.2022 по делу  

 № А32-31195/2021 требования ООО «Обер Хутор» включены в третью очередь реестра  требований кредиторов должника в сумме 3 728 814,09 руб., в том числе: 3 578 377,87 руб.  основной долг, 150 436,22 руб. неустойка.  

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 04.07.2022 по делу  

 № А32-31195/2021 прекращено производство по делу о несостоятельности (банкротстве)  ООО «Сфера» на основании абзаца 8 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве в связи с  отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение  процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату  вознаграждения арбитражному управляющему.  

Общество с ограниченной ответственностью «Глобал ФИО5»  обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением о  привлечении ФИО1 (далее – ответчик) к субсидиарной  ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Сфера»  и взыскании денежных средств в размере 1 834 605,23 руб., расходов по оплате  государственной пошлины в размере 36 321 руб. (с учетом уточнений в порядке статьи 49  АПК РФ).  

Общество с ограниченной ответственностью «ОБЕР ХУТОР» обратилось в  Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам  общества с ограниченной ответственностью «Сфера» и взыскании денежных средств в  размере 3 728 814, 09 руб., расходов по оплате государственной пошлины в размере 41 644  руб.  

Общество с ограниченной ответственностью «РОЗА ХУТОР» обратилось в  Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам  общества с ограниченной ответственностью «Сфера» и взыскании денежных средств в  размере 1 164 057, 50 руб., расходов по оплате государственной пошлины в размере 37 252  руб. (с учетом уточнений в порядке статьи 49 АПК РФ).  

При вынесении обжалуемого судебного акта суд первой инстанции верно  руководствовался следующим.  

Согласно пункту 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о  привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13  настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о  банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей  инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные  кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники  должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные  органы.  

Круг лиц, на которых может быть возложена субсидиарная ответственность по  обязательствам должника, основания и порядок привлечения к такой ответственности  ранее были установлены статьей 2 и 10 Закона о банкротстве, а также общими  положениями Гражданского кодекса Российской Федерации (статьи 53.1, 56  Гражданского кодекса Российской Федерации).  

В абзаце втором пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации  содержится общая норма о субсидиарной ответственности по обязательствам  юридического лица учредителей (участников), собственников имущества юридического  лица или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического  лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия.  

Пунктом 3 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с  ограниченной ответственностью» установлено, что в случае несостоятельности  (банкротства) общества по вине его участников или по вине других лиц, которые имеют  право давать обязательные для общества указания либо иным образом имеют  возможность определять его действия, на указанных участников или других лиц в случае  недостаточности имущества общества может быть возложена субсидиарная  ответственность по его обязательствам.  

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в  Федеральный" закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской"  Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) Закон о  банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в  деле о банкротстве».  

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества - это  превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных  платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.  

В соответствии с пунктом 1 (абзац шестой) и пунктом 2 статьи 9 Закона о  банкротстве руководитель должника обязан в месячный срок обратиться в арбитражный  суд с заявлением должника в случае, если должник отвечает признакам  неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.  

В соответствии с пунктом 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве, если руководитель  должника не исполнил отмеченную обязанность и не устранены обстоятельства ее  влекущие, то лица, имеющие право инициировать созыв внеочередного общего собрания  участников должника, либо иные контролирующие должника лица обязаны потребовать  проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на  принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в  арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно быть  проведено не позднее десяти календарных дней со дня представления требования о его  созыве. Указанный орган обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с  заявлением должника, если на дату его заседания не устранены обстоятельства.  

В статье 61.11 Закона о банкротстве (пункт 1) установлено, что если полное  погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия  контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по  обязательствам должника. Подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве  установлена презумпция того, что полное погашение требований кредиторов невозможно  вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии  обстоятельств причинения существенного вреда имущественным правам кредиторов в  результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом  одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого  лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.  

Статьей 61.12 Закона о банкротстве установлено, что неисполнение обязанности по  подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения  об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения)  

в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона,  влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным  законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче  заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче  данного заявления в арбитражный суд. Размер ответственности в соответствии с  настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным  платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9  настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника  (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом). Бремя  доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения  требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом настоящей  статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).  

Статьей 30 Закона о банкротстве на руководителя должника и его учредителей  (участников) возложены обязанности действовать с учетом интересов кредиторов, в  частности не допускать действия (бездействие), которые могут заведомо ухудшить  финансовое положение должника.  

В абзаце шестом пункта 2.2 Постановления Конституционного Суда Российской  Федерации от 07.02.2023 № 6-П (далее - постановление № 6-П) отмечено, что стандарт  добросовестного поведения контролирующих лиц, (в том числе осуществляющих  полномочия единоличного исполнительного органа общества с ограниченной  ответственностью), обязанность действовать добросовестно и разумно в интересах  контролируемой организации предполагают учет интересов всех групп, включенных в  правоотношения с участием или по поводу этой организации, при соблюдении  нормативно установленных приоритетов в их удовлетворении, в частности принятие всех  необходимых (судя по характеру обязательства и условиям оборота) мер для надлежащего  исполнения обязательств перед ее кредиторами.  

В пункте 3.2 постановления № 6-П отмечено, что необращение в арбитражный суд с  заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью банкротом,  нежелание контролирующих его лиц финансировать расходы по проведению банкротства,  непринятие ими мер по воспрепятствованию его исключения из ЕГРЮЛ (пункты 3 и 4  статьи 21.1 Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц и  индивидуальных предпринимателей») при наличии подтвержденных судебными  решениями долгов общества перед кредиторами свидетельствуют о намеренном - в  нарушение статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации - пренебрежении  контролирующими общество лицами своими обязанностями, о попытке избежать рисков  привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве, чем  подрывается доверие участников оборота друг к другу, дестабилизируется гражданский  оборот.  

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 53  от 21.12.2017 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих  должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление № 53) отмечено,  что привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности  является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов.  При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции  юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта  (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации), его самостоятельную  ответственность (статья 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), наличие у  участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в  состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии  (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым  участникам оборота посредством недобросовестного использования института  юридического лица (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

В пункте 2 постановления № 53 отражено, что при привлечении контролирующих  должника лиц к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей специальным  положениям Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности  (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), подлежат применению общие положения  глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за  нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда.  

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 № 309- ЭС17-1801 высказана правовая позиция, что объективное банкротстве это критический  момент, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в  полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате  обязательных платежей. В пункте 4 постановления № 53 дополнительно разъяснено, что  для целей применения специальных положений законодательства о субсидиарной  ответственности (установления периода контроля и статуса контролирующего должника  лица из статьи 61.10 Закона о банкротстве), по общему правилу, учитывается контроль,  имевший место в период, предшествующий фактическому возникновению признаков  банкротства, независимо от того, скрывалось действительное финансовое состояние  должника или нет, то есть принимается во внимание трехлетний период,  предшествующий моменту, в который должник стал неспособен в полном объеме  удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов  (далее - объективное банкротство).  

В пункте 12 постановления № 53 разъяснено, что согласно абзацу второму пункта 2  статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи  между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о  банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства  перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.  

В пункте 14 постановления № 53 отмечено, что согласно общим положениям  пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности  руководителя равен совокупному размеру обязательств должника (в том числе по  обязательным платежам), возникших в период со дня истечения месячного срока,  предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о  банкротстве.  

В абзаце втором пункта 16 постановления № 53 разъяснено, что неправомерные  действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в  принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и  разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо  невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом  («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных  операций.  

В абзаце втором пункта 23 постановления № 53 разъяснено, что для применения  презумпции из подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в отношении  фактического руководителя, по указанию которого совершена сделка, заявителю  достаточно доказать существенность вреда кредиторам из-за поведения контролирующих  должника лиц.  

В абзаце 13 пункта 28 Обзора судебной практики разрешения судебных споров о  несостоятельности (банкротстве) за 2022 год, утвержденного Президиумом Верховного  Суда Российской Федерации 26.04.2023, отмечено, что к недобросовестному поведению  контролирующего лица с учетом всех обстоятельств дела может быть отнесено также  избрание участником таких моделей" ведения хозяйственной деятельности в рамках  группы лиц и (или) способов распоряжения имуществом юридического лица, которые  приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы  юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять  

обязательства перед независимыми участниками оборота (например, перевод бизнеса на  вновь созданное юридическое лицо в целях исключения ответственности перед  контрагентами и т. п.).  

Гражданский кодекс и Закон о банкротстве не содержат норм, согласно которым  заинтересованность или аффилированность лица, либо наличие статуса контролирующего  должника лица, является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр  требований кредиторов либо основанием для понижения (субординации) очередности  удовлетворения требований связанных кредиторов по гражданским обязательствам, не  являющимся корпоративными; также нет норм, прямо регулирующих основания для  субординации текущих требований в банкротных процедурах для отмеченных лиц.  Гражданский кодекс не регулирует очередность исполнения долговых обязательств  юридического лица перед контролирующими лицами в условиях, когда наступили  правовые последствия по обращению в арбитражный суд с заявлением о самобанкротстве  юридического лица, предусмотренные статьей 9 Закона о банкротстве.  

Вместе с тем, в пункте 3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных  с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и  аффилированных с ним лиц, (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020) в  отношении выдачи займов должнику контролирующим его лицом выработан следующий  правовой подход о субординации данных обязательств.  

Требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после  удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре,  исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.  Основанием понижения очередности удовлетворения требования кредитора является  нарушение этим кредитором, контролирующим организацию-должника, собственной"  обязанности по публичному информированию участников гражданского оборота об  имущественном кризисе в подконтрольной" организации, исполняемой" путем подачи  заявления о банкротстве последней" (пункт 1 статьи 9 Закона о банкротстве).  Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество,  пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской  деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее -  компенсационное финансирование), в частности с использованием конструкции договора  займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о  банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты  компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски  не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса  Российской Федерации).  

Схожий правовой подход в отношении возможности субординации требований  кредиторов по текущим обязательствам в банкротных процедурах изложен в определении  Верховного Суда РФ от 10.02.2022 № 305-ЭС21 -14470 (1, 2) по делу № А40-101073/2019.  

По вопросу о привлечении ФИО6 к субсидиарной ответственности за  неподачу в арбитражный суд заявления о банкротстве должника, по основаниям статьи  61.12 Закона о банкротстве, суд первой инстанции установил следующие обстоятельства,  имеющие значение для существа заявленного основания ответственности.  

В соответствии с презумпциями, установленными подпунктами 1 - 3 пункта 4  статьи 61.10 Закона о банкротстве, и выпиской из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Сфера», его  контролирующим лицом является единственный участник (с 14.12.2016 по настоящее  время) и она же генеральный директор (с 18.01.2019 по настоящее время) - ФИО7.  

Кроме того, в соответствии с представленным в дело приказом ООО «Сфера» от  27.07.2018 ФИО1 за пять месяцев до внесения изменений в ЕГРЮЛ  приняла на себя полномочия генерального директора и одновременно полномочия  

главного бухгалтера должника и лица, ответственного за ведение бухгалтерского учета  ООО «Сфера».  

В отзыве ответчик подтвердил, что является контролирующим лицом должника и  его реальным руководителем.  

Согласно анализу финансового состояния предприятия от 08.06.2022,  выполненному арбитражным управляющим в деле № А32-31195/2021, сведениям о  величине чистых активов должника, опубликованных на интернет-портале «Аудит-ИТ» о  финансовых показателях ООО «Сфера» за 2017 год, стоимость чистых активов должника  составила минус 613 000 руб., то есть должник уже отвечал признакам недостаточности  имущества должника в соответствии с терминологией статьи 2 Закона о банкротстве.  

В последующие годы положение ухудшилось, так как стоимость чистых активов  должника составила минус 2 953 000 руб. на 31.12.2018, минус 369 000 руб. на 31.12.2019,  минус 5 206 000 руб. на 31.12.2020, минус 5 681 000 руб. на 31.12.2021.  

Ответчик не отрицал факт возникновения и стойкого наличия у должника  отрицательной стоимости чистых активов, начиная с финансовых итогов 2017 года и по  настоящее время.  

В соответствии с Приказом Минфина России от 28.08.2014 № 84н «Об  утверждении Порядка определения стоимости чистых активов» факт получения  должником заемных денежных средств одновременно отражается как в активе, так и в  пассиве юридического лица. Поэтому получение должником от контролирующего его  лица финансирования в виде займа, вместо надлежащей корпоративной капитализации  или получения в достаточном объеме прибыли, не может повлечь возникновение у  предприятия положительной стоимости чистых активов.  

По итогам отчетного 2017 года очередное общее собрание участников должника  должно было состояться не позднее чем через четыре месяца (то есть до 30.04.2018) после  окончания отчетного года и утверждения годовой отчетности должника (подпункт шестой  пункт 2 статьи 33 и абзац второй статьи 34 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ  «Об обществах с ограниченной ответственностью»).  

Из данных обстоятельств следует, что моментом возникновения объективного  банкротства должника следует считать 30.04.2018.  

ФИО6, как единственный участник должника, не позднее 30.04.2018 должна  была узнать о явно негативном финансовом положении должника и принять  соответствующие меры, установленные статьей 9 Закона о банкротстве.  

После неподачи руководителем должника заявления о его банкротстве в месячный  срок (то есть до 30.05.2018), ответчик, как участник должника, обязан был потребовать в  десятидневный срок (то есть до 10.06.2018) проведения досрочного общего собрания  участников должника, которое должно было бы принять решение об обращении в суд с  заявлением о банкротстве должника.  

Информированность ответчика (как единственного участника) о его негативном  финансовом состоянии должна была произойти не позднее 30.04.2018.  

Согласно приказу ООО «Сфера» от 27.07.2018 с этой даты ФИО1  назначила себя генеральным директором и главным бухгалтером должника.  

На основании статьи 9 Закона о банкротстве, у ответчика возникла личная  обязанность в течение месяца с момента назначения руководителем должника по подаче в  арбитражный суд заявления о банкротстве должника.  

Срок исполнения этой обязанности ответчика истек 27.08.2018, но  соответствующее заявление в суд не подано, т.е. ответчик допустил неправомерное  бездействие, санкция за которое установлена статьей 61.12 Закона о банкротстве.  

Таким образом, неисполнение ФИО6 сначала обязанности по созыву  общего собрания, а затем и неисполнение ответчиком личной обязанности по подаче в суд  заявления о банкротстве должника в сроки, установленные статьей 9 Закона о  банкротстве, влечет субсидиарную ответственность ФИО6 по обязанностям  

должника перед его кредиторами по правилам, установленным статьей 61.12 Закона о  банкротстве.  

После истечения (10.06.2018 как участник общества, 27.08.2018 как руководитель  общества) срока на исполнение обязанности ответчика по обеспечению подачи в  арбитражный суд заявления о признании ООО «Сфера» несостоятельным (банкротом)  должника и до даты принятия арбитражным судом заявления о банкротстве должника  (определение от 19.07.2021 по делу № А32-31195/2021), у ООО «Сфера» возникли  следующие неисполненные обязанности перед конкурсными кредиторами:  

- ООО «Глобал ФИО5» в соответствии с договором поставки от  15.08.2019, что установлено в решении от 27.11.2019 по делу № А53-33949/2019 (за  вычетом частичного погашения долга в ходе исполнительного производства в 2023 году и  принятия судом уточнения суммы иска оставшийся неисполненым размер обязательства  должника составляет на 25.01.2024 - 1 834 605,23 руб.);  

- перед ООО «Обер Хутор» на основании договора аренды за период с 06.12.2019  по 31.03.2020, что установлено в определении от 20.06.2022 по делу № А32-31195/2021 в  сумме 3 728 814,09 руб.;  

- перед ООО «Роза Хутор» на основании договора услуг за период с 28.12.2019 по  15.03.2020, что установлено в постановлении Девятого арбитражного апелляционного  суда от 07.06.2021 по делу № А40-137425/2020 (за вычетом частичного погашения долга в  ходе исполнительного производства в 2023 году и принятия судом уточнения суммы иска  оставшийся неисполненным размер обязательства должника составляет на 25.01.20241 164 057,50 руб.)  

Суд первой инстанции верно признал доказанным наличие условий презумпции,  установленной пунктом 2 статьи 61.12, о причинно-следственной связи и вине  контролирующего лица в неполном погашении требований кредиторов по обязательствам  должника, возникшим в период, начинающийся после истечения срока обязанности  ответчика по обеспечению обращения в арбитражный суд с заявлением о банкротстве  должника, и до принятия арбитражным судом заявления о банкротстве должника.  

Таким образом, доказаны все элементы юридического состава, влекущего  гражданско-правовую ответственность за неподачу ответчиком в арбитражный суд  заявления о признании несостоятельным (банкротом) должника, такие как: неправомерное  бездействие ответчика, не опровергнутая ответчиком презумпция причинно-следственной  связи и вины ответчика во вреде, причиненном истцу и соистцам неправомерным  поведением ответчика, размер вреда по неисполненным обязательствам.  

По вопросу о привлечении ФИО6 к субсидиарной ответственности за  невозможность полного погашения требований кредиторов (по основаниям статьи 61.11  Закона о банкротстве), суд первой инстанции установил следующие обстоятельства,  имеющие значение для существа заявленного основания ответственности.  

Как отмечено ранее, ответчик является контролирующим должника лицом  (единственный участник с момента учреждения компании в 2016 году и генеральный  директор с 2019 года).  

В соответствии с выпиской из ЕГРЮЛ должник осуществляет деятельность  ресторанов, а также имеет дополнительные виды деятельности: производство продуктов  питания, строительство, торговля, перевозки, гостиничная деятельность, управление  недвижимостью.  

В период до возбуждения дела о банкротстве должника, последний не исполнял  обязательства перед конкурсными кредиторами, при этом должник исполнял  обязательства по возврату займов, полученных непосредственно от ФИО1  

В материалы дела ответчик предоставил акт сверки взаимных расчетов за период с  01.01.2017 по 19.04.2022 между должником и ответчиком, копии платежных поручений, и  

квитанции к приходным кассовым ордерам, выписки с 01.01.2017 по 14.11.2023 по  банковским счетам ООО «Сфера», оборотно-сальдовые ведомости общества.  

Представленными доказательствами подтверждается, что в период с 30.05.2018 по  28.02.2021 ответчик выдавал отдельными траншами должнику займы, общий оборот  которых составил 5 595 600 руб. Одновременно должник в период с 27.07.2018 по  16.01.2020 периодически возвращал ответчику займы, общий оборот возврата составил  

3 980 500 руб. По состоянию на 19.04.2022 должник имеет перед ответчиком долг,  возникший из отмеченных займов, в размере 1 615 100 руб.  

На основании пунктов 3 и 4 статьи 1, пункта 1 статьи 2 Гражданского кодекса  Российской Федерации, статей 9 и 30 Закона о банкротстве и руководствуясь правовым  подходом Обзора от 29.01.2020 суд первой инстанции пришел к выводу, что обратный  возврат займа к ответчику, контролирующему должника, обязанного подать заявление о  признании несостоятельным (банкротым), в условиях наличия неисполненных  обязательств перед независимыми кредиторами (истцом и соистцами) нарушает их права.  

Избранная ответчиком модель ведения бизнеса позволила ФИО6 достичь  неправомерной цели - перераспределение риска утраты крупного вклада на случай  неуспешности коммерческого проекта. Однако в ситуации прибыльности данного проекта  все преимущества относились бы на это контролирующее должника лицо. Избранная  ответчиком процедура финансирования должника уже в момент ее выбора приводила к  очевидному дисбалансу прав должника (и его единственного участника) и прав  независимых кредиторов.  

Суд первой инстанции отклонил довод ответчика о недопустимости привлечения  его к субсидиарной ответственности до того, пока не завершены все мероприятия  исполнительного производства в отношении ООО «Сфера».  

В статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации перечислен открытый  перечень вариантов защиты нарушенных прав. У истца и соистцов есть следующий  независимый друг от друга ряд прав на получение задолженности от должника и/или его  контролирующих лиц:  

- взыскание с должника в порядке Закона об исполнительном производстве, 

- погашение требований кредиторов должника его арбитражным  управляющим из имущественной массы должника или погашение требований  собственником имущества должника в порядке Закона о банкротстве,  

- привлечение к субсидиарной ответственности контролирующих должника  лиц в период банкротства или после прекращения банкротного производства.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации  граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои  гражданские права своей волей и в своем интересе. Право не может быть одновременно  обязанностью. Ответчик и суд не вправе предрешать каким именно образом истцу и  соистцам реализовывать защиту их прав, нарушенных должником, под прямым  руководством ответчика. Из норм главы III.2 Закона о банкротстве и разъяснений  постановления № 53 не следует, что привлечение к субсидиарной ответственности зависит  от наличия/отсутствия исполнительного производства в отношении должника или  наличия/отсутствия у должника какого либо имущества.  

В ходе розыскной деятельности должника ООО «Сфера» и его имущества  судебные приставы-исполнители не смогли установить местонахождение должника, его  имущества либо получить сведения о принадлежащих ему денежных средствах и иных  ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в кредитных  организациях.  

Закон о банкротстве и Арбитражный процессуальный кодек Российской Федерации  не устанавливают сроков и перечня мероприятий и процедур исполнительного  производства, необходимых для возникновения права истца на обращение с заявлением о  привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц после  

завершения процедур его несостоятельности (банкротства), если обязательства должника  перед кредитором (истцом) не были погашены в ходе банкротного дела должника.  

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным  (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц,  если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим  лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок  должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)».  

Как следует из заключения об отсутствии признаков фиктивного банкротства и  наличии признаков преднамеренного банкротства на предприятии от 08.06.2022  ответчиком совершено изъятие из оборота ООО «Сфера» 4 253 500 руб. в период с  20.07.2018 по 02.07.2020, путем снятия наличных денежных средств с расчетного счета  должника ООО «Сфера» в АО «Альфа-Банк» № 407028108261700001598 под отчет, при  этом документов, подтверждающих расходование данных денежных средств не  представлено.  

Снятие денежных средств осуществлено ответчиком в отсутствие встречного  предоставления при наличии признаков неплатежеспособности.  

Доводы ответчика о том, что в 2023 году были взысканы денежные средства с  дебитора («Новая Волна») и частично погашены обязательства ООО «Сфера», ответчиком  подано заявлено о возбуждении уголовного дела по факту пропажи 28.08.2019 имущества  должника, не являются основанием для отказа в удовлетворения заявления о привлечении  ответчика к субсидиарной ответственности.  

Указанные действия совершены ответчиком в 2022 году (постановление о  возбуждении уголовного дела от 02.07.2022), то есть по прошествии почти трех лет с  момента пропажи имущества должника. Исковое заявление о взыскании денежных  средств было подано в сентябре 2022 года.  

Доводы ответчика о предложении, направленном в адрес кредиторов, передать  временное строение (беседку), возведенную на территории, арендуемой у ООО «Роза  Хутор» в счет погашения долга подлежат отклонению, поскольку предложение не было  акцептовано кредиторами. Данное имущество не могло быть адекватным погашением  обязательств должника перед кредиторами, так как эта временная постройка подлежала  сносу по решению суда от 12.02.2021 по делу № А40-137425/2020, о чем было известно  ответчику.  

Судебная коллегия не находит оснований не согласиться с приведенными  выводами суда первой инстанции.  

Рассмотрев вопрос о возможности утверждения мирового соглашения, принятия  отказа ООО «Глобал ФИО5» от требований, суд первой инстанции верно  руководствовался следующим.  

Мировое соглашение для урегулирования отношений ответственности,  предусмотренной главой III.2 Закона о банкротстве, заключается по правилам главы 15  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с особенностями,  установленными специальными положениями статьи 61.21 Закона о банкротстве (пункт  1).  

В соответствии с разъяснениями абзаца третьего пункта 13 постановления Пленума  Высшего Арбитражного Суда РФ от 18.07.2014 № 50 «О примирении сторон в  арбитражном процессе» (далее - «постановление № 50») мировое соглашение в  обязательном порядке должно содержать согласованные сторонами сведения о его  условиях, которые должны быть четкими, ясными и определенными, о размере и о сроках  исполнения обязательств друг перед другом или одной стороной перед другой (часть 2  статьи 140 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) с тем, чтобы  не было неясностей и споров по поводу его содержания при исполнении, а само мировое  

соглашение было исполнимым с учетом правил о принудительном исполнении судебных  актов.  

В соответствии с разъяснениями пункт 18 постановления № 50, если стороной  заявлено ходатайство об утверждении мирового соглашения и арбитражный суд при  рассмотрении данного ходатайства установит, что воля обеих сторон на заключение  такого соглашения не выражена и названное ходатайство явно направлено на срыв  судебного заседания, затягивание судебного процесса, воспрепятствование рассмотрению  дела и принятию законного и обоснованного судебного акта (например, к ходатайству не  приложен проект мирового соглашения, проект мирового соглашения не подписан  сторонами или подписан только одной из сторон), то суд не рассматривает вопрос об  утверждении мирового соглашения. В связи с этим определение об отказе в утверждении  мирового соглашения (часть 9 статьи 141 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации) не выносится; и суд на основании части 5 статьи 159  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отказывает в  удовлетворении названного ходатайства. Возражения в отношении данного определения  могут быть заявлены при обжаловании судебного акта, которым заканчивается  рассмотрение дела по существу (часть 2 статьи 188 Кодекса); его вынесение не  препятствует представлению впоследствии на утверждение арбитражного суда мирового  соглашения, согласованного между сторонами.  

Изучив содержание представленного мирового соглашения и доводы сторон спора,  суд первой инстанции пришел к выводу, что рассматриваемое мировое соглашение не  отвечает критерию его исполнимости, так как содержит в себе дополнительные условия, в  отношении которых неизвестно наступят они или нет. Причем одно из условий мирового  соглашения (пункт 3) касается отказа от неустановленного размера требований истца к  должнику в рамках иного дела ( № А53-35169/2023, которое по состоянию на 25.01.2024  находится в стадии рассмотрения в суде первой инстанции), что квалифицируется судом  как отказ от права на судебную защиту, гарантированного статьей 11 Гражданского  кодекса Российской Федерации. Условие мирового соглашения (пункт 5) об обязательстве  ответчика ФИО6 уплатить денежные средства 500 000 руб., (в случае их неуплаты  истцу должником), противоречит двум определениям арбитражного суда по настоящему  делу от 10.03.2023 о применении обеспечительных мер (аресты денежных средств на  банковских счетах ФИО6 в размерах 3 728 814,09 руб. и 2 850 397,30 руб.), что  нарушает права соистцов.  

В нарушение пунктов 3 и 4 статьи 61.21 Закона о банкротстве мировые  соглашения, предложенные истцом, третьим лицом и ответчиком, не содержат положений  в отношении прав соистцов; к рассматриваемым двум вариантам мирового соглашения не  приложено его единогласное одобрение соистцами. Предложенные варианты мирового  соглашения не раскрывают сведения об имуществе в размере, достаточном для  исполнения соглашения, а потому данные мировые соглашения не могут быть  утверждены судом, как это императивно установлено пунктом 2 статьи 61.21 Закона о  банкротстве.  

При обозрении двух поступивших вариантов мирового соглашения и  соответствующих ходатайств суд первой инстанции установил, что данное соглашение не  подписано обеими сторонами как единый документ. Содержание абзаца первого пункта 1  мирового соглашения, (подписанного ответчиком и должником) отличается от  содержания абзаца первого пункта 1 мирового соглашения, подписанного истцом. В  редакции мирового соглашения (пункт 1) в версии истца отсутствует ссылка на номер  дела и указание на предмет исковых требований, т.е. тексты мировых соглашений сторон  не тождественны.  

С учетом изложенных обстоятельств и нарушения процедуры подготовки мирового  соглашения его сторонами, нарушения в соглашении норм закона и прав соистцов, суд  

первой инстанции правомерно отметил, что единая воля сторон мирового соглашения в  нем не выражена, а его стороны преследуют иные цели.  

Суд первой инстанции пришел к выводу, что мировое соглашение в заявленной  редакции не учитывает требования соистцов (ООО «Роза Хутор и ООО «Обер Хутор»),  воли на его одобрение указанными заинтересованными лицами, выражено не было,  рассматриваемый проект мирового соглашения сам по себе реализует преимущественное  удовлетворение должником (ООО «Сфера»), имеющим признаки неплатежеспособности  (отрицательная стоимость чистых активов), требований одного кредитора перед другими  кредиторами, чем нарушает права и законные интересы ООО «Роза Хутор и ООО «Обер  Хутор», которые не выразили свое согласие на неравное положение по сравнению с  истцом (ООО «Глобал ФИО5»).  

Таким образом, мировое соглашение, представленное ООО «Глобал ФИО5» и ответчиком, не соответствует пунктам 2 - 4 статьи 61.21 Закона о  банкротстве, не согласуется с предусмотренным статьи 7 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации равным правом всех участников арбитражного процесса  на судебную защиту своих прав и законных интересов, в связи с чем, в силу части 3 статьи  139 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не может быть  утверждено судом.  

С учетом вышеизложенного, в удовлетворении ходатайства об утверждении  мирового соглашения правомерно отказано.  

07.02.2024 от ООО «Глобал ФИО5» в материалы дела поступило  ходатайство об отказе от исковых требований. Заявление мотивировано тем, что стороны  заключили мировое соглашение, согласно пункту 1 которого ООО «Сфера» во исполнение  требований ООО «Глобал ФИО5» к ФИО1  обязуется выплатить 500 000 руб. в счет погашения задолженности. При условии выплаты  указанной суммы, ООО «Глобал ФИО5» обязывается (пункт 3 соглашения)  отказаться от исковых требований к ФИО6 по делу № А32-43186/2022.  

В соответствии со статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде любой инстанции до  принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в суде  соответствующей инстанции, отказаться от иска полностью или частично.  

Согласно пункту 5 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации арбитражный суд не принимает отказ истца от иска, если это противоречит  закону или нарушает права других лиц. В подобных случаях суд рассматривает дело по  существу.  

Учитывая приведенные в заявлении об отказе от исковых требований основания,  принимая во внимание вышеперечисленные обстоятельства, суд первой инстанции  пришел к выводу, что данный отказ не подлежит принятию судом, поскольку нарушает  права и законные интересы соистцов по делу.  

Несогласие с оценкой имеющихся в деле доказательств и с толкованием судом  первой инстанции норм материального права, подлежащих применению в деле, не  свидетельствует о том, что судом допущены нарушения, не позволившие всесторонне,  полно и объективно рассмотреть дело.  

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы  проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы  юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, повлияли бы на их  обоснованность и законность либо опровергли выводы суда, в связи с этим признаются  судом апелляционной инстанции несостоятельными.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае  основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.  

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 271 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 09.02.2024 по делу   № А32-43186/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия. 

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд  Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в  законную силу настоящего постановления.  

Председательствующий М.Ю. Долгова  

Судьи Я.А. Демина 

 Г.А. Сурмалян