ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, 

<

...>

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А05-13366/2024

г. Вологда

09 июня 2025 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 03 июня 2025 года.

В полном объёме постановление изготовлено 09 июня 2025 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Колтаковой Н.А., судей Зреляковой Л.В. и Ралько О.Б.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Гавриловой А.А.,

при участии от прокуратуры Архангельской области и Ненецкого автономного округа представителя ФИО1 по доверенности от 11.12.2024, от муниципального казенного учреждения «Управление по капитальному строительству» представителя ФИО2 по доверенности от 17.06.2024, от общества с ограниченной ответственностью «Дизайнпроектстрой» представителя ФИО3 по доверенности от 09.01.2025, от администрации Приморского муниципального округа Архангельской области представителя ФИО4 по доверенности от 09.01.2025, от Министерства строительства и архитектуры Архангельской области представителя ФИО5 по доверенности от 23.04.2025,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы веб-конференции апелляционную жалобу первого заместителя прокурора Архангельской области и Ненецкого автономного округа на решение Арбитражного суда Архангельской области от 17 января 2025 года по делу № А05-13366/2024, 

у с т а н о в и л:

первый заместитель прокурора Архангельской области и Ненецкого автономного округа (адрес: 163002, Архангельская обл., г. Архангельск, пр. Новгородский, д. 15; ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; далее - Прокурор) обратился в Арбитражный суд Архангельской области с исковым заявлением, поданным в интересах Приморского муниципального округа Архангельской области в лице администрации Приморского муниципального округа Архангельской области (адрес: 165302, 

<

...>; ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к муниципальному казенному учреждению «Управление по капитальному строительству» (адрес: 163002, 

<

...>; ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; далее Учреждение) и обществу с ограниченной ответственностью «Дизайнпроектстрой» (адрес: 165300, Архангельская обл., г. Котлас, пер. Менжинского, д. 19; ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; далее – Общество) о признании недействительным муниципального контракта от 03.02.2023 № 3292101158523000001 на выполнение работ по строительству объекта «Дом культуры в пос. Талаги Приморского района» и применении последствий недействительности ничтожной сделки в виде взыскания с Общества в пользу Учреждения 74 428 767 руб. 12 коп. денежных средств, уплаченных по оспариваемому контракту.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены администрация Приморского муниципального округа Архангельской области (ИНН 

<

***>; адрес: 165302, 

<

...>; далее - Администрация), Министерство строительства и архитектуры Архангельской области (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 163004, 

<

...>; далее - Министерство), Управление по инфраструктурному развитию и муниципальному хозяйству администрации муниципального образования «Приморский муниципальный район» (ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>; адрес: 163002, 

<

...>; далее Управление). 

Решением суда от 17.01.2025 в иске отказано.

Прокурор с решением суда не согласился и обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить. 

В обоснование доводов жалобы указывает, что факт вступления в законную силу постановления о привлечении Общества к административной ответственности 31.01.2023, то есть после подведения итогов аукциона, не имеет правового значения, поскольку на дату подачи заявки Общество располагало сведениями о привлечении его 23.12.2023 к административной ответственности и, действуя добросовестно и осмотрительно, не должно было подавать заявку на участие в закупке до рассмотрения апелляционной жалобы на постановление суда о привлечении к административной ответственности. Кроме того, Прокурор отмечает, что постановление о привлечении Общества к административной ответственности вступило в законную силу 31.01.2023, в то время как спорный контракт заключен ответчиками позднее – 03.02.2023.

Также податель апелляционной жалобы считает, что судом сделан ошибочный вывод о пропуске срока исковой давности, так как по требованиям применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной срок исковой давности равен трем годам.  

Помимо этого, податель апелляционной жалобы не согласен с выводом суда первой инстанции о том, что с учетом исполнения оспариваемого контракта признание его недействительным не повлечет восстановление нарушенных прав истца, применение последствий, предусмотренных пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ), и приведение сторон в первоначальное положение с возвращением полученного по сделке будет невозможно.

Доводы апелляционной жалобы поддержаны представителем в судебном заседании.

Министерство, Учреждение, Общество, Администрация в отзывах на апелляционную жалобу, а также их представители в судебном заседании просят решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Судом апелляционной инстанции, в порядке статьи 124 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), принято уточнение наименования администрации Приморского муниципального района Архангельской области на администрацию Приморского муниципального округа Архангельской области.

Также в суд апелляционной инстанции поступило ходатайство Администрации о привлечении в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований Министерства сельского хозяйства Российской Федерации, Правительства Архангельской области и акционерного общества «Североалмаз».

Указанное ходатайство поддержано представителем Администрации в судебном заседании. 

Суд, апелляционной инстанции отказал в удовлетворении ходатайства на основании части 3 статьи 266 АПК РФ, поскольку в арбитражном суде апелляционной инстанции не применяются правила о привлечении к участию в деле третьих лиц. 

Обжалуемое решение не затрагивает права заявленных третьих лиц.

Судебное заседание состоялось в соответствии со статьями 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). 

Исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции считает, что обжалуемый судебный акт подлежит отмене, исковые требования - удовлетворению. 

Как следует из материалов дела, Учреждением (заказчик) в рамках Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее Закон № 44-ФЗ) осуществлена закупка в форме электронного аукциона на право заключения муниципального контракта на проведение работ по строительству объекта «Дом культуры в пос. Талаги Приморского района» (протокол подведения итогов определения поставщика от 23.01.2023).

По результатам закупки Учреждением и Обществом (исполнитель, подрядчик) 03.02.2023 заключен контракт № 3292101158523000001 на сумму 75 711 111 руб. 11 коп. со сроком исполнения - не позднее 30.11.2024. Дополнительным соглашением от 05.07.2024 цена увеличена до 81 211 995 руб. 91 коп. 

Судом первой инстанции (на основании данных, представленных истцом) установлено, что на момент вынесения решения контракт частично не исполнен, фактически оплачено 74 428 767 руб. 12 коп.

Заявляя требования, Прокурор ссылается на пункт 2 статьи 168 ГК РФ, пункт 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее Постановление № 25), части 1 и 9 статьи 31, часть 9 Закона № 44-ФЗ.

Прокурор указывает на то, что поскольку на момент подачи заявки на участие в закупке, проводимой Учреждением, и заключения с исполнителем контракта Общество на основании постановления мирового судьи от 23.12.2022 было привлечено к административной ответственности по части 1 статьи 19.28 КоАП РФ, это обстоятельство исключало его участие в аукционе.

Кроме того, по мнению Прокурора, то, что муниципальный контракт является ничтожной сделкой, свидетельствует о выполнении Обществом услуг в отсутствие контракта, заключенного между сторонами с соблюдением требований, предусмотренных Законом № 44-ФЗ, из чего следует, что у Учреждения не возникла обязанность по оплате фактически выполненных работ, а у Общества не возникло право ни на получение предусмотренных договором денежных средств, ни на возврат исполненного по недействительной сделке.

Позиция ответчиков и Администрации сводится к утверждению о том, что на момент подведения итогов электронного аукциона 23.01.2023 Общество еще не имело действующего постановления о привлечении к административной ответственности, так как оно вступило в силу лишь 31.01.2023. Также ответчики и Администрация ссылаются на отсутствие нарушений публичных интересов. Кроме того, ответчиками заявлено о пропуске срока исковой давности.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении исковых требований.

При вынесении решения суд первой инстанции исходил из того, что Общество привлечено к административной ответственности по статье 19.28 КоАП РФ постановлением мирового судьи от 23.12.2022, однако датой вступления в законную силу постановления считается 31.01.2023, то есть уже после подведения итогов аукциона. С учетом этого суд посчитал, что на момент подведения итогов электронного аукциона 23.01.2023 в отношении Общества еще не имелось вступившего в законную силу постановления о привлечении к административной ответственности. Соответственно, на момент подведения итогов Общество отвечало требованиям законодательства, и его признание победителем аукциона являлось правомерным. Суд сделал вывод о законности решения комиссии о признании Общества победителем аукциона, поскольку на момент подведения итогов у Общества не имелось действующих административных наказаний, предусмотренных статьей 19.28 КоАП РФ. Кроме того, суд счел обоснованным поданное заявление о пропуске срока исковой давности. 

Апелляционный суд считает, что обжалуемый судебный акт подлежит отмене, а исковые требования удовлетворению. Коллегия пришла к выводу о том, что судом первой инстанции не было учтено следующее.

Из материалов дела видно, что в Единой информационной системе в сфере закупок (далее – ЕИС) 12.01.2023 размещено уведомление о проведении электронного аукциона на проведение работ по строительству, реконструкции, капитальному ремонту, сносу объекта капитального строительства, которому присвоен номер 0124300013023000001 (далее – Закупка).

Дата и время окончания срока подачи заявок по закупке – 09 час 00 мин. 20.01.2023 

Для участия в указанном электронном аукционе ответчиком 19.01.2023 подана заявка, в составе которой указаны данные о том, что Общество в течение двух лет до момента подачи заявки на участие в закупке не было привлечено к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного статьей 19.28 КоАП РФ (том 3 лист 81).

Согласно протоколу подведения итогов определения поставщика (подрядчика, исполнителя) № 0124300013023000001 заявка Общества признана соответствующей требованиям законодательства и документации электронного аукциона (том 1 листы 100 – 104).

По результатам подведения итогов электронного аукциона Учреждение и Общество 03.02.2023 заключили спорный муниципальный контракт. 

Прокуратурой установлено, что до даты подачи заявки на участие в закупке постановлением мирового судьи судебного участка № 1 Котласского судебного района Архангельской области от 23.12.2022 по делу № 5-1439/2022, оставленным без изменения решением Котласского городского суда Архангельской области от 31.01.2023 по делу № 12-29/2023, Общество признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 19.28 КоАП РФ, с назначением административного наказания в виде штрафа в размере 500 000 руб. с конфискацией стоимости услуг имущественного характера в размере 1 000 000 руб.

При подписании оспариваемого контракта Общество не указало на наличие в отношении него постановления о привлечении к административной ответственности по статье 19.28 КоАП РФ.

Полагая, что спорный контракт является недействительной (ничтожной) сделкой, прокурор обратился в арбитражный суд.

Согласно части 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Полномочия прокуратуры Российской Федерации, связанные с участием прокуроров в рассмотрении дел судами, реализуемые в целях защиты прав и свобод граждан, а также охраняемых законом интересов общества и государства (пункт 3 статьи 1, статья 35 Федерального закона от 17.01.1992 № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации»), вытекают из ее конституционно-правового статуса, закрепленного в статье 129 Конституции Российской Федерации.

В силу части 1 статьи 52 АПК РФ прокурор вправе обратиться в арбитражный суд с иском о признании недействительными сделок, совершенных с нарушением требований законодательства о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, в том числе заказчиками, поставщиками (подрядчиками, исполнителями), субподрядчиками, соисполнителями, участвующими в обеспечении государственных и муниципальных нужд, не указанными в абзацах третьем и четвертом указанной части, и о применении последствий недействительности таких сделок.

В силу пункта 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться иные последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Из разъяснений, приведенных в пункте 74 Постановления № 25 следует, что договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность.

Применительно к статьям 166 и 168https://login.consultant.ru/link/?req=doc&base=LAW&n=452991&dst=367 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы (пункт 75 Постановления № 25).

Нарушение требований Закона № 44-ФЗ предполагает недобросовестность обеих сторон сделки, в связи с чем исполнитель (подрядчик) не может рассчитывать на получение платы, так как извлечение преимущества из незаконного или недобросовестного поведения противоречит статье 1 ГК РФ. Такая сделка совершается в обход явно выраженного запрета, установленного законом.

В силу статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом. В случае если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные пунктом 2 названной статьи, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены данным Кодексом.

По смыслу статьи 6 Закона № 44-ФЗ открытость, прозрачность информации о контрактной системе в сфере закупок, обеспечение конкуренции отнесены к принципам контрактной системы в сфере закупок. При этом согласно статье 8 Закона № 44-ФЗ под принципом обеспечения конкуренции понимается создание равных условий для обеспечения конкуренции между участниками закупок, при которых любое заинтересованное лицо имеет возможность в соответствии с законодательством Российской Федерации и иными нормативными правовыми актами о контрактной системе в сфере закупок стать поставщиком (подрядчиком, исполнителем). К созданию равных условий при выявлении лучших условий поставок товаров, выполнения работ, оказания услуг относится запрет на совершение заказчиками, участниками закупок любых действий, которые противоречат требованиям данного Федерального закона, в том числе приводят к ограничению конкуренции, в частности к необоснованному ограничению числа участников закупок.

В соответствии с пунктом 1 статьи 442 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

Согласно части 2 статьи 8 Закона № 44-ФЗ запрещается совершение заказчиками, специализированными организациями, их должностными лицами, комиссиями по осуществлению закупок, членами таких комиссий, участниками закупок любых действий, которые противоречат требованиям указанного закона.

Пунктом 1 части 1 статьи 31 Закона № 44-ФЗ предусмотрено, что при осуществлении закупки заказчик устанавливает единые требования к участникам закупки, в том числе соответствие требованиям, установленным в соответствии с законодательством Российской Федерации к лицам, осуществляющим поставку товара, выполнение работы, оказание услуги, являющихся объектом закупки.

Участник закупки должен соответствовать требованиям, предусмотренным Законом № 44-ФЗ, с момента подачи им заявки на участие в электронном аукционе и до момента выявления победителя (пункт 5 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о применении пункта 9 части 1 статьи 31 Закона № 44-ФЗ, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.09.2016).

Участник закупки - юридическое лицо, которое в течение двух лет до момента подачи заявки на участие в закупке не было привлечено к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного статьей 19.28 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (пункт 7.1 части 1 статьи 31 Закона № 44-ФЗ).

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 10 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о применении пункта 9 части 1 статьи 31 Закона № 44-ФЗ, нарушение требований части 1 статьи 31 Закона № 44-ФЗ влечет ничтожность государственного контракта на основании пункта 2 статьи 168 ГК РФ.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 18 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017 (далее – Обзор от 28.06.2017), следует, что государственный (муниципальный) контракт, заключенный с нарушением требований Закона № 44-ФЗ и влекущий, в частности, нарушение принципов открытости, прозрачности, ограничение конкуренции, необоснованное ограничение числа участников закупки, а следовательно, посягающий на публичные интересы и (или) права и законные интересы третьих лиц, является ничтожным.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы (статья 71 АПК РФ).

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ имеющиеся в деле доказательства, доводы и пояснения сторон по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном их исследовании и взаимной связи доказательств в их совокупности, принимая во внимание вступившее в законную силу постановление мирового судьи судебного участка № 1 Котласского судебного района Архангельской области от 23.12.2022 по делу № 5-1439/2022, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что контракт заключен сторонами в нарушение законодательно установленного пунктом 7.1 части 1 статьи 31 Закона № 44-ФЗ запрета на осуществление закупки с лицом, которое было привлечено к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного статьей 19.28 КоАП РФ об административных правонарушениях; Общество на момент заключения контракта не соответствовало требованиям пункта 7.1 части 1 статьи 31 Закона № 44-ФЗ.

Осуществление закупки с лицом, не отвечающим требованиям закона, предъявляемым к такому участнику, и последующее заключение и исполнение контракта, является прямым нарушением закона со стороны такого лица.

Контракт, заключенный Учреждением с Обществом, не отвечающий требованиям, предъявляемым к участникам закупки для муниципальных нужд, противоречит существу законодательного регулирования и посягает на интересы неопределенного круга лиц.

Обстоятельство вступления в законную силу постановления мирового судьи о привлечении Общества к административной ответственности после подведения итогов аукциона, в данном случае не имеет правового значения, поскольку на дату подачи заявки Общество располагало сведениями о привлечении его к административной ответственности.

С учетом указанного апелляционный суд приходит к выводу, что действия Общества по заключению контракта говорят о недобросовестном поведении.

Признание контракта ничтожной сделкой свидетельствует о выполнении Обществом работ в отсутствие контракта.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2013 № 18045/12, а также приведенной в пункте 20 Обзора от 28.06.2017, поставка товаров, выполнение работ или оказание услуг в целях удовлетворения государственных или муниципальных нужд, в отсутствие государственного или муниципального контракта не порождает у исполнителя право требовать оплаты соответствующего предоставления.

Отстранение участника закупки от участия в определении поставщика (подрядчика, исполнителя) или отказ от заключения контракта с победителем (поставщиком, подрядчиком, исполнителем) осуществляется в любой момент до заключения контракта, если заказчик или комиссия по осуществлению закупок обнаружит, что участник закупки не соответствует требованиям, указанным в части 1, частях 1.1, 2 и 2.1 (при наличии таких требований) статьи 31 Закона № 44-ФЗ, или предоставил недостоверную информацию в отношении своего соответствия указанным требованиям (часть 9 статьи 31 Закона № 44-ФЗ). Постановление о привлечении к административной ответственности вступило в законную силу до заключения контракта от 19.07.2022, в связи с чем Общество должно было уведомить заказчика об изменении обстоятельств, имеющих правовое значение.

С учетом изложенного апелляционная коллегия приходит к выводу о том, что в отсутствие контракта фактическое выполнение работ не влечет возникновения у заказчика обязанности по их оплате, поэтому уплаченные заказчиком денежные средства подрядчику подлежат возврату заказчику.

Подобный правовой подход соответствует сложившейся судебной практике (определения Верховного Суда Российской Федерации от 27.01.2023 № 308-ЭС22-27151, от 07.07.2021 № 309-ЭС21-10522, от 23.12.2021 № 306-ЭС21-24260,, от 05.06.2024 № 308-ЭС24-7834).

Вместе с тем при рассмотрении вопроса о применении последствий недействительности сделки апелляционный суд считает необходимым учитывать следующее.

Действительно, по общему правилу поставка товаров (выполнение работ, оказание услуг) в целях удовлетворения государственных или муниципальных нужд в отсутствие государственного или муниципального контракта не порождает у поставщика (подрядчика, исполнителя) права требовать оплаты соответствующего предоставления, поскольку иной подход допускал бы поставку товаров (выполнение работ, оказание услуг) для государственных или муниципальных нужд в обход норм Закона № 44-ФЗ (статья 10 ГК РФ, пункт 20 Обзора от 28.06.2017).

При этом исполнение ничтожного контракта не препятствует ни признанию его недействительным, ни возврату в порядке реституции поставщиком (подрядчиком, исполнителем) оплаты, полученной от заказчика.

Следовательно, в ситуации, когда в ходе заключения государственного (муниципального) контракта допущено нарушение публичных интересов, надлежит исходить из отсутствия у поставщика (подрядчика, исполнителя) права на получение встречного предоставления, с учетом чего сумма оплаты, произведенной заказчиком, подлежит взысканию с поставщика (подрядчика, исполнителя) по правилам главы 60 ГК РФ, что по экономическим последствиям аналогично механизму односторонней реституции.

Вместе с тем пунктом 32 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3(2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2020, разъяснено, что представление исполнителем государственного контракта недостоверных документов при проведении конкурса на его заключение может являться основанием ничтожности указанного контракта. Если заказчик, принимая исполнение по такому договору, не знал и не должен был знать о наличии оснований его ничтожности, применение положений пункта 5 стать 166 ГК РФ исключается.

То есть применение последствий в виде возврата уплаченных денежных средств (односторонняя реституция) возможно только в случае, если заказчик, принимая исполнение по контракту, не знал и не должен был знать о наличии оснований его ничтожности, а поставщик (подрядчик, исполнитель), заключивший порочный контракт, напротив, обладал такой информацией, действуя заведомо недобросовестно (определение Верховного Суда Российской Федерации от 17.06.2020 N 310-ЭС19-26526).

Другими словами (применяя по аналогии правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации в отношении части 3 статьи 51 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции», высказанную в постановлении от 17.02.2022 № 7-П), ничтожность государственного (муниципального) контракта сама по себе не может влечь возложение на поставщика (подрядчика, исполнителя) обязанности возвратить все полученное по сделке по правилам главы 60 ГК РФ, если несоответствие торгов и (или) контракта положениям законодательства, влекущее вывод о ничтожности, могло быть установлено заказчиком при обычной внимательности и осмотрительности, а хозяйствующий субъект не совершил каких-либо действий (бездействия), направленных на сокрытие этого несоответствия.

Если подобные обстоятельства в ходе рассмотрении дела не установлены, то при недействительности государственного (муниципального) контракта должны применяться общие последствия недействительности сделок, определенные статьей 167 ГК РФ (двусторонняя реституция).

В то же время при применении двусторонней реституции необходимо принимать во внимание следующее.

В случае невозможности возвратить полученное имущество в натуре (в том числе, когда полученное публичным заказчиком выражается в пользовании имуществом, предоставленном контрагентом, выполненной им работе или оказанной услуге) презумпция равенства взаимных предоставлений по недействительной сделке, установленная в пункте 80 Постановления № 25, не применяется.

Иной подход вошел бы в противоречие с пунктом 4 статьи 1 ГК РФ, поскольку последствия противоправного поведения контрагента по заключению ничтожной сделки по экономическому результату были бы тождественны ее исполнению, хотя формирование цены сделки состоялось с пороками, не позволяющими выявить экономически обоснованную стоимость имущества.

В подобной ситуации на контрагента возлагается бремя доказывания фактических расходов, понесенных в связи с осуществлением встречного предоставления, размер которых определяется судом исходя из конкретных обстоятельств рассматриваемого спора, но не может быть равным договорной цене такого предоставления. Величина этих расходов и составляет объем денежной реституционной обязанности публичного заказчика перед контрагентом.

В судебном заседании 29.04.2025 судом апелляционной инстанции были поставлены на обсуждение вопросы: знал ли заказчик, мог ли знать, мог ли установить при должной степени внимательности и осмотрительности, что в отношении подрядчика на дату подачи заявки было вынесено постановление о привлечении подрядчика к административной ответственности по статьи 19.28 КоАП РФ? Совершал ли подрядчик действия/бездействия по сокрытию сведений о вынесении в отношении него постановления о привлечении к административной ответственности по статье 19.28 КоАП РФ?

По итогам обсуждения данных вопросов рассмотрение апелляционной жалобы было отложено и определением суда от 29.04.2025 Обществу и остальным лицам, участвующим в деле, было предложено представить письменные пояснения с документальным подтверждением по заданным вопросам. 

По изложенным вопросам Обществом даны пояснения (в том числе письменно в заявлении от 27.05.2025), о том, что Общество не может утверждать наличие возможности заказчика обладать соответствующей информацией как теоретически, так и практически, на дату подачи заявки, а также и впоследствии в ходе приемки выполненных работ при исполнении контракта. Также Общество настаивает на позиции о том, что не должно предоставлять информацию о потенциальной возможности несоответствия участника закупки требованиям законодательства, полагая, что имело право участвовать в закупке, поскольку на момент подачи заявки постановление о привлечении к административной ответственности не вступило в законную силу.

Учреждение пояснило, что не имело возможности получить информацию о том, что на дату подачи заявки на участие в торгах в отношении Общества было принято постановление о привлечении к административной ответственность, поскольку отсутствует техническая возможность изучать все сайты мировых судей РФ. Также Учреждение отметило отсутствие у него возможности получить информацию о том, скрывало ли Общество факт привлечения его к административной ответственности по статье 19.28 КоАП РФ, поскольку Учреждение в своей деятельности исходит из принципа добросовестности (пункт 3 статьи 1, пункт 1 статьи 10 ГК РФ).

Министерство в дополнительных пояснениях от 26.05.2025 указало, что на дату подведения итогов торгов (23.01.2023) информация о привлечении Общества к административной ответственности по статье 19.28 КоАП РФ отсутствовала. Также Министерство, как и Учреждение, сослалось на принцип добросовестности (пункт 3 статьи 1, пункт 1 статьи 10 ГК РФ).

Кроме того, в судебном заседании апелляционной коллегии было пояснено, что до вступления постановления о привлечении к административной ответственности в законную силу соответствующая информация в ЕИС не вносится. Указанное пояснение подтверждается данными ЕИС.

Как следствие, у заказчика отсутствовала возможность получить информацию о привлечении подрядчика к административной ответственности из открытых источников. 

Таким образом, апелляционная коллегия, исследовав рассматриваемый вопрос, приходит к выводу о непредставлении Обществом, в нарушение статьи 65 АПК РФ, доказательств того, что Учреждение как заказчик знало либо при обычной степени внимательности и осмотрительности должно было знать о сокрытии Обществом информации о вынесении в отношении него постановления о привлечении к административной ответственности по статье 19.28 КоАП РФ.  

На основании изложенного апелляционный суд усматривает основания для применения односторонней реституции.

В ходе рассмотрения апелляционной жалобы было установлено, что в рамках спорного контракта были выполнены работы на сумму 82 211 995 руб. 91 коп. В материалы дела представлены подтверждающие платежные документы.

Как разъяснено в пункте 79 Постановления № 25 суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки (реституцию) по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, а также в иных предусмотренных законом случаях (пункт 4 статьи 166 ГК РФ).

По смыслу статей 56 ГПК РФ, 65 АПК РФ при решении вопроса о применении по своей инициативе последствий недействительности ничтожной сделки суду следует вынести указанный вопрос на обсуждение сторон.

В мотивировочной части решения должно быть указано, какие публичные интересы подлежат защите, либо содержаться ссылка на специальную норму закона, позволяющую применить названные последствия по инициативе суда.

Вопрос применения последствий недействительности сделки в виде взыскания денежных средств в сумме 82 211 995 руб. 91 коп. был поставлен апелляционным судом на обсуждение лиц, участвующих в деле. Представителями даны появления в судебном заседании. В целом представители придерживались изложенных ранее позиций.

На то, что оспариваемый контракт нарушает публичные интересы содержится указание в пункте 18 Обзора от 28.06.2017, согласно которому государственный (муниципальный) контракт, заключенный с нарушением требований Закона № 44-ФЗ и влекущий, в частности, нарушение принципов открытости, прозрачности, ограничение конкуренции, необоснованное ограничение числа участников закупки, а, следовательно, посягающий на публичные интересы и (или) права и законные интересы третьих лиц, является ничтожным.

То тесть оспариваемый контракт посягает на публичные интересы уже в силу того, что он заключен с нарушением требований Закона № 44-ФЗ и влечет нарушение принципов открытости, прозрачности, ограничение конкуренции.

Кроме того, в пункте 75 Постановления № 25 указано, что сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы.

Прокуратурой пояснено, что заключением оспариваемого ничтожного контракта нарушены права потенциальных участников закупки и муниципального образования на получение денежных средств, необоснованно выплаченных Обществу.

При таких обстоятельствах апелляционный суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с Общества в пользу Учреждения 82 211 995 руб. 91 коп., уплаченных по контракту.

Денежные средства взыскиваются в пользу Учреждения как стороны контракта.

Вывод суда о наличии оснований для применения срока исковой давности апелляционный суд признает ошибочным.

Статьей 195 ГК РФ установлено, что исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ (статья 196 названного Кодекса).

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Из пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее - Постановление № 43) следует, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

В соответствии с пунктом 1 статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 названной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

Суд первой инстанции счел, что контракт, заключенный по итогам проведения торгов, является оспоримой сделкой.

Ссылаясь на пункт 2 статьи 181 ГК РФ, суд, исходя из того, что спорный контракт заключен ответчиками 03.02.2023, иск предъявлен в суд 30.10.2024, применил годичный срок исковой давности и посчитал его пропущенным.

Вместе с тем, как было указано ранее, оспариваемая сделка является ничтожной.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 5 Постановления № 43, по смыслу пункта 1 статьи 200 ГК РФ при обращении в суд органов государственной власти, органов местного самоуправления, организаций или граждан с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц в случаях, когда такое право им предоставлено законом (часть 1 статьи 45 и часть 1 статьи 46 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, часть 1 статьи 52 и часть 1 и 2 статьи 53, статья 53.1 АПК РФ), начало течения срока исковой давности определяется исходя из того, когда о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, узнало или должно было узнать лицо, в интересах которого подано такое заявление.

Как разъяснено в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.03.2012 № 15 «О некоторых вопросах участия прокурора в арбитражном процессе» при рассмотрении исков прокурора о признании сделки недействительной и о применении последствий недействительности ничтожной сделки необходимо исходить из того, что начало течения срока исковой давности определяется по правилам гражданского законодательства таким же образом, как если бы за судебной защитой обращалось само лицо, право которого нарушено.

В силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Оспариваемый контракт заключен 03.02.2023, исковое заявление было направлено в суд 01.10.2024 (согласно штемпелю на конверте).

Таким образом, срок исковой давности в любом случае нельзя признать пропущенным.

С учетом изложенного решение суда подлежит отмене, исковые требования удовлетворению, в том числе подлежит применению односторонняя реституция в виде взыскания с Общества в пользу Учреждения 82 211 995 руб. 91 коп.  

Мнение Учреждения о том, что в случае признания контракта недействительным Общество освобождается от гарантийных обязательств, является ошибочным. Контракт является ничтожным с момента его заключения. Факт его ничтожности не освобождает подрядчика от обязательств, связанных с качеством выполнения работ, в том числе от гарантийных обязательств.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ государственная пошлина за рассмотрение иска и апелляционной жалобы подлежит отнесению на ответчиков как на сторону не в пользу которой вынесен судебный акт.

При этом апелляционный суд исходит из того, что госпошлина за взыскание денежных средств полностью относится на Общество, а за рассмотрение требования о признании контракта недействительным подлежит распределению между Обществом и Учреждением. Также между Обществом и Учреждением распределяется государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

решение Арбитражного суда Архангельской области от 17 января 2025 года по делу № А05-13366/2024 отменить.

Признать недействительным муниципальный контракт от 03.02.2023 № 3292101158523000001 на выполнение работ по строительству объекта «Дом культуры в пос. Талаги Приморского района».

Применить последствия недействительности ничтожной сделки, взыскав с общества с ограниченной ответственностью «Дизайнпроектстрой» (ОГРН 

<

***>) в пользу муниципального казенного учреждения «Управление по капитальному строительству» (ОГРН 

<

***>) денежные средства в размере 81 211 995 руб. 91 коп. 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Дизайнпроектстрой» (ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета 906 060 руб. государственной пошлины за рассмотрение искового заявления.

Взыскать с муниципального казенного учреждения «Управление по капитальному строительству» (ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета 25 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение искового заявления.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Дизайнпроектстрой» (ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета 15 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Взыскать с муниципального казенного учреждения «Управление по капитальному строительству» (ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета 15 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

Н.А. Колтакова

Судьи

Л.В. Зрелякова

О.Б. Ралько