ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-8581/2020

Дело № А41-27577/17

08 сентября 2020 года

г. Москва

Резолютивная часть постановления объявлена  02 сентября 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме 07 сентября 2020 года 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Муриной В.А.,

судей Катькиной Н.Н., Мизяк В.П.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании:

от ООО "СтройГрупп": ФИО2, по доверенности от 25.12.19,

от ФИО3: ФИО4, по доверенности от 31.08.19,

от конкурсного управляющего ООО "РусСтройКонсалтинг" ФИО5: ФИО6, по доверенности от 19.11.19,

от остальных лиц: представители не явились, извещены, 

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ООО "СтройГрупп" на определение  Арбитражного суда Московской области от 16 апреля 2020 года по делу №А41-27577/17, 

по заявлению конкурсного управляющего Пустынниковой Ю.В. о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,

в рамках дела о признании ООО "РусСтройКонсалтинг" несостоятельным (банкротом),

УСТАНОВИЛ:

03.05.2017 по заявлению кредитора Арбитражным судом Московской области возбуждено дело о банкротстве ООО «РусСтройКонсалтинг». 

Решением Арбитражного суда Московской области от 07.12.2017 по делу №А41-27577/17 ООО «РусСтройКонсалтинг» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утверждена ФИО5. 

26.11.2018 конкурсный управляющий должником обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО3, ФИО7, ФИО8.

Заявление подано в соответствии с положениями Федерального закона №127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)".

Определением Арбитражного суда Московской области от 16 апреля 2020 года признано обоснованным заявление о привлечении к субсидиарной ответственности солидарно ФИО7, ФИО8 по обязательствам ООО «Русстройконсалтинг». В части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3 отказано. Производство по обособленному спору в части установления размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с принятым судебным актом в части отказа в привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3, ООО "СтройГрупп" обратилось в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просило определение арбитражного суда первой инстанции отменить, указывая на неполное выяснение судом обстоятельств, имеющих значение для дела.

Согласно части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Поскольку лицами, участвующими в деле не заявлены возражения в пересмотре судебного акта в обжалуемой части, апелляционный суд проверяет законность и обоснованность определения в части отказа в привлечения к ФИО3 субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "РусСтройКонсалтинг".

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции в обжалуемой части, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого определения.

Как следует из материалов дела, согласно Выписке из ЕГРЮЛ в отношении должника ФИО3 до 06.06.2016 являлся владельцем 100 % долей и руководителем должника. 

06.06.2016 по договору купли-продажи 100 % долей проданы ФИО7, который также с 03.06.2016 по 14.08.2017 являлся руководителем (генеральным директором) должника. 

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением, конкурсный управляющий в своем заявлении указал, ФИО3 – генеральный директор Общества, осуществляющий руководство по вопросам обеспечения режима секретности и защиты информации при выполнении всех видов работ со сведениями, составляющими государственную тайну. 

В качестве правонарушения ФИО3 вменяется совершение сделок от имени должника: купли-продажи от 05.04.2016 по продаже автомобиля марки «Мерседес-Бенс» (признана недействительной определением суда от 15.02.2019 по настоящему делу). Кроме того, по мнению конкурсного управляющего, ФИО3 являлся бенефициаром по сделкам должника: от 09.12.2016 купли-продажи автомобиля марки ГАЗ ООО «СпецТехСтрой» (покупатель), поскольку ФИО3 являлся одним из лиц, контролировавших ООО «СпецТехСтрой»; от 21.03.2017 купли-продажи автомобиля Лексус от должника в личную собственность ФИО3 

Конкурсный управляющий также в своем заявлении указал, что в период своего руководства ФИО3 осуществлял платежи за счет должника в пользу третьих лиц по денежным обязательства ООО «АГАТ», ООО «БЛЭК КИНГ», ООО «ГазСтройИнвест», ООО «Кремлевское золото», ООО «ПАТРИОТ», ООО «СевСтройИнвест» на общую сумму 6 156 605,33 рублей.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований в части привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суд первой инстанции указал, что в деле отсутствуют доказательства, подтверждающие возникновение признаков объективного банкротства должника по состоянию на 06.06.2016 (утрата ФИО3 корпоративного контроля).

Обжалуя принятое по делу определение, ООО "СтройГрупп" в апелляционной жалобе ссылается на то, что выводы суда о недоказанности причинно-следственной связи между противоправными действиями ФИО3 и банкротством должника не соответствуют материалам дела, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте суда www.10aas.arbitr.ru, сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

В судебном заседании представитель  ООО "СтройГрупп" поддержал доводы своей апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в ней.

Представитель конкурсного управляющего должником поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе кредитора.

Представитель ФИО3 возражал против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, просил определение суда первой инстанции в обжалуемой части оставить без изменения.

Повторно исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд считает выводы суда первой инстанции законными и обоснованными, доводы апелляционной жалобы подлежащими отклонению.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как предусмотрено пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона).

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам - пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом.

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации, закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет.

Вместе с тем, следует принимать во внимание то, что запрет на применение новелл к ранее возникшим обстоятельствам (отношениям) не действует, если такие обстоятельства, хоть и были впервые поименованы в законе, но по своей сути не ухудшают положение лиц, а являются изложением ранее выработанных подходов, сложившихся в практике рассмотрения соответствующих споров.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137, по которому к материальным правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению редакция Закона о банкротстве, действовавшая на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности (ст. ст. 9, 10 ФЗ N 127-ФЗ в редакции 134-ФЗ).

Однако порядок привлечения лица к субсидиарной ответственности и его новые нормы, не ухудшающие положения лица, подлежат применению с учетом изменений, введенных ФЗ N 266-ФЗ.

Применительно к рассматриваемому случаю, поскольку события, в связи с которыми конкурсным управляющим поставлен вопрос об ответственности ФИО3 имели место в 2016 - 2017 гг., то настоящий спор должен быть разрешен согласно нормам материального права, действовавшим на момент событий (Закон о банкротстве в редакции от 12.03.2014), при этом, действующие положения ст. 10 Закона о банкротстве были установлены редакцией Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ.

При разрешении настоящего спора о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности за совершения сделок, повлекших банкротство ООО "РусСтройКонсалтинг", арбитражный апелляционный суд, принимает во внимание следующие обстоятельства.

В соответствии с п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона N 134-ФЗ), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в ст. ст. 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

По смыслу названных норм права для привлечения лица к субсидиарной ответственности необходима совокупность условий: наличие у привлекаемого лица права давать обязательные для руководимого им юридического лица указания либо возможности иным образом определять действия данного юридического лица; совершение им действий, свидетельствующих об использовании такого права или возможности; наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении юридического лица и наступлением несостоятельности (банкротства) последнего; недостаточности имущества у должника для удовлетворения требований кредиторов.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона N 134-ФЗ) под контролирующим должника лицом понимается лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем три года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность в силу нахождения с должником в отношениях родства или свойства, должностного положения либо иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

В пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 53 от 21.12.17 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" разъяснено, что по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

В соответствии с пунктом 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53 от 21.12.17 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Пунктом 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53 от 21.12.17 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам. Одобрение подобной сделки коллегиальным органом (в частности, наблюдательным советом или общим собранием участников (акционеров) не освобождает контролирующее лицо от субсидиарной ответственности.

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

Как указывалось выше, в обоснование заявленных требований конкурсный управляющий должником сослался на то, что ФИО3, в период его руководства ООО "РусСтройКонсалтинг" совершались сделки убыточные для Общества, которыми был причинен вред, как самому должнику, так и его кредиторам.

Судом установлено, что определением Арбитражного суда Московской области от 15 февраля 2019 года договор купли-продажи от 05.04.2016г., заключенный между ООО «РусСтройКонсалтинг» и ФИО9 по продаже автомобиля марки МЕРСЕДЕС-БЕНЦ G63 AMG, VIN 

<

***>, 2015 г.в. признан недействительной сделкой. Судом применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО9 в пользу ООО «РусСтройКонсалтинг» действительной стоимости проданного имущества на момент его приобретения - 8 041 850,00 рублей.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводу, что данная сделка совершена с нарушением требований п. 2 ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в связи с неравноценным встречным исполнением обязательств другой стороной сделки. 

Кроме того, Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи от 01 октября 2016 года, заключенного между ООО "Русстройконсалтинг" и ФИО10 по продаже автомобиля марки ФОРД ФОКУС, VIN 

<

***>, 2014 г. в., а также о применении последствий недействительности сделки в виде изъятия указанного автомобиля у ответчика.

Определением Арбитражного суда Московской области от 27 марта 2019 года в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 01 августа 2019 года, оставленным без изменения постановлением  Арбитражного суда Московского округа от 27.11.2019 определение Арбитражного суда Московской области от 27 марта 2019 года отменено, заявление конкурсного управляющего ООО "Русстройконсалтинг" удовлетворено, договор купли-продажи от 01 октября 2016 г. признан недействительным, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО10 в пользу ООО "Русстройконсалтинг" денежного эквивалента стоимости автомобиля в размере 544 788 руб.

При этом суды исходили из того, что вышеупомянутая сделка была совершена при неравноценном встречном предоставлении применительно к п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Также Конкурсный управляющий ООО "РусСтройКонсалтинг" ФИО5 обратилась в Арбитражный суд Московской области с заявлением (уточненным в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) о признании сделки - договора купли-продажи от 21.03.2017, заключенного между ООО "РусСтройКонсалтинг" и ФИО3 по продаже автомобиля марки ЛЕКСУС LX450 D, VIN 

<

***>, 2015 г.в., регистрационный номер 

<

***> в общей сумме 373485,63 руб., недействительной, применении последствий недействительности сделки, в виде взыскания с ФИО3 денежного эквивалента автомобиля марки ЛЕКСУС LX450 D, VIN 

<

***>, 2015 г.в., регистрационный номер 

<

***> согласно отчету об оценке - 4559706 руб.

Определением Арбитражного суда Московской области от 25.02.2019, оставленным без изменения постановлением  Десятого арбитражного апелляционного суда от 20.05.2019, постановлением  Арбитражного суда Московского округа от 30.07.2019 заявление конкурсного управляющего должника удовлетворено в полном объеме.

При этом суда исходили из того, что вышеупомянутая сделка была совершена при неравноценном встречном предоставлении применительно к п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Как разъяснено в пунктах 16 и 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. 

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д. 

Для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве.

Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Вместе с тем, в нарушение положений указанных норм и разъяснений, данных в Постановлении Пленума ВС РФ №53 от 21.12.17, в рассматриваемом случае в материалы дела и апелляционному суду ни конкурсным управляющим, ни заявителем жалобы не представлено надлежащих и допустимых доказательств наступления объективного банкротства в результате вышеуказанных действий ФИО3

При этом апелляционная коллегия принимает во внимание, что судами были применены последствия недействительности оспоренных сделок купли-продажи, виде возврата в конкурсную массу денежных средств.

   Кроме того, ФИО3 привлечен к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания в пользу должника денежных средств, и уже несет материальную ответственность по вышеуказанным обстоятельствам, соответственно, отсутствуют основания для повторного привлечения его к материальной ответственности.

Аналогичная позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации № 306-ЭС19-2991 от 08.04.2019 по делу № А55- 24854/2014.

Кроме того, апелляционная коллегия принимает во внимание, что Конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании недействительной сделкой - платежа в адрес ООО "Бэлти-Гранд", совершенного ООО "РусСтройКонсалтинг" за ООО "Агат" в сумме 435 280 руб. применительно к п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, применении последствий недействительности.

Определением Арбитражного суда Московской области от 02.08.2019 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 04.12.2019 определение суда отменено, признан недействительной сделкой - платеж в адрес ООО "Бэлти-Гранд", совершенный ООО "РусСтройКонсалтинг" за ООО "АГАТ" в сумме 435 280 руб., применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО "Бэлти-Гранд" в пользу ООО "РусСтройКонсалтинг" 435 280 руб.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 17.03.2020 определение Арбитражного суда Московской области от 02.08.2019, постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 04.12.2019 по делу N А41-27577/2017 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области.

При новом рассмотрении дела определением Арбитражного суда Московской области от 24.08.2020 в удовлетворении требований конкурсного управляющего было отказано.

Как указано в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица": лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно п. 3 ст. 53 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 2 Постановления Пленума ВАС РФ N 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; 2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; 3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; 4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; 5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.). Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения, если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ); также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.).

При этом, вопреки доводам апелляционной жалобы, доказательств недобросовестных действий Р.В.НБ. перечисленных в п. 2 Постановления Пленума ВАС РФ N 62 в материалы дела конкурсным управляющим не представлено.

Также конкурсным управляющим в нарушении требования ст. 65 АПК РФ в материалы дела не представлены доказательства, предусмотренные Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53, а именно доказательства того, что сделки, заключенные ФИО3 являются существенно убыточными, значимыми и отвечают критериям крупных сделок.

Таким образом, апелляционный суд приходит  к выводу, что совершение сделок ФИО3 не могло стать необходимой причиной объективного банкротства должника.

Кроме того, апелляционная коллегия принимает во внимание, что согласно данным бухгалтерской отчетности должника за 2016 год (строка 1300) на момент прекращения полномочий руководителя и выхода из состава участников Общества ФИО3 (06.06.2016) показатель нераспределенной прибыли составлял 3 553 ООО рублей, что свидетельствует об устойчивом финансовом положении Общества на момент осуществления ФИО3 руководства Обществом.

В связи с изложенным суд первой инстанции пришел к обоснованному и законному выводу о том, что в данном случае в деле отсутствуют доказательства, подтверждающие возникновение признаков объективного банкротства должника по состоянию на 06.06.2016 (утрата ФИО3 корпоративного контроля). В свою очередь, Управляющий не провел анализ между совершенными этим ответчиком сделками и влиянием последствий совершенных сделок на финансовое состояние должника. Само по себе признание сделок недействительными по основаниям, указанным в статьях 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, не является основанием для привлечения к субсидиарной ответственности руководителя должника в отсутствие доказательств того, что именно эти сделки в совокупности стали причиной банкротства или существенно ухудшили финансовое состояние должника

Вопреки доводам апелляционной жалобы, факт  наличия задолженности перед ООО «СтройГрупп» по отдельно взятому договору не указывает на наличие признаков объективного банкротства Должника. При этом, на момент продажи ФИО3 доли в Обществе и прекращения полномочий руководителя Общество располагало достаточными средствами как для погашения задолженности перед кредиторами, так и для исполнения текущих обязательств. Доказательств иного материалы дела не содержат, конкурсным управляющим не доказано.

Сам по себе факт перечисления денежных средств Должником в период осуществления полномочий генерального директора ФИО3 за третьих лиц в отсутствие доказательств неправомерности таких перечислений, равно как и доказательств отсутствия наличия правоотношений между ними,  не является основанием для вывода о том, что ФИО3 действовал в ущерб интересам Общества.

Таким образом, заявителем жалобы и конкурсным управляющим должником не доказана причинно-следственная связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

Учитывая изложенное, проанализировав представленные в материалы дела документы, апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе о том, что ФИО3, совершая сделки в отношении себя лично, причинил убытки должнику и конкурсным кредиторам на сумму более 4,5 млн. рублей, отклоняются судом.

Как отмечалось ранее, определением Арбитражного суда Московской области от 25.02.2019 по делу № А41- 27577/17 был признан недействительным договор купли-продажи от 21.03.2017, заключенный между ООО «Русстройконсалтинг» и ФИО3, по продаже автомобиля марки ЛЕКСУС LX450 2015 г.в., регистрационный номер 

<

***> недействительной. Судом применены последствия признания сделки недействительной с учетом п.1 ст. 61.6 Закона о банкротстве, а именно: взыскано с ФИО3 в пользу ООО «Русстройконсалтинг» 4 559 706,00 рублей.

Вместе с тем, указанная сделка заключалась ФИО3 в период, когда он уже не являлся руководителем и/или участником Общества.

Определение Арбитражного суда Московской области от 25.02.2019 по делу № А41-27577/17 вступило в законную силу, на основании указанного судебного акта получен исполнительный лист на взыскание с ФИО3 денежных средств, в настоящее время ФИО3 производит исполнение судебного акта, оплаченные денежные средства поступают в конкурсную массу должника. Обратного не доказано.

Таким образом, учитывая, что ФИО3 привлечен к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания в пользу должника денежных средств, и уже несет материальную ответственность по вышеуказанным обстоятельствам, отсутствуют основания для повторного привлечения его к материальной ответственности.

Надлежащих, допустимых доказательств причинения ФИО3 убытков должнику и кредиторам в нарушение ст.65 АПК РФ не представлено, равно как и не представлено доказательств наступления объективного банкротства вследствие действий последнего.

Доводы заявителя жалобы не могут быть признаны обоснованными, так как не опровергая выводов суда области сводятся к несогласию с оценкой установленный судом обстоятельств по делу, основаны на неправильном толковании норм материального права, что не может рассматриваться в качестве оснований для отмены судебного акта.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что оснований для отмены определения суда первой инстанции в обжалуемой части и удовлетворения апелляционной жалобы, не имеется.

Руководствуясь статьями 223,  266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 16 апреля 2020 года по делу №А41-27577/17 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

Председательствующий

В.А. Мурина

Судьи:

В.П. Мизяк

Н.Н. Катькина