Дело № А11-10417/2019

город Владимир

23 мая 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18 мая 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 23 мая 2022 года.

 

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Волгиной О.А., 

судей Белякова Е.Н., Сарри Д.В., 

при ведении протокола судебного заседания 

секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Бакулин Моторс Групп» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

на определение  Арбитражного суда Владимирской области от 26.11.2021 по делу № А11-10417/2019, принятое по заявлению конкурсного управляющего акционерного общества «ПромСтройПроект» (ОГРН 

<

***>,                         ИНН 

<

***>) ФИО2 о признании недействительной сделки, совершенной между должником и обществом с ограниченной ответственностью «Бакулин Моторс Групп» в виде перечисления денежных средств в сумме 12 380 000 руб. и применении последствий недействительности сделки, 

 

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, 

 

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «ПромСтройПроект» (далее – Общество) в Арбитражный суд Владимирской области  обратился конкурсный управляющий должника ФИО2 (далее – конкурсный управляющий) с заявлением о признании ничтожной сделки, совершенной между должником и обществом с ограниченной ответственностью «Бакулин Моторс Групп» (далее – ООО «БМГ») в виде перечисления денежных средств в сумме 12 380 000 руб., применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника неосновательно перечисленных денежных средств в размере 12 380 000 руб., а также взыскании с ООО «БМГ» процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 2 401 363 руб. 22 коп. (с учетом уточнения требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Требование конкурсного управляющего обосновано ссылками на положения статей 10, 166, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Арбитражный суд Владимирской области определением от 26.11.2021 заявление конкурсного управляющего удовлетворил; признал недействительной сделку, совершенную между Обществом и ООО «БМГ» в виде перечисления денежных средств в сумме 12 380 000 руб.; применил последствия недействительности сделки, взыскав с ООО «БМГ» в конкурсную массу должника неосновательного обогащения в размере 12 380 000 руб. и проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 2 401 363 руб. 22 коп., с начислением на сумму неосновательного обогащения процентов по день фактической его уплаты с применением процентной ставки Центрального Банка Российской Федерации; взыскал с ООО «БМГ» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 6000 руб. 

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «БМГ» обратилось в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просило отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт.

По мнению заявителя апелляционной жалобы, судом первой инстанции неверно истолкованы и применены нормы гражданского законодательства в части доказанности наличия между сторонами заемных обязательств и в части расчетов между сторонами, в соответствии с которыми  при расчетах платежными поручениями банк плательщика обязуется осуществить перевод денежных средств по банковскому счету плательщика получателя средств, указанному в распоряжении плательщика. При этом  действующее законодательство не содержит никакого запрета на изменение назначения платежа в платежном поручении, если расчеты связаны с осуществлением хозяйственной деятельности негосударственными коммерческими организациями. Отмечает, что согласно представленным в материалы дела выпискам по счетам, в назначении платежа указано «предоставление денежных средств по договору процентного займа».

Заявитель апелляционной жалобы считает, что судом первой инстанции не дана надлежащая правовая оценка тем обстоятельствам, что между сторонами действительно имелись отношения, основанные на договоре подряда, при этом, согласно заключению конкурсного управляющего, должник не обладал собственными денежными средствами, финансирование подрядных работ осуществлялось со стороны ООО «БМГ»; акта о завершении и акта о приемке выполненных работ по договору подряда до настоящего момента не подписано, строительная площадка Обществом не передана ООО «БМГ». Полагает, что действующее законодательство не ограничивает возможности стороны финансировать производство подрядных работ путем предоставления целевого займа, включая частичное финансирование.

ООО «БМГ» считает, что судом первой инстанции сделаны неверные выводы  из показаний свидетелей, поскольку ФИО3 однозначно подтвердил выдачу ООО «БМГ» именно займов в качестве финансирования строительно-монтажных работ и иных работ силами должника, а ФИО4 указал, что не может однозначно подтвердить отсутствие писем об изменении назначения платежа.

С точки зрения заявителя апелляционной жалобы, недоказанным является утверждение конкурсного управляющего об отсутствии в документах должника писем об изменении назначения платежей, учитывая, что в материалах дела имеется акт приема-передачи документации от ликвидатора конкурсному управляющему.

Заявитель апелляционной жалобы также полагает, что судом первой инстанции не учтена сложившаяся судебная практика относительно применения института признания сделок недействительными; отсутствуют основания для признания оспариваемой сделки недействительной на основании норм Закона о банкротстве. Свою позицию заявитель мотивирует реальностью обязательств сторон, совершением подобных сделок на регулярной основе (в обычной хозяйственной деятельности), отсутствием доказательств возникновения негативных экономических последствий для должника и нарушения прав кредиторов, в результате проведенного платежа, отсутствием доказательств цели причинения вреда кредиторам оспариваемой сделкой, аффилированности должника и ООО «БМГ», а также  осведомленности последнего о неплатежеспособности Общества. При этом, должник ни разу не обращался за отсрочкой платежей, а, напротив, своими конклюдентными действиями подтверждал реальность взаимоотношений между Обществом и ООО «БМГ». 

Кроме того, заявитель апелляционной ссылается на введение в отношении должника процедуры конкурсного производства по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, что свидетельствует об отсутствии какой-либо кредиторской задолженности, кроме текущей.

ООО «БМГ» также обращает внимание на заключение конкурсного управляющего, согласно которому в результате анализа совершенных должником сделок в период с 01.01.2017 по 31.12.2019 не выявлено совершение крупных сделок, без надлежащего согласования, безвозмездных сделок, сделок с заинтересованностью либо аффилированными лицами, сделок с занижением или завышением цены на поставляемые (приобретаемые) товары по сравнению со сложившейся рыночной коньюктурой, сделок с заведомо невыгодными для должника сроками и (или) способами оплаты по реализованному или приобретенному имуществу.

Более подробно доводы изложены в апелляционной жалобе                        ООО «БМГ».

От конкурсного управляющего в материалы дела поступили письменные пояснения по доводам апелляционной жалобы.

Лица, участвующие в деле, отзыв на апелляционную жалобу не представили; явку полномочных представителей не обеспечили.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие  представителей лиц, участвующих в деле, извещенных о месте и времени судебного заседания в порядке статей 121 (части 6) и 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции лиц, участвующих в рассмотрении настоящего спора, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, решением от 18.03.2020 Общество признано банкротом в порядке упрощенной процедуры банкротства в связи с наличием у должника признаков, предусмотренных статьями 224, 225 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО2. 

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Владимирской области от 09.07.2021 установлено, что во исполнение условий договора займа от 25.09.2017, заключенного между ООО «БМГ» (заимодавцем) и Обществом (заемщиком), платежным поручением от 26.09.2017 № 2285 заимодавец перечислил на счет АО «ПромСтройПроект» займ в размере                                61 620 000 руб.

Обществом в счет погашения задолженности по указанному договору займа от 25.09.2017 осуществлены платежи на общую сумму 74 000 000 руб., в том числе платежным поручением от 22.02.2018 № 245, от 11.09.2018 № 769, от 14.09.2018             № 774. 

Полагая, что перечисление денежных средств в размере 12 380 000 руб.                (74 000 000 - 61 620 000) произведено в погашение несуществующего обязательства, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Конкурсному управляющему предоставлено право подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений и о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником (статья 61.9 и пункт 3 статьи 129 Закона о банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.1  Закон о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В пункте 87 

постановление

 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

В пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление  № 63) разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В соответствии с  пунктом 1 статьи 166, статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки; сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В пункте 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации отмечено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам, или на реализацию иного противоправного интереса, не совпадающего с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

В силу пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 32), исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

О злоупотреблении сторонами правом при заключении договора может свидетельствовать совершение спорной сделки не в соответствии с ее обычным предназначением, а с целью избежания возможного обращения взыскания на отчужденное имущество должника.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки.

С учетом разъяснений, содержащихся в Постановлении № 32, обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с частью 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 35 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Поскольку договор по перечислению денежных средств оспаривается в рамках дела о банкротстве, то при установлении того заключена ли сделка с намерением причинить вред другому лицу, следует установить имелись ли у сторон сделки намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Таким образом, необходимые для разрешения рассматриваемого спора условия, позволяющие оценить сделку по общим основаниям, установленным статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, как злоупотреблением правом – наличие цели причинения вреда кредиторам, в том числе осведомленность сторон о неудовлетворительном финансовом состоянии должника, недобросовестность сторон сделки (в данном случае – плательщика и получателя), безвозмездность сделки.

Соответственно, при установлении обстоятельств, свидетельствующих о злоупотреблении правом сторон сделки в деле о банкротстве, возможно использование правовой терминологии, относящейся к составу подозрительной сделки по специальным основаниям Закона о банкротстве, а также применение разъяснений Постановления № 63.

Согласно разъяснениям, приведенных в пункте 7 Постановления № 63 предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Как следует из материалов дела и установлено вступившим в законную силу определением Арбитражного Суда Владимирской области от 09.07.2021, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 02.11.2021 и постановлением Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 14.02.2022, между ООО «БМГ» (займодавцем) и Обществом (заемщиком) заключен договор займа от 25.09.2017 в редакции дополнительных соглашений от 17.10.2017 и 31.08.2018, по условиям которого займодавец обязался передать заемщику денежные средства в размере 400 430 000 руб. под десять процентов годовых, а должник, в свою очередь, принял обязательство вернуть сумму займа не позднее 31.12.2019.

Во исполнение указанного договора ООО «БМГ» перечислило Обществу денежные средства в размере 61 620 000 руб. по платежному поручению                           от 26.09.2017 № 2285. 

Платежные поручения от 28.09.2017 № 2307, от 03.10.2017 № 2388,                           от 05.10.2017 № 2409, от 22.12.2017 № 4123, от 22.08.2018 № 3529, от 10.09.2018     № 3818 не были приняты судом в качестве доказательства перечисления денежных средств по указанному договору займа, поскольку содержат в назначении платежей ссылку на иные договоры. Представленные в дело составленные в одностороннем порядке письма кредитора об изменении назначения платежа в платежных документах судами отклонены, ввиду того, что не представлены доказательства уведомления контрагента о соответствующем изменении.

Вместе с тем, из материалов дела следует, что со стороны Общества осуществлены платежи в счет погашения задолженности по договору займа                      от 25.09.2017 в общей сумме 74 000 000 руб. (платежные поручения от 22.02.2018              № 245 на сумму 14 000 000 руб., от 11.09.2018 № 769 на сумму 42 000 000 руб., от 14.09.2018 № 774  на сумму 18 000 000 руб.), то есть в срок, предусмотренный договором.

Учитывая указанные обстоятельства, суды пришли к выводу об отсутствии предъявленной ООО «БМГ» задолженности, включив в реестр требований кредиторов должника лишь проценты за пользование займом в сумме                                    5 142 427 рублей 40 копеек.

Обстоятельства установленные вступившими в законную силу определением Арбитражного Суда Владимирской области от 09.07.2021, постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 02.11.2021 и постановлением Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 14.02.2022, являются преюдициальными для настоящего обособленного спора и не подлежат доказыванию в силу части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Учитывая изложенное, в результате перечисления спорных платежей в размере 12 380 000 руб. (74 000 000 – 61 620 000) во исполнение отсутствующих (погашенных) обязательств из конкурсной массы должника выбыло имущество (денежные средства), за счет которого могли быть удовлетворены требования кредиторов в отсутствие встречного исполнения.

ООО «БМГ», принимая от Общества денежные средства в отсутствие какого-либо встречного предоставления с его стороны, не могло не осознавать  причинение Обществу и его кредиторам вреда оспариваемой сделкой. 

Исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства, в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суд первой инстанции правомерно признал, что поведение участников сделки по перечислению спорных денежных средств в размере 12 380 000 руб., совершенную во исполнение отсутствующих (погашенных) обязательств Общества по договору займа от 25.09.2017 нельзя признать добросовестным, разумным, общедоступным и обычным в хозяйственном обороте, в связи с чем правомерно расценил действия участников сделки как злоупотребление правом. Злоупотребление правом со стороны должника – перечисление денежных средств в отсутствие встречных обязательств, а со стороны ООО «БМГ» – принятие и удержание денежных средств в отсутствие каких-либо неисполненных обязательств со стороны должника. Притворный характер спорной сделки выразилось в перечислении спорных денежных средств в счет несуществующих обязательств с целью выведения актива должника. При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что ООО «БМГ» реализовало свое право на получение процентов по займу путем предъявления требований о включении в реестр требований кредиторов должника процентов по займу.

Применительно к обстоятельствам настоящего обособленного спора судами по результатам исследования и оценки всех обстоятельств спора установлено совершение сделок с противоправной целью при искусственном создании формального основания для получения ООО «БМГ» денежных средств, установлен фактический вывод активов должника в результате совместных, избирательных действий лиц, действовавших неправомерно, в нарушение прав и законных интересов кредиторов, при том, что иного не доказано. Оснований для иных выводов у суда апелляционной инстанции не имеется.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, совершение платежей в отсутствие обязательств является злоупотреблением правом со стороны должника и со стороны получателя средств.

Довод заявителя апелляционной жалобы о реальности отношений сторон, основанных на договоре подряда, не принимается судом апелляционной  инстанции, поскольку указанные правоотношения не являются предметом настоящего спора. В рассматриваемом случае недействительным признан платеж, совершенный должником в счет исполнения отсутствующего обязательства по договору займа.

Довод жалобы об отсутствии оснований для признания оспариваемого платежа недействительной сделкой на основании специальных норм Закона о банкротстве, отклоняется судом апелляционной инстанции. В данном случае сделка признана недействительной на основании норм общих норм Гражданского кодекса Российской Федерации (статьи 10, 168). При этом наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (пункт 4 Постановления    № 63).

Ссылка заявителя на отсутствие доказательств возникновения негативных экономических последствий для должника и нарушения прав кредиторов, в результате проведенного платежа, отсутствие доказательств цели причинения вреда кредиторам оспариваемой сделкой, опровергается представленными в материалы дела доказательствами и установленными судом обстоятельствами, в связи с чем отклоняется судом апелляционной  инстанции.

Довод жалобы об отсутствии аффилированности между сторонами, признаков неплатежеспособности у должника на момент совершения сделки, а также осведомленности последнего о неплатежеспособности Общества, не опровергает выводы суда первой инстанции о ничтожности оспариваемой сделки, совершенной в счет отсутствующих обязательств при злоупотреблении правом.

Кроме того, вопреки позиции заявителя, заключение конкурсного управляющего не является основанием для отказа в признании сделки недействительной, поскольку содержащиеся в заключении выводы конкурсного управляющего  не имеют заранее установленной силы, не носят обязательного характера и не являются безусловным доказательствам отсутствия оснований для признания сделки недействительной.

Вопреки позиции заявителя апелляционной жалобы, в материалах дела отсутствуют надлежащие и бесспорные доказательства предоставления должнику займа в большем размере. Кроме того, указанные обстоятельства были предметом оценки в рамках обособленного спора по требованию ООО «БМГ» о включении в реестр требований кредиторов должника, основанных, в том числе на договоре займа от 25.09.2017, которым дана надлежащая правовая оценка.

Довод жалобы о том, что судом первой инстанции дана неверная оценка пояснениям свидетелей ФИО3 и ФИО4 отклоняется судом апелляционной инстанции ввиду несостоятельности.

Ссылка ООО «БМГ» на платеж в сумме 200 000 000 руб. оценена судом первой инстанции, с указанными выводами в данной части суд апелляционной инстанции соглашается, выводы согласуются с нормами права и представленными в дело доказательствами. 

Таким образом, суд первой инстанции установил все юридически значимые обстоятельства для признания перечисления денежных средств в размере 12 380 000 руб. недействительной сделкой на основании статей 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. 

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения. 

С учетом изложенного, суд первой инстанции, руководствуясь положениями пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве, правомерно применил последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «БМГ» в конкурсную массу должника денежных средств в размере 12 380 000 руб.

Конкурсным управляющим также предъявлено требование о взыскании  процентов за пользование чужими денежными средствами в размере                            2 401 363 руб. 22 коп., а также процентов за пользование чужими денежными средствами по день фактического исполнения обязательств по оплате.

Принимая во внимание положение статей 395, 1103, 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункты 29.1, 29.5 Постановления № 63, конкурсный управляющий с целью компенсации вызванных действиями ООО «БМГ» финансовых потерь вправе использовать меры судебной защиты по правилам, предусмотренным нормами материального права, в частности путем предъявления требования о взыскании процентов в порядке статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В рассматриваемом случае суд признал спорный платеж (сделку) ничтожной сделкой, совершенной со злоупотреблением правом в счет отсутствующих обязательств, направленный на вывод актива должника, в связи с чем ООО «БМГ» на момент принятия денежных средств должника в качестве оплаты по несуществующим обязательствам было известно о совершении необоснованных действиях должника и неправомерного получения спорных денежных средств, поэтому проценты за пользование чужими денежными средствами с учетом упомянутых разъяснений и правовой позиции отраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 17.08.2017  № 305-ЭС17-3817 должны начисляться с момента перечисления этих денежных средств.

Как разъяснено в пункте 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление № 7), сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам статьи 395 Гражданского кодекса, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору. Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 3 статьи 395 Гражданского кодекса). При этом день фактического исполнения обязательства, в частности уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета процентов.

Повторно проверив, произведенный конкурсным управляющим расчет процентов, суд апелляционной  инстанции признает его верным.

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции правомерно взыскал с  ООО «БМГ» в пользу Общества  проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 2 401 363 руб. 22 коп., а также процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму неосновательного обогащения по день фактического исполнения обязательств по оплате.

Иные доводы апелляционной жалобы рассмотрены судом апелляционной инстанции и признаются неправомерными по изложенным мотивам.

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, в том числе аналогичны доводам, заявленным в суде первой инстанции, которые получили надлежащую правовую оценку суда первой инстанции. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Иная оценка заявителем апелляционной жалобы обстоятельств настоящего обособленного спора не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не свидетельствует о нарушениях судом первой инстанции норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела. 

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд 

 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение  Арбитражного суда Владимирской области от 26.11.2021 по делу              № А11-10417/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Бакулин Моторс Групп» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго?Вятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Владимирской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго?Вятского округа.

 

Председательствующий судья

О.А. Волгина

 

Судьи

 

Е.Н. Беляков

 

Д.В. Сарри