ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А65-19091/2018

г. Самара

22 марта 2022 г.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Мальцева Н.А.,

судей Львова Я.А., Поповой Г.О.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании 15 марта 2022 года в помещении суда, в зале № 2,

по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, заявление конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО2, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Ашер», ИНН 

<

***>,

без участия лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом. 

 

установил:

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.06.2018 заявление общества с ограниченной ответственностью «Новая Бухгалтерия» о признании общества с ограниченной ответственностью «Ашер» несостоятельным (банкротом) принято к производству.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.07.2018 ликвидируемый должник общество с ограниченной ответственностью «Ашер» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО4.

В Арбитражный суд Республики Татарстан поступило заявление конкурсного управляющего должника ФИО4 (вх.41967) о привлечении ФИО2, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.07.2020 заявление удовлетворено частично. Признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Ашер» в солидарном порядке. В остальной части заявления отказано. Приостановлено рассмотрение заявления в части установления размера субсидиарной ответственности ФИО2 и ФИО3 до окончания расчетов с кредиторами.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.09.2020 оставлено без изменения определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.07.2020, апелляционная жалоба без удовлетворения.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 08.04.2021 суд  первой инстанции возобновил производство по заявлению конкурсного управляющего конкурсного управляющего ФИО4 (вх.19423) о привлечении бывших руководителей должника ФИО2, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.10.2021 заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Ашер» (ИНН ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) ФИО4 об определении размера субсидиарной ответственности, удовлетворено.

Установлен размер субсидиарной ответственности ФИО2 и ФИО3 в сумме 13 630 639 руб. 10 коп.

Взыскано в солидарном порядке с ФИО2 и ФИО3 в пользу арбитражного управляющего ФИО4 по текущим обязательствам 858 968 руб. 33 коп.

Взыскано в солидарном порядке с ФИО2 и ФИО3 в пользу ФИО5 по текущим обязательствам 140 607 руб. 52 коп.

Взыскано в солидарном порядке с ФИО2 и ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Экспертные технологии» по текущим обязательствам 85 000 руб.

Взыскано в солидарном порядке с ФИО2 и ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Новая бухгалтерия» 355 000 руб.

Взыскано в солидарном порядке с ФИО2 и ФИО3 в пользу Индивидуального предпринимателя ФИО6 5 138 650 руб.

Взыскано в солидарном порядке с ФИО2 и ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Ла Нордика» 5 307 930 руб. 25 коп.

Взыскано в солидарном порядке с ФИО2 и ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Маска-1991» 1 744 483 руб.

ФИО3 обратилась в Одиннадцатый арбитражный апелляционной суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.07.2020, в которой просит отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.12.2021 постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.09.2020 отменено по вновь открывшимся обстоятельствам.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.01.2022 суд перешел к рассмотрению заявления конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО2, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, по правилам, установленным АПК РФ, для рассмотрения дела в суде первой инстанции, рассмотрение заявления назначено на 08.02.2022.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.02.2022 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: ФИО7, ООО «Экспертные технологии», ООО «Новая бухгалтерия», ИП ФИО6, ООО «Ла Нордика», ООО «Маска-1991», арбитражный управляющий ФИО4 Рассмотрение заявления назначено на 15.03.2022.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Рассмотрев спор по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, для рассмотрения дела в суде первой инстанции, суд апелляционной инстанции установил следующее.

В силу ст. 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266) статья 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ предусмотрено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции Закона № 266-ФЗ).

Нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона (пункт 2 статьи 10 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.03.2016 № 309ЭС15- 16713 указано, что исходя из положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации руководитель хозяйственного общества обязан действовать добросовестно не только по отношению к возглавляемому им юридическому лицу, но и по отношению к такой группе лиц как кредиторы. Это означает, что он должен учитывать права и законные интересы последних, содействовать им, в том числе в получении необходимой информации.

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Хотя предпринимательская деятельность не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими нормальный (сложившийся) режим хозяйствования.

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

Не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства. Исходя из этого законодатель в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

Такое толкование положений пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве соответствует смыслу разъяснений, данных в абзаце втором пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», согласно которому если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Пунктом 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» также разъяснено, что если обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве не была исполнена несколькими последовательно сменившими друг друга руководителями, первый из них несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, возникшим в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве, последующие - со дня истечения увеличенного на один месяц разумного срока, необходимого для выявления ими как новыми руководителями обстоятельств, с которыми закон связывает возникновение обязанности по подаче заявления о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве. При этом по    обязательствам должника, возникшим в периоды ответственности, приходящиеся  на  нескольких  руководителей  одновременно,   они  отвечают солидарно (абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Пунктом 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»  (далее - постановление Пленума №53) предусмотрено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

При этом неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых управленческих решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на извлечение третьим лицом необоснованной выгоды на постоянной основе во вред должнику и его кредиторам, в том числе внутреннее перераспределение совокупного дохода, получаемого от осуществления предпринимательской деятельности лицами, объединенными общим интересом, с использованием формального документооборота в пользу одного из них с одновременным аккумулированием основных обязательств перед контрагентами и основной налоговой нагрузки на стороне другого лица (должника) и т.д.

В силу указанных норм права и разъяснений их применения, при установлении оснований для привлечения руководителя к субсидиарной ответственности в связи с нарушением обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом значимыми являются следующие обстоятельства: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве:

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Неплатежеспособность по смыслу статьи 2 Закона о банкротстве определяется ситуацией, когда прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. Под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. При этом признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества должны носить объективный характер.

В соответствии с пунктом 12 постановления Пленума №53 согласно абзацу второму пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Кроме того, ответственность контролирующих лиц должника является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на этих лиц обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, следовательно, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При привлечении к субсидиарной ответственности бывших руководителей должника должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

Так, конкурсный управляющий должника должен доказать не только наличие у должника задолженности перед кредиторами, но и наличие оснований, обязывающих руководителя обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом, в частности, наличие у должника признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, либо наличие других обстоятельств, предусмотренных названной нормой Закона о банкротстве.

В пункте 8 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №1 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.04.2016, отмечено следующее: существенная и явная диспропорция между обязательствами и активами по сути несостоятельного должника и неосведомленностью об этом кредиторов нарушают права последних. В связи с этим для защиты имущественных интересов кредиторов должника введено правовое регулирование своевременного информирования руководителем юридического лица его кредиторов о неплатежеспособности (недостаточности имущества) должника.

Невыполнение руководителем требований закона об обращении в арбитражный суд с заявлением должника при наступлении обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечет неразумное и недобросовестное принятие дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов и, как следствие, убытки для них. В этом случае одним из правовых механизмов, обеспечивающих удовлетворение требований таких кредиторов при недостаточности конкурсной массы, является возможность привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве (статья 61.12 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ).

Таким образом, целью правового регулирования, содержащегося в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве (статья 61.12 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ), является предотвращение вступления в правоотношения с неплатежеспособной (несостоятельной) организацией (должником) контрагентов в условиях сокрытия от них такого состояния должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии

2)   имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3)   извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В силу пункта 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума № 53) руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11, абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Таким же образом должны решаться вопросы, связанные с наличием статуса контролирующего лица у номинальных и фактических членов органов должника (в том числе участников корпораций, учредителей унитарных организаций), ликвидаторов и членов ликвидационных комиссий, а также вопросы, касающиеся привлечения их к субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 6 ГК РФ, пункт 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Таким образом, статья 61.12 Закона о банкротстве во взаимосвязи со статьей 9 Закона о банкротстве предусматривает не только ответственность руководителя (ликвидатора) должника за неподачу заявления должника в арбитражный суд, но также ответственность контролирующих лиц за не созыв заседания органа управления юридического лица, уполномоченного на принятие решения о ликвидации, для решения вопроса об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или за непринятие такого решения, если у контролирующего лица была возможность самостоятельно принять данное решение.

Указанные нормы разъясняются в пункте 13 постановления Пленума № 53, где речь идет об обстоятельствах, необходимых для привлечения к ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве контролирующих лиц, не являющихся руководителем должника, ликвидатором или членом ликвидационной комиссии.

Верховный Суд Российской Федерации разъяснил, что контролирующее лицо должно обладать полномочиями по созыву собрания коллегиального органа должника, который может принимать корпоративное решение о ликвидации, либо контролирующее лицо должно обладать полномочиями по самостоятельному принятию такого решения.

Необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (п. 3 ст. 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.).

Суду необходимо установить степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Данный подход сформирован правоприменительной практикой, выработанной экономической коллегией ВС РФ по конкретным делам, и в дальнейшем нашел отражение в и. 3 постановления Пленума № 53.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 22 постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ № 6/8 от 01.07.1996 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Как следует из материалов дела, основным видом деятельности должника являлась «Торговля розничная ювелирными изделиями в специализированных магазинах».

Согласно данным ЕГРЮЛ единственным руководителем ООО «Ашер» (с даты создания общества - 16.12.2015) являлся ФИО2, который также является единственным учредителем должника по настоящее время.

В свою очередь, ФИО3 (мать ФИО2) действовала от имени Общества по доверенности при заключении договоров и подписании документов первичного бухгалтерского учета в ходе осуществления хозяйственной деятельности с основными контрагентами должника, в том числе с контрагентами, требования которых установлены Арбитражным судом Республики Татарстан в рамках дела о банкротстве ООО «Ашер» (ООО «Ла-Нордика», ООО «Маска- 1991», ИП ФИО6).

Таким образом, ответчики, исходя из их фактического и юридического положения и, с учетом вышеуказанных разъяснений, относятся к контролирующим должника органам (единственный учредитель, номинальный руководитель и фактический руководитель).

Исходя из проведенного конкурсным управляющим анализа финансового состояния должника, в ходе проведения которого была проанализирована бухгалтерская отчетность общества за три года, предшествующих дате возбуждения дела о банкротстве, должник находился в тяжелом положении и платежеспособность его находилась на достаточно низком уровне в течение рассматриваемых периодов, у Общества отсутствовала возможность погашения кредиторской задолженности, поскольку его задолженность превышала балансовую стоимость активов.

Из анализа активов и пассивов должника следует, что размер кредиторской задолженности на всех анализируемых периодах превышал размер активов должника.

Таким образом, уже в 2016 году должник стал неспособен рассчитаться по своим обязательствам, то есть у должника возникли признаками недостаточности имущества и неплатежеспособности, а удовлетворение требований одного или нескольких кредиторов по уплате долга привело бы к невозможности исполнения денежных обязательств.

Руководитель (и учредитель) должника, а также доверенное лицо (мать руководителя), утверждая бухгалтерские балансы за 2015-2017гг., не могли не знать о финансовом положении Общества.

При указанных обстоятельствах, не позднее чем 01.02.2017, то есть, не позднее месяца после утверждения бухгалтерской отчетности за 2016 год, ФИО2 как добросовестный руководитель и единственный учредитель должен был обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «Ашер» несостоятельным (банкротом), однако ФИО2 продолжил убыточную деятельность, наращивая кредиторскую задолженность, в том числе по заключенным договорам с контрагентами, увеличивая сумму неисполненных обязательств.

Кроме того, ФИО3, которая по роду своей деятельности отнесена к  контролирующим должника лицом, также должника была довести информацию до учредителя либо принять меры для обращения в суд.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО2 и ФИО3, как бывшего руководителя должника и доверенное лицо должника (фактического руководителя) и при заключении основных договоров с контрагентами, к субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Как установлено, ФИО3 действовала от имени должника по доверенности при заключении договоров и подписании документов первичного бухгалтерского учета в ходе осуществления хозяйственной деятельности с основными контрагентами должника, в том числе с контрагентами, требования которых установлены Арбитражным судом Республики Татарстан в рамках дела о банкротстве ООО «Ашер» (ООО «Ла-Нордика», ООО «Маска- 1991», ИП ФИО6), а ФИО2, как руководитель и единственный учредитель,  должен был контролировать хозяйственную деятельность предприятия должника и действия ФИО3

На основании вышеизложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для привлечения бывших руководителей ООО «Ашер» ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании п.п.2 ч.2 ст.61.11 Закона о банкротстве (аналогичное основание для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица содержалось и в п.4 ст.10 Закона о банкротстве).

Ранее, в своих возражениях ФИО2 ссылается на то, что он, как добросовестный и разумный руководитель, учитывая специфику деятельности должника, осуществлял действия по улучшению финансовых показателей ООО «Ашер» согласно разработанному им плану по маркетинговому привлечению клиентов своей торговой точки, для чего заключались договоры на оказание рекламных услуг Общества, а также регулярно обновлялся ассортимент продукции торговой точки; финансовые трудности общества рассматривались им как временные и преодолимые; наличие у Общества признаков объективного банкротства в 2016 году не доказано.

Суд апелляционной инстанции указанные доводы отклоняет, поскольку материалами дела подтверждается, что по состоянию на указанные конкурсным управляющим даты должник обладал признаками неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, о чем свидетельствует отчетность должника за 2015-2017 года, а также наличие долговых обязательств перед кредиторами (требования ООО «Ла-Нордика», ООО «Маска- 1991», ИП ФИО6 установлены Арбитражным судом Республики Татарстан в рамках дела о банкротстве ООО «Ашер»).

Заключение с контрагентами договоров комиссии в 2016 году (ведение активной хозяйственной деятельности) не свидетельствует об отсутствии у должника на момент заключения данных договоров признаков объективного банкротства. Согласно материалам дела в последующем контрагенты должника в связи с неисполнением обязательств по договорам комиссии обратились с заявлениями о включении требований в реестр требований кредиторов должника.

Таким образом, ФИО2 не доказано, что последний, продолжая осуществлять хозяйственную деятельность должника, действовал как добросовестный и разумный руководитель.

Доводы ФИО3 о недопустимости привлечения ее к субсидиарной ответственности, поскольку ФИО3 уже привлечена к уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного ч. 4. ст. 160 УК РФ, отклоняются, поскольку предмет и основание предъявленного требования различаются, а потому применение одновременно нескольких способов защиты нарушенного права не нарушит права контролирующего должника лица и не влечет повторного привлечения к ответственности.

Доводы ФИО3 о том, что она уже выплачивает  по приговору суда денежные средства в качестве компенсации убытков ряду кредиторам, не несут каких-либо правовых последствий и не влияют на отмену оспариваемого судебного акта – определения от 02.07.2020, поскольку им лишь установлено наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности. Конкретный размер субсидиарной ответственности установлен иных судебным актом – определением суда от 04.10.2021.

Учитывая, что при рассмотрении апелляционной жалобы судом апелляционной инстанции были установлены обстоятельства, являющиеся в силу статьи 270 АПК РФ, безусловными основаниями для отмены судебного акта, определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.07.2020 по настоящему делу подлежит отмене.

Согласно части 6.1 статьи 268 АПК РФ на отмену судебного акта арбитражного суда первой инстанции указывается в постановлении, принимаемом арбитражным судом апелляционной инстанции по результатам рассмотрения апелляционной жалобы.

Вместе с тем, как указано выше, рассмотрев заявленное требование по существу, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд             

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.07.2020 по делу А65-19091/2018 отменить.

Признать доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества с ограниченной ответственностью «Ашер» (ИНН ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в солидарном порядке.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                      Н.А. Мальцев

 

Судьи                                                                                                    Я.А. Львов

 

                                                                                                                Г.О. Попова