ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru, e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 

<

***>, факс: 

<

***> 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 г. Ессентуки Дело № А22-3972/2022 12.10.2023 Резолютивная часть постановления объявлена 05.10.2023 Постановление изготовлено в полном объёме 12.10.2023 Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Казаковой Г.В., судей: Демченко С.Н. и Мишина А.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании в режиме веб-конференции апелляционную жалобу конкурсного управляющего сельскохозяйственного производственного кооператива «Чилгир-1» ФИО2 на решение Арбитражного суда Республики Калмыкия от 10.07.2023 по делу № А22-3972/2022 по иску конкурсного управляющего сельскохозяйственного производственного кооператива «Чилгир-1» ФИО2 (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (ОГРНИП 308081621200038, ИНН 

<

***>) и по встречному иску индивидуального предпринимателя ФИО3 (ОГРНИП 308081621200038, ИНН 

<

***>) к сельскохозяйственному производственному кооперативу «Чилгир-1» в лице конкурсного управляющего ФИО2 (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), с привлечением к участию в дело в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО4 о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок, при участии конкурсного управляющего сельскохозяйственного производственного кооператива «Чилгир-1» ФИО2 (лично), представителя индивидуального предпринимателя ФИО3 - ФИО5 (по доверенности № 08АА0379068 от 11.07.2022), в отсутствие 2 представителя третьего лица, участвующего в деле, извещенного надлежащим образом о месте и времени судебного разбирательства, УСТАНОВИЛ: сельскохозяйственный производственный кооператив «Чилгир-1» (далее – СПК «Чилгир-1», кооператив, истец) обратился в Яшкульский районный суд Республики Калмыкия с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (далее – ИП ФИО3, предприниматель, ответчик) о взыскании задолженности по договорам купли-продажи в сумме 2 050 000 руб., в связи с чем было возбуждено дело №2-133/2022. К участию в дело в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора привлечен бывший директор сельскохозяйственного производственного кооператива «Чилгир-1» ФИО4. ФИО3 обратился в суд со встречным иском к кооперативу о признании недействительными договора купли-продажи от 05.12.2021 и договора от 09.12.2021, заключенных между сторонами, и принять последствия недействительности в виде прекращения денежного обязательства, возникшего по договорам купли-продажи от 05.12.2021 и от 09.12.2021 (том 1, л.д. 46-47, уточненные исковые требования, том 1, л.д. 87). Определением судьи Яшкульского районного суда Республики Калмыкия от 21.11.2022 дело № 2-133/2022 передано на рассмотрение в Арбитражный суд Республики Калмыкия. Дело принято к производству Арбитражного суда Республики Калмыкия, с присвоением номера А22-3972. Решением Арбитражного суда Республики Калмыкия от 10.07.2023 по делу № А22-3972/2022 в удовлетворении первоначального иска отказано, встречный иск удовлетворён. Суд признал недействительными договор купли-продажи от 05.12.2021, договор от 09.12.2021, заключенные между СПК «Чилгир-1» и ИП ФИО6 Д-Г.Д., в остальной части в удовлетворении требований отказано. Судом взыскано с первоначального истца в доход федерального бюджета государственная пошлина в размере 38 650 руб., а также взыскано с кооператива пользу ИП ФИО3 600 руб. Отказывая в удовлетворении первоначального иска и удовлетворяя встречные исковые требования, суд первой инстанции пришел к выводу, что факт формального подписания договоров купли-продажи и актов приема-передачи скота подтверждены обеими сторонами этого договора, 3 а необходимых и достаточных доказательств того, что скот, являвшийся предметом договоров купли-продажи, фактически сторонами передавался, доказательств обратного в материалы дела не представлено. Не согласившись с принятым решением, СПК «Чилгир-1», обратилось в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил решение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении первоначального иска и об отказе в удовлетворении встречного иска. Кооператив указывает, что отсутствие ветеринарных сопроводительных документов не свидетельствует о притворности договора и его формальном характере. Суд при вынесении решения оставил без внимания тот факт, что ранее совершенные сделки оказания услуг по выпасу мелкого рогатого скота между СПК «Чилгир-1» и ФИО6 Д-Г.Д. также осуществлялись без ветеринарных сопроводительных документов. В отзыве на апелляционную жалобу ИП ФИО3 просил оставить решение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. Определением суда апелляционной инстанции от 22.08.2023 апелляционная жалоба принята к производству арбитражного суда апелляционной инстанции, судебное заседание назначено на 05.10.2023. Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» на общедоступных сайтах http://arbitr.ru/ в разделе «Картотека арбитражных дел» и Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда http://16aas.arbitr.ru в соответствии положениями статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и с этого момента является общедоступной. В судебном заседании представители истца и ответчика поддержали доводы апелляционной жалобы и отзыва на жалобу, одновременно дали пояснения по обстоятельствам спора. В судебное заседание 05.10.2023 третье лицо, извещённое надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, не явилось, о причинах неявки суд не известило, своего представителя для участия в деле не направило, каких-либо ходатайств о рассмотрении дела в отсутствие своего представителя не направило в связи с чем, судом апелляционной инстанции на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное разбирательство по рассмотрению апелляционной жалобы проведено в отсутствие неявившегося представителя третьего лица. 4 Обжалуемый судебный акт проверен судом апелляционной инстанции в порядке статей 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы. Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на жалобу, выслушав представителей сторон, проверив правильность решения Арбитражного суда Республики Калмыкия от 10.07.2023 по делу № А22-3972/2022 в соответствии с требованиями главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что решение суда первой инстанции надлежит оставить без изменения по следующим основаниям. Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 05.12.2021 сельскохозяйственный производственный кооператив «Чилгир-1» (продавец) и ФИО3 (покупатель) заключили договор купли-продажи (далее - договор), по условиям которого продавец обязуется передать в собственность, а покупатель принять в собственность 300 голов сельскохозяйственных животных (овцематка зубрак) (том 1, л.д. 6). Согласно пункту 3 договора покупатель обязуется оплатить приобретаемое овцепоголовье в размере 1 050 000 рублей, исходя из 3 500 рублей за каждую голову. 08.12.2021 сельхозживотные переданы ИП ФИО7-Г.Д. в полном объеме, что подтверждается подписанным сторонами актом приема-передачи (том 1, л.д. 7 оборот). 09.12.2021 сельскохозяйственный производственный кооператив «Чилгир-1» (продавец) и ФИО3 (покупатель) заключили договор купли-продажи (далее - договор), по условиям которого продавец обязуется передать в собственность, а покупатель принять в собственность 400 голов сельскохозяйственных животных (овцематка зубрак) (том 1, л.д. 7). Согласно пункту 3 договора покупатель обязуется оплатить приобретаемое овцепоголовье в размере 1 000 000 рублей, из них 2 500 рублей за каждую голову. 12.12.2021 сельхозживотные переданы ИП ФИО7-Г.Д. в полном объеме, что подтверждается подписанным сторонами актом приема-передачи (том 1, л.д. 7 оборот). Предприниматель ФИО3 оплату за приобретенных сельхозживотных не произвел, в связи с чем, 15.03.2022 кооператив обратился с претензией № 4/п с требованием произвести оплату долга в сумме 2 050 000 руб. в течение семи календарных дней (том 1, л.д. 8). Обращаясь в суд со встречным иском к кооперативу о признании недействительным договора купли-продажи от 05.12.2021 и договора от 09.12.2021, заключенных между сторонами, и принять последствия недействительности в виде 5 прекращения денежного обязательства, возникшего по договорам купли-продажи от 05.12.2021 и от 09.12.2021, предприниматель ФИО3 указал, что указанные договоры являются притворными сделками прикрывающими расчет между сторонами по договору услуг от 01.10.2020, который предусматривал услуги предпринимателя по выпасу и содержанию овцематок, начиная с 2016 году в количестве 590 голов. Фактически сложившиеся отношения между сторонами именовались арендными. Таким образом, требование о взыскании долга по договору купли-продажи основано на недействительных сделках, условия которых не могло быть исполнено ввиду отсутствия предмета договора и реальности намерений сторон. Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения сторон с иском и встречным иском. Судебная коллегия, повторно рассмотрев дело с учетом доводов апелляционной инстанции, установила, что выводы суда первой инстанции о признании недействительными договоров купли-продажи от 05.12.2021, от 09.12.2021 являются правильными, основанными на нормах права и материалах дела. Правоотношения сторон по договорам купли-продажи от 05.12.2021 и от 09.12.2021 регулируются общими нормами обязательственного права и нормами главы 30 части второй Гражданского кодекса Российской Федерации. В соответствии со статьей 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену). Согласно статьей 486 Гражданского кодекса Российской Федерации покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено Гражданского кодекса Российской Федерации, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства. Пунктом 1 статьи 460 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что продавец обязан передать покупателю товар свободным от любых прав третьих лиц, за исключением случаев, когда покупатель соглашается принять товар, обремененный правами третьих лиц. Неисполнение продавцом этой обязанности дает покупателю право требовать уменьшения цены товара либо расторжения договора купли-продажи, если не будет доказано, что покупатель знал или должен был знать о правах третьих лиц на этот товар. 6 Согласно положениям статье 307 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. Нормами статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплен один из важнейших принципов обязательственных правоотношений, согласно которому обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. В постановлении Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением, либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств» разъяснено, что арбитражный суд, рассматривающий дело о взыскании по договору, оценивает обстоятельства, свидетельствующие о заключенности и действительности договора, независимо от того, заявлены ли возражения или встречный иск; определяет круг обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, к которым относятся обстоятельства, свидетельствующие о заключенности и действительности договора, в том числе о соблюдении правил его заключения, о наличии полномочий на заключение договора у лиц, его подписавших. Кооператив, обращаясь с иском, указал о наличии не оплаченного долга по договорам купли-продажи от 05.12.2021 и от 09.12.2021. В свою очередь, ИП ФИО3 указал, что указанные договоры являются недействительными сделками. Удовлетворяя встречные требования и отказывая в удовлетворении первоначального иска, суд первой инстанции руководствовался следующим. В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации). 7 Пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила. В пункте 87 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила. Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации или специальными законами. В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 27.11.2019, для признания прикрывающей сделки недействительной в связи с ее притворностью необходимо установить действительную волю всех сторон сделки на заключение иной (прикрываемой) сделки. При определении того, был ли между сторонами заключен договор, каким является содержание его условий и как они соотносятся между собой, совпадает ли волеизъявление сторон с их действительной общей волей, а также является ли договор мнимой или притворной сделкой, необходимо исходить из правил толкования договора, установленных статьей 431 Гражданского кодекса Российской Федерации. При толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (статья 431 Гражданского кодекса Российской Федерации). 8 При этом мнимость или притворность сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их главным действительным намерением. При этом сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но при этом стремятся создать не реальные правовые последствия, а их видимость. Поэтому факт такого расхождения волеизъявления с действительной волей сторон устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность их намерений. Приведенные подходы к оценке мнимости (притворности) сделок являются универсальными и в полной мере применимы к тем случаям, когда совершение таких сделок обусловлено намерением придать правомерный вид передаче денежных средств или иного имущества, полученного с нарушением закона. В силу положений статей 6, 7 и 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» экономический субъект обязан вести бухгалтерский учет в соответствии с указанным Федеральным законом, если иное не установлено данным Федеральным законом; бухгалтерский учет ведется непрерывно с даты государственной регистрации до даты прекращения деятельности в результате реорганизации или ликвидации; каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом; ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта. Согласно статье 39 Федерального закона от 08.12.1995 № 193-ФЗ «О сельскохозяйственной кооперации» (далее - Закон о сельскохозяйственной кооперации) кооператив обязан вести бухгалтерский учет, составлять бухгалтерскую (финансовую) отчетность в соответствии с законодательством Российской Федерации. Судом первой инстанции установлено, что истцом не подтверждено наличие в кооперативе поголовья овец, являющихся предметом сделки по договорам купли продажи. Каких либо бухгалтерских документов, подтверждающих выбытие поголовья с баланса СПК «Чилгир-1» в материалы дела не представлено. В соответствии со статьей 2 Закона Российской Федерации от 14.05.1993 № 4979-1 «О ветеринарии» (далее - Закон о ветеринарии) ветеринарное законодательство Российской Федерации состоит из настоящего Закона и принимаемых в соответствии с ним иных нормативных правовых актов Российской Федерации, законов и иных нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации. 9 Обязательность сопровождения товаров, подлежащих государственному ветеринарному надзору, ветеринарными сопроводительными документами установлена статьей 2.3 Закона о ветеринарии. Перечень подконтрольных товаров, подлежащих сопровождению ветеринарными сопроводительными документами, утвержден Приказом Минсельхоза России от 18.12.2015 № 648. В целях обеспечения ветеринарно-санитарной безопасности подконтрольной продукции и животных, подлежащих ветеринарному контролю (надзору), подтверждения эпизоотического благополучия территорий, мест производства подконтрольных товаров по заразным болезням животных, в том числе болезням, общим для человека и животных, и обеспечения прослеживаемости подконтрольных товаров при их производстве, перемещении и переходе права собственности на них и устанавливают формы и порядок оформления ВСД, за исключением форм и порядков оформления, установленных в соответствии с международными договорами Российской Федерации. Приказом Минсельхоза России от 27.12.2016 № 589 утверждены Ветеринарные правила организации работы по оформлению ветеринарных сопроводительных документов, порядка оформления ветеринарных сопроводительных документов в электронной форме и порядка оформления ветеринарных сопроводительных документов на бумажных носителях (далее - Правила № 589). Пунктом 2 Правил № 589 определено, что ВСД, ветеринарные сертификаты, ветеринарные свидетельства, ветеринарные справки, характеризующие территориальное и видовое происхождение, ветеринарно-санитарное состояние сопровождаемого подконтрольного товара, эпизоотическое благополучие территорий его происхождения и позволяющие идентифицировать подконтрольный товар, оформляются на подконтрольные товары, включенные в Перечень подконтрольных товаров, подлежащих сопровождению ветеринарными сопроводительными документами, утвержденный Приказом Минсельхоза России от 18.12.2015 № 648 (далее - Перечень № 648), из числа товаров, содержащихся в перечне подконтрольных товаров, установленном актом, составляющим право Евразийского экономического союза (далее - ЕАЭС). Как установил суд первой инстанции и следует из материалов дела, заявляя о том, что договоры купли-продажи состоялись между сторонами, истец представил в подтверждение своих исковых требований лишь копии самих договоров и акты приема – передачи сельхозживотных, копии которых надлежащим образом не удостоверены. Более того, из копий договоров видно, что подписи продавца и покупателя не заверены печатями сторон. 10 Таким образом, истец представил надлежаще незаверенные копии документов; не представлены сопроводительные документы, без которых передача сельхозживотных не производится (ветеринарные, Меркурий и иные); не представил иных, кроме копий договоров и актов приема передачи, документов первичного учета доказывающих реальность операций. Более того, в сделке фигурировал малый рогатый скот (овцы), который в силу физиологических свойств не мог быть живым на момент сделки (мертвые души). В суде первой инстанции, привлеченный к участию в деле в качестве третьего лица-бывший руководитель СПК «Чилгир-1» ФИО4, подписавший договоры купли-продажи и акты приема передачи, подтвердил доводы предпринимателя ФИО3 о фиктивности сделок (формально оформленных отношений), прикрывающей расчеты по договорам оказания услуг при фактическом отсутствии передачи овец. При этом ФИО4 пояснил, что согласно договорам купли-продажи ФИО7 должен был приобрести поголовье, которое СПК ему не передавало. Фактически поголовье было передано ФИО6 еще в 2016 году. Подписывая договоры купли-продажи, стороны действовали в интересах СПК в целях скрыть убытки от падежа овец. Предприниматель ФИО7 вынужден был согласиться на заключение договоров, поскольку согласно договорам оказания услуг по содержанию и выпасу овец, выбытие овец не допускалось и поэтому когда в 2021 году нужно было закрывать договоры, на отсутствующее поголовье, выбывшее в вследствие обычного естественного отхода животных, договорами купли-продажи ФИО7 обязывался выплатить стоимость утраченных по естественным причинам овец. Пояснения ФИО4 и ФИО3 подтверждаются представленными в материалы дела договорами возмездного оказания услуг от 01.01.2020, от 01.10.2020, предметом которых являлась передача кооперативом предпринимателю ФИО7-Г.Д. рабочего и продуктивного скота для оказания услуг по выпасу (том 2, л.д. 32-33, 34-35). Как следует из актов выполненных работ от 31.12.2020 ФИО7-Г.Д. оказаны услуги по содержанию 900 овцематок, от 15.04.2020 по содержанию 450 голов, от 14.09.2021 по содержанию овец в количестве 600 голов и 300 голов (том 2, л.д. 36, 37,38, 39). При этом договоры возмездного оказания услуг по содержанию рабочего и продуктивного скота заключались между кооперативом и предпринимателем, начиная с 2016 года. 11 Таким образом, доводы предпринимателя о том, что договоры купли-продажи овец были заключены по предложению кооператива с целью прикрыть сделки по содержанию овец, которые погибли в период засухи в 2019-2020 годах. Суд первой инстанции учел, что само по себе составление акта приема-передачи предмета договора в ситуации, когда фактически предмет во владение и пользование покупателя не поступил, не может свидетельствовать о реальности и действительности сделки. Тем самым суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии предусмотренной законом совокупности обстоятельств для возложения на ответчика обязанности по возмещению задолженности по оплате товара, который ему не передавался по договорам купли-продажи. Суд первой инстанции, оценив представленные сторонами доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ в совокупности и взаимосвязи, пришел к выводу о том, что кооператив и предприниматель, заключая договоры купли-продажи от 05.12.2021 и от 09.12.2021, преследовали цель прикрыть волю участников сделки по скрытию падежа овец и тем самым возмещения стоимости утраченных овец, а поэтому договоры купли продажи являются притворными сделками, следовательно, встречные исковые требования ФИО3 подлежат удовлетворению в полном объеме, а заявленные исковые требования СПК «Чилгир-1» в лице конкурсного управляющего удовлетворению не подлежат. Суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции полностью согласен и учитывает, что в настоящее время по делу № А-22-1904/2020 о признании СПК «Чилгир-1» несостоятельным (банкротом) находится на рассмотрении заявление конкурсного управляющего, принятого определением от 20.12.2022, о признании сделок – договоров возмездного оказания услуг от 01.01.2020 и от 01.10.2020 недействительными и применении последствий недействительности сделок (том 2, л.д. 22). Конкурсный управляющий в жалобе утверждает, что отсутствие ветеринарных документов не подтверждают притворность сделки, однако, в то же время кроме копий договора и акта приема-передачи не представлял иных доказательств реальности операции. В подтверждение своих доводов указал на отсутствие ветеринарных документов при передаче овец в аренду ответчику, упуская из виду, что сопроводительные документы (в том числе ветеринарные) оформляются при отчуждении овец, а не при передаче в аренду. 12 Как указано выше, пунктом 2 Ветеринарных правил организации работы по оформлению ветеринарных сопроводительных документов, утвержденных Приказом Министерства сельского хозяйства Российской Федерации от 27.12.2016 № № 589 «Об утверждении ветеринарных правил организации работы по оформлению ветеринарных сопроводительных документов, порядка оформления ветеринарных сопроводительных документов в электронной форме и порядка оформления ветеринарных сопроводительных документов на бумажных носителях» (далее – Правила № 589), зарегистрированного в Минюсте России 30.12.2016 № 45094 и действовавших до 01.09.2023, ВСД (ветеринарные сертификаты, ветеринарные свидетельства, ветеринарные справки), характеризующие территориальное и видовое происхождение, ветеринарно-санитарное состояние сопровождаемого подконтрольного товара, эпизоотическое благополучие территорий его происхождения и позволяющие идентифицировать подконтрольный товар, оформляются на подконтрольные товары, включенные в Перечень подконтрольных товаров, подлежащих сопровождению ветеринарными сопроводительными документами, утвержденный Приказом Минсельхоза России от 18 декабря 2015 г. № 648 (зарегистрирован Минюстом России 18.02.2016, регистрационный № 41118) (далее - Перечень, утвержденный Приказом Минсельхоза России № 648), из числа товаров, содержащихся в перечне подконтрольных товаров, установленном актом, составляющим право Евразийского экономического союза (далее - ЕАЭС). Пунктом 3 Приказа от 27.12.2016 № 589 установлено, что оформление ВСД осуществляется при: - производстве партии подконтрольного товара (за исключением случаев, когда их оформление не требуется в соответствии с настоящими Правилами); - перемещении (перевозке) подконтрольного товара (за исключением случаев, когда их оформление не требуется в соответствии с настоящими Правилами); - переходе права собственности на подконтрольный товар (за исключением передачи (реализации) подконтрольного товара покупателю для личного или иного потребления, не связанного с предпринимательской деятельностью). Поставляемый истцом в рамках договоров товар (овцемолодняк 2021 года и овцематка зубрак) включен в Перечень, утвержденный приказом Минсельхоза России № 648 – животные живые, овцы (группа 01). Таким образом, суд апелляционной инстанции считает, что без оформления документов ВСД (ветеринарные сертификаты, ветеринарные свидетельства, ветеринарные справки) истец не мог обеспечить надлежащим образом оформленную передачу ответчику сельскохозяйственных животных в рамках договоров. 13 Процессуальные права и обязанности лиц, участвующих в деле, основываются на конституционных принципах и принципах арбитражного процесса и должны реализовываться с соблюдением этих принципов. Само право обращения в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов (статья 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) является отражением в арбитражном процессе конституционной гарантии судебной защиты прав и свобод. Права и законные интересы всех лиц, участвующих в деле, обеспечиваются арбитражным судом равной судебной защитой (часть 2 статьи 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Наделение арбитражными процессуальными правами и обязанностями происходит и с целью реализации принципа состязательности, в соответствии с которым лица, участвующие в деле, должны активно пользоваться своими процессуальными правами. В любом случае необходимо учитывать, что в соответствии со статьей 46 Конституции Российской Федерации право на судебную защиту не может быть ограничено ни при каких обстоятельствах. Обязанности лиц, участвующих в деле, могут быть установлены как непосредственно Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации или иным федеральными законами, так и быть возложенными на них арбитражным судом в соответствии с Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. При решении вопроса, могут ли арбитражным судом быть возложены те или иные обязанности на лицо, участвующее в деле, следует исходить из прямого указания Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также задач судопроизводства и принципов арбитражного процесса. В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений, при этом согласно части 1 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности, лицо, участвующее в деле, несет риск наступления последствий несовершения им соответствующих процессуальных действий. Общее правило распределения бремени доказывания между участниками спора закрепляет главный элемент состязательного начала арбитражного процесса: каждому заинтересованному лицу надлежит доказывать факты, которые обосновывают его юридическую позицию. Как следует из материалов дела, суд первой инстанции в равной степени распределял обязанность доказывания, руководствуясь принципами судопроизводства. 14 Вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявителем апелляционной жалобы не представлены в материалы дела надлежащие и бесспорные доказательства в обоснование своей позиции. Таким образом, необходимых и достаточных доказательств того, что скот, являвшийся предметом договоров купли-продажи, фактически сторонами передавался, суду не представлено. Фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора, установлены судом на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, им дана надлежащая правовая оценка. Оснований для их переоценки у апелляционной коллегии не имеется. При этом, суд апелляционной инстанции учитывает, что отказывая в удовлетворении встречного иска в части принятия последствий недействительности в виде прекращения денежного обязательства, возникшего по договорам купли-продажи от 05.12.2021 и от 09.12.2021, суд первой инстанции учел отсутствие также доказательств встречного исполнения со стороны предпринимателя ФИО3 по оплате договоров, в связи с чем оснований для приведения сторон в первоначальное положение не имелось. С учетом изложенного, решение Арбитражного суда Республики Калмыкия от 10.07.2023 по делу № А22- 3972/2022 является законным и обоснованным, оснований для отмены или изменения решения арбитражного суда первой инстанции, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не имеется, а поэтому апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению. Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине по иску и апелляционной жалобе распределяются между сторонами пропорционально удовлетворенным требованиям Судом первой инстанции правомерно взыскана государственная пошлина по иску с кооператива в доход федерального бюджета в сумме 38 650 руб. Указанная сумма состоит из сумм 33 250 руб., приходящихся на оплату при подачи иска о взыскании задолженности на сумму 2 050 000 руб. в виду того, что первоначальному истцу предоставлялась отсрочка по уплате; и 5 400 руб., ввиду частично уплаченной государственной пошлины ИП ФИО3 (600 руб.) за подачу иска неимущественного характера, установленного подпунктом 4 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации. Расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на ее заявителя в соответствии со статьей 110 Арбитражного 15 процессуального кодекса Российской Федерации и подлежат взысканию, поскольку кооперативу при принятии жалобы предоставлялась отсрочка. Руководствуясь статьями 110, 268, 269, 271, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд, ПОСТАНОВИЛ: решение Арбитражного суда Республики Калмыкия от 10.07.2023 по делу № А22- 3972/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Взыскать с сельскохозяйственного производственного кооператива «Чилгир-1» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета 3 000 руб. государственной пошлины по апелляционной жалобе. Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в двухмесячный срок через арбитражный суд первой инстанции. Председательствующий Г.В. Казакова Судьи С.Н. Демченко А.А. Мишин